Kakairu Oneshots

Какаши был откровенно зол. Его правая рука, Асума, настоял, чтобы он посетил новое кафе в их квартале, но, очевидно, забыл об этом предупредить работников. Какаши стоял в очереди почти десять минут, и никто к нему даже не подошел! Раздраженный, он вышел из очереди и направился к стойке, где бариста — потрясающий брюнет с милейшими карими оленьими глазами — готовил напиток. Какаши решил быть вежливым, хотя бы для того, чтобы не спугнуть этого милашку. К вечеру он уложит его в постель, а к завтрашнему дню забудет. — Извините, — сказал он, выгибая бровь. Брюнет оглянулся и точно так же выгнул бровь. Какаши не удивился; он всегда носил маску на пол-лица, чтобы защитить свою личность, и всегда ловил на себе косые взгляды. — Я стою в очереди уже десять минут, и никто ко мне не подошел. Есть какие-то проблемы? — Подошел за чем? Стойте в очереди, как и все остальные, — огрызнулся бариста, нахмурив брови в самой очаровательной имитации хмурого взгляда. Какаши стянул с лица маску. — Ужасно сожалею, — мягко сказал он, — Я всегда забываю, что ношу эту штуку. А теперь я бы хотел… — Возвращайтесь в очередь или убирайтесь, — твердо сказал ему мужчина, передавая напиток трясущемуся мужчине сбоку, — Следующий! Какаши был совершенно ошеломлен. Он моргнул, глядя на бариста — Ируку, как было написано на его бейджике, — с явным недоверием. — Ты… ты хоть представляешь, кто я такой? — недоверчиво спросил он, искренне любопытствуя. Вся очередь уже тихонечко тряслась, смотря на мужчину. — Понятия не имею, да и как-то плевать, — прямо сказал ему Ирука, — Встаньте в очередь или убирайтесь — последнее предупреждение, — он сверкнул глазами и отвернулся. Какаши готов был поклясться, что влюбился. К удивлению всех в кафе, он снова встал в очередь. Конечно, очередь перед ним тут же рассосалась, и Ирука бросил на него наполовину раздраженный, наполовину встревоженный взгляд. Что-то затрепетало в груди Какаши; он хотел заставить Ируку плакать. От удовольствия, конечно, а не от боли. Заставить его умолять, сломать его. Когда он снова подошел к стойке, он склонил голову набок, глядя на Ируку, который вздохнул. — Покончим с этим, — пробормотал он, — Чего желаете? — Возможно, ночь с тобой удовлетворила бы меня больше, чем кофе, — промурлыкал он, на что несколько посетителей ахнули (в основном от шока, но некоторые и от зависти). Рот Ируки восхитительно приоткрылся. — НЕТ! — закричал он, — Ни в коем случае! Я даже не знаю, кто ты, а я уже тебя терпеть не могу! Если ты будешь приставать ко мне, то лучше убирайся подобру-поздорову! Следующий! — очередь не двигалась, и Ирука нахмурился. — Неужели все в этом магазине боятся его? — спросил он. Несколько человек отчаянно закивали. Он оглянулся на Какаши с тем же растерянным выражением на лице, — Я должен тебя бояться? Какаши усмехнулся, снова натягивая маску. — Возможно, но я не причиню тебе вреда, — сказал он, — Я бы хотел два кофе, один для себя, один для моей правой руки. Один чисто черный, второй со сливками и сахаром. Большие. Впереди долгий день. — Почему надо было все так усложнять? — пробормотал Ирука, нажимая кнопочки на кассе, — Пять пятьдесят. Какаши протянул ему стодолларовую купюру. — Оставь сдачу в качестве чаевых, — сказал он. Ирука разинул рот. — Это девяносто четыре… — Я умею считать, дорогуша, — резко прервал Какаши, из-за чего некоторые люди в очереди отшатнулись. Даже Ирука вздрогнул, глаза его снова стали мягкими и невинными на его испуганном лице. Какаши почти ворковал. — О, шшш, все в порядке, — промурлыкал он, облокотившись на стойку, — Я же сказал, что не причиню тебе вреда. Ты мне очень нравишься. И не переживай из-за денег, я, как глава якудза, могу позволить себе немножко побаловать миленького мальчика из кофейни. Ирука слегка побледнел и отвернулся, чтобы приготовить напитки. Какаши облокотился на стойку, наблюдая. Мужчина был худым, вероятно, мало ел, а его собранные в хвост волосы казались мягкими на ощупь. Какаши надеялся, что он потратит деньги на еду или побалует себя. Ирука передал кофе, и Какаши подмигнул ему. — Спасибо за чаевые, — искренне сказал бариста, — Но если ты еще раз так сделаешь, я тебя выгоню. — Заметано, крошка, — промурлыкал мужчина, — Хорошего дня. Он вышел из магазина под тихую мелодию слегка раздраженного: — Тебе тоже…

***

После этого Какаши сделал действие «ухаживать за бариста» своей личной миссией. Он приходил каждый день перед открытием кофейни, надеясь застать его одного, но Ирука просто припарковывал свой велосипед и направлялся внутрь, не сказав ни слова. Однажды Какаши попытался ногой придержать дверь. Ирука без колебаний пнул его в голень и плотно закрыл дверь за собой, встретившись взглядом с Какаши, когда запирал ее. Какаши поднял бровь. Итак, он определился с подарками. Ирука перестал принимать огромные чаевые, поэтому он стал ограничиваться двадцаткой. Он потратил некоторое время на поиски и исследования и выяснил, что да, Ирука умел водить машину, но был студентом колледжа, и денег на машину у него не было. Да он едва на аренду зарабатывал — хотя в прошлом месяце, как он с удовольствием отметил, Ирука купил в продуктовом магазине больше, чем обычно. Итак, Какаши купил ему машину. Это была очень хорошая машина, «Мерседес», который определенно стоил больше, чем многоквартирный дом, в котором жил Ирука, и он припарковал его снаружи ровно в пять утра. Ирука подъехал на велосипеде, как обычно, в пять пятнадцать, трясущимися руками привязал велосипед и, дрожа, подул на сложенные чашечкой ладони. Его нос и щеки были восхитительно красными, и Какаши мог видеть, как он потирает руки от ноябрьского холода. — Немного холодновато для езды на велосипеде, — отметил он, — Что ты собираешься делать, когда пойдет снег, Ирука? Брюнет застонал, уронив голову. — Опять ты, — пробормотал он, — Слушай, я сейчас откинусь от холода, дай мне зайти и включить обогреватель. Приходи поболтать, когда станет теплее. Какаши фыркнул. — Ты — главное событие моего дня, я не собираюсь ждать месяцы, чтобы увидеть тебя снова, — твердо сказал он. Ирука вздохнул и присел на корточки, обхватив колени руками, чтобы сохранить тепло. На нем было только выцветшее, поношенное весеннее пальто, слишком легкое для такой погоды; неудивительно, что ему было так холодно. — Спрашивай все, что хочешь, чтобы я уже мог просто прогнать тебя, — вздохнул он, — Мне писец как холодно. Боже, Какаши собирался умереть. Он был таким милым, свернувшись калачиком у двери. С тихим смешком он бросил ключи Ируке, который с визгом едва поймал их. Он прищурился, его взгляд метнулся к машине, а затем они расширились от шока. — Только не говори, что ты это сделал, — прошептал он. Какаши ухмыльнулся. — Это твое, — тепло сказал он, — В ней есть печка, так что больше не переживай из-за холодов. Ирука разинул рот. — Но… но это… это так… я не могу это принять! — пронзительно воскликнул он, — Это уже слишком! Это… это… — Это подарок, — терпеливо сказал Какаши, — Возьми его, скажи спасибо и радуйся. Я ничего не жду от тебя взамен, так что не беспокойся об этом, — он стянул маску и улыбнулся мужчине, — Мне очень не нравится видеть тебя таким холодным и уязвимым. — Я… — Ирука покачал головой, — Я не могу. Я даже не знаю твоего имени, ты опасный тип, и это стоит больше, чем я смогу накопить за всю жизнь! Просто… — он покачал головой и поднялся на ноги, чтобы бросить ключи в руку Какаши, — Возьмите свой подарок обратно, мистер. Я не могу принять его. — Меня зовут Какаши Хатаке, — ответил Босс, — Я не представляю для тебя опасности, клянусь. Возьми машину, или я буду каждый день забирать тебя из твоей квартиры и отвозить сюда. Ирука побледнел. — Ты… — Конечно, я знаю, где ты живешь, — фыркнул Какаши, — Ты мне очень нравишься, и мне не составляет труда найти о тебе любую информацию. Ну так что с подарком? Ирука застонал, прижимая ладони к глазам. — Хорошо, — прошептал он, — Ладно. Большое тебе спасибо за… за то, что купил мне машину. Я понятия не имею, почему ты это сделал, но это невероятно мило с твоей стороны. Какаши засунул ключи от машины в карманы и снял пальто, накинув его на плечи Ируки, чтобы притянуть его ближе. — Без понятия? — пробормотал он, темные глаза остановились на больших карамельных глазах Ируки, — Совсем ничего в голову не приходит, милый? — Ирука густо покраснел, зажмурился и тяжело сглотнул, и Какаши сжалился над ним. — Ну тогда ладно, — задумчиво произнес он. Взяв Ируку за руку, он наклонился и поцеловал костяшки его пальцев, — Я подожду здесь; у моего попутчика предварительная встреча, но он не должен задержаться надолго, — сказал он, посмотрев на часы. — Подожди, — задыхаясь, сказал Ирука, когда Какаши попытался отстраниться. Босс внутренне порадовался мягкому звуку, снова приблизившись. Ирука все еще краснел, его смуглая кожа приобрела нежно-розовый оттенок. — Иди… иди, подожди внутри, — прошептал Ирука, — Тебе здесь будет холодно. Я приготовлю тебе кофе. Какаши улыбнулся и наклонил голову. — Спасибо, — сказал он и последовал за Ирукой внутрь.

***

— Он все еще меня ненавидит, но он взял машину и приготовил мне выпить за счет заведения, — самодовольно сказал Какаши, когда Асума, наконец, прибыл. Мужчина со вздохом покачал головой. — А можно ведь было все сделать по-людски. Ну, там, подарить цветы или куртку одолжить — пробормотал он. Какаши толкнул его в плечо. — Я отдал ему свое пальто, — сказал он, ухмыляясь, — Но он никак не отреагировал, просто обернул его вокруг себя и уткнулся лицом в воротник. Это было очень мило. — Ты влюбленный дурак, — весело сказал Асума, — Это ужасно восхитительно наблюдать; ты теряешь хладнокровие из-за парня, которому ты буквально даже не нравишься. Какаши рассмеялся.

***

— Какаши? — спросил Ирука, когда Какаши нырнул в кафе и помахал рукой, — Добрый день, я уже и не надеялся, что ты появишься. Ты сегодня поздно. Тебе как обычно? — Да, пожалуйста, — вздохнул Какаши, вытаскивая двадцатку и кладя ее на стойку. Ирука посмотрел на его изможденное состояние, пробормотал: — Сделаю двойной. Он отсчитал сдачу и протянул её мужчине. Какаши автоматически взял деньги, затем моргнул. — Эй, подожди, это тебе! — заскулил он, протягивая деньги обратно брюнету. Тот хихикнул, уклоняясь от протянутых монет. — Нет! Касса уже закрыта, не могу ее принять! — вскрикнул он. Какаши уставился на него широко раскрытыми глазами, на его лице медленно появилась ухмылка. Ирука хихикнул? Его смех был таким ярким, игристым и слаще сахара, и Какаши захотелось еще. — У тебя красивый смех, — сказал он мужчине, который тут же наклонил голову, что, как знал Какаши, означало, что он скрывает румянец, — Ты не… ты никогда раньше не смеялся рядом со мной. — А ты никогда раньше не был смешным, — возразил Ирука, поднимая глаза, и да, румянец снова играл на его скулах, — Вот твой кофе. — Я бы хотел поговорить с тобой, если у тебя есть время, — сказал Какаши, — У меня есть кое-что для тебя. — Опять подарки? — спросил Ирука с раздражением в голосе, — Что ты купил мне на этот раз? Дом? Какаши моргнул; он даже не подумал об этом. — А ты хочешь? — медленно спросил он, — Я могу это сделать. Ирука разинул рот. — Я… что… нет! — сказал он, — Анко, я на перерыв! Женщина с конским хвостом, как у Ируки, вышла вперед и посмотрела на Какаши. — Конечно, малыш, повеселись, — прощебетала она, подмигивая ему. Ирука закатил глаза. — Мы просто поговорим, — пробормотал он, по-взрослому показывая ей язык. Она показала ему средний палец и направилась к кассе. Ирука вышел из-за прилавка и взял Какаши за руку, направляя его к столику в задней части зала, прямо у окна. — Девушка? — спросил Какаши, глядя на нее. Ирука фыркнул. — Нет, просто коллега. И моя лучшая подруга. Не говори так враждебно. Какаши что-то промычал и протянул конверт через стол. Ирука посмотрел на него с недоверием, но в конце концов взял и вскрыл его. — Какаши, — прохрипел он, глядя на бумагу широко раскрытыми, как блюдца, глазами, — Какого хуя?! — Да ладно, это не так уж и много — сказал Какаши, моргая, — Тебе нужно еще? — Нет! — Ирука немедленно взвизгнул, отрывая взгляд от бумаги, чтобы вместо этого сосредоточиться на Какаши, — Это уже слишком, о чем ты вообще думал? Ты заплатил за мою квартиру?! Какаши склонил голову набок и с тихим вздохом отхлебнул кофе. — Мм, как всегда потрясающе, — сказал он, усталость притупила его чувства, — Да, я заплатил за твою квартиру. Я просматривал твои файлы в поисках вещей, которые тебе понадобятся — не смотри на меня так, ты знаешь, чем я занимаюсь, — и я обнаружил, что даже с деньгами, которые я оставляю тебе, ты едва зарабатываешь на аренду, не говоря уже о счетах за колледж. Я подумал, что между колледжем и квартирой ты предпочел бы, чтобы я платил за квартиру, — он пожал плечами и закрыл глаза с еще одним вздохом. Теплая рука на его щеке испугала его, и он открыл глаза, чтобы увидеть, как лицо Ируки приняло нежное, обеспокоенное выражение. Он потянулся за прикосновением, рвано вздохнув, когда брюнет провел большим пальцем у него под глазом. — Ты выглядишь измученным, — тихо сказал Ирука, — Что случилось, Какаши? Ты плохо спал? — Ничего страшного, правда, — заверил его Какаши, улыбаясь, — Кто-то пытался повесить на нас одно неприятное дело, и мне пришлось проверять всех своих сотрудников, в том числе искать, где они были в опредленное время. Это заняло гораздо больше времени, чем я предполагал. Я не спал около двух дней, наверное? Рот Ируки на минуту открылся и закрылся, а затем он встал, обошел стол и обхватил челюсть Какаши обеими руками. — Иди домой, отоспись, — сказал он, — Мне… Мне не нравится, что ты делаешь для меня такие вещи, правда, не нравится, но я приму это, если ты пойдешь и отдохнешь. Мы можем поговорить в другой раз, хорошо? — Не отказывайся от этого, — пробормотал он, поворачивая голову, чтобы поцеловать внутреннюю сторону запястья Ируки, — Ты же знаешь, что для меня такой подарок ничего не стоит, а тебе поможет сэкономить. Ирука тяжело вздохнул. — Только если ты пообещаешь, что больше не будешь мне дарить ничего такого, — мягко пожурил он, — Никаких «заплачу за твою квартиру», никаких машин, никаких домов. Подари мне цветы, как нормальный человек. Какаши тихо рассмеялся. — То же самое сказал Асума, — размышлял он. Его телефон запищал, и он проверил сообщение, — Легок на помине. Я должен идти. Спасибо за кофе, Ирука. И спасибо, что позволил услышать твой смех. Ирука улыбнулся, но улыбка не коснулась его глаз. — Иди домой, — сказал он, — Не заставляй меня волноваться. Какаши кивнул в знак признательности, еще раз поцеловав тыльную сторону руки Ируки, прежде чем выйти из кофейни.

***

— Ну? — Что «ну»? — Что он сказал об арендной плате? — Ах, — Какаши уселся в машину, ухмыляясь, — Он немножко разозлился, коснулся моей щеки и сказал мне немного поспать и не заставлять его так сильно волноваться. Асума моргнул. — Ха, — сказал он, — Неужели ты ему нравишься? И он прав, тебе действительно нужно поспать. Какаши вздохнул. — Я знаю, — сказал он, — Если усну прям здесь, не сердись.

***

— Ох ты ж ёпт! — раздался смутно знакомый голос из-за стойки в пустом кафе. Какаши помахал Анко, когда она приветственно подняла руку. — Подожди, — сказала она и повернулась к служебному помещению, — ИРУКА, ТВОЙ ШУГАР ДЕДДИ ПРИШЕЛ! — проревела она. Раздался сильный грохот, затем череда проклятий, а затем Ирука протиснулся в дверь с наполовину полной тарелкой имбирных печенек в руке. — Мой КТО?! — в ужасе выдохнул он. — Это она про меня, — весело сказал Какаши, — Или у тебя есть еще один? Ирука целую минуту таращился на них обоих, а Анко осторожно взяла печенье у него из рук. Затем он закрыл рот, повернулся на каблуках и зашагал прочь от стойки. — Мне за это недостаточно платят, — проворчал он, направляясь в подсобку. — Он купил тебе машину и заплатил за аренду! — крикнула Анко, — Как его по-другому назвать? — Друг! — Ирука огрызнулся в ответ, — Или раздражающий, но невыносимо милый мужчина, который понятия не имеет, как общаться с людьми! Псина сутулая! Но уж точно не моим шугар деддиком! Я же не содержанка! Анко фыркнула. — Да ладно тебе, бейбик, — пропела она, — Я видела твою задницу в джинсовых шортах. — Это было ОДИН РАЗ! — взвизгнул Ирука, покраснев, — И если бы КТО-ТО не бросил меня в фонтан, мне бы вообще не пришлось их одалживать! — Это был КОМПЛИМЕНТ! — крикнула она ему вслед. — ПОШЛА НАХУЙ! — крикнул он в ответ. — Он действительно думает, что ты горячий, — сказала Анко Какаши, — Его сосед по комнате сказал мне, что ему нравится выкрикивать твое имя. Какаши расхохотался в тот же момент, когда из кухни донесся визг птеродактиля. Он почти рухнул на стул, дрожа от смеха, пока, наконец, не понял, что Ирука снова стоит за прилавком, наблюдая за ним, широко раскрыв глаза и слегка приоткрыв рот. Какаши не мог не думать о том, как чертовски хорошо выглядели бы эти губы, растягивающиеся вокруг головки его члена, если бы он толкнулся внутрь. — Ты… у тебя приятный смех, — тихо сказал Ирука, и Какаши ухмыльнулся под своей маской. — Ты так думаешь, кисунчик? — замурлыкал он. У Ируки отвисла челюсть. — Н-н-не называй меня так! — взвизгнул он. Какаши просто откинул голову назад и снова рассмеялся, прежде чем поманить его рукой. Раздраженный, Ирука бросил свой фартук на стойку и кивнул Анко, чтобы та осталась у кассы. Как только он оказался достаточно близко, Какаши набросился на него, быстро обхватив рукой за талию и притянув его к себе, чтобы усадить к себе на колени. Ирука закричал со смесью смущения и возмущения в голосе, тут же пытаясь вырваться. — Что, собираешься заставить меня сказать тебе, что я хочу на Рождество?! — огрызнулся он, кусая запястье Какаши. Босс фыркнул и стряхнул его с себя. — Я что, похож на ебучего Санта-Клауса? — задал он риторический вопрос. Ирука все равно ответил. — Ты огромный старик, тащащий ничего не подозревающих людей к себе на колени без видимой причины, — издевался он, обнажая зубы в кривой улыбке. Какаши щелкнул его по виску и издал недовольный звук. — Я не старик, — раздраженно сказал он, — Мне всего тридцать. И ты даже шанса мне не дал объясниться. — Ты старше меня, и мне все равно, — проворчал Ирука, — Это сексуальное домогательство. Какаши вздохнул. — Драма квин, — протянул он, — Тебе двадцать два, я не намного старше. И чем дольше ты будешь бороться со мной, тем дольше мы будем сидеть здесь. Понял? Ирука снова зарычал. — А вот за такие фразочки я отсужу у тебя право приближаться ко мне ближе, чем на 5 метров, — выпалил он, затем сделал паузу, — Хотя, я полагаю, у парня, который ищет себе шугар бейбика, достаточно денег, чтобы выкупить это право обратно. Я прав, папочка? Это было опасно. Член Какаши дернулся в его джинсах, и Ирука ухмыльнулся прямо ему в лицо. — Сопляк, — невозмутимо произнес Какаши, но поцеловал его в висок через маску, — Я ведь просто хотел заказать кофе. — Ты мог подойти к стойке и просто сделать это, — пробормотал Ирука, отдергиваясь от прикосновения. Какаши вздохнул. — Почему ты всегда злишься на меня? — он заскулил, неохотно отпуская мужчину, — Ты такой красивый. Я жду возможности увидеть твою улыбку больше всего на свете. — Посмотри мне в глаза, — приказал Ирука, и Какаши подчинился, — Я. Не. Хочу. Шугар. Папочку. Какаши снова вздохнул, покачал головой и пренебрежительно махнул рукой. — Хорошо, хорошо, я понял, — пробормотал он, — Я тут никому не интересен. Я пойду. — Черт возьми, Какаши! — крикнул брюнет, и Какаши действительно хотел обернуться, но если бы он это сделал, то в конечном итоге сделал бы что-то непростительно глупое, например, поцеловал бы этого мальчика. Но затем на его рукаве оказалась рука, сжатая в кулак, и когда Какаши резко повернул голову, эти прекрасные глаза лани с тревогой уставились на него. В другой руке Ирука держал кофе, который он предложил боссу мафии. — Если я скажу «да», — тихо спросил Ирука, — Ты вернешься? — он выглядел совершенно испуганным — даже на грани слез, очевидно, обеспокоенный уходом Какаши. Какаши всегда был падким на щенячьи глазки. — О, милый, — проворковал он, протягивая руку, чтобы заключить Ируку в свои объятия, — Дорогой, нет, ты не должен этого делать, хорошо? Я вернусь, если ты этого захочешь, — он сделал паузу, опасаясь спугнуть своего мальчика, — Я просто не понимаю тебя, Ирука, — пробормотал он, — Ты не хочешь подарков или внимания, ты не хочешь, чтобы я уходил, сначала ты не хочешь, чтобы я прикасался к тебе, потом хочешь, чтобы я прикасался. Чего ты хочешь от меня? Ирука пару раз открыл и закрыл рот, прежде чем покраснеть и ответить. — Эм… я не хочу папика, — тихо сказал он, — Я не хочу — ты знаешь, каких-то диких обязательств в отношениях. Я хочу… Я хочу кого-то, кто будет уважать и любить меня, кто не будет торопить меня и кто не будет возражать против того, что у меня… ну, буквально нулевой опыт в плане чего-либо физического. — Ты девственник?! — недоверчиво спросил Какаши. Ирука сверкнул глазами и хлопнул его по руке. — Скажи громче, — саркастически сказал он, — Я думаю, что в России есть парень в коме, который не совсем тебя расслышал. Какаши невольно усмехнулся. — Извини, — сказал он, понизив голос, — О, Ирука, это… невероятно. У тебя никого не было? — Я не хотел этого раньше, — признался он, пожимая плечами, — Парни в моем колледже не в моем вкусе, а до этого я жил со своим больным дедушкой, и у меня никогда не было времени на свидания. Ну и что? Для тебя это проблема? — Вообще нет, — заверил его Какаши, — Милый, это… действительно заводит меня. Ты знаешь, что я хочу тебя. Хотя, думаю, я знаю, где я ошибся. Ты ищешь парня, а не папика, да? — Угу, — тихо сказал Ирука, кивая, — Я не хочу отдавать себя в обмен на деньги, машины, модную одежду, драгоценности или что-то еще. Я просто хочу, чтобы меня любили. Какаши наклонил голову, чтобы прижаться губами ко лбу Ируки. — Я могу сделать это для тебя, милый, — пообещал он, — Ты же знаешь, что я без ума от тебя. Ты позволишь мне пригласить тебя на свидание, Ирука? На этот раз на настоящее свидании: цветы, вино, ужин и поцелуи на ночь у двери. Ты позволишь мне? Ирука улыбнулся так мило, что Какаши испугался, что он растает в лужу счастья на тротуаре только из-за того, что стал свидетелем этого, и кивнул. — Да, — сказал он. Затем его улыбка стала шире, и он обнял Какаши за шею, — Когда? — Сегодня вечером, — немедленно ответил Какаши, — В восемь часов. Я заеду за тобой. — Я буду ждать, — прошептал Ирука и поцеловал его в щеку, прежде чем отстраниться, — Увидимся вечером, Какаши!

***

— О боже, если ты не перестанешь зацикливаться на своей внешности, ты опоздаешь, — простонал Асума. Какаши сверкнул глазами. — Заткнись! — заскулил он, — Ты же знаешь, сколько, черт возьми, времени потребовалось, чтобы он согласился на свидание! Красную или черную? — он указал на две рубашки. — Да какая нахуй разница?! — раздраженно сказал Асума, — Ты прекрасно выглядишь! — Куренай! — крикнул Какаши, свирепо глядя на него, — Черную или красную?! — Черную, красная делает тебя похожим на шлюху! — крикнула она из другой комнаты, едва взглянув на него. — Спасибо! — крикнул он и переоделся.

***

Ирука ждал на улице, нервно заламывая руки. Его щеки раскраснелись от холода, и казалось, что в его глазах стояли слезы. Какаши посмотрел на часы — четверть девятого. Екарный бабай. Он быстро остановил машину перед Ирукой и распахнул дверцу, выскакивая на улицу. — Мне так жаль, — сказал он, взяв обе руки Ируки. Ирука отвел взгляд и глубоко вздохнул, вероятно, борясь со слезами. — Я здесь, — тихо сказал он, — Прости, Асума предупреждал меня, но я слишком долго пытался убедиться, что все будет идеально, и я просто… Мне так жаль, Ирука. — Все хорошо, — пробормотал Ирука и посмотрел вниз, проводя рукавом свитера по щеке, — Я думал, ты не придешь. Сердце Какаши немного дрогнуло, и он шагнул вперед, заключая Ируку в объятия. — Я бы никогда не бросил тебя, клянусь, — пробормотал он, протягивая руку, чтобы погладить заплетенные волосы Ируки, — Кстати, ты прекрасно выглядишь. Ирука был одет в винно-красный свитер, мягкий и облегающий его фигуру, и узкие черные джинсы. Он даже сделал макияж: дымчатые тени для век, темная подводка и намек на что-то похожее на блеск для губ. Его волосы были заплетены во французскую косу, но ветер уже выбил несколько прядей. — О, и я уже заставил тебя плакать, — промурлыкал Какаши, поднимая руку, чтобы вытереть маленькие остатки слез, — Прости, милый. Не бойся, я все еще здесь, я бы не сбежал. Бедный… Ирука глубоко вздохнул, тая в объятиях Какаши и кладя голову на его широкое плечо. — Я в порядке, — сказал он через мгновение, — Я просто очень разволновался, а потом подумал, что ты сбежал. Все в порядке. Ты… мы все еще идем? Какаши ухмыльнулся мужчине, неохотно отстраняясь, чтобы погладить его по щеке. — Конечно, дорогой, — пробормотал он, — Я так же взволнован этим, как и ты. С неуверенной улыбкой Ирука последовал за ним к машине и забрался внутрь, когда он открыл дверь. — Такой джентльмен, — поддразнил он. Ухмылка Какаши стала шире. — Мне нужно произвести впечатление на одну симпатичную крошку, — сказал он, подмигивая. Ирука ухмыльнулся ему сквозь внезапный оттенок красного. До Ируки Какаши никогда не находил румянец особенно привлекательным. Теперь он поймал себя на том, что удивляется, как это может быть настолько очаровательно.

***

Ужин был в модном, элитном заведении на другом конце города; Какаши выбрал его, потому что еда там всегда была восхитительной, и там было достаточно дорого, так что со стопроцентной вероятнотью Ирука там никогда не был. Большие карие глаза расширились, когда бариста увидел заведение, но он не колебался и не съежился, когда они вошли, как опасался Какаши. Вместо этого, когда официант одарил его высокомерным взглядом вверх-вниз, он быстро вернул зазнавшегося работника на место. Штаны Какаши натянулись, и ему пришлось напомнить себе, что Ирука просил, чтобы его вообще не торопили. — Сюда, господа, — сказал официант, указывая на отдельный столик за перегородкой в глубине зала, — Зарезервирован на имя Хатаке. Какаши кивнул, и официант поклонился, поспешив найти меню. Они скользнули за столик и положили свои пальто рядом с собой. — Это модное заведение, — поддразнил Ирука, бросив взгляд сквозь темные, накрашенные ресницы, — Выпендриваешься, Какаши-сама? — Ни в коем случае, — промурлыкал Какаши, — Я подумал, что ты, возможно, никогда здесь не был, и я хотел отвезти тебя в какое-нибудь милое место. Ирука улыбнулся ему, качая головой. — Я шучу, — сказал он, — Это мило с твоей стороны, Какаши. Ты прав, я никогда здесь не был. Здесь очень красиво! — О, хорошо, — вздохнул Какаши, — Я рад, что тебе нравится, — Ирука озорно ухмыльнулся ему. — Кстати, о великолепии, — сказал он, — Не помню, говорил ли я, но ты выглядишь бесподобно, — его улыбка смягчилась, — Я неоправданно счастлив, что ты нарядился ради меня. Какаши удивленно моргнул. — Конечно, я принарядился, — сказал он, забавляясь, — Ты такой красивый — я должен, по крайней мере, попытаться выглядеть достойным твоего внимания, — он подмигнул, ухмыляясь, как дурак, на внезапный выпученный взгляд Ируки.

***

Ужин прошел замечательно. После некоторых личных вопросов Какаши обнаружил, что Ируке нравится, когда его держат на руках, носят, обнимают, заставляют чувствовать себя маленьким, но он ненавидит, когда с ним обращаются как с ребенком или девочкой. Он был мужчиной — покорным мужчиной, но все же мужчиной. Какаши поделился, что он любил свою работу, но ненавидел те части, которые связаны с насилием, особенно с убийствами, и что он также любил ходить на прогулки, и что у него было восемь собак, все подобранные с улицы, и он хотел бы, чтобы Ирука познакомился с ними, и что он обожал обниматься и очень сильно хотел бы обнять Умино. Когда на обратном пути они остановились на светофоре, пальцы Ируки впились в его пальцы поверх рычага переключения передач. Когда Какаши взглянул на него, он смотрел в окно с мягкой улыбкой на лице. — Могу я снова пригласить тебя на свидание? — спросил босс мафии, поворачивая руку, чтобы провести большим пальцем по костяшкам пальцев Ируки, — Я хорошо провел время сегодня вечером. — Я бы с удовольствием, — ответил Ирука, улыбаясь седовласому мужчине, — Спасибо, что пригласил меня на свидание сегодня вечером; мне никогда не было так хорошо. Какаши тихо промурлыкал. — Я рад, — пробормотал он, — Ты такой милый, Ирука. Я никогда раньше не был так заинтересован в ком-то. Ирука просиял, поднимая их соединенные руки, чтобы поцеловать ладонь Какаши. — Ты мне очень нравишься, — прошептал он, — Хотя при нашей первой встрече, я думал, что единственное, что ты хочешь, так это затащить меня в постель — он прижался лбом к их рукам, и Какаши ухмыльнулся, протянув палец, чтобы коснуться гладкой, загорелой щеки. — Я не буду лгать, — сказал он, — Это была моя первая мысль, когда я увидел тебя. Я подумал, что ты просто сногсшибателен, и я хотел, чтобы ты провел ночь со мной, — он усмехнулся, — Этот план полетел в трубу в ту же секунду, как ты накричал на меня. После этого я принял решение завоевать твое сердце. Ирука фыркнул. — Я должен быть осторожен? — спросил он, поддразнивая, — Неужели большой и плохой босс якудза собирается разбить мое хрупкое маленькое сердечко? — Нет, — выдохнул Какаши. — Никогда. Только, если меня пристрелят. — О, боже, это возможно? — Ирука ахнул, крепче сжимая его руку, как будто он мог защитить Какаши, просто держась рядом. Это было невыносимо мило, и Какаши ухмыльнулся, нежно сжимая чужую ладонь. — Очень маловероятно — сказал он, — Я осторожен и хорошо защищен. Не волнуйся, детка. Ирука улыбнулся, наклоняясь, чтобы положить голову на плечо Какаши. Босс поцеловал его в макушку. — Мне это нравится, — пробормотал он, — «Детка». Ты не называл меня так раньше. — Разве нет? — пробормотал Какаши, вдыхая аромат шампуня Ируки. Вишня. Был ли у солнечного света запах? Это определенно напомнило ему о солнечном свете. И вишни — Какаши любил вишни. Кто-то посигналил позади него, и он открыл глаза, осторожно нажимая на газ, не сбрасывая Ируку со своего плеча, — Я уверен, что да. — Э-э-э, — сказал Ирука, слегка качая головой, — В основном ты называл меня «милым»; однажды, в шутку, «крошка» и «бейбиком». И ты назвал меня «кисуней», когда пригласил на свидание. — Но тебе это нравится? Ирука усмехнулся. — Для мужчины, который ненавидит, когда с ним обращаются как с девчонкой, мне нравится много девчачьих ласкательных имен, — криво усмехнулся он, — Мне это нравится. Какаши ухмыльнулся, на мгновение повернув голову, чтобы поцеловать Ируку в макушку. — Какое твое любимое? — Я еще не знаю, — сказал Ирука, делая паузу, чтобы зевнуть, — Называй меня так почаще и узнаем. Какаши не думал, что он когда-либо был счастливее в один единственный момент. Он обнял Ируку за талию, обняв его всего на секунду, прежде чем вернуться к переключению передач. Ирука улыбнулся ему в плечо. — Эй… ты хочешь остаться на ночь и посмотреть фильмы или что-то в этом роде? — тихо спросил он, бессознательно теребя рукав своего свитера. Какаши ухмыльнулся. — Безусловно, — сказал он, — Никакого секса, верно? — Если тебе нормально, — прошептал Ирука, — То да. Какаши мило проворковал, въезжая на парковку у дома Ируки, заезжая на пустое место. — Нет, детка, конечно, все в порядке, — промурлыкал он, — Я не хочу причинять тебе боль или использовать тебя в своих интересах. Если тебе не нравится то, что мы делаем, или ты чувствуешь спешку, давление или дискомфорт, то сразу говори мне, хорошо? Ты всегда можешь сказать мне остановиться. Клянусь, я всегда буду слушать тебя. Ирука крепко обнял руку старшего мужчины, уткнувшись носом в его шею. Какаши еще дважды поцеловал его в волосы. — Ты гораздо лучше, чем говорят люди, — прошептал он. Какаши усмехнулся. — Ну, я не насильник, — сказал он, пожимая плечами, — Тем не менее, я монстр. Босс организованной преступной организации, вор, контрабандист, убийца и даже поджигатель. И тебя я тоже могу прихлопнуть, — сказав это, он вонзил пальцы в бока Ируки, вызвав удивленный вскрик с приоткрытых губ. Ирука извивался на своем сиденье, пытаясь вырваться. — Нееет! — он захихикал, и звук был таким сладким, что Какаши пришлось наклониться и поцеловать его в лоб, прекратив его щекотать. Ирука улыбнулся ему. — Все так тебя боятся, — прошептал он, затем протянул руку, чтобы погладить Босса по щеке, — Но я вижу тебя другим, и я слышу, как ты говоришь о своих собаках и своем друге, и я вижу, как ты смотришь на меня, как ты говоришь со мной, как ты прикасаешься ко мне, и все, что я вижу — это такой же обычный мужчина, как и любой другой. Добрый человек, любящий человек, человек, который сделает все, чтобы защитить самых близких ему людей. Ты для меня не монстр, Какаши. Сердце Какаши увеличилось в четыре или пять раз, и он открыл дверцу машины, обошел вокруг, чтобы выпустить Ируку, а затем заключил его в крепкие объятия. Ирука усмехнулся и погладил его по растрепанным волосам, направляя его голову вниз, чтобы она легла на тонкое, но сильное плечо. — Можно я поцелую тебя, Ирука? — спросил он, дыша ему в шею. Здесь от него пахло чаем, хотя вишневый аромат остался. — Да, — выдохнул Ирука. Он поднял голову, глядя в насыщенные шоколадные глаза, и его рука скользнула вверх, чтобы обхватить щеку Ируки. Бариста просто наблюдал за ним, желание играло в легкой улыбке, запечатленной на его красивых чертах, в мерцании его бесконечно глубоких глаз. Наконец, Какаши сделал решительный шаг, наклонившись с приоткрытыми губами, чтобы украсть первый поцелуй Ируки, как алчный вор — но Ирука ведь был создан, чтобы быть желанным, был рожден, чтобы его лелеяли, чтобы его любили, защищали и заботились, поэтому, когда их губы соприкоснулись, Ирука наклонил голову чтобы углубить их поцелуй. Захватывающее дух, красочное, яркое — возможно, это был фейерверк, может быть, взрыв, может быть, целый Армагеддон — Какаши не заметил бы ничего, кроме идеальной мягкости пухлых губ Ируки, тепла его тела, влажности его языка, скользящего по рту Какаши, ощущения сладости его вздоха, когда Какаши вернул услугу, погрузив свой язык между теплыми, готовыми губами и проведя им по нёбу Ируки. Наконец, он оторвался, тяжело дыша, и наблюдал, как Ирука изо всех сил пытается восстановить собственное дыхание. Бариста стоял, широко раскрыв глаза. Затем медленная улыбка начала расползаться по его лицу, пока не засияла от уха до уха, и он обвил руками шею Какаши и уткнулся лицом в бледное горло, все еще пытаясь отдышаться. — Вау, — прошептал он, затем издал что-то вроде нервного, возбужденного смешка, головокружительного от очевидного восторга. Какаши ухмыльнулся, пораженный его многоречием, и крепко обнял его. — Понравилось? — спросил он, поглаживая мягкие волосы и желая их наконец расплести. Ирука поднял взгляд, в его влажных темных глазах горели звезды, а на лице было написано удивление, и яростно закивал. — Потрясающе, — выдохнул он, — Не могли бы мы… не мог бы ты… эм, еще раз, пожалуйста? — Какаши ухмыльнулся и потянул его к двери, с нежностью наблюдая, как маленький человек нащупывает свои ключи. — Дома, мой малыш, — пробормотал он, наблюдая, как румянец загорается на щеках Ируки. — Дома я подарю тебе столько поцелуев, сколько ты захочешь, но я не хочу, чтобы тебе стало плохо здесь, хорошо? Ирука кивнул, отпирая дверь дрожащими руками — ему было холодно, Какаши понял по дрожи, пробежавшей по его спине. Затем у него не было времени ни на какие выводы, потому что Ирука втягивал его внутрь, прижимая эти вызывающие привыкание губы к его собственным, и он не мог остановиться, даже если бы попытался.

***

Честно говоря, Какаши не до конца понял, как они сюда попали. Ирука целовал его, он целовал Ируку, и теперь они оба были обнажены, волосы Ируки струились по плечам, а их обладатель был самым красивым существом в мире, весь в карамели, шоколаде, золоте и бронзе в свете горящих в углу свечей. — Быстрее, — выдохнул Ирука, — Пожалуйста! — Осторожно, — предупредил Какаши, рыча, когда он ускорил движение своей руки по члену, — Ты сказал, никакого секса, помнишь? — Я… я знаю, мы не будем, просто… я просто хочу, чтобы ты был на мне! — Ирука умолял, и, черт возьми, слезы собирались в уголках его глаз, и он задыхался, стонал и потел, выгибая спину, откидывая голову назад, обнажая линию шеи, и было бы обидно, если бы Какаши не лизнул её, верно? Это было бы преступлением. Он перекатился сверху и поцеловал изящные линии тела своего любовника, облизывая и посасывая темные отметины на коже, обводя языком сосок и застонав от резкого крика, который издал Ирука. Опускаясь все ниже и ниже, он убрал руку с чужого члена. — Нет, — взмолился он, — Прикоснись — вот так, еще — потрись об меня своим членом. Делай это так, как будто ты трахаешь меня, — он обхватил ногами талию Какаши; более высокий мужчина зарычал в диком восторге, одним плавным движением скользнув вверх. Брюнет откинул голову назад, постанывая в экстазе, и раскачивался при каждом толчке, в то время как руки Какаши сжимали его бедра, удерживая его достаточно неподвижным, чтобы он мог двигаться. Ирука схватился за его плечи, в блаженстве царапая бледную кожу, а затем он схватил одну из рук Какаши и пососал три средних пальца. — Ты… ты хочешь… э—э, войти в меня пальцами? — спросил он, тяжело дыша. Какаши в ответ прижался ртом к рту маленького человека, опустив руку, чтобы осторожно прощупать дырочку Ируки. Бариста раздвинул ноги шире, чтобы вместить его, приподнял бедра и крепче ухватился за сильные плечи. Медленно, Какаши просунул палец в тугой жар. Ирука вскрикнул, запрокинув голову, грудь его вздымалась, как после марафона. Какаши наклонился и лизнул сосок Ируки, обводя языком тугую бусинку, когда брюнет вскрикнул от удивления и удовольствия, выгибая спину и случайно потираясь о член Какаши. Он чуть не зарыдал от этого ощущения, зажимая рот рукой. Какаши убрал ее и поцеловал его глубоко, беспорядочно, трахая языком его рот, пока слюна не потекла по его челюсти, прежде чем отстранился, чтобы ухмыльнуться ему. Он снова целенаправленно потерся о член Ируки, одновременно вводя второй палец в узкий проход. Ирука заскулил, мотая головой, громко вскрикнув, когда Какаши вернулся к пыткам его сосков. — Бедная детка, — промурлыкал Какаши, почти издеваясь, — Ты просто не можешь решить, где тебе приятнее, да? Тебе нравится, когда мои пальцы внутри тебя? Думаешь, сможешь кончить только от них? — Ка. Какаши! Какаши! Ах! — Ирука ахнул, тяжело дыша и извиваясь. Какаши изменил угол и снова ввел два пальца в дырочку Ируки, безжалостно колотя в его сладкое местечко, пока тот не закричал. — Вот здесь приятно, принцесса? Ирука кончил. Он кончил, как по команде, даже не прикасаясь к члену, слезы текли по его щекам и вискам, лицо раскраснелось, грудь вздымалась, рот был розовым и открытым, он задыхался, ноги дрожали, а дырочка сжималась пальцами Какаши. — О, черт, — прошептал Какаши. Он продолжал трахать Ируку, но уже гораздо нежнее, а затем взял свой член в руку и начал постепенно надрачивать. Он был близко, он был так близко — Ирука выглядел таким разбитым под ним, тяжело дыша и немного высунув язык — затем он приподнялся и поцеловал головку Какаши. — Давай, — сладко прошептал он, — Кончай мне в рот, красавчик. Вот и все. Какаши кончил с диким криком, и Ирука наклонился, чтобы проглотить всю сперму. Наконец, Какаши неуверенно оттолкнул его, и они рухнули на кровать. — Вот тебе и никакого секса, — пробормотал Какаши, и Ирука рассмеялся, легко и беззаботно. — Ты сожалеешь об этом? — спросил он, улыбаясь так, словно уже знал ответ. Какаши ухмыльнулся, перевернулся, заключая Ируку в свои объятия, и поцеловал его медленно и с любовью. — Ни капельки, — прошептал он, — Лучший секс, который у меня когда-либо был. Ты такой сексуальный, Ирука, Господи. Я не знал, что ты можешь так говорить. — Я сказал тебе убираться к черту из моей кофейни в первый день, когда я встретил тебя, — невозмутимо произнес Ирука, подняв бровь, — Ты прекрасно знаешь, что я могу так говорить. И даже что похуже. Подожди, пока мы по-настоящему не займемся сексом; я сведу тебя с ума. — Достаточно самоуверенно, не кажется? — поддразнил Какаши, но он снова поцеловал Ируку, и они оба улыбнулись, — Хотя, я в этом не сомневаюсь, принцесса. Ирука застонал и спрятал лицо на груди Какаши. — Заткнись, — пробормотал он. Какаши рассмеялся, чувствуя себя невероятно счастливым, и поцеловал его в волосы, заправив их за ухо. — Я хочу сделать тебя счастливым, — весело сказал он, — Очевидно, тебе это нравится. Что еще тебе нравится? Куколка? Котик? Ангел? — Шлюха, сука… продолжайте, пока мне всё нравится, — Ирука нахально ухмыльнулся Какаши, который удивленно моргнул. — Ты поразительный… — задумчиво произнес седовласый мужчина, — Боже, я так рад, что нашел тебя. И подумать только, я был зол на Асуму за то, что он заставил меня попробовать новую кофейню! Ирука тихо замурлыкал, прижимаясь к груди Какаши и улыбаясь, когда теплая рука успокаивающе прошлась вверх и вниз по его боку, как будто гладя его. — Подумать только, я хотел вышвырнуть тебя на улицу, — пробормотал он, — Оказывается, ты, возможно, лучшее, что когда-либо случалось со мной. Какаши улыбнулся, крепко обнимая его. — Подожди, пока не принесешь клятву якудзы на церемонии крови, вот там вообще пушка, — тихо сказал он. Ирука резко выпрямился. — ЧТО?!