Пламя и кости

Танцевать с мёртвыми,

Бесноваться, бога и святой дух потеряв

Танцевать с мёртвыми

Влюбившись в похоть, злые силы и сумерек нрав.

Powerwolf — Dancing with the dead

             Ночь Представления, ожидаемая и пугающая, наконец пришла. С боем часом мир вокруг остался прежним, но Бэллю показалось, что на рассвете что-то вокруг изменилось. Вместе с лучами низкого солнца пришло волнение, а затем и понимание, что время настало. Он чувствовал это раньше, в дни больших праздников или скорби, когда юным наследникам предписывалось стоять возле трона отца и смотреть, слушать, запоминать, как вести себя в будущем. Тогда вокруг сновали слуги и советники, но теперь весь день Бэлль провёл в одиночестве, справляясь с беспокойством самостоятельно. Скаальдо и Роклано знали, что чувствовал адепт, но держались в стороне.       — Мы помогли тебе как Представленные, но ты слишком взрослый, чтобы служить тебе няньками, — отмахнулся от него Скаальдо за завтраком. — Лучше проведи этот день с мыслями о том, что будешь делать после.       Следуя совету некроманта, до заката Бэлль провёл в своей комнате, перелистывая старые записи с ещё ровным, выверенным часами под наблюдением писаря, почерком. Страницы не сообщили ему новых истин, но помогли на время остановить поток мыслей, что беспрестанно крутились в голове с самого утра. Когда солнце скрылось за границей леса, оставив отблеск последних лучей над горизонтом, некроманты встретились в главной зале. Бэлльфдор завершал последние приготовления в своей комнате, и временные учителя не торопили его. До выхода ещё оставалось время, и расшитые рунами плащи лежали на диване.       Скаальдо медленно опустился на сиденье, одёрнув складки расшитой ритуальной блузы. Роклано, что следовал за ним без слов, подошёл к камину, отрешённо провёл ладонью по резному каменному узору, и так же молча отошёл. За следующие пять минут он измерил шагами ковёр с десяток раз, постоянно поправляя пряди волос и кусая губы. Скаальдо и вёл, и чувствовал себя спокойнее, но толика беспокойства грызлась и у него внутри. Ответственность перед Вайпрес и перед Кругом, что легла на его плечи благодаря чародею, в эту ночь достигла своей кульминации.       — О чём думаешь?       Голос Скаальдо прозвучал тихо и ровно. Роклано медленно повернулся к нему, не отпуская с пальца накрученную прядь. В его голове проносились сотни мыслей, но ни одна из них не могла занять разум надолго. Причина этого была проста: Роклано боялся той ответственности, что взял на себя. И пусть в этом он не признавался даже себе, вес обещания и возможных последствий тяготил и нервировал.        — О Представлении, конечно. Обещание Северии вносит в мои чувства свои коррективы.       — Наш великий чародей боится?       Скаальдо усмехнулся, но беззлобно. Он понимал важность этой ночи и представлял, что испытывал каждый член Круга, в особенности те, чьи ученики имели шанс не увидеть рассвета. Роклано ответил ему кривой улыбкой и поднялся с места. Скаальдо видел волнение в его жестах и выражении лица, но откровений не ждал. Однако Роклано удивил его и ответил:       — Если честно, то да. Я боюсь, что что-то случится. Посмотри, луна сегодня полная, — Роклано махнул рукой на окно, сквозь стёкла которого лился лунный свет. — Если проклятие всё же имеет свою силу…       — Проклятие?       — Да. Бэлль родился в тёмный час. Я в это не верю, но не хочу упускать из виду. И если что-то пойдёт не так…       Скаальдо прервал его жестом. Теперь беспокойство Роттельда стало ему понятно, ведь одно дело — отвечать за простого новичка, но совсем другое — за того, кто, по преданиям, был проклят с самого рождения.       — Если. Но ты не можешь знать наверняка. Тем более, ты прочитал достаточно, чтобы не верить в подобные «проклятия».       Скаальдо поднялся с места, подошёл к чародею и опустил руки на его плечи. Роклано был ниже, и ему пришлось поднять голову, чтобы увидеть спокойное лицо друга с чуть сведёнными светлыми бровями.       — Если что-то пойдёт не так, мы оба будем там. В конце концов, ты поклялся и от моего имени, так что это и моя ноша.        Роклано улыбнулся всё так же криво, но напряжение в его теле ушло. Вздохнув, он прикрыл глаза и хотел ответить, но в этот момент в залу вошёл Бэлльфдор. Будущий некромант был одет достаточно просто по сравнению с членами Круга. Однако ему, в отличие от Представленных, сегодня предстояло сражаться за свою жизнь и свою силу, поэтому он не имел права на вычурную красоту. Простой чёрный костюм, поверх которого был накинут плащ, на поясе — сумка с несколькими эликсирами, клинком и камнями для ритуала. Скаальдо, оглядев адепта, удовлетворённо кивнул.       — Ну что же, Бэлль. Надеюсь, мы подготовили тебя достаточно, чтобы ты прошёл Представление без больших потерь.       Он оставил Роклано, который нервно выдохнул и сжал пальцы, и подошёл к адепту.       — Вайпрес встретит нас на месте. Пожалуй, мне бы стоило дать тебе какой-то совет, но у меня его нет, — Скаальдо усмехнулся. — Простой будь собой и следуй за силой, что течёт внутри. Если ты достоин, а я в этом уверен, то она подскажет тебе путь.       — Спасибо тебе, Скаальдо. И тебе, Роклано. За всё, что вы дали мне за это короткое время.       Бэлльфдор подался вперёд и обнял Скаальдо. Тот замер, переваривая необычное для него проявление чувств, но Бэлль быстро отпустил его, подошёл к чародею и заключил в объятия его. В отличие от Скаальдо, Роклано не растерялся и крепко обнял юношу в ответ.       — Может, мы были не лучшими учителями, но мы старались.       Бэлльфдор лишь улыбнулся и выпустил Роклано из объятий. Оправив складки на рукавах, чародей оглядел залу и торжественно произнёс:       — Ну что же, господа! Все приготовления закончены и слова сказаны. Теперь не стоит заставлять Круг ждать, поэтому предлагаю выдвигаться прямо сейчас.       Скаальдо молча кивнул. Времени до назначенного часа оставалось всё меньше, поэтому стоило поторопиться. Подхватив с дивана плащи, они накинули их уже на ходу, направляясь во внутренний двор к лошадям.       

***

      Круг для ритуала выделялся яркой чертой среди чернильной зимней ночи. Скаальдо заметил огненное свечение ещё за пол мили и уверенно направил лошадь к месту назначения. Начало Представления проходило на одном месте уже много десятилетий, и даже в кромешной мгле его можно было найти по силе, яркой и древней, что лилась во все стороны. Подъехав к небольшой опушке, Скаальдо спешился и дал знак остальным. Роклано спрыгнул неслышно, как кошка, и отправился привязывать лошадей. Бэлльфдор, спешившись, пошёл вперёд вместе со Скаальдо и не отходил на него ни на шаг, пока они не приблизились к ожидавшим внутри черты.       Северия встретила их первой. Как и предшественники, она соблюдала ритуал и приветствовала каждого Представленного и адепта. Поздоровавшись с Бэллем, она жестом указала ему на Вайпрес. Скаальдо двинулся было следом, но некромантка остановила его и почти неслышно прошептала на ухо:       — Он готов? Потому что я надеюсь, что вы справились с задачей, что была вам передана.       Скаальдо хмыкнул. Такое внимание к чужому адепту было для него странным, но свои мысли он оставил при себе. В ответ же Северии он утвердительно кивнул, не сказав ни слова. Однако главу это устроило, поэтому она отпустила его, позволив подойти к Вайпрес и Бэллю.       — Чудесная ночь, не правда ли? Самая длинная ночь в этом году. В городах праздник, и никто не помешает нашему маленькому шабашу. По крайней мере, я на это надеюсь.       Вайпрес повернула голову к некроманту, но ничего не ответила. Бэлль явно нервничал, как и его наставница, но всё же оглядел каменный круг, поднял голову к небу и выдохнул:       — Ночь и впрямь чудесная. Полный лик, ни одного облака — хороший знак.       — Будем надеяться, что это именно он. Сколько у нас осталось времени?       Скаальдо оглянулся. Некроманты и адепты, которым предстояло пройти Представление, уже были готовы. Северия что-то обсуждала с Роклано, но быстро завершила разговор, кивнула чародею и вышла в центр круга. Собравшиеся подошли к ней. Некоторые из некромантов откровенно скучали, стараясь этого не показывать, но отношение легко читалось по их выражениям лиц. Различить их со спины, одетых в ритуальные плащи, было сложно, и об истинном составе присутствующих оставалось только догадываться. Роклано встал справа от мечника и поёжился. Ночь выдалась морозной, и даже тёплые одежды не сильно помогали.       — Будем делать ставки, сколько вернётся живыми?       — Думаю, вернутся все, — Скаальдо ответил тихо, не перебивая Северию. Её голос звенел в холодном воздухе, донося до адептов указания. — Здесь нет слабаков. Хотя, пока я не знаю места, я бы сделал ставку на смерть Иррена.       Роклано хмыкнул, но ничего не ответил. Северия закончила прелюдию, и теперь собравшиеся ожидали оглашения мест, выбранных для основной части ритуала.       — Всё это вы уже слышали от своих наставников, но я сочла нужным повторить правила. Теперь самое важное — места, куда вы отправитесь. Иррен, ученик Керлана. Старый погост возле болота, в двух милях к северу отсюда. Сейтена, ученица Мюриэль. Действующее кладбище в деревне, полторы мили на восток. Бэлльфдор, ученик Вайпреса. Фамильное захоронение рода Барлейо в двух милях на юг.       Северия взяла паузу, давая собравшимся время обсудить услышанное. Скаальдо прикидывал шансы адептов и наблюдал за их реакцией. Места были подобраны точно, как и всегда: не слишком далеко, но достаточно, чтобы провалить испытание. Болото, деревня рядом и родовые силы усложняли испытание, но простыми Представления никогда не были. Однако ученики отреагировали спокойно, что давало надежду сразу на трёх будущих некромантов.       — Метки силы уже установлены в нужных местах. Ваша задача — привести сюда минимум трёх мертаров, способных самостоятельно держаться на ногах. Ваш выбор и принцип работы ограничен лишь вашими умениями. Как только зажгутся огни, мы начинаем.       Когда голоса в каменном круге стихли, Северия взмахнула рукой, и две фигуры в плащах, что стояли рядом, начали движение. Медленно и величественно они подносили факелы к жаровням, расставленным по кругу, зажигая ритуальный огонь. Когда последняя жаровня заалела пламенем, некромантка повернулась к присутствующим.       — Да начнётся великое испытание Представления!       Выждав несколько секунд, адепты устремились к местам испытания. Роклано резко выдохнул и сжал пальцы, но не произнёс ни слова. Скаальдо же, не обращая внимания на других членов Круга, наблюдал за Вайпрес. Та, к его удивлению, была абсолютно спокойна и даже не шелохнулась, когда учении покинули опушку. Хмыкнув, Скаальдо повернулся к другу:       — Ну что же, теперь нас ждёт самая скучная часть. Ненавижу ожидание.       Роклано, уже совладавший с собой, только улыбнулся.       — Пока можешь выбрать вино, которое потребуешь у Вайпреса в награду за успешное обучение его дорогого адепта.       — Будь вино сейчас, в этом был бы смысл. А так нам сидеть на холоде несколько часов и ждать, пока новички притащат свежие или не очень кости.       — Хватит жаловаться. Ты ворчишь так, что сейчас весь Круг сбежится тебя утешать.       Вайпрес подошла неслышно и заставила мечника, стоявшего к ней спиной, вздрогнуть. Роклано же, увидев шанс улизнуть от недовольного друга, откланялся и мгновенно затерялся среди других фигур в плащах.       — Вайпрес! — Скаальдо повернулся к некромантке. — Я надеялся, ты стоишь и трясёшься за своего дорогого ученика.       — Не дождёшься. Если вы ни с чем не напортачили, то он вернётся первым, — большую часть лица девушки скрывал капюшон, но на губах читалась мягкая улыбка.       — Если не придёт первым, я лично устрою ему самую жестокую тренировку!       Вайпрес снова улыбнулась. После разговора с Северией она чувствовала себя гораздо спокойнее, и наконец, впервые за долгое время, не ощущала внутри грызущего беспокойства. И теперь, понимая саму себя, она решила дать понимание и другим.       — Скаальдо… Мне нужно тебе кое-что сказать.       Тон, который приобрёл голос в его голове, заставил Скаальдо сосредоточиться. Привыкший рассчитывать всё за секунды, он прикинул сразу несколько вещей, о которых могла сообщить некромантка. И одной из них была её тайна, уже рассказанная Бэллем.       — Я тебя слушаю, — Скаальдо скинул капюшон ритуального плаща.       Несмотря на то, что текущая часть считалась для Представленных своеобразным перерывом, традиции предписывали членам Круга оставаться в полном облачении. Вайпрес, зная обо всех аспектах церемонии, была удивлена. Раскрывать свои лица никому — даже главе Круга — в ходе ритуала не дозволялось. Теперь это было лишь традицией, пережитком прошлого, но когда-то это была мера спасения жизней: так Айя-Н’этари, жившие ещё в Вельге, укрывали себя от случайных наблюдателей.       — Ну что же, раз мы раскрываем, кто мы есть… Тогда и мне есть, что ответить.       Вайпрес улыбнулась и скинула капюшон.       Скаальдо, ожидавший этого, всё же не смог скрыть удивления. Перед ним стояла прекрасная юная девушка, и она оказалась вовсе не такой, какой он мог её представить. После слов Бэлля он думал о том, как на самом деле выглядит Вайпрес, но реальность кардинально отличалась от его представлений. Он ожидал, что некромантка будет ровесницей Северии, но та была на пару десятков лет младше. Мягкие черты, огромные глаза, изящный нос — всё это казалось неестественным для Вайпрес, которую он, как ему казалось, знал.       Некромантка за последние дни много раз представляла себе этот момент, но не могла и предположить, что он окажется настолько забавным. Скаальдо молчал, рассматривая её, и с каждой секундой его брови поднимались всё выше. Он не мог сказать ни слова, хотя несколько раз открывал рот, и только продолжал рассматривать её. Раньше Вайпрес была готова к гневу, отвращению, презрению, но теперь немое удивление, которое она встретила, стало самым ожидаемым. «Северия всё же оказалась права. Как и всегда», — усмехнулась она.       — Пожалуй, следовало сказать тебе раньше, но… Были свои причины. Теперь тебе придётся только смириться с тем, что твой друг на самом деле подруга.       Вайпрес склонила голову и улыбнулась. Шрамы на щеках чуть растянулись.       — И если тебе это не понравится, или твоё отношение ко мне изменится, то будь готов к последствиям!       — Я не… нет, Вайпрес, нет, просто… — Скаальдо усмехнулся, покачав головой, — я просто не ожидал, что ты выглядишь так.       — Так? Что ты имеешь в виду? — искусственный голос некромантки приобрёл ледяные нотки.       — Да пёс тебя дери, Вайпрес! Успокойся! Я ожидал, что ты выглядишь как Северия, а не как наследная принцесса.       — Принцесса? — Вайпрес беззвучно рассмеялась. — Скорее всего, ты не видел ни одну из них, но спасибо. И, надеюсь, мы всё ещё друзья?       Голос Вайпрес был спокоен, но на лице, теперь открытом, Скаальдо заметил тень беспокойства. Не давая этому страху развиться, он кивнул и слегка улыбнулся.       — Конечно друзья, — он протянул руку и похлопал девушку по плечу. — Спасибо, что дала мне узнать. Ты знаешь, я ценю искренность.       Вайпрес улыбнулась, кивнула и снова закрыла лицо капюшоном. Скаальдо последовал её примеру. Никто из собравшихся не обращал на них внимания, но соблюдение традиций было данью уважения, которую некроманты отдавали добровольно. И ничто, даже такое откровение, не было причиной нарушать их надолго.       Коротая время, члены Круга разговаривали, пили привезённое с собой вино и попросту бездельничали, переходя из одной части площадки в другую. Однако за этой беспечностью стояло беспокойство за будущее, и Скаальдо видел, как фигуры то и дело поворачивались в сторону Северии, ожидая новостей. Те не заставили себя ждать: выйдя в центр, некромантка сообщила, что ученики успешно достигли ритуальных мест и начали испытание. Вайпрес от этой новости заметно расслабилась, и Скаальдо ободряюще улыбнулся.       — Твоя добрая улыбка всё ещё похожа на злобный оскал, — Роклано возник из ниоткуда, раздвинув пару фигур в плащах. — Я же говорил, что тебе стоит больше тренироваться.       — Хорошие новости заслуживают того, чтобы их заметить, Роттельд.       — Несомненно. Поэтому, как только Бэлль вернётся, мы отметим его посвящение, — Роклано улыбнулся и повернулся к мечнику: — однако нам нельзя забывать об Охотнике, что идёт по твою душу. Что слышно о нём?       — Дозорные Алиции передали, что он направился в Аэльмерс. Его видели на закате.       — От Аэльмерса до замка около двух часов! — Роклано, ещё секунду назад расслабленный, мигом напрягся. — Почему ты ничего не сказал?!       Скаальдо, смерив чародея взглядом, только хмыкнул. Представление адептов, важное для всего Круга, или один жалкий Охотник? Было очевидно, что заслуживает большего внимания.       — Надеюсь, что его сожрали по дороге, — он усмехнулся. — Мертары Алиции не стоят без дела.       — Не могу разделить твоей беззаботности, — Роклано оставался непоколебим, хмурясь и кусая губы. — Не боишься, что он будет ждать тебя в твоей же спальне?       — Роттельд, оставь свои намёки при себе! — Скаальдо фыркнул и скрестил руки на груди. Чародей закатил глаза, не скрытые капюшоном плаща.       — Я говорю не о сексе, а об убийстве! — Роклано огляделся по сторонам, помахал рукой обернувшимся на восклик некромантам и продолжил уже тише: — пока ты здесь, он может попасть в замок. Мы не знаем, на что он способен. Стражи могут не остановить его.       — Если что-то случится — я узнаю. Не один ты связан с местами на этой земле.       — И что это значит?       Вопрос повис в воздухе. Северия вновь вышла в центр круга, и Скаальдо обернулся к ней, оставив друга без ответа. Вайпрес, стоявшая рядом с ними, никак не отреагировала на их перепалку, но Роклано не собирался сдаваться.       — Вайпрес, ну хоть ты убеди его! — Роклано мысленно обратился к некромантке, ожидая поддержки. — Бэлльфдор твой ученик, и тебе за него переживать. Отправь этого упрямого осла туда, где ему сейчас стоит быть!       — Нет. Скаальдо взрослый мальчик и сам примет решение. И не забывай правила Круга хотя бы в этот день. Ты уже достаточно ими пренебрёг.       Роклано хотел возразить, но его остановил голос Северии:       — Сейтена успешно справляется с риуталом. Иррен на месте пробуждения, но его силы пока не дают ответа. Помните: будем ждать до рассвета. Бэлльфдор… — Северия остановилась, прислушиваясь к ощущениям. — Сила, что он пробудил, отозвалась вокруг него. Фамильный род стережёт своих детей.       Закончив, глава некромиантов вновь отошла в сторону. Роклано огляделся по сторонам и понял, что дела приняли плохой оборот: Вайпрес, до этого сохранявшая спокойствие, побледнела. Свет луны, полной и яркой, не давал ошибиться. Прикидывая, что могло произойти, Роклано подошёл ближе.       — Что случилось и чем это нам грозит?       — Фамильный род… Сила, что охраняет захоронение, не рада посторонним. Силы Бэлля могут ответить, и без его на то желания. Королевская кровь сильна, но я не знаю, выдержит ли он.       

***

      Всё, что могло пойти не так, действительно пошло. Стоя у очерченных могил, Бэлльфдор понимал, что провалился. Сила, что окружала его, не давала двинуть и пальцем, и ритуал застыл. Готовые к пробуждению покойники услышали зов рода. Несколько минут назад из двух могил показались истлевшие кости рук, и Бэлль готовился к лёгкой победе, но магия места дала о себе знать. Разъярённая, она обрушила свой гнев на того, кто потревожил фамильный погост.       Сначала, не обращая внимания на тошноту, Бэлл продолжал ритуал. Но с каждой секундой сила становилась всё злее, и теперь, взяв верх, поставила его на колени. Слёзы, выступившие от боли, застыли у некроманта на щеках. Полная луна светила сверху, и, казалось, даже она замерла от проснувшейся магии. Бэлль не знал, каким был род Барлейо, но происходящее давало понять, что некромантов они не жаловали и признавать своими властителями не хотели.       Бэллю хотелось кричать, но горло будто сжали невидимые руки. Хотелось подняться и уйти подальше, но адепт не контролировал своё тело. Даже дышать получалось с трудом, через раз, сквозь боль в груди и в горле. Теперь он понимал, почему Скаальдо и Вайпрес не рассказывали о своём Представлении. Это было не просто испытание: Представление становилось схваткой со смертью.       «Я… Нет! Я не слабый! Я не… не мой братец! Я не уйду… отсюда… живым…» — мысли, его и навязанные кем-то, оберегавшим покой погоста, роились в голове. С каждым выдохом Бэлль был уверен, что справится. Но каждый вдох, сделанный через силу, шептал о том, что в живых ему не остаться. Луна светила ярко, но безразлично. Бэлль уже был готов сдаться, но в какой-то момент понял, что что-то изменилось. Сила, что давила на него, не отступила, но ослабла. Боль, слёзы и кровь, что шла из носа и заливала лицо, больше не были важны. Чувствуя лишь чистую силу и ярость, что заполнила тело и рассудок, Бэлльфдор медленно оторвал руку от земли. Затем он открыл глаза, осмотрел свои пальцы, поднял вторую руку… И ударил обоими об землю.       — Я! Не! Проклят!!!       Крик боли и гнева, что был сдержан силами извне, вырвался наружу. Бэлль кричал и кричал, разбивая об холодную землю руки, позабыв о том, зачем он здесь и даже кто он. Сила горела внутри и вокруг него, невидимой волной заливая весь погост. Бэлльфдор не знал и не мог почувствовать этого, но вспышку почувствовали и те, кто ждал внутри колдовского круга.       

***

      Роклано сорвался за лошадьми, стоявшими в стороне от опушки. Будучи чародеем, он первым ощутил, как изменилось тонкое пространство вокруг, а через пару секунд волна силы, что пробудилась, заставила его схватиться за голову. Представление сопровождалось разными явлениями, но сила этого явно говорила, что Бэлля нужно спасать. Подобное вмешательство было против правил ритуала и Круга, но для Роклано его обещание стояло выше любых правил. Потому, отдышавшись, он рванул с места к лошадям. Когда он вернулся, Скаальдо уже ждал его, собранный и серьёзный. Вайпрес на месте не было: та стояла возле Северии и ожесточённо спорила с ней. Резкие жесты, движения фигур и долетавшие обрывки фраз подсказали чародею, что спор глава Круга проиграет. Остальные некроманты тоже не стояли на месте, и Роклано окончательно убедился: творилось что-то, выходящее из рамок, которые для Представления и так были весьма размыты.       Повернувшись к Скаальдо, чародей уже хотел сказать ему об этом, но остановился. Мечник стоял возле лошади, опираясь на неё, и держался за голову. Роклано счёл это реакцией на вспышку силы Бэлля и резко ударил друга по щекам несколько раз, надеясь привести того в чувство. Скаальдо лишь покачнулся, часто дыша, и вновь прижал руки к вискам.       — Скаальдо, сейчас не время устраивать драмы! Ты знаешь, что на Представлении адепты умирают! — Роклано кричал, но никто вокруг больше не обращал на это внимания. — Ты сам чуть не умер! Поэтому оставь драмы мне и давай залезай!       Роклано ткнул пальцем в седло, но мечник не пошевелился. «Твою мать, твою мать, твою мать!!!» — крутилось в голове чародея разными голосами. Он надеялся, что дело было в Бэлле, но по состоянию Скаальдо понял, что произошло что-то ещё. «Твою мать, только не Охотник! Пожалуйста, только не сейчас! Я не выдержу столько дерьма разом!» — внутренний голос продолжал истошно орать, и Роклано понимал, что всё было ровно так. Сейчас Скаальдо выдохнет, поднимет голову и скажет, что…       — Охотник. Ксанрес здесь, у ворот моего замка.       — Твою мать!!!       Роклано заорал. «Столько проблем и в Дьютонваре не было! Ну почему, почему вечно я разгребаю всё за всех?!» Однако, даже проклиная всё про себя и матерясь, Роклано Роттельд понимал, что нужно делать. Резко выдохнув, он отнял руки Скаальдо от лица и, подняв голову, посмотрел ему в глаза:       — Так, слушай меня. Сейчас я, Вайпрес и все, кому придёт в голову, едем спасать юного недотёпу. А ты садишься на лошадь, вспоминаешь все уроки Вертроса и едешь в замок. Пока всё ясно?       — Д…да, — Скаальдо, сжав зубы, медленно выдохнул. Боль в голове от чар, что он поставил наспех, была невыносимой.       — Отлично. Потом ты находишь там этого… Ксанреса, протыкаешь его так, чтобы тот выжил, и оставляешь до моего приезда. Ясно?       — Да… Стой, что? — Скаальдо поднял затуманенный болью взгляд на Роклано. — Зачем он…тебе сдался? Я просто убью…его, — выдыхая каждое слово сквозь зубы, он всё равно начал спорить.       — Ты сейчас убьёшь разве что себя! Просто выруби его. А потом мы узнаем, чего ещё ждать от Адвэрпена. Допросим его, понимаешь?       Из-за боли, что выла в голове, Скаальдо плохо понимал намерения Роттельда, но всё же кивнул. Что бы тот ни задумал, в одном чародей был прав: в таком состоянии ему не убить стихийного мага. Потому Скаальдо ещё раз кивнул, бросил другу, что всё понял, и забрался в седло. Пришпорив кобылу, он направил её кратчайшим путём до замка, готовясь к схватке.       Роклано проводил его взглядом, пару секунд оставаясь на месте. Что ждало Скаальдо? Справится ли он, подавленный небрежно выставленными чарами? Роклано хотелось сорваться за ним, но он понимал, что сейчас нужен в другом месте. И потому, выдохнув и взъерошив выбившиеся волосы, запрыгнул в седло и устремился вслед за Вайпрес на юг.       

***

      Когда они добрались до погоста, Бэлльфдор, к их удивлению, был жив. Роклано, прибывший первым, заметил его не сразу: найти юного некроманта было почти невозможно из-за дюжины или двух покойников, окруживших его. Уже готовясь к битве и чувствуя, как скапливается кровь в уголке проклятого глаза, Роклано подбежал ближе и с удивлением понял, что мёртвые не собираются атаковать юношу. Они стояли кругом и защищали его.       Замедлив шаг, чародей осторожно подошёл к восставшим. Истлевший череп с лохмотьями плоти резко повернулся к нему и клацнул зубами, но с места не двинулся. Весь круг, состоявший на большую часть из низших восставших и всего нескольких мертаров, чего-то ждал. В замешательстве Роклано остановился. Что-то происходило внутри круга, что-то важное и выходившие за все рамки Представления. Только он попытался увидеть, что происходит с Бэллем, изнутри круга раздался крик:       — Я убью вас всех! Вы…все…       Юноша, до этого сгорбленный, выпрямился в полный рост и выдохнул. Роклано вздрогнул от увиденного. Руки парня были полностью покрыты кровью, пара пальцев сломана, а на землю капала перемешанная с алым талая вода. На ладонях, побелевших от холода, налип снег, сползавший вниз комками вместе с водой и кровью. Глаза Бэлля ярко отсвечивали в лунном свете, а на лбу медленно, постепенно набирая цвет, проявлялись некромантские знаки.       — Пхэ…элль!       Роклано резко обернулся и увидел Вайпрес, бежавшую к ним по снегу. Капюшон спал, и теперь было ясно видно, что наставник Бэлля на самом деле девушка. Но Роттельд был поражён не этим. Она говорила! Сказанное имя больше походило на кашель или хрип, но впервые за время, что они были знакомы, Вайпрес произнесла хотя бы звук.       — Стой! — чародей ринулся наперерез некромантке, успев схватить её и остановить. — Руны! Представление пройдено!       Вайпрес замерла и перестала вырываться. Опустив руки Роклано, что держали её, она подняла голову.       — Представ…ление? Что происходит? Что с ним?!       — Сейчас гораздо важнее, почему ты девушка и почему ты говоришь! — Роклано всплеснул руками. — Точнее, почему уже не говоришь…       — Ты… что с твоим глазом? И почему здесь столько пробуждённых?!       — Боги, да погоди ты! Дай мне секунду! — закрыв глаза и взъерошив волосы, Роклано залез в карман ритуального костюма, вытащил маленькую склянку и разом опустошил её. Вайпрес почувствовала запах крепкого спиртного. — Ох, Претёмная, так-то лучше.       Когда эликсир подействовал, кровавый глаз чародея начал медленно принимать привычный синий цвет. Роклано сам создал это зелье несколько дней назад и не был уверен в его эффекте, но крепкий алкоголь, ставший основой, отлично прочистил голову и без колдовских свойств. Вновь выдохнув, он повернулся к Вайпрес и уже хотел объяснить, что сам ничего не понимает, но вновь раздался голос Бэлля:       — Кровь… Королевская…кровь!       Юноша с безумным взглядом осматривал свои руки, с которых на землю слетали алые капли. Голос, скачущий с шёпота на крик, заставил некромантов обернуться.       — Королевская кровь…пролилась! Кро..хахах..кровь!       — Бэлль! — Вайпрес сорвалась с места, будто не замечая окруживших адепта мертвецов. Откинув низших восставших в считанные секунды, она оказалась в центре круга. Роклано, не успев сказать и слова, ринулся за ней.       Бэлльфдор смеялся, рассматривая окровавленные руки, и не замечал никого вокруг. Из глаз его лились слёзы, венец на коже расползался от лба к вискам, а он лишь твердил о крови, что пролилась. Вайпрес остановилась в метре от него, не решаясь нарушить священный ритуал становления, но в этот момент с места двинулись поднятые Бэлльфдором мертвецы.       Успев вовремя среагировать, Роклано упал на колено и ударил рукой по земле. Фиолетовый дым заструился по земле, за секунды ограждая Вайпрес и её ученика барьером. Но тот не мог продержаться долго: силы Роклано сдерживались элексиром, и о призвании Стражей глупо было даже подумать. У чародея оставался только один выход.       — Ну что, мальчики, поиграем?       Роклано усмехнулся, поднял руку, и из дыма в его ладони появился артефакт. Он походил на обычный трезубец, но исходивший от него свет давал понять, что оружие не имело физического воплощения. Однако сейчас, наполненный силами, он был так же реален, как холодная земля и надгробия вокруг. Прокрутив древко в руке, Роклано бросился вперёд.       Мертвецы сражались голыми руками, поэтому держать их на расстоянии не составляло труда. Отбить удар, резануть лезвиями по кисти, — готово. Уворачиваясь от тянущихся к нему рук и клацающих зубов, Роклано краем глаза следил за барьером. Тот пока держался, скрывая фигуры внутри за полупрозрачным туманом, но Роклано знал, что защита не протянет долго.       Вайпрес, оглядевшись, не стала терять времени и забрала контроль над поднятыми низшими мертвецами. Те, признав новую хозяйку, медленно двинулись в сторону мертаров, пытавшихся достать Роклано. Однако чародей лишь смеялся, уходя от их неуклюжих атак. Поднятые новичком-некромантом трупы не представляли для него серьёзной угрозы.       Два резких удара, и голова мертвеца отлетела в сторону, описав ровную дугу. Упав на землю, она по инерции клацнула зубами и застыла со злобным оскалом на губах. Ещё один мертар, уже без кистей, пытался достать Роклано, но тот ответил на выпад лёгким движением руки, и иллюзорные цепи сковали тело восставшего. Секунда, удар, и ещё одно тело, пронзённое насквозь, упало на заледеневший снег. Роклано обернулся к последнему мертару, оставшемуся в строю, но тот внезапно замер и вдруг упал на колени.       — Королевская кровь… Приказывает здесь.       Бэлльфдор, стоя гордо и прямо, отдал свой приказ. Его руки окутывало тёмное сияние, а венец на лбу сиял ярко-чёрным. Вайпрес, стоявшая рядом, только усмехнулась. Роклано оценил ситуацию и отпустил силу; та мягким дымом поднялась с земли и исчезла вслед за трезубцем и цепями.       — Ну что же, — Роклано выдохнул и поправил перчатки, — полагаю, испытание закончено?       — Он не в себе, Роттельд. Я смогла помочь, но его рассудок… Я не знаю, что с ним.       Чародей вздохнул, присел на корточки и растёр виски. «Слишком много дерьма за эту ночь, даже для меня. И оно ещё не закончилось! — он вновь вздохнул и покачал головой. — После этого я точно напьюсь до беспамятства».       — Думаю, на сегодня мы закончили. Вайпрес, вернитесь к Кругу и покажите, что мы со Скаальдо не зря старались, — он указал на смоляные узоры на лбу юноши. — если Северии нужны доказательства, то сюда она доберётся. И принеси мои извинения за отрубленные головы, если хочешь.       — А что ты? Ты не поедешь с нами? — Вайпрес нахмурилась. Одной рукой она придерживала за локоть нового Представленного, а второй пыталась достать из-под плаща небольшую сумку.       — Боюсь, моя работа на эту ночь ещё не окончена, — чародей вновь вздохнул. — Мне нужно поспешить к Скаальдо и убедиться, что никто никого не убьёт. Потому что мёртвый Охотник точно скажет нам меньше, чем живой, а мёртвый мечник бесполезен.       «Хотя и менее надоедлив», — добавил Роклано про себя.       — Тогда удачи вам. Я пришлю птицу, когда будут новости. Роклано кивнул и направился к лошади. Не оборачиваясь на бедлам, что они учинили на месте фамильного погоста, он думал лишь о том, что Скаальдо наверняка не оценил противника и угрозу, что тот представляет. И потому чародей надеялся хотя бы на то, что по приезде не найдёт сожжённых остатков того, что когда-то было некромантом Скаальдо Дельверсом.