Дыхание. Книга первая: Судьба принца.

— Просыпайтесь!       Айон вздрогнул, но глаза не открыл. Орал на весь лагерь явно Гилем. Казалось, будто он стучит чем-то деревянным, пытаясь создать как можно больше шума. Словно его крика недостаточно. Торнадо из гиперактивного книгописца приближалось к нему. Айон уже слышал, как все по очереди посылали нарушителя спокойствия куда подальше. Он надеялся провести хотя бы пару дней в размышлениях о своей горестной судьбе проклятого принца, но, по всей видимости, у друга другие планы на его свободное для страданий время. Айон удивлялся сам себе. Даже после разговора с местной ведьмой, страха судьбуы самого что ни на есть мертвеца нет. Несколько важных мыслей почти сформировались в его голове, как рядом с ней начали стучать теми же палками. Когда особого эффекта это не возымело эти самые орудия пыток опустились на бока принца. Распахнув от злости и раздражённости глаза, Айон подпрыгнул и выхватил из рук Гилема две полые трубки, забросив их куда-то вглубь джунглей. Кайл наблюдал за ними и качал головой из стороны в сторону. У него на животе мерцая синим пламенем спал Метеор. — А погуманней способа разбудить нас не нашлось? — Айон вскинул рукаи и опустился на своё новое спальное место. Сон как рукой сняло и, видимо, Гилем, довольный своей выполненной задачей, улыбался. — Откуда у вас привычка будить друг друга особо жестокими способами? Я сплю достаточно чутко, чтобы проснуться от лёгкого толчка в спину. Откуда ты вообще достал эти палки. — Ну, мы как минимум в джунглях. Тут везде палки, — Гилем сощурился на зевавшего Кайла. — Ты между прочим выбросил мои единственные запасы травы тенор. Если её аккуратно спилить, то по прочности она не уступает металлу. Из неё бедняки мачты делают. Я планировал посадить её в землю около берега и сделать также, — Аойна, впрочем, его упрёк ни капли не возмутил. — Придётся нам с тобой искать те, что ты выбросил и заниматься обустройством небольшого сада на побережье дольше обычного. Или я могу попросить Редлая отыскать пару палок в лесах. Пусть он ворчит и рычит на меня, но я-то знаю, ему нравится играть. — С твоим горлом, — оборотень появился из ниоткуда и дал потерянным палками Гилему по голове. — Ты не только лагерь разбудил, да вдобавок ещё и всех обитателей джунглей. Гилем… Пусть Айон и совершенно адекватный парень, но напомню он –наследный принц, которого нам необходимо беречь. Стучать ему над ухом и орать как дважды потерпевший крушение чревато последствиями. Он может приказать нам отрезать тебе язык, — оборотень трех сущностей рыкнул. — И за ещё одну неудачную шутку я с удовольствием это сделаю. — Ну и помрёте сразу здесь без меня, — Гилем совсем не испугался угрозы. — Я пропал на месяц, а вы половину жуков и птиц переловили от голодухи. Илай забыл вкус ягод, а Азель, по рассказам Рисы, пролежал два дня с лихорадкой от того, что перепутал гриб Суру с грибом Сару, — он показал всем язык. — А уж тех, кто помнит устройство корабля в детальных подробностях, как я, тут точно нет. — Если тебя прикопать под деревом, то и корабль будет нужен поменьше, — вставил свои пять копеек Кайл. — Эй, просыпайся. Все уже проснулись, и ты давай, — он потрепал Метеора за ухом и начал стаскивать с себя. Птица упиралась всеми конечностями, вцепившись в лохмотья Кайла, бывшие когда-то нормальной одеждой. — Сожжёшь мне последние штаны, и клянусь Богами, я найду способ подпалить тебе хвост. — Чисто гипотетически это можно сделать, если поймать морского дьявола и смешать его яд с сахарным сиропом. Пахнуть будет похлеще всех носков Илая в долгом путешествии, — где-то послышались громкие возгласы оскорблённого друга и успокоения Сины. Метеор встал с Кайла и прищурился в сторону Гилема. — Не переживай. Чтобы поймать морского дьявола Кайлу придется нырнуть. А мы все знаем, что… — он улыбается. — Не тонет в общем. — Иди-ка ты вообще отсюда, а? — Кайл махнул на него рукой. — У вас полчаса, чтобы привести себя в порядок, поесть и собраться, — он наконец-то стал серьёзным. — У нас много дел. В ближайшие пару недель и не думайте расслабляться. Время поджимает, и я даже сейчас не о проклятии Айон говорю. У нас много переменчивых факторов, — он смотрит на Редлая, потом на небо и в итоге на Метеора. — Встречаемся около главного костра.       После возвращения Айона они окончательно переместились ко второму источнику в попытке спастись от потенциальной бури. Однако за всё время отсутствия парней погода радовала спокойствием. Тревожился принц по другой причине. Синяя лошадь и неизвестная девушка знали о приближающейся буре, а вот животное так вообще отвело его к берегу. В добрых намерениях магического существа он не сомневался, а значит во всём случившемся есть определённый смысл. После разговора с Линой он вообще перестал верить в случайности. Знаки и намёки от Виарума превратились в самый настоящий язык, который он не собирался игнорировать. Лара, сама того не понимая, направляла его в абсолютной темноте. И даже так они умудрились всё перевернуть с ног на голову. Один Кайл, который чешет их обсидианового феникса, чего стоит. Он стал молчаливым и скрытым, не доставал глупыми вопросами и поступками. Айон практически наяву видел, как в его глазах мелькают вопросы. Вытягивать из него информацию пока нет смысла, ведь на любой вопрос будет ответ «Я не знаю». — Метеор! Иди сюда, — птица подняла голову и подбежала к Айону. Он напоминал чем-то собаку. Вот только такого на цепь не посадишь. — Ты стал таким большим. Не знаю, чем они тебя кормили… — Он всеядный, — подсказал ему Кайл и пошёл к их небольшому сколоченному во время отсутствия Айона ящику. — А ещё сам регулирует свои потребности. Спустя неделю он перешёл с насекомых на мелких грызунов, рыбу. Когда-то притащил огромную змею. Не брезгует нашими запасами фруктов. Удобно, что кормить не приходится, — Кайл проверил целостность запасов. — Ты есть собираешься? Гилем настроен очень серьёзно. — Моя бедная голова в этом убедилась, — он тоже сел около коробки и начал выбирать по памяти фрукты и орехи, время от времени подкармливая Метеора. — Как я понял, мы начинаем строить корабль? — Корабль громко сказано, — Кайл закатил глаза. — В лучшем случае это будет три бревна, связанные лианой. Я конечно утрирую, но суть ясна, — ничего не понимающее лицо Айона убедила его в обратном. — Нас слишком много человек. Если путешествие займёт много времени, мы все умрём от обезвоживания и голода, — он посмотрел на Метеора. — Хотя он может помочь справиться с нехваткой еды. Так вот. Спустить наш недо-корабль на воду, даже при условии его строительства на берегу — тяжёлая задача. — он зевает. — Гилему необходимо совмещать сразу две вещи, которые зависят от Луны. — Ты говоришь сейчас о Редлае? — Кайл кивнул. — А разве есть какая-то взаимосвязь между его сущностью оборотня и кораблём? — А как думаешь, кто потащит на себе весь наш корабль? — от слов Кайла Айон открыл рот от удивления. — Ему не один раз придётся задействовать свою способность. Полнолуние через двадцать три дня. Только благодаря Рисе он не пойдёт искать свежее сердце среди нас, а просто перетерпит жажду крови. — Кайл ест намного аккуратнее, чем обычно. Айона это напрягает намного больше, чем рассказы про Редлая. — А ещё в полную луну самый высокий уровень воды. Корабль должен очутиться в подготовленной зоне до наступления полнолуния, иначе придётся ждать ещё месяц. — Получается, Редлай должен дотащить корабль до зоны прилива и успеть восстановиться до полнолуния, — многие вещи встали на свои места. — Тогда нам и правда нельзя тянуть, — Айон насыпал в рот горсть орехов, без присущей ему аккуратности. — Ты ничего не хочешь мне сказать? — тот не ответил. — Кайл? — Тебе не страшно? — почти шёпотом спросил Кайл и отвёл глаза в сторону. — Знаешь… Гилем не разбудил меня. Я не смог сомкнуть веки после твоего возвращения. Ведьма пророчила тебе смерть и забила голову новыми вопросами. Что если ты… Что если мы не успеем спасти тебя? Какова скорость этого процесса? — Нельзя сказать, что подобные вопросы не появлялись в моей голове, — Айон усмехнулся. — Но я по-настоящему счастлив от того, что познакомился с Линой. Да, мы наделали ошибок, и теперь я понемногу умираю. Зато… Кайл! Она сказала, что отсутствие дыхания — не способность моей искры, — от слов принца Кайл открыл рот от удивления. — Чувствуешь это? Словно всё, что я знал раньше не имеет смысла. И даже дело не в моём прозвище или отце. Плевать на них. Сейчас я сам верю, что моё существование не ошибка. — Ты и до этого не являлся ошибкой, Айон, — серьёзно сказал ему Кайл. — Искры — нечто очень важное в наших жизнях, но они не определяют кто мы есть на самом деле. Давай сами решим, чем хотим заниматься и какому пути следовать, — в груди Айона от слов Кайла разлилось тепло. Какая радость, что ему ещё доступны эмоции. — А эта Лина не дала хоть какой намёк на твою настоящую способность? — Не-а, — он пожал плечами, — никой подсказки. А, впрочем, это и к лучшему. Я сам найду ответ на что способна моя искра, — он откусил кусочек от какого-то фрукта и блаженно замычал. — Прекрасно. Надеюсь, я не пролежу в беспамятстве пару суток. Интересно, как отреагирует Риса насчёт корабля? — В нынешней ситуации у неё нет выбора. Нам нужно делать ноги с этого острова, — Айон пока не рассказывал обо всех подробностях их будущего плана. Как ни странно, он решил обсудить его с Гилемом и вечером поведать остальным. — Может ей и хочется узнать секреты здешнего места, но совесть не позволит и слова ляпнуть. Она не дура. Однако тебе лучше держаться от неё подальше. — Бесспорно, — улыбнулся Айон. — Ну что, время отправиться к остальным? — принц встал со своего места и погладил Метеора по голове. — Интересно, я смогу на нём летать однажды? Каких размеров он в состоянии достигнуть? — Гилем утверждает, что обсидиановые фениксы растут до четырёх метров в длину, –Кайл поджимает нижнюю губу. — Вот только таких как он больше не существует в мире. — он посмотрел на птицу, пытаясь оценить, насколько Метеор понимает его слова. — Остров, по мнению Гилема, настоящий короб из вымерших существ. — По этой причине мы и должны покинуть остров, — он улыбается, когда Метеор взлетает в небо, горя ярко синим цветом. — Ну что? — Пошли… — Айон отвернулся и уверенно зашагал в сторону главного костра, пока Кайл прожигал его спину взглядом, так и не избавившись от тяжёлых мыслей. — Есть ли вообще выход из этого положения? Какого положения? Чего ты скрываешь, Айон?       В отличие от взлохмаченного и грязного после долгого путешествия Айона, остальная группа выглядела неплохо. Редлай и до этого с завидной регулярностью игнорировал рубашку, сокращая проблемы при переходе из одной формы в другую. Сина и Риса даже в джунглях на неизвестном острове находили способы выглядеть как настоящие леди. Азель в виду его профессии держался гордо и старался вести себя аккуратно, хотя его рубаха и штаны приобрели пару дырок с момента крушения. А вот Илай, Гилем, Кайл и Айон мало чем отличались от диких животных. В особенности их ходячая энциклопедия. После падения в ночь ложного похищения его одежда превратилась в настоящие тряпки. Илай умудрился раскрасить рубашку пятнами от фруктов и ягод, Кайл же словно дрался с колючими кустами, птицами и грызунами, по-другому объяснить его истрёпанный вид невозможно. Если они затянут с отправлением с острова хоть на пару месяцев страх ходить в набедренной повязке превратится в реальность. Риса встретила Айона неуверенной улыбкой. Желая подбодрить подругу, он, наоборот, широко улыбнулся ей и помахал рукой. Азель отвлёк всех свистом. Через несколько секунд столб пламени обрушился неподалёку и довольный Метеор летел к нему навстречу. — Давай, цыплёнок, у нас тут совещание. Ты член команды? — он потрепал его по голове и всучил рыбу. Метеора понижение в статусе никак не оскорбило. Всё его внимание сконцентрировалось вокруг угощения. — Итак, начнём. — в Азеле снова взыграл дипломат. — Уже почти полдень. Дел куча и дрыхнуть до вечера не вариант. Давайте определимся с главными задачами и путями их решения. Сумбур после возвращения Айона прошёл. — Предполагаю, главное — это спасти Айона от окончательной смерти, — пискнул Илай. Сам Айон оказался приятно удивлён, что он предложил спасти не принца, а его самого, своего друга. Кайл усмехнулся. — Ну мы это и сами поняли! Может Айон расскажет чуть больше подробностей? — все повернулись к нему. Выбора не осталось, поэтому он встал с только что облюбованного места и окинул всех взглядом. — Я хоть и королевских кровей, говорить красиво не мастак, — Илай наклонился к Гилему, спрашивая значение слово «мастак». — Если в самую суть. Отсутствие дыхание не настоящая способность моей искры. Отсутствие дыхания — это проклятие, которое я как понимаю кто-то наложил, когда мне стукнуло четыре года, — все заохали. Гилем поднял руку. — Нет, я не знаю, кто и зачем мог сотворить подобное. — Гилем опустил руку. — Ведьма сказала, что видит мою искру и отсутствие дыхания — не её проявление. — Ну тут всё просто, как мне кажется, — Сина неожиданно взяла слово, привлекая внимание. — Сами посудите. Многие способности просто невозможно скрыть. Моя искра, искры Рисы, Гилема, Кайла, Азеля просто на виду. Редлай и Илай, уверена, со временем поняли их суть. Если бы ты, Айон, летал или чего-нибудь этакое, скрыть искру проклятием стало бы невозможно. — все закивали, соглашаясь. Принц же удивлённо уставился на подругу. — Ты принц, Айон. Этого факта никому не скрыть и не отнять. Нам ещё предстоит понять, почему ты. — Для снятия проклятия необходимо собрать и как-то задействовать некоторые невообразимые элементы, — Айон снова обрёл дар речи. — Кровь ангела, слеза бессмертного, гранат центрального оазиса, снежный цветок и моя искра. Вот что должно спасти меня от проклятия. — Боги! Ты хоть представляешь, что сейчас сказал?! — неожиданно Илай подпрыгнул и засиял ярко жёлтым светом. — Гранат Центрального оазиса — это реликвия Царя тысячи ног. Во-первых, найти этот оазис практически невозможно. Пустыня простирается на сотни, если не тысячи километров, но даже если мы найдём его, одолеть зверюгу просто нереально. Один человек! Лишь один человек смог удрать от него и рассказать, какой ад там творился. Семь тысяч воинов полегли в течении минуты. И он сожрал их всех. А там было два потомка драконов. Два! Ты хоть представляешь?! Это невозможно… Просто невозможно. На всех этапах. — Ничем не легче, чем снежный цветок, — фыркнул Азель. — Он растёт на плечах и голове первого великана. Самого старого из всех. Облака скрывают его пояс. Каким образом нам добраться — туда тоже не представляю. Если хоть эти семь тысяч воинов дошли до центрального оазиса и передохли, то туда никто так и не добрался. Говорят, снежные цветы росли на его плечах, пока он был жив… Что с ними сейчас — загадка. У нас вообще есть время, чтобы решать подобные проблемы? — Ну, в любом случае, бросить Айона мы не можем, — пожал плечами Гилем. — Я уже не сомневаюсь, что все мы сидим здесь не просто так. То, что Илай — единственный, кто знает про эти семь тысяч. Да. Я не слышал об этом. И знания Азеля о великане и снежных цветах ещё одно доказательство и… — он делает паузу. — То, что я знаю об ангелах, вероятно, тоже. Они появились после Великой Войны на материке людей и жили там тех пор, пока не вымерли сто пятьдесят лет назад. Люди, чьи искры включали в себя лечение, полет или огонь. Они поклонялись собственному божеству с семью крыльями. За это их и прозвали ангелами. Где взять их кровь не понимаю. — Ну, слеза бессмертного тоже звучит как место без координат на карте, — Редлай сделал весомое замечание. — Бессмертными были люди до войны. Сейчас все смертны, если всадить им нож в сердце. — Ты в состоянии прожить полчаса, — ухмыльнулся Гилем. — В любом случае, на каждом этапе нас ждут немыслимые преграды. Явно, что нам надо пользоваться не только грубой силой, но и мозгами. — И ещё один элемент от проклятия — моя искра. Её тоже необходимо разгадать, — Айон не стал смотреть на Редлая. О его матери он решил поговорить позже и не с ним. — Есть одна вещь, которую поведала мне ведьма, — все, из без того напряжённые, подобрались. — Всем нам известно, что раньше искры горели намного сильнее, обожествляя людей. Оказывается, есть способ вернуть их силу, обретя несравнимое могущество. — Откуда… Откуда тебе это известно… Нет! Ей! — вскрикнул Гилем. — Ведьма и есть пример такого случая. Её способность до этого, как я понял, была видеть будущее. Насколько чётко и точно мне не известно, но сейчас она способна смотреть куда угодно. Как она сама выразилась и в будущее, и в прошлое, и в настоящее одновременно. Правда моя искра — исключение. Её судьбу она не видит, — он наклонил голову вперед и смотрел на ноги. — Правда есть цена. Она живёт ровно ночь. За пребывание в трёх разных временах она рождается с закатом солнца и умирает с восходом. Проживает за сутки от младенца до старика. И так каждый день. — Значит способы залезть на плечи великана, победить царя насекомых, воскресить ангела и найти бессмертного и заложены в наших искрах. — Риса не спрашивала, а сделала утверждение. Её глаза излучали лишь уверенность. — Поэтому нам надо найти информацию, как раскрыть наш потенциал и возможности, и тогда ни у кого не будет шанса справиться с нами, и мы восстановим справедливость. — Предполагаю, начать нужно с ходячей и раздражающей библиотеки, — сказал неожиданно Кайл. — Только представьте. Он ничего не забывает. А что если после раскрытия искры он вспомнит то, чего не знал? Или по желанию в его голове будет появляться информация? Вот правда с чего начать… — Невероятно, — только и прошептал Илай.       Их поляна погрузилась в тишину, нарушаемую пением птиц. Каждый думал о своём, но это так или иначе касалось темы Айона и будущих путешествий. На этом острове мир открылся с новой стороны, лишний раз доказывая, что не всё так просто, как кажется на первый взгляд. Предел их способностей неизвестен. Даже предположение Кайла уже звучало немыслимо. И за такие возможности придётся платить по-настоящему высокую цену. Головиными болями Гилем уже не отделается. Их будущее настолько неясное, насколько возможно, и в равной степени настолько захватывающее. Вряд ли Илай будучи фермером, мечтал побродить в пустыне, а Азель держать в руках что-то тяжелее пары бумажек, но вот судьба распорядилась иначе для каждого из них. Остров и его живность уже начинали меркнуть перед завесой тайны их дальнейших путешествий. И чем больше они пребывают в состоянии абсолютного шока, тем меньше у них шансов выбраться из передряги. Риса, как обычно, взяла себя в руки раньше всех и встала с бревна, на ходу завязывая волосы в хвост и разглаживая одежду. Она повернулась к Гилему и хлопнула в ладоши. — Давай, мы слушаем твой план! — она окинула всех взглядом. — Некогда нам сидеть. Пора вершить великие дела. — Верно, — Гилем подпрыгнул и встал рядом с ней. — Но, перед тем как обрести неведомую силу, необходимо покопаться в грязи, а точнее выбраться с острова. После разговора с ведьмой, как я понимаю, он превратился в пройдённый пункт. И даже тот факт, что она не ответила на вопрос про суть самого острова, странной синей лошади и той девушки в маске, ждать ответа нет времени. Кто знает, сколько у нас его вообще осталось, — он повернулся к Редлаю. — Поэтому твоя задача на сегодня изучить правый или восточный берег острова от места крушения и поискать бухту, чтобы справить корабль. За Рисой и Илаем левый берег или запад. Нужно что-то не очень крутое, но… Чтобы он аккуратно съехал в воду. Кайл, Сина и Азель занимаются охотой и собирательством. На вас можно положиться. Мы с Айном будем искать подходящее место для травы Тенор. Любой, кто найдёт деревья для постройки плота-корабля запоминайте маршрут и делайте зарубки. Чем легче и прочнее, тем лучше. Постарайтесь найти дерево Стук и Грио, но кто знает, есть ли они тут. — Но как нам потом вернуться? Время непредсказуемо! — Илай сыпал сегодня серьезными вопросами. — Всё просто, мой друг. Я кое-что прикинул. Мы должны ориентироваться на небо. Солнце зайдёт в то время, в которое необходимо. И никакой магический остров ему не помешает. Как только начнётся закат, всем необходимо начать возвращаться к источнику. Учитывая нашу скорость передвижения. Время начнёт течь одинаково для всех. Если всё пройдёт как надо, то мы вернёмся примерно в одно время, — он строго показал пальцем. — Однако запомните. Закат — и сразу ко второму источнику. Ясно?! — Все кивнули. — Прекрасно. Наш план максимум на сегодня — найти бухту, посадить Тенор и прикинуть чего по брёвнам. Благо наша прекрасная Сина ускорит вырубку леса. А горбы Редлая и Кайла перевозку брёвен, — он поворачивается к Азелю. — Постарайтесь поймать чего поесть при возможности, и нам нужны шкуры. Я пока не понимаю из чего делать паруса… — Жаль нельзя обратить твои слова в полотно, хватило бы на целый фрегат… — прошептал Редлай. — Всем всё ясно?! Тогда погнали! — Гилем махнул рукой. — Метеора отправим с Рисой и Илаем. На всякий случай. Обсидиановый феникс вам не шутка! — Птица согласно замахала крыльями и подбежала к Рисе. — Айон?       Все начали расходиться по объявленным командам. Обычно никто не спорил с планами Гилема, кроме Рисы. Но в этот раз именно она вывела его держать слово перед всеми и отвечать за их распорядок дня. Его голова и без помощи подруги и собственной искры работала отлично. Однако, как не пытался Гилем привлечь внимание принца, всё без толку, ведь Айон и Кайл устроили гляделки. Пока все разговаривали, собирались или спорили, они, не моргая и нагло изучали друг друга взглядами. Кайл пытался вложить всё буйство вопросов касаемо их судьбы, Айон старался успокоить его. Он находил странным, что совсем не волнуется, как и факт волнения Кайла. Язвительный, самовлюблённый и скрытный, он чересчур много переживал. Каждый из них признал нежелание быть в разных командах. Они успели сработаться и найти общие интересы. И всё же на дне глаз Кайла бушевали эмоции, которые Айону оставались непонятны. Их природа до сих пор скрывалась за стеной. Из раздумий вывел Гилем, коснувшись его плеча. — Прекратите строить друг другу глазки, пора выдвигаться. Я готов, — Айон хотел возмущённо запротестовать, но успел лишь оценить полную готовность друга. — Все готовы. У нас нет времени на глупости. — Выражение «нет времени» я уже уяснил и ненавижу, — принц повесил голову и пошёл назад к спальному месту. Там лежал небольшой мешок, который ему вчера вручил Гилем. Айон не смог удержаться, чтобы в последний раз не обернуться и посмотреть на Кайла.       Кайл, впрочем, смотрел на него в ответ.

***

      Айон не очень верил в план Гилема, который должен помочь им избежать шуток со временем. Он склонялся к мысли, что остров устроен намного сложнее, чем они вообще могут себе представить. Парни, на удивление, шли молча, поэтому нашлась минутка, чтобы привести мысли в порядок на свежую не тронутую сном голову. Несмотря на проклятие, воспоминания о видении, странном поведении Кайла и загадке о природе своей искры, главным секретом оставаясь существование острова. О пятом материке слагались легенды, многие бросали жизни на его безрезультатные поиски. Даже материк, откуда пошла армия мёртвых, изучался вдоль и поперек. Люди уже и не предполагали существование неизведанной земли, да ещё и с такими невероятными особенностями. Если существование вымерших птиц и рыб ещё хоть как-то объяснялось их средой обитания, то комариная змея и лунный ягуар, явно не могли попасть на остров. И, что самое интересное, оба ранее обитали на разных континентах. А значит их или завезли сюда, или виновата магия необъяснимого клочка земли. Айон вообще сомневался в возможности убраться с острова, пока он им сам не позволит. И если Лина сама попала сюда, то как же ребята? — А я вижу, ты не очень сильно переживаешь по поводу собственного положения. Или это всё королевская выдержка? На твоём месте я бы метался из угла в угол, — Гилем наконец-то заговорил. Принц облегчённо улыбнулся. Мысли грозились сожрать его со всем, что у него осталось. — А ещё ты выглядишь как человек, который хочет задать пару вопросов. С радостью отвечу в подробностях. — Так ты понял, что я не договорил? — Айон услышал самоуверенное хмыканье. Каждый в их небольшой компании читал его как открытую книгу. — Поэтому не отправил меня с Кайлом? Скажу честно, исследовательские группы ты организовал странные. Если на нас нападёт какое-нибудь чудище, отбиваться нам нечем. — Небольшая плата за приватный разговор, — они сворачивают куда-то в бок. За тот месяц, который они просидели под деревом, а сам Гилем катился с горы, команда успела проложить тропы. — Я даже Редлая отправил в дальнюю часть джунглей для проверки. Он способен подслушать разговор примерно за километр. Правда не с очень большой точностью. В любом случае, принимая во внимание его скорость… Считай свидетелей кроме меня и неведанных чудовищ нет. — Тебя одного с лихвой, — фыркнул Айон. — Хорошо, что Редлая нет. Разговор пойдёт как раз о нём. — Прекрасно! Люблю перемывать ему кости перед обедом! — пошутил Гилем. Видимо, подобные шутки — обязательная часть его существования. — Ведьма назвала ещё два необходимых условия для поиска лекарства от проклятия, — Айон невольно пожал плечами. — Одно из них — это поиск моей искры, но времени на её понимание, она, к сожалению, не нашла. Она утверждала, что только одна женщина в состоянии помочь, и это мама Редлая. Способность её искры — это видеть потенциал живых существ и, в частности, искр. Она и только она способна приоткрыть завесу тайны. В противном случае шансов у нас не много. — Ох… А вот это уже проблема, — Гилем остановился и посмотрел на Айона через плечо. После десяти секунд пристального разглядывания, он вновь пошёл. — Мисс Галуа королева оборотней с самой Великой Войны, мама Редлая и хранитель тайны рождения оборотней трех сущностей. — Это проблема? Разве люди и оборотни враждуют? — Айон слышал, что материк живого леса и грома вели постоянные сражения из-за близкого расположения. Люди в основном отмалчивались при любых конфликтах. Их искр хватало для сражений, но невероятный магический потенциал остальных материков мог обернуться сотнями тысяч жертв. — Это очень большая проблема. Практически такая же, как и поиск центрального оазиса и битвы с местным божеством, — Гилем вздохнул. — Ты же прекрасно знаешь, что оборотни не могут служить в других армиях или жить в каких-то бы то ни было королевствах, если мисс Галуа не позволит? — Айон неуверенно кивнул. Что-то такое ему рассказывали. — Она не давала разрешения Редлаю покидать остров. Они с дядей покинули его против её решения и возвращение… Ну, оно может обернутся не самыми приятными последствиями. Их минимум убьют. — Минимум убьют? А я думал мой отец жестокий! — Ладно, я слегка преувеличил. Их не убьют, но покинуть материк второй раз не позволят, — Гилем отодвинул огромный лист в сторону. — Почти пришли. — Этот самый лист ударил Айона по лицу. — Понимаешь, каждый оборотень трех сущностей в девяносто девять лет посвящается в великую тайну их существования. Её и защищают вечной изоляцией. Редлай и словом не обмолвился о ней. Как я только не просил этого упёртого придурка! Он почти согласился, когда я предложил откусить себе язык, — Айон усмехнулся от слов друга. — В итоге он всё же отказался. — А что такого особого в происхождении оборотней трех сущностей? Оборотень — существо, умеющее по собственному желанию менять облик. Редлай превращается в адскую гончую. Многие магические существа многолики. Не высока ли цена? — Ни капли, — Гилем покачал головой. Впереди между деревьев замелькал океан. — Во-первых, оборотни трех сущностей не просто так называются. Они имеют три формы. Человеческая, животная и лесная. Их главная сущность именно лесная. То, что мы видим Редлая в обличии человека тоже превращение. Оно требует от них полный контроль над силой и разумом. Животная сущность выбирается судьбой. Редлай адская гончая, есть другие. Сначала из лесной сущности перерождается в животную, потом в человека и их магическое развитие заканчивается. В девяносто девять лет. — А необходимость в сердце — это требование животной сущности? — Гилем кивнул и показал Айону большой палец. — А что же нужно для контроля лесной части? — Ничего. Быть собой никто не запрещает. — О, логично… — Человеческая сущность открывается как раз в девяносто девять лет, после инициации в тайну. Прошло семь лет, как Редлай научился говорить и не рычать одновременно. Сам видел, иногда воспитание даёт сбои, — он смеётся. — Её и скрывает Мисс Голуа. Носитель этой тайны. Редлай на удивление хорошо держится. В любом случае, она не откажет в помощи принцу, но своего сына уже с материка не отпустит. Если нам и плыть туда, то уже без него. А куда деть оборотня трех сущностей на корабле, чтобы самый чуткий нос его не почувствовал я не представляю. — А что такого в этой инициации? По твоему мнению? Раз она действует только на оборотней в сущности животного и обращает их людей, какой резон хранить его с такой бережностью? — они наконец-то вышли к берегу. — Вопрос, хоть у кого-то здесь нормально с родителями? Спокойствие для королевских семей вообще существует? — Не думаю, Айон, — Гилем смотрел на безмятежный океан. — Суть тайны в том, что оборотни трех сущностей не могут иметь искры. Она появляется ровно в тот момент, когда в них пробуждается человеческая часть. Их не существовало в людской форме до Великой Войны. Искры делились между людьми, не лесными обитателями, — Гилем повернулся к Айону с серьёзным выражением лица. — Каким образом они, и в частности миссис Галуа, научилась зажигать в оборотнях искры и есть секрет. — А что касаемо их лесной сущности? Ты видел Редлая хоть раз… — Да, собственно, единожды, — Айон видел, что Гилем не хочет вдаваться в подробности. — Зрелище настолько прекрасное, насколько и ужасное. Все полнолуние Редлай проводит в обличие адской гончей, так как не может выполнить требование по контролю разума. Если оборотень не справляется с животной сущностью в полнолуние… Тогда вступает лесная. И не дай боги попасть к нему на глаза. Чем реже оно выходит наружу, тем сильнее и безумнее. Его дядя раз в полгода уплывал на остров и творил бесчинства. А вот Редлай, — Гилем вздыхает и шёпотом произнести. — Только раз в нашу первую встречу… — Понял. — Тогда какое второе условие? Думал я забыл? Я невнимательный не всё время, — их разговор вновь стал непринуждённым. — С оборотнями трех сущностей мы что-нибудь придумаем. Но пока ты должен хранить это в секрете. Я лично поговорю с Редлаем и решу проблему. Сейчас лишний раз воду не стоит баламутить. — Сестра одного из вас должна помочь мне, — Айон посмотрел на Гилема. — У кого из вас вообще есть сестра? Предполагаю, что у того же Редлая! Ему же сто шесть лет. Сколько вообще живут оборотни. — В зависимости от лесной сущности, — Гилем усмехается. — Но тайны их жизни тоже под вопросом. Нам столько и не снилось. А вот думаю с поиском сестры он нам не поможет. Сущность материка живого леса в том, что там каждый друг другу брат, а когда все братья, никто не братья. Или типа того. Поискать можно и поспрашивать у ближайших родственников Редлая, да вот придётся весь лес опрашивать. И рано или поздно они заподозрят. Тогда материк не покинем уже мы. — А вы? Разве у вас нет никого? — У Илая, меня, Рисы и Сины точно никого нет. Про Кайла и Азеля не знаю. Кайл выглядит как тот, у которого и птички дома не водилось. Уж больно он эгоист. А Азель… Мы не знаем о нём ровным счётом ничего. Даже Риса. Она уважает его желание хранить секреты собственного происхождения, — он косится на Айона. — В любом случае, как я понимаю, сначала мы решаем, как узнать твою истинную способность искры? — Да. Гилем, только представь, — Айон поворачивается к нему. — Я даже предположить не могу, какими силами обладаю, а главное, это не предел. Я… Вы имеете возможность зажечь свою искру подобно древним. Не слишком ли это большое бремя для нашей команды? И конечно же цена. — Пока тебе не стоит об этом задумываться, — Гилем улыбается. — Знаешь, у нас будет так много возможностей умереть. Давай дадим им хоть шанс попытаться. В конце концов мы думали наше путешествие началось на этом острове и закончится, когда корабль отчалит от берега. Если отчалит… А как оказалось, всё ещё впереди. — Да! Что нам нужно сделать с твоей этой травой тенор? — Время действовать, тут ты прав, — Гилем усмехается. — Итак, смотри, это трава Тенор. Она очень прочная. Просто так не взять. Макушка растущего растения самая прочная. У земли наоборот, есть возможность срубить. Один удар импровизированным топором, и она повалена. День на воздухе, и свехкрепкая мачта тебе обеспечена, — они идут по пляжу и останавливаются в трёх метрах от океана. — Мы не просто так пришли к большой воде. Трава Тенор рассыпается на глазах, если на неё действует соленая вода. Но, что интересно. Растет она только на берегу океана.       Гилем не задерживая ни Айона, ни себя вставил две палки в песок, слегка прикопал и пошёл к океану. Зачерпнув воды в остатки скорлупы какого-то огромного ореха, он вернулся и начал поливать растения. На глазах жёлтый цвет стеблей приобретал ярко зелёный цвет, но долго красоваться у него не получилось. Примерно через три минуты от него начали отламываться куски в виде небольших стебельков. Гилем не стал дожидаться пока от растения не останется и следа, а уверенным и точным ударом ноги разнёс его по всему пляжу. Айон поморщился от странного запаха, не успев прикрыть лицо. Когда за всю сознательную жизнь ты не сделал и вдоха, такие простые и очень важные рефлексы отсутствуют. Жёлто-розовое облако поднялось на несколько метров ввысь и начало с мерцанием опускаться на песок. Парни поспешили убраться подальше. Айон смотрел на друга с возмущением и недовольством. Глаза чесались и, в отличие от него, он нормально покашлять не мог. Просто напросто не умел. Принц направился к первому источнику, умыться и промыть голову. — Трава Тенор, как и другая трава способна размножаться вегетативно. Даже одного маленького кусочка достаточно для развития целого растения. Через дня три пляж скроется из виду из-за стены из стеблей. Выберем нужные и срубим, потом покроем древесной смолой и будут и крутые мачты, и материал для строительства, — Айон вынырнул из ручья, наконец-то в состоянии соображать. — Покрывать смолой обязательно, иначе в океане наши мачты потрескаются и рассыпается. — Мог бы и предупредить заранее! — Ну прости, некоторые вещи забываются, — от слов Айона Гилем состроил самое недовольное лицо из возможных. — Так, мы с тобой выполнили нашу задачу. В принципе давай поищем подходящие растения для создания парусов. Было бы замечательно найти то, из чего можно плести нить. Вряд ли шерсть и ткань можно найти на острове. Нечто такое… Хм. В любом случае, нам нужно ждать заката или сигнала кого-то из команды о прекращении поисков бухты. — Листья могут подойти вместо парусов? — Тебе предстоит ещё очень много раз удивиться за этот день. Мы с тобой впервые остались наедине. Мы или станем лучшими друзьями, либо поубиваем друг друга, — он усмехнулся. — Пошли, сейчас будем искать папоротник из рода Кексаль. Он прочнее шкуры трирога. –Кто такие трироги?! — Обо всём вам, юнцам, надо рассказывать!       Парни медленно удалялись в лес. Их голоса с каждой минутой становились всё тише и тише. Они настолько увлеклись разговором, что в очередной раз не заметили пристальный взгляд с берега. Все та же неизвестная девушка с переброшенным хвостом через плечо, с маской на лице наблюдала за действиями странных кораблестроителей. Только их голоса стали неразличимы с шелестом листьев, она подняла правую руку в воздух и от её пальцев потянулись тёмные нити, обрывающиеся в паре метров от неё. Они, казались, горели черным иссини–черным пламенем. Спустя мгновение она сжала руку в кулак и огонь перекинулся уже на неё, поглощая. Девушка стремительно принимала очертания змееподобной птицы, пока окончательно не обратилась в животное. Она взмахнула раз крыльями и бесшумно поднялась в воздух. Перья, оставленные на песке, переливались в лучах солнца со временем бледнели и через час исчезли. Следов пребывания наблюдателя отследить стало невозможно. Закат, зажигающий пляж и весь остров алым цветом, сопровождался протяжным воем Редлая. Сигналом об удачном завершении поисков.