Оппортью́нити

Из сна выдернул сильный удар в живот и хлынувшая следом ледяная вода, которая попав в нос, заставила закашляться. Мозг отказывался соображать, но тело, опираясь на мышечную память, действовало. Красноволосый и сам не понял, в какой именно момент метнулся в угол холодной камеры, обнимая колени и утыкаясь в них лицом, стараясь удержать ускользающее тепло. Мозолистая рука вцепилась в мокрые волосы, натягивая скальп с такой силой, что на глаза навернулись слезы. А стоило вскинуть голову, как щеку обожгло ударом, и если бы не удерживающая его рука, Оппортьюнити был уверен, его бы попросту снесло. -Поприветствуй герцогиню! -Оставь Рон, собаку бесполезно учить этикету. Эта манера речи, эти интонации... Несмотря на боль, экзорцист дернулся чуть в сторону, быстро сканируя обстановку, и застыл отказываясь поверить. Сырая, темная, продуваемая всеми ветрами камера, располагающаяся на подземном уровне поместья Хэнитьюз. Дыхание перехватило, в голове стал стремительно нарастать белый шум. Нет. Этого не может быть! -Н-нет...-голос отвратительно сипел, как у долго кричавшего человека. -Будь готов, на границе вновь вспыхнули беспорядки, Его Величество велел разобраться в короткие сроки.-карие глаза мачехи, как всегда облили его тонной презрения.-Небось опять, выблядки подобные тебе решили устроить переворот.-зло сплюнула леди. В душе вскипел гнев, а руки против воли потянулись вперед, желая свернуть, ненавистной женщине шею, когда правую обожгло болью, а крик эхом прокатился по пустым коридорам. Рон Молан, отпустив его волосы, проткнул руку одним из своих клинков, вогнав тот по рукоятку, пришпиливая к полу. -Псина.-скривилась хозяйка дома, видя как ребенок корчится от боли, не замечая как неестественно стали вести себя тени вокруг. -Мааам, нам пора на прием!-топот маленьких ножек оповестил всех загодя прежде чем Бассен Хэнитьюз ворвался маленьким ураганчиком, держа в руке маску и перчатки матери. -Иду милый.-ласково улыбнулась та, трепля его по волосам. При виде этой картины даже взгляд убийцы стал на несколько тонов теплее. Однако это не помешало ему ботинком вдавить кинжал глубже, чтобы мальчишка не смог его вытащить самостоятельно. Стон боли, стал музыкой для его ушей. Рон и сам не мог объяснить причину по которой так взъелся на этого пацана. Что он, что его сын хоть и являлись убийцами к детям имели определенную слабость. Мозгами конечно понимал, что окажись на месте Кейла Хэнитьюза любой другой ребенок, и патриарх Молан был бы первым кто отправит его мучителей на тот свет. Но с экзорцистом было все по другому, и даже обещание данное прошлой госпоже ничего не изменило. Мальчишку хотелось сломать и морально и физически, чтобы огонек в глазах, уступил месту отчаянию и ненависти. Вот только ничего подобного не было, лишь какая-то запредельная пустота все чаще проступала из глубин синевы, засасывая в свои чертоги все живое. Дворецкий уже и не мог вспомнить какого же цвета были глаза Кейла до того как тот обрел дар экзорциста. Да чего греха таить, он даже не мог вспомнить как же этот ребенок раньше улыбался. Казалось экзорцизм выжег из него все. Уходя вслед за госпожой, Рон еще раз убедился, что кинжал пацан не вытащит, захлопнул тяжелую дверь, краем сознания отмечая как из темных углов на него скалилась сама смерть . Стоило всем уйти, как трясущиеся коленки перестали держать красноволосого, и тот свалился мешком на грязный пол, тихо вскрикнув, когда кинжал глубже вспорол кожу по краям раны. -Кейл...-а в ответ тишина. -Ной... -Морана...-лишь тихие капли воды и звук крысиных лапок, бегущих по пустынным коридорам. -Ребята...-голос сорвался на фальцет.-Пожалуйста... Синие глаза заволокло поволокой, на подкорке сознания замелькали лица семьи. Как он мог так вляпаться? Как он мог пропустить что его в какой-то миг выдернуло обратно в родной мир? Экзорцист же никого даже предупредить не успел, Кейл наверняка волнуется! А дети? Как же дети?! А остальные?! Желудок скрутило, к горлу подкатила горечь, чтобы в следующую секунду вырвать кровью, а потом снова, и снова. Неужели все то время проведенное в другом мире, лишь предсмертная агония его воспаленного мозга? А Авва? А братья и сестры по несчастью? Неужели Оппортьюнити настолько больной, что мог придумать все те ужасы через которые им пришлось пройти? -Н-нет... Отчаяние окутало маленькую, дрожащую фигурку свернувшуюся на холодном и сыром полу, чтобы со следующим всхлипом подобно голодным церберам броситься во все стороны разрывая пространство в клочья. Сила Бога не справлялась, она не была в состоянии удержать озлобленную душу. А атрибут неба, спавший глубоко внутри, и экзорцистом практически не используемый казалось впервые за несколько лет лениво приоткрыл глаз, желая посмотреть на того самоубийцу который заставил бы его проявить себя. По всей тюрьме, то тут то там, стали все отчетливее проявляться растяжки пространства, и если бы божество храма не было занято попытками обдурить союзников Кейла, то непременно бы сюда явился желая разузнать кто был способен вызывать такие колебания. Вот только неприметная кровавая дымка, что тонкой струйкой вытекала откуда-то из под мальчишки, внезапно стала сгущаться окутывая ребенка и усмиряя разбушевавшуюся силу. Кинжал, будто повинуясь кому-то невидимому, плавно вышел из руки не причинив лишнего вреда, чтобы уже в воздухе превратиться в покореженный кусок метала и отлететь в неизвестном направлении. А на месте ранения словно из воздуха, соткался аккуратный черный платок, трижды обмотанный вокруг ладошки и завязанный на манер бантика. Лишь на самом кончике одного из уголков, просматривалась еле заметная вышивка с изображением золотого дракончика держащего передними лапками щит. Герб семейства Барроу. -Прости меня кроха, -туман дрогнул, принимая размытые очертания молодого парня, рука которого густыми клубами запуталась в алых волосах мальчика.-Потерпи совсем чуть-чуть, этот божок за все ответит. Где-то вдали громыхнула карета, а в тюрьме все рассеялось также быстро как и началось. Лишь красноволосый ребенок продолжал спать на холодной земле, свернувшись в клубок, мечтая согреться. *** Пробуждение вышло не намного лучше предыдущего. Рассвет только только забрезжил, когда его волоком вытащили из камеры, и крепко связав спереди руки, грубо запихнули в экипаж. При чем кинули в ноги уже находившегося здесь Дерута. Тот же окатив его презрительным взглядом, ногой отпихнул к дверце кареты, чтобы лишний раз не соприкасаться. Стиснув зубы от прострелившей копчик боли, экзорцист постарался принять более удобную позу, когда его отвлек голос: -Ублюдок доморощенный!-синие глаза удивленно уставились на соседнее кресло, которое по идее должно пустовать, однако на нем восседал полупрозрачный, зеленоволосый...эльф? Закинув ногу на ногу и скрестив руки на груди, мужчина удивительно походил на Эрухабена, разве что по габаритам немного проигрывал, золотой дракон был и ростом выше и в плечах шире, а так даже одежда была похожа, только цветовая гамма зелено-белого формата придавала какого-то подросткового бунтарства. -Шваль подзаборная, хватило сил ребенка ударить и радуешься?-Оппортьюнити с нарастающим весельем смотрел, как призрак посотрясав воздух, смачно сплюнул. Однако плевок, не растворился как по идеи должен был, а приземлился кляксой плазмы на ботинок герцога. И странный эльф, и человек дружно посмотрели на ботинок, потом друг на друга. -Кхм,-пауза-заслужил. Сделав вид, будто подпрыгнул на кочке, ребенок незаметно кивнул. По скромному мнению экзорциста, плюнь его спутник даже герцогу в рожу, этого бы было все еще мало. Удивительно, но появление зеленоволосого, взбодрило заставляя липкий страх отступить, а голову наконец прояснилась. Верно, это не его мир, и не мир Кейла. Все что будет происходить дальше лишь больная фантазия отчаявшегося ублюдка, и Оппортьюнити не намерен подыгрывать ему в этом спектакле. Была конечно мысль, что это все отнюдь не иллюзия, а другой мир, но тогда назревал жирный вопрос, откуда у божественного ублюдка, которого запечатали, такая сила? Оппортьюнити не хотел представлять с какими тогда последствиями им предстоит столкутся, если его предположение правда. Карету снова тряхнуло. -Маленький экзорцист.-голос эльфа прозвучал глухо. Он хотел попросить о чем-то, но не знал как подвести к этому.-Не мог бы ты выполнить просьбу этого старого дракона? Я понимаю, что моя раса не заслужила просить у тебя что-либо, и что ты сейчас возможно ненавидишь и проклинаешь весь мир за его цинизм и жестокость по отношению к тебе, но...-договорить как оказалось дракон не успел. Стоило карете остановиться, как граф выпнул мальчишку в открывшуюся дверь. Приземление вышло неудачным. Со связанными рукам больно не сгруппируешься, и мальчишка упал навзничь. Спину и заднюю сторону шеи обожгло болью, из глаз посыпались искры, а по позвоночнику побежали теплые струйки. -Малыш! -вокруг вскрикнувшего засуетился невидимый пассажир, пытаясь хоть как-то помочь, но руки проходили сквозь тело, что злило призрака. -Уёбок!-кулак впечатался в карету с гербом золотой черепахи, мужчина с бессильной яростью наблюдал как красноволосого ребенка за шиворот вздергивает страшный старик, невзирая на то, что тому больно. У Олиена никогда не было предубеждения против экзорцистов, из-за чего он часто вступал в полемику со своими соплеменниками. Как они являясь взрослыми, могли лишь безразлично наблюдать как очередного человеческого ребенка доводят до края самые близкие люди, которые должны были защищать? Они не оружие а просто дети, черт вас всех побери! "-Мир жесток."-в голове всплыли слова его учителя. Тогда они провожали в последний путь очередного дракончика не достигшего и первой фазы роста. А Эрухабен пустым взглядом провожал закат, будто в угасающем солнце искал ответы на все свои вопросы. Олиен не знал, что тот момент станет для него переломным, что после наставник сговориться с человеческим королем, который за помощь великого дракона, будет платить кровью ребенка с атрибутом неба. Младшие начнут стремительно поправляться и зеленоволосый будет вне себя от счастья, радостно тормоша старшего с вопросами как он этого добился. Ровно до того момента как Эрухабен приведет его на очередной забор крови... Вид маленького, зашуганного ребенка, пытающегося забиться как можно дальше в продуваемой всеми ветрами камере, навсегда отпечатался на подкорке его сознания. И те непонимание с его стороны и ужас со стороны мальчика, когда золотоволосый щелчком пальцев окунул мальца в бочку мертвой маны. От душераздирающего крика, Олиен отшатнулся, приседая и накрывая уши руками. -Учись,-скосив на него глаза сказал тогда самый старший дракон-мертвая мана пусть и болезненная для него, но она питает его атрибут, и лишь после такой подпитки кровь станет лекарством. Зеленоволосый не хотел учиться, он хотел выплюнуть свои легкие, желудок и сердце, а после прекратить издевательства над ребенком! Как граф Хэнитьюз мог позволять творить такое со своим собственным сыном, или он не был в курсе того на что его обрек? Вот только разговор с ним ничего не дал, как позже выяснилось это было своеобразным наказанием от семьи, за слабый дар экзорциста. Он столько раз пытался надавить на совесть Эрухабена, но все бестолку. Олиен ушел, отвернулся от высокомерных сородичей переставших различать черное и белой. Пф, да скорее просто сбежал не желая смотреть на такие зверства! А по итогу умер в собственной пещере, и подумать только от рук людей! Призрачный сосед мира живых, который обречен скитаться имея огромные сожаления. Даже поговорку услышал в людском городе, что полностью описывала его ситуацию: "Хочется в рай, да грехи не пускают.", ох, он на собственной шкуре это прочувствовал. Помочь мог лишь экзорцист, но Олиен очень сомневался что ребенок станет помогать одному из своих мучителей, да и не факт, что сил на драконью душу хватит. -Мир и правда жесток.-уничижительно прошептал зеленый дракон, больными глазами смотря в синие-синие, как любимое им небо в знойный летний день. А Оппортьюнити покорно шел, силком переставляя ноги, заставляя деревянное тело двигаться, зная что в конце пути его не будет ждать ничего хорошего. Ублюдочный божок точно знал как расплавить его психику, особо не напрягаясь. Но представшая его глазам сцена, превзошла все ожидания... Они снова были в королевстве конца, снова вокруг царила разруха и смерть вальяжно прогуливалась по улочкам, ласково встречая в свои объятия обреченные души. Внимание привлек постамент установленный на площади. Ничего особенного, просто сколоченные доски с толстым бревном посередине которое исполняло роль своеобразного шеста, вот только кто был привязан к нему... Он, Хонг и Раон в человеческом обличии. Воздух застрял в горле стоило увидеть как призраки со всей округе слетались к ним отчаянно пытаясь ослабить магическую веревку, которой те были связаны. Оппортьюнити как никто другой знал какого это пытаться снять драконьи путы. А стоило им взглянуть на него, он уверен что сердце практически остановилось. Флуоресцентно-синие глаза троих детей смотрели с удушающим смирением. -Бляди...-выдохнул Олиен. Красноволосый его уже не слышал. Все вокруг резко перестало иметь значение. Ни вновь живой герцог, ни семейка Моланов, ни в край охуевший золотой дракон, что надменно стоял рядом с наследным принцем Альберу. Головой он понимал, что это не те Он, Раон и Хонг, которых он знал и которых сам себе клялся защищать, да и вообще зверолюди не могли стать экзорцистами! Но черт возьми сейчас на него смотрели дети, его дети! И экзорцист осознал одну вещь: -Похороню всех! Магические путы просто разорвало, столько сил было вбухано в контрзаклинание. Детишки, под прикрытием щита Раона метнулись к нему. Со стороны Эрухабена и Милы наперерез детям полетели заклинания аркана и парализующие, чтобы под взглядом красноволосого ребенка взорваться искрами. -Интересно.-золотой дракон мог поклясться, что мальчишка Хэнитьюз изменился, даже сама аура давила. Стоило ребятне спрятаться за спину более старшего экзорциста, золотоволосый был уверен, что даже эти малолетки были сильнее человека за которым прятались, как тот вскинул руку к небу. Дракон фыркнул. -Кого ты пытаешься обмануть? Ты не способен использовать атриб...-договорить ему не дали, хладнокровно перебив. -Реви.-тонкая, бледная рука опустилась. Небо стремительно темнело, в тяжелых свинцовых тучах искрили молнии, концентрация отчаяния нарастала заставляя воздух практически звенеть от силы, более слабые хватались за грудь в попытках вздохнуть. Он подтащив братьев поближе к себе, едва не взвизгнула когда в паре метров от них свалился Ганс, задыхаясь, царапая ухоженными ноготками почву, ломая тем самым те в кровь. Глаза испещренные полопавшимися сосудами, с ненавистью смотрели на троицу детей. -Подстрахуйте. У Он волосы встали дыбом, когда все те призраки которые пытались им как-то помочь, кивнули, и уставившись на небо раскрыли рты. -Мертвая мана...-столкнувшись с такими же синими глазами как и у себя, девочка ладошкой прикрыла рот, осознав что привлекла к себе внимание старшего мальчика. -Именно.-бледная ладонь ласково потрепала серебристые волосы.-Отчаяние мертвых сильнее живых, ведь они тоскуют об упущенных возможностях. Девочка удивленно провела ручками по голове, повторяя движения аристократа. -Больно?-взволнованно спросил Хонг, за рукав стараясь оттащить сестру и спрятать за их с Раоном спинами. -Нет-удивленно шепнула та, вновь поддаваясь вперед, явно желая чтобы ее погладили еще раз. Улыбнувшись, Оппортьюнити погладил и Хонга с Раоном. -Герцог, а псинка то как я смотрю сорвалась с поводка.-хмыкнул Альберу, с издевкой глядя на закипающего Дерута. -Ненадолго!-в унисон произнесли Эрухабен с герцогом Хэнитьюз, шагнув в сторону детей. "Зря."-слишком поздно осознал дракон, когда холодные подобные льду глаз, окинули их полным ярости взглядом, и прижав детей к себе шепнул: -Бей! Мир вокруг побелел. Казалось небо упало на землю и божественная кара настигла наконец грешные души. Щит Розалин пал первым. Затем были темные эльфы, которые до последнего пытались спасти своего правителя, поглощая мертвую ману что несли в себе молнии, вот только не рассчитали силы, захлебнулись в ней. Затем были Мила и Рашиль, которые не ожидали такой концентрации отчаяния, которая буквально похоронила под собой. Последним был Эрухабен. Легкий взмах руки, и вот молнии начинают буйствовать, в хаотичном танце отплясывая на земле. Атрибут в крови ревел, желая спасти, желая сберечь своего обладателя, и желая наказать всех виновных за причиненную боль. Это была битва на выносливость. Золотой Дракон был уверен,что мальчишка вскоре не выдержит, сломается, слишком сильная была нагрузка на фундамент. Но тот не падал. Одной рукой лаково придерживая детей, второй продолжал все так же уверенно контролировать древнюю силу. Одна из ног "эльфа" подломилась. -И какого это, когда ребенок ставит великого дракона на колени? -Надменный человечишка!-частички пыли всколыхнулись, волной понесшись на герцогского выблядка. -Мы поможем человек!-вот только драконий ребенок с котятами оказались быстрее. Серебряная мана в миг сгустилась принимая форму огромного человеческого черепа объятого ядовитом туманом и раскрыв пасть, понеслась на золотую волну. -Сильно.-оценил Оппортьюнити кровожадность и некую мстительность детей, перенаправляя атрибут тем самым усиливая детские чары. Глазницы черепушки вспыхнули, а из челюсти заискрили электрические разряды. Хотели экзорцистов? Получите! Общее творчество снесло чужие заклинания, сминая щиты и плавя кожу. Древний дракон наконец сдался. -Поделом.-хмыкнул Олиен, большими глазами наблюдая за выжженной территорией.-Так вот какова сила экзорциста. Поправлять Оппортьюнити не стал, краем глаза наблюдая как дверь одной из уцелевших лавок слегка приоткрылась, в тот же миг за руку будто что-то дернуло, намекая поторопиться. Окинув взглядом масштаб произошедшей катастрофы, красноволосый усмехнулся. Пора заканчивать. Присев перед детишками, пока череп расправлялся с оставшимися войсками, экзорцист ласково притянул к себе всех троих. Никто не слышал о чем они шептались, но когда те вытирая с глаз слезы кивнули, старший сын дома Хэнитьюз, коварно улыбнулся. Потрепав детишек по волосам, красноволосый медленно побрел к покосившейся двери. -Кейл...-Олиен решил принять это, когда парень проигнорировал его. Черт, да они все это заслужили. -Позаботься о детях, это и будет твоим искуплением. Им хватит сил тебя освободить когда придет время.-впервые на памяти зеленоволосого голос этого ребенка звучал настолько живо и умиротворенно. -И запомни зеленый дракон-синие глаза сверкнули из мрака комнаты,-жесток не мир, а люди.-дверца захлопнулась. -Человек!/Кейл!-дети и призрак ломанулись к покореженному домику, чтобы по итогу, распахнув дверь, едва не споткнуться о красноволосого ребенка, что мертвой куклой лежал на полу, с отрешенной улыбкой и стеклянным взглядом всматриваясь куда-то вдаль. Олиен лишь надеялся, что в следующей жизни этот удивительный ребенок будет счастлив. -Идемте,-кивнул он рыдающим детям-я знаю кто вас сможет защитить. Это был 613 год от создания королевства Роан, когда старшего сына Дерута Хэнитьюза, Кейла Хэнитьюз признали мертвым. Оппортьюнити шел тропою душ, мысленно костеря хозяина храма, желая собственноручно придушить ублюдка, показавшего ему такую дерьмовую альтернативу его судьбы. Еще бы Кейла на плаху отправил, и экзорцист бы точно объявил кровную вендетту. Однако все мысли из головы перекрыл грохот крови, когда прямо на его глазах человек, ставший для экзорциста всем, по рукоятку вогнал кинжал в собственное сердце...