Сердце из стекла

Ремус Люпин задумчиво курил, удобно устроившись на ступеньках дома, в котором он жил со всей девушкой Дорой. Платила за жилье её безумная тетка Беллатриса, что вполне его устраивало — последнее место работы оказалось полным дерьмом, и он без малейших сожалений уволился. С тех пор прошло уже три недели, но пока его никто не пилил, искать новое место он не торопился. Ремус часто думал, как так вышло, что когда они выросли, его богатые и успешные лучшие друзья перестали ему помогать. Он был сиротой, воспитывался дядей-охотником, которого в целом он не особенно волновал, был бы сыт и одет по сезону. Правда, потом выяснилось, что якобы равнодушие гораздо хуже, чем повышенное внимание, но это он понял гораздо позже. Женат дядя никогда не был, детей и друзей не имел — иногда в сезон отправлялся с компанией таких же заядлых охотников поглубже в лес. Еще в школе Люпин подружился с Сириусом Блэком, Джеймсом Поттером и Питером Петтигрю, и их метко прозвали «мародеры». Ему нравилось быть мародером. Друзья были хорошо обеспечены, и ему всегда перепадали сигареты, отличный виски из коллекции Сириусова папаши и ненужная им одежда и обувь. Он никогда не считал это чем-то зазорным — кто может помочь тем, кто беднее — пускай помогает. Сириус был ему ближе всех, несмотря на разницу в возрасте, к тому же он пару раз оставался на второй год, так что они какое-то время даже учились вместе. Джеймс тоже был вполне свойским чуваком, пока не связался с рыжим недоразумением по имени Лили Эванс. Вокруг них были девки и покрасивее — Ремус никогда не забудет, как однажды уложил в постель саму Лану Эйвери — дочку судьи. Но Джеймс как с ума сошел, забросив всех подружек, он преследовал исключительно Эванс, как будто у нее между ног был священный грааль, ей-богу! Правда, у этой истории оказался и неплохой бонус — забитый и такой же нищий, как Люпин, парнишка Снейп стал чудной мишенью для вымещения злобы и агрессии. Ведь он был другом детства святой Лили, и она защищала его сколько могла, пока он не сорвался на ней из-за какой-то проделки и мародеров. Это сейчас ему было немного стыдно и неловко вспоминать, но тогда… Боже, как они веселились за его счет! Ремус не был любителем рукоприкладства, но заставлять Снейпа хрипеть и кататься по земле от боли тогда казалось настоящим подарком. Он не мог избить дядю или службу опеки, которая засунула его к нему, но зато мог почувствовать себя сильнее за счет разного сорта слабаков и чудил. Правда, к старшей школе Нюниус окреп и научился давать отпор. А потом… потом он нашел как подзаработать и стал самым популярным парнем в школе. К выпускному классу вокруг Снейпа крутились все — даже Рабастан Лестрейндж, Нарцисса Блэк и её сестра Андромеда. Мародеры были забыты. Ходили слухи, что Снейп спит с самой Парис Мур — самой красивой девчонкой и королевой выпускного бала. Слухи слухами, но на крутую и ставшую затем трагедией вечеринку ни его, ни Джеймса не позвали. О ней узнал только Сириус и то потому, что упросил одну из кузин рассказать ему, где и во сколько они соберутся. Сириус той ночью прокрался к дому, где Ремус жил с дядькой — на опушке леса — благо, что Томас Люпин спал мертвецки-пьяным сном. — Рем! Эй, Рем! — стук камушка в окно заставил Люпина выронить книгу, в которую он углубился в надежде не думать о том, что будет, когда вернувшийся с охоты дядька проспится. Вскочив, он с трудом открыл немного покосившуюся створку окна своей комнаты на втором этаже. Дом был приземистым, так что до земли оставалось не более метра, при желании можно и спрыгнуть. Но дядя Том спал и будет отсыпаться еще сутки, не меньше, так что переговариваться с другом он не опасался. — Сири? Ночь на дворе, что ты здесь делаешь? — удивился он, увидев высокую фигуру друга в дизайнерских джинсах и небрежно накинутом на плечи свитере. — Пришел вытащить тебя на тусовку. Джейми с подружкой уже спят или трахаются так, что ничего вокруг не слышат, а Пит, как прилежный мальчик, отбыл с мамашей на какой-то курорт, — Сириус залихватски подмигнул, — так что надевай штаны и погнали. Будет весело. — А кто там будет? — Ремус тут же забыл про книгу. В последнее время с девчонками ему не везло, как назло, все школьные красотки то были заняты, то выбирали кого-то другого. Особенно его злило, что Марлин Маккиннон повелась на придурка и наркомана Лестрейнджа, а Парис всё внимание уделяла Снейпу. Снейп ничем не отличался от Люпина: он был беден, слегка неухожен, но умен и начитан, и понимал, что водиться стоит с влиятельными людьми, чтобы вылезти с того дна, на котором он пребывал. То, что у Нюниуса были родители, нисколько не спасало, судя по затравленному виду и синякам в раннем детстве, его частенько поколачивали. Сам Ремус часто думал, что лучше бы дядя Том бил его, чем… чем то, что он делал. — Мои кузины — все три, что удивительно, Люц, Рабастан, Парис и ее подлиза, само собой, — начал перечислять Сириус, — Тед — ты его не знаешь, он парень Анди. И Марлин вроде бы. — Марлин? — Ремус замер на полпути к шкафу с одеждой. — А это точно? — Точно. Таки думаешь ее завалить, кобелина? — лающий смех Сириуса прозвучал по пустынной округе особенно громко. Если бы Люпин знал, чем все это обернется, и что его жизнь разделится на до и после вечеринки, то он остался бы дома. Дочитал книгу, что-то съел, а еще лучше — схватил свои нехитрые пожитки и рванул пешком к границе штата. — Я же просила тебя не курить дома. Ненавижу этот запах, — раздался недовольный голос Нимфадоры. Она вышла на крыльцо и, скрестив на груди руки, дождалась, пока Ремус затушит недокуренную сигарету в железной банке из-под кофе, что служила ему пепельницей. — Я курю не дома, а возле него, и это большая разница, — мягко возразил Люпин. Дора в ответ закатила глаза. — Вонь от этого не меняется. Как я должна приготовить гребаный ужин, если меня выворачивает от запаха? В последнее время они постоянно ссорились, он не знал, сказывалась ли разница в возрасте или то, что он постоянно менял работу. Или просто девушка осознала, что ей достался далеко не лотерейный билет с гарантированным выигрышем. Раньше Нимфадора Тонкс была цветущей, милой и охочей до секса девчонкой. Пока мать не поставила ей ультиматум: или Ремус, или она продолжает её содержать и позволяет жить с ней. Дора выбрала любимого, и он поначалу так смешно этим гордился. А потом осознал, что за дорогие рестораны и выпивку платила она. Роскошные номера отелей и путешествия на классной тачке тоже оплачивала она. Точнее, кредитка её матери. Даже последняя комфортабельная квартира Люпина была результатом того, что он подцепил богатую девицу, а не его усилий. Сначала они переехали в этот дом и, пока Рем работал в автомастерской бухгалтером, сводили концы с концами. Дора после колледжа никуда не устроилась и его устраивало, что она встречает его в кружевном белье с горячим ужином. Но деньги быстро кончились, кредитки Андромеда заблокировала, а с работы Люпина выгнали. Начальству не нравилось, что на несколько дней в месяц он пропадал и не выходил на связь, сказываясь больным. Дора, плюнув на всё, пошла к тетке Белле, и та почему-то согласилась оплачивать племяннице жилье. Нарциссса — ее вторая тетка — не пустила девушку даже на порог. Сердобольный Дамблдор периодически их подкармливал, а Минерва Макгонагалл научила Нимфадору покупать продукты по купонам и не брезговать комиссионными магазинчиками. И всё было в порядке… до определённого момента. А после они принялись ссориться каждый день. Но Ремус не мог её потерять — не после того, что он узнал. Вообще ему бы лучше жениться на ней, осталось только раздобыть денег на кольцо. И снова найти треклятую работу. — Я понял. Я выброшу все сигареты до единой, только бы ты была довольна, — Люпин подошел к девушке и погладил напряженные плечи, — а завтра у меня пара собеседований. Вот увидишь, крошка, все наладится и я отвезу тебя в Бостон. В тот шикарный ресторан, что скажешь? — Обещаешь? — глаза Доры загорелись. — Конечно обещаю, я же люблю тебя. — Ладно. Жаркое почти готово, идем. Но только вымой руки! — Разумеется, малышка. В ванной со слегка облупившейся голубой краской, Ремус умылся и даже почистил зубы. Он не должен расстраивать Тонкс. Он же её любит. Наверное после той вечеринки Сириус так от него отдалился, а потом его и вовсе лишили наследства, что поставило крест на его беззаботной жизни. Джеймсу вскоре сделал предложение Лили, которая к тому времени была беременна. Андромеда родила Дору, перед этим похоронив жениха, а Снейп уехал в колледж. Чего Люпин не ожидал, так того, что он вернётся в Литтл-Уорринг. К тому времени мародеры распались, дядя Том умер, наконец-то оставив его самого в покое. Зачем вернулся тот, кто вырвался из самого ада? У Ремуса в какой-то момент была такая возможность, но он повелся на обещания Марлин, что она подумает. Что они наконец-то смогут быть вместе, ведь проклятый Рабастан стал не просто наркоманом, а убийцей. Она всё рассказала Люпину, рыдая на его плече. Она видела, как Лестрейндж сыпал что-то в стакан Теда Тонкса, но никто бы ей не поверил, ведь буквально за полчаса до этого они с Лестрейнджем занимались сексом, так и не сняв дурацких плащей и серебряных масок, что придумал Люциус Малфой. Правда, Марлин не знала, что они, смеха ради, поменялись партнершами и её трахал вовсе не Рабастан. По итогу он не знал, кто кому достался, но сам он выбрал Маккинонн. Для этого пришлось кое кого обезвредить, ведь Ремуса не должно было быть на той вечеринке, а дам было примерно поровну. И всё шло так хорошо, они встречались тайком от её родителей, Люпин верил, что вот она — любовь всей его жизни, только… Только Парис Паркинсон шепнула Марлин, что Рабастан изменился и очень сожалеет о том, как поступал с ней. Его выписали из клиники, и он почти готов вернуться к нормальной жизни. Только если рядом будет та, что поддержит и не даст упасть. А спустя пару месяцев Маккинонн покончила с собой. Не стоило ей связываться с наркоманом. Весь город знал, что рано или поздно она поймет, но оказалось слишком поздно. — Милая, ты уже прочитала газету? Я могу забрать? — спросил он у Тонкс, выйдя из ванной. Девушка суетилась возле стола. — Да, бери. Там такая статья про мистера Снейпа, аж за душу берет. Я и не думала, что он, бедняга, такой несчастный. Ну и я не верю в то, что он убийца. Какой из него убийца, он же такой всегда… Ну я не знаю. Чистенький. Строгий. Как палку проглотил. А убийцы, они же… Страстные натуры, живут эмоциями. — Ты думаешь? — небрежно спросио Ремус, беря «Пророк». — А как же Чейз? Или этот, что убивал, чтобы понять, как люди устроены внутри? Вполне хладнокровно. Тонкс махнула рукой. — Не знаю, но нутром чую, это не он. Я б скорей поверила, что это тётя Белла. Она же, когда приступ, вообще себя не осознает. Чикнула ножом и всё, готово дело. — Но зачем ей убивать Панси? — Не знаю. Приревновала дядю Руди. Или день был плохой. А может, ноготь сломала, — пожала плечами Дора. — У тебя бурная фантазия, любимая, — пробормотал Люпин, впиваясь глазами в статью Лавгуд, — как по мне, так убить мог и Снейп. Или Гойл — тот ещё головорез. — А если это маньяк? Помнишь, по телеку показывали. Скромный коммивояжер ездил по штату и в каждом городе пропадала девочка. Ловили его лет десять, а то и больше. Может у нас тут чудила какой окопался, а? Мы просто думаем, что люди уехали, а он их того. Вот твой друг Питер, он же уехал? — Допустим. — А ты с ним говорил с тех пор? — Нет, — сквозь зубы признался Ремус, — но это ничего не значит. Мы поссорились. Он… Он давно собирался перебраться в Нью-Йорк. Тонкс приобняла его за плечи и, наклонившись к уху, шепнула: — А на самом деле его изуродованный труп похоронен в чаще леса! Люпин вздрогнул, поневоле вспоминая лес. Сырые гниющие листья, смрад. Тысячи насекомых. И земля, которая обваливалась под его босыми ступнями, чавкала, стремясь задержать. А где-то вдалеке, был он. И он искал его. И всегда находил, как бы быстро он не бежал. — Нальешь мне кофе? И сменим тему, милая, больно мрачные ты рисуешь картины. Как прошло собеседование у миссис Поттер? Когда-то он звал её Лил, как и все. Был вхож в роскошный особняк Поттеров, чуть не стал крестным отцом Гарри. — Нормально прошло, возьмет на неполный день, пока что. Я же не умею ничего. — Ты умница и схватываешь на лету. Научишься, — ласково сказал Ремус. К тому же, в свете той информации, что у него была, им недолго осталось прозябать в нищете. Уж он об этом позаботится. Только нужно привязать Дору к себе покрепче, а уж потом можно и поболтать с её отцом. Надо же, как всё обернулось. За ними давно наблюдали, он не был дураком, а уж чутье будто звериное, обострилось с самого детства. Но на связь никто не выходил, хотя он осознавал, что это вопрос времени. Скоро папочка проявит себя и надо, чтобы он считал его союзником, а не врагом. Партия Люпин незавидная, но Дора его любит. И не нужны ему никакие друзья!

***

Гермиона почти не спала и наутро, изучая себя в зеркале, заметила не только привычные круги под глазами, но и порядочно покрасневшие веки. Возможно, рыдать до боли в груди и отекшего лица вчера вечером, всё же, не стоило. Ни один мужчина не стоит твоих слёз — так, кажется, говорилось в какой-то рекламе? Мистер Снейп стоил всего на свете, но… Но что она могла поделать с его решимостью хранить собственные секреты так, что он мог из-за этого пострадать? А ещё, хоть она ему и нравилась, для него имел значение возраст, статус бывшей ученицы и, наверное ещё с десяток пунктов. После Рона она не желала бороться с чьими то убеждениями и заморочками, хватит. К тому же, он мужчина. Если он не хочет принять решение и попробовать быть с ней, навязываться Гермиона точно не станет. — Соберись, Грейнджер, — велела она себе унылым голосом и принялась чистить зубы. Волосы с трудом расчесывались, но на хороший бальзам и шампунь пока не было денег. Она часто хотела подстричься под мальчика — это решило бы огромное количество проблем, но ей с детства вбивали в голову, что у девушки должны быть волосы. Желательно длинные и красивые. Блестящие идеальные локоны, как у Лаванды Браун. Или Лили Поттер. Что ж. Вот будет зарплата, и она подстрижется. Решено. И гори оно всё огнем! Гермиона влезла в джинсы и свитер и натянула кроссовки. Крукс, получив свой завтрак, соизволил проводить её до дверей и даже боднул головой в колено. В участке было по утреннему пусто — только в кабинете Регулуса горел свет. — Можно? — Грейнджер постучала. — Входи, — Блэк, по видимому, недавно пришёл — в воздухе витал аромат его туалетной воды вкупе с кофе, белый пластиковый стакан которого стоял на краю стола. Гермиона сглотнула. Кофе был из той самой дорогой кофейни. Наверное, очень вкусный… — Я вчера была у мистера Снейпа. К девяти он придет на допрос, возможно, с адвокатом. Так же я вызвала мистера Малфоя и мистера Реддла, — сообщила девушка, — они придут в десять и в одиннадцать часов. — Вот как… — Рег нахмурился. — А я почему-то был уверен, что… Ну ладно. Мне как раз привезли результаты вскрытия, анализ отпечатков из дома и с ножа. Гермиона, забыв про хандру, едва не подпрыгнула. — Вы смотрели, детектив Блэк? Что там? Получается, убийца почти у нас в руках?! Блэк слегка улыбнулся. — Будем надеяться. Бери кофе, я что-то расхотел. Плотно позавтракал. — О, я… Я тоже, — соврала Гермиона, потупившись. — Денег не надо. Угощаю. Справилась со всеми подозеваемыми на ура, так что пей. Девушка просияла, схватив стаканчик и блаженно зажмурилась от первого глотка. Блэк, спрятав улыбку, вскрыл плотный конверт с эмблемой судмедэкспертизы штата. Первый листок оказался анализом отпечатков из дома Паркинсон. Их было всего лишь две пары — её и Северуса Снейпа. Он подумал, что это вполне логично, ведь друг часто бывал там, он же был ее опекуном, это вполне нормально. Отпечатки были в гостиной, где нашли тело и в кухне. В остальных комнатах их не было, только самой Панси. Следующий лист сообщал о найденных следах на ноже, который обнаружили патрульные. Кровь, как и ожидалось, принадлежала убитой, а вот отпечатки… — Нет… — пробормотал Рег. — Нет, тут явно ошибка. Напутали что-то. — Где напутали? — спросила Гермиона, с тревогой глядя на побелевшего как мел детектива. Регулус не ответил, судорожно листая остальные материалы. На теле Панси отпечатков не было, других биологических следов Северуса Снейпа, тоже. Но нож говорил о многом. Почти обо всем. Вскочив с кресла, Блэк выбежал в коридор, напугав дежурного полицейского. Гермиона бросилась следом, сжимая стакан с кофе. — Немедленно в дом мистера Северуса Снейпа. В наручники, если окажет сопротивление. И потом сообщить мне! Если его не будет дома, найти! Что сидишь, выполняй! — заорал Регулус. Сдавленный вскрик заставил его обернуться. Грейнджер, выронив стаканчик, стояла, вытянув руку и наблюдала, как на полу под ее ногами расплывается кофейная лужа.