Син Цю и Морковь.

Придя домой, Син Цю положил книгу вместе с чашей на деревянную тумбочку, что стояла неподалёку от него. Юноша снял с себя обувь, а после направился мыть свои руки. Дома у него никого не было, всё, что было слышно, так это тишину, только вот, иногда через эту тишь было слышно всякую возню с улиц. Голоса людей, где-то можно было услышать музыку, а если ещё лучше прислушаться, то может быть и звкки природы, по типу: пения птиц, шелест листвы дерева, но вряд ли услышишь такое, когда живёшь близко к городу. Наверное, такой роскошью и ощущением глуши, чащи и леса вокруг себя могли бы похвастаться только те, что жили в какой-нибудь далекой глухой деревне. Как только парень перестал мыть руки, он вытер их и пошёл за своей книгой и той самой морковью. Книжку юноша прибрал, а вот морковь убирать не собирался. Лучше заниматься тем, что Син Цю решил дома, потому что так будет более безопаснее, по крайней мере, он может быть уверен в том, что никто не увидит его. Синеволосый парнишка пошёл в свою комнату вместе с этим овощем. Комната Син Цю была весьма хорошим местом для его дел, мыслей и много чего ещё. Оставив чашу на столе, он подошёл к окну и взглянул на город. Столь прекрасное освещение от фонарей, создававшее ощущение уюта, а также красивое темное небо, это всё было очень красиво. Парень закрыл шторы, всячески всматриваясь в большой красный узор ткани. Работа мастера и вправду была изысканна. Он медленными шагами подошел к своей мягкой постели и улегся на неё. После тяжёлого дня каждый был бы непротив лечь на мягкую кровать или диван, а потом отдыхать, согласитесь. Кровать Син Цю была достаточно большой, объёмной, я бы сказала. А мягкость, цвет, как же ему было хорошо нежится в такой-то кроватке. Юноша лег на спину, глядя в потолок своими янтарными красивыми глазками, мысли его были только об одном… О моркови, что стояла недалеко от него. Непроизвольно рука его тянулась ниже и ниже, всё поглаживая то живот, то низ живота, а спустя какое-то время и вовсе свой орган. Он то водил свою руку круговыми движениями, то опять те ми же повторными вверх и вниз, но опять же нежно и аккуратно, стараясь не быть грубым. Сердцебиение участилось, дыхание тоже стало тяжелым. Опять же чувство странное, но ему знакомое… Тогда, когда его орган поднялся парень решил припустить шорты, чтобы делать это ему было удобнее. Откинув голову назад, Син Цю продолжил свои действия, сопровождая их неловким мычанием и редкими стонами. В его мыслях опять же была одна морковь. Чем больше он думал о ней, тем быстрее юноша двигал своей рукой. Синеволосый парнишка уже был возле финала, приближаясь к концу. Ещё немного ускорив свою руку, он кончил, сопроводив такое действие сладким стоном. Тяжело дыша, Син Цю взглянул на свою руку и подумал: –» Неужели я и правда сделал подобное?» — пронеслось в его мыслях. Раньше он и думать о подобном не мог, даже про людей таких мыслей у него никогда не было, а тут внезапно он сделал такое, так ещё и на предмет, мало того, что не живой, так ещё и который он ненавидит больше своей жизни. Но разве его остановит лишь это?...