Готэм-Сити

10 октября. Четверг       — Ну, у тебя и видок, — Дрю встретила Лидию в коридоре, идущую со стопкой чертежей в выделенный кабинет, — ты же в курсе, что тебе не заплатят столько денег, сколько ты тут вкалываешь?       Она видела её всего несколько раз, но уже точно знала, что от таких как она стоит держаться подальше. Не заметишь, как попадешь в неприятности. Девушка вздохнув, вырвала из слабой хватки стопку, зашагав впереди, цокая высоким каблуком. Она совершенно не выспалась после своих вечерних приключений, и теперь поврежденная нога ныла, напоминая о всей череде неприятностей, что на неё свалились.       Секретарь распахнула глянцевую дверь пинком, и сразу же скинула стопку на и так заваленный стол. Присвистнула, рассматривая рабочий завал, одобрительно кривя алые губы, поправляя черный пиджак.       — Трудоголик, значит, — идеальная бровь изогнулась, — а я уж понадеялась, что будет с кем выпить… чая на рабочем месте.       Лидия глубоко вздохнула, открывая окно, жмурясь от света. Вид был потрясающий, и пусть ей некогда было любоваться им, он все равно согревал душу. В микроскопическом кабинете, она едва успела обжиться, получив ключи от него утром у охранника. Самой Дрю, на месте не было, и она решила не спрашивать, где ту носило, ведь никто не обязан жить на работе, хотя она бы не отказалась остаться тут навсегда.       — У меня не так много времени, хочу произвести правильное впечатление, — призналась она, с досадой подумав, что осенью сюда может и не вернуться.       — Куда вероятнее просто заработаешь пару болячек. Ты хоть за едой ходила? А знаешь, молчи, сейчас вернусь, — и игриво подергав плечами, скрылась за дверью.       Сев в уютное кожаное кресло, она взглянула на множество проектов, по которым нужно было собрать данные. Стоимость материалов, срок строительства и прочие подробности, коими себя мало кто утруждает ради подобных проектов. Они были лишь в разработке, быстрые наброски выпускников, желающих трудоустроиться, и ей доверили это. В груди ворочалось неприятное чувство, что создатели этих проектов могут занять её место, и им не нужно идти на безумства, у них уже все было.       Она знала, что это была чистая зависть, но ничего поделать с ней не могла. Выпрямилась, размяв спину, и принялась расфасовывать документы и чертежи на срочные и нет. Дверь вновь отрылась, спиной закатилась Дрю, таща стул. Толкнув его к столу, подняв палец, попросила подождать, и под удивленный взгляд Лидии вновь скрылась. Но тут же вернулась с чайником и фирменным пакетом.       — А ты разве не должна сидеть у кабинета директора? — она смотрела, как та подключила чайник, и принялась вытаскивать из пакета две кружки и контейнер.       — Караулить как собачонка? — она рассмеялась, ставя на стол чашки с Дартом Вейдером, одну черную другую розовую, — мне за это не платят, я скорее помощник по срочным поручениям. И на телефоне сижу.       — Но если кто придет? — Лидия неловко поерзала, вспоминая, как пробралась в кабинет адвоката, воспользовавшись отсутствием секретаря.       Дрю подмигнула и подняла жалюзи на двери, и до Лидии только дошло, что стена была полностью стеклянная, с полным видом на коридор. Девушка открыла контейнер с бутербродами, и живот её мгновенно заурчал, напоминая, что холодные макароны были не самым питательным завтраком, но утром она была слишком взвинчена, не могла усидеть на месте и потеря лишних минут бы просто разорвала её.       — И вот я вижу всех, кто проходит от лифта, телефон я услышу, а почта установлена на мой телефон. Чего еще надо для счастливой жизни, — Дрю подперла рукой круглое лицо, — расслабься, тут только ты отчего-то работаешь, а мне скучно, в офисе никого кроме нас, так что, я буду торчать у тебя, пока ты не решишь от меня избавиться, выкинув в окно.       Стоило чайнику закипеть, как новая знакомая навела им чая, и оглянувшись по сторонам, подмигнула и налила себе в чашку что-то из фляжки.       — Бальзам на травах. Обычно коньяком разбавляю, но вот решила за здоровье взяться.       — Оно алкогольное? — Лидия искренне не понимала, как вообще могла попасть во что-то подобное, но оглядев стопки бумаг, обреченно уточнила, — крепкое?       Получив довольный кивок, пододвинула черную чашку к коллеге, и та счастливая плесканула и ей.       Работы было много, хоть и оказалось, что Дрю прекрасно разбирается в архитектуре, но все же управиться им удалось только к вечеру, когда они обе начали медленно сходить с ума, подумывая просто выпить всю фляжку на двоих. Девушка оказалась отличной, хоть и шабутной собеседницей, любящей поиграть на рабочем месте в игры, и почитать там же любовный романчик, купленный в киоске внизу.       Однако, Лидию с ней ничего не связывало, и Дрю не затрагивала никаких важных тем. С чистого листа, она позволила себе просто расслабиться, раз уж разбавленный чай и так располагал, и получать удовольствие от простого общения.       Когда с работой было покончено, глаза слипались, а времени было за восемь вечера. Идти домой было далеко, и скоро начнется смена в баре. Её словно окатило холодной водой. Жестокая реальность обрушилась, неожиданно напоминая, что она все еще принадлежит другому миру, и в этом мире ей нужно было смириться с тем, что Джейсон совсем не тот, за кого она его приняла. Совсем не добрый знакомый, а опасный, расчетливый человек.       Знание было её тайной, козырем на последний случай. И что намного хуже, она не злилась так, как была должна. В душе засела грызущая обида, но рассудок подсказывал, что с их прогулки в парке, он больше ничего не спрашивал о Нине. Демонстративно обходил любую тему, связанную с её подругой, ради которой все и начиналось. Лидии хотелось верить, что тот больше не использует её так, что тому просто хочется с ней общаться.       И она сама не все ему говорила. Может ли она обвинять кого-то в двуличии, пока сама помогала Нине проникнуть в кабинет комиссара полиции. Лидия понимала, что это было только начало. Не хотела это признавать, но прекрасно осознавала, что так просто все не кончиться. И ведь с каждым новым шагом ей придется все больше скрывать от него. Оба были хороши.       — Боже мой, у тебя лицо, словно ты решаешь, кому жить, а кому умереть, — воскликнула Дрю, помахав рукой охраннику, что ответил отмашкой, — предлагаю пойти поесть. Тут есть прямо за углом специфическая бургерная. Я угощаю.       Обычно она бы отказалась сразу, но голова сама кивнула, вслед за урчащим животом. Ей было приятно, девушка её не знала, и звала с собой не потому, что жалела и хотела помочь. Ей просто была нужна компания. Укутавшись в пальто, она украдкой посмотрела в витрину, довольная тем, что час стараний по очистке вещи не прошел зря.       Дрю же уверенно шла в лакированном желтом плаще, выглядя настолько ярко, что оборачивались даже голуби. Лидии было немного некомфортно рядом с кем-то таким, словно и ей перепадало немного внимания.       Закусочная оказалась тематическим заведением, где все официанты ходили в масках Бэтмена. Лидия не смогла сдержать смеха, насколько абсурдной ей казалась ситуация. Только Бэтмена ей и не хватало для полного счастья и благополучия. Внутри оказалась уютно, и пахло крайне аппетитно. Людей почти не было, и Дрю облокотилась на бар, тыкая пальцем в меню. Усталый парень в неподходящей по размеру маске кивнул, и выдал номерок с заказом.       Девушка уселась за самый дальний столик, под большой картиной Лиги Справедливости. Лидия была осторожна, осматривая заведение, и немногочисленных посетителей, угрюмо поедающих заказы.       — Что ты заказала?       — О, лучшее, что у них есть, — глаза Дрю загорелись азартом, — набор с сюрпризом. Я собираю игрушки оттуда. Трижды выпадал Робин, сколько можно!       — Хоть не Джокер, — нервно хихикнула, — было бы страннее.       — О, он дважды выпадал.       — Ты очень любишь это место, — поняла Лидия, хоть и чувствовала, что стоило пожурить её за ребячество, но ей понравилось.       — Не подумай, что я поехавшая, в таком-то городе, — Дрю покраснела, почесав затылок, — но я фанатка всех этих психов. Они странные, но в этом что-то есть. Девчонки, в латексе и мускулистые парни, и все могут надрать зад плохишам. И все такое таинственное. Я родом из Метрополиса, а там даже кошек снимать с деревьев приходит супергерой. Совсем не то ощущение.       С тем, что ощущения были непередаваемые Лидия была согласна. Особенно, когда кто-то из этих парней начинает маячить перед глазами. Один раз встретила и все, теперь большая часть её жизни вертится вокруг парня в маске, точнее в шлеме, но какая разница. Она старалась не думать об этом, но среди всего геройского антуража, не смогла выкинуть из головы, что знает какое под маской лицо, и что лицо это очень привлекательно. И все вместе…       Нервное напряжение последних дней определенно не шло ей на пользу. Ей становилось слишком жарко от непрошеных мыслей, но заказ принесли вовремя. И словно в насмешку, из цветастой коробочки она вытащила именно Красного Колпака, которого Дрю сразу же отобрала, сверкая от счастья. Лидия не возражала, ей и живого хватало.       — Серьезно, попробуй расслабиться, — Дрю жевала бургер, запивая чем-то приторно сладким, — иначе крыша поедет, а от этого уже избавиться сложнее.       Лидия вздохнула, отчасти соглашаясь с новой знакомой, но воспользоваться советом не могла. Вокруг было слишком много всего, что она не контролировала. Она подала заявку в колледж, и с каждой минутой все меньше рассчитывала на одобрение студенческого кредита. Мать закидывала её сообщениями, Синди все еще была в реанимации, куда никого не пускали, а миссис Клэр запретила ей там появляться, пока не будет новостей. Это еще не считая, Нины, которая постоянно где-то пропадала.       — Не то чтобы я имела привычку спаивать всех кого встречаю, но мы могли бы засесть вечером с вином, например. Я живу с сестрой, ну она мне так-то сводная, но не суть.       — Не боишься, что я могу ограбить? — Лидия улыбнулась, зная, что не может принять предложение.       — У меня есть все твои данные, адрес, фотографии, и к тому же у нас буквально нечего красть кроме бухла. И если бояться заводить новые знакомства, то так ни с кем и не познакомишься.       — Аргумент, — Лидия кивнула, доедая свою порцию, — правда у меня последнее время слишком много новых знакомств.       До бара она добралась быстро, успев сменить дневную сотрудницу. Они обошлись только приветственными кивками, особо не разговаривая. Лидию это полностью устраивало. Она старалась расслабиться, не нагнетать еще больше жути. Как всегда она не смогла поймать момент, когда появился Джейсон, что вел себя настолько непринужденно, что сама расслабилась, только искоса поглядывала на него. И вот опять не было злости, только глухое раздражение и легкий стыд за свои недомолвки.       Смена Лидии подходила к концу. В баре оставалось все меньше людей, и она позволила себе пару стаканчиков, чтобы хоть немного расслабиться. Задумавшись, она совсем отвлеклась, не заметив, как в какой-то момент, за стойкой остался только Джейсон. Она махнула ему рукой, и отдала заказанное пиво. Ей нужно было знать, действительно ли он скрывает именно то, что она подумала? Нужна была бы всего одна подсказка, любая зацепка. Может, она и была уверена в своей правоте, но как, же тяжело порой поверить в очевидное. К тому же, она могла ошибиться, и это могло привести к самым неприятным последствиям.       И она тайком поглядывала на него, стараясь увидеть что-то такое, чего не видела раньше, но все было по-прежнему. Только более четко, словно пазл сложился до конца. Она много думала, в какой-то момент этот человек стал занимать абсолютно все её мысли.       Нахмурившись, он сделал глоток пива. Она замерла, смотря на губы, прижавшиеся к стеклу. И когда он отстранился, облизнувшись, ее словно током прошибло. Ей не должно было это нравится. Нужно было отвернуться, но точно не представлять, что могут эти губы, оказавшись в другом месте. Фантазия ярко нарисовала образы, от которых у нее подогнулись колени, а между бедер заныло.       Она облокотилась о бар, стараясь подавить свои реакции, но воображение только сильнее разыгрывалось. Что было бы будь она смелее? Смогла ли бы она подойти к нему и поцеловать именно так как хотела? Жадно и глубоко, прижимаясь всем телом, проходясь руками по мышцам под его одеждой. Проводя кончиком пальцев по рельефу пресса вниз, наплевав на все приличия. Получилось ли бы у нее заставить его также сходить с ума от страсти?       Каждый нерв ее накалился, но она не могла остановиться, прервать свои грязные мысли, что разрывали на части. Стыд душил, но в свое оправдание, она могла сказать, что её мысли оставались только в её голове, а всему виной был выпитый алкоголь и стресс. Именно так. Ни за что она не признается, в том, что не могла контролировать.       В её голове, в удушливом сладком тумане, она сгорала от жарких прикосновений, тихо выстанывая его имя. Лидии до безумия хотелось, почувствовать, какого это быть опрокинутой на твердую барную стойку, кем-то вроде него. Высоким и сильным, с обворожительной улыбкой. Она бы зарылась пальцами в его седую челку, заставляя смотреть только на неё.       Ощущение крепкого тела так близко, опьянило бы. В этом Лидия была уверена, вспоминая их первую встречу, когда она даже его лица не видела. Только красный шлем и стойких запах пороха, который никуда, на самом деле, не девался, и когда он притворялся обычным парнем, заядлым посетителем баров.       Воспоминание прошибло насквозь. Такое реальное, словно вот он. Нависал над ней, закрывая от всего мира. Такой опасный, и безбашенный. Раздражающий, и желанный. Она моргнула, и невольно, совсем нет, её мысли скользнули еще дальше. Куда дальше любой грани приличий. Всего на мгновение, она позволила себе представить его мозолистые руки, не просто сжимающие её тело, а проникающие под одежду.       В тот самый момент, когда ее разум нарисовал картину того, что будет потом, она встретила его взгляд. Прищуренный и самодовольный, но такой прожигающий насквозь, что было ясно — он знал. Видел, как она пожирала его взглядом, как часто поднималась ее грудь в сбитом дыхании. Лидия покраснела до кончиков пальцев, желая провалиться сквозь землю, исчезнуть. Убежать в подсобку, в конце концов. Только Боб ее грохнет за такую выходку, а она сама опозориться на всю свою жизнь.       Парень молчал, но не сводил с нее тяжёлого потемневшего взгляда. Следил за каждым движением, отчего ей захотелось прикрикнуть на него. Однако, все на что ее хватило это прочистить горло сухим кашлем и вернуться к работе, игнорируя его и пульсирующие мышцы, ноющие от нехватки внимания.       Когда она, наконец, смогла вновь посмотреть на него, он широко улыбнулся, салютуя ей бутылкой. Так словно ничего не было. Это должно было ее успокоить, но больше напугало. Сердце болезненно сжалась, когда она осторожно прошлась по нему взглядом, подмечая ссадины на скуле и синяк, выглядывающий из-под рукава куртки.       — Милая, ещё немного и я покраснею, — он подвинулся ближе, голос его едва заметно хрипел.       Она закатила глаза, хотя и чувствовала, что вновь начинала краснеть. С ним было легко, даже когда все внутри переворачивалось. Именно это ее и успокаивало, можно сказать, что эта лёгкость была тем, что так манило ее. С ним она чувствовала себя в безопасности, и дело было совсем не в знании о его «маленьком» хобби.       — Думаю, тебе бы пошел красный, — она не осталась в долгу, подмигивая ему.       Джейсон поперхнулся, не понимая, шутит она или нет. Допустил ли он где-то ошибку? Спросить напрямую не мог, боясь выдать себя. Парень всматривался в ее лицо, ища подсказки, но она не собиралась выдавать себя. Не считая того, что это было случайное озарение, ей слишком понравилось так неоднозначно шутить. И замешательство в голубых глазах ей тоже понравилось.       Какое-то время она ещё поработала, время на часах показывало около четырех утра. Голова начинала кружиться от усталости, позволяя остаткам желания покинуть разум. Когда она отдохнет, то непременно будет биться в нервной истерике, представляя, что он мог о ней подумать. Как же неприлично! А самое худшее было в том, что она не ощущала больше стыда. Того самого, который должен был сгрызть ее и уберечь от повторения подобного.       Последний клиент покинул бар и Джейсон вызвался проводить ее, на что она не стала возражать. Даже без шлема и оружия напоказ он выглядел внушительно и опасно. В другой ситуации, она бы точно не захотела оказаться с ним в одном переулке в темноте.       Она думала, что он проводит ее до такси, на крайний случай устроит пешую прогулку, от которой она бы не отказалась. Лидию ждал сюрприз.       — Нет, нет и ещё раз нет!       Со страхом она смотрела на спортивный байк. Черный и блестящий он был таким устрашающим, что ничего кроме желания свалить не вызывал. Джейсон опёрся рукой о сиденье и выглядел довольным.       — Ты хоть раз ездила на чем-то кроме машины?       Может он ничего такого и не сказал, но желание стукнуть его было крайне велико. Небо медленно окрашивалось в алый, предвещая рассвет. В это время всегда становилось холодней. Мороз ещё не был сильным, но нос и руки показывало, как бы сильно она не куталась в пальто.       — На велосипеде, — она заикнулась, тут же принимая свой самый невозмутимый вид, — однажды, за городом…       — Когда это было? — он рассмеялся, ловко усаживаясь на байке, — лет двадцать назад?       Она пробормотала себе под нос все, что думает о безумных лихачах на дороге, но все же осторожно приблизилась. Ее не торопили, но все же она чувствовала нервозность. Лидия глубоко вздохнула и попыталась забраться на этого монстра. Стоило ей подумать, что у нее получилось сделать это аккуратно, как она соскользнула вниз по кожаному сидению. Просто впечатавшись в мужскую спину.       — К сожалению шлема не прихватил, но ехать быстро не буду, обещаю.       — Правда?       Она попробовала обхватить его руками, сцепив ладони на его животе, но собственные колени мешали. Сначала она попыталась увести их в сторону, копошась у него за спиной. Потом он, наконец, не выдержав, притянул их к своим бёдрам, резко прижимая ее к себе.       — Держись покрепче и не пытайся укусить.       Лидия не успела ничего сказать, когда он стартанул с места. Она вскрикнула и с безумством вцепилась в него, стискивая его бедрами. Уткнулись лицом между его лопаток, не осмеливаясь хоть немного выглянуть. Не услышала, но почувствовала, как от смеха затряслось его тело. Сама она ничего смешного в этом не видела, в который раз собираясь прикончить его. Конечно, она уверена, что очередь желающих огромна, но раз она тут рядом, то сможет и без очереди оторвать его голову. Без свидетелей.       Лидия не смотрела, куда они едут, просто молясь о том, чтобы парень сбавил скорость, боясь даже представить, что если это для него «не быстро», то, что тогда для него скоростное вождение?       Остановись через минут десять, показавшихся ей вечностью, Джейсон не спешил убирать её, казалось окаменевшие руки. Она почувствовала, как широкая ладонь, затянутая в кожаную перчатку, мягко погладила запястья, осторожно сжимая.       — Прости, не думал, что так сильно испугаешься, — раскаялся он, сжимая холодные пальцы, — как по мне, то мы едва ползли.       Лидия всхлипнула от пробравшего холода, и до того как она успела ответить, что ничего страшного не произошло, с ней так всегда, и не стоит переживать, и вообще, это ей стоит извиниться за свою боязливость, он развернулся к ней, ловко перевернувшись на сидении. Сжал ладонями щеки, поднимая к себе лицо, всматриваясь в бледные щеки и влажные глаза. Он вдохнул сквозь сжатые зубы, и от вида горького излома губ, её сердце замерло, сжавшись под ребрами. Ей бы стоило сказать, что это просто ветер, и с ней все в порядке, но язык не слушался.       — Ты как? — он стер пальцем сорвавшуюся слезу, согревая её, — Ли, я…       — Эй, — она сжала в ответ его запястье, касаясь пальцем тонкой полоски незакрытой кожи, — все впорядке. Просто ветер, может, быть я пару раз не так повернула голову.       Джейсон немного расслабился, едва слышно рассмеявшись. Его ладони скользнули с её лица, на руки. Выглядывая из-за спутанных волос, она невольно, совершенно определенно, вспомнила, что он может её просто использовать. И на самом деле, ему не интересна она. Только Нина, её разборки с отцом, и флешка с компроматом. Скользкий яд сковал мышцы, противно проходясь по горлу.       Она сглотнула, позволяя себе не думать об этом, возможно, совершить главную ошибку в жизни, но насладиться моментом, окутанным паутиной лжи. С обеих сторон, ведь что стоит ей рассказать о плане Нины? О том, как заочно согласилась помочь.       Лидия огляделась, поняв, что они на пристани. В месте, где она никогда не была. Мысленно рассчитав примерный маршрут, с содроганьем поняла, что они оказались на самой высокой части бухты. Тут, по старым планам Готэма, должно быть метров семь до воды, а внизу только пропасть. Сорок лет назад тут хотели что-то строить, но дальше раскопки дна дело не пошло. Компания разорилась.       Ветер хлестал по лицу, но она все же с трудом подняла глаза на небо, рассматривая темные облака, подсвеченные красным. Алый свет, как яркая акварель, растекался по небу, запуская тонкие, но крепнувшие нити дальше к городу.       — Здесь лучший вид на рассвет, — смущенно буркнул Джейсон, — только холодно до жути.       Она повернулась к нему, рассматривая правильные черты лица в багровых всполохах. Едва заметную щетину, и потрескавшиеся губы. Он наклонил голову, и она смогла разглядеть тонкий порез на шее. Кончики пальцев покалывало от желания провести пальцами по ранке, зарыться в растрепанные черные волосы. Улыбнувшись, она сжала покрепче сиденье, отговаривая себя от необдуманных действий.       — Очень красиво, — согласилась она, чувствуя вибрацию внутри, нетерпенье, не поддающееся никакому контролю, — я ни разу не была здесь.       Ей не хотелось акцентировать внимание на том, что думала, что они направляются к её дому. И происходящее было слишком сильно похоже на свидание. Неловкое, случайное, но такое теплое, и точно лучшее в её жизни, даже не являясь им.       — Да? — он встретил её взгляд, и поднялся, утягивая за собой.       — Куда ты?       Он не ответил, подводя к самому краю, к стальному парапету. Она дернулась, но тот сжал её ладонь, успокаивая, и она сдалась, позволяя вести себя. Ветер становился сильнее у воды, ледяные порывы хлестали по лицу, заставляя морщиться, прищуриваться, закрываясь от беспощадной природы. Однако, не смогла сдержать восхищенного вздоха, когда солнце появилось над водной кромкой, сантиметр за сантиметром, оно возносилось над миром.       Вид был по-настоящему захватывающим. Восходящее солнце освещало небо, всеми оттенками красного, отбрасывая на воду свои лучи. Даже холодный ветер не портил впечатления, развивая волосы, путая их в узлы. Она крепко ухватилась за бортик, вцепившись в него руками до синеющих пальцев. Стоя под мягким светом, щурясь, продолжая смотреть вперед, Лидия казалась частью игры света, заблудшим лучиком, улыбаясь так широко и заразительно, и Джейсон сам не заметил, как улыбнулся, рассматривая каждую черту яркого лица, совсем не заботясь о том, что непослушные кудри хлестали его по лицу.       Она наклонилась вперед, стараясь разглядеть каждый отблеск света на воде. Увлеченная и восторженная, не замечала ничего вокруг. Девушка дышала через раз, чувствуя, как бьется сердце, как чистый восторг распространяется по телу. За много лет, она впервые видела бухту с такого угла, впервые видела эту линию горизонта уходящую далеко за город. Чувство горячего, крепкого тела рядом было сильнее страха высоты, уже не беспокоившего.       Холода она не чувствовала, но от парня, внимательно следящим за каждым движением девушки, не укрылись покрасневшие уши, щеки ставшие еще ярче. Ветер сменил направление, и волосы сплошной копной упали на её лицо, она тут же заворчала, отплевываясь. От возмущения девушка убрала руки с бортика, безуспешно пытаясь их убрать. Ситуацию не спасало и то, что Джейсон расхохотался, от вида возмущенной на природу спутницы.       Надув щеки, она шутливо ударила его локтем, но потеряла равновесие, взвизгнув. Её тут же подхватили, прижимая еще ближе, успокаивая. Сложив руки на груди, она как капризный ребенок смотрела исподлобья, внутренне плавясь, чувствуя себя в полной безопасности. Она прикусила губу, стараясь сохранять воинственный настрой, когда крепко держа одной рукой, второй он начал осторожно убирать волосы с её лица. Не то, чтобы у него хорошо выходило, и он это знал, хмурился, но старался не дергать пряди слишком сильно.       Лидия замерла, всматриваясь в уже знакомое лицо, взгляд затуманился, а сердце сжималось, пока взгляд блуждал по бледному лицу, находя несколько старых шрамов на виске. Их взгляды встретились, его рука замерла на её щеке, бездумно поглаживая мягкую кожу кончиками пальцев. Она и не заметила, когда он снял перчатки. Уголок её губ дернулся, и она потянулась к нему, вставая на цыпочки и обвивая руками шею, наклоняя ближе. Одним широким движением, он собрал оставшиеся волосы, держа их на её затылке. Джейсон ухмыльнулся, смотря только на её губы, напрягшись всем телом.       — Даже не будешь на меня рычать?       — Просто заткнись.       Воскликнув, вспыхнула еще сильнее, одним рывком целуя. Мышцы сладко и мучительно заныли. Его губы были сухими, шершавыми и горячими. Пусть она была не уверена, поддавшись секундному порыву, но вот парень же настолько самоуверенно, нагло улыбался ей в губы, что Лидии больше чем продолжить поцелуй хотелось его стукнуть. Что она и сделает как-нибудь потом. Не сейчас, не когда зубы чувственно проходятся по нижней губе, чуть прикусывая. И тут же вновь поцелуй.       Сначала неторопливый и размеренный он превратился во что-то безумное. Они сжимали друг друга, стараясь быть куда ближе чем это возможно. Мужская ладонь уже совсем не нежно сжимала чужие волосы, оттягивая назад, пока он целовал её до беспамятства. Своего и её. Всё вокруг смазалось, стало невыносимо жарко и ветер, становящийся холодней, заставлял их только ближе жаться друг к другу.       Солнце уже полностью поднялось, заливая мир ярким светом. И с каждой секундой рос страх, что вот сейчас придется вернуться в реальность. К проблемам, лжи и играм. Она снова вернется в холодную квартиру, и будет делать вид, что все хорошо. Что не она, пыталась утонуть в близости с Красным Колпаком, копающим под её подругу, и это не она в тайне ему помогает. И это не её сердце сладко ноет, а в мыслях блуждает туман, за которым едва заметна собственная смелость, с какой она запускает руки под ворот чужой футболки, оглаживая рельеф мышц.       Хрипя, борясь с подгибающимися коленями, Лидия отстранилась, удерживая его ладонями, не давая продолжить поцелуй. Он дышал, чуть ли не со скрипом, смотря на неё сверху затуманенным взглядом, бессознательно скользящем по желанному лицу. Она не знала, понимал ли он, что для неё уже ничего не будет как раньше? Что тело будет тосковать, а мысли возвращаться к пристани, даже если он исчезнет из её жизни. Сердце кольнуло, готовое треснусь от подступающей обиды.       — Мне нужно вернуться, — поджав губы, отвернулась.       Руки на её талии разомкнулись, и потеря мужского тепла стала настоящим ударом. Она поежилась, обняв себя, согреваясь на ветру.       — Да. Конечно, — он прокашлялся, отвернувшись, — в этот раз, постараюсь ехать еще медленнее.       Они доехали быстро, или же это Лидия уже не различала времени, как-то механически хватаясь за спину парня, думая ни о чем и обо всем сразу. Ей хотелось оказаться у себя, в теплой постели, забыться хоть на минуту. Выпить обжигающего чая, и смотреть пустоту, пока на фоне будут ссориться прохожие.       Только никаким её желанием было не суждено сбыться. В квартире было тихо, но она почувствовала присутствие Нины. Последнее время, оно чувствовалось слишком явно, холодным темным пятном оттеняя любой свет. Когда она пришла Нина сидела в ванной и курила. На полу валялись пустые пачки чипсов и бутылка коньяка, что бережно хранилась в самом дальнем ящике. Соседка пьяно улыбнулась ей, роняя сигарету в воду, и заливаясь смехом. Лидия покачала головой, поджимая губы. Она устала и хотела спать, но была практически уверена в том, что сегодня о сне можно забыть.       — Что было в записке?       Лидия умылась в раковине рядом, расчесала волосы. Под глазами залегли тени, от которых она не могла избавится, хоть и раньше считала себя тем самым везунчиком, которого эта напасть обошла стороной. Ей хотелось прочесть Нине лекцию о том, что её поведение было неразумным, но сил на это не было. И когда это она начала курить?       — У меня есть шанс, — Нина зажгла новую сигарету, и выпуская дым откинулась на бортик, — у Синди есть шанс, понимаешь? Отец мне оставил наследство… не такой он и плохой, как я думала.       Лидия замерла, с подозрением покосившись на пьяную подругу. Её гонка за призрачным наследством была безумием, но она понимала. Пока мисс Клэр соберет нужную сумму время утечет. Она могла потерять лучшую подругу. Лидия закрыла лицо рукой, приводя мысли в порядок. Чтобы сейчас не предложила Нина, это будет намного хуже, чем кража из полицейского участка, чудом прошедшая успешно. Лидия чувствовала это, видела огонь в чужих глазах.       Сможет ли она смотреть на то, как её подруга медленно умирала, зная, что может что-то изменить? Попытаться спасти её? Сердце билось в груди, но она не обращала внимания, ни на него, ни на поступающую тошноту. Почему все это происходило именно с ней?       — Ну и что ты предлагаешь? — Лидия еще не согласилась, но должна была узнать.       — У отца есть партнер, едва ли не друг семьи, — девушка снова затянулась, — ему на сохранение отдали документ, дающей мне право забрать часть из арестованных средств. Это далеко не все и по общим меркам копейки, но нам хватит.       — Нам?       — Синди, мне и тебе, — Нина повернулась к ней, заглянув в глаза.       — Мне не нужны…       — Нужны. Хочешь и дальше жить в этой дыре? Выживать едва ли не на помойке, прости за прямоту. Ты потеряешь работу из-за собственной матери, из-за которой тебе скорее всего откажут в кредите! Не будь такой…       — Какой? — Лидия вскочила, поднимая подбородок. Тело её содрогалось от злости, от осознания правдивости чужих обидных слов, — я просто не хочу оказаться в камере напротив матери! Лучше уже остаться жить так, чем лишится и этого.       Нина молча вылезла из воды. Футболка её прилипла к голой коже, волосы сеткой налипли на лицо. Выплюнув раздражающие пряди, она встала напротив Лидии. Смотрела на неё, словно пытаясь заглянуть в дальний угол души и что-то в её взгляде пугало. Нечто такое, чего Лидия не могла понять, но оно задевало что-то внутри, вызывая желание бежать без оглядки.       — Тебе плевать на себя. Значит и на Синди плевать?       От звонкой пощечины Нина согнулась пополам, а Лидия смотрела на неё, скалясь. Спина окаменела, каждый нерв оголился. Подруга выпрямилась, и схватив её за грудки, припечатала к стене.       — Закрой свой рот, — Лидия прошипела ей в лицо, перехватывая локти.       — И не подумаю! Ты просто эгоистичная, трусливая…       Лидия оттолкнулась от стены, смахнула чужие руки и схватила Нину за волосы, толкая на пол и поскользнулась в луже. С криком они рухнули вниз, и Нина с удивительной для пьяного человека ловкостью, села сверху, перехватывая руки. Лидия пнула её, и дернула за намотанные на кулак волосы.       Её захлестнула волна злости на подругу, на мир, на себя. В голове пульсировали обвинения.       — Не смей обвинять меня в том, что мне плевать на Синди! — Лидия захлебывалась в гневе, — ты её едва знаешь, а мне она дороже всех в этом паршивом городе.       — Да нифига! — Нина пнула в ответ, и они покатились полу, оказываясь в прихожей, — кажется, что только меня она волнует. Будь она тебе и правда так дорога, то ты бы уже искала деньги, как я, а не ныла в больнице о том, как сожалеешь, что тебя не было рядом.       Удары сыпались один за другим. Косые, они едва задевали цель, но им было плевать. Слезы застилали глаза, и они царапались, кусались, пока не врезались в стену. На них упала старая картина, и вслед за ней посыпались фотографии, разбиваясь на полу, рядом с их лицами. Они сначала замерли, а потом отскочили друг от друга.       Лидия подняла разбитую рамку, с выцветшей фотографии на неё смотрела Синди. Девушка улыбалась, держа её шляпу на старом, давно закрытом блошином рынке. Это была их последняя прогулка перед тем, как её мать села в тюрьму. После этого выбираться куда-то было намного труднее, она постоянно была в поисках работы. Она бережно смахнула осколки.       Нина была права. Она спрятала голову в песок, старалась растворится в чем-то другом. Хваталась за все подряд, лишь бы не думать о ней. Ввязалась в чужие, по сути, разборки, помогая Красному колпаку, но не пытались даже помочь подруге. Она бы ради неё пошла на все. А она была готова защищать кого угодно, Нину, личность героев, но не самого близкого человека. Стыд обжег изнутри.       — И что ты придумала?       — Мы пойдем на его вечеринку, — довольно сообщила Нина, и Лидия выпучила на неё глаза.       — Спятила? Тебя там узнают!       — Меня не было в городе больше десяти лет. Никто не знает, как я выгляжу.       — Все видели твои фотки, — Лидия устало потерла глаза, подруга медленно, но верно сводила её с ума.       — Тогда хорошо, что все будут в масках, — Нина выглядела настолько довольной собой, что Лидия не сдержалась и треснула её по плечу, собственная рука отозвалась болью.       Через несколько часов телефон звякнул на тумбочке. Уснуть она так и не смогла, переваривая события минувшего дня, и чем ей все это обернется, и она на автомате открыла сообщение, с неопределившегося номера.       «Есть наводка. Правая рука Принса, Ливлер учувствовал во всех делах. Говорят, они были как братья. Сейчас он в Европе. Ни с кем не из полиции разговаривает. Флэшка может быть у него. Пока ничего не предпринимай. Никуда не лезь.»       Лидия захохотала, смахивая проступившие слезы, сразу же хватаясь за побитые ребра. Пусть Нина и не назвала имени, но она была уверена, что путь её точно лежит через вечеринку золотой молодежи.       — Прости, Джейсон, но я не могу ничего не предпринимать. Больше нет.