Короли рая / The Kings of Paradise

***

Он сидел между Гарри и Джинни. Те с хмурым видом словно поддерживали его с обеих сторон. И от этого он чувствовал себя некомфортно. Пока что абсолютно всё доставляло ему дискомфорт. Он ещё не привык к этому миру. Даже по прошествии нескольких недель. Всё казалось таким сложным и странным, и большое количество людей вокруг выбивало почву из-под ног. Они заперли дверь кухни и молчали, сидя друг напротив друга. И его шокировал тот факт, насколько сильно дедушка походил на папу. Если бы, конечно, тот был бледным, как труп, и носил длинные волосы… — Он с вами никуда не пойдёт, — повторила Джинни, а Килиан просто молчал. Ему не хотелось идти к родителям своего отца. — Наш дом гораздо лучше подходит для его интеграции, чем ваше поместье. И у нас есть дети его возраста. — А мы его семья, — продолжала настаивать бабушка, но он боялся их. Теперь он понимал, что имел в виду папа. До него вдруг дошло, почему Драко захотел уйти. И он был благодарен отцу за это решение. Потому что ему бы не хотелось просыпаться в одном доме с этими людьми. Более того — они устроили драму на пустом месте и чуть не отказались от встречи в доме Джинни и Гарри. — Почему бы нам не спросить самого Килиана? — наконец произнёс Гарри, и тот поднял глаза. — Где бы ты хотел жить, Килиан? — спросил он нейтральным тоном, но дедушка внезапно ударил ладонью по столу. — Что он может ответить?! Ему уже несколько недель промывают здесь мозги! Юноша постоянно молчит! И я даже знать не хочу, какие ужасные истории вы ему нарассказывали, чтобы выставить нас в плохом свете! — закричал Люциус. — О, думаю, в этом нет необходимости, мистер Малфой. Ведь ваше поведение говорит само за себя! — гневно возразил Поттер, но Джинни перебила его: — Не надо! Мы не станем ссориться. И кричать тоже не будем. Килиан, ты хочешь пойти с бабушкой и дедушкой или нет? И на мгновение он задумался, но потом отрицательно помотал головой. — Нет, — тихо проговорил он. — Да вы же совсем запугали мальчика! Какой ужас! Что вы с ним сделали? — в отчаянии вскрикнула бабушка, но Килиан решил высказаться: — Я не хочу жить с вами, — повторил он, качая головой. — Неважно, где я в итоге останусь — здесь, с Джинни и Гарри, или где-то ещё, но к вам я не пойду. И они посмотрели на него так, словно он их предал. Оскорбил самым худшим образом. И он вспомнил разговор с папой несколько лет назад. «Они не очень приятные люди» — какие правдивые слова… Возможно, он и видел некие сходства, понимал, что они родственники, но… только внешне. «Внутри» он не имел ничего общего с этими личностями. — Ну, хорошо, — выплюнул дедушка. — Но не приходи к нам, когда исчерпаешь запасы золота. Какое странное заявление… Килиан не имел золота. И не нуждался в нём по словам Гарри. Он даже и не задумывался об этом. Если ему и понадобится золото в будущем, то он точно не пойдёт с этой просьбой к ним! Они встали и покинули кухню, не сказав ни слова и не обернувшись. Люди, носившие его фамилию… — Это было… неприятно, — заметил Гарри рядом с ним. — Папа говорил, что бабушка и дедушка от природы неприятные люди, — безэмоционально ответил Килиан, и Поттер на секунду скривил рот. Почти улыбнулся! На самом деле он думал, что Гарри недолюбливал его отца. Это была всего лишь теория, но Гарри редко говорил о нём. Возможно, он почти не знал его. Килиан не был уверен, но чувствовал, что не всё так просто. Его это немного беспокоило, однако он не затрагивал данную тему. — Твой отец прав, — наконец мрачно подтвердил Гарри, и Джинни вздохнула с облегчением. — Я рада, что всё закончилось. Мы ещё легко отделались, — добавила она, покачав головой. — А теперь… давайте перейдём к другим неприятным вещам, — ведьма сменила тему и посмотрела прямо на него. Килиан уже знал этот взгляд, и он ему не нравился. — Я знаю о вашей драке, — продолжила женщина, многозначительно посмотрев на него. Он сделал глубокий вдох. Да, у Гарри и Джинни действительно были дети его возраста, но это не означало, что они хорошо ладили. Он знал Альбуса из видений и именно с ним ссорился чаще всего. — Килиан, ты хочешь поговорить об этом? — мягко спросила она, но он скрестил руки на груди. Что он должен ответить? Альбус только и делал что нарывался на конфликт. Постоянно. И он решил поступить так, как привык поступать в таких случаях — просто постарался устранить проблему. В лучшем случае словами, но скорее кулаками. Таковы законы джунглей. Если бы Альбус был наглой обезьяной, он бы давно перерезал ему глотку. Всё просто. Но Килиан знал, что его методы не подходили обществу, в которое он попал. На самом деле они не подходили и к уровню его интеллекта, но как там говорят — с волками жить, по волчьи выть…? Его и так прозвали Тарзаном и Королём обезьян, так что какая разница? Он владел словом так же хорошо, как и мечом. В буквальном смысле. — В нём накопилось слишком много энергии, ему просто понадобилось выпустить пар, — неожиданно вмешался Гарри, чтобы хоть как-то успокоить жену. И только в нём он нашёл настоящего союзника. Почти… — Возможно, но я думаю, что ему нужно извиниться, — не унималась Джинни. Килиан полностью разделял её мнение. Этот избалованный мальчишка обязан извиниться, и… — Да, Килиан? — Она так демонстративно посмотрела на него, что даже он понял всё без лишних слов. — Это я должен извиниться?! — выпалил Малфой. — Перед Альбусом? — недоверчиво добавил он. — Потому что он слишком слаб, чтобы победить в честном поединке? Или потому что он слишком глуп, чтобы разрешить конфликт с помощью своего интеллекта? Он рисковал, но знал, что правда на его стороне. Однако во взгляде Джинни не было ни капли жалости — именно таким он запомнил его с колдографий на острове. Гарри, кажется, обдумал слова Килиана, взвесил их и, судя по его лицу, скорее всего пришёл к выводу, что он прав. — Я просто не хочу, чтобы в этом доме происходили ссоры и тем более драки, — строго ответила Джинни. — Ты это знаешь, Альбус это знает, и… — … Тогда почему именно я должен извиняться, а не он? — Но он и так знал ответ. — Потому что ты думаешь, что драку затеял я? Да, у него не было домашнего преимущества. Но… у него есть кое-что другое — преимущество «экзотического гостя». По крайней мере, в случае с Гарри. Да и с ней тоже. — Килиан… — начала она менее строгим тоном, но он покачал головой. — … А может, мне и правда не место в вашем доме? Может быть… я просто не подхожу вам? — предположил он, зная, что не останется здесь навсегда. Он знал, что когда-нибудь будет жить в другом месте, но ему и в голову не приходило, что шести недель может быть достаточно для того, чтобы встать на ноги. — Мы дождёмся твоих результатов, но… мне кажется, что ты получишь высокую оценку и в скором времени сможешь начать обучение, — вновь проговорил Гарри, и лишь Джинни казалась по-настоящему рассерженной. — Я хочу, чтобы он извинился. Независимо от всего остального. — А почему Альбус не должен извиняться? Килиан гнул свою линию, потому что считал сложившуюся ситуацию… несправедливой. Он слишком хорошо знал это из жизни на острове. Когда Скорпиус был маленьким принцем в глазах семьи, а ему, как старшему, приходилось играть роль пустого места. И ему надоело такое положение вещей. Однако мысль о Скорпиусе причинила ему боль. Он скучал по младшему брату. Тот никогда бы не оскорбил его. Не в лицо, по крайней мере, поскольку он знал, что Килиан сильнее. Альбус был просто… безрассудным и глупым. Но Джинни одарила его своим чёртовым взглядом, который очень уж походил на взгляд мамы. — Ты старше. У тебя есть чувство ответственности, и ты самый умный молодой человек, которого я знаю, и… — … Я всё понял, — хмуро перебил он её. Мерлин, всегда одно и то же… — Килиан… — … я же сказал, что понял! — раздражённо повторил он и с гневом встал из-за стола. — Но если он не примет извинений, ответит очередным оскорблением или снова нападёт на меня, то я ударю его кулаком по лицу, — сказал он, не сводя взгляда с Джинни, и, кажется, это шокировало её. Он не боялся Альбуса. Как и не боялся наглых обезьян. Килиан ничего не боялся. А потом он покинул кухню. Они летали на своих дорогих гоночных мётлах, хоть он и считал их абсолютно бездарными в плане полётов. Всех кроме неё — она летала превосходно. И он знал, что отчасти всё дело в его статусе «иностранца» и новичка. Они называли его чужаком, прибывшим со странного острова. Но… причина таилась ещё и в самой Лили. Потому что она ему нравилась. И именно она испугалась за него и, заплакав, сходила за своей матерью, когда Альбус решил напасть на него. Не очень умное решение, конечно… Ведь Килиан так быстро нейтрализовал его, что ему даже стало неловко. Альбус был крайне неприятным человеком, который завидовал его росту, телосложению и выдержке. Килиану он не нравился, он на дух его не переносил — да, он, можно сказать, ненавидел его. Ему ещё никогда не приходилось испытывать чувство соперничества, но именно это и происходило прямо сейчас. Килиан не был обычным юношей. Он не ходил в школу и не знал ни одного парня своего возраста, но подозревал, что у него могут появиться проблемы. Не с Гарри. Гарри понимал его как никто — даже взял на работу и позволил тренироваться в Министерстве среди мракоборцев, ведь именно там его место — однажды он станет одним из них. Как-то слишком быстро Малфоя охватило нетерпение и он почувствовал острую нужду в движении, опасности и тренировках. Его мозг функционировал именно так, и он не мог это изменить. — Эй, Малфой! — окликнул его Альбус со своей метлы, прежде чем приземлиться. Остальные дети семейства Уизли тоже спрыгнули с мётел на землю. Чаще всего они проявляли дружелюбие по отношению к нему. Чаще всего… Они обращались друг к другу по фамилиям, и Килиан знал эту странную игру от своих родителей. Но Альбус казался серьёзным: — Ну что, твои бабушка и дедушка заберут тебя с собой? Губы Альбуса растянулись в мерзкой улыбке. Но Килиан не поддался на провокацию. Он сказал лишь то, что должен был сказать: — Я сожалею о нашей ссоре. Эта фраза далась ему с большим трудом, как и многие другие вещи, однако он делал всё это несмотря ни на что. Такова жизнь, как говорила мама. Она всегда так говорила. Как же он скучал по ней… — А я нет, — заявил Альбус, но Килиану было всё равно. — Я поступил глупо и надеюсь, что ты примешь мои извинения, — слова были пустыми и неискренними, но Поттеру придётся довольствоваться ими, потому что он не собирался прикладывать какие-то дополнительные усилия ради этого неандертальца. Ему дорого его время. — Тебя моя мама заставила извиниться? — с насмешкой в голосе поинтересовался Альбус, однако Килиан прекрасно понимал скрытый смысл этого вопроса. — Нет. Я это делаю, потому что я старше и мне стоило вести себя более разумно, — такой ответ совершенно точно не понравится Альбусу. И его действительно бесило то, что Килиан старше. Пусть даже всего на один год. Он хорошо ладил с Джеймсом. Странно, не правда ли? — Ты такой говнюк, — ответил Поттер, щёлкнув языком. Килиан успел выучить множество новых ругательств с тех пор, как оказался здесь. Его мама была бы в шоке. — Альби, а как насчёт того, чтобы просто заткнуться? Как ты можешь быть таким мудаком? — вмешалась Лили. — Килиан абсолютно прав, и… — … O, мы все знаем, что ты прямо сейчас выскочила бы за него замуж, если бы тебе позволили, так ведь, Лил? Лучше не вмешивайся! — выпалил Альбус, и Килиан сжал руки в кулаки. Новая тактика не помогала. Никоим образом. Вообще никак. — Хватит, — раздался голос Гарри, и Малфой был почти благодарен ему за это. — Альбус, зайди в дом, я хочу поговорить с тобой. Это испортило приподнятое настроение присутствующих на корню, после чего Килиан резко сорвался с места и направился в сад, чтобы покинуть придомовую территорию. Он дошёл до ближайшего леса, который стал ему вторым домом. Здешние деревья росли в высоту, не были ярко-зелёными и экзотическими, но тем не менее являлись деревьями. Он нуждался в ощущении природы, чтобы успокоиться. Чтобы не выходить из себя и не пытаться доказывать свою силу. Килиан был здесь самым сильным. И он знал это. Гарри знал это. И именно поэтому Гарри уже несколько раз разговаривал с ним и обещал, что его сила, выносливость и магический талант будут использованы в благих целях. Но он считал, что это занимало слишком много времени! Он сдал чёртов экзамен, доказал, что знает столько же, сколько и глупые студенты Хогвартса его возраста, и теперь оставалось только ждать, когда Визенгамот решит его судьбу. Он хотел выбраться отсюда, хотел как можно быстрее приступить к делу своей жизни! Ему не хотелось ждать. Он чувствовал себя животным, запертым в клетке, когда терпел оскорбления со стороны людей, которые не понимали его, которые просто завидовали ему! — Привет. Он поспешно обернулся, услышав позади себя её голос. Из-за охватившей его ярости он даже не заметил, что она последовала за ним. Его сердце начинало биться быстрее всякий раз, когда он видел её. Гормоны просто сводили его с ума, и находиться рядом с ней было почти невыносимо. — У тебя… всё хорошо? — спросила она. В её голубых глазах плескалось беспокойство, а волосы медного цвета казались такими яркими, словно были сделаны из золота. — Нет, — честно ответил он с некоторым напряжением в голосе. — Мне жаль, что Альбус так по-свински ведёт себя, — тихо добавила она. — Он не выносит меня и в то же время завидует, вот и всё, — объяснил он, и Лили тяжело вздохнула. — Да-а-а, скорее всего, — подтвердила она. — Я… не хочу, чтобы ты уходил. Он повернулся, чтобы посмотреть на неё, и эти слова показались ему настоящим бальзамом на душу. — Ты же всё равно уедешь в Хогвартс. И мы не увидимся несколько месяцев, — ответил он, и на её лице промелькнула боль. — Я знаю, и это… ужасно, — она была какой-то странно-откровенной в своих чувствах. Она с самого начала была милой и дружелюбной, помогала ему, поддерживала, и он знал… знал, что… нравился ей. Благодаря видениям он знал, что… их свяжет нечто большее, чем… просто дружба. И это осознание сводило его с ума. Возненавидит ли его Гарри за это? Возненавидит ли его Альбус? Хотя в этом он почти не сомневался. Да он и сам ненавидел себя за то, что обладал опытом во всём, кроме… кроме этого. Кроме чувств. Эти чёртовы чувства взяли над ним верх, и он больше не мог рационально мыслить. Потому что… он хотел прикоснуться к ней, хотел почувствовать её… Хотел поцеловать, но не знал как. — Что ж… — проговорил он, не зная, что сказать. — Ты хочешь уйти, да? — осмелилась спросить она. Он выдохнул, избегая её взгляда. — Возможно, так будет лучше для всех, — выдавил он из себя, но она тут же подошла ближе, и ему пришлось собрать в кулак всё своё самообладание, чтобы не потянуться к ней. — Не для всех, — прошептала Лили. — Я не хочу, чтобы ты уходил к бабушке и дедушке, — сказала она, покачав головой, и он улыбнулся. — Этого я тоже не хочу, — ответил он. — Но… я совершеннолетний, и… мне не хочется конфликтовать с твоими братьями. Я не хочу жить в вашем доме, если это… приносит столько проблем. — Папа всё уладит, — наугад пообещала она. — Думаю, он… не сможет, — спокойно возразил Килиан. — Кроме того… — продолжил он, глядя на её красивое лицо. Мерлин, каждая её черта казалась ему до боли знакомой… Если бы она только знала, как часто он думал о ней! Насколько естественным было для него её присутствие… — Кроме того, Гарри не захочет, чтобы я жил под его крышей, если он… — Если он… что? — Если он узнает… о чём я думаю, — как-то пристыженно заключил он, пытаясь отвести взгляд, но она заставила его посмотреть ей в глаза. Его тело отреагировало на это каким-то странно-тянущим ощущением внизу живота. Как она смотрела на него! Это невыносимо… — И о чём ты думаешь? — спросила Лили, но он видел, что она и сама прекрасно знала, о чём. Должна была знать! Эта прекрасная девушка его мечты. Сама причина, по которой он захотел покинуть остров! — Лили… — начал он, не в силах противостоять желанию. Его сердце глухо колотилось о рёбра. Даже во время сражения с медведем много лет назад оно не билось так же быстро, как сегодня. — Да? — спросила она с широко раскрытыми глазами, и он был влюблён в неё так долго, что почти не верил в её реальность. — Можно тебя… поце…? — но договорить он не успел. Просто не смог, потому что она практически бросилась в его объятия — так порывисто-бурно, так раскрепощённо, что это ударило ему в голову. И она почти не дала ему времени на раздумья. Это был его первый поцелуй, и он потерял способность трезво мыслить. Глаза Килиана закрылись сами по себе, когда она с нетерпением накрыла его губы своими. «А для неё этот поцелуй тоже первый?» — задумался он. Что-то непохоже… Он вдохнул через нос, вбирая в себя её аромат, и его руки машинально обхватили девичью талию. И всё произошло почти инстинктивно, хоть он и не знал, что должен делать. Он почувствовал её руки на своей шее, в своих волосах, и от этого по его коже побежали полчища мурашек. Губы Лили приоткрылись, и когда Килиан почувствовал прикосновение её языка, ему показалось, что ещё чуть-чуть и он умрёт от нахлынувшего возбуждения. Она взяла на себя ведущую роль, и он, подчинившись, приоткрыл губы, после чего их языки начали свою собственную игру. Вау! Прямо сейчас ничего не имело более важного значения для него — то, что он покинул остров и оставил свою семью, недовольство большинства представителей семейства Поттеров — наплевать! Оно того стоило! Ради одного единственного момента! Ради этого поцелуя! Он понял, что любит Лили Поттер. Теперь он знал это наверняка.

***

*семь лет спустя*

Где же он? Где его лучший друг? Именно сегодня?! — Что такое, твоя вторая половина опаздывает? — поддразнил его Дейвон, сын Пэнси и Рона, с которым он сегодня отработал вечернюю смену. Дейвон уже переоделся и был готов покинуть Министерство. Килиан окинул его раздражённым взглядом. — Очень смешно, Дейв, — ответил он. — Ты опоздаешь, и она разозлится, — с усмешкой проговорил он, на что Малфой скривил рот. — И как я раньше жил без тебя и твоих глупых комментариев? — прорычал он. — О, обращайся в любое время, — ответил Дейвон с ехидной улыбкой. — А если серьёзно, — продолжил он. В такие моменты он выглядел в точности как Рон! — Я не вынесу её воплей. Так что поторопись, хорошо? — Хорошо, — недовольным тоном пообещал он, и Дейвон, кивнув ему в ответ, шагнул в камин. Он трансгрессировал в Нору. Именно там они отмечали все свои дни рождения. И сегодня он опоздает! День рождения Лили был для него самым важным событием. Хотя он и так постоянно опаздывал, потому что её дни рождения обычно выпадали на будни, а выходные всё равно часто совпадали с его рабочими сменами. Его взгляд снова упал на часы. Это бессмысленно. Уже начало десятого, и, кажется, ему суждено быть растерзанным собственной девушкой, если он не… Самый дальний камин вспыхнул зелёным, и кто-то почти выпрыгнул из пламени. Этот человек невозмутимо стряхнул пепел с пиджака, и Килиан застонал от облегчения. — Ты где пропадал, чёрт бы тебя побрал? Ты трансгрессировал в подземелья и сразился с тысячей драконов? Друг, я же просил оказать мне всего лишь одну простую услугу! — выпалил он. Он больше никогда не обратится к нему за помощью, на него просто невозможно положиться! — Да хватит уже, успокойся, — глаза Альбуса заговорщически сверкнули. — Чарли не очень надёжный человек. И что я поделаю, если этот придурок медленно работает? — добавил он, пожав плечами. Оскорбления собственных родственников всегда легко слетали с его губ. — Да и кроме того, оно же должно было лишить мою сестру дара речи, разве нет? И после этого он вытащил из кармана небольшой футляр. Килиан выхватил коробочку из его пальцев и открыл крышку. Вау… Альбус не соврал — кольцо было по-настоящему божественным. Бриллианты из эльфийского серебра очень сложно достать — они попросту бесценны. Но Поттер поспрашивал у знакомых, на что Чарли поведал ему, что золотоискатели иногда оставляют себе некоторые особо интересные образцы. И у Чарли как раз имелся такой экземпляр. Килиан выкупил его на деньги своего дедушки. Он буквально прожужжал ему все уши про это, и старик сжалился над ним. Люциус неохотно тратил собственное золото, но после долгих уговоров Килиану обычно удавалось смягчить его. А гном-нелегал из Румынии был так любезен, что огранил камень и вставил его в платиновую оправу — разумеется, за соответствующую ужасающе высокую цену. И теперь бриллиант сиял и переливался всеми цветами пастельной гаммы, отчего Килиан чувствовал себя чертовски воодушевлённым. — Она в обморок упадёт от восторга! — восхищённо прошептал он. — Уже половина десятого, — заметил Альбус. — Сначала она нашлёт на нас пару проклятий и только потом упадёт от восторга, — Килиан поднял голову и взглянул на своего лучшего друга. — Спасибо, дружище, — с облегчением проговорил он, и тот закатил глаза. — Только не расплачься от умиления, хорошо? — на что он ухмыльнулся. Ровно пять лет назад они с Альбусом подрались в последний раз, и он даже не мог вспомнить, из-за чего. И когда они оба лежали на полу с окровавленными носами, Поттер неожиданно начал смеяться. И Малфой подумал, что тот окончательно потерял рассудок, но Альбус посмотрел на него и сказал, что он, кажется, и правда сошёл с ума, потому что соскучился по его кулакам. И по какой-то непонятной причине Килиан подхватил его смех, и они, как двое безумцев, корчились от хохота, лёжа на кухонном полу Норы, ведь именно там обычно и происходили их стычки. А потом их нашла Молли, и у неё случился припадок, и в итоге им обоим пришлось навести порядок на кухне. С того вечера они больше не ссорились. А на следующий день Альбус стоял у его порога с вопросом, не может ли он помочь ему с некоторыми заклинаниями, нужными для экзамена, и Килиан помог, даже не задумываясь. Вскоре у Килиана не осталось другого выбора, кроме как навестить Альбуса, и тот принял его, не задавая лишних вопросов. Они начали ходить по барам по вечерам — к большому разочарованию Лили, и Килиан никогда бы не подумал, что с Альбусом Поттером может быть настолько весело. Их выгнали почти из всех клубов Косого переулка, а Джордж даже запретил им посещать магазин «Всевозможных волшебных вредилок». Килиан почти сразу же предложил Альбусу переехать в их с Лили квартиру, когда тот поссорился со своей девушкой — опять же, к большому разочарованию его сестры… Конечно же, Альбус быстро съехал от них, но Килиан всё ещё скучал по нему. Они вместе занимались спортом, пробирались в магловские кинотеатры и смеялись над 3D-эффектами. Отношения Поттера с противоположным полом никогда не длились слишком долго, и Килиан шутливо пообещал ему, что он обязательно остепенится, ​​как только увидит его сестру. И казалось, что Альбус действительно с нетерпением ждал встречи с Авророй. Как ни странно, Альбус Поттер стал его лучшим другом. И только с ним он иногда делился своими страхами о том, что, возможно, его семья никогда не вернётся. Килиан почти забыл, как выглядел Скорпиус, как звучал смех его отца. Он забыл почти всё. Не мог вспомнить ощущение меха синей гориллы, тепло восходящего тропического солнца и яркость зелени деревьев в лагуне. Это отдавало грустью, но со временем он забыл абсолютно всё. Хуже всего то, что он не мог вспомнить, как пахла мама, когда обнимала его. Он не взял с собой каких-то памятных вещей с острова, чтобы вспоминать о доме, и с каждым годом его надежда на их возвращение таяла буквально на глазах. Он видел Альбуса каждый день, но очень редко делился с ним подробностями своего прошлого. Только когда друг умолял его рассказать о том времени. Лили уже давно записала все его приключения. «На будущее» — как она выразилась. И когда они с Альбусом тренировались — Поттер служил под его началом в отряде мракоборцев — они мысленно сражались с монстрами из джунглей. Альбусу понравилась эта идея, а для Килиана это было чем-то само собой разумеющимся. Ведь именно так он научился сражаться, да и представлять себе чудовищ вместо других волшебников и правда намного проще. — Пойдём. Надеюсь, Лили сменит гнев на милость, когда я сделаю ей предложение руки и сердца, — с улыбкой произнёс Килиан. — Давно пора, — лаконично ответил Альбус. И да, он прав — ему давно пора это сделать. Килиан хотел подождать. Подождать возвращения семьи. Но… ему уже почти двадцать пять лет, и… он хотел жениться на Лили. Он больше не мог ждать. Какую бы боль это ни причиняло… — Ах, да она всё равно не может злиться на тебя слишком долго. И это, кстати, большая ошибка с её стороны, — с усмешкой добавил Альбус. — Да пошёл ты, Ал, — отреагировал Килиан без всякой злости в голосе. Они направились к каминам. — Ты же понимаешь, что совсем скоро мы станем родственниками? — восторженно воскликнул его лучший друг. — По-настоящему? Официально? Килиан улыбнулся и кивнул. — Да, жду-не дождусь этого момента, — подтвердил он. — Но ты же не сделаешь своим шафером Джеймса, так ведь? — в голосе Альбуса звучал искренний страх. Да, Килиан по-прежнему хорошо ладил с Джеймсом, но… ему не сравниться с младшим Поттером. — Ты с ума сошёл? — спросил он, когда они подошли к каминным решёткам. — Отлично, — с облегчением проговорил он. — Ведь я уже набросал самые горячие идеи для лучшего мальчишника волшебного мира! Малфой подумал, что добром это не кончится… — А Лили это одобрит? — осторожно спросил он, и Поттер на мгновение задумался. — По моему опыту всегда лучше извиниться за содеянное, чем просить на что-то разрешения, Малфой, — с хитрым прищуром ответил он. Килиан тяжело вздохнул, а потом улыбнулся. — Договорились! — сказал он перед тем, как Альбус ступил на решётку. — В Нору, и побыстрее, — потребовал он, и языки пламени тут же поглотили его. Килиану было грустно, потому что он очень хотел разделить этот момент со своими родителями, но… он также чувствовал себя по-настоящему счастливым, поскольку знал, что позвать Лили замуж было единственным правильным решением. С этими мыслями он вошёл в камин и, подумав об уютной Норе и своей прекрасной разъярённой девушке, исчез в зелёном огне.

***

Прошло уже довольно много времени после того, как они подняли бокалы в честь помолвки. После того, как Килиан Малфой опустился на одно колено перед его красивой дочерью в её восхитительном платье из синего шёлка. После того, как молодой, светловолосый, хорошо сложенный наследник Малфоев надел ей на палец возмутительно дорогое кольцо. Его дочь всё же не смогла устоять перед Килианом. В голове Гарри мелькнули образы долгосрочных контактов со старшими Малфоями, и это пугало его. Хоть Люциус Малфой и стал более сносным в общении в последние годы, но он всё ещё оставался Люциусом Малфоем. У его дочери появится столько золота, что она не будет знать, куда его тратить. И… она возьмёт фамилию Малфой. Столько же времени прошло и после того, как Гарри обменялся быстрым взглядом с Джинни, но его жену очень тронула церемония помолвки, и для неё не существовало «Малфоевской проблемы». Гарри обнял Килиана, потому что… Мерлин! Кто он такой, чтобы сомневаться в их любви? Больше всего его радовала тесная дружеская связь, образовавшаяся между Килианом и Альбусом. Юноши даже и одного часа не проводили отдельно друг от друга. Это удивительно, но ни в коем случае не плохо. Нет, это… почти предсказуемо. У них схожие характеры, да и Килиан, пожалуй, был для его младшего сына более идеальным братом, как бы странно это ни звучало. И это был прекрасный вечер — эмоциональный и по-семейному домашний. Молли и Артур уже всплакнули, Рон и Пэнси поздравили молодых, а Гарри удивлялся тому, как сильно Килиан сблизился с Роном. Иногда это казалось… странным. Несмотря на то, что Килиан был похож на Драко как две капли воды, и Рон просто не мог этого отрицать, он заботился о нём с такой же теплотой, что и Гарри, все последние годы. Скорее всего Рон увидел в нём характер Гермионы, несмотря на его внешность, в которой так явно угадывались черты Малфоев. Потому что острый ум, стратегическое мышление, рациональное спокойствие — всё это он унаследовал от Гермионы. Внешне он мог казаться копией своего отца, но внутри Килиан был Гермионой. До мозга костей. Вероятно, именно поэтому Рон любил мальчика. Было отрадно видеть, как идеально Килиан вписался в их общество, в их семью. Как хорошо он выполнял свою работу, был неизменно пунктуальным и абсолютно надёжным. Сейчас он перешёл в его подразделение, потому что Гарри знал, что может положиться на Килиана в любой ситуации. А теперь… он станет его зятем. Мерлин… Кто бы мог подумать? Все эти годы Гарри не переставал надеяться. Килиан вернулся, а значит… Гермиона тоже вернётся. И неважно, сколько времени это займёт. Надежда Гарри была крепка как никогда. Это единственное, что он знал наверняка, даже несмотря на сомнения Килиана. Он знал, что тот скучал по своим родителям, братьям и сестре. Долгое время он был аутсайдером, но… ему удалось стать неотъемлемой частью их семьи. Гермиона была бы рада — она бы хотела именно этого для своего сына. И они с Джинни и Роном выполнили её желание. Они окружили мальчика заботой. Потому что он стал одним из них. В этот момент прибыл последний гость. Гарри оторвал взгляд от дочери, которая танцевала в объятиях своего будущего мужа, и Тед Люпин направился к ним. Тот даже не сменил мракоборческую форму, а Лили уже приготовилась отчитать его за опоздание. Но их работа никогда не обходилась без нештатных ситуаций, и Тед Люпин был лучшей кандидатурой для решения таких проблем. По коже Гарри побежали точно такие же мурашки, что и семь лет назад… Рон остановил музыку взмахом руки, и все уставились на Теда. А потом немного запыхавшийся Люпин кивнул. В его глазах читалось предвкушение. — К пирсу только что прибыла группа из четырёх взрослых человек. Они… трансгрессировали прямо в воду. — Взгляд Гарри метнулся к Килиану, который замер и будто боялся пошевелиться. Тед посмотрел ему в глаза и снова кивнул: — Твои родители вернулись, — закончил он с недоверчивой улыбкой. Малфой обменялся взглядом с Лили, и щёки его дочери покрылись румянцем от волнения. — Нам нужно пойти к ним! — резко проговорила Лили. — Прямо сейчас! Она с воодушевлением обвела взглядом присутствующих, и Альбус произнёс: — Я ещё не пьяный. Давайте трансгрессировать парами! Кил? — Он повернулся к нему, но Килиан словно окаменел. — Я… — Что? — Альбус вопросительно посмотрел на него. — Мы… должны добраться до них, прежде чем… — Я… боюсь, — вдруг выпалил Малфой, и все замолчали. — Твои родители здесь. Они живы. Ты же ждал этого с момента своего появления здесь! Возьми себя в руки наконец и тащи свою задницу к ним! У его младшего сына было много хороших качеств, но чувство такта явно не входило в их число… Однако это помогло — Килиан «ожил». — Ладно, — прошептал он. — Пойдём, — хрипло добавил юноша, и Гарри был благодарен ему за это, потому что хотел отправиться туда как можно скорее! Джинни явно нервничала, а Рон и Пэнси уже выбежали на улицу. Поттер рассеянно подумал о том, что всё происходит очень быстро. В прошлый раз всё было точно так же — ситуация повторялась. — Где они? — спросил Гарри у Теда, и тот ответил на ходу: — Их отправили в Мунго. Нам следует поторопиться, прежде чем репортёры пронюхают об их появлении. Ты же знаешь, как всё было в прошлый раз! — заключил Люпин, и первые пары уже трансгрессировали. Да, Гарри помнил. Его дом долгих три недели находился в осаде прессы, лицо Килиана появилось во всех магических газетах Западного полушария, и обществу потребовалась целая вечность, чтобы узнать достаточно подробностей и успокоиться. И сейчас происходило то же самое. Но… ему было всё равно! Они трансгрессировали к больнице Святого Мунго. Город казался вымершим в это время суток. Один за другим они проскользнули через окно заброшенного торгового центра, после чего их ослепил яркий свет керосиновых ламп, усиленных магией. Они добежали до стойки приёмного отделения. Он и Джинни, Лили и Килиан, Альбус, Джеймс, Молли, Артур, Джордж и Фред — достаточное количество людей, чтобы вызвать настоящий переполох. Но в коридорах уже царило оживление. Все разговаривали одновременно, пока из-за угла не вышел целитель. Но он был не один. Все замолчали. У неё были длинные волосы. Очень длинные. Влага немного укротила густые локоны, сплетённые в толстую косу. Она казалась такой же загорелой, как и тогда. Более зрелой, чем в его воображении, но… это она. — Мне нужен камин! Я должна сообщить…! Раздражённый целитель указал пальцем на их небольшую группу, и взгляд Гермионы последовал за ним. Её глаза расширились, поскольку она, по всей видимости, узнала большинство из них. Как же это странно. Она вернулась. Словно никуда и не пропадала. И тут она заметила своего сына. Её глаза наполнились слезами. Гарри увидел это даже с такого расстояния. — Килиан, — прошептала она, и тот одним рывком вышел вперёд, отделившись от их толпы. Сначала его шаги были нерешительными, а затем он перешёл на бег. Он практически схватил Гермиону в охапку, крепко обнял и поднял в воздух, потому что был выше её. Намного выше. — Гермиона? — услышал он чей-то голос издалека. Низкий, знакомый голос. В конце коридора показалось массивное тело Драко Малфоя. Ему наложили несколько повязок, а также забинтовали правую ногу и руку. Его волосы были такими же светлыми, как и раньше, даже светлее, но с несколькими седыми прядями. И Драко Малфой тоже узнал своего сына, а потом подошёл ближе. Не говоря ни слова, он волочил за собой ногу, но в остальном выглядел невредимым. Его фигура по-прежнему казалась внушительно-большой. Он притянул сына к себе, и Гарри ещё отчётливее увидел, как сильно они похожи друг на друга — оба одинакового роста и телосложения. Килиан так сильно обнял отца, что тот пошатнулся, но сохранил равновесие. Драко закрыл глаза, а лицо Гермионы выражало невероятное облегчение. Никто не осмелился потревожить их. Но в какой-то момент Килиан отстранился от родителей и посмотрел на них обоих. В глазах Малфоя-старшего виднелись слёзы. — Где Рори? — прошептал Килиан, но Гарри всё же расслышал его вопрос. — Аврора! Скорпиус! — прогремел хриплый голос Драко, и не прошло и десяти секунд, как в коридоре появилась высокая, несравненно красивая девушка с маленьким мальчиком на руках. С такими же длинными, но чуть более светлыми и растрёпанными волосами. А лицо… Как же она похожа на его Гермиону… Из прошлого! Девушка невообразимой красоты! Он заметил рядом с собой Альбуса, который чуть ли не на цыпочках тянулся вверх над головами остальных, пытаясь рассмотреть её. Уголки губ Гарри дёрнулись в улыбке, когда из-за угла выбежала более юная версия Килиана. Кажется, он не пострадал. Скорее всего это его младший брат. Значит, они вернулись в полном составе. У них получилось! Сестра Килиана спустила на пол младшего ребёнка и, увидев старшего брата, широко улыбнулась. У неё было тело амазонки, как и у её матери. Стройная и сильная — она мгновенно нашла дорогу к сердцу Гарри, хоть он пока и не успел познакомиться с ней. Брат и сестра, не сказав ни слова, упали в объятия друг друга, и юный Скорпиус, не колеблясь ни секунды, тоже обнял Килиана и Аврору. Это было очень трогательно и почти нереально. Никто из них не решался прервать эту сцену, хотя Гарри видел, как сильно Рону хотелось сорваться с места. Ему не терпелось обнять Гермиону. В какой-то момент Килиан опустился на колени перед младшим Малфоем, который немного стеснялся, стоя рядом с матерью. — Я Килиан. И я очень рад тебя видеть, — сказал он с искренней радостью в голосе, и мальчик подошёл ближе. Казалось, ему не больше семи лет, и Поттер был рад, что тот выжил и остался целым и невредимым. — Привет, — робко ответил мальчик. — Я… Гарри, — добавил он, и Килиан тут же обнял его. Гарри даже не заметил, как к его глазам тоже подступили слёзы. И в эту секунду Гермиона посмотрела на него. Её улыбка была такой же лучезарной, как и у дочери. И когда она отошла от своей семьи и сократила расстояние между ними, Гарри, Рон и Джинни одновременно рванули к ней. Они обнимали друг друга, плакали и смеялись в течение нескольких минут. Драко заключил Гарри в такие крепкие объятия, что ему вдруг стало трудно дышать. Позже Рон тоже оказался в таких же мощных тисках и… рассмеявшись над этим жестом, обнял Малфоя в ответ, а Пэнси заплакала крокодильими слезами. И не переставала плакать весь следующий час. Дети перезнакомились друг с другом, вокруг царило волнение, а Альбус общался исключительно с Авророй, рисуясь перед ней так, как мог только Альбус Северус Поттер. Гарри наблюдал за ним, нахмурив лоб. У ворот Мунго, несмотря на полуночный час, собрались журналисты, но их не впустили. Слава Мерлину! Гермиона была очарована его дочерью, которая вела себя так застенчиво и робко, словно боялась их. Килиан рассказал родителям о помолвке, и оба на мгновение потеряли дар речи, но ненадолго. Они обняли Лили, и его дочь вновь заплакала от счастья. И это было так трогательно и чудесно, что Гарри захотелось присесть от переизбытка эмоций. Сотрудники Мунго даже позаботились о еде, и большую семью Поттеров и Уизли никто не выгнал. Нет, их завели в огромную четырёхместную палату. Там они сдвинули два стола вместе, не обращая внимания на стерильный больничный запах и яркий свет от ламп. Нет, они внимательно слушали Драко и Гермиону, хотя бóльшую часть истории рассказывала Аврора. И, конечно же, Альбус сидел рядом с ней. Килиан молчал, держа руку Лили в своей, и время от времени к ним заходила целительница, чтобы проверить повязки Драко, но в остальном… атмосфера казалась тёплой и очень домашней. Молли и Артур были уверены, что они остановятся в Норе, но Гарри догадывался, что Люциус сразу же пошлёт целую армию домашних эльфов за Драко, Гермионой и их детьми, как только узнает о возвращении сына. Он ещё не сообщил Драко о переменах в поведении его отца. Новость о том, что чёрствый старый дракон смягчился и «обзавёлся сердцем», наверняка не оставит его равнодушным. Гермиона вернулась. Такая красивая и сильная. Вместе с семьёй. Она стояла в кругу своих четырёх детей, а здоровая рука Драко самым естественным образом лежала на её талии. Они сказали, что им пришлось подождать, пока маленький Гарри не окрепнет, чтобы покинуть остров и выжить в море. Их время на острове подошло к концу, поскольку вся рыба в лагуне исчезла, погода стала более суровой, и казалось, что там наступила осень — словно это был знак того, что им пора возвращаться домой. Аврора и Лили разговорились, а Альбус то и дело вмешивался в их беседу. Килиан болтал со Скорпиусом и маленьким Гарри, рассказывая им о своей жизни здесь, в то время как Джинни и Рон заваливали Гермиону бесконечными вопросами. Как и Гарри, все остальные пребывали в лёгком шоке от происходящего — они слушали, смеялись и просто наслаждались прекрасным чувством воссоединения с подругой. Драко и Гермиона снова и снова благодарили его и Джинни за то, что они приютили Килиана. Они благодарили всю семью, и, конечно же, особую благодарность Драко выразил Гарри за то, что тот избавил его от тюремного заключения. Но Поттер лишь отмахнулся, заявив, что это мелочи, что Килиан замечательный человек и что он всегда рад помочь — и, в общем-то, это соответствовало правде. Ведь это именно то, что обычно делали друзья. Или семья. Потому что Гарри, как и Килиан, нашёл семью в лице клана Уизли. И им не за что благодарить его. Поскольку он понял, что Гермиона приняла правильное решение, которое привело к чудесному результату. В конце концов она вернулась. Наконец-то она сможет наслаждаться жизнью, которую заслужила. Вместе со своей семьёй. Выходит, им и не нужно было искать её. Она не нуждалась в этом. По крайней мере, не от него. Гермиона сама себя нашла и спасла. А Гарри… всего лишь оказал ей небольшую помощь. Он с грустью понял, что их приключение подошло к концу. Но, когда он задумался об этом и увидел счастье в глазах дочери, то осознал, что это только начало. Ведь сама жизнь и есть настоящая череда приключений. Некоторые из них происходили на таинственных островах на краю всех миров, а другие начинались в самых непредсказуемых местах.