Special K

Строгий конвой в лице Стефани довёл Джину до актового зала. Это было просторное помещение с несколькими рядами сидений и большой сценой. Занавес представлял собой плотные бордовые гардины, которыми можно было управлять с помощью рычагов за кулисами. На сцене стоял стул и колонки, из которых лилась спокойная фоновая музыка — гитара и флейта. В актовом зале была целая толпа людей, и на удивление Джи заметила много знакомых лиц. Это были ребята, которые вместе с ней ходят на историю. Бо́льшая их часть пришла на прослушивание, вероятно, впечатлённая «представлением» Стефани. Незнакомцев было намного меньше — похоже только тем, кто сегодня был на первом уроке истории у Крукедтиза, «посчастливилось» увидеть излишне дерзкую и требовательную сторону характера мисс Янг и именно это привлекло ребят сюда. — Джина! — Фрэнсис махала только что зашедшей в актовый зал Уэй, сидя на первом ряду прямо перед сценой. — Идём-ка со мной, птичка феникс, — тихо сказала Стефани, и легко обхватила талию Джи, подталкивая вперёд. — Я знаю, на что способен мозг в этой крашеной головушке — и не думай сбежать. Янг оказалась права: Джина уже воровато оглядывалась, в поисках путей к отступлению, но, к сожалению, её попытки были пресечены на корню. Стефани чуть ли не за руку довела Джи до первого ряда, до Фрэнсис, и оставила её там, отходя к какому-то ученику, негромко что-то ему говоря. Уэй опустилась на своё место, а через одно располагалось сидение Айеро (она не смогла сесть рядом, замечая розово-коричневый футляр от очков — значит занято). — Пригляди за ней, — Стефани обратилась к Фрэнсис, удаляясь. — Ладно, Стефани. «Стефани? Похоже, Фрэнсис уже успела произвести впечатление на Янг. Теперь, даже если её способности Стефани не устроят, она сто процентов найдёт ей применение. Кого-то столь яркого она никогда не упустит», — задумалась Джи. — Во-от, а говорила, что не придёшь на прослушивание! — Фрэнсис будто ни капельки не обижалась, что Джина её вроде как... Обманула. Но нет же! Это всё Стефани! Как только у Джи начала налаживаться жизнь и даже, кажется, появилась приятельница, появилась она. Это первый рабочий день Янг, и уже что-то идёт не так. — Почему, кстати, решила прийти? — Меня особо не спрашивали, — Джи сжала губы, закусив щеку с оборотной стороны. — А вы, я смотрю, подружились со Стефани? — Знаешь, при более близком знакомстве она оказалась вполне дружелюбной! — Так и есть, — Джи усмехнулась, устраиваясь на сидении поудобнее — раз сбежать не удастся, нужно обеспечить себе комфорт в рамках сложившейся ситуации. — Вот только не всем доступна эта её ипостась. Фрэнсис внимательно посмотрела на Джину, прищуриваясь и не говоря ни слова. Уэй заёрзала. — Итак, дети, — Стефани с листком бумаги в руках взошла по лестнице на сцену и хлопнула пару раз в ладоши, — прослушивание продолжается! Следующим на сцену пойдёт, — она обратилась к списку. — Джон Одинвуд. Музыка стихла, когда худощавый невысокий парень с выразительными синими глазами поднялся на сцену, а Янг спустилась и присела между Джи и Фрэнсис. — Начинай, — женщина провела рукой по воздуху. Джон набрал побольше воздуха в лёгкие и надрывно начал читать монолог Шекспира «Быть или не быть». Джина не очень разбиралась в актёрском мастерстве, но, на её взгляд, парень был довольно эмоционален и не спотыкался. Но у Стефани видимо было другое мнение. — Стоп, стоп, стоп, — она вскочила с места, подлетая к сцене. — Спасибо, Джон, но ты нам не подходишь. Когда парень удалился, Стефани объявила следующих участников прослушивания. Присев снова, она услышала тихий, но уверенный голос Фрэнсис: — Я, хоть и не разбираюсь в театральном искусстве, но считаю, что он заслужил хотя бы закончить выступление. — Согласна, — вздохнула Янг. — Вот только у нас нет столько свободного времени, чтобы дослушивать тех, кто не годится. — Но он ведь не закончил! Откуда вы знаете, может, он как раз-таки получил бы главную роль! — Айеро сложила руки на груди и нахмурилась. — Не-а, звезда, он не подошёл по темпераменту, он не подходит к этой постановке. Я не утверждаю, что он плохой актёр, ведь, как ты правильно заметила, Джон не закончил выступление, но то, что роль в этом спектакле не раскроет его потенциала, очевидно, — Стефани снисходительно улыбнулась. — Просто видно, понимаешь. — Ладно допустим, — Джина не уверена, что Фрэнсис до конца поняла глубокую мысль Янг, но поза Айеро заметно расслабилась и скованность ушла. — Я рада, что вы хотя бы действительно не думаете плохо о способностях тех, кому отказываете. — О, нет, полуфабрикаты тут только некоторые члены драмкружка, остальные ребята вполне неплохи, — Стефани ободрительно кивнула следующим ребятам. — Начинайте. На сцене была пара, которая собиралась танцевать. Он — тот самый рыцарь на белом коне из сказок: высокий стройный блондин с голубыми глазами. Она — та самая принцесса из высокой башни: на полголовы ниже партнёра, со светло-русыми волосы до середины спины, серо-зелёными глазами и правильными чертами лица. Они оба были красивы и обаятельны и так гармонично смотрелись вместе, что Джи на миг позабыла, что находится в школьном шумном актовом зале, а не на балу. Когда заиграла нежная флейта, они закружились на сцене. Молодые люди порхали, словно невесомые, сочетая бальные танцы с контемпорари. Чередуя плавные движения с резкими, они рассказывали трагичную историю любви. Они не отрывали взгляда друг от друга, так что Джине даже стало неловко: будто она наблюдала за чем-то очень личным, не предназначенным для чужих глаз. Впервые за день она потянулась за своим блокнотом, который всегда был с Уэй и в котором находилось всё: от планов на день и напоминаний до каких-то зарисовок и иногда даже стихов. Не отвлекаясь от танца, Джи открыла чистую страницу и, достав из спирали блокнота тонкий короткий карандаш, начала лёгкими движениями почти на ощупь выводить тонкий силуэт танцовщицы, изгибы рук артистов и шлейф платья девушки на сцене (хоть она и был одета в джинсы и тунику, но Уэй видела её только в голубом платье, похожем на наряд спящей красавицы из одноимённого мультфильма; жаль, ни цветных карандашей, ни фломастеров у неё с собой не было). Ближе к концу их выступления Джина всё-таки бросила беглый взгляд на лист бумаги. У неё получилось передать невесомую, воздушную энергетику этой пары: лица партнёров, разумеется, не были прорисованы; по странице порхали лишь лёгкие очертания тел и одежды ребят, но было такое чувство, будто подробности излишни, будто этот скетч — законченная картина, не нуждающаяся в детализации. Пару мгновений Джи изумлённо смотрела на рисунок, а потом, почувствовав лёгкий тычок в плечо, обернулась в сторону Стефани, замечая её хитрую и в то же время одухотворённую улыбку, как бы говорящую: «Видишь, я не зря тебя сюда привела». Раздражённо дёрнув головой, она спешно отвернулась, закрывая блокнот. Закончив танец, молодые люди стремительно преобразились: нежные полуулыбки превратились и весёлые ухмылки, парень приобрел девушку за плечи, а она в свою очередь, обхватила его за талию. В такой позе они повернулись к зрителям. — Ну как? — обратился блондин к притихнувшей аудитории. Ещё мгновение другие претенденты на участие в театральном представление молчали. Джи с Фрэнсис шокировано переглядывались. В следующий момент зал разразился громкими аплодисментами: Стефани даже встала. — Что ж, ребята, это было феерично, — она восхищённо смотрела на пару, задумчиво потирая подбородок. — Вот только это не совсем то, что нужно... Не волнуйтесь, вы обязательно будете участвовать в постановке, просто мне нужно подумать над формой. — Да! — синхронно вскрикнули ребята, отбив друг другу кулачки, и ушли со сцены. Джина убедилась, что сказочная пара отдалилась на приличное расстояние и что их не услышат: — Стефани, хочешь интересный факт? — Уэй смотрела на Фрэнсис, будто только что обратилась не к Янг. — Ну? — Они печально известны в нашей школе как Бонни и Клайд. Насчёт настоящих их имён я, кстати, не уверена, но точно могу сказать одно: прозвища эти ребята получили не просто так, — Айеро продолжала заинтересованно смотреть на Джину. — Если что-то происходит, с вероятность девяносто пять процентов они неподалёку. Я до сих пор и не знала, что они танцевать умеют, да ещё и так. — Понимаю тебя, но думаю, мы с ними поладим. Кроме того, их никто не держит здесь... — Правда? А я? А меня? — Джи мгновенно встрепенулась, а Фрэнсис хихикнула. — Цыц, ты другое дело, — Стефани сказала это тоном, не терпящим возражений, и пригрозила пальцем. — Так вот, их никто не держит, я не собираюсь мириться с их закидонами. Всё же уверена, мы с ними найдём общий язык, — обворожительно улыбнувшись, она обратилась к списку. — Дальше идёт Николас Ха́нха. Смуглый, откровенно щуплый, сутулящийся парень чуть не споткнулся и не встретился носом со сценой, пока взбирался на неё. — Хорошо, Николас, — Стефани внимательно за ним наблюдала, отмечая его рассеянность и скованность. — Что будешь делать? — Р-рассказывать монолог «Б-быть или н-не быть». Парень через слово заикался, и, честно говоря, Джину это раздражало: она уж было хотела выкрикнуть какое-то слово, чтобы молодой человек перестал над ним издеваться, но тут мисс Янг лёгко прикоснулась к её плечу, что отрезвило девушку. Ребята, сидящие в зале начали роптать, помня одно из предыдущих выступлений с тем же монологом Шекспира. — Да! Я-я... — Николас громко сглотнул; он взволнованно теребил край своей кофты. — П-пусть я за-заикаюсь, п-пусть моё ли-лицо не п-подходит для игры на с-с-с... — парень, нахмурившись, кашлянул и выдохнул, стараясь унять дрожь во всём теле. — В-в общем... Я с-слишком долго н-находился в тен-ни и б-больше туда не в-вернусь, понятно?! Ученики в зале разошлись не на шутку: кто-то пытался ответить Николасу что-то оскорбительное, кто-то просто смеялся во всё горло. А Джина замерла, понимая юношу-заику и его желание показать себя. Теперь её уже не так раздражал его дефект речи, теперь она уважала парня. — Попрошу тишины... Тишины, — Стефани усилила голос, благодаря чему теперь звучала угрожающе. — Начинай. Взгляд парня затуманился и потупился. Трясущиеся руки, сжатые в замок, начали медленно расслабляться. Минуту юноша настраивался и каждый раз, когда публика начинала роптать, Стефани или резко взмахивала рукой, или окидывала всех присутствующих пристальным взглядом поверх роговой оправы, от которого кровь стыла в жилах. Джи же внимательно наблюдала как за подготовкой парня, так и за мисс Янг, интересуясь мотивами действий обоих. Также она изредка поглядывала на Фрэнсис, которая была поглощена заикой на сцене. Наконец Николас был готов выступать. Руки его всё ещё были сцеплены в замок, однако уже не тряслись. Парень начал неуверенно, но чётко рассказывать монолог, всё ещё не отрывая взгляд от пола и стараясь говорить на выдохе, чтобы преодолеть свой дефект речи. По мере развития мысли Гамлета-заики взгляд его становился всё более осмысленным, голос вкрадчивым и уверенным. Когда парень добрался до фразы «Мириться лучше со знакомым злом, / Чем бегством к незнакомому стремиться!», лицо его скривилось в отвращении, он будто выплёвывал эту фразу в лицо воображаемого собеседника. Или, может, в лица всех тех учеников, которые пару минут назад смеялись над ним? У Джи побежали мурашки по всему телу. Последние строки, адресованные Офелии, юноша произнёс с особенной нежностью, что какой-то парень из зала громко хохотнул, а его компания подхватила. Все остальные сидели молча. Стефани медленно обернулась на смех. Её лицо полностью покраснело (с ушами и даже шеей), ноздри расширялись по мере того, как мисс Янг глубоко дышала. — Фишер, на выход, — еле сдерживаясь процедила сквозь зубы Стефани. — А я что? — парень продолжал посмеиваться. — Ничего, дорогой, — она жутко ухмыльнулась. — Просто уходи. И компанию свою можешь прихватить. — Подождите, ведь... — он не закончил... — Вон, я сказала! — в его сторону полетел розово-коричневый футляр. Фишер, увернувшись, уставился распахнутыми глазами на Стефани. — Вы... В своём уме?! — парень вскочил с сидения, возмущённо уперев руки в бока. — Нет! И мисс Янг припустила трусцой за парнем, бросаясь в него всем, что держали в руках ребята, — полупустыми бутылками воды, косметичками (благо, закрытыми) и другими вещами. — Стефани, пожалуйста, оставь их в покое! — Джи вскочила, зовя мисс Янг обратно. — Охереть, у неё так часто? — Фрэнсис в шоке пыталась разглядеть ту часть актового зала, в котором Стефани пыталась сдержать себя и не покалечить Фишера. — Её... Иногда заносит, скажем так, — Джи бросила виноватый взгляд на Айеро. — Стефани, не дури! Дети в зале загалдели: одни смеялись, другие торжествовали, а третьи пытались понять, что происходит, а некоторые вообще повскакивали со своих мест и пытались увидеть это действо своими глазами. — Знаешь, а ведь я её понимаю, — Фрэнсис провела рукой по волосам на затылке. — Прям полностью её не поддерживаю, но... — Спасибо, — Уэй бросила на неё виноватый взгляд, но тут же опустила его в пол. Девушки постояли молча пару минут, когда мисс Янг показалась из-за голов учеников. — У кого я схватила рюкзак? Прости, Райли, я тебе гарантирую, он чистый. — женщина передала предмет одежды владельцу. — Так, а чья косметичка?.. По мере приближения к сцене Стефани раздавала вещи, которым пришлось побывать в интереснейшем путешествии по воздуху. — Ты... Не могла как-то по-другому его проучить, что ли? — Джина взялась за голову. — Ты его хотя бы не покалечила? — Не дрейфь, всё под контролем, — мисс Янг махнула рукой в сторону Уэй, поднимаясь на сцену и пристально глядя на замершего ученика. — Эй, Николас... Ты в порядке? Парень, самозабвенно рассказавший монолог Гамлета, будто завис. Остекленевшие, смотрящие, но невидящие глаза его были распахнуты настолько, что Джина изумилась: как они ещё не выпали. Бронзовая кожа приобрела пепельный оттенок, руки снова были крепко сцеплены в замок. — А? — парень недоумённо моргнул и заметил, что обращаются к нему. — Н-н-нормально. — Ладно, Гамлет, ты, конечно, зажёг, — Стефани по-дружески хлопнула его по плечу, от этого жеста парень отшатнулся. — Присядь пока, пожалуйста, и... Дальнейшие слова потонули в тревожном гомоне. Ажиотаж поутих и ученики медленно начали осознавать, что новая ответственная за мероприятия бросалась чужими вещами в ученика, что могло быть чревато какими-никакими травмами и в целом было не педагогично с её стороны. Стефани, закончив общаться с Николасом, прислушалась к голосам из толпы и поняла, что пришло время объясниться перед учениками. — К-хем, хочу обратиться ко всем присутствующим, — она повернулась к аудитории, ероша волосы. — Ребята! В первую очередь нужно относиться друг к другу доброжелательно, — Джина с Фрэнсис красноречиво переглянулись, — и не издеваться друг над другом. Я понимаю, что сейчас вы соперничаете, но даже к противникам надо относиться с честью и ни в коем случае не недооценивать их. Ещё раз прошу прощения у людей, имущество которых полетело вдогонку за грубияном Кеннетом. Спасибо за внимание, — она направилась к лестнице, но притормозила. — И последнее. Если кто-то переживает за Фишера, не волнуйтесь, я изначально дала ему фору, а потом специально промахивалась, — Стефани обворожительно улыбнулась. — Я же не хочу потерять работу в первый же день. Ученики сидели тихо и колебались. Вдруг у кого-то из них зазвонил телефон. После короткой беседы в зале прозвучал приглушённый голос: — Это Кенни.. Ну, который Фишер. С ним всё в порядке, жаловаться никому не собирается, вот только он... Цитата: «в аху...» Зал взорвался смехом. С плеч Джины словно упал тяжёлый груз. Выдохнув, она посмотрела на Фрэнсис, которая всё ещё была напряжена, но после поднятого вверх большого пальца Уэй тоже постаралась успокоиться. — Всё, слава богу, конфликт исчерпан, — тихо пробормотала Стефани, присаживаясь. Внезапно она замерла в полуприподнятом положении с изумлённым выражением лица. — Стоп! — она резко выпрямилась и подняла большой палец в воздух. — Альфия́, Клайд! Ну, тот, который из парочки бальных танцовщиков. Выйдите, пожалуйста, вместе на сцену! Только успокоившиеся ребята снова зароптали, заинтересованно переглядываясь. — У тебя гениальная идея? — Джине было и весело и... Больно видеть воодушевление на лице Стефани, но вопрос этот девушка задала на полном серьёзе. — Ты подожди, сейчас сама всё увидишь, — на лице мисс Янг показался узор морщинок в области глаз и рта. На сцену вышел уже знакомый блондин, посылая недоумённый взгляд своей партнёрше. Следом поднялась смуглая брюнетка среднего роста плотного телосложения с удивительными чёрными глазами и выразительной, по мнению Джины, родинкой над верхней губой в закрытом белом платье миди и с ободком того же цвета. Молодые люди встали на расстоянии вытянутой руки друг от друга. Он уставился на Стефани с толикой возмущения, а она — с подозрением во взгляде. — Ну, чего вылупились? — мисс Янг скрестила руки на груди. — Вальсируйте. Заиграла торжественная мелодия. Клайд и Альфия покосились друг на друга, и парень стремительно протянул девушке руку. Они начали неловко переминаться с ноги на ногу в такт музыке, смотря в противоположные стороны, — она старалась скрыть раздражение, а он просто не видел смысла смотреть на неё. — Это никуда не годится, ну-ка посмотрели друг другу в глаза! — Джина аж вздрогнула от громкости, которую неожиданно приобрёл голос Стефани, от командного тона женщины. Кстати, гениальную идею мисс Янг она всё ещё не разгадала. Альфия тут же метнула в Стефани недовольный, даже вызывающий взгляд («Она молчит и терпит, но, когда ситуация совсем перестанет её устраивать, сможет ли она воспротивиться?» — Уэй задумалась), но всё же повернула голову, сразу наткнувшись на насмешливый снежно-голубой прищур. Парень медленно проговорил какую-то фразу, которую, к сожалению, никто, кроме девушки в белом, не услышал. Через мгновение всем стало ещё интереснее, что же сказал блондин, потому что танец этой негармоничной парочки изменился до неузнаваемости: их шаги стали шире и твёрже, Альфия перестала ёжиться от каждого прикосновения Клайда и словно стала на несколько дюймов выше. Их представление больше было похоже на борьбу: иной раз Джине казалось, что блондин пытается её добиться («В рамках танца, конечно», — мысленно поправляла себя Уэй), но через секунду — Джи думала, что ещё чуть-чуть и поведёт вот эта девушка в белом, а парень, наконец, ей покорится и примет за равную себе. Во второй раз за день она потянулась за блокнотом. — Стефани, одолжи-ка мне свою спину. Янг мигом повернулась затылком к Джине. Уэй поместила блокнот на её спине и принялась внимательно следить за лицами пары, ведь на этот раз: «Эмоции должна быть запечатлены на бумаге, поэтому здесь нужно заметить мельчайшие изменения в мимике и аккуратно их изобразить», — подумав так, Джи принялась машинально рисовать овалы лиц и вспомогательные линии, вглядываясь в черты ребят на сцене, пытаясь запомнить детали. Лицо блондина не вызывало у Уэй особого интереса, оно было насмешливым, самодовольным и в то же время искренне заинтересованным в происходящем, потому губы, растянутые в ухмылке, и взгляд свысока быстро были перенесены на бумагу. Мимику брюнетки было сложно понять, не то что нарисовать, но теперь для Джи это вопрос «жизни и смерти»: брови Альфии сведены на переносице, выдавая её напряжение, но губы были расслаблены; на парня она смотрела диким взглядом исподлобья, в котором пряталось что-то ещё, кроме презрения, что-то диаметрально противоположное... Уэй, кажется, разгадала гениальную идею мисс Янг. — Скажи, какие они? — Стефани задала вопрос, прикрывая рот рукой, гордо смотря на сцену и наклоняясь, чтобы Джи было легче рисовать. — Вместе кофе с молоком, — отрешённо сказала Джина, полностью погружённая в созерцание лица Альфии и пытающаяся придумать, как перенести эту гамму эмоций на бумагу. — По отдельности он королевский сапфир, а она изумруд. Осознав, что только что сказала, Уэй сдавленно процедила «прекрати» и ткнула Стефани под рёбра, а та, дёрнувшись и охнув, удовлетворённо кивнула. Через два круга их вальса они оказались непозволительно близко друг другу и Альфия, словно очнувшись от дурмана, вырвалась из хватки Клайда, грубовато его от себя оттолкнув. — Прошу прощения... — её чëрные глаза, казалось, с огненными от гнева прожилками обратились к Стефани. — Мне пора. — Конечно, Покахонтас, — мисс Янг и бровью не повела на полный возмущения взгляд Альфии, а напротив миролюбиво улыбнулась, отсалютовав двумя пальцами. — Поздравляю с получением главной роли. Ещё мгновение девушка в белом неподвижно стояла, громом поражённая, а потом вылетела из зала. — Ты... Как догадалась? — этот простой вальс привёл Уэй в большее недоумение, чем контемпорари. Что ж, вероятно потому, что он был вовсе необычным и девушка это чувствовала. — Через месяцок поймёшь, — Стефани тяжело опустилась на сидение между Джи и Фрэнсис; взгляд её помутился, в нём даже проскользнуло сожаление — ни следа от прежней улыбки. — Ах, да, Клайд. Тебя тоже поздравляю с получением главной роли, это, кстати, была твоя партнёрша. Парень тоже остолбенел, но, быстро оправившись, вернулся к своей зеленоглазой подруге и приглушённо заговорил с ней. — Кстати, птичка феникс, — от этого обращения Янг Фрэнсис растерянно нахмурилась, но, поняв, кого женщина так называет, легко улыбнулась. — Это нормально, что ты тут зависла? Я имею в виду, не будет ли мама... Глаза Джины расширились, руки в миг подлетели к рту и девушка сдавленно прошептала лишь одно слово; Стефани сочувственно хмыкнула, а у Айеро лишь добавилось вопросов: — Бля-я-ять...