Кантиль.

глава 1. «так почему всё-таки кантиль?» Знали ли вы, что за год в мире происходит от 12 до 22 тысяч похищений? При этом большую часть жертв составляют девушки. Они пропадают каждый день, а после либо подвергаются ужасным пыткам, либо умирают мучительной смертью. Я не слишком-то и много думала об этом. По правде говоря, я вообще не думала об этом, в силу своего эгоизма и излишней детскости. Мне казалось, что такое может произойти в любом штате, кроме нашего. Мама постаралась перевести меня из мегаполиса, в котором я вела своё никому не нужное существование в ужасно скучный город, да и, ко всему этому, мы поселились на одной из самых спокойных улиц. Мне казалось, что люди тут застряли в прошлом веке: даже подростки реагировали на машины так, словно никогда их не видели (не удивлюсь, если так оно и было). Не знаю, почему моя мать вдруг решила сорваться и бросить комфортную жизнь только ради какой-то глуши. Иногда я думаю, что так на неё повлиял развод с папой, но у меня всё ещё куча вопросов. Если, как она и объясняет мне, ей нужно было развеяться, почему она не взяла мою сестру и не уехала? Почему она совсем не слушала меня, когда я говорила, что не хочу переезжать? В конце концов, я же ясно выразила своё желание в письме к Санте прошлой зимой. Всё, чего я хотела- вернуться домой и жить с отцом в нашей квартирке. Уверена, что мама читала мою писанину, потому что на следующий день мы и двумя словами не перекинулись. А Рождество я вообще провела, сидя в своей комнате, пока она с моей сестрой готовили печенье и веселилась. Наверное, это были самые долгие шесть часов в моей жизни. Я провела их почти что в одиночестве, если не брать во внимание присутствие моего кота Лютика. Он был моим прошлогодним подарком на день рождение- папа нашёл его на улице и сказал, что лучшего друга я не найду нигде. Он был прав –хотя он почти всегда был прав, не считая решения о том, что я буду жить с мамой. После того, как родители озвучили эту новость, я впервые накричала на них- в действительности кричала, да ещё и с такой злостью. А потом отец пришёл ко мне и мы долго-долго говорили. Пожалуй, я уже не вспомню, о чём, но я много плакала. Теперь, оборачиваясь назад, я понимаю, что он хотел как лучше. Из-за его вечной занятости и поездок по всей стране, мне бы почти всё время пришлось быть одной, или же на попечении у соседки. Но на тот момент мне было двенадцать, а теперь должно было вот-вот исполниться пятнадцать. За три года я приобрела хоть немного самостоятельности, и, к тому же, закончила среднюю школу. Веду к тому, что я уже готовилась к серьёзному разговору с мамой и ещё более решительным действиям. Думаю, мне нужно начать свою историю с той самой пятницы, когда я впервые узнала о нём. Кроме всего прочего, вечер той зимы запомнился мне посылкой от папы. Помимо сладостей, которые почти сразу растащила Лиззи (моя младшая сестра и по совместительству рыжая бестия), внизу лежал маленький складной нож с запиской: «Нашёл его и сразу вспомнил, как ты порезала футболку Джереми. Вот такой по жизни и оставайся: боевой, смелой и опасной. Увидимся весной, целую». Я не преувеличу, сказав, что перечитала этот текст больше ста раз. Несмотря на то, каким ужасным выдались праздники, этот день каникул был поистине волшебным. У меня впервые за последние месяцы появилась искренняя улыбка на лице –я была поглощена собственным счастьем настолько, что даже не обращала внимания на орущий телевизор. -…Сам себя преступник называет «кантиль»… -Кэс, сделай погромче! –донёсся крик из кухни. Я закатила глаза. Что за дивная привычка у моей мамы- пытаться делать несколько дел сразу. Готовка, пение и просмотр новостей- это ещё не самый показательный пример- помню, однажды она одновременно читала журнал, смотрела фильм и слушала мою историю. Я никогда не понимала, как при этом она с лёгкостью после дала мне совет, пересказала папе сюжет и перелистнула страницу. Разве возможно быть настолько сфокусированной на всём? Без особого энтузиазма я выкрутила громкость на максимум, и лениво подняла глаза- всё равно читать теперь было невозможно. -Пояснение даёт Диего Харгривз, сотрудник полиции и участник «Академии Амбрела». –репортёр выглядел таким счастливым, будто рассказывал не о пропаже девушки, а о чём-то приятном. Видимо, он давно хотел пообщаться с этим Диего. На экране появился уставший мужчина с короткими волосами. У него были шрамы у висков, да и в целом вид оставлял желать лучшего: у меня сложилось впечатление, что он долгое время не спал, но его глаза излучали какой-то тёплый свет, даря спокойствие, что ли. -Что Вы можете сказать нам? Ведь это не единичный случай. -Пока непонятно, это тот же похититель, что был до этого, или нет. Но, если хотите моё мнение, -голос Диего стал грубее, и он сжал кулаки. –это всё один и тот же человек, хотя человеком его назвать у меня не повернётся язык. Кто бы это не сделал, он психически нездоров и я найду его. После этих слов мужчина ещё раз посмотрел в камеру, и от его взгляда у меня пошли мурашки. Не знаю, что там насчёт преступника, но я испугалась. Может, это были только громкие заявления, но он внушал мне доверие. Чего нельзя было сказать о моей маме, конечно. Кажется, его речь настолько разозлила её, что она снова начала говорить со мной. -Ну и что ты думаешь по этому поводу, а? Я открыла рот, чтобы сказать, что я вообще по этому поводу ничего не думаю и не собираюсь, но мама перебила меня: -Как по мне, эта Академия только языком чесать умеет! Особенно этот полицейский. Вместо того, чтобы давать интервью, мог бы искать эту бедную девочку. -Но…-начала я. -И вообще из них всех только та Элисон нормальная. Ну, негритянка. –добавила она, поняв, что я не знаю, о ком речь. -Я ведь просила так не говорить, мам. –на автомате исправила я. –Это неуважительно. -Но ведь это констатация факта, и только. Можно сказать, её особенность. –её голос был таким обыденным, будто она только что не оскорбила человека. Впрочем, уж кому-кому, а мне стоило привыкнуть к такому. -Ты такая расистка. –говоря это, я сделала телевизор потише- новости сменились на «Лебединое озеро»* или что-то вроде того. Хорошая разрядка или способ скрыть что похуже. –Нельзя вот так говорить, понимаешь? Ты унижаешь её достоинство. -А ты хамишь матери из-за какой-то негритянки. -Аааа!-я надеваю капюшон на голову, пока на кухне продолжается монолог. Отвратительно. Такое ощущение, будто её талант не распространяется на те моменты, когда нужно действительно послушать меня и понять. -Мам, Кесси опять злится!- теперь перед теликом появляется маленькая фигурка с двумя хвостиками. –Может, это она этот каптиль? -Не каптиль, дурочка, а кантиль! –это становится последней каплей, и мою злость не сдержать. –Ты глухая или глупая? -Не называй сестру дурочкой. И глупой! –в голосе с кухни (Боже, почему бы просто не подойти вместо того, чтобы пытаться перекричать всех и вся?) появляется нотка поучительности. Не выношу её. -Я не называла, а только спросила. –я вернулась к сестре, которая строила мне рожицы. –Тебя что, в школе не учат географии? Кантиль- это ядовитая змея. У неё на хвосте наконечник белый, и им она заманивает жертв. Лиззи выглядит обеспокоенной и заинтересованной одновременно. На её губах застыл вопрос, и я уже могу услышать его: -А почему преступник так себя назвал? Тот же самый вопрос звучит и в огромном доме в центре города. Его задаёт мужчина в розовом свитере, параллельно наливая кофе своему маленькому (только на вид) брату. -Почему вообще кантиль? Это что, что-то съедобное? -Боже, Клаус. –парень напротив отхлёбывает кофе и морщится. –Почему ты не видишь ничего дальше еды, половых связей и денег? К этому сведена вся твоя цель в жизни? -Ну…-на секунду на кухне воцаряется тишина, и туда входит номер Три. –Я думаю, да. Почему нет? -Всем доброе утро, что за сыр бор? –девушка открывает шкафчик в поисках чего-то съедобного. -Мой брат- идиот. –коротко кидает Пятый и пытается стереть следы Якобс смешанного с колой*. То ещё пойло. Зато помогает не вырубаться на ходу, а это как раз и нужно. -Ну, это не новость, если ты о Диего. – Элисон разрывает пакет с хлебом, и крошки летят во все стороны, однако она даже не смотрит на тряпку- сейчас шатенка слишком голодна, чтобы думать об аккуратности. –Клаус, о чём ты спрашивал? Мужчина немного сомневается, кусая губы под внимательным взглядом подростка, и всё же повторяет: -Я хотел узнать, почему преступника называют кантиль, а наш маленький псих сказал, что у меня приземлённые цели в жизни… -Ты пропустил часть, где выставил себя дураком. -Ой, а ты типо лучше, Пятый. –Диего появляется словно из неоткуда, и набегу выхватывает у Элисон тост. –В чём цель твоего существования? Доставлять неудобства другим и обжиматься с манекенами? -Бля, это был мой хлеб, номер Два. –девушка делает акцент на последних словах, зная, что это раздражает её брата, и снова достаёт нож –то ли чтобы порезать булку, то ли его. Оба варианта одинаково хороши. -Ну, тебе же стоит беречь фигуру для нового фильма, так? –Пять отчётливо слышит, как тост хрустит у Диего во рту. –Значит, я оказываю тебе услугу. -Ещё раз так со мной заговоришь, и следующим пропавшим будешь ты. –подумав, говорит парень своим тоненьким голосом (вот тебе и переходный возраст со всеми его прелестями), с омерзением глядя на тающую еду. -Это что, угроза? Мелькает синяя вспышка, и все на кухне вздрагивают, увидев, что на стуле никого нет. Все, кроме Диего. Он не проявляет никаких эмоций- по правде говоря, полицейский настолько задолбался за эту неделю, что его единственная мечта, такая же будничная, как и помыслы Клауса- просто сходить в горячий душ и лечь спать часов так на двенадцать. Но начинается новый рабочий день, и думать об отдыхе попросту некогда. -Ты можешь считать, что да. –миленькое личико искажает ужасный оскал. Какую-то долю секунды Кракен ловит себя на мысли о том, что юнец и правда чертовски красивый, и если бы не его скверный характер, то он бы пользовался ещё большей популярностью у девушек. Хотя он итак… Но это только на долю секунды. Потом Диего наконец-то выдавливает из себя предложение, глотая месиво из завтрака: -Тогда знай, что ты под подозрением. Тебя же не было в городе в день похищения и убийства той девушки. Да и стиль твой. -Да как ты можешь? –на щеках вспыхивает румянец, Пятому так… неудобна мысль о том, что брат воспринял всё буквально. –Если бы это был я, я бы убил её иначе. С этими словами номер Пять поправляет идеально чистые волосы- они ещё мокрые и немного кучерявые, потому что вчера он помыл их уже ночью- и оказывается у двери. Клаус громко кашляет: -Иначе? Он выглядит взволнованным, даже, пожалуй, напуганным. -Да Боже, что с вами?-Таймер хмыкает.- Я имел в виду чисто теоретически. Если что, я не убивал её. Но номер Четыре передёргивает плечами, выдавая свой страх, а Диего так вообще смотрит со злостью. В его глазах буквально читается «попался». Элисон, в отличии от мужчин, мило кивает, уже в который раз намазывая хлеб джемом. Ей кажется абсурдным этот разговор- да, пусть её брат и киллер, но он бы ни за что не поступил вот так. Это же...ну нет. -Ладно. –шатен машет всем на прощание- на самом деле, его ещё долго здесь не увидят, но об этом никому знать не стоит. –Увидимся вчера.* -Я буду за тобой следить. –звучит из конца столовой. Пять улыбается. Снова вывел своего неуравновешенного братика на эмоции. Новая игра, в этот раз со слежкой… У барной стойки слышится смех: номер Три глядит на Диего с нежностью, будто он- ребёнок: -Сам себе роешь могилу, Два. Можно сказать, пытаешься схватить кантиль за хвост.*