Часть 6
23 апреля 2022 г., 17:08
«Убежал править экспозицию и проверять все. Жду тебя к обеду» — Найл улыбнулся, свернув записку (было в записках Эниса что-то старомодно-романтичное) и спрятав ее в карман.
Кулани забыл узнать о дресс-коде мероприятия, поэтому постарался выбрать беспроигрышный вариант — темные джинсы и светлая, отглаженная рубашка, единственная в его парижском гардеробе. Делать что-то с волосами было бесполезно — шлем испортил бы любую прическу, а поехать было решено на самокате.
Найл волновался так, что из его взмокших ладоней почти выскальзывали ручки двухколёсного, тарахтящего под ступнями монстра, но он решил остановиться и купить небольшой букет цветов, предполагая, что это будет уместным подарком в честь выставки.
Он был за поворотом от галереи, когда услышал слишком явный и нетипичный для открытия небольшой выставки шум. Повернув за угол, он увидел того самого Люку, который обнимал Эниса за талию, позируя перед камерами. По инерции Найл проехал еще несколько метров, останавливаясь, когда взгляд Кайе упал на него.
И время снова замерло, шум стих и перед глазами были только растрепавшиеся светлые волосы и серые глаза, наполненные самыми разными эмоциями. Кулани знал, что не подойдет. Он спешно стянул шлем, повесив его на ручку самоката, в него же он устроил букет, а после вскочил в такси, из которого вышел пассажир. Водитель попытался сказать, что у него уже есть заказ в приложении, но Кулани его прервал.
— Пару кварталов в любую сторону, плачу пятьдесят евро.
Протест немедленно сошел на нет, а Найл откинулся на сиденье, прикрывая глаза. Его тошнило, а в кишках будто плескалась кислота — больно и омерзительно было в теле и на душе. Он не имел права так себя чувствовать. Он был эпизодом в жизни Эниса, этапом от ссоры до примирения и это было прекрасно, почти ожидаемо. Тогда почему Найл не мог порадоваться за него?
За его опрометчивое поведение Кулани не похвалил бы никто — мало того, что он сбежал с выставки, на которой обещал поддерживать Эниса (и что, что он смотрел все прямые эфиры и посты с нее, его все еще не было рядом), он делал это все по пути в аэропорт, доплачивая двойную стоимость, чтобы улететь через час, а не ночью.
Энис:
Ты выехал из номера?
Найл пропустил несколько звонков от парня, чувствуя, что даже если поднимет трубку, ком в его горле не даст ему нормально говорить. Сообщение застало его на стойке регистрации, он даже пропустил перед собой особо спешащее семейство.
Ангел:
Да. Я уже в аэропорту.
Не ответить ему было бы совсем нечестно, поэтому Кулани выжал из себя короткое безликое сообщение, в надежде, что Энис поймет его или примет его побег за причуду. Энис: Я думал, что ты хотя бы посмотришь выставку.Ангел:
Я посмотрел фото и видео в сети.
Энис: Я понял. Напиши, как долетишь, ладно?Ангел:
Хорошо.
Кулани отключил телефон на время полета, зная, что не отлипнет от экрана, продолжив высматривать Люку и Эниса с любого ракурса в чужих постах инстаграма. Ему необходимо было отвлечься, выдернуть свое сознание из парижского приключения, как он теперь называл все знакомство с Энисом, и вернуться в реальную жизнь. Ему удалось поспать несколько часов, он читал прихваченную в аэропорту книгу, с усилием пробираясь через строчки скучного, бесталанного текста, лишь бы не вернуться к просмотру новостей и историй Морин и Эниса. Энис: Если что, я не злюсь. Ты с самого знакомства показал себя гораздо разумнее, чем я, так что я уверен, что для твоего спешного отлета есть весомая причина. Да и на выставке было бы неловко, Люка бы понял, что между нами произошло, а следом за ним и журналисты.Ангел:
Я так и подумал. Но выставка вышла отличной.
Энис: Спасибо. Найл вздохнул свободней — знать, что парень не держит на него зла или, по крайней мере, не собирается прерывать их общение, было приятно. — Ты придурок, — Донне он написал о своем рейсе за несколько часов до посадки, и она решила его встретить, чтобы высказать свое мнение без отлагательств. — В чем? — В том, что сбежал. Ты что не видел, какое у Эниса растерянное выражение лица на половине снимков? — У меня оно тоже такое, когда меня вдруг решают снимать паппараци. — Ты невыносим. — А что мне было делать? Влезать в кадр и вызывать Люку на дуэль? — Это было бы очень интересно. — Можем поговорить об этом потом, когда я отойду от рейса? Подруга прищурилась недовольно, но кивнула, направляя авто в сторону дома, в котором по очень странной, но выгодной для всех сторон договоренности Найл жил, пока была необходимость быть в Лос-Анджелесе. — Ты сообщил Джексону, что возвращаешься раньше? — Я написал ему из самолета, так что к моему приезду там уже никого не будет. — Почему ты не снимаешь себе квартиру в ЛА? — Потому что это дорого, не имеет никакого смысла, когда я работаю и дома только ночую, а в Сан-Диего у меня есть собственный дом. — На что же ты экономишь все свои гонорары? — Я просто не люблю расточительство. Донна сменила тему с той, которую предпочитала бы форсировать, за что Найл был ей благодарен — он и сам справлялся с самобичеванием успешно. Он написал о том, что приземлился, Энису, но знал, что тот прочтет сообщение уже утром, когда проснется. Подруга распрощалась с ним перед воротами на территорию особняка, в летнем домике которого он жил, а Кулани вздохнул и покатил свой чемодан домой, радуясь, что свет в основном доме на горел — это значило, что Джексон и его партнерша отсутствовали. Мужчина заставил себя сходить в душ и заказать еду, а после набрал номер сестры — это было необходимой мерой, во избежание избиения пусть и небольшими, но очень меткими кулаками. — Эй, я думала, что ты прилетишь утром, — Роза увидела привычный интерьер. — Да, я решил вылететь пораньше. — И это никак не связано со статьей, которую мне отправила Донна? — Связано, но я не буду сейчас об этом говорить. — А мы вообще не будем говорить об этом. Я рада, что у тебя было приятное приключение, но отношения на расстоянии — это далеко не то, что тебе нужно, так что ты все сделал правильно. — Спасибо. — Как ты? — Устал. — Подробней, — женщина повела бровью, склоняя голову набок, намекая, что ему не отвертеться от ответа. — Я не был готов вот так уехать, мне все казалось, что у нас есть время еще пообщаться. С Энисом очень комфортно по какой-то непонятной для меня причине. — Значит, вы продолжите дружить по сети — это супер. — Да, ты права. — Эй, я знаю, что он тебе понравился и тебе сейчас паршиво, но я обещаю, что станет лучше, ладно? — Угу, — Найл улыбнулся Розе и увидел макушку племянницы, мелькнувшую в экране. Неужели там моя маленькая Каролин? — Най, — девчушка кокетничала, отвыкнув от общения с дядей, она выглядывала из-за плеча матери, улыбаясь. — А ты привез мне подарок? — А ты сомневалась? — Нет, — Каролина пискнула счастливо, решаясь показаться полностью, она улыбалась, а Роза обняла дочь и усадила себе на колени. — Ты приедешь к нам? — Кстати да, ты навестишь нас прежде, чем вернуться на конвейер производства фильмов? — Я не знаю, как буду чувствовать себя завтра, но обязательно доеду до вас, — мужчина кивнул, ощущая, как усталость от перелета понемногу смыкает глаза. — Ты сонный, дядя Най. — Это правда. — Отпустим дядю спать, малышка? — Роза посмотрела на дочь, а девочка кивнула и сама сбросила вызов, так и не дождавшись пожелания доброй ночи. Кулани усмехнулся, стянул с себя футболку, которую надел после душа наизнанку, и плюхнулся в постель, смотря в потолок. Стоило благодарить тринадцатичасовой перелет за то, что он успешно заснул. Энис: Так непривычно, что я не вижу тебя хотя бы мельком сегодня. Мы можем созвониться? В любое время, когда тебе будет удобно. Это сообщение ждало мужчину утром, он выдохнул шумно, не уверенный, что готов был общаться с парнем так скоро. Но вместо этого написал следующее.Ангел:
Я проснулся, если хочешь, я вставлю наушники, пока буду разбирать вещи, и мы поговорим.
Энис: А видео?Ангел:
Тогда через полчаса. А ты почему не спишь?
Энис: Я на смене сегодня.Ангел:
Я думал, что твоему парню не нравится, что ты работаешь в баре.
Энис: Мало ли, что ему не нравится.Ангел:
Это правильный ответ. Я наберу тебя через десять минут, закину стирку и позвоню.
Кулани действительно разобрал вещи, забрасывая все, без разбора, в барабан стиральной машины. Ему повезло, что прачечная примыкала к летнему домику — далеко ходить было не нужно, а с его неприязнью к общественным прачечным это вообще был идеальный вариант. — Хей, привет, — Энис взял трубку с первого раза, он улыбался все так же лучезарно, на фоне приглушенно, но все еще явно шумел бар, пока парень пробирался в подсобку. — Привет. — Выглядишь помятым. — Тринадцать часов в самолете, я бы на тебя посмотрел. — И то правда. Но ты еще увидишь, я уже говорил тебе, что ты от меня никуда не денешься. — Так ты подружился с Морин и Никки? — Не совсем, но с тобой подружусь именно так. — Как ты? — Странно, пожалуй. — Почему? — Не знаю, просто чувствую, будто что-то не так, хотя все, кроме расстояния между тобой и мной, в порядке. — Дружить мы можем и на расстоянии, — Найл закатил глаза, открыл холодильник, пытаясь оценить, что из продуктов было пригодно к употреблению. — То есть хочешь сказать, что не будешь скучать по мне? — Я не это сказал, — Найл посмотрел в экран, со скептичной улыбкой. — Я говорю, что нам не обязательно находиться в одном городе, чтобы общаться. — Зануда. — Есть такое. — Ты думаешь, что сойтись с Люкой было ошибкой? — Какая разница, что я думаю? — Кулани сделал вывод, что полупустой пак молока и пара гнилых помидоров — явно не то, что он представлял на завтрак, поэтому он вернулся к компьютеру и устроил телефон перед собой. — Мне важно знать. — Главный вопрос в том, любишь ли ты его, если ответ «да», то что бы я ни думал, что бы ни говорили окружающие — не важно. Держать равнодушное выражение лица, пока он выбирал продукты, было сложно, но Кулани казалось, что он справляется. — Ты, как всегда, прав. Чем будешь заниматься сегодня? — Сперва поем, потом развешу белье и поеду в Сан-Диего навестить Розу и Каролину. — Передашь им привет от меня? — Хорошо. Кайе сделал вдох, будто собирался еще что-то сказать, но в подсобку постучали, поэтому им пришлось экстренно попрощаться. Найл потер виски, отложив телефон, этого было либо слишком много, либо недостаточно — разговор с Энисом не давал сознанию сделать вид, что все произошедшее в Париже — сон, но и просто смотреть было слишком мало для Кулани, который хотел гораздо большего. — Блядь, — запрокинув голову назад в кресле, он простонал раздраженно. За следующие пару часов он управился с домашними делами и позавтракал, заказал машину и выдвинулся в путь. Переночевать он мог у сестры или в собственном доме, три из четырех спален в котором сдавал. — Все еще выглядишь паршиво, — Роза вышла встретить брата на подъездную дорожку, а Найл только закатил глаза. — Зато ты, как всегда, прекрасна. — Подлиза. Не успели они обняться, как между ними вклинилась Каролина, вытягивая ручки наверх, чтобы Найл поднял ее. Следующие полчаса он рассказывал о том, как гулял по Парижу, показывал фото и вручал небольшие подарки, пока за племянницей не заехал отец и не увез ее гулять. — Тебя не отпускает? — Жду не дождусь вернуться в работу, чтобы отвлечься. — Можем сходить вечером в клуб. — Можем, — Найл пожал плечами. — Он просил передать вам привет. — Вы связывались сегодня? — А-а-ага. — Тебе надо временно прекратить с ним общение. — Я намерен это сделать, когда вернусь на площадку. — Хорошо. Они провели почти весь день вместе, иногда вступая в диалог о чем-то отстраненном, устроили почти марафонский заплыв в бассейне, а после согревались горячими коктейлями. Роза взяла с него слово, что они отправятся в клуб, только после этого отпустила проверить состояние собственного дома.
