Два шага до Рая

      Эос постукивала по столу ручкой и внимательно наблюдала за тем, как я мечусь перед ее столом в бессильной ярости, отчаянии и сомнении. - Как они могли так поступить?! – воскликнул я. – Ведь они замечательные люди, которые любят свою дочь! - Они пожертвовали одной дочерью ради другой, - невозмутимо отозвалась девушка. – Но вообще-то тебе следует успокоиться. - Да как же я могу быть спокойным? Я только утром говорил все эти ободряющие слова Диане, а теперь что я ей скажу? Это же сломает ее. - Тебе не нужно говорить ей об этом, - сказала Эос. – Поэтому я и вызвала тебя сюда. Чтобы предупредить: ты должен молчать. - Я должен лгать?! - Да, если ты так считаешь, ты должен лгать. Но эта ложь во благо. - Но Диана сказала, что от лжи больше вреда, чем пользы, - зло сказал я. - И давно ты слушаешься тринадцатилетнюю девчонку? – подняла брови Эос. – Все, что ты делаешь, ты должен делать ей на пользу. Тебе напомнить, кто помог сбежать ей из больницы и ухудшил ее состояние? - Я был глуп, - буркнул я. – Но жизнь в человеческом мире быстро затягивает. Теперь я знаю, что мне нужно делать. - И что же? – Эос с любопытством подалась вперед. - Я должен поддерживать Диану и заботиться о ней до самого конца. - Почти что верно, - кивнула она. – Но ты вообще-то должен еще спасти ее. - Я постараюсь, - сказал я. – В конце концов, судя по картинкам ее будущего, она выживет и все будет хорошо. Теперь ты меня отпустишь обратно? - Да, - девушка откинулась в кресле и махнула рукой. – Но не забывай, что «все будет хорошо» - это самая большая ложь в истории человечества.       Я вновь почувствовал захватывающее ощущение свободного падения, стремительно перемещаясь из Лимба в земной мир. А еще – ужасное раздражение на Эос и тех, кто стоял за спиной «секретарши райских врат». Они не предоставляли мне никакой информации, зато, чуть мне стоило проявить больше инициативы, быстро дернули за мой небесный поводок, чтобы я не болтал лишнего.       И первым моим побуждением, конечно, было нарушить правила и рассказать обо всем Диане. Но я не мог не признать, что Эос была права. Все, что я делаю, я должен был делать на пользу девочке. Эта ложь будет во благо.       Когда я, совершенно уставший, что уже было немыслимо для ангела, влетел в палату Дианы, она уже лежала на животе и болтала босыми ногами, создавая набросок очередного рисунка. За окном вечерело, и из облаков наконец закапал мелкий неприятный дождик. - Ты какой-то серый, - проницательно заметила она. – Что случилось? - Небесное начальство вызвало на ковер, - кисло отозвался я. - Ого, ты шутишь, - ухмыльнулась девочка. – Это что-то новенькое. - Этот мир обладает множеством прилипчивых вещей и юмор – одна из них, - я не мог не улыбнуться в ответ. - И что же нужно было твоему небесному начальству? - О, оно вспомнило, что надо бы прочитать мне правила поведения на земле. И выбрало для этого самое подходящее время. - И какие же правила поведения на земле придуманы для ангелов? – с интересом спросила девочка. - Дай подумать, - я наморщил лоб. – Не грабить банки, не летать на высоте самолетов, не пугать домашних животных и самое главное: не подглядывать за девушками в душе. - Ты же только что это придумал, - засмеялась она. – А сам, небось, уже все это перепробовал. - Еще нет, - честно признался я. – Но у меня впереди целая ночь. Потом все расскажу. - Избавь меня от подробностей, - фыркнула Диана и свернулась калачиком в постели. – Пожалуй, мне действительно пора спать. Спокойной ночи. - Спокойной ночи, - отозвался я и покинул палату девочки.       Однако, когда она заснула, я вернулся и завис рядом с ее кроватью, равномерно взмахивая крыльями. Сегодня ночью я тоже нуждался в отдыхе, однако обрести покой я мог только одним способом. Закрыв глаза, я вызвал в своей голове приятные видения.       Я снова смотрел на взрослую Диану, отмечая, что видение стало гораздо более четким. Только лицо юноши, чьи руки прижимали к себе девушку, постоянно расплывалось и пряталось во мраке, и я испытал нечто вроде ревности. Странно было испытывать ревность, ведь я был всего лишь отголоском когда-то жившего человека, тогда как у Дианы вся жизнь была впереди. Но я впервые поймал себя на мысли о том, что я хотел бы прожить эту жизнь вместе с ней и смотреть, как она растет и хорошеет. Я хотел быть рядом, а не где-то между земным миром и Лимбом, в двух шагах от Рая. Но не имея возможности проживать свою жизнь, я тешил себя тем, что мысленно проживал будущую жизнь Дианы, наблюдая за ее радостями и горестями, трудностями выбора и самыми обычными повседневными решениями. Она смеялась и плакала, смешно надувала губы, отчего у нее на подбородке появлялась маленькая морщинка, по-детски подтягивала колени к груди, когда ее что-то беспокоило. Я видел, что она завела себе рыжую собаку и что ее окружает множество подруг, которые вовсе не считают ее больной и слабой. Я даже поверил в то, что она вылечилась, хотя не представлял, как это было возможно. Но она, будущая Диана, если и принимала какие-то таблетки, то только от простуды, которой болела всего раз за холодный сезон или не болела вовсе. Я видел, как она окончила медицинский колледж и бежала с дипломом в руках, счастливая, высоко подбрасывая дурацкую белую шапочку медсестры.       В моих мыслях она всегда оставалась молодой и красивой, и я даже не заметил, как наступило утро, и настоящая Диана села в кровати и потянулась.       Увидев мое лицо, она удивленно спросила. - Что с тобой? Ты что, плачешь?       Я с удивлениям поднял руки к глазам и действительно обнаружил в них самые настоящие человеческие слезы, которые материальными каплями упали на больничный пол палаты и торопливо впитались в ковер. - Я видел сны, - коротко ответил я. - Ангелы видят сны? Они были грустными? Что в них было? Ты видел свою жизнь? – тут же засыпала меня вопросами Диана.       Я не знал, как объяснить ей то, что я чувствовал. Это невозможно было описать словами. Это тепло, нежность и вместе с тем грусть, все те простые человеческие чувства, которые я испытывал, когда наблюдал за тем, что ее ожидало в будущем. Поэтому я сделал руками неопределенный жест и как можно более уклончиво сказал: - Нет, это был не грустный сон, наоборот, очень хороший. Мне снилось много всяких жизненных моментов, которые я, увы, никогда не смогу испытывать. Наверное, поэтому я и заплакал. Что-то вроде тоски по прошлой жизни. Меня предупреждали, что такое может случиться.       Это объяснение очень понравилось мне самому, но на Диану произвело какое-то странное впечатление. Она сморщилась и жалобно посмотрела на меня снизу. - Ты ведь не покинешь меня? После моей смерти ты же будешь следовать за мной? - Я не знаю, - честно сказал я. – Я думаю, что да. Я надеюсь, что мне позволят сопровождать тебя до самых райских врат.       Лицо девочки просветлело, но я тут же строго добавил: - Но я вообще-то надеюсь, что ты не умрешь, а вылечишься. И даже не спорь. Вот тогда-то ты пожалеешь о том, что видишь меня, потому что я буду подглядывать за тобой везде и всюду.       Диана засмеялась и смеялась до тех пор, пока не зашлась кашлем.