Глава XII. «Где здесь бордель?»
17 сентября 2022 г., 04:11
Жертвы религии,
Узрите безумие в своих глазах.
Рабы своей зависимости,
Однажды бог заставит платить и вас!
Powerwolf — Midnight Messiah
Граница тёмных земель обрывалась резко и чётко. За линией, будто проведённой жёсткой рукой, вековые деревья уступали место невысоким кустарникам. На горизонте виднелись сторожевые башни Вельга, но единственную дорогу, ведущую к городу с юга, скрывали холмы. Именно к ним направлялись всадники. — Хэй, Роклано. Скаальдо остановил недовольно всхрапнувшую кобылу. Лошади не терпелось выбраться из холода тёмного леса и глубокого снега под копытами. Чародей, не повернувшись, дёрнул поводья. — Чего тебе? Мне показалось, мы уже отметили все разногласия, — он откликнулся ядовито, но несколько лениво. — Я не хотел разозлить тебя, — Скаальдо подъехал ближе и положил руку ему на плечо. — Я знаю, о чём ты хотел мне напомнить. Но все эти годы на северных берегах… Боги, думал, ты понимаешь. — Возможно, — Роклано склонил голову, смягчаясь. — Но пока отложим разговоры о том, кто мы, если не хотим оказаться на виселице. Или ты больше предпочитаешь костёр? С лёгкой усмешкой он надел на палец кольцо. Скаальдо оглядел руны на своём украшении. Они находились недалеко от города, а случайные свидетели были им не нужны. Вышитые на одеждах руны вспыхнули и окутали всадников молочно-белым туманом. Каждое кольцо, когда-либо созданное, хранило собственный отпечаток внешности и требовало вышивки своих рун. Такая работа занимала много времени, а чародеи, способные её сделать, находились в Круге раз в несколько десятилетий. Такие кольца были наперечёт, но Роклано, изучая у мастера их создание, не удержался и спрятал несколько заготовок в замке Вертроса. Несколько минут, и вместо некромантов появилась пара богатых юнцов, выбравшихся в крупный город. Короткие русые волосы, цветные береты с перьями, высокие голоса — всё это когда-то принадлежало настоящим людям, так удачно для Роклано отдавшим концы в драке рядом с таверной, где тот ужинал. «Кажется, это был Марстааб… Да, судя по отвратительному розовому — именно он», — чародей придирчиво осмотрел пышные рукава с пёстрыми узорами и вздохнул. Ни один из нарядов Представленных, даже самый вычурный, и рядом не стоял с этими костюмами. Обогнув холмы по небольшой дуге, они выехали на южную дорогу, что шла до Клиффорда, а возле него делилась надвое: до Адвэрпена на запад и до Санквэрра далеко на юг. Старые тропы, ведущие на тёмную землю, заросли травой и тонкими деревцами, и теперь южный тракт был лучшим путём, чтобы не вызывать подозрений. Несмотря на холодную пору, в низине у Вельга было тепло, и Скаальдо расстегнул плащ. Прищурившись, он осматривался, намечая возможные подходы к городу. Три холма, до того скрывавшие Вельг, были идеальным местом для подвода мёртвой армии: с высоты открывался хороший обзор на город. И пусть так остаться незамеченными для дозорных было невозможно, для отвлечения внимания это был идеальный ход. Роклано делал свои выводы. Почти сразу он отметил несколько мест, подходивших для ритуала, но оставалось проверить, не достанут ли до них лучники или дальнобойные орудия. А также узнать, имеются ли они в Вельге, и в каком количестве. — Ну что, друг мой? Думаю, старые карты помогут нам с местностью. Я пока не вижу сильных изменений. Аа вот с городом стоит познакомиться поближе. — Он нам и нужен. Гарнизон представит больше проблем, чем любые овраги. Так что вперёд, и не забываем глупо улыбаться. — У тебя с этим трудностей не будет, — Роклано хмыкнул, уже беззлобно, и направил кобылу прямиком к Вельгу.***
Стены Вельга, старые и крепкие, даже издалека выглядели внушительно. Когда они подъехали ближе, Роклано присвистнул: опыт прошлых битв научил людей осторожности. Город опоясался границей с зубцами наверху, дозорными башнями и узкими мостами. Лучи солнца заливали низину, в которой находился Вельг, но даже золото света не добавляло красоты приземистым серым стенам и зданиям, видневшимся за ними. Ближайшими к землям некромантов были восточные ворота, но вот уже несколько лет тяжёлые решётки закрывали проход, а с внутренней стороны находился пост городской стражи, по ночам боязливо поглядывающей в сторону мрачного леса. Для Стражей это не было преградой, но некромантам пришлось делать крюк до южной дороги, а затем пробираться сквозь толпу челяди, объезжать телеги и почти столкнуть с узкого моста нескольких зазевавшихся ремесленников. Не забывая кривить губы и покрикивать на простолюдинов, мешавшихся на пути, Роклано внимательно оглядывал каменные выступы стен и считал сновавших на них стражников. Скаальдо занимался тем же, но при этом не отказывал себе в удовольствии посторонить пешеходов тычком сапога по спине. Для потомков Айя-Н’этари и учеников Вертроса подобное было неприемлемо, но двум юнцам из Марстааба такое поведение подходило. Когда они наконец добрались до ворот, Роклано свёл брови вместе, придал лицу самое недовольное выражение, на которое был способен, и накинулся на ближайшего к нему стражника: — И это вы называете городом?! Почему благородные господа должны пробираться сквозь челядь столько времени?! Вы хоть представляете, сколько добираться сюда от Марстааба?! Знаете, что мой отец сделает с вашим гарнизоном, если… Скаальдо перестал слушать уже через несколько фраз. Было ясно, что Роттельд справится и без него. Под маской чужой внешности Роклано и говорил, и вёл себя иначе, при этом оставаясь внутри внимательным и собранным. Сочетание двух этих личин сработало лучшим образом: уже через несколько минут стражники без лишних вопросов и задержек пропустили их под арку, а один из них даже склонил голову. — И ещё раз — западные ворота, ясно? Лошади должны быть у западных ворот! Не хватало ещё раз застрять здесь с этими… — Мы поняли, благородные господа. Проезжайте, прошу вас. Роклано ещё раз хмыкнул и высоко поднял голову, проезжая мимо стражи. Скаальдо, следовавший прямо за ним, услышал вздох облегчения. Оказавшись внутри стен Вельга, они спешились и оставили лошадей у караульного пункта. Такая наглость не могла помочь в других городах, но в Вельге, чем важнее и недовольнее выглядели господа, тем больше их уважали. Часто этим пользовалась и мелкая знать, но стража предпочитала разборкам пару монет на каждого. Этим Роклано и воспользовался, обеспечив им незаметный выезд из города через другие ворота. Он не знал, чего ожидать в этом городе спустя столько лет и событий, потому счёл разумным предотвратить любые неприятности. К тому же искать Охотника следовало именно в Вельге, а в этом случае никакая осторожность не была лишней.***
— Ну наконец-то дошли! Сложно поверить, что когда-то в Вельге было всего три улицы! Роклано покачал головой и оглядел малую торговую площадь. Стиснутая со всех сторон домами, она казалась меньше двора в замке. В боковых улочках и переходах скрывались и показывались новые горожане, слышались брань и смех, а у маленьких прилавков шла торговля. Три раза в час колокол на здании Храма оповещал о времени низким звоном, и Скаальдо с удивлением отметил, что полдень давно миновал. — В то время людей здесь почти не было. Да и наших дорогих предков, как ты знаешь, было немного. — Однако в планировке городов они разбирались явно лучше, чем те, кто перестраивал Вельг, — Роклано скривился. — Впрочем, место для обеда мы нашли, а потому предлагаю не откладывать его. Скаальдо кивнул и потянул на себя крепкую дверь таверны, перед которой они остановились. По обычаю Давстейна над каждой мастерской, таверной или лавкой висел герб города. Однако хозяин этой явно рассчитывал на свой мелкий рост, и Роклано чуть не ударился головой о бело-голубой щит. Внутри таверна была скромной, но чистой и тихой. Скаальдо, оказавшись внутри, привычно скользнул взглядом по посетителям. Пара торговцев, несколько мелких господ, что играли в кости, пожилой мужчина на высоком колченогом стуле у самой стойки. Они не стоили внимания, но вот одна из фигур его заинтересовала. Скаальдо хватило одного взгляда, чтобы рука потянулась к перевязи меча, остановленная только усилием воли. Высокая фигура, тёмные волосы, длинный плащ. «И наверняка те же шрамы», — Скаальдо знал, что увидит их, сиди мужчина к ним лицом. Сумки со знаком гильдии он не заметил, но ошибки быть не могло. В таверне Вельга сидел тот самый Охотник, которого Скаальдо видел в колдовском шаре. Потребовав у мальчишки-слуги самого хорошего эля и обеда, достойного знатных господ, Скаальдо выбрал стол у стены. Место позволяло оставаться в тени и при этом видеть прислужника Совета. Роклано, заметивший перемену настроения, уложил голову на руку, чтобы не было видно его лица, и тихо поинтересовался: — Надеюсь, ты не собираешься вскочить с места и начать размахивать мечом? Потому что, уверен, это не пойдёт нашим планам на пользу. — Я не кретин, — Скаальдо отозвался так же тихо, повернув голову к чародею, но краем глаза продолжая следить за Охотником. — И я хочу быть полностью уверен, что это он. — Есть причины сомневаться? — Я всё ещё не видел его лица. Скаальдо нахмурил брови, закусив палец. Чем больше они узнают об Охотнике сейчас, тем лучше. Но как сделать это и не раскрыть себя? — А у тебя, случаем, не осталось ещё таких шаров? Может, прихватил парочку с собой? — Роклано усмехнулся. — Оставили бы его здесь, а сами вернулись в надёжный дом и… — Не кажись глупее, чем ты есть, — Скаальдо покачал головой. — Действующий у нас один на весь Круг, и тот нашли случайно. Не знаю, кто из предшественников зачаровал его на Адвэрпен, но его работа избавила нас от множества проблем. — А создать ещё таких? — Никто не знает, как он сделан. — А если мы… — Сосредоточься! — Скаальдо понизил голос, и теперь его слова походили на шипение. — Мы здесь не за тем, чтобы обсуждать зачарованные игрушки. Ты у нас чародей, так что, будь добр, почаруй и узнай всё, что можешь. Роклано хотел ответить, но у стола появился мальчишка с кружками эля. Мгновенно натянув улыбки и изобразив беспечность, они громко ударили поданными кружками. Охотник, сидевший недалеко от них, вздрогнул от резкого звука, но не обернулся. Когда мальчишка ушёл, пообещав принести еду как можно скорее, Роклано отставил эль и наклонился к другу. Оба не сделали из кружек ни глотка. — Нет, дорогой мой, чтобы что-то увидеть желания недостаточно. Мне потребуется стоять с ним рядом, к тому же, какое-то время. Если бы я мог поговорить с ним… — Нет. Это слишком рискованно. Скаальдо ещё раз взглянул на мужчину, сидевшего почти у самого входа.Не успев закончить фразу, он заметил, как тот достал из сумки, укрытой под плащом, лист бумаги. Люстра со свечами висела как раз над столом, и Скаальдо рассмотрел, что Охотник держал в руках портрет. Его портрет, созданный три декады назад в этом городе. — Роттельд, — понизив голос до шёпота, Скаальдо обратился к чародею, — это точно он. Роклано, всё же решивший попробовать местный эль, повернулся к другу. — И что навело тебя на эту мысль? — Посмотри, что у него в руках, — прошептал Скаальдо сквозь зубы. — Ему отдали его в тот вечер. — Что? Кого отдали, ком…оу. Роклано замолчал, рассмотрев, что именно держал в руках Охотник. Он не был знатоком искусства, но сходство настоящего Скаальдо и его изображения была абсолютная. — Подожди, подожди, — Роклано понизил голос до еле слышного шёпота, — откуда он у него? Скаальдо вздохнул. Роттельд — его самый близкий друг, но даже ему было неловко признаться в своей ребяческой гордости. После обучения они оба натворили странных поступков, почувствовав свободу, но Роклано никогда не забывал о том, чтобы смотреть наперёд и оценивать свои поступки заранее. Скаальдо же вспоминал об этом не всегда, и теперь видел, к каким последствиям это привело. — Ему передал Совет. А у них он оказался после того, как я… помог одному из святош. Здесь, в Вельге. Скаальдо покачал головой и сделал несколько глотков эля. Он ждал от этого дня чего угодно, но никак не откровений о прошлом и своих ошибках. — Подожди. Роклано прервал его, предвидя важную историю. Рядом сидел Охотник гильдии, которому поручено убить одного из них, и пренебрегать этим было опасно. Прошептав пару слов, Роклано провёл по лезвию во внутреннем кармане, рассекая до крови палец, и нарисовал в воздухе под столом знак. — Не обещаю, что это защитит нас полностью, но слов он не разберёт. Скаальдо невесело хмыкнул. — Спасибо, наверное. Впрочем, мне давно стоило рассказать это кому-то помимо Вертроса. Он покачал головой и выпил ещё. После стольких лет те поступки казались мечнику ребячеством. Но тогда, после всего, через что он прошёл в годы обучения, приятельство с одним из храмовников казалось глотком свободы и, что скрывать, собственным выбором, ломавшим установленные прежде правила. — Помнишь подарок Вертроса после Представления? В паре кварталов отсюда был дом художника. Кажется, Кенвир или Конавир…я уже не помню. — Я помню, — Роклано отпил эля. — Каннавир. Помню каждый момент, что провёл в той мастерской. И то, как долго мне пришлось стоять неподвижно. — Да, — Скаальдо усмехнулся, но в этой усмешке не было радости. —Я оставил черновик в тот день. Вертрос забрал большой портрет позже, но этот лист… Он остался в Вельге. В той мастерской. — И что потом? — Я устроил битву в храме Вельга. «Что ты сделал?!» — Роклано не сумел совладать со своими мыслями, но внешне постарался остаться спокойным. Охотник не слышал их слов, но видеть эмоции он мог, а подставляться было опасно. — И что же дальше? — Я убил весь отряд во главе с Охотницей и помог храмовнику обвинить меня. Вот только… — он покачал головой. Крепкий вельгский эль быстро ударял в голову. — Тогда я использовал морок. Но потом приходил к нему как к другу и уже не брал с собой кольцо. — Допустим, — Роклано выдохнул, понимая, что ещё одной чужой тайной в его голове станет больше. — Но как это связано с портретом? И с советом Адвэрпена? — Марриэль, тот храмовник, был сыном художника. А потом барон Вельга сменился. Знаешь ли, обычные люди смертны. Скаальдо вновь странно усмехнулся. Роклано не мог понять, чего в этой усмешке больше, грусти или сожаления, но предпочёл не уточнять. Пусть они и были близки, Скаальдо редко делился своими чувствами, и рушить внезапную откровенность вопросами Роклано не стал. — Его сынишка был больно рьяным и хотел одобрения Совета. И, видно, стал искать повода в прошлом. Наткнулся на это дело об убийстве в храме. Сначала допросили сына, потом отца. Обоих казнили. Но Марриэль под пытками сознался, кого рисовал отец. И с кем он общался в стенах своей церкви. Роклано молчал. Ему довелось узнать много тайн за всю жизнь, но мало какие из них могли сравниться с ошибкой друга. Это была юношеская глупость, но она привела к тому, что теперь Совет знал его лицо. — Ну и что же? Поверь, друг мой, мы оба совершили немало после того, как вышли из-под надзора Вертроса. Но ни один из тех поступков не стоит того, чтобы сожалеть и переживать о нём сейчас. Пусть прошлое остаётся в прошлом. — Не сочти за упрёк, но не за тобой послали цепного пса. Значит, либо ты натворил меньше глупостей, либо хорошо их спрятал, — Скаальдо усмехнулся. — И боги бы с ними, с моим прошлым, с чем угодно, но накануне всего… Это путает нам карты. — Здесь поспорить не могу. Но всё, что зависит от нас, мы сделаем. Роклано дал понять, что пока разговор об этом закончен, и стёр знак. Их не могли услышать, но такие беседы чародей предпочитал вести за надёжными стенами замков, а не в таверне рядом с гильдейским Охотником. Они заказали ещё блюд, эля, и болтали только о том, что могло бы интересовать молодых вельмож. Ни Скаальдо, ни Роттельд больше не поднимали тему портрета. Несколько раз Роклано порывался подняться, когда Охотник подходил к стойке, но Скаальдо неизменно останавливал его. Он понимал, что значит быть всегда начеку, и не сомневался, что, ошибись они, затея закончится плохо не только для чародея, но и для него самого. В тихом гуле из голосов, стука кружек и смеха он думал о том, как подобраться к Охотнику, не раскрывая себя. В таверне это было невозможно, и он выбрал встречу на улицах. Это требовало времени, но наконец подходящий момент настал. Ксанрес сложил немногочисленные вещи в сумку, допил несколько глотков из кружки, единственной за всё время, и поднялся. Скаальдо заметил быстрый взгляд, которым тот окинул таверну, но под мороком им было не о чем беспокоиться. Подождав минуту, он повернулся к Роттельду, уже скучавшему без дела. — Ну что, прогуляемся? Не дожидаясь ответа, Скаальдо встал и направился к двери. Роклано поднялся следом, кинул на стол горсть монет и вышел за другом.***
Двоих юношей Ксанрес заметил ещё в таверне, но внимания им не придал. В городах королевства хватало богатых бездельников, что тратили время и деньги в тавернах или игорных домах. Но когда парни вышли прямо за ним и направились по той же улице, следуя чуть позади, Ксанрес напрягся. Будь это другой город, Ксанрес бы не удивился. Охотники на улицах были явлением редким, и частенько любопытные увязывались следом даже в Адвэрпене, что уж говорить о городах поменьше. Однако сейчас и здесь, в Вельге, он счёл излишнюю подозрительность уместной. Двое следовали за ним неотрывно, сворачивая ровно в те же проулки и минуя все торговые лавки, обычно интересовавшие таких особ. Хмыкнув, Ксанрес положил руку на рукоять короткого меча и шагнул в боковой проход между домами. Как он и ожидал, юноши появились несколькими секундами позже. Вытащив меч, Охотник вышел вперёд, преграждая им путь. — Молодые господа, вы что-то потеряли? Парочка, вздрогнув, замерла. Но тут парень, что был младше, распахнул глаза и ткнул пальцем в меч Ксанреса. — Эрик! Ты вид..ел? Этот, этот… — он изобразил рукой неопределённый жест, — госп-подин планирует нас убить! Парень уверенно кивнул и тут же покачнулся, теряя равновесие. Названный Эриком вздохнул и закинул его руку себе на плечо. Ксанрес поднял бровь, но меч убирать не спешил. — Третья кружка за сегодня была точно лишней, братец, — процедил второй. — Алког…ль лишним… не бывает! Ксанрес почувствовал себя лишним, но не собирался уходить, не выяснив, зачем эта парочка следовала за ним. — Господа, я вам не мешаю? Если вы хотите обсудить семейные проблемы… Старший — и явно более трезвый — юноша перевёл на него взгляд. — Прошу прощения, господин… — он помедлил, ожидая, что Ксанрес назовёт своё имя, но тот этого не сделал. — Для вас господин Охотник. Парень пожал плечами, пока его брат, покачиваясь, пытался рассмотреть знак Гильдии на сумке. — Мы не хотели вас, хм, напугать, — он широко ухмыльнулся. Странная усмешка казалась чужой на благородном холёном лице. — Мы просто искали… — Борр…дель! Младший юноша снова вернулся в реальность, оторвавшись от знака. Он широко шагнул вперёд, оказавшись рядом с Ксанресом, и доверительно сообщил: — Нам сказ-зали, тут таакие девочки есть! — он попытался нарисовать руками формы тех самых «девочек», но вышло нечто больше похожее на шар, — А вы же, ну, того… балуетесь таким, мм? Вот мы и… — Маркес! — юноша, названный Эриком, дёрнул брата к себе. — Этот идиот решил, что в городе Охотник из гильдии может искать только бордель, и попёрся за вами. «Недоумки малолетние, чтоб вас…» — Ксанрес вздохнул, убирая меч. Два богатых дурака не представляли опасности для Охотника. Убедившись в этом, он желал лишь поскорее от них избавиться. — Понятия не имею, где здесь «боррдель». Спросите в таверне, откуда пошли за мной, и сгиньте с глаз моих. — Эр-рик! Он... Да как он смеет так…со знат…знатью говорить! Я ему сейчас… — Да уймись ты! — парень снова одёрнул брата. — Послали на мою голову наказание… не злитесь на ущербного, господин Охотник. — Проваливайте уже. Ксанрес помедлил пару секунд, затем поднял голову и посмотрел старшему прямо в глаза. — Да славится Великое Золотое Солнце и все его деяния в мире нашем. — Да славитс-са! Солнце! В наш…нашем! Маркес снова не остался в стороне, усердно пытаясь произнести благословение. Ксанрес только покачал головой, отвернулся и быстрым шагом вышел из переулка. Остановившись в тени, он дождался, пока молодые люди покажутся в поле зрения, но ничего странного или подозрительного Ксанрес не увидел. Младший парень, покачиваясь, опирался на чужое плечо и пытаясь затянуть народную песню. Названный Эриком пытался одновременно и удержать его, и двигаться вперёд. Плюнув на них, Ксанрес развернулся и дворами направился к городской ратуше.***
Убедившись, что они остались одни, Роклано выдохнул и прислонился к стене ближайшего дома. Скаальдо одарил его насмешливым взглядом. — Быстро ты протрезвел, дорогой братец. Чародей скривился и махнул рукой. — Ладно, — мечник мгновенно стал серьёзен, — выкладывай, ведьма, что у нас имеется? — Что ж, поздравляю, Охотника на твою светлую голову мы действительно нашли, — Роклано придирчиво оглядел ботинки, испачканные грязью переулков. — При нём обычные защитные руны их гильдии, несколько склянок со всякой дрянью и прочая мелочь. Не думаю, что это весь запас, но я бы тоже не стал таскать с собой алхимический склад… Он помедлил, задумавшись. Знаки и зелья не представляли угрозы, но то, что Роклано почувствовал в самом человеке, вызывало у него беспокойство. — Но есть ещё что-то. Скаальдо скорее утвердил, чем спросил. Он знал это выражение лица чародея: нахмуренные брови то и дело поднимались, когда детали складывались в картину, и он начинал кусать губы почти до побеления. — Он маг, — резко выдал Роттельд, кивая сам себе. — Это не наша сила и не её «светлая» ипостась. Полагаю, что-то стихийное, но я не знаком со стихийниками лично, поэтому не могу сказать наверняка. — То есть, помимо гарнизона нас встретит ещё Охотник-стихийник. Причём мы не знаем ни сферу, ни уровень его силы, ни его умений. Чудесные, мать его, новости! — Скаальдо прислонился к стене рядом и прикрыл глаза. «Ладно просто пёс Совета, ладно бы умел лаять. Но у этого кобеля и клыки есть. Впрочем, это может быть интересно…» — он быстро прикидывал варианты в голове, и наконец на его губах появился привычный для него, но чужеродный для этого лица оскал. — Есть у меня пара идей, как посадить гильдейского пса на цепь, — хмыкнул он. — О, друг мой! Не замечал у тебя раньше склонности к таким играм. К тому же с мужчинами… — Роклано рассмеялся, за что тут же получил лёгкий тычок в бок. — Оставь эти намёки при себе, Роттельд, — Скаальдо поморщился. — Пока я предлагаю уходить из города. Даже с твоим спектаклем у господина Охотника могли появиться вопросы, а я не хочу на них отвечать. Роклано согласно кивнул, и спустя четверть часа некроманты, забрав лошадей у западных ворот, оставили Вельг за спиной.***
Сидя за столом гарнизона и просматривая записи о прибывших в город — благородных господ в списки обычно не вносили, но надеяться на удачу можно было всегда, — Ксанрес раз за разом прокручивал в голове странную встречу. Всё казалось донельзя обычным: мало ли баронских сынков приезжало в город в поисках развлечений? Чем дальше, тем больше эти поиски становились тратой времени. Однако какая-то деталь, что он никак не мог ухватить, не давала Охотнику покоя. Что-то, что было в этом пьяном разговоре. — Твою. Же. Мать!!! Ксанрес вскочил, чуть не перевернув низкий столик перед собой. Стражи, уже дремавшие в углу, покосились на него, но не посмели ничего сказать. Но Ксанреса не волновало то, что происходило вокруг. Сложив в голове все кусочки, он понял, что проиграл. Не доверился инстинктам, закрыл глаза на свой опыт, и упустил тех, кто действительно следил за ним, поверив в разыгранное представление. «Твою мать… Повёлся, как ребёнок! Мало я что ли в Гильдии пил, чтобы не заметить! Твою же…» — Ксанрес устало уронил лицо в ладони, выдыхая. Он искал подвох в словах, в лицах, но всё оказалось куда проще: когда Маркес приблизился к нему, алкоголем от того почти не пахло. Точно не так, как должно было от выпившего несколько объёмных кружек местного эля. Да и движения, какими бы неряшливыми ни казались, были лишь частью роли. Подобных провалов в работе Ксанреса было немного, но каждый из них он разбирал и запоминал, чтобы в дальнейшем не допустить ошибок. За ним много раз следили, но никогда ещё не подходили так близко, бесконечно уверенные в собственных силах. И Ксанрес не смог не поверить, приняв двух богатых мальчишек за тех, кем они не были. Он не знал, что им было нужно, но догадывался, на кого они работали. Решение оставалось только одно. Пусть он упустил их, но чувствовал, что конечная цель будет связана с произошедшим. И раз судьба подкинула эту встречу, Охотник счёл это знаком. Настала пора выдвигаться в тёмные земли.
