Resident

      Несмотря на то, что Эрен возвращал свою жизнь в здоровое русло, чувствовал он себя странно-дерьмово. Не потому что он сомневался и не потому что о чём-то жалел. Хотя, определенно, у него были сожаления, но они касаются далёкого прошлого и, как бы Эрен не хотел вернуться во времени или умереть и переродиться, как в вертикальных китайских сериалах — этого не случится. По крайней мере, он не собирается рисковать и умирать ради этого. Не тогда, когда все приходит к чему-то хорошему. Так что удивительным образом, не без помощи Леви, прошлое он отпустил. Приходилось смотреть в будущее: а оно было очень туманным.       Он пока просто существует в режиме ожидания чего-то. Вроде как осмысленно проживает затишье перед бурей или около того: потому что сейчас у него всё подозрительно хорошо и его тревожная душа не может спокойно с этим справиться.       Он привык к другому: привык страдать по Леви, который теперь всегда рядом; привык вспоминать день, когда всё пошло к чёрту и винить всех, кто в этом был замешан из-за непонимания длинной в шесть лет — теперь они всё прояснили и всё знают; Привык постоянно беспокоиться о состоянии Армина, подмечать как часто он моет голову — это важно, потому что во время обострения депрессии ты точно не будешь этим заниматься — как часто встаёт с постели и как реагирует на его слова. Да, у Армина всё ещё всё плохо, но Эрен решил, что это не его проблема.       Он придумал себе, будто должен быть ответственным за всё, что происходит вокруг, но некоторое дерьмо отрезвляет. Честное слово, он потратил столько лет на чёрт знает что: будто поставил свою жизнь на паузу и существовал в вакууме, ничего не соображая.       Он как-то прочитал стих, который попался ему в виде картинки на просторах интернета и там было что-то очень лирическое, чего он не запомнил, но точно запомнил, что автор сравнил судьбу с чуваком, который раздает карты в покер. Он никого не знает и перекидывает их без особого умысла, кому-то везёт, а кому-то — нет и это никак не зависит от самого человека. Эрену попались не самые лучшие карты и он не должен винить в этом кого-либо: ни себя, ни судьбу, ни даже Армина. У того были свои причины слушать Микасу и поступать так, как он поступал.       Сейчас, живя с Леви, не боясь быть пойманным, как воришка в магазине сладостей, он понимает, что он, в общем-то, и не жил все эти шесть лет. Его просто кидало от одной проблемы к другой, от одной трагедии к следующей и он тянулся по чёрным клеткам в своей жизни, как шашка.       Леви не нужно каждый день говорить о том, что у них всё будет хорошо. Эрен один раз произнёс это по привычке и наткнулся на скептичный взгляд омеги, спокойно пьющего свой чай. «Эрен, ни ты, ни я этого не знаем, так что прекрати об этом думать и говорить. У нас всё будет так, как мы захотим. И подай мне сахар».       С Леви легко. Не нужно заставлять себя идти в постель и думать про себя «Он достоин того, чтобы ты выполнил супружеский долг» — потому что хватало одного взгляда на Ривая и у Эрена горело всё ниже пояса. Если только он случайно — или специально — забывал, что нужно одеваться полностью в его присутствии, Эрен нападал, как голодный волк на кролика. И ни разу не получал отказ или уставший взгляд — потому что Леви любит секс так же, как и он.       Не нужно было осторожничать. Эрен мог показывать все свои навыки сарказма в присутствии Аккермана, шутить на любые темы, зная, что не обидит и говорить любую хрень, которая приходила ему в голову.       «Я бы хотел связать тебя и оставить в постели на весь день, чтобы приходить в спальню и трахать, когда мне захочется.»       Армину, конечно, он бы такого не сказал. Во-первых, потому что ему не хотелось. А во-вторых, он бы посмотрел на него напряженно и сказал бы что-то вроде «Ты с ума сошел? Это нездоровая хрень» или около того.       Леви на это усмехнулся и произнес «Да, класс. Ты бы провел в спальне весь чёртов день, Йегер, потому что ты можешь трахаться часами и даже не пить.»       Как будто природа где-то ошиблась. Или нет — ошибся Эрен. Он, вероятно, не должен был стать тем, кем стал в итоге. И он ужасный истинный.       Эрен попытался загнаться на пустом месте, когда понял, что ему не о чем беспокоиться до момента разговора с Армином и подумал «Хей, что будет, если Леви встретит истинного?». Но ничего не вышло. Потому что он до ужаса крепко уверен в нём. Потому что метка на Леви растёт каждый раз, когда Эрен обращает на неё внимание: она уже залезла на лопатку. И даже если какой-то парень скажет ему «Эй, мы предназначены друг другу», Леви, скорее всего, поморщится и скажет «Нет.» введёт альфу в ступор и уйдет.       В общем, Эрену так хорошо, что даже немного плохо. Ему пришлось купить магний и начать пропивать целый курс, потому что сердце заходилось от мысли, что он не может — не должен — быть так счастлив.       Он сидел на кухне и гипнотизировал закипающий чайник, когда зашёл Леви и по-хозяйски сел прямо на стол перед ним. — Привет? — Эрен глупо улыбнулся, — Я предполагаю, что ты хочешь… — Да. Ты без футболки. — И этого достаточно? — Этого даже много. Не знаю, из-за беременности это или просто потому что, но у меня стоит даже на твоё вот это глупое рыло.- Леви кивнул на лицо Эрена и тот сделал «рыло» ещё глупее.- А отсутствие одежды всё усугубляет. — Я бы сказал, что это любовь. — Очень романтично.—Леви усмехнулся.— Я смотрю, ты собираешься пить чай. — Я собирался налить и тебе. — Сначала сделай что-нибудь с этой проблемой.– Леви передвинулся на столе так, чтобы оказаться ровно напротив Эрена, которому пришлось убрать руки со столешницы и посмотреть туда, где, очевидно, проблема располагалась. Леви, в добавок к позе, раздвинул ноги, — А потом займешься чаепитием.       «Он даже не потрудился надеть бельё» — подумал Эрен, разглядывая с идеального ракурса член своего мужчины под растянутой футболкой. Она заметно приподнялась палаткой из-за стояка и Эрен сглотнул, почувствовав, как накапливается слюна во рту. Чёрт возьми, он ведь даже не думал о сексе минуту назад, а теперь это стало такой необходимостью, что он был готов продать воздух вокруг себя за оргазм. — Первичный осмотр результатов не дал.— Эрен хитро улыбнулся и положил руки на законно принадлежащие ему бёдра Леви, раздвигая их в стороны ещё сильнее. Для того это проблемой не было — гибкость Леви — восьмое чудо света.– Я пропальпирую. — Лучше отсосируй. — Или отлизировать?       Боже, какой идиотизм они себе позволяют. — Знаешь, на твой выбор. Ты у нас врач, подающий надежды. — Подними футболку.– Эрен не сдержался и облизнул губы, — Зажми её зубами и ложись.       Леви медленно выдохнул и послушно лёг, вцепившись зубами в заботливо поднесенный к лицу край ткани. Он чувствует себя нимфоманкой в психбольнице рядом с Эреном, потому что тому даже необязательно что-то делать, чтобы Леви его хотел до жжения в яйцах.       Бога ради, он просто хотел попить чай и Леви, как зверь, пришел и набросился. — Только не тормози.- Футболка во рту мешала говорить и, помимо этого, Леви чувствовал вкус ткани — это отвлекало. — О, не командуй. Ты знаешь правила.       Его руки медленно поднялись от колен выше — к бедрам — и ещё выше. Леви прикрыл глаза от того, какими они были горячими по ощущениям. Воздух вокруг стал тяжелее, когда Эрен бесстыдно разглядывал раскрытого, как учебник на парте перед учеником, Леви на столе. Запахло елью — так ярко, что можно было ощутить покалывание на языке и вязкость с горечью во рту. Его запах сводил с ума и, может, поэтому организм омеги — даже гордого Ривая — требовал своего партнера постоянно.       Леви уж потёк — Эрен подметил это с щенячьим восторгом — проводил взглядом полупрозрачную каплю вязкой смазки, выделяющейся из дырки и прижался к ней губами, провел языком по коже: сверху послышался протяжный вдох, кольцо мышц едва заметно сжалось и снова раскрылось для него.       Такой красивый, отзывчивый, ласковый в постели Леви заводил буквально с полуоборота.       Эрен просунул пальцы под ягодицы, ударился костяшками о поверхность столешницы, когда с силой сжал задницу Леви и раздвинул в стороны. Язык, задержавшийся в районе выступающей смазки, повело выше: Эрен медленно добрался до самой головки члена и втянул её в глубь горячего рта, вслушиваясь в возбужденное мычание Леви. Ему так хотелось бы облизать его всего с ног до головы, но это не будет оценено по достоинству.       А Эрену важно угодить своему мужчине.       Он крепко сжал губы под головкой, втянул воздух и быстро насадился головой до самого основания, чтобы почувствовать, как начинают дрожать бедра на его плечах, услышать, как Леви гортанно стонет и сквозь стон произносит его имя.       Одна рука двигается к анусу: Эрен даже не собирается отвлекаться и смачивать их слюной, потому что Леви всегда течёт так сильно, что даже не нуждается в растяжке. В нос крепко бьёт виски и шоколад — Эрену сносит голову — он перестает прислушиваться к стонам, перестаёт ощущать как дергается Леви: вставляет сразу два пальца и растягивает его изнутри «ножницами». — Боже мой.- Тихий шепот сверху и едва слышное поскуливание, потому что Эрен точно знает как нужно поставить пальцы, чтобы достать до простаты, но специально, сволочь, не делает этого: начинает двигать головой и Леви ощущает его рот всем своим членом: там так тесно, будто Эрен никогда не использовал его даже для того чтобы есть.       Пока два пальца старательно дрочат Леви изнутри, Эрен сосет как Бог — если это сравнение вообще уместно — и Аккермана накрывает. Он перестает ощущать дерево под спиной, отпускает футболку, помятой влажной тканью упавшей ему на грудь: он только хочет и хочет больше. Говорит об этом: пытается, потому что язык едва ли слушался хозяина. — Подожди.- Эрен отвлекся всего на мгновение, чтобы ответить, но Леви тут же схватил его за волосы и вернул обратно.       Да, действительно, если он будет отвлекаться, ему, скорее всего, снесут голову. — Еще раз остановишься — я задушу тебя своими бёдрами.       «Чёрт возьми, звучит как что-то, чего я хотел бы» — подумал Эрен, но не рискнул говорить вслух, потому что рот снова занят и если он оторвётся от члена чтобы тупо пошутить, его правда убьют.       Чайник клацнул, оповещая о том, что он закипел и выполнил свою функцию: но Эрен не дотронется до него пока не выполнит свою.       Он вставил ещё один — безымянный — палец внутрь и насадился ртом до самого основания, одновременно с этим сгибая все пальцы внутри тесного Леви, нажал на простату, царапающим движением провёл внутри и услышал хлюпанье прежде, чем томный выдох сверху. Леви дёрнулся, чуть не снеся со стола вазу с букетом и прошептал «Ещё», а Эрену не нужно повторять дважды.       Он ускорился с обеих сторон и слушал — наслаждался — реакцией Ривая на всё, что делает. Эрен так хорошо знал его тело, знал как и что нужно делать, чтобы Леви, вечно серьёзный, терял голову в постели только с ним. Эта мысль кружила голову ещё сильнее, потому что из-под футболки было видно край метки, которая оказалась под грудью.             Эрен не выдержал: достал пальцы, отпустил влажный от собственной слюны член и, глядя на недовольного Леви, встал, наконец, со стула. — Ты всё равно не кончишь без него.- И спустил спортивные штаны ниже, оголяя давно вставший член. Леви на это прикрыл веки, закусил губу и кивнул. Чертовски верно. — Никаких нежностей, Йегер. — И не собирался.       Эрен схватил Леви за коленку, отодвинул в сторону и тот услужливо раздвинул ноги шире, скрестил их за спиной альфы и притянул к себе. Он лежал на столе абсолютно открытый для всего: горячий, мокрый, с текущей дыркой и у Эрена от этой картины звенело в ушах. Он быстро нащупал анус большим пальцем, направил член и вошел одним движением до самого конца.       Головка упёрлась в матку и альфа не сдержал протяжного стона от тесноты, жара и этого влажного от переизбытка смазки звука. Он сразу начал двигаться, а Леви — подмахивать ему, встречая толчки на каждом движении. Шлепки звонко разносились по кухне, ваза начала опасно дергаться из-за трясущегося стола, но даже если она упадёт, они не остановятся.       Утренний секс определенно не должен быть нежным.       Эрен схватил ткань футболки, намотал на кулак и притянул Леви к себе, как куклу; раскрыл его губы своими и, не замедляясь, просунул язык. Их поцелуй оказался таким же агрессивным, как движения Эрена внутри. Он прижал палец свободной руки к натянутой коже ануса, обвел её вокруг и вставил внутрь: Леви вскрикнул прямо в чужие губы. — Эрен. — Много? — С ухмылкой, глядя прямо в стальные глаза, — Тебе нравится. — Не останавливайся. — Приказным тоном и Эрен не мог не послушаться. Он ускорился, входил жестче, не убирая палец, чувствовал как собственный член катается в обе стороны: Леви запрокинул голову, впился ногтями в его плечи и кончил, пачкая торс Йегера. Он так сжался, что Эрен не выдержал и последовал за ним, не выходя.       Ваза опасно наклонилась в сторону и Эрен резко одернул руку, палец которой только что был в заднице Леви и придержал её на столе. — Успел. — Смотря что.- Леви устало опустил голову на его плечо и посмотрел вниз. Ощущать размер Эрена — одно, а видеть.- Серьезно, в меня поместилось ещё что-то кроме этой ядерной боеголовки? — Такими темпами, я смогу залезть туда целиком.- Шутливо произнес Эрен и с очень пошлым звуком, вышел, наконец. — Какой ужас. Меня чуть не разорвало. — Неправда. — Даже не думай о том, чтобы совать в меня ещё что-то. Я не походная сумка.       Эрен на это звонко рассмеялся и шлёпнул Леви по бедру.       Все плохие мысли унесло куда-то далеко: оттуда они ещё не скоро смогут к нему вернуться. — Чайник придётся кипятить заново. — Эрен повернул голову и увидел, как медленно пар поднимается от воды в чайнике к кухонному шкафчику. Ему стоит задаться вопросом: как они будут оборудовать кухню, когда купят новый дом, потому что Леви в квартире повесил кухонные шкафы очень низко и это до ужаса неудобно. — Сделай чай. Я в душ. — Леви устало зевнул и Эрен поймал его нижнюю губу, укусил и хитро улыбнулся в ответ на заинтересованный взгляд напротив. — Нет. — Нет? — Мне нужно к Ханджи. Если бы не она, поверь, сегодня ты бы не вылез из постели. — Оо. — Эрен вздохнул, — Гребаный Зоэ. — Скажи спасибо. Ещё немного и он сгорит из-за трения. — Леви кивнул вниз и Эрен пожал плечами, потому что это достойная смерть для его потенции.

***

— Так, тебе переживать не о чем.— Сказал Жан так уверенно, что Эрен на мгновение поверил, ровно до тех пор пока он не продолжил, — В случае чего, мы можем пойти по плохому пути, ты знаешь? Засудим Микасу, она сядет, Армин окончательно ёбнется и проблема решится. — Жан, умоляю, заткнись.       Настал тот самый день и по какой-то причине, Эрен боялся. За время свободной жизни с Леви он успел забыть как ощущается истинный рядом — это чувство подкупает, хотя на нём почему-то не работает полноценно. Ему точно будет тяжело и ему точно будет больно.       И он взял с собой своего адвоката — конечно же.       Они сидели в машине напротив кафе, в котором была назначена встреча — то самое место, где они с Леви часто обедают. Эрен не идиот и он не пошел домой для того чтобы там расстаться с мужем окончательно — он выбрал нейтральную территорию и гордится собой. А ещё, он решил сделать это раньше времени и сказал Армину, что ему есть что сказать и это очень важно. Выдержать две недели было нереально — почти смерти подобно каждый день просыпаться и засыпать с мыслью «Ещё немного, ещё чуть-чуть.» особенно зная, что Леви уже его, уже носит под сердцем их ребёнка, а Эрен всё ещё не принадлежит ему полноценно. — Исторический момент, да? — Жан достал из папки тот самый конверт и, сминая, сунул туда пальцы, вытаскивая бумаги, чтобы всё проверить. Наверняка он делает это не первый раз за день — Эрен заметил, что конверт уже выглядит потасканным. — Да. Стрёмно пиздец. — Странная штука — отношения.— Жан усмехнулся, — Еще год назад я был уверен, что вас с Армином связывает столько, что ты до конца жизни будешь его наседкой. А теперь мы пытаемся избавиться от этого.       «От этого» не имело конкретики и Эрен криво улыбнулся: именно так. Они пытаются избавиться не от штампа в паспорте или от Армина. Они хотят расквитаться со всем «Этим», чем являлась жизнь Эрена до дня, когда он второй раз влюбился в Леви. — Правда странная. Еще год назад я был уверен, что моя несчастная первая любовь останется навсегда моей болью. А теперь… — Кстати, вы уже думали над именем? — Нет, мы ведь, считай, только узнали. Думаю, месяцев через.пять будем думать. — Ты в порядке?       Он задавал этот вопрос уже несколько раз и, кажется, считал, что Эрен нагло врет каждый. — Да, Жан, я в норме. Я знаю, почему ты переживаешь, но я подозрительно спокоен. Потому что это не Армин. Или потому что я знаю причину прошлых неудач. В любом случае, я не психую и не собираюсь уходить в запой. — Ага.- Жан прищурился, — Ну ты если соберешься, позови меня. В запое, знаешь, вдвоем веселее. — Конечно. Я буду брать тебя с собой везде, пока не утащу в Ад. — О, надеюсь. Потому что если я попаду в рай, мне будет пиздецки скучно там без тебя!       Они рассмеялись одновременно, поспорили, кто из них первым отправится на тот свет и Жан пообещал бродить за Эреном призраком, если вдруг он помрет раньше. Жан надеется, что он будет стариком-призраком, потому что они страшнее. — Пришел.- Эрен кивнул на дверь кафе, в которую только что зашел Армин и Жан в миг стал серьёзнее. — Итак. Я с тобой. — Конечно.       Они вышли из машины и одновременно с обеих сторон захлопнули двери, как какие-то мафиози из фильма. Жан ещё и держал в руках конверт, был одет во всё черное — напоминал адвоката дьявола. Эрен отогнал эти сравнения в сторону и быстрым шагом зашел в кафе, пропуская друга вперед. Армин, ожидаемо, сидел у окна за круглым столом из тёмного дерева и перебирал в пальцах меню.       К горлу подкатило волнение, но ожидаемой тяги к мужу Эрен не ощутил. Может, его организм устал обманывать сердце?       Они подошли к столу и Армин обернулся. Он сидел и смотрел снизу вверх: сначала просканировал Эрена, зацепился взглядом за левую руку — искал кольцо — а потом за незнакомый ему серебряный браслет. И только после этого обратил внимание на Жана, который стоял позади. — Привет? — Привет.- Эрен не был уверен с кем из них поздоровался Армин, но на всякий случай подал голос. Частично, чтобы проверить, способен ли говорить.       Они сели напротив, шумно отодвинув стулья, ножками заскрипевшие по кафелю. Армин не менялся годами, но сейчас Эрен видел его каким-то другим. Не тем, с которым жил несколько лет.       Кажется, он постригся — его волосы стали совсем немного длиннее, чем у Леви, лицо стало открытым и его больше не обрамляли солнечные локоны каре. Хотя куда сильнее в глаза бросался взгляд Армина — уставший, как будто ему надоело жить так, как он живёт. — Вы вдвоём мне что-то хотели сказать? — Он подал голос, когда стало уже некомфортно молчать и Жан схватился за оставленное Армином в покое меню. — Вроде того.- Эрен выдохнул, — Я думаю, ты понимаешь, что я не собираюсь возвращаться. — Я просил две недели, Эрен.- Он нахмурился, — Серьезно, ты даже в этом не мог быть верен своему слову? — Раскрылись новые факты.- Уклончиво ответил Йегер и отвел взгляд в меню в руках Жана.- И не тебе мне об этом говорить, правда.       Армин вытянул лицо, будто услышал что-то, что не сопоставлялось с реальностью. — Про верность? Серьезно? — Ты дашь развод? — Вставил своё слово Жан и, Армин успевший о нём забыть, повернулся к нему. — Нет. И это не твоё дело. — Это моё дело.- Жан прикрыл глаза.- Эрен мой клиент.       Армину на осознание потребовалось всего мгновение, его глаза подозрительно заблестели, как блестят глаза от ярости у людей. — О, ну конечно. — Ладно, тогда поговорим по-другому.- Жан положил конверт на стол.- Смотри.       Правильнее было сказать «читай», потому что следующие несколько минут Армин именно это и делал. Его глаза раскрывались сильнее, он закусывал нижнюю губу — очевидно, нервничал. Эрен поймал себя на мысли, что ему самому сейчас не лучше.       Морально тяжело именно таким образом выбивать развод у человека, который тебе дорог. Был дорог — шесть лет, всё же срок не маленький — даже если не в роли возлюбленного, Армин оставался его истинным и как бы то ни было, Эрен не хотел продолжать причинять ему боль.       Сердце болело от того, как глаза Армина закрывались, когда он осознавал всё, что они знают. — Шантаж? — Он быстро сориентировался.       Жан пожал плечом и опрокинул тело на спинку стула. Эрен всё ещё напряженно сидел и смотрел на мужа, сжимая кулаки на столе. — И давно ты знаешь? — Армин горько усмехнулся, а Эрен словил дежавю. — Дольше, чем ты думаешь. — Потрясающе.       Они молчали. Фоновый шум в кафе немного отвлекал, но собственные мысли каждого всё равно были громче. Эрен слышал свой пульс — отстукивал этот ритм на столешнице. К ним успел подойти официант, принять заказ на три лимонада и уйти. — Армин.- Эрен привлёк к себе внимание, глубоко вдохнул и произнес на одном дыхании, — Зачем? Зачем вы вообще это затеяли? Какой смысл был ломать жизнь сразу стольким людям?       Армин ответил только тогда, когда их заказ принесли. Он, кажется, боролся с желанием рассказать как есть и не говорить вообще ничего. Когда тонкие пальцы обхватили бокал и кольцо звонко ударило по стеклу, он будто очнулся. — Я с детства был.. Странным.- Он медленно прикрыл глаза и открыл снова, — Странным, в смысле, как Зик.       Жан так резко поднял на него взгляд, что Эрен отшатнулся. — Как.То есть тебя привлекали омеги? — Вроде того. Я этого не хотел. Долго пытался принять себя, но не получалось. Ты знаешь моё мнение: это противоестественно и бессмысленно. Я не хотел быть геем. Но время тянулось, я рассказал Микасе. Она посоветовала подождать, потому что это временное помутнение и на самом деле я нормальный. Я сильно переживал, у меня очень гомофобная семья. — Да.— В голове Эрена возник образ матери Армина.— Это точно. — Как-то мы заговорили с мамой об истинных. Я не уважаю себя и свою природу, Эрен, ненавижу всем сердцем. И тогда я первый раз подумал, что если встречу истинного, то всё изменится. Я жил с этим много лет. Потом появился ты. И тебе было на меня плевать. И, что самое ужасное, я понимал тебя, потому что на твоём месте я бы тоже выбрал Леви.       Он замолчал, пытаясь подобрать слова. Жан всё это время сидел с глазами, размером с бокал, который держал в руках: — Погоди, хочешь сказать, что тебе нравится любовник мужа? — Боже, нет! — Армин покраснел и отвернулся, — Он просто.Боже, какого черта ты вообще тут делаешь? — Ахуеваю, в основном.- Жан чуть не поперхнулся, когда Эрен ударил его по ноге под столом и поднял руки вверх, сдаваясь, — Молчу. — Просто я понимаю, почему Эрен в него влюблен, ясно? Я не думал лезть. Я был в апатии, пытался осознать, что встреча с истинным ничего не дала, а потом ваша ссора, ты заявился ко мне в течку и Микаса.— Армин тяжело вздохнул, сбрасывая с себя тяжёлую ношу, — Сказала, что это единственный вариант мне стать нормальным, как я и хотел. Сам я понятия не имею, спали мы или нет в ту ночь. Надеялся, что спали, хотя ощущения подсказывали, что нет.       В этом контексте "спали" означало "трахались" и Эрен теперь тоже уверен, что у них ничего не было от слова совсем. — Поэтому ты так держишься за меня? — Эрен нахмурился, — Армин, это ничего не даст. — Теперь, — Армин махнул рукой на бумаги, — Конечно. Чёрт, я ведь старался.       Эрен вдруг понял, что депрессия Армина началась задолго до его появления в жизни омеги. Вероятно, он в таком состоянии с тех пор, как впервые понял, что ему нравится на самом деле.       Сколько ему было? Зик осознал себя лет в десять. Армин тоже примерно тогда? Будучи ребёнком, которого растят в условиях абсолютной ненависти ко всему противоестественному — это Ад, а если не Ад, то репетиция. — Мне..— Осознание накатывало волнами, Эрен вспоминал прошлое. Как Армин иногда смотрел на омег на море, как он улыбался, когда ему делали комплименты — не альфы. Эрен никогда не ревновал его к альфам — конечно же — потому что не было даже причин, а не потому что он обмудок. И эта нелюбовь к его старшему брату — тоже неспроста.       Он не договорил. — Эрен? — Жан подорвался с места, — Эй, тебе плохо?       Эрен схватился за сердце — звук пульса стал громче, участился, его накрыло такой болью, что он не мог говорить. Согнулся за столом ударился лбом о столешницу: воздуха не хватало.       Такое чувство, будто он умирает. Ещё вдох — мало — ещё, ещё. Паника перекрыла обзор — стол, окружение, всё поплыло перед глазами и Эрен упал на пол, пытаясь заставить себя дышать. Он знает что это, он знает что нужно делать, но не может подняться. — Эрен! — Жан закричал и, кажется, посетители обернулись на них.       Эрен хотел сказать ему, что всё нормально, что ему нужно, но не мог даже вдохнуть так, чтобы грудь не прострелило неимоверной болью.       Почему сейчас? Почему здесь?       Жан сел на пол рядом с ним, схватил за плечо. — Эй, договорились, что я помру первым. Эрен, ты слышишь? Скорую! — Не...—Эрен попытался сказать, но грудь накрыло жаром и новой порцией боли, — Не на.. — Издеваешься? Кто-нибудь, вызовите.!       Эрен схватился за его руку, приподнялся на ней и из последних сил выдохнул «Леви» прямо в лицо. — Точно! — На фоне прозвучал голос Армина, — Звони ему, он должен знать. — Чёрт! — Жан обшарил карманы Эрена, достал телефон.- Как он записан? Блять, тут нет Леви, тут.. А, точно.       Эрен бы сейчас изо всех сил не смог выдавить из себя «Родной», хотя это слово билось в сознании каждый раз, когда боль становилась сильнее. Главное — дышать, он точно сможет. Но Жан и так догадался, как Леви записан.       Эрен улавливал только обрывки фраз. «Да, задыхается. Хватается. Пот? Да, он весь мокрый! Ага, Армин, спроси у официанта нитроглицерин!»       Каков шанс, что в этом кафе хранится нитроглицерин? Эрен понадеялся на высокий.       Сколько времени прошло?       «Я сам его дове.. Уже?»       Леви сейчас должен быть в больнице с Ханджи, значит.. — Эрен! — Крик откуда-то сзади, — Армин, дай таблетки!       Родной голос будто вернул в реальность — Эрен поднял взгляд от пола, вдохнул так глубоко, как мог. Леви сел перед ним, дрожащими руками выдавил из планшетки сразу две таблетки. Эрен смог только открыть рот и почувствовал, как две маленькие таблетки упали на язык. — Под язык, быстро.       «Я в курсе» — хотел съязвить, только голоса не было. — Жан, тащи его в больницу, я покажу куда нести.       Эрен перестал осознавать себя в реальности — чувствовал только вкус нитроглицерина под языком.