Трое против гуля

      Бран нервно стряхнул невидимые пылинки с рукавов дорогого камзола и осторожно постучал в дверь. Ничего хорошего от каникул он не ждал. Кому-то судьба уготовила участь возиться с младшими сестрами и заниматься подготовкой к их первому шабашу. Кому-то — переезд с любимыми железками из мастерской академии в подвал отчего дома. Бран ожидал нескончаемую вереницу балов и сводничества с юными магичками — именно так развлекалась последние годы его мать. Но все оказалось гораздо хуже…       Не дождавшись ответа, парень с опаской приоткрыл дверь, сделал неуверенный шаг в полумрак. В носу защекотало от пыли.       - Таки явился, надзиратель… - проскрипело из дальнего угла. Послышалось шуршание страниц и скрип пера. Косматая тень перебралась из-за стола к шкафу, подхватила несколько книг и вернулась обратно. - Хочешь отобрать мои сокровища? Знай — без боя не отдам!       - Мне ни к чему трактаты по алхимии.       - Как благородно, - зло прокаркала тень, сверкнув изумрудными «глазами». - Спасибо, что хоть этот бесполезный мусор оставили… Зачем явился? Поглумиться над пленником? Время к полудню… Снова будете меня травить?!       - Деда, ну что за вздор! - не выдержал Бран и, создав пару светящихся сфер, поднял их к потолку. Старик зло зашипел, словно демон при виде серебра, и скрылся под столом. - Наида — прекрасная кухарка!       - Коварная женщина, что готовит мне только воду и вареную траву! - возмутились из-под стола. - А я не корова! О, как же я скучаю по сочному жареному мясу!… А эти ее супы-пюре всех оттенков зеленого скормите кому-нибудь еще! Яды выглядят аппетитнее, чем эта жижа!       - Целители сказали придерживаться диеты, - в тысячный раз пытался объяснить Бран. - У тебя больной желудок! Меньше нужно было пить всякую отраву!       - Если бы кто-то не отобрал весь подопытный материал!…       - Мамины питомцы не являются подопытным материалом! Это домашние животные!       - Да кто в здравом уме будет держать у себя в спальне волосатых крыс?…       - Это были морские свинки!…       - Были? - выглянул косматый старик, поднимая на лоб зеленые окуляры. Он схватил пару листов, сверяя записи. - Значит, северная роза в формуле лишняя! Вот если заменить ее на…       - Так, хватит! - Бран отодвинул стол, лишая алхимика убежища. - Никаких формул! Сейчас мы идем нагуливать аппетит, а после — обедать! Как раз и комнату твою приберут…       - Нет! Не пущу! - взревел старик, хватая многочисленные исписанные листы и прижимая их к груди. - Не прощу! Отомщу!       - Ладно-ладно, только прогулка и никакой уборки, - сдался Бран. Он оглядел сидящего на полу старика и тяжело вздохнул. - Я позову слуг, пусть помогут привести тебя в человеческий вид…       - Сам сумею натянуть свежие портки! - огрызнулся алхимик в закрывающиеся двери.       Бран прижался к холодной стене, прислушиваясь к ворчанию. Как не справедлив мир: магия способна исцелить самые страшные недуги и даже вернуть душу с того света, но против безумия бессильна. Любовь к алхимии превратилась в манию. Забавно — старик часто забывал имя отца, путал и не узнавал слуг, зато безупречно помнил тысячи растений и формул. И всякий раз пытался создать что-то новое.       Лаборатории он лишился еще несколько лет назад, когда чуть не разнес отцовский особняк очередным взрывом. После нескольких отравлений, мать приказала слугам убрать любые цветы и кусты из сада и посадить безобидные ромашки. В кухне ввели четкий контроль за продуктами и посудой, погреб и шкафы охраняли и днем и ночью, но всякий раз безумный алхимик умудрялся умыкнуть нужные ему вещи.       После того, как у матери пропали любимые питомцы и была найдена очередная тайная лаборатория в подвалах, в доме появилось табу. Никакой алхимии. Никаких растений. Библиотека оказалась под магической печатью. Несколько раз старик пытался сбежать, но всякий раз его возвращали то городская стража, то недовольные соседи. В последний раз его вернули целители, сразу после того, как откачали от сердечного приступа.       Отныне алхимик был под домашним арестом и постоянным присмотром. Отец нанял охрану, что стерегла ворота и снимала беспокойного старика с забора. В доме поселился младший целитель. Не смотря на вредный нрав, о старике пытались заботиться все без исключения.       Алхимик прихрамывая вышел из своей комнаты. Остановился перед внуком и, кривляясь, принялся крутиться, демонстрируя свежий наряд. Бран закатил глаза.       - Ты бы хоть волосы пригладил…       - Ой, да перед кем мне красоваться? - возмутился дед, взъерошивая остатки жиденькой седой шевелюры. - Не на танцульки ваши скучные идем, а в огород гулять.       - В сад, - поправил парень, подстраиваясь под шаг старика.       - В саду цветы растут, а вы даже траву повыдергивали, землю пропахав, - с некой обидой фыркнул алхимик. - В пору грядки разбивать да овощами засаживать.       - Э нет. Твою помидорную кислоту мы еще прекрасно помним, так что никаких грядок.       Старик вздохнул, смиренно опуская голову.       Они бродили рядом с домом. Старик с тоской смотрел на пожухлую траву, хмурился при взгляде на темные окна поместья. Спустя минут десять, он бесцеремонно уселся на земле и фальшиво запел:       - Ой, полюби-и-ил просту-у-ушку граф, Смани-и-ить хоте-э-эл богатсвом. Из до-о-ома о-отчего украв, Схава-а-ался в за-а-амке гра-а-афском…       - Деда… - простонал парень и принялся поднимать безумца. Но старик заголосил пуще прежнего, пуская слезу.       - Икро-о-ою с зо-о-олота-а-а кормил, Ряди-и-ил ее в шелка-а-а. И до-о-олго сам себя-а-а корил, Когда та с тоски померла-а-а!!!       - Ну что ты опять начинаешь? - взвыл Бран, всплеснув руками. Дед притих, переводя дух. - Мы все хотим, чтобы ты был сытый, здоровый и невредимый! Неужели так тяжело понять, что нам совсем не нравится каждый раз отпаивать тебя противоядиями после очередных твоих экспериментов?       Старик нахмурился и посмотрел внуку в глаза. Парень выдержал долгий взгляд и уже обрадовался скорой победе благодаря сделанному внушению, как старик вновь заголосил: - Он схо-о-орони-и-ил ее среди Сверка-а-ающе-э-эго злата…       - Ладно, чего ты хочешь? - не выдержал Бран. - Только учти, я не стану приносить тебе даже самые безобидные букеты! И книги! И…       - Я понял, не кричи мне на ухо, - отмахнулся старик, поднимаясь на ноги. Парень подозрительно прищурился. - Я хочу, чтобы ты вернул мой кулон. Тот, что с портретом твоей бабки.       - И где он?       - В кабинете твоего отца. Не смотри на меня так! Это всего лишь кулон с ликом моей жены! Нет там ни порошков, ни заклинаний!       - А почему тогда отец его забрал? - все еще не веря, уточнил Бран.       - Случайно он его забрал, - пробурчал алхимик. - Мы с ним лаялись, вот он и сгреб все в кучу…       - Если ты мне соврал… - погрозил парень.       - Да вот те пентаграмма во всю грудь — не вру! - обиженно воскликнул старик, небрежно рисуя перед собой звезду. И добавил, тяжело вздыхая: - Соскучился я по Мерриде…       Бран сомневался. С одной стороны — что можно спрятать в плоском кулоне, размером с фалангу пальца? Но жизнь под одной крышей с полоумным алхимиком не раз доказывала, что даже из безвредных ромашек может получиться сильнейший яд…       - Дверь кабинета наверняка заперта, и не только на ключ, - наконец сдался он. - Боюсь, даже при всем желании я не сумею выполнить твою просьбу.       - Залезь через окно, - спокойно пожал плечами старик. - Уверен, он не ставил там защиту. Мне по стенам карабкаться возраст не позволяет. А если бы он подозревал, что я смогу тебя подговорить что-то вынести из его кабинета — вряд ли оставил бы за няньку.       - Поклянись, что в кулон ничего не запрятано!       - Призываю магию в свидетели, - тут же исполнил требование алхимик. Слабое мерцание окутало его с ног до головы. - Я ничего не прятал в кулоне с портретом моей жены.       Бран хмыкнул, следя за тем, как магия успокаивается. Кажется, не соврал…       - Хорошо, я достану тебе кулон. Но только после обеда! И при условии, что ты все съешь!..

***

      Он сидел в привычном полумраке. Зеленые окуляры позволяли прекрасно видеть даже в полной темноте. Он привык носить их еще с тех пор, когда пропадал в лаборатории. Многие ингредиенты не любят света, теряют свои силы. На грубой ладони покоилась последняя его драгоценность. Кулон со своим портретом подарила жена — отважная стихийница. Их сын пошел по ее следу, предпочел стеклянным колбам боевые заклятия. Всегда рука об руку: сильнейшая пара по истреблению чудовищ, мать и сын со смертоносными ледяными заклятиями. Из каждой схватки они выходили победителями, пока однажды не встретили гуля…       Они вынесли его отрубленную голову из недр подземелья, швырнули ее под ноги другим стражам и упали замертво. Против яда гуля никто так и не сумел создать атнтидот. Хитрая смесь из магии и черной слюны, над которой не одно тысячелетие ломают головы все маги мира. С того самого дня к ним присоединился безутешный вдовец и скорбящий отец.       Старый алхимик бережно прикоснулся к небольшому портрету и потянулся за ножом для писем. Раздался тихий щелчок и на ладонь упали иссушенные цветы гиацинта. Тонкие лепестки ломались, некогда голубые и белоснежные бутоны становились серыми. Старик улыбнулся, разглядывая подарок возлюбленной. Он не соврал, когда говорил, что ничего не прятал в кулон. Это сделала Меррида, оставила свое послание для любимого супруга. Благодаря ей сегодня он наконец закончит противоядие от слюны гуля.       - Отдохнули и хватит! - потряс головой старик, поднимаясь из-за стола. Подошел к шкафу, дернул за корешок одну из книг. В соседней стене открылся тайный проход в подвалы. Подхватив записи, он почти вприпрыжку помчался по узкой каменной лестнице. - Нужно еще придумать, как наладить массовое производство до того, как Брана отправят на практику… Ой, по-о-олюби-и-ил просту-у-ушку граф, смани-и-ить хоте-э-эл богатсвом...