Проект планеты Merman

«Репродуктивная способность «homo aquatic», — он же в дословном переводе «человек водный», — является уникальной и универсальной структурой, созданной искусственно и успешно прижившейся. Благодаря многочисленным тестам и огромному вкладу десятков ученых, «homo aquatic» обладает улучшенными репродуктивными органами, нежели известный всем вид «homo sapiens», — он же в дословном переводе «человек разумный». Каждый гибрид «homo aquatic» обладает гермафродитизмом и может производить на свет от двух детенышей в год по летоисчислению планеты Merman, однако улучшенная репродуктивная система позволяет одной паре особей удвоить результат. Благодаря данной системе размножения «homo aquatic» является одним из самых продуктивных видов для колонизации водных планет…» Саске флегматично подчеркнул для себя, что теперь он и мужчина, и женщина, а заодно задался вопросом, не принудят ли в рамках проекта всех подопытных размножаться. Это было бы крайне неприятным моментом. С другой стороны ученым ничего не мешало использовать на своих пациентах искусственное оплодотворение. Разумеется, с пометкой, что работа ведется исключительно в рамках проекта и ради человечества. — О, ты уже дошел до темы репродукции. Занимательная система, — Орочимару всегда был бестактен со своим пациентом. Он вошел в комнату резко, сразу распахнув дверь и окинув оценивающим взглядом лабораторную комнату. Его по-змеиному желтые глаза с небольшим темным зрачком ехидно сузились, смотря на Учиху. Саске на секунду подумалось, что Орочимару хочет его либо сожрать, либо сотворить что-нибудь еще в не менее жуткой манере. Например, приделать пару лишних плавников или вытащить селезенку. Чисто в научных целях, разумеется. — Как поживает мой самый любимый и многообещающий пациент? — с широкой змеиной улыбкой спросил доктор, присаживаясь в мягкое серое кресло. Поставив компьютер на загрузку, Орочимару взялся за чтение стопки отчетов, лежавших на краю стола. Саске подплыл к верхнему краю аквариума и выглянул наружу. Сложив руки на металлическом бортике и положив на них грудь, он мимолетно заглянул в бумаги доктора сверху вниз. Обзор представлялся отличный, а новые глаза позволяли увидеть гораздо больше, чем успевал воспринять не адаптировавшийся мозг. Правда, рассматривать там было особо нечего. Очередные результаты о здоровье организма. — Хм… — Орочимару задумчиво перелистывал страницы, подмечая для себя только некоторые строчки. — Высокий показатель стресса. Как ты себя чувствуешь сейчас? — Меня тошнит, — честно признался Учиха. Кроме тошноты еще он ощущал сильную апатию, беспричинную усталость и слабость. Ему все время хотелось спать, но стоило закрыть глаза и уже не спалось. Новое тело казалось ватным, а иногда фантомно вместо хвоста ощущались ноги. В такие моменты мозг посылал сигналы подвигать ими, но в ответ получал лишь шевеление рыбьего хвоста. Тогда в голове случался резонанс и приходила слабая мигрень. Орочимару постучал пальцем по столешнице, внимательно смотря на своего пациента. Прошло пять лет с тех пор, как начался эксперимент над юношей и теперь он, наконец, больше не человек. Казалось бы, что все прошло успешно, мозг смог прижиться к новому телу, сознание осталось прежним, память удалось сохранить. Саске отлично развивался, как умственно, так и физически, но, тем не менее, совсем без видимых причин почему-то начал угасать. — Эксперимент провалился? — задал Саске повисший в напряженном воздухе вопрос. Он не хотел, чтобы все закончилось вот так, но вся его жизнь полностью зависела сейчас от ученых и докторов. Все, что он мог сделать — делал, но лучше не становилось. — Нет, но будет не лишним начать программу адаптации к водной среде на Мермен. Твое новое тело не способно адаптироваться к нынешней обстановке на корабле, — Орочимару убрал прядь длинных черных волос за ухо и начал запускать программу на компьютере. В действительности, ему было плевать на судьбу человека перед ним, доктор просто хотел сделать свой эксперимент максимально успешным. По-настоящему он был разочарован только в том, что всем пациентам пришлось оставить приличную часть их человеческого внешнего вида. Эти маленькие детали мешали сделать новый вид совершенным. Саске еще минуту проследил за ушедшим в раздумья куратором, а затем опустился под воду. Нажав на водонепроницаемый сенсор, который активировал экран по другую сторону стекла, он возобновил обучающее видео и замер в водяной невесомости. Ему действительно нравилась вода. Тело ощущалось легким, мысли, словно сами собой приходили в равновесие, и даже боль утихала. Кто бы мог подумать, что будет настолько комфортно в теле, которое если и было похоже на человека, то лишь некоторыми частями. Тела водных людей действительно были спроектированы по образу русалок: верхняя половина — человека, нижняя — мощный рыбий хвост, оканчивающийся не менее мощным раздвоенным плавником. Еще присутствовало два плотных плавника чуть ниже таза — это остатки конечностей, которые у людей были бы ногами; и слабый продольный плавник на спине в области лопаток, который разделялся на две тонкие половинки и обладал гибкостью. Он хорошо подходил для маневрирования, но в обычной повседневности мерменов скорее играл роль бесполезного в организме аппендикса: их было легко сломать, но при этом нельзя отрезать из-за нервных окончаний. Но в остальном типичное смешанное строение, как у морских млекопитающих. Самое значимое отличие было в том, что эти тела крупнее человеческих почти в два раза из-за разницы плотности атмосферы на планетах. Саске казалось, что с нынешними размерами он может одной ладонью целиком обхватить торс, например, худощавого Орочимару, или даже раздавить, не прилагая при этом максимальных усилий. В этих спроектированных телах самым сложным было оставить в людях их человеческую внешность. По-крайней мере лицо, плечи, ключицы, немного грудь и живот — остальная кожа покрылась тонкой чешуйчатой пленкой, отдающей в бледный сероватый оттенок. По бокам от ребер до кончика хвоста тянулись тонкие полупрозрачные, синие линии, которые подавали сигналы об изменении в водной среде и могли предупредить о приближении кого или чего-либо поблизости. На шее разместили шесть рядов жабр: по три с каждой стороны чуть ниже ушей. Как оказалось из-за них у врачей было много проблем и разногласий. Человеческое тело просто физически не приспособлено для «удобного» расположения жабр. Где-то внутри грудной клетки, с правой стороны, располагается одно биомеханическое легкое, чтобы позволить испытуемым выбираться на поверхность и общаться привычным языком. По прогнозам ученых в будущем они либо заменят механизм на настоящую дыхательную систему с мутацией, либо оставят как есть и у следующего поколения мерменов уже не будет возможности дышать над водой. То, что на первый взгляд выглядит, как уши мистического существа, на самом деле является тонкими узорчатыми плавниками, прикрывающими ушные отверстия для фильтрации звуковых волн, диапазон которых в разы усилился к восприятию. А то, что выглядит, как копна черных волос, в действительности тончайшие жгутики, выполняющие роль сенсора окружающей среды. Они не растут, как волосы, но тоже отмирают и заменяют друг друга. Разумеется, на теле мерменов вообще нигде не растут волосы, зато встречается очень мелкая и мягкая чешуя, а там, где чистая кожа, есть тончайший защитный слой, похожий на прозрачную бархатную пленку. Все тело было тщательно продуманно, собрано в нужном порядке и сконструировано по максимально идеализированной схеме. Эти тела выращивали на определенной планете с особыми условиями гравитации, атмосферного давления и даже течением времени. Люди не летали на эту планету для заработка, они переезжали на нее и доживали там семьями, потому что ускоренное течение времени полностью стирало факт их существования для внешнего мира. Вот такое тело создавали ученые в пробирках с использованием ДНК уже существующих подопытных людей для совместимости клеток. Потом вытаскивали из него мозг с частью нервной системы, подсаживали туда биомеханический компьютер, который следил за работой организма, а уже потом, когда тело созревало, словно ягодка на поле, его забирали с планеты и заменяли биомозги, на человеческий мозг заранее подготавливаемого пациента вроде Учихи. Конечно, такие эксперименты чреваты большим количеством провалов. То нервы не так срастутся, то ткани начнут отмирать, то мозг не может воспринять новое тело, как свое и просто умирает: провалов было множество. Саске повезло. Длительная депрессия и полная апатия к происходящему вокруг помогли его мозгу не только воспринимать перемены на более легкой волне, но так же прижиться и адаптироваться, несмотря на все последующие осложнения. В начале своего пути Учиха едва мог различать, где низ, а где верх и какой конечностью надо пошевелить, чтобы сделать то или иное действие. Он ощущал себя беспомощным младенцем-инвалидом, брошенным в плотную водяную невесомость. Помимо прочего его чувства страшно обострились и изменились, не поддаваясь контролю и поднимая уровень стресса почти до максимума. Адаптация заняла без малого два года, что являлось положительным результатом, причисляющим Учиху к рядам многообещающих и талантливых подопытных с возможностью в будущем стать частью научной команды, а не просто одним из множества работников. Саске никаких надежд не питал. Он плыл по течению событий и подстраивался под них по мере возможностей. То, что он смог успешно проснуться в чужом теле после переселения — уже было чудом, но парень пошел дальше и адаптировался, продолжил обучение и даже добился своеобразных успехов. Стоило ли сейчас надеяться на нечто большее? Удача штука капризная и переменчивая, как известно, испытывать ее не стоит. В правом нижнем углу планшета мигнула белая иконка, оповещая о входящем сообщении от пользователя «Учиха Микото». Саске остановил видео на моменте обучения оказания первой помощи для мерменов и нажал на иконку. Экран мигнул, чуть завис и включил видео-файл. « — Здравствуй, Саске, — неловко, учтиво и чуть зажато начала женщина с экрана, улыбаясь через силу. — Получила твое последнее сообщение и долго не могла собраться с ответом. Как ты поживаешь? Доктор Орочимару говорит, что ты успешно адаптируешься, хотя угроза жизни все равно остается. Я переживаю. Думаю, я смогу навестить тебя, когда ты закончишь программу адаптации к планете…» Пока Микото рассказывала то одно, то другое Саске флегматично листал на свободной половине планшета ленту новостей. Да, родители узнали о его приключениях и подняли страшный скандал, едва не доведя дело до суда, но вовремя одумались. Судиться было опасно для обеих сторон, а Саске к тому моменту уже не мог вернуться к своей обычной жизни. К тому времени, как родители узнали правду, парень уже больше года привыкал к новому телу, которое было специально создано для жизни на определенной планете. Отправить его куда-то еще означало убить, как и попытаться провести повторную операцию по переселению. Фугаку так и не пришел в хорошее расположение духа, отказавшись контактировать с Саске и оставив его на полное попечение доверенного лица и старшего брата. Однако финансирование проекта стало выше, а компания начала получать качественные и стабильные поставки материалов от компании Учиха. Жизнь Саске и успешность проекта стали очень важным звеном, которое могло привести к величайшему успеху, либо к катастрофическому провалу. Итачи был в ужасе от того, что сделал Саске и никак не мог поверить, что его младший брат сам решил пойти на такую авантюру. Два года он искал виноватых прежде, чем принял реальность и снова ушел в работу с головой. С Саске они вообще не общались, да и возможности на то долгое время не было. Потом стало неловко, а еще позже прошло много времени и все как-то само собой улеглось. Единственным человеком, который поддерживал контакт с младшим Учихой стала мать. Микото всегда была эгоисткой, но никогда не была мизантропом. Она любила своих детей по-своему и никогда не желала им зла. Пусть Саске отвечал на письма короткими печатными предложениями, но и этого было достаточно, чтобы знать и верить, что ее ребенок держится, живет и у него есть свое будущее. Ну, и прогнозы врачей тоже немало обнадеживали. — Что же, — Орочимару встал из-за стола и начал проверять системы жизнедеятельности аквариума, в котором Саске жил большую часть времени. — Через неделю переведем тебя в общежитие на планете. Там начнешь новую программу адаптации и социализации с другими особями. Заодно улучшим программу физ.подготовки, — доктор продолжал говорить скорее сам с собой, нежели с Саске. С его губ не сходила довольная улыбка. Наконец, новый проект переходил в завершающую стадию, это страшно воодушевляло мужчину. И пугало Учиху. У парня даже мурашки по спине пробежали, от этой кровожадной ухмылки. Точно такая же улыбка красовалась на лице Орочимару перед каждой особо болезненной операцией. Ему определенно нравилось причинять страдания своим пациентам. «Психопат», — в очередной раз подумал Саске.