Антигравитация

      Сон пролетел так же быстро и незаметно, как и наступил. И что его отличало от тех дней, когда Влад просто падал на кровать от усталости, — безмятежность. Он впервые за долгое время уснул в уюте, на ароматной и мягкой подушке… Ладно, с мягкой он, кажется, погорячился — боль в шее, даже сквозь сон, не давала покоя!       — Ч-что? Вы как тут оказались?!       Глаза распахнулись, Влад дёрнулся вперёд, уже готовый к атаке. Но тут же замер, поднял голову и озадаченно воззрился на того, кто разбудил его.       — А, это ты, Астер, — расслабившийся, Морок откинулся на полки стеллажа, зевнул и тут же прокашлялся. — Мы из библиотеки не успели выйти перед закрытием.       — Так как же? — заикнулся Астер. — Ой… Я хотел сказать: «Как же так?!»       — Ну вот так, — внезапно грянул женский голос.       Парни синхронно повернули к Варе головы: её вид выражал крайнее недовольство, даже высокомерие и неприязнь. Лицо серое и глаза уставшие — наверное, была не в духе от недосыпа. Она подалась вперёд, ловко выскользнув из-под руки Влада, он в то же время удивлённо вскинул брови, вспоминая о том, что уснул в её объятиях.       — Извини, мы тут устроили небольшой беспорядок, — Астер помог Варе подняться, и она аккуратно отряхнула юбку. — Понимаешь, мы решили поискать книги, я ошиблась в заклинании и…       Их разговор отошёл на второй план, пока Влад, всё ещё приходивший в себя, размышлял. Он, так и не встав с пола, изумлённо смотрел на Варю, но расфокусированным взглядом, как будто даже сквозь неё. Она выглядела такой серьёзной, такой невозмутимой, после всего что случилось вчера. Похоже, как он и предполагал, притворялась, словно ничего не было. Либо… В мысли закралась страшная догадка: ей было всё равно.       — Приберешь, пожалуйста? Нам нужно торопиться.       Варя указала рукой позади себя, на огромную кучу книг высотой в рост человека, не меньше.       — Л-ладно, — покорно согласился потупившийся Астер.       — Вот и хорошо, — Варя ухмыльнулась, довольно и даже коварно, наблюдая за тем, как аспирант принялся за работу.       Взгляд вдруг зацепился за Влада, и она смущенно распахнула глаза: он почему-то до сих пор сидел на полу и пристально смотрел на неё. Не понять даже с какими эмоциями, довольно неуютно… Но между тем у него пылали щеки и проступали синяки под глазами (которые, похоже, никогда не сходили, но сейчас стали ещё заметнее, чем вчера). Кажется, за ночь ему стало хуже.       — А тебе что, особое приглашение нужно? — сказала Варя довольно грубо, но протянула при этом Владу руку. — Вставай, пошли.       Он удивлённо изогнул бровь, тем не менее принял приглашение Колючки, схватившись за её ладонь. Встал и, будто куда-то торопившийся, кинул Астеру:       — Скажи библиотекарю, что я взял книгу «Педагогика: общие основы».       — Хорошо, профессор Владислав!       «Профессор Владислав!» — фыркнула и закатила глаза Варя.       Тем временем Влад успел куда-то пропасть, она опомнилась, выбежала за пределы книжной секции и нашла его идущим вдоль окон. Он зачем-то проверял подоконники.       — Погоди, Влад!       Варя нагнала его, когда он обернулся и, устало на неё посмотрев, выгнул бровь.       — Чего тебе, Колючка?       — Давай я телепортирую тебя к твоей комнате.       — Тебе не страшно экспериментировать после вчерашней ночи? — удивился он. — Тем более ты никогда не была в учительском крыле и, уж тем более, в моей комнате… Или я чего-то не знаю?       Все же силы шутить в нем остались, его хитрые глаза и улыбка мгновенно смутили Варвару. Она возмущённо насупилась и воскликнула, топнув ногой:       — Не была я там!       — Ладно-ладно, а с чего такое щедрое предложение? — Влад снова пошёл вперёд, Варя присоединилась к нему.       — Плохо будет, если ты грохнешься прямо посреди коридора. Меня совесть сгрызет.       — Понятно, — он остановился у очередного подоконника, на котором лежала книга, взял её и, протянув собеседнице руку, спросил: — Ну что, телепортируемся?       Варя помедлила. Она не подумала о том, что телепортация может быть действительно опасной, когда первой предложила Мороку помощь. Идея возникла спонтанно, Варвара ненароком даже позабыла о своей осторожности, расчетливости и гордости! Да что это с ней?.. Хотя со здоровьем шутки плохи, Влад ей, в конце концов, не настолько безразличен, чтобы бросать его на произвол судьбы.       — Нет! — слишком резко восклинула она. И тут же стыдливо потупилась, не хотелось признавать свой страх, очередную слабость, перед Мороком. — Я… Лучше поостерегусь.       — Правильно. Значит я пошёл?       — Только под моим надзором!       Влад усмехнулся. Пара подошла к выходу из библиотеки и, миновав двери, двинулась по светлым коридорам. Лучи тонкими и яркими нитями пронзали стены колледжа, солнце едва высунуло макушку из-за горизонта — рассвет, большинство учеников и учителей ещё спало.       — Забавно.       — Что тебе забавно, князюшка?       — Ученица провожает учителя до комнаты. В моих представлениях всё должно быть наоборот.       — Ну, — Варя замялась, она хмыкнула, нахмурившись и серьёзно задумавшись. — Вряд ли я провожаю тебя в качестве ученицы. Я бы как ученица, скорее, спихнула это дело на Астера.       — И что же не спихнула?       — Он и так уже был занят.       — Резонно.       Влад сделал паузу, и в его глазах, на фоне усталости, блеснула грусть. Едва заметная, но отчётливая. Её след быстро развеялся, и тогда Морок посмотрел на Варю внимательным и испытывающим взглядом.       — Тогда, Варя, скажи мне, — начал он проникновенным голосом, — ты провожаешь меня… как кто?       «Как кто? И вправду?..»       Глаза широко раскрылись, лишь на секунду: Варя растерялась, не в силах найти ответ на этот вопрос в своём сознании. Она бы и не нашла, его там, кажется, не было. По крайней мере, чётко сформулированного. Зато смятение стали стремительно заслонять другие эмоции — к примеру, злость. Да как он смел задавать ей подобные вопросы?! Намеренно ставить в неловкое положение! Варя сощурилась, она не отвела взгляд от лица Морока, не проиграла в его же игре, только теперь смотрела на него не с удивлением, а с нескрываемой ненавистью.       — Никто, Влад, никто, — процедила она сквозь зубы. — Неприлично задавать такие компрометирующие вопросы.       Влад испытывал её взглядом ещё несколько секунд, после чего, сдавшись, отвернулся. Отмахнулся и бросил:       — Ладно, черт с тобой. Зайдем сначала в кабинет Василисы, я предупрежу её о болезни.       — Хорошо.

***

      Внутри зашевелилась тревога, она стала скрести стенки сознания, затуманенные тьмой, и стремительно разрастаться, пока Варя, дернувшись, не распахнула глаза. Она резко села и осмотрелась: её кровать, комната, но никого из девочек не нашлось, только компания зверят отдыхала рядом с Цветиком на подоконнике… В окне виднелось небо, окрашенное в насыщенный оранжевый и розовые цвета. Так, стоп!       — Сколько сейчас времени?! — Варя округлила глаза, к ней пришло осознание.       Она подскочила и схватилась за мобильный телефон, чем переполошила остальных обитателей комнаты. Цифровые часы показывали седьмой час вечера, ладонь, державшая смартфон, затряслась.       — Я что, проспала весь день? — сокрушенно прошептала Варя. Уставилась перед собой пустым взглядом, осела и выпустила из пальцев телефон.       — Что случишушки, красотулечка? — взволнованно пролепетал Цветик.       — Наверное, Варя переживает, что проспала сегодня пары.       Шушик запрыгнул на кровать к девушке и сочувственно посмотрел на неё, рядом тут же пристроился Дракоша, свернувшийся калачиком, прижавшись к бедру хозяйки, и жалобно взглянувший на неё. Рука переместилась на его чешуйчатую спинку, и Варя бессознательно погладила питомца.       — Но почему меня никто не разбудил?       — Так тебя девчушечки всё утро разбуживашки пытались, а красотулечка спит, будто веретеном уколюшканная!       — Что-то случилось ночью? — обеспокоенно спросил Шушик. — Девочки ещё спали, но мы видели, как ты вернулась откуда-то ранним утром.       — Это долгая история, — бросила Варя, — но если вкратце, меня закрыло на ночь в библиотеке.       Зверята испуганно переглянулись.       — Ужашушки! — воскликнул, подпрыгнув, Цветик.       — Да нет, не так уж страшно, — она невольно улыбнулась, почувствовав облегчение от поддержки друзей, — просто не удалось нормально поспать…       — Да, мы заметили!       Зверята вместе с Цветиком захихикали, Варя тоже подхватила их смех, прикрыв рот ладонью. Но тут взгляд скользнул к смартфону, улыбка постепенно сошла — Варвара, отвлекшаяся на свои мысли, потянулась к нему и нажала кнопку блокировки. На экране вновь засветились цифры, отображавшие время. Седьмой час…       — Но ведь пары уже давно кончились… — пробормотала она, нахмурившись в недоумении. — Так где же тогда девочки?       — Запамятовала, Варюшечка?       Варя озадаченно посмотрела на Цветика, сверкавшего снисходительной улыбкой.       — Подготовушки к балу!       — Точно! — она воскликнула, хлопнув себя по лбу и вскочив с кровати, у её ног тут же замельтешил Дракоша. — Девочкам, наверное, нужна моя помощь…       Варя уже направилась к ванной комнате, как вдруг позади раздался оклик: «Стой!» Она обернулась и посмотрела на друзей.       — Девчушечки строго наказали, когда проснёшься, не пускатушки тебя к ним.       — Это ещё почему? — Варя возмущённо нахмурилась, поставив руки на талию.       — Сказали отдыхать, — пояснил Шушик, спрыгнувший с кровати и подбежавший к девушке. Он опустил забрало своего картонного шлема и, выпрямив спину, приложил лапку ко лбу. — Передаю дословно: «Алиса позвала Доспехи, чтобы перетаскивать всякие тяжести. Мы сможем справиться без левитации Варечки, так что пусть отсыпается». Конец сообщения!       — Вольно, солдат!       Варя присела перед мышонком, тепло улыбнувшись и подставив ему ладонь. Шушик забрался на неё, гордо подбоченившись. Варя собралась подняться, как вдруг замерла, озарённая мыслью, взгляд сосредоточился на одной точке и расфокусировался, уголки губ опустились.       — Подождите, Доспехи?..       Она вскинула голову и, осмотрев друзей, обратилась к ним:       — А как долго Доспехи помогают Алисе?       — Не знатушки! — покачался из стороны в сторону Цветик. Остальные тоже пожали плечами, не дав внятного ответа.       В голове вспышками промелькнули воспоминания: Влад стоял бледнее смерти перед Вась-Вась, молчал весь путь до комнаты, лишь изредка покашливая, и, когда приоткрыл дверь, Варя ненароком заглянула внутрь — пусто.       «Доспехов не было там с самого утра! — вдруг поняла она. — Наверняка Алиса возится с ними весь день, у неё же свободное посещение. Но это значит… Влад остался в таком состоянии совсем один?»       Он ещё вчера выглядел неважно, но сегодня был совсем плох, хоть и старался этого не показывать. И как великого Князя Владислава угораздило так нелепо простудиться?.. Хотя в какой-то мере в этом была виновата Варя: ведь она забыла о времени, когда должна была закрыться библиотека, и не предупредила об этом Морока.       «Он ведь тоже живое существо…»       Ещё пару дней назад она одернула бы себя со словами: «Ты что с ума сошла?!» Но теперь думала совершенно иначе. Вчера Варе наконец удалось взглянуть на Морока по-другому, когда он открылся ей, рассказывая о своём прошлом и переживаниях. Не похоже было, что он врал, но даже если и так, она впервые решила довериться ему, несмотря ни на что. Это был большой и тяжёлый шаг за четыре года их знакомства. Не считая того, что случилось после разговора… Об этом Варя предпочитала не вспоминать, иначе сердце тут же начинало бешено колотиться, а щеки краснеть. Дурные гормоны! Подростковый возраст — непростой возраст.       «В конце концов, мы неплохо работали в команде и помогали друг другу, — подумалось ей. — Я ведь не бросила его утром, так почему должна бросить теперь?..»       — Варя!.. Варя!       Она в мгновение очнулась и опустила растерянный взгляд на прыгавшего в её ладони Шушика.       — Что случилось?       Глаза Вари засверкали, она радостно улыбнулась и в порыве чувств поцеловала опешившего мышонка, а затем и заскулившего рядом Дракошу.       — Ребята, я ухожу! — вставая, бросила Варвара.       Она подскочила к комоду, стала торопливо, по очереди открывать его ящики, пока не остановилась на среднем. Внутри нашёлся контейнер с красным крестом — аптечка, которую девочки собрали вместе, для их общего пользования.       — Так, что нужно взять? — забурчала, перебирая склянки, Варя. — Градусник, порошки, спреи?.. А пофиг, возьму сразу всё! И надо будет заскочить в кафетерий за каким-нибудь перекусом.       — Погоди, но девчушечки!..       — Я иду не к ним, не волнуйтесь, — она обернулась к Цветику и на этот раз улыбнулась более спокойной, но не менее счастливой улыбкой. — Моя помощь сейчас нужна другому человеку.

***

      Грохот отдался оглушительным эхом в стенках сознания. Влад в ужасе распахнул глаза, дыхание участилось, и сердце заколотилось в груди с бешеной громкостью и скоростью. Стоило мозгу очнуться, тело, укутанное в одеяло и плед, начало трясти так, словно Морок стоял голый на морозе. Что происходит? Мозг продолжал просыпаться: потолок поменял цвет с белого на оранжевый, значит, уже вечер! Влад попытался быстро восстановить цепочку событий. Он зашёл в кабинет к Вась-Вась, там ему стало ещё хуже, отчего она дала разрешение на больничный без лишних вопросов. Молча дошёл с Колючкой до комнаты, обменялся с ней дежурными фразами, а потом, положив себе холодную, мокрую тряпку на лоб, упал в кровать.       Стук повторился, однако ленивее и менее настойчиво. Так вот, что это был за грохот — стук в дверь! И кого там принесло?..       «Наверное, Доспехи, — пронеслась мысль в больном сознании, — не видел их с самого утра».       — Ну наконец-то, заходите! — хриплым голосом воскликнул Влад. — Открыто.       На несколько секунд воцарилась тишина, причём настолько идеальная, что истощённый Морок чуть было снова не провалился в сон. Отяжелевшие веки слипались, но робкий скрип двери заставил взбодриться. Он протяжно, настолько, что начинал раздражать, разносился по комнате, словно в гости зашёл ленивец или черепаха, или кто там ещё более медлительный из животных?! Терпение Влада быстро кончилось, он, рыкнув, резко сел на кровати. И зря — голова закружилась, от тошноты к горлу подступил ком. Точно, он ведь за сутки и крохи в рот не взял из-за чехарды с библиотекой и болезнью! Поморщившись, он прикрыл ладонью рот и попытался рассмотреть вход в комнату: расплывчатая картинка постепенно приобретала чёткость, и спустя четверть минуты Влад увидел приоткрытую дверь, из-за которой высунулась чья-то рука, державшая пакет.       «Так, ну не Доспехи точно… А кто тогда?»       Рука стала медленно опускаться, чтобы поставить пакет на пол.       — Да кто там?! — рявкнул Влад так громко, что звук отдался острой болью в голове. Он тотчас скривился и, шипя, схватился за неё.       Дверь открылась ещё шире, и в проходе показалась знакомая толстая коса. Влад медленно и широко раскрыл глаза, от его лба отклеилась и плюхнулась на одеяло тряпка, после чего красный, сильно растрёпанный и полусонный он пробормотал:       — Колючка?..       — Ну чего ты орешь, дурак? — шикнула Варя, приложив указательный палец к губам. Она тут же выглянула в коридор, опасливо осмотрелась и, вернувшись в комнату, плотно закрыла за собой дверь. — Мне тут, между прочим, не положено находиться.       — А что ты тут вообще делаешь?       Варя раздражённо вздохнула, поставила пакет и, уперев руки в бока, устремила строгий взгляд на Влада: он всё ещё с открытым ртом, недоуменно наблюдал за ней.       — Пришла проверить, — она подошла к кровати и взяла тряпку, — рада, что ты не умер.       Влад нахмурился, всё меньше понимая происходящее. Обычно Колючка сказала бы такое саркастичным тоном, но сейчас её небрежно кинутая фраза прозвучала… сухо. Без радости и сочувствия, но и без едкого яда, которым обычно были пропитаны её реплики в адрес Морока. Чудеса.       — Мне казалось, ты была бы только рада, если бы я скопытился.       — С чего бы?       Влад подозрительно сощурился, и Варя, поймав его глаза, уставилась на него в ответ. Ну хоть что-то оставалось прежним: она принимала вызов, значит, всё такая же упрямая и азартная. А то мало ли его Колючку иномирцы клоном подменили или иллюзию какую наслали. Но нет, вроде бы настоящая, родная, только слишком добрая.       Влад уже вдохнул, готовясь озвучить свои догадки, как Варя, с укором посмотрев на него, начала ругаться:       — Ты что, лечиться одной тряпочкой собирался?!       И потрясла той самой тряпкой у его носа.       — Ну, я… — замялся Морок.       — Какая у тебя температура?       — Н-не знаю.       — Горюшко, — Колючка обречённо вздохнула. Она отошла к пакету, порыскала там пару секунд и вернулась уже с градусником. — Ложись и засовывай под мышку.       Влад не успел и слова вставить, как прибор всучили ему в руки, пихнули в плечо, и вот он снова лежит, ошарашенно глядя в потолок.       — Я надеюсь, ты знаешь, как этим пользоваться-я-я, — игривый голос стал удаляться.       Влад возмущённо насупился. Он приподнялся на локте, глянул на градусник в его руке, затем на проход, где недавно исчезла Варя — из ванной комнаты раздался шум воды.       — Я знаю, как им пользоваться! — нарочито громко сказал оскорблённый Морок.       Он повертел градусник в пальцах, озадаченно его рассматривая, засунул под мышку колбой наружу и, бухнувшись обратно на подушку, скрестил руки на груди.       Спустя минуту из ванной с мокрой тряпкой вышла Колючка, но стоило ей поднять взгляд, как она замерла и на её лице появилось подобие кривой улыбки. Варя долго боролась с собой в попытках подавить смех, пока Влад всё сильнее мрачнел, сдвигая брови к переносице и поджимая губы, но в итоге проглотила веселье и, сделав максимально непринуждённый вид, спросила:       — М-м-м, ну как, намерил что-нибудь?       Все-таки она не сдержалась и захохотала. Нахохлившийся, не отрывавший от Колючки уязвленного взгляда Влад поменял сторону градусника и на этот раз засунул колбу с ртутью под мышку.       — Очень смешно, Колючка.       Варя подошла к нему и потянула руки с мокрой тряпкой к его лбу, как вдруг Морок сел и перехватил тонкое девичье запястье — беззаботная улыбка вмиг сошла с лица Колючки, она испуганно вдохнула и вскинула брови.       — Скажи честно, — глядя на неё исподлобья, он с ненавистью процедил сквозь зубы, — ты издеваться надо мной пришла? Дразнить? Или проспорила, может, кому-то?!       Первые несколько секунд она пыталась освободиться, но потом перестала, во взгляде, которым она внимательно взирала на Морока, застыли изумление, неверие… и разочарование. Наполнившиеся влагой, глаза блеснули в закатном солнце, Варя сжала губы и резким кивком опустила голову.       — Какой же ты мудак, Морок, — её голос надломился, она сделала глубокий вдох и всхлипнула. — Зачем ты делаешь это каждый раз?!       Вдруг она с остервенением рыкнула и дёрнула рукой так сильно, что смогла наконец вырвать её из хватки Влада. В его искаженное смятением лицо прилетела мокрая тряпка, но Морок тут же убрал её и с беспокойством взглянул на Колючку: она отошла на пару метров и, встав к нему спиной, обхватив себя за плечи, замерла. Он не видел её лица, но даже так ощущал всю досаду и злобу, обращённую к нему. Осознание, что Влад поступал неправильно, постепенно приходило к нему, но мысль не успела сформироваться, прежде чем зазвучал натужный, скрипящий от сдерживаемых слез голос:       — Ты говорил мне учиться принимать чужую помощь. Так может, для начала научишься принимать её сам?!       Варя повысила тон и полуобернулась к Владу, прожигая его свирепым взглядом.       — Я…       Он растерялся, хотел было что-то ответить, но отвернувшаяся Колючка в нарочито равнодушном тоне перебила его:       — Если так тут отплатят за мою доброту — очередной угрозой, то… — Внезапно она смолкла. Плечи дрогнули, Варя опять всхлипнула и резко опустила руки. — То извините, пытаться я больше не буду. Счастливо оставаться!       Быстрым шагом она направилась к выходу, Влад испуганно распахнул глаза, он знал одно: если сейчас даст ей уйти, то сделает непоправимую ошибку. Он машинально дёрнулся, протянув к Колючке руку, и воскликнул:       — Варя!       Её раскрытая ладонь застыла у дверной ручки.       — Как я мог подумать о чем-то другом, если ты никогда не была добра ко мне?..       Рука медленно опустилась и сжалась в кулак.       — Если бы в этом было дело, — злобно прошипела Варя.       — А в чем тогда? — Влад изумлённо вскинул брови. — Скажи!       — Ты правда не понимаешь?!       — Правда!       Он подорвался с кровати, в пару шагов настиг Варю, схватил её за плечи и развернул к себе, проникновенно посмотрев в её блеснувшие растерянностью глаза.       — Я правда не понимаю, — медленно и убедительно повторил он.       — То есть ты даже не замечаешь? — Колючка отвела тоскливый взгляд, голос её тоже потускнел. — Когда тебя вот так хватают — это… ненормально. Мне понятны твой скепсис и подозрения, но хватит, — она гневно скривилась и, обратив решительный взор на Влада, воскликнула: — Перестань каждый раз, когда я пытаюсь дотронуться до тебя, вцепляться в меня, как маньяк какой-то!       Он удивлённо распахнул глаза. В этом было дело?.. Тут он в ужасе отпрянул от Вари, отпуская её, и посмотрел на свои ладони. Очертания пальцев расплывались, а голова кружилась от резких движений — вскакивать с кровати было опрометчивым решением.       — Я… Пугаю тебя? — осознал наконец Влад.       В ответ лишь давящая тишина. Черт, он никогда бы не подумал, что его стойкая, бойкая и смелая Колючка… боялась его. Пожалуй, Морок был бы рад такому отношению к себе, но только не Влад.       — Прости, — невольно вырвалось у него, Варя вскинула голову и изумлённо воззрилась на него. — Я делал это неосознанно. Не уверен до конца в причинах, но…       Влад поднял взгляд и, вместо Колючки, увидел подернутую дымкой воспоминаний женщину, она ласково улыбнулась и протянула руку, чтобы дотронуться до его щеки — и в ту же секунду, вытащив кинжал из-за спины, вонзить его в живот Морока. Он инстинктивно дернулся, так же, как когда пытался увернуться от оружия, но понял, что перед ним всё ещё Варя, а опасность давным давно миновала.       — Наверное, я хватал тебя, потому что подсознательно чувствовал угрозу, — рассеянно продолжил Влад. — Ты впервые за четыре года подобралась ко мне так близко… Так же близко ко мне подбирались лишь те, кто хотел меня убить.       Глаза Вари расширились, она посмотрела на него в ужасе, как вдруг среди ужаса промелькнула боль обиды, такая яркая, словно бы у маленькой незащищённой девочки — едва ли Колючка хоть когда-нибудь смотрела так на Морока.       — Значит, я для тебя угроза? — севшим, сдавленным голосом пробормотала она. — А как же Доспехи, Алёнка… Они спокойно обнимали тебя, а опасность ты видишь только во мне?       — Нет же! — Влад воскликнул и закашлялся. — Ты не понимаешь.       — Да нет, по-моему прекрасно понимаю, — Варя горько скривила губы и, сложив руки на груди, покосилась вбок. — Судя по всему, наша вражда всё это время была взаимной. Сказал бы сразу не приближаться — я бы и не пошла навстречу, больно надо! Только энергию на помощь тебе тратить. Не понятно только, зачем были все эти откровения в библиотеке…       — Варя! — раздался грозный крик.       Ладони схватили её за щеки и насильно развернули её голову, Варя возмущённо нахмурилась, но, стоило поймать внимательный взгляд Влада, обомлела.       — Пойми, — тихо начал он, — Доспехи мне друг, Алёнка мне тоже друг, друзьям, как я знаю, обниматься нормально. Но никто, никто из них не касался моего лица, моей шеи и не засыпал…       Глаза Морока помутнели, он закатил их и, отпуская щеки, заваливаясь вперёд, пробормотал из последних сил:       — На моей… Груди…       Варя пискнула и подставила руки, чтобы поймать рухнувшее на неё тело. Она напряжённо скривилась, выпучила глаза, цепляясь за мужскую спину и едва не чувствуя дрожь в коленях.       — Тяжёлый слон, — пропыхтела Варвара.       Она, насколько могла, осторожно опустила Влада, глянула на кровать, посмотрела-посмотрела и отвращенно поморщилась, представляя, как потащит туда его тушу. Оставит на полу, она махнула рукой — и так сойдёт. Она уже шагнула к выходу из комнаты, как вдруг замерла и жалостливо сдвинула брови.       — Ну что ты будешь делать, — вздохнула Варя.       Ворча что-то себе под нос, она протопала к кровати, взяла с неё подушку и, так же громко топая, вернулась к Владу. Присела перед ним на колени и подложила подушку под голову. Губы сами собой сложились в ласковую улыбку.       — Горюшко! — Варвара потрепала сопящего Морока по волосам.       А затем залезла в пакет, стоящий неподалёку, нужно приготовить какой-нибудь витаминный напиток…

***

      На этот раз пробуждение наступило плавно, под отдалённые успокаивающие шорохи, лоб холодило что-то мягкое и мокрое. Влад лениво открыл глаза и, глядя в потолок, чувствуя спиной твёрдую поверхность, понял, что лежит на полу.       «Ах, да, — вспомнил Морок, — кажется, я потерял сознание».       — А перед этим много чего наговорил…       Влад не забыл ни слова, адресованного Колючке. Но главное, как и вчера, ни о чем не жалел. Казалось, он наконец стал раскрывать Варе те мысли, которые волновали его с подросткового возраста (подаренного аленьким цветочком), которые он не в силах был озвучить раньше, но смог сделать это, справившись со своей гордостью, теперь. Их отношения давно стали странными, наверное, ещё с тех пор, как Морок объединился с Патрулём в Сказочном мире. Столько времени прошло, а они всё собачились, как дети малые… Влад удивился тому, сколько всего смог изменить обычной беседой — не обменом замечаний или колкостей, а откровенным разговором. Вот только… Оказывается, Варя тоже была открыта к диалогу, даже пыталась идти навстречу, а он её отпугнул. М-да.       Влад приподнял голову, оглядывая комнату: Колючки в ней не нашлось, пакет был раскрыт, а шум, похоже, доносился с кухни. Что ж, Морок взял себя в руки и, кряхтя, стал вставать. Операция увенчалась успехом! Прихватив с собой отлипшую ото лба тряпку и подушку (которая явно не сама собой под головой очутилась), он медленно, шаг за шагом, двинулся к кровати. Лицо пылало, а сознание кружило, давя на голову — Влада резко мотнуло вбок, он попытался удержаться за стену, но вместо этого стал отклоняться в противоположную сторону и, в попытках ухватиться хоть за что-то, зацепил стопку книг. Грудой они повалились сверху на Морока, он вскрикнул и грохнулся вместе с ними на пол. Вскоре после злобного шипения и болезненного воя в комнате раздалось смачное ругательство. Из кухни на шум прибежала перепуганная Колючка. Разгоняя рукой поднятую пыль, Варя поморщилась и воскликнула:       — Морок! Какого Лешего ты делаешь?! Зачем ты встал?!       Она приблизилась к погребенному под грудой книг Владу, убрала одну, чтобы взглянуть на его гримасу недовольства, и хитро ухмыльнулась.       — Неужели ты решил погрузиться в знания с головой?       В ответ раздался чих — клубы пыли вздымились и закружились быстрее, каждая песчинка отчетливо выделялась в сочных лучах закатного солнца.       — Да, очень смешно, Колючка, — саркастично пробасил Влад. — На полу лежать не очень-то удобно, я хотел вернуться в кровать.       Тут его взгляд зацепился за стакан, который всё это время был в ее руках, со странным содержимым едко-оранжевого цвета — Морок изменился в лице. Он озадаченно выгнул бровь и, вновь посмотрев на Колючку, спросил:       — А что ты делала на моей кухне?       — Обкрадывала твой холодильник. Что я еще могла делать? — съязвила она в ответ. — Если ты не в курсе, то на кухне обычно готовят. И я использовала твою кухню по прямому назначению.       Варя протянула Владу напиток.       — На, пей! Легче станет. И не переживай — яда там нет.       — Ядом ты меня сама успела опрыскать, у меня иммунитет.       Влад ухмыльнулся, довольный своей шуткой, забрал у Колючки стакан и без задней мысли начал пить.       — Фу, кислятина! — он скривился после первого же глотка. Однако, переборов брезгливость, обреченно вздохнув, решил осушить стакан до конца. В прошлом и похуже гадость приходилось пить, чтобы вылечиться.       Стеклянное дно звонко стукнуло по полу, Влад протянул довольное «А-а-а!» и завозился, принимая нормальное сидячее положение. Внимание привлек пакет, который так и манил своей загадочностью: наполненный не понятно чем и соблазнительно приоткрытый. Морок взялся за его ручки и, беспардонно засунув туда нос, стал рыться в вещах.       — У тебя тут целый пакет какой-то всячины, может, ты и поесть чего-нибудь принесла?..       — Ты обнаглел в край! — возмутилась Варя, скрестившая руки на груди. — Я в первую очередь принесла лекарства, я и не думала нести тебе еду!       Она отвела взгляд к окну, помолчала несколько секунд и спокойным тоном добавила:       — Выпечка находится в самом низу пакета.       Влад бодро улыбнулся и проводил удаляющуюся на кухню Колючку взглядом.       — Я надеюсь, ты сам до кровати доберешься, и без происшествий! — крикнула она вдогонку.       — Не сомневайся, милая! — нараспев ответил Морок и тихонько захихикал.       Варя открыла почти все кухонные шкафы, но из продуктов обнаружила лишь макароны с истекшим сроком годности да банку, в которой перемешались все возможные крупы. А, нет, она заглянула под мойку и нашла еще несколько картофелин с морковью.       «Ну, хоть что-то» — обреченно вздохнула Варя.       Она открыла кран, помыла овощи и начала чистить их. Интересно, почему Доспехи не обновили запасы еды для своего хозяина? Они вроде всегда блюли чистоту и порядок, в понятие которого, по идеи, должен входить нормальный рацион питания. Хотя на этот вопрос Варя вряд ли получит ответ. Если только не поселится вместе с Владом в комнате.       После недолгих размышлений было решено приготовить простейший суп с овощным бульоном, делать Варя научилась его ещё в Мышкине, на уроках домоводства. Хотя Владу в его состоянии так и так нельзя есть что-то тяжелее подобного блюда.       По истечению получаса Варвара смахнула пот со лба и прислонилась к краю подоконника, опираясь руками позади себя. Нужно немного передохнуть, перед тем как снова возвращаться к Мороку. Она надеялась, что больное недоразумение заснет к тому моменту, однако проверить это пока что не предоставлялось возможным. Взгляд Вари зацепился за жестяную банку, стоящую в углу подоконника. Такие она видела в человеческом мире, в них обычно хранили швейную фурнитуру или всякий хлам. Зачем подобная вещь Владу? Варвара потянулась к ней и, взяв, обнаружила, что та на удивление легкая, хотя, когда потрясла, то услышала, как на дне что-то загремело.       Она открыла банку, но вдруг любопытный взгляд, направленный в неё, потяжелел. На дне лежала фиолетовая заколка, старая и покоцанная. Варя вытащила её и, покрутив в пальцах, заметила, что несколько страз выпало, от них остались лишь следы клея. Она уже давно не носила такие дешёвые безделушки. «Девочка выросла, а заколка осталась». Усмехнувшись этим мыслям, она прикрепила заколку на затылке, чтобы в густой копне волос ее не было видно — хотелось забрать ее тихонько, без лишнего шума. Обидно конечно, что она так сильно износилась, но мысленно Варя поблагодарила Влада, что он не выкинул эту дорогую сердцу вещицу.       Варвара покачала головой, отвлекаясь от мыслей, она подошла к плите, зачерпнула половником суп и налила его в глубокую тарелку. Пора возвращаться в комнату.       «И в реальную жизнь», — добавила про себя Варя.       Она энергично улыбнулась в попытках взбодриться, взяла тарелку и направилась к выходу с кухни. Встала в проходе, облокотилась плечом на дверной косяк и громко спросила:       — Эй, ка-леченный! Ты еще жив?       Влад, лежавший на кровати, глядя в потолок, помрачнел и поджал губы.       — Жив! — недовольно отозвался он. — Слушай, ты бы, может, остановилась на чём-то одном? Морок и то менее обидно звучало.       Варя усмехнулась, подошла к нему и, присев на стул, поучительным тоном объяснила:       — Ты у нас личность многогранная, во всех отношениях. Поэтому и выбрать тебе одно прозвище не так-то просто. Тем более на правду ведь не обижаются, верно?       Она злорадно улыбнулась и протянула Владу тарелку. С хмурым видом он принял ту в руки, но тут же втянул воздух сквозь сжатые зубы — слишком горячая. Он быстро поставил её себе на колени, подул на слегка обожжённые ладони и наконец, зачерпнув бульон, положил ложку себе в рот. От удовольствия Морок прикрыл глаза и замычал, после чего принялся хлебать суп активнее.       — Ешь, только не обляпайся, — заботливо наказала Варя Владу.       Внимание вдруг привлёк градусник, который она случайно заметила в постели больного. Точно, она же так и не проверила его температуру! Варя потянулась к предмету, когда услышала над головой голос:       — А ты, оказывается, неплохой кулинар, Колюч…       Он вдруг замолчал, Варвара достала до градусника, выпрямилась и с немым вопросом посмотрела на Морока. В ответ он добродушно улыбнулся.       — Умыкнула мою заколку? — игриво поинтересовался он. — Помнится, ты разрешила её оставить.       Варя смущённо поджала губы. Заметил-таки! Надо бы обсудить этот вопрос с Мороком, но мысли и взгляд переключились на градусник. Он показывал «тридцать восемь и девять», Варвара испуганно ахнула. Влад ведь держал его под мышкой совсем недолго, это ужасно! Она до сих пор не могла понять, как он, взрослый лоб, мог простыть в библиотеке, а она — нет. Возможно, дело в закалённости организма: все же её родина Штормград, она с рождения жила среди ледяных ветров. Тем не менее с температурой Влада нужно что-то делать, срочно!       Варя подняла взгляд с градусника на лицо Влада.       — Она тебе не сильно нужна, будем честны, — без эмоций ответила она, — поэтому я решила вернуть её, вот и всё.       — А тебе она зачем? — Влад, подражая Колючке, нацепил маску невозмутимости и хлебнул еще ложку супа. Хотя в его голосе проскальзывал неподдельный интерес. — Покоцанная и с оторванными стразами.       Варя раздражённо зарычала и прикусила губу, покосившись в сторону. Говорить ему не хотелось, но нужно было отплатить за откровенность откровенностью, они всё же пытались наладить дружеские отношения. А друзья должны быть честны друг с другом, так?       — Мне все равно, как она выглядит. Она мне дорога, потому что напоминает об одном хорошем человеке, — через силу призналась Варя. — Надеюсь, ты позволишь забрать её безвозмездно.       Зависла напряжённая и мучительно долгая тишина, после чего бесстрастным тоном прозвучало:       — Нет, безвозмездно не позволю.       — Что?!       Удивлённый и расстроенный взгляд метнулся к Владу: он холодно смотрел в тарелку супа, который медленно помешивал ложкой. Но вдруг Морок прикрыл глаза, растянул губы в улыбке и поднял к Колючке сияющее искренней радостью лицо.       — Будешь заходить каждый день и готовить суп, — веселясь, заявил он. — Только в следующий раз обязательно положи мясо… — пробурчал он вдобавок, вновь опустив взгляд в тарелку и хаотично водя по супу ложку. — Овощи никаких сил не добавляют.       Варя с облегчением улыбнулась. Несмотря на то, что ему было больше трёхсот лет, он всё ещё вёл себя как капризный мальчишка. Хотя в этом всё очарование Морока. Нет, пожалуй, и Влада тоже.       — Наглеешь, Влад, — усмехнулась Варвара. — Если Доспехи купят нормальные продукты, то так уж и быть — приготовлю, но только один раз! Один, — для наглядности она показала указательный палец.       В тот же момент она вспомнила о градуснике во второй руке, опустила взгляд, и улыбка сошла с лица.       «Не выше тридцати девяти, — размышляла Варя, — принимать антибиотики пока не стоит. Но сбивать температуру как-то нужно!»       И тотчас у неё возникла идея. Девушке она не понравилась, хотя Владу с его непомерным эго, скорее всего, придётся по вкусу. Ладно, придётся отбросить гордость и смущение, всё ради благого дела! Ведь со здоровьем шутки плохи.       Варя встала, подошла к пакету и вынула из него пластину с запаянными в ней таблетками. Извлекла одну, протягивая ту на ладони Владу, вместе со стаканом воды, который стоял на комоде.       — Если ты поел, то выпей. Нужно лечиться дальше.       Морок вздохнул.       — И сколько всяких лекарств человечество успело изобрести за пару сотен лет? — он сощурился, принимая таблетку и запивая ее заботливо поданной водой. — А нет какого-нибудь заклинания быстрого выздоровления? Или хотя бы улучшения самочувствия?..       — Вообще-то есть, — призналась, отведя взгляд, Варя. Она забрала у Влада тарелку, стакан и вернула посуду на комод. — Но большая часть таких заклинаний для тебя опасна, потому что ты не сказочный. Организм устроен по-другому, и его реакция может быть непредсказуемой. Вплоть до летального исхода, — мрачно завершила она. Однако тотчас оживилась и, пытаясь скрыть неловкость за самоуверенной улыбкой, продолжила: — Но мы можем воспользоваться народной человеческой медициной и заняться обтиранием.       Она посмотрела на Влада в ожидании его решения, но не выдержала даже двух секунд и забегала глазами, чувствуя, как щеки потеплели. Сдает позиции, не иначе, куда делась королевская выдержка?!       — А-а-а, так вот какое лечение ты имела в виду, — Влад слегка наклонился вперед, взявшись пальцами за подбородок и хитро ухмыльнувшись. — Обтирание больных и на моем веку практиковали. Однако…       Он наклонился сильнее и сощурился, издав сардонический смешок.       — Раз ты так засмущалась, то, похоже, сама планировала этим заняться?       А Морок, похоже, наслаждался её смущением, гад! Хотя немного погодя он отодвинулся и продолжил спокойнее:       — Я бы мог и сам протереть себя тряпкой, раз на то пошло. Но… — Влад снова не сдержал ухмылки, — раз мне предлагают помощь, грех отказываться.       Варя мстительно сощурилась: это что, вызов? Вообще-то в их тандеме провокации — её привилегия, или Варвара просто наивно была в этом уверена? Если хорошенько подумать, то Влад часто смущал её своими навязчивыми подколами, она же, как истинный холерик, мгновенно вспыхивала, кричала, толкала его и била. А он получал удовольствие, наблюдая за её взрывом эмоций… Н-да, стоило признать, Морок тоже провоцировал её. Однако Варя никогда не отвечала на подобные провокации в открытую, предпочитая замять тему или просто возмутиться. Но не в этот раз. В этот раз она вызов принимает.       — Не беспокойся, Морок, — губы растянулись в коварную ухмылку, глаза сверкнули хитрицой. — Ты в надежных руках. Тебе станет лучше, я гарантирую.       Влад широко раскрыл глаза и похлопал ими. Ага, смогла таки застать его врасплох!       — Почему из твоих уст это звучит как угроза?.. — опасливо поинтересовался он.       — То ли ещё будет, — усмехнулась Варя. — А теперь давай, поворачивайся. Начнём со спины.       Морок равнодушно пожал плечами и стал стягивать с себя футболку, тем временем девушка отошла к пакету, вытаскивая и откупоривая пузырек со спиртом. А когда вернулась, то мгновенно вспыхнула от смущения, покраснели не только щеки, но и кончики ушей. Варя так и замерла, держа бутылку и тряпку на весу. Ну да, она сама предложила обтирание, но всё равно, сколько ни готовься, с эмоциями от вида голой мужской спины справиться было трудно! К тому же широкой, накачанной… Однако ощущения смешались, взгляд стал более вдумчивым, когда Варвара заметила белые рваные линии шрамов и рубцы на коже Влада. И чем дольше изучала её, тем больше ранений находила — их было невероятно много! И все застарелые, будто бы на взрослом теле.       «Словно ему лет тридцать-сорок, — предположила Варя, — столько ему было, когда он стал Мороком?»       — Ну, ты идешь? — раздражённо напомнил о себе Влад.       — Да, — спохватилась она.       Варя присела к нему на кровать, смочила тряпку спиртом и аккуратно приложила ту к оголенной спине.       — Тц, а-а-а, — зашипел Влад. Холодная, судя по всему.       Варвара стала протирать разгоряченную кожу и не заметила, как погрузилась в свои мысли. «Так же близко ко мне подбирались лишь те, кто хотел меня убить». Сказал, дурачок, и открыл ей свою спину, во всех значениях. Но в этом жесте всё же был смысл: Влад доверился Варе, несмотря на то, что с доверием у него более чем очевидно были проблемы. «Тяжело, наверное, быть никем не любимым узурпатором, — рассуждала она, — спишь в тревоге, подозреваешь каждого из своего окружения…» Когда Варя подумала об этом, ей стало невероятно грустно. Наверное, и семья у Влада была такая же, как у принцессы Штормграда — строгая и равнодушная к нуждам своего ребёнка. И если принцесса сбежала от такой жизни, то князь остался в ней до самого конца, пока не обратился Мороком, но прежде прошёл через тысячи битв, оставивших шрамы на его теле и душе.       — Это ведь ранения из твоей прошлой жизни? — внезапно спросила Варя. Она взяла Влада за локоть, приподняла тот и коснулась тряпкой рёбер. — Они выглядят очень старыми, ты не мог получить их после превращения.       — Да, — немного погодя пробасили ей в ответ.       Точно. На нём ведь остались шрамы…       Когда, после превращения, Влад впервые увидел в зеркале свой голый торс, то сильно удивился тому, что рубцы всё ещё белели на его коже. Они выделялись на детском теле как уродливый отпечаток прошлой взрослой жизни, не давали забыть обо всём плохом, что она принесла Мороку. Но возможно… в этом и был смысл?       — Но почему они всё ещё на твоей коже? Я думала, заклятие аленького цветочка вместе с новой жизнью дало тебе и новое тело.       Варя потянула Влада за плечо, и он, развернувшись лишь вполоборота, посмотрел на неё исподлобья — тяжёлым, мрачным взглядом. Колючка замерла и приподняла брови, глядя в глаза Морока завороженно и слегка удивлённо.       — Если бы я сам знал, Колючка…       Он завозился на кровати, чтобы развернуться передом, и, как только уселся, задумчиво посмотрел на свою раскрытую ладонь. Медленно сжал и разжал пальцы, наблюдая за тем, как напрягается сухожилие на запястье.       — Может, они были оставлены мне специально, — отчуждённо продолжил Влад, — как напоминание о грехах и ошибках, которые не стоит допускать в новой жизни.       — Может и так, — сухо отозвалась Варя и, опустив взгляд, вернулась к работе: взяла Морока за запястье и стала протирать его руку. — Но нужно понимать, что в любом случае всё это часть прошлого. Судьба дала тебе шанс, и ты теперь другой человек. И шрамы эти принадлежат не тебе, а злому и глупому князю трехсотлетней давности.       Влад, слишком увлеченный тяжелыми мыслями, не отреагировал на подбадривающие слова Колючки, тем не менее услышал их. Факт того, что она в принципе подбадривала его, уже поражал воображение, но даже это не смогло вызвать эмоций на хмуром лице Морока. Плеча коснулась холодная тряпка, и Варя спросила:       — А ты комплексуешь по поводу них?       — Ничуть, — Влад увлечённо наблюдал за движениями изящных рук, но смотрел как будто сквозь них, находясь где-то далеко отсюда, — о комплексах речи и не шло…       Его действительно не беспокоили несовершенства его тела — скорее, воспоминания, с ними связанные. Бывало он даже забывал о своих шрамах, как сейчас, например. Но стоило напомнить о них себе, мрачные мысли становилось трудно подавить. Как сейчас, например…       Влад решил взбодриться и перевести тему, так как не хотел грузить Варю своей угрюмостью ещё дольше. Он по-ребячески ухмыльнулся и спросил:       — Ты вот что мне лучше скажи, Колючка, правда ли, что шрамы украшают мужчину?       Он негрубо высвободил плечо, заставив тем самым Варю прекратить обтирание, и вытянул руку, согнутую в локте, вбок. Специально напряг бицепс, пересеченный длинным и тонким шрамом, и улыбнулся ещё шире, с гордостью глядя на него. После чего перевел полный уверенности взгляд на Колючку, ожидая её реакции. В уголках глаз выступили слезы, Варя поджала губы и надула щеки в попытке сдержать смех, но, в конце концов, расхохоталась.       — А где ты увидел здесь мужчину?!       Улыбка Влада вмиг сошла, он бесстрастно смотрел перед собой, пока Колючка, схватившись за живот, покатывалась со смеху.       — Я по человеческим меркам вообще-то уже давно мужчина!       — Ага, — сквозь смешки она пыталась вставить слова, — по человеческим меркам ты уже давно старичок. Ну или… Мертвячок? Ведь люди столько не живут!       Она взорвалась хохотом с новой силой, отчего упала спиной на кровать и, жмурясь, стала болтать ногами. Влад навис над её лицом, забавно насупившись, как обиженный ребенок.       — Очень смешно, Колючка, — проворчал он.       — Вот заладил! Третий раз уже повторяешь.       Успокоившись, Варя вытерла слезу, сложила руки на животе и наконец открыла глаза. Её белоснежная и широкая улыбка вмиг сошла, стоило увидеть лицо Влада над собой, оно, тоже разгладившееся от перемены эмоций, хоть и не нарушало личных границ, но было довольно близко.       Влад завороженно смотрел в глаза Колючки: вблизи он наконец смог разглядеть их оттенок — фиолетовый, холодный, но насыщенный и наполненный жизнью. И выглядели они просто… очаровательно. Как и положено сказочным вроде Варвары. Она похлопала своими пушистыми ресницами, отчего радужка засверкала ещё ярче, может, даже магическим блеском. Или как драгоценные камни — аметисты, манящие своим лоском и уникальностью.       И Влад, забывший об обиде, усмехнулся. Его взгляд наполнился добротой, а губы сложились в лёгкую, нежную улыбку. Он убрал тонкую прядь с лица Вари, осторожным и естественным движением, не вызывавшим диссонанса в душе.       — А ты, Колючка, девушка не простая. — Влад улыбнулся шире, видя, как девушка внимательно смотрит на него, приоткрыв губы. — Вместо того чтобы смутиться, как обычно, нашла повод лишний раз надо мной поиздеваться.       На пару секунд он замолчал, испытывая Колючку взглядом, как вдруг откинулся на спину и рассмеялся — атмосфера таинственности и романтики вмиг рассеялась. На постели ощутилась активная возня, рядом вдруг легла Варя, она повернулась набок, корпусом к Мороку, и подперла голову ладонью. Уставилась на него возмущённо, а затем спросила:       — Веселишься всё?! А не страшно вот так лежать тут со мной?       — Ой, напугала ежа голой жопой! — Влад посмотрел на неё и расхохотался, отворачивая голову.       — А если возьму и омою ноги, — голос внезапно стал более тихим и лукавым, — по-другому заговоришь?       Сложивший руки на затылке Морок резко перестал смеяться, он повернул голову к Колючке и поднял брови, глядя на неё удивлённо и заинтригованно.       Кажется, намёк он понял. Варя отсылалась к древней русской традиции омовения жёнами ног мужей. Самому-то не довелось испытать на себе подобную процедуру, однако современные обычаи не знать было позорно. Что ж, Колючка не только проявляла чудеса эрудиции, но и делала довольно смелые заявления. И как долго она сможет подыгрывать этой шутке? Владу стало любопытно.       Он тоже повернулся набок, лицом к Колючке, подперев голову рукой. И не отрывая азартного взгляда от Вари, заговорил:       — Тащи тазик с водой, а там посмотрим.       Она растерянно похлопала глазами, но тут же напустила на себя невозмутимость.       — Хм, а почему бы и нет? — сказала Колючка, вставая и не прерывая зрительного контакта.       Тем не менее двинулась в ванную деревянной походкой, словно вот-вот готова была упасть в обморок. Это вызвало у Влада ухмылку, а когда он услышал за дверью шум бегущей воды, то крикнул вдобавок: «Мне раздеваться?» После чего растянул губы в бесстыжей, острозубой улыбке.       — Нет, я твои штаны омывать буду! Что за вопросы?!       Влад похихикал и, не смея спорить, стянул с себя домашние спортивки. Скрестив ноги, он лёг на спину и устремил сверкающий предвкушением взгляд в потолок. Морок не ждал, что шутка зайдет дальше пустословий, но бесспорно уважал Колючку за ее храбрость.       Вскоре в дверях появилась Варя, державшая в руках полный тазик с полотенцем. От вида Влада без штанов в горле встал ком — видимо, нервное. Она скривилась, но все-таки подошла к кровати, поставила около неё таз и уселась рядом. Единственное, что радовало, так это то, что Морок не будет видеть процесс омовения, она и без того успела извести себя в ванне самыми разными мыслями. Варя, сглотнув, взяла ногу Влада, опустила в воду и неловкими движениями стала протирать полотенцем голень.       «Господи, я согласилась на что… На брачный обряд?! — руки делали всё машинально, пока Варвара, вновь отдавшаяся панике, погрузилась в себя. — Причём по глупости, сама же его и предложив. Ага, молодец — идиотка. Ладно, не стоит воспринимать всё так близко к сердцу. Мы же оба друг друга на слабо берем, ничего серьёзного».       Так, прошло пару минут, пялившемуся в потолок Владу неподвижно лежать надоело — одолела скука. Тогда уголок губ вздернулся в озорной ухмылке. Нога, находившаяся в воде, резко дернулась вверх, и на лицо Вари брызнули капли. Она отдернулась, удивлённо распахнув глаза, после чего обратила возмущённый взор на Морока: тот улыбнулся во все свои клыки, как нашкодивший кот или ребенок. Однако на лице Колючки тоже расползлась ухмылка, загадочная и интригующая.       Вдруг по лодыжке медленным, томительным движением прошлись ногти — Влад широко раскрыл глаза и обомлел. Так, а вот теперь шутки действительно кончились: дыхание стало прерывистым, сердце забилось чуть быстрее. Пальцы в бессилии сжали простыню, Варя, похоже, совсем не понимала, что делала, либо же понимала и жестоко издевалась над Мороком. Едва касаясь кожи, несильно царапая её, она продолжала водить пальцами по его голени, отчего он зажмурился и, сцепив зубы, зашипел. Вот только не от боли, а от наслаждения, поднимавшегося вверх но ноге вереницами мурашек. Нужно было терпеть, терпеть… Влад расслабил веки, глубоко и шумно вдохнул носом, замер и позволил себе сосредоточиться на ощущениях. Тело горело, оттого прилив крови к паховой области почти не выделялся на фоне общего жара. Морок не помнил, когда последний раз занимался самоудовлетворением — такой простой и безобидный жест со стороны Вари уже начинал возбуждать его. Мысли, которые и так были подернуты дымкой от болезненной слабости, становились ещё более размытыми. Он понимал, что увлёкся, но больше не мог отказать себе в удовольствии, так сладостно растекавшемуся по телу. Он был слаб.       Выдох, на грани стона, сорвался с губ, и Влад в ужасе распахнул глаза. Тут же он отдернул ногу и прижал её к щиколотке другой ноги, в попытках защититься, усмирить кипящую кровь. Он только-только подружился с Колючкой, было бы катастрофой не остановись он сейчас. Влад никогда бы не хотел навредить её психике. И её телу.       — Прекрати, — строго выпалил Морок, — это может плохо кончиться…       Он нахмурился, всё так же глядя в потолок, и добавил мрачно:       — Для тебя. Я не хочу пугать тебя, но моё терпение не железное.       Варя в замешательстве смотрела на сжатые ноги Влада. Она не до конца улавливала смысл его слов, оттого его поведение казалось девушке странным. Она подняла взгляд, как вдруг увидела трусы, из которых что-то подозрительно выпирало. Вот теперь поняла!!! Щеки вспыхнули, резким кивком Варя опустила голову, лихорадочно быстро, чуть ли не падая, повернулась к Владу спиной и обхватила прижатые к груди колени руками. Она сидела неподвижно, пытаясь притвориться статуей, как для него, так и для самой себя, на лице застыли ужас и неверие. Ей ведь не показалось, да? Так и не разжав руки, Варя плюхнулась набок и стала сверлить взглядом стену, точнее, комод напротив. Красивый такой, резной, может, из дуба даже…       Не ожидала она, что реакция на её действия будет настолько бурной. Варя хотела лишь подразнить, пораздражать Влада, подыграв ему. Но игра, похоже, вышла из-под контроля и произвела на него прямо противоположный эффект. Продолжая тупо пялиться в стену, Варя пыталась понять, что она вообще чувствует. Неловкость? Бесспорно! Омерзение? Вряд ли. А что вообще девушки должны испытывать в подобных ситуациях? И как должны поступать? К тому же, мысли натолкнули Варю на один очень волнующий её вопрос, который в силу своего воспитания она не могла задать напрямую. Стеснялась. Хотя если Влад позволил себе возбудиться, то о каком стеснении уже может идти речь?       Варя завозилась на полу, села, вдохнула и резко выдохнула для смелости. После чего обернулась к Мороку.       — Но почему у тебя?.. — она всё же замялась, не решаясь произнести смущающее слово, и робко закончила: — …на меня?       Влад глубоко вдохнул, в напряжении подержал воздух внутри и, сдвинув брови кверху, бессильно выдохнул. Он отвернулся набок, чтобы не смущать Варю своим видом, и спокойно ответил:       — К счастью или огорчению, не на тебя конкретно.       Только после того как произнес эти слова, Морок осознал, что они звучали как-то неправильно или даже оскорбительно: он распахнул глаза, тут же зажмурился, сжал губы и хлопнул себя по лбу.       — Ну то есть… Мы с тобой давно знакомы, у тебя женские руки, ногти, приятная кожа и…       Влад вновь открыл глаза, насупился и тихо и гневно процедил сквозь зубы:       — Черт, что я несу. Соберись!       — Ты просто задела чувствительные места, — ровным тоном отозвался он.       Завозился, невзначай укрывшись краем одеяла, и наконец-то сел. Взгляд упал на Колючку: она внимательно смотрела на Влада все это время, и, к его большому облегчению, в глазах ее не читалось отвращение или испуг. Она была, скорее, обеспокоена, но при этом стойко дожидалась полного ответа на свой вопрос.       — Именно об этом я и пытался сказать тебе, когда ты касалась моего лица, — Влад вздохнул, не отрывая тоскливого взора от лица Вари. — Мужской организм устроен иначе, и нам проще возбудиться, чем девушкам. Так что ты…       Ее глаза сверкали в закатном солнце, заставляя сердце ныть от усиливающейся непонятной горечи. Она уже встала в горле комом, когда Влад отвернулся и на выдохе, совсем тихо произнес:       — Короче, поосторожнее с близостью. Ты ведь не хочешь, чтобы тебя касался… нелюбимый человек.       Последние слова прозвучали, к его удивлению, траурно. Как будто его так сильно заботил этот вопрос?..       — Ну насчёт нелюбимого ты прав.       Влад резко вскинул голову, и при виде стального, безжалостного взгляда Колючки сердце заболело. Всё, надоело! Он больше не мог обманывать себя, не мог прикрываться безразличием, нужно было признать наконец, что ему не всё равно, что она думает о нём. И что его задели эти неосторожно брошенные слова.       — Но скажи, — Варя перебралась на край кровати и проницательно заглянула в глаза Владу, — зачем ты тогда вообще позволил мне обтирать свое тело? Почему, в конце концов, позволил омыть ноги, зная, что я, возможно, коснусь твоих чувствительных мест? Я конечно понимаю, что ты о последствиях мало когда думаешь и в игры всё играешь, но хоть тут-то должен границы различать, понимать пределы своего терпения и тела!..       — Не понимаю я их, не понимаю! — в отчаянии закричал он. — В этом всё дело, разве ты не видишь?!       Согнутые пальцы были растопырены так, что сухожилия на тыльной стороне ладони напряглись. Грудь тяжело вздымалась, сердцебиение участилось, Варя испуганно смотрела на Влада. Он злился, сильно злился, но, кажется, эта злость была вызвана глубинной тоской и растерянностью. Морок никогда не любил и не был любим, его голое тело не трогал никто, кроме него самого, он же сам говорил об этом вчера Колючке, да и сегодня тоже… Так откуда ему было знать, что оно так среагирует?!       Влад безнадежно выдохнул. Она, похоже, реально не понимала, поэтому злиться на неё не имело смысла.       — Всё было в порядке, — стал объяснять он, — я держал себя в руках, пока ты вдруг не начала… царапать меня.       На последних словах он неловко отвёл взгляд, но, вернувшись к Варе, напустил на себя невозмутимость и продолжил более рассудительно:       — Просто подумай, никто из женщин не царапал меня ногтями до сих пор, да и в принципе мои ноги не трогал, так что да, мне сложно различать границы. Да и в принципе сложно понять, что именно вызывает такую реакцию, чтобы в будущем пресекать её. Я не знаю, может, это мимолётное желание, а может…       «А может что?» — спросил он вдруг у себя.       Влад зарычал на выдохе от бессилия и, сгорбившись, хлопнул себя ладонью по лицу. Волнение и смущение всё же одолели его, кто бы мог подумать?! Он больше не мог терпеть пристальный взгляд Колючки и спрятался, чтобы она не видела его глаза. Позор. «Если бы я только знал, Колючка…» Он бы сказал ей, непременно сказал, в этом не было проблемы. Ну почти. Но он не был уверен… События развивались слишком быстро!       Варя внимательно смотрела на Морока, в её глазах читалось сожаление. Она протянула к нему руку и приоткрыла губы, чтобы заговорить, как вдруг за дверью послышался приближающийся шум. Две головы повернулись к выходу из комнаты, и тут в неё ворвались Доспехи, державшие в руках тяжёлые продуктовые сумки.       — О, Доспехи, как дела с подготовкой?       Варя встала и подошла к другу с такой беззаботной улыбкой, будто ничего и не произошло, будто не было только что неловкой сцены и последовавших за ней откровений. Подавленный, Влад лениво проводил Колючку взглядом и опустил его. Опять. Опять она притворялась, так легко переключалась, похоже, совсем не проникнувшись чувствами… В процессе разговора Колючка незаметно повела Доспехи на кухню и оставила Морока наедине с его грузными мыслями.       За ними прошло какое-то время, как вдруг в руки всунули бутылку. Влад удивлённо поднял брови, вскинул голову и на мгновение поймал взгляд Колючки. Сердце замерло — когда она проходила мимо, время словно бы замедлилось, но даже так Влад не смог разглядеть эмоции в её глазах. Они смотрели искоса, метко и хмуро, хотя в них не было осуждения или отвращения. Задумчивость и сосредоточенность.       — Пока, Влад.       Стоило кончикам её волос ускользнуть из-под носа, бег времени возобновился, Варя исчезла во тьме прохода и захлопнула за собой дверь, а Влад так и смотрел озадаченно ей вслед. Пока ладонь не начала замерзать. Морок дрогнул, опомнившись, и посмотрел на бутылку в его руке. Кажется, он начал понимать, зачем Колючка вручила её ему.       Послышался приближающийся лязг металла, и Влад судорожно сунул бутылку под одеяло. Пах обожгло от резкого перепада температуры, и тотчас Доспехи вошли в комнату, на лице застыла глупая перекошенная улыбка.       Они замерли в проходе, подозрительно нахмурились и поставили руки на пояс. Пощелкали забралом: «Что с тобой?»       — Да так, ничего, — пересилив боль, Морок сглотнул и наконец расслабил мышцы лица.       Доспехи глянули на разворошенный пакет у кровати, потом — на таз, и вернулись к Владу.       «Варя принесла?»       — Да, — кивнул, — я приболел, вот Колючка и притащила всякую всяч…       Доспехи взволнованно схватились за голову и в мгновение подскочили к другу.       — Доспехи, — пока ещё вежливо, но раздражённо одернул их Влад.       Они тут же надавили ему на плечи, заставив упасть на спину, и укутали одеялом по подбородок.       — Доспехи! — грубее рявкнул Влад.       Они, совершенно его не слушая, пролепетали что-то о строгом постельном режиме и убежали на кухню. Скорее всего, готовить что-то, как заботливая сиделка. Правда о том, что Влад уже поел, он сказать не успел.       Тяжёлый вздох сорвался с губ. Задумчиво смотревший в потолок Влад пошарил рукой под одеялом и вскоре вытащил из-под него бутылку, переведя взгляд на неё. В конце концов, она помогла ему… Она все-таки не отвернулась от него.