jael

      — ...приехали, господин, — сообщил вдруг водитель. Юн Хва даже не понял, что машина уже стоит. Нехотя он приподнялся и сел, растерянно глядя на водителя. Парень забыл, куда они ехали — к нему домой или к Ринго? Если второй вариант, то лучше ему остаться на ночь в машине... — вам помочь?       — Да. Убей меня, пожалуйста... — в этот момент Юн Хва прилег на спину снова и не заметил, как резко сознание его покинуло. Ему показалось, что он лишь закрыл глаза, а, открыв, оказался на полу в ванной. Горел яркий свет, тут же его ослепивший, и он приподнялся на согнутом локте. Ему хватило нескольких секунд, чтобы понять, что все-таки его привезли домой к Ринго.       Естественно, он не помнил, как водитель донес его до пентхауса на руках, и, встретившись с хозяином, передал его, как спящего младенца. Ринго сначала отнес парня в спальню, но не успел даже положить его на кровать, как его стошнило. Пришлось перенести его в ванную, где его уже и переодели в пижаму. Мужчина купил пару комплектов для парня заранее, на случай, если он решится переночевать у него дома. И этот случай неожиданно настал.       Ринго, ухаживая за своим пьяницей, совсем не злился на него. Он понимал, что у Юн Хва такой возраст, когда хочется веселиться. Но парню стоило сказать ему о своих желаниях. Мужчина мог обеспечить развлечения поинтереснее, или хотя бы в более достойном обществе. Не зря ведь он просил Юн Хва сообщать ему заранее о всех своих намерениях. Если бы он позвонил сначал Ринго, а не Яну, то и вовсе не поехал бы на эту дурацкую вписку — Ринго нашел бы для него другое занятие. Да даже если бы он позвонил Трою, они бы наклюкались вместе и спокойно уснули на диване дома у Юн Хва. Но нет... парня потянуло на приключения.       Юн Хва тер глаза, когда заметил, что в ванную входит Ринго. На удивление, он был в домашней одежде, а поверх нее был повязан фартук. Неужели уже утро, и он готовит завтрак? Перед лицом парня возникла рука со стаканом воды, в которой шипела таблетка. Он с удовольствием опустошил стакан и вернул его Ринго. Ему было даже нечего сказать. Он понимал, что простых извинений тут не хватит.       — Как полегчает, приходи завтракать, — спокойно заявил Ринго и ушел. Даже не попытался поругать его. Видимо, он уже подготовил грандиозное наказание для Юн Хва... А что, если Ринго попросту расторгнет с ним всякие договоренности и распрощается с ним навсегда? Юн Хва не помнил, удалось ли ему уже накопить нужную сумму. Подумав об этом, он внезапно осекся. Ради чего ему теперь собирать деньги?.. Зенье больше не сдался никакой его подарок. И какой тогда теперь смысл заниматься всем этим? Может, просто уехать домой? К Нам Хёну...       Встав на ноги, Юн Хва чуть не рухнул на пол вновь. Виски сдавило ужасной болью, из-за которой парень прикрыл глаза и уперся руками в края раковины. Он постарался осторожно умыться, не делая резких движений. Прохладная вода слегка его освежила, но таблетка пока не подействовала, и головная боль преследовала его. Юн Хва неторопливо вышел и отправился на кухню на первом этаже. Оттуда немного пахло чем-то жареным, свежим огурцом и еще какими-то травами. Парень сразу увидел, что стол уже накрыт, а Ринго сидит на своем месте и, видимо, ждет его.       Юн Хва несмело опустился на свободное место. Хотелось начать лепить бессмысленные оправдания, но он не мог, пока мужчина не обратиться к нему сам. Тот пока лишь стучал вилкой и ножом по тарелке, разрезая яичный желток и позволяя ему вытечь на остальные ингредиенты блюда:       — Ешь скорее, пока не свернулся, — Ринго посмотрел на нетронутую тарелку парня, призывая его к трапезе. Юн Хва пока только взялся за вилку. Он не мог есть слишком горячие блюда, — Я сейчас уеду по срочным делам. У тебя будет время на восстановление до шести часов вечера. Когда я вернусь, ты должен быть готов принять свое наказание. Вымойся весь, дочиста. Особенно изнутри.       — …что со мной будет?! — наконец, Юн Хва решился заговорить, причем сразу в истеричном тоне. Он, отчего-то, заранее знал, что ответа на данный вопрос не получит. Так и случилось. Ринго попросту его проигнорировал, продолжая класть в рот отрезанные кусочки яичного белка. Юн Хва жутко не нравилось, когда мужчина делал вид, что не слышит его. Это повторялось довольно часто, и так он пропускал мимо ушей только вопросы, на которые не хотел отвечать.       — Когда я вернусь, будь в моей комнате. Без одежды.       Юн Хва округлил покрасневшие после пьянки глаза. Видимо, настал тот самый день, когда ему придется отдаться мужчине, за все то, что он успел получить. Может быть, ему просто взять и уйти прочь прямо сейчас, вернуть ему все его деньги, подарки и прочую ерунду, которая стала ему не нужна? Юн Хва, будучи ужасно расстроенным после расставания с Зеньей, больше не видел смысла ни в одном из своих действий. Это теперь все впустую. Так что пусть все катится к чертям, и будь, что будет. Даже если Ринго в порыве безумства придушит его — плевать. Его жизнь для него теперь совершенно ничего не значит…       — Не будь таким расстроенным, Юн Хва. Я уверен, тебе это даже понравится. Ты всегда хорошо отзывался о сексе… — Ринго с аппетитом жевал кусочек тоста, который тут же запил свежевыжатым апельсиновым соком, — Сегодня ты его, в какой-то мере, получишь…       Юн Хва весь остаток дня провел, как на иголках. Водные процедуры и лекарства все же помогли ему снять головную боль, и теперь он приводил свой внешний вид в порядок. Сбривая каждый волосок со своего тела, он невольно вспоминал о своих первых свиданиях с Сун Мином. Как он готовился к ним, вооружившись одноразовыми бритвенными станками и жутко боялся порезаться в труднодоступных местах. Парень тяжко вздохнул — все-таки нужно последовать совету Троя и записаться на лазерную эпиляцию, которую теперь Юн Хва мог себе легко позволить. Или даже выклянчить денег на процедуры у Ринго.       В спальню мужчины он пришел в халате на голое тело. Оставалось не так много времени до его возвращения домой, и Юн Хва решил быстро осмотреться. Вдруг он найдет здесь что-то, что подскажет ему, какое наказание его все-таки ожидает? Но увы, нигде парень не обнаружил и намека. Спальня казалась стерильной, как и практически весь дом Ринго. Жизнь в него, порой, приносил только Юн Хва, как, например, сегодня — оставил свое мокрое полотенце на сушилке в ванной, накидал салфеток в мусорное ведро на кухне, поставил лениво протертую чистую тарелку не ровно в ряд к другим, а чуть правее, чем должно. Его эти отклонения от нормы не раздражали, а вот Ринго, видимо, был ужасным перфекционистом.       Так ничего и не обнаружив, Юн Хва грустно уселся на кровать. Не успел он даже ни о чем подумать, как услышал, что входная дверь хлопнула. Ринго пришел. Юн Хва знал, что он сначала пойдет мыть руки, так что успел снять халат и теплые носочки и спрятал в шкаф, чтобы не нарушать идиллию в убранной комнате. Парень, оставшись без одежды, не знал, куда себя деть. Как встретить мужчину, чтобы это не было неловко? Он решил просто сесть на край кровати, сложив руки на коленях, и тихо дождаться. Прошло не больше пяти минут, когда дверь в комнату бесшумно отворилась.       Ринго вошел. Взгляд парня тут же зацепился за его внешний вид — волосы непривычно зализаны назад, белая рубашка с подвернутыми до локтей рукавами, серый костюм-тройка, но уже без пиджака. Только жилетка, обтягивающая упругое тело. Мужчина даже толком на него не взглянул, а сразу подошел к шкафу. Юн Хва напряженно молчал и пытался сглотнуть, но пересохшее горло не позволяло. Он уже успел представить много сценариев. Пока самой страшной его фантазией было то, что в спальню войдет толпа мужчин и будет по очереди иметь его, пока от него и мокрого следа не останется. Но, видимо, ничего такого не произойдет...       Мужчина подошел и начал связывать запястья парня. Они как раз были в удачном положении друг рядом с другом у него на бедрах. Это, конечно, не очень понравилось Юн Хва, но он не мог возразить. Следующая повязка внезапно оказалась у него на глазах. Ринго обвязывал его голову какой-то шелковой лентой, похожей на поясок от халата. Через пару секунд веки парня были плотно закрыты, а ленточка даже не пропускала свет. Стало еще страшнее. Теперь он точно не знал, что его ждет... Теплые пальцы Ринго с затылка скользнули по лицу, останавливаясь на подбородке:       — Не пугайся. Мы с тобой всего лишь поиграем в одну простую игру... сиди и жди меня. Я вернусь через пару минут, — рука отстранилась от лица Юн Хва, и он услышал мягкие удаляющиеся прочь шаги. Тишина. Парень начал покусывать губы, нервничая. Поиграют в игру, значит... В ожидании он мог лишь поглаживать пальцами свои обнаженные бедра. Это тоже отвлекало его от тишины и отсутствия зрительной информации. К счастью, мужчина вернулся быстро. Юн Хва отчетливо услышал, как шуршит какой-то странный материал. По звуку как плотный полиэтилен или клеенка... Затем этот звук чем-то приглушили, и раздался голос Ринго:       — Будем играть в обычную угадайку. Я буду давать тебе в руки предмет, а ты будешь угадывать, что это. Постепенно сложность будет повышаться... И за каждый неправильный ответ, будешь получать шлепок по пятой точке. Все просто, не правда ли?       — Да, звучит довольно просто... — Юн Хва даже улыбнулся, испытав облегчение. Вроде ничего такого. Опять что-то лишь связанное с фетишами мужчины. Ринго осторожно помог парню спуститься на пол и сесть, подвернув ноги, как гейша. Юн Хва тут же получил в руки первую вещицу. Парень потратил не больше секунды, чтобы ответить:       — Это ложка, — он уверенно протянул вещь обратно, Ринго ее забрал. Так Юн Хва без труда угадал еще два предмета, но на третьем застопорился. Что-то маленькое и округлое, немного мягкое, но упругое. Никакого запаха. Парень напряженно нахмурил брови, пытаясь понять, что за вещь держит в руках:       — Я не знаю... может, это помидорка?       — Мне жаль, Юн Хва, это неправильный ответ... — Ринго сидел рядом с ним сбоку и коснулся ладонью его талии сзади, — приподнимись.       Парень послушался. Хлесткий удар пришелся по левой ягодице, и парень, охнув, дернулся. Испугавшись, он совершенно случайно раздавил то, что держал в руке. Тогда, поднеся ладонь к лицу, Юн Хва без труда определил по запаху, что между пальцев стекает сок винограда. Так вот, что это было такое.       — Видимо, придется переходить на следующий уровень, — Ринго притянул связанные руки парня к лицу и бережно собрал мякоть и каждую капельку сока убитого винограда, — опускай руки. Теперь будешь угадывать ртом.       — Что? Но как? — Юн Хва повернул голову в сторону мужчины по привычке, забывая, что он все равно его не видит. В ответ он лишь услышал мягкую усмешку. Рука Ринго вновь легла на лицо парня, его большой палец ласково провел по мягким губам и на одну фалангу погрузился в него. Юн Хва даже не старался ласкать его. Мужчина все делал сам. Сначала прошелся по остриям верхних зубов, затем пощекотал кончик языка... Напоследок он провел по внутренней стороне его щеки, будто оценивая нежность поверхности там.       — Это не так сложно, как кажется. К тому же, наказание за ошибку не такое уж и жестокое, верно? — Юн Хва ощутил, как свободная рука мужчины гладит его чуть горящую после удара ягодицу. Тогда же он извлек палец из его рта и на его место пришло что-то другое. Прохладное, чуть твердое и вкусно пахнущее... Юн Хва сразу понял, что это всего лишь кусочек сыра. Было вкусно. Он начал с удовольствием пережевывать, но Ринго вдруг несколько грубо схватил его за нижнюю челюсть:       — Разве мы договаривались, что ты будеть проглатывать? Если угадал — говори.       — Это сыр...       — Умница. А теперь открой рот, — Ринго немного наклонился и прижался к приоткрытым губам парня. В поцелуе он требовательно вылизивал ротик Юн Хва, жадничая поделиться хоть крошкой от этого несчастного сыра. Парень, поняв, что лучше не сопротивляться, помог мужчине, вытолкав язычком все, что было у него во рту. Ринго тогда отстранился.       Юн Хва прикусил вишенку, которая через секунду скатилась с его языка на губы мужчины. После то же самое произошло и с другими продуктами. Очевидно, Ринго собирался класть ему в рот только съедобные предметы. Суть, видимо, была не в угадывании, а в том, что Ринго может коснуться его рта, слизать сладкую слюну, мягко укусить Юн Хва за распухшие губы...       — Кажется, для тебя это даже проще, чем угадывать наощупь... Не получил ни одного шлепка. Что ж, перейдем к последнему этапу? Он должен тебе понравиться... — рука мужчины снова коснулась ягодиц и приподняла парня за них. Теперь Юн Хва стоял на четвереньках. После поцелуев с едой он еще чувствовал себя неловко, что было заметно по его розовым щекам. Руки оставались связанными, но это все равно позволяло опираться на них и стоять так. Что же теперь мужчина собирается с ним делать? Вместо страха парня теперь охватило любопытство.       — Сейчас будет раунд для передышки. Ничего отгадывать не нужно, — парень услышал, как что-то тихо щелкнуло. Еще секунда, и он почувствовал холодные влажные пальцы между ягодиц. Ринго нежно гладил задний проход, обильно смазывая его прозрачным лубрикантом. Если бы Юн Хва знал, что мужчина при этом еще и пристально наблюдает за движениями своей руки, то сгорел бы со стыда. А так ему оставалось лишь сжимать губы в тонкую полосу, не позволяя себе издать ни малейшего звука. Ринго это заметил и невольно усмехнулся:       — Тебе ни к чему сдерживать себя. Расслабься и попробуй получить удовольствие, — слова нисколько не помогли Юн Хва отбросить лишние мысли. Он все еще чувствовал на себе невидимые оковы верности возлюбленному, не позволявшие сделать и шага в сторону. Понимание того, что он теперь одинок и полностью свободен, еще не пришло к нему полностью. Лишь по этой причине Юн Хва не смог сам поцеловать Вень Яна накануне, а ведь ему этого хотелось. Но он сам себя сдержал, только теперь не знал, от чего и зачем...       — Перерыв окончен. Продолжаем игру... — Юн Хва ощутил, как пальцы отстраняются. Снова его ануса коснулось что-то теплое, гладкое. Парень испугался и немного подался вперед, чтобы отстраниться. Ему показалось, что это Ринго уже пытается в него войти, — ну же, не сопротивляйся.       Прозвучавший рядом голос дал понять, что это не то, что он подумал. Маленькая вещь, отчего-то напомнившая ему головку члена, вдруг вошла в него. Юн Хва, ахнув, наклонил голову и почти коснулся лбом своих ладоней.       — Давай, угадывай, Юн Хва... — слова мужчины заставили парня встрепенуться. Он ведь подумал, что мужчина просто балуется, и вскоре продолжит с ним играть, а это, оказалось, сама игра уже началась. Парень резко покраснел еще сильнее. Внутри себя он чувствовал что-то, но, конечно же, он не мог понять, что именно...       — Это съедобно?       — Подсказки могут дорого стоить. Но на первый раз, так и быть, я помогу. Да, это съедобно, — мужчина мягко надавливал пальцем на частично выпирающий наружу предмет в теле парня. Юн Хва чувствовал, что начал резко потеть от такого напряжения. Естественно, даже эта подсказка не дала ему никакого понимания.       — Снова виноград? — в ответ на догадку грубый шлепок без предупреждения. Парень вскрикнул, чувствуя, как маленькое «нечто» вдруг проваливается внутрь его тела. От испуга все его мышцы рефлекторно сжались, и он ощутил, как что-то начинает медленно течь по промежности.       — Осторожнее, Юн Хва. Ты испортил реквизит, — мужчина вскоре оказался позади парня. Он не мог сказать ему вслух, что этот маленький томат был раздавлен еще более прекрасным образом, чем в прошлый раз в его руке. Кисло-сладкий сок попал на язык мужчины, будоража в нем самые сокровенные чувства. Наконец, он почувствовал, что постепенно начинает возбуждаться. Это было естественно. Данная часть игры была самой интересной для них обоих.       Юн Хва жалобно постанывал, когда чужой язык и губы занимались его анальным отверстием, очищая его от остатков так и оставшейся ему неизвестной еды. Настал черед следующего лота. Мужчина пообещал, что сейчас будет немного легче. Юн Хва почувствовал, как ко входу прижимается что-то уже большего размера... Скользкая текстура с ощутимыми ребрами или пузырьками на поверхности. Парень стал понимать, что еще с момента, как его ласкали языком, его член напрягся. Теперь же, когда Ринго имел его твердым продолговатым предметом, он не мог сдерживать горячих вздохов. Мужчина, наблюдая, даже не хотел, чтобы парень угадывал. Ему и без этого было приятно...       — Может быть, это... — парень сбивчиво говорил, постоянно срываясь на стоны. Приятные ощущения внизу живота отзывали кровь от мозга, и говорить складно становилось все труднее, — какая-то специальная игрушка?       Мужчина сопроводил глубокие проникновения сильным ударом по ягодице парня. Юн Хва, сжавшись, стиснул вещицу внутри себя, чем доставил себе же удовольствие. Никакие слова больше не шли в голову. Хоть парень и догадывался, что это, все равно поначалу не хотел говорить, а теперь уже и вовсе не мог. Ринго все-таки понял по мелькнувшей на лице Юн Хва довольной улыбке, что парень все понял. В ту же секунду он вытащил эту штуку из парня, сразу же вызвав этим его недовольство:       — Нет, верни огурчик!..       — Так ты догадался. Тогда почему молчишь? Может, мне тогда и рот тебе завязать? Молчание будет считаться за неверный ответ, — Ринго одарил парня очередным ударом по попке, глядя, как его мягкие булочки сотрясаются. Зрелище прекрасное, а главное, что Юн Хва не скрючился от боли, а наоборот, вильнул бедрами, будто прося добавки. Ринго не заставил долго ждать. Следующий продукт пошел в ход. Парень сразу же заерзал и начал отстраняться, но мужчина схватил его за бедро и не позволил вырваться:       — Ай, холодно!.. Это что, лед?! — Юн Хва ощущал, как что-то обжигающе холодное постепенно в него погружалось. За неверную догадку он еще и схлопотал шлепок, — Ах!.. Черт... Больно! Ринго, вытащи это из меня!       — Угадывай скорее... — мужчина все же вытащил, после чего склонился и стал ласкать приятно теплым языком покрасневший от холодка анус. Парень даже расслабился, когда Ринго согрел его прикосновением. Язык немного проник внутрь, даря Юн Хва еще большее блаженство. Парень все более отчетливо чувствовал, как его член становится твердым от таких, вроде бы, незамысловатых ласк. Единственное, что слишком сильный холод внутри немного его отвлек, но в целом все происходящее вело его лишь к возбуждению.       — Это, наверное, мороженое? — Юн Хва выдал наиболее подходящий, после льда, вариант. Ринго одобрительно промычал. Тогда мужчина решил задействовать последнюю вещицу, которая у него была. Он решил смазать вход парня вновь, и, пока занимался этим, дал небольшое напутствие:       — Сейчас придется немного напрячься. Вещь довольно хрупкая. Не советую тебе ее сжимать внутри себя...       — А что будет, если сжать?! — парень испугался. Что такое ужасное мужчина решил в него засунуть?       — Вещь сломается и останется в тебе, — мужчина нарочно его пугал. Даже если это произойдет, то, скорее всего, она быстро выйдет естественным путем. Если нет, Ринго был готов помочь парню и даже знал несколько действенных способов. Он, кажется, даже услышал, как Юн Хва нервно сглатывает, и увидел, как его маленькие пальцы сжимаются. Мужчина довольно улыбнулся. Он, вообще-то, как раз и расчитывал, что вещица сломается от неосторожного действия парня.       Юн Хва старался расслабиться по максимуму, когда ощутил, что в него что-то входит. Что-то среднее по толщине, такое, что парень пока мог не сжимать слишком сильно. Но он переживал, что какой-нибудь неожиданный укол возбуждения может заставить его сфинктер сжаться, и случится то ужасное, чем мужчина его напугал. Парень даже от поступательных движений внутри пока не мог получить удовольствия. Ринго, хоть и был осторожен, уже увидел небольшую трещину на поверхности импровизированной игрушки...       — Молчание — это неправильный ответ, — Ринго снисходительно шлепнул парня не слишком сильно. Юн Хва только охнул. Его лицо горело от смущения, напряжения и, неожиданно, дичайшего возбуждения. Неизвестная опасность добавила сексу такую изюминку, которую нельзя было игнорировать... Конечно, не мог мужчина запихнуть в него что-то опасное... Но попытка соблюсти правила и оставить вещь в сохранности попросту сводила с ума.       — Это вареный батат, — Юн Хва невольно дернул уголками губ. Он был почти на сто процентов уверен, что это неправильный ответ. Удар по попе подтвертил это. Вместо того, чтобы сжимать анус, парень стискивал пальцами полотенце, которое мужчина постелил для него на полу. Ровно под ним была расстелена клеенка, на случай, если они решат все запачкать. Парень решил продолжить череду неверных ответов, — Сельдерей?       Юн Хва нес ахинею, получая звонкие шлепки ладонью. Мужчина быстро понял, что парень просто издевается, и, видимо, хочет, чтобы его отшлепали. Он решил поддаться и последовать его правилам. «Игрушка» постепенно ускоряла свои движения внутри парня, позволяя ему почувствовать, что где-то внутри она уже начала немного превращаться в кашицу, а перечисление совсем неподходящих вариантов заставляла Ринго почти без остановки бить его по заднице. В какой-то момент Юн Хва ощутил, что член начал пульсировать так сильно, что мог предвещать только одно...       — Лук... Клубника... Кабачок... — Юн Хва постанывал через слово, ловя шлепки уже и так пылающей кожей, — Арбуз?.. Корень лотоса... Б... — парень, наконец, ощутил, как прилив чего-то привычного и одновременно непонятного окутывает тело, предвещая сладкую разрядку.       — Бана-ан! — прокричав, Юн Хва грубо подался навстречу руке Ринго, окончательно ломая в себе этот перезрелый фрукт и выплескивая на полотенце свое семя. Его плоский живот подергивался вместе с набухшим членом, пока крепкая хватка экстаза, наконец, его не отпустила. Его голова устало наклонилась и прижалась к ладоням. Теперь этот мягкий переломанный банан внутри него ощущался, как что-то неестественное. То, что не должно там находиться.       — Ты такой хулиган, Юн Хва, — Ринго обеими руками сжал ягодицы парня и развел в стороны, чтобы суметь погладить языком все еще напряженный анус. Через пару секунд он почувствовал привкус сладкого фрукта, и это, отчего-то, вмиг свело его с ума. Он, ранее даже не задумавшийся о том, что ему захочется проникнуть в парня не только языком, внезапно оставил парня одного на полу.       — Можно глаза развязать?.. — Юн Хва этим вопросом попытался понять местонахождение мужчины. Ответ был отрицательным, но зато парень узнал, что он где-то рядом. Скоро Ринго вернулся. Парень почувствовал, как мужчина касается рукой его анального отверстия. Снова смазка. Но для чего? Может, так будет легче достать из него бананчик? Уже через пару секунд парень вдруг ощутил, как в него начинает проникать что-то новое, сильно отличавшееся по размерам и ощущениям. Несколько секунд он еще думал, что это новая игрушка, но, когда помимо проникновения почувствовал, что Ринго прижимается к нему бедрами, а промежности касается мошонка, он все осознал.       — Ринго... — Юн Хва со странным трепетом отнесся к этому моменту. Мужчина был внутри него. Теперь они стали полноценными любовниками. Невольно парень вспомнил слова Троя: сам не заметишь, как отдашься ему. А ведь и вправду, случилось именно так. Конечно, если бы он, как прежде, был с Зеньей, он бы так и не согласился переспать с ним, какие бы огромные деньги тот не предлагал взамен. А теперь он ничей и принадлежит только себе самому, так что может делать все, что ему вздумается.       Ну и нахрен этого Зенью. Глупца, который так просто взял и отпустил его. Он пожалеет об этом, когда Юн Хва будет блистать на обложках дорогущих журналов и смотреть на всех с высока, а Зенья зачахнет где-нибудь в грязной автомастерской... Так и будет, Юн Хва покажет ему, что он потерял. Что самый желанный из всех парней, с которым у него был шанс, больше не будет ему принадлежать. И он придет к Зенье лишь только чтобы посмотреть на него с жалостью, и так же уйдет, не проронив ни слова.       Отчего-то только сейчас, когда Ринго решил поиметь его сзади, Юн Хва окончательно осознал, что они с Зеньей больше не пара.