Kakairu Oneshots

Ирука, на самом деле, так до конца и не понял, почему Сарутоби Асума пригласил в путешествие именно его. Тот объяснил, что они собирались в домик, принадлежащий Хатаке Какаши (потому что, черт возьми, конечно, у двадцатидвухлетнего парня уже был не только просторный частный дом, но и летняя дача), и что Хатаке Какаши очень настаивал, чтобы Ирука поехал с ними, но сам попросить боялся, потому что Ирука всегда кричит на него. Нет, Ирука был вовсе не против уехать на выходные с Какаши и его друзьями. Университет в последнее время сильно надрал ему задницу, и такой небольшой отпуск мог помочь ему расслабиться. Ну, и это не беря во внимание влюбленность Ируки в Какаши. Но за это он мог не переживать — он скрывал свои чувства уже одиннадцать лет, и был полностью уверен, что сможет провести выходные с объектом своего обожания без происшествий. Итак, в пятницу днем он уже стоял у пятиместного джипа Асумы, готовый отправиться в путь. Вот только была одна проблема. — Очевидно, что Куренай должна сидеть у кого-то на коленях, — раздраженно сказал Генма, — Она здесь самая легкая! Асума весело фыркнул. — Во-первых, — сказал он, — Я не верю, что ты сможешь держать свои руки при себе, независимо от того, кто сидит рядом с тобой. И, во-вторых, Куренай моя жена, и она будет ехать на пассажирском. Куренай сама рассмеялась и обняла Ируку за плечи. — Ирука может сидеть на коленях у Какаши! — заявила она, — Он почти такой же легкий, как я, а Какаши самый сильный, и он не будет лапать или… — она вздрогнула, — Как-то комментировать молодую фигуру Ируки всю дорогу. И будем честны, сидеть на коленях у Гая намного хуже, чем лапанье. Гай надулся, а Ирука побледнел. Ладно, не думай об этом, не думай об этом! Ехать девять часов в тесной машине на коленях у своего краша?! Нет, он не сможет. — Я… я не думаю… — Меня устраивает, — вздохнул Какаши, — Кто-то должен защищать честь нашего хорошенького маленького первокурсника. Мы уже можем ехать? Я бы не хотел кататься по темноте. Ирука загорелся впечатляющим оттенком красного, рот открывался и закрывался, как у рыбы, прежде чем он, наконец, решил просто его закрыть. Он не мог смириться с тем, что Какаши назвал его хорошеньким. С приглушенным вздохом он пошел помогать с сумками, смирившись с тем фактом, что умрет в эти выходные.

***

Когда машина была наконец загружена, остальные забрались внутрь. Ирука поколебался, прежде чем, наконец, медленно, застенчиво забрался на колени Какаши. Студент-физик почти рывком усадил его на место, плотно закрыв за ним дверь. — Давай, Ирука-кун, — скучающе протянул он, — Не тормози. — Эм, ребята, — вмешался Генма, — Ирука не сможет пристегнуться в таком положении. Ирука вспыхнул ярко-рубиновым, когда сильные руки крепко обхватили его за талию, а Какаши прижал его к груди. О, боже, его грудь. Твердая, мускулистая и мужественная настолько, что у Ируки перехватило дыхание. — Я подержу его, — крикнул он Асуме, который уже заводил машину. Куренай оглянулась и украдкой подмигнула Ируке. — Какаши, только не долбани его головой об крышу, — обеспокоенно сказала она. Черт возьми, эта женщина действительно была феноменальной актрисой, — Ты же помнишь, что случилось с Ямато, когда он ехал с Гаем. Какаши пробормотал небольшое проклятие и услужливо обхватил Ируку рукой за плечи, крепко прижимая к телу. — Все будет нормуль, — заверил он артистку, — Я не Гай. — Ты ранишь меня в самое сердце, Какаши! — заскулил мужчина, — Это был несчастный случай, и тем более, мы же отвезли Ямато-сана в больницу, чтобы наложить швы, и он смог завершить поездку! — Звучит очень обнадеживающе, — пробормотал Ирука себе под нос, временно забыв об их непосредственной близости. Какаши усмехнулся, когда Асума крикнул им, чтобы они замолчали, и выехал на подъездную дорожку. Он наклонил голову, слегка коснувшись губами уха Ируки, и пробормотал: — Я держу тебя, Ирука-кун. Не забивай этим свою хорошенькую головку. Это может показаться странным, но уверяю тебя, со мной ты в полной безопасности. Ирука покраснел, отворачивая лицо. Даже через эту его странную хирургическую маску дыхание Какаши касалось его кожи, а этот хриплый голос заставлял мурашки галопом бегать по всему телу. Он отвлекся, наблюдая за пейзажем, проносящимся за окном; сначала город, затем сельская местность и фермерские поля, потом шахта, шоссе, еще один город, потом еще и так до бесконечности. Со временем свет за окном начал меркнуть, и Ирука почувствовал, как его веки тяжелеют. Он усердно работал, чтобы полностью освободить эти выходные, даже две ночи подряд ложился ближе к рассвету, и сейчас он зевал, прищурив один глаз. — Хочешь спать, Ирука-кун? — поддразнил Какаши, и в его голосе было что-то теплое, чего Ирука, честно говоря, никогда раньше не слышал. Какаши всегда был таким чертовски отстраненным. Ирука пробормотал что-то, что, по его мнению, могло быть отрицанием, но мужчина только слегка усмехнулся и потянул его за конский хвост, наклоняя голову вниз, чтобы она легла на чужое плечо. — Хотя да, — тихо сказал Ирука, — Я не спал около двух дней, поэтому сейчас чувствую себя немножко дерьмово. Но ничего такого, правда. Куренай умилилась над его сонливым голосом, а Гай, казалось, был готов расплакаться. Ирука даже слегка обиделся. — Эй, — прикрикнул он, — Хватит там сюсюкать. Я не милый. Какаши слегка поёрзал и положил голову Ируки себе на плечо. — Маа, но ты действительно очарователен, — сказал он, ошеломленный, — Поспи немного. Если мы остановимся, я тебя разбужу. Ирука все еще ворчал по поводу того, что его считают милашкой, но он так устал… может, если он только немного отдохнет…

***

Его мягко встряхнули большие теплые руки, и он что-то пробормотал, медленно открывая глаза. — Доброе утро, спящая красавица, — пошутил Асума, улыбаясь ему с водительского сиденья, — Мы скоро остановимся, Какаши подумал, что ты, вероятно, захочешь размять ноги. Ирука замурлыкал, рассеянно уткнувшись носом в подушку. Подождите, нет, не в подушку. В плечо Какаши. Он быстро поднял глаза, с облегчением обнаружив, что не пускал слюни во сне, и поймал на себе невероятно теплый взгляд. — Как долго?.. — спросил он. — О, может быть, часа три, плюс-минус? — ответила Куренай, — Кто-нибудь из вас хочет разбудить Гая? О, Ирука, кстати, ты очарователен. — Ха?! — Ирука свирепо посмотрел на нее, но Какаши постучал его по лбу двумя пальцами. — Ты разговариваешь во сне, — объяснил он, — Это было довольно мило, не буду врать. Ты продолжал бормотать о том, как тебе было тепло и как было светло. — А потом ты произнес имя Какаши, — пропищал Генма, — И ты прижимался к нему. — И мы предположили, что тебе, вероятно, снился Какаши, — Куренай впилась взглядом в Асуму, затем в Генму, затем в медленно сопящего проснувшегося Гая, — И никто не будет дразнить тебя за это, особенно учитывая, что это был вполне разумный сон, учитывая положение, в котором ты находишься. — Мне бы и в голову не пришло дразнить сокурсника! — возмущенно и искренне сказал Гай. Затем он сделал паузу, — А кого мы дразним и за что? Ирука сжался, задаваясь вопросом, возможно ли умереть от смущения, когда Асума подъехал к заправке. — Эй, Какаши, Ирука, Гай, вы, ребята, сходите перекусите, хорошо? — позвал он, открывая крышку бака, — Я пока заправлюсь. Ирука споткнулся на выходе, его трясло после пяти часов, проведенных в машине, и он еще не мог отойти ото сна. Какаши со стоном последовал за ним, вытягивая ноги и морщась, когда его мышцы свело легкой судорогой. — Мне жаль, — тихо сказал Ирука, когда Гай радостно влетел в магазин впереди них, — Я, должно быть, отдавил тебе там всё. Ты в порядке? Какаши на мгновение удивился, а затем рассмеялся. — О, Ирука-кун, нет, — заверил он восемнадцатилетнего парня, — Нет, ты очень легкий, это даже как-то нездорово. Я просто сидел, как статуя, три часа вместо того, потому что, ну… — он смущенно почесал затылок, — Я не хотел тебя будить. Черт бы его побрал, почему он должен быть таким милым?! Ирука точно не переживет эти выходные. Пока его внутреннее «я» орало, билось об стену и истерично плакало где-то вглубине сознания, он спокойно ответил: — Ах, Какаши-сан, все в порядке. Это даже мило… Но тебе не нужно беспокоиться обо мне. Я в порядке. Правда. Ирука улыбнулся мужчине, чьи глаза прищурились в улыбке. Он придержал дверь магазина для Ируки и молча последовал за ним. — Слава богу, ты здесь, — чуть не захныкал Гай, сунув корзину в руки Ируки, — Боюсь, природа взяла надо мной верх, и нравится мне это или нет, я должен её слушаться! Он метнулся к стойке, чтобы попросить ключ от туалета, а затем вышел на улицу, чтобы им воспользоваться. Какаши фыркнул, увидев удивление на лице Ируки. — Не обращай внимания, он просто новичок, — сказал он, забавляясь. Ирука молча кивнул, затем принялся перебирать закуски. — Нам нужны напитки, — подсказал Какаши. Ирука последовал за ним к холодильнику. — Итак, на что похож твой дом? — тихо спросил Умино. Какаши улыбнулся. — Три спальни, прекрасный вид из окна, небольшая, но функциональная кухня, две ванные комнаты, — перечислил он. Затем сделал паузу, — О, Асума и Куренай спят вместе, а Гай не хочет делить с тобой комнату, потому что Куренай ранее задела его честь. Итак… между мной и Генмой, с кем бы ты предпочел делить комнату? Ирука сделал паузу, и его собеседник поморщился. — Между нами двумя, я бы предпочел, чтобы ты выбрал меня, — сказал он, — Гай храпит и пукает во сне, а утром плачет от стыда. Кроме того, Генма — извращенец, и мне было бы гораздо спокойнее не оставлять тебя с ним. Ты ему нравишься. Ирука снова покраснел. — Откуда ты знаешь? — спросил он. Какаши нахмурился. — Ну, пока ты спал, ты немного подвинулся, чтобы устроиться поудобнее, и он сделал несколько довольно неприятных замечаний о том, что он был бы не против, если бы эта дерзкая маленькая задница вот так потерлась бы о его колени. Асуме пришлось пригрозить оставить его на обочине и позволить мне набить ему морду, если он не заткнется. Ирука не знал, хочет ли он сохранить воспоминание из-за голоса Какаши, которым он описывал его задницу, или вычеркнуть его из головы, потому что… Генма. — Я хочу остаться с тобой, — умолял он, — Не позволяй ему прикасаться ко мне, пожалуйста, Какаши-сан. — Полегче, милашка, тебе не нужно просить, — прервал Какаши, смеясь низким горловым смехом, — Я не позволю ему даже близко подойти к тебе. Обещаю. Ирука слабо кивнул. — Я не милашка, — пробормотал он, когда Какаши повернулся к стойке. — Это наглая ложь, Ирука-кун, — сказал студент-физик через плечо, — Ты самый очаровательный человек, которого я когда-либо видел, и я знаю тебя с тех пор, как поступил на первый курс. Ирука побежал за ним, незаметно положив свои любимые конфеты в корзину, когда проходил мимо стойки с ними. Starburst были восхитительны, к черту всех, кто думал иначе. Он поставил корзину на прилавок. — Неправда! — запротестовал он. Затем он покраснел, — П-подожди, ты знал меня?! Какаши тепло улыбнулся ему. — Конечно знал, — сказал он, — Ты был кохаем, который приходил каждый день на дополнительные в университет, а потом стоял на остановке и ждал автобус. И, безусловно, ты был самым симпатичным школьником. У тебя такие большие ланьи глаза, Ирука-кун. Ты выглядишь очаровательно. Ирука не знал, что ответить. Он держал рот на замке, вытаскивая из бумажника две двадцатки, чтобы отдать кассиру. Чья-то рука прижала его запястье к столешнице, и внезапно к его спине прижалось что-то твердое. Ирука тихо ахнул, но Какаши просто протянул руку мимо него и приложил карточку к терминалу. — Я угощаю, — пробормотал он на ухо младшему, а затем взял пакет. Ирука обменялся удивленным и слегка ошеломленным взглядом с мальчиком за кассой, прежде чем выскочить за дверь вслед за Какаши. Гай встретил их снаружи, смущенно потирая шею. Ирука занял свою очередь в туалет, затем подождал Какаши у машины. К своему ужасу, он увидел, что Гай уже наполовину съел его пачку Starburst, громко чавкая. Ну что ж. — О, Ирука, ты будешь жить с Какаши? — спросила Куренай. Ирука кивнул. — Да, мы договорились так, — ответил он, улыбаясь ей, — Он упомянул, что Генма сделал несколько замечаний, которых вполне хватило, чтобы отбить желание делить с ним комнату. Куренай поморщилась. — Этот ненасытный извращенец, — вздохнула она, — Это правда; если когда-нибудь окажешься в одной постели с Генмой, то он тебя облапает. Возможно, даже изнасилует во сне, хотя он никогда не заходил так далеко. — Постель?! — это было что-то новенькое. Куренай подняла бровь. — О, дорогой, все в порядке, — засмеялась она, — Я знаю, что ты «плохо» относишься к Какаши, и поверь мне, он так же «плохо» относится к тебе. Стены там толстые, так что вы двое можете развлекаться, как вам нравится, вдали от всех нас, — она подмигнула, а затем неторопливо удалилась. Чья-то рука похлопала Ируку по плечу. — Две вещи, — сказал Какаши, — Во-первых, почему ты так покраснел? Она что-то сказала? — Она просто дразнит меня, — пробормотал Ирука. — Что второе? — Я видел, что ты положил в корзину конфеты, и я видел, как Гай сразу же украл их, — ответил Какаши. Он схватил Ируку за руку и вложил в нее что-то, затем забрался в машину, — Так что я купил тебе еще. Ирука моргнул, глядя на упаковку жевалок в своей руке, а затем его щеки вновь окрасились в красный. Что, если Куренай была права?! Какаши никогда ни с кем так не миловался. Он забрался в джип и уселся на колени Какаши. Прежде чем кто-либо еще забрался внутрь, он повернулся и обнял мужчину, обхватив его руками за шею. — Спасибо, — тихо сказал он ему в шею, когда Какаши обнял его в ответ, — Это мои любимые. — Не бери в голову, — сказал Какаши, — В этой поездке получишь все, что захочешь. Я так счастлив, что ты поехал с нами. Ирука одарил Какаши своей самой милой улыбкой, которую его подруга Анко называла «счастливой улыбкой с блестящими щенячьими глазами». Какаши прижал Ируку покрепче к своему телу и отпустил его только тогда, когда остальные устроились в машине. — Все в машине? — весело крикнул Асума, и они снова тронулись. — Все! — радостно сказал Ирука, протягивая Какаши пачку, — Угощайся. Студент-физик улыбнулся и взял одну жувку. — Спасибо, — сказал он, уткнувшись носом в пучок Ируки, вызывая у того непроизвольное хихиканье, — Они правда вкусные. Ирука откинулся на его грудь, оперся на его плечо и наблюдал за тем, как мир за окном пролетает мимо.

***

Теперь заснул уже Какаши, положив щеку на голову Ируки. Он полностью расслабился, мягкое дыхание покачивало Ируку вверх и вниз и убаюкивало его, погружая в своего рода полудрему. Он прижался к более высокому мужчине и обхватил руками ребра Какаши, радуясь возможности обнять его и задремать на его плече. — Ммм… — промычал Какаши, и Гай подавился конфетой. — Разбуди его, — настаивал он, пытаясь перегнуться через Генму, чтобы сделать это самому. Генма преградил ему путь. — Чел, ты издеваешься? Зачем? — спросил он. Асума посмотрел в зеркало заднего вида и зашипел от смеха. — Нет, нет, не буди его, — сказал он, — Достань камеру. Пригодится для шантажа. «Хатаке Какаши, студент-физик, признанный гений, видит мокрый сон во время поездки с пареньком у него на коленях, в которого он, возможно, влюблен.» Это атас. — Он… что?! — Ирука взвизгнул, его лицо резко стало пепельным, — Т-тогда, может, мне его разбудить? Куренай фыркнула. — А ты не хочешь послушать, что ему снится? Я на сто процентов уверена, что ты. Какаши всегда был неравнодушен к тебе. Ирука покраснел, когда мужчина покачал бедрами с еще одним тихим гудением. — Терпи, казак, — фыркнул Генма, — Хотя ты всегда можешь пересесть. Переползай сюда и оседлай кого-нибудь, кто хотя бы в сознании. — Генма, заткнись, — рявкнула Куренай, — Ты же знаешь, что к Ируке приставать — себе дороже. Генма что-то проворчал, но заткнулся. Ирука начал трясти Какаши за плечи, пока тот не проснулся с раздраженным ворчанием. — Эй, в чем дело? — пробормотал он, обхватив ладонью щеку Ируки, — Ты снова покраснел. Кто-нибудь что-нибудь сказал? — Ирука открыл и закрыл рот, покраснев еще больше, когда задумался, как лучше рассказать о всей ситуации. Ему помог Асума. — Ты лапал его во сне, Какаши, — фыркнул он, — А бедный мальчик отговорил нас заснять это на камеру. Ты должен быть благодарен ему. Темные глаза Какаши расширились, и он отдернул руку от лица Ируки. — Мне так жаль, Ирука-кун, — подавленно пробормотал он, — Я… я… — он откинул голову на окно и вздохнул, — Мне жаль. Ирука крепко прижался к его груди. — Все в порядке, — тихо сказал он, уткнувшись носом в изгиб шеи Какаши, — Я не сержусь. Просто Генма снова сказал гадость, и я подумал, что разбудить тебя было бы правильнее. — Я ценю это, — признал Какаши. Ируке было законно любопытно, поэтому он вытащил свой телефон и открыл заметки для конфиденциальности. Что тебе снилось? Он быстро напечатал сообщение, а затем наклонил экран, чтобы показать Какаши. Мужчина покраснел. — Ничего, — прошептал он на ухо Ируке, — Не бери в голову. Я хочу знать. Мне интересно. Какаши поморщился. — Забудь об этом, коть, — попытался отнекаться он, — Ты не хочешь этого знать. Я хочу! Скажи мне? Пожалуйста??? Он мог поклясться, что почувствовал смех у своего уха и улыбнулся темноглазому мужчине. Какаши одарил его теплым, ласковым взглядом в ответ. — Хорошо, — прошептал он, — Ну-ка дай. Ирука легко передал телефон. Какаши вздохнул, неловко поерзал и начал печатать, — Только не осуждай. — Я бы никогда, — выдохнул Ирука в ответ, прижимаясь лбом к изгибу шеи Какаши. Мне снился ты — напечатал он. У Ируки перехватило дыхание. И прежде чем ты начнешь сходить с ума, давай не будем забывать о том, что произошло чуть ранее? Тебе я тоже снился. Ты милый, и ты сидишь у меня на коленях, так что не докапывайся. Ирука вздрогнул и забрал телефон, кусая губу, пока печатал. У нас были очень разные сны — напомнил он мужчине. Я хочу знать… — он колебался, покусывая губу. Я хочу знать, что ты делал со мной. В твоем сне. Какаши испустил глубокий, прерывистый вздох. Он протянул руку, и Ирука вложил в нее телефон. Какаши держал руки вокруг Ируки, ладонями вперед, пока печатал, позволяя ему читать слова. Я был на три пальца глубоко в твоей заднице, растягивая тебя для своего члена. Это довольно горячо — напечатал Ирука в ответ. Ты успел вставить его? Нет — ответил Какаши. Ты разбудил меня. Наверное, это даже к лучшему. Возможно. Хотел бы я, чтобы у меня были такие сны. Звучит заманчиво. — Ирука сморщил нос. Но в последнее время мне снятся только объятия. Наверное, у меня тактильный голод, лол. Хочешь обнимашек? — спросил Какаши. Мы все равно будем спать в одной постели. Я могу тебя обнять. Да, пожалуйста!!! Какаши ухмыльнулся, слегка уткнувшись носом в его затылок и обняв его. — Эй, Какаши, — позвал Асума, хмуро глядя на дорогу и сбавляя скорость, — Нам нужен Брукс или Си́крет? — Си́крет, — ответил он, — Следующий поворот. Но там, в принципе, только одна дорога. — Ну, да, я так и думал, — фыркнул мужчина, — Начинай будить людей, мы приехали. К тому времени, когда они, наконец, распаковали сумки, было почти два часа ночи. Ирука помог расставить еду на кухне и туалетные принадлежности в соответствующих ванных комнатах, затем, наконец, затащил свой крошечный чемодан в их с Какаши комнату. Он вздохнул, снимая одежду и распуская волосы, выгибая спину в кошачьей растяжке, чтобы размять мышцы. Позади него раздался тихий свист, и он вскрикнул, обернувшись так быстро, что споткнулся о свой чемодан и с глухим стуком упал на твердый пол, поморщившись. Какаши прислонился к дверному косяку, заинтригованно приподняв бровь. — Ты в порядке? Ирука покраснел. — Я в порядке, — усмехнулся он, смущенно прижимая колени к груди. Хатаке усмехнулся и закрыл дверь в главную спальню, бросил свои сумки в угол и плюхнулся на кровать, задумчиво зарывшись лицом в подушку, чтобы Ирука мог встать и переодеться, прежде чем осторожно сесть рядом с ним. — Остерегайся Генму, — сказал Какаши, — У тебя лучшая задница, которую я когда-либо видел. Я чувствовал себя грязным, просто наблюдая, как ты растягиваешься, ты такой сексуальный. Ирука застонал, как умирающий кот, и закрыл лицо руками, когда Какаши пошевелился рядом с ним. — Вау, — он поднял глаза и выгнул бровь. — Что? — спросил он, — Если ты собираешься снова сделать комплимент моей заднице, я клянусь… — Нет, нет, — заверил его Какаши, — Ты просто выглядишь совсем по-другому с распущенными волосами. Очень красиво, честное слово. Мягко, сладко, — он швырнул рубашку в угол комнаты и стянул джинсы, затем вытянул одну руку, заложив другую за голову. — Ты все еще хочешь обнимашек? Потому что сейчас самое время. Ирука хотел было запротестовать, но его одолел сильный зевок, и вместо этого он тихо буркнул. Он лег рядом с Какаши, положив голову на изгиб его шеи, аккуратно прижав руки к бокам. Какаши опустил руку на бедро младшего парня, где гладкая загорелая кожа соприкасалась с пушистыми пижамными штанами. — Куренай думает, что ты здесь самый симпатичный, — пробормотал он хриплым со сна голосом. — А Генма? — спросил Ирука, глядя вверх широко раскрытыми, притворно обиженными глазами лани. Какаши фыркнул и вернул голову на прежнее место. — Ты сам прекрасно знаешь, что все, что хочет Генма — это держать тебя на коротком поводке и смотреть, как ты будешь умолять его взять тебя на любой плоской поверхности, — он сделал паузу, — Или, может быть, посмотреть, как ты целуешься с грудастыми женщинами, а затем трахнуть вас всех самыми всевозможными способами. Ирука фыркнул и придвинулся ближе к Какаши. — Не позволяй ему прикасаться ко мне, — потребовал он, — Если рука этого человека окажется в футе от моей задницы, я, блять, отрублю ее. — Хорошо, — пробормотал Какаши и нежно сжал его, — Поверь мне, я не подпущу его ни к тебе, ни к Куренай. И Асума в любом случае оторвет ему голову, если он попытается добраться до нее. Эй, можно мне поиграть с твоими волосами? «Он действительно милый», — подумал Ирука, — «Хотел бы я найти такого парня, как он.» — Да, конечно, — он сонно сопел в плечо Какаши, пока длинные прохладные пальцы пробирались в его волосы, нежно поглаживая шелковистые пряди, — Чувствую себя прекрасно… Какаши негромко рассмеялся, его грудь вибрировала под щекой Ируки. — Правда? — Ммм, — утвердительно пробормотал он. Какаши нежно гладил его, заправляя волосы за ухо и проводя пальцами по изгибу шеи. Ирука вздохнул от блаженства. Он спал в одной кровати со своим крашем, на котором были только боксеры, и тот перебирал его волосы. Он не мог припомнить, чтобы когда-нибудь раньше чувствовал себя так тепло и безопасно. Естественно, он уснул через несколько минут.

***

Он проснулся от шороха и медленно открыл глаза, сразу замечая, как Какаши пытается вытащить свою руку из-под головы Ируки. Он улыбнулся, когда увидел большие карие глаза, устремленные на него. — Доброе утро, — пробормотал он, убирая прядь волос Ируки с лица, — Сейчас только девять, спи. Я пойду приготовлю завтрак вместе с Гаем. Тебе достаточно тепло? — Мм… — Ирука уткнулся носом в отдаляющуюся ладонь, и Какаши услужливо обхватил его щеку, — …Каши. — Да, милый, я знаю. Давай, ложись, — он натянул одеяло на плечо Ируки и снова зачесал его волосы назад, — Хочешь, я разбужу тебя, когда завтрак будет готов? — Ммм… — Ирука снова закрыл глаза, наслаждаясь поглаживанием Какаши. — Хорошо, — прошептал высокий мужчина с обожанием в глазах. В какой-то момент он поменял свою маску на свежую, но он все так же оставался в одном нижнем белье. Он в последний раз нежно погладил Ируку, а затем встал и принялся искать хоть какие-то штаны. Когда дверь закрылась, Ирука уже спал.

***

— Просыпайся, принцесса, — раздался знакомый голос. Ирука медленно открыл глаза, когда по нему пробежал холодок, и тут же отпрянул от руки Генмы на своей груди, поглаживающей один из его сосков. — Эй! — взвизгнул он, падая с низкой кровати на пол. Дверь позади Генмы распахнулась, и высокая фигура сделала три больших шага через комнату и схватила Генму сзади за рубашку, оторвав его от паркета и отбросив назад к стене. — Ау! — заскулил Генма, свирепо глядя на фигуру, — Хорош, он не только твой! Эгоистичный ублюдок. — Считай, что он под моей защитой, — предупредил Какаши низким голосом, — Тронь его еще раз, и я сломаю тебе хребет. Понял? — Ладно, ладно! Понял! Боже… — Генма надулся, — Да ладно, чувак, ты же меня знаешь. Я бы не сделал ничего такого, Господи. Я мастер обольщения, а не насильник. — Ты ведешь себя как обычный подонок, — сказал Какаши, — Если я застану тебя в нашей комнате или еще раз увижу где-нибудь рядом с ним, я лично отвезу тебя в город и оставлю там. Я не потерплю твоего извращения в этой поездке, и я не позволю людям прикасаться к тому, кто принадлежит мне. Генма поднял бровь, и Ирука густо покраснел. — … А мож тройничок? — спросил Генма, и Ирука поморщился, — Вам понравится, отвечаю. Какаши выпнул его за дверь и захлопнул ее перед его лицом, прежде чем повернуться к Ируке. Он осторожно присел на корточки в нескольких футах от парня с широко раскрытыми глазами. — Ты в порядке, Ирука-кун? — осторожно спросил он. Ирука медленно выдохнул и встал, положив руку на плечо Какаши. — Да, — сказал он, — Просто это было неожиданно. Какаши смущенно пожал плечами. — Я прослежу, чтобы он держался подальше от нашей комнаты, — пообещал он, — Прости, клянусь, я бы не пригласил его, если бы знал, что он будет таким. Обычно он довольно спокоен. — Я знаю, — заверил его Ирука, — Я в порядке, честно. Да он даже почти не докоснулся. Только грудь, да и то совсем чуть-чуть. К его чести, он пытался разбудить меня, — Какаши вздохнул с облегчением. — Что ж, мы не позволим этому повториться. О, кстати! Я же блинчики испек, — весело сказал он, — Хочешь? — А то, — нетерпеливо сказал Ирука, — Сейчас найду рубашку, подождешь внизу? — Да, без проблем, — согласился Какаши и вышел, закрыв за собой дверь.

***

Ирука спустился через пару минут, остановив свой выбор на пушистом свитере вместо обычной рубашки — он был большой, мягкий и теплый. На кухне он никого не нашел, поэтому решил прислушаться к шорохам дома. Куренай захлопнула дверь ванной, и он подпрыгнул, повернувшись к ней лицом. Она ахнула; ее взгляд метнулся через плечо Ируки, и она усмехнулась. — У Какаши в глазах сердечки, — пропела она, указывая на что-то позади него. Ирука обернулся и замер при виде Какаши, уставившегося на него широко раскрытыми глазами через окно. — З-завтрак снаружи? — пискнул он Куренай, которая утвердительно кивнула. Он последовал за ней на улицу. — Привет, Ирука-кун, — сердечно поздоровался Генма. Ирука сморщил нос, скорчив гримасу. Генма сделал успокаивающий жест и встал со своего стула, приглашая Умино присесть. Паренек нерешительно уселся. — Полегче, полегче, я просто хотел извиниться за то, что ранее напугал тебя, — вежливо сказал он, — Я перешел все границы. Ирука настроженно посмотрел на него, но он казался искренним, когда занял свое место справа от парня. Он немного расслабился и наклонился, толкнув его рукой. — Да все нормально, Генма-сан, — сказал он с милой улыбкой, — Я прощаю тебя. Какаши протянул ему тарелку с другого конца стола. — Вот, Ирука-кун. Ты ведь любишь чернику, правильно? — лицо Ируки озарилось и с удовольствием принялся за свой завтрак. — Да! Спасибо, Какаши-сан! Какаши одарил его своей знаменитой улыбкой глазами от Тайры Бэнкс, подливая ему в тарелку еще кленового сиропа. — Я надеюсь, тебе понравится.

***

Куренай предложила поиграть в «я никогда не», и Ирука был не очень доволен этим, но он согласился, чтобы не портить всем вечеринку. Он отделился от группы после каякинга (он слегка промок, когда кувыркнулся в озеро), чтобы пойти переодеться, и Какаши последовал за ним. — Отвернись, или я украду твою одежду, — пригрозил Ирука; Какаши рассмеялся. — Зайка, ты был бы таким чертовски привлекательным в моей одежде, — мягко сказал он, — Не угрожай мне тем, что для меня по факту награда. Ирука поднырнул под его рукой и подошел к маленькому комоду, вытаскивая рандомную футболку. — Черт, сколько мышц у тебя в плечах? — спросил он, снимая свитер и натягивая футболку. Она была ему до колен, — Это же футболка для титана. — Ирука, а ты видел меня раньше без рубашки? — спросил Какаши, и Ирука покачал головой. Прошлой ночью свет был выключен, он ничего не видел. Какаши снял майку через голову и бросил ее в ящик комода, затем развел руками в жесте «ну вот». Ирука старался не пускать слюни, но открывшийся перед ним вид был просто великолепен, и он почувствовал, как к щекам приливает жар. Какаши был широкоплечим и очень мускулистым. Ирука был уверен, что за это тело не грех было бы душу положить. — Святое дерьмо, — выдохнул он. Его лицо покраснело ярче, чем когда-либо, и он быстро отвернулся. Теплые руки коснулись его плеч, и Какаши притянул его в объятия, смеясь ему в ухо. — Ой, Ирука, ты покраснел? — Ирука отмахнулся от него. — Заткнись! — рявкнул он без всякого жара. Какаши снова рассмеялся. — Давай, лучше, поторопись, мы опоздаем к игре, — сказал он. Ирука пошевелился и поморщился. — Что-то не так? Ирука пожал плечами. — У меня… не очень хорошие отношения с алкоголем, — признался он, — Э-э… в выпускном классе средней школы я пошел на вечеринку выпускников, и кто-то постоянно подливал мне все больше и больше спиртного, — он сглотнул, — Эм, ну, оказалось, что это был один из моих друзей, и он продолжал подливать мне напитки всю ночь, из-за чего я очень сильно напился и… проснулся в переулке без рубашки со следами укусов по всему телу. Какаши протянул руку и заключил его в объятия. — Черт, мне жаль, — искренне сказал он, — Я пойду скажу Куренай, чтобы она вместо этого принесла тебе газировку — у нас все равно её тонна. — Спасибо, — пробормотал Ирука. Он взглянул на Какаши из-под челки, — И спасибо, что пригласил меня — я никогда еще так весело не проводил время. Какаши ухмыльнулся. — Да всегда пожалуйста! — весело сказал он, — Я никогда не упущу возможность разделить постель с хорошеньким первокурсником с ланьими глазками. У Ируки снова отвисла челюсть; Какаши усмехнулся и взъерошил ему волосы. — Хорошо, малыш, верни мне мою рубашку, — поддразнил он, игриво сморщив нос, — Она мне еще нужна. — Я думал, я нравлюсь тебе в твоей одежде, — сказал Ирука, игриво надув губы. Какаши фыркнул, качая головой. — Очень нравишься, но не могу же я перед всеми ходить в неглиже, — с чересчур драматичным вздохом Ирука стянул рубашку через голову. Он сделал паузу, прежде чем передать ее, оглядев свое тело, а затем Какаши, и усмехнулся, бросая рубашку старшему мальчику. — Ты будто спортсмен из американского сериала, — сказал он, — А я типичный ботаник. Глаза Какаши искрились весельем, когда он натягивал рубашку, сканируя взглядом торс Ируки. — Ты красавчик, вот кто ты, — поддразнил он, — Милый, мягкий и маленький. Ирука подавился собственным вдохом, его щеки покраснели, и он порылся в комоде в поисках другой рубашки. Какаши неловко усмехнулся. — Ах, извини, — смущенно сказал он, потирая затылок, — Это было за гранью дозволенного. Просто… ты в моем вкусе, понимаешь? Я не привык делить пространство с другими людьми, а ты такой красивый, я просто… да. Мне неловко. Вот… да. Мне очень жаль. Ирука рассмеялся, тихо и неловко, и посмотрел в пол. — Ты… правда думаешь, что я красивый? Просто большинство так не считает. Теплые руки обхватили щеки Ируки и приподняли его голову. — Ирука-кун, ты потрясающий, — сказал Какаши, — У тебя красивые глаза, красивые волосы, красивая кожа. Все так думают — ты вообще знал, насколько ты популярен? Ко мне обращалась куча ребят из нашей старшей школы, пытаясь узнать, есть ли у тебя пара. — Правда?! — Ирука удивленно моргнул, — Никто никогда не признавался мне… Щеки Какаши покраснели, и он отстранился, неловко покашливая. — Да. Эм… Пойду, поговорю с Куренай, насчет газировки. Ирука в замешательстве смотрел ему вслед. «По крайней мере, я знаю, что я ему нравлюсь», — рассеянно подумал он, суша волосы феном и заново их укладывая.

***

Куренай вздохнула и села. — Я никогда не… — она сделала паузу, окинув всех взглядом, а затем фыркнула, — Я никогда не пробегала сорок с лишним кругов по спорткомплексу, чтобы убедить преподавателя физкультуры, что я больше подхожу на роль учителя, чем он. Какаши и Гай одновременно застонали и подняли свои бокалы со Спрайтом и мигом осушили их. — Это было один раз! — Гай заскулил, — И я победил! Я преподавал физру в нашем классе до конца года! — Нашу преподшу потом за это уволили, — невозмутимо произнесла Куренай, — Твоя очередь, Генма. Мужчина даже не колебался, установив прямой зрительный контакт с Какаши. — Я никогда не убеждал всю школу, что мой краш уже встречается с кем-то, просто чтобы к нему никто не подходил, — сказал он. Какаши выругался себе под нос и сделал глоток. Ирука поднял бровь. — Это правда? — спросил он, ухмыляясь, — Да ладно. Ты? Абсолютный отличник, образцовый ученик, гений Хатаке Какаши наврал куче людей, что его краш с кем-то встр… — он замолчал, его глаза расширились, когда он вспомнил разговор в их комнате. — О боже, — прошептал он, — Это я. Вот что ты имел в виду пару минут назад, вот почему никто не подошел… О Боже, Какаши-сан. Куренай ухмыльнулась, а Асума расхохотался. — Спалили чёрта! — прокричал он, — Твою мать, ты реально не шутишь?! Вот ты идиот. — Просто заткнись и задавай вопрос, — пробормотал Какаши, — Я думаю, вы все уже достаточно смутили меня. — А я задам, — сказал Асума. По тому, как он ухмыльнулся своей жене, Ирука понял, что ничего хорошего из этого не выйдет. — Мне никогда в средней школе не снился мокрый сон о мальчике, который играл в футбол, — сказал он, сдерживая смех. Какаши застонал. — Это день «опозорь Хатаке»? Это было в средней школе! Не то чтобы я планировал даже встречаться с ним! Кроме того, квотербеки сексуальны. Уверен, что многим людям, вероятно, также снились влажные сны и обо мне. — Еще какие, — кивнул Ирука, небрежно осушая свой бокал, — Мои друзья на такой вопрос осушили бы всю бутылку. В основном я, конечно, но Анко и Мизуки тоже всегда были неравнодушны к мускулам. Какаши побледнел, потрясенно оглядываясь, а Куренай прочистила горло. — Я думаю, на сегодня достаточно, — заявила она, — Мне хочется подвигаться; кто хочет поплавать на западном пляже? Ирука покачал головой. — Я только что высушил волосы, поэтому нет. Какаши пожал плечами. — Я просто не в настроении. Все остальные согласились, и вскоре в домике остались только Ирука и Какаши. Ирука вздохнул. — Не хочешь пойти в горячую ванну? — тихо спросил он, — Я имею в виду… Я могу держать свои волосы подальше от воды, — он слегка улыбнулся, скрывая страх. Какаши вздохнул. — Почему бы и нет, — сказал он, — Звучит заманчиво. Они переодевались отдельно — сначала Какаши, а затем Ирука, пока старший парень набирал им горячую ванну. Ирука посмотрел на купальник, который Анко упаковала для него в шутку — она, вообще, его для себя покупала в интернете, но вместо обещанных чашечек в лифчике, он оказался просто обычным плоским купальником — и улыбнулся. Он был темно-синим, такое бикини с кружевным рисунком. Он заплел волосы в вывернутую наизнанку французскую косу, которую перекинул через плечо, и направился вниз. Какаши чуть не потерял челюсть, широко раскрытыми глазами осматривая обнаженное тело Ируки, а затем оторвал взгляд и залез в горячую ванну. — Спасибо за ванную, — мягко сказал Ирука, улыбаясь седовласому парню. Какаши пожал плечами. — Забей, — сказал он пренебрежительно, — Где, эм… где ты это взял? Когда мы были на каяках, ты был в шортах. Ирука посмотрел на себя и промурлыкал. — Анко одолжила, — сказал он, — А шорты мокрые, соленые и холодные. Тебе не нравится? Какаши покраснел и закашлялся под своей маской. — Нет! Я имею в виду… нравится, — сказал он, отводя взгляд, — Но ты же знаешь, что тебе не нужно мириться с тем, что я так реагирую на тебя, верно? Я не могу перестать пялиться, и я знаю, что иногда это может быть странно. Ты всегда можешь поменяться комнатами с кем-нибудь, если хочешь. Или я могу. Ирука улыбнулся и придвинулся немного ближе, положив голову на плечо студента-физика. — Какаши-сан, — мягко сказал он, — Ты знаешь, что ты мне нравишься. Я счастлив, когда ты так смотришь на меня. Так что не волнуйся. Какаши замер на секунду, но в конце концов, он подвинулся, обнимая Ируку за плечи, притягивая его немного ближе. — Я… хочу извиниться за то, из-за чего они дразнили меня там, — медленно сказал он, — Я знаю, что не должен был этого делать. Я просто… Я так ревновал каждый раз, когда хотя бы думал о том, чтобы увидеть тебя с кем-то другим, и я не мог с этим смириться, поэтому лгал. Мне очень жаль. — Все в порядке, — сказал Ирука, улыбаясь ему, — Я все равно был влюблен в тебя, так что я бы отказал им, даже если бы они пригласили меня на свидание. Но ты знаешь, мы проделали весь этот путь… А ты продолжаешь пялиться, как будто хочешь прикоснуться ко мне… а ведь все остальные в милях отсюда, на пляже… Какаши отпрянул. — О, боже, мне так жаль, — сказал он, поднимая руки, — Я пугаю тебя, оставаясь с тобой наедине и слишком много пялясь? Я обещаю, что ничего не сделаю, правда, тебе не нужно беспокоиться. Ирука вздохнул. — Хатаке Какаши, я нравлюсь тебе в романтическом плане? — прямо спросил он. Какаши моргнул, застигнутый врасплох, но кивнул, — Тогда двигайся ближе и сделай что-нибудь с этим, идиот! — Ирука вскинул руки, — Ты такой тупой! Я прямо сказал тебе, что вижу о тебе влажные сны, говорю, что ты мне нравишься, сексуально одеваюсь, остаюсь с тобой наедине, и ты думаешь, что пугаешь меня? — он разразился хихиканьем, недоверчиво качая головой, — Я хочу, чтобы ты смотрел на меня и прикасался ко мне, — весело сказал он. Какаши, казалось, застыл на мгновение или два — затем он снова пришел в себя, тихо посмеиваясь. — Наверное, я и правда тупой, — признался он, — Слишком беспокоюсь о том, чтобы не отпугнуть тебя. Ну тогда сделаем так. Он наклонился над краем горячей ванны и поднял шнур с выключателем — когда он щелкнул им, волшебные огоньки озарили горячую ванну теплым сиянием. — Вау, — выдохнул Ирука, глядя на них. Какаши подвинулся, садясь рядом с ним, и обхватил руками обнаженную талию, притягивая маленького мальчика к себе на колени. Ирука ухмыльнулся ему. — Вот это уже больше похоже на правду, — тепло поддразнил он. Какаши ухмыльнулся, каким-то образом выглядя одновременно совершенно застенчивым и полностью похожим на кота, которому перепали сливки. — Ты прекрасен, — восхитился он, — Мне это нравится. Тебе идет женская одежда. Медленно, словно нащупывая границы, он провел руками по кружеву и коже, разглаживая горячими кончиками пальцев бугристую ткань, пока она не стала шелковисто гладкой под его прикосновением. Ирука вздохнул, прислоняясь к нему спиной. — Я рад, что тебе нравится, — пробормотал он, прижимаясь к твердой груди, — Можно… можно мне тоже прикоснуться к тебе? — Конечно, — пробормотал Какаши, и Ирука открыл рот, чтобы еще что-то спросить, но Какаши уже протянул руку, снимая маску и откладывая ее в сторону. Ирука разинул рот, широко раскрыв глаза, а старший мальчик усмехнулся, показав идеальные белые зубы. — А тебе нравится? Ирука протянул руку, поворачиваясь, чтобы оседлать его колени, и обхватывая ладонями его лицо. — Ты такой красивый, — пробормотал он, — Зачем ты это прячешь? — Ну уж точно не от тебя, — ответил Какаши, уткнувшись носом в его ладони, — Ты можешь видеть мое лицо, когда захочешь, иначе мне будет трудно поцеловать тебя. — Ты хочешь?.. — прошептал Ирука, — …Поцеловать меня? Какаши просиял, обхватив его шею сзади нежными руками, привлекая его к себе. — Мечтаю, — прошептал он. Когда губы Какаши коснулись его губ, Ирука поклялся, что его сердце растаяло. Поцелуй был мягким. Какаши наклонил голову, меняя угол, и Ирука ахнул. Это было тепло, нежно; губы Какаши были немного потрескавшимися, но были такими потрясающими. Он сейчас засовывает свой язык внутрь? — единственный раз, когда он когда-либо целовался, был в пятом классе, на спор, с Анко, и оба участника согласились, что это было отвратительно. Медленно, неуверенно он приоткрыл рот. Какаши тихо хмыкнул, обнимая его немного крепче, как будто хотел похвалить его. Он лизнул нижнюю губу Ируки, а затем скользнул внутрь. Ирука ахнул. Это было по-другому — странно, но горячо, совсем не так мерзко, как он ожидал. Язык Какаши скользнул в его рот, чувственно касаясь его собственного языка и облизывая внутреннюю сторону щеки, как будто исследуя. Не зная, как еще ответить, Ирука тихо застонал. Какаши резко выдохнул, и под водой Ирука почувствовал, как в плавках Какаши начинает расти выпуклость. Он и сам уже возбудился, поэтому застенчиво покачал бедрами, прижимаясь к своей пассии. Какаши застонал ему в рот, слегка наклонив голову. Ирука заскулил, отвечая на поцелуй так хорошо, как только мог, пытаясь скопировать все, что делал Какаши. Бедра Хатаке прижались к его бедрам, и он застонал немного громче. Большие руки скользнули ниже по его талии, поглаживая верхнюю часть его задницы. Какаши прервал поцелуй всего на мгновение, чтобы прошептать: — Останови меня, если ты этого не хочешь. — Не смей останавливаться, — прошептал Ирука в ответ. На этот раз он поцеловал Какаши, соединив их губы и жадно облизывая рот другого мальчика, чтобы подбодрить его. Эти горячие руки опустились ниже, наконец, разминая и сжимая задницу Ируки, и он дернулся, задыхаясь от ощущения губ Какаши на своих. Тот тоже застонал. — Ты сводишь меня с ума, детка, — пробормотал он. Ирука, задыхаясь, рассмеялся, терся о его член, а затем снова о его руки. Какаши прикусил его за ухо, и пламенные поцелуи спустились по шее Ируки — он резко застонал, когда более высокий мальчик прикусил его шею. Какаши остановился, когда добрался до кружева, целуя ткань, как будто избегая ее. Ирука заскулил. — Ты… ты можешь снять это, — сказал он, краснея, — Если ты хочешь. — Правда? — выдохнул Какаши, глядя на него широко раскрытыми глазами. Ирука кивнул, — Х-хорошо! — тотчас же опытные пальцы расстегнули застежки на спине и скользнули влажной тканью вниз по его рукам, — Ах… Ирука… такой красивый. Ирука подпрыгнул, когда Какаши провел языком по одной из его маленьких грудных мышц. — Ч-что ты делаешь? — спросил он. Какаши с любопытством посмотрел на него. — Ты когда-нибудь играл со своей грудью, Ирука-кун? — смутившись, Ирука покачал головой. Какаши хитро ухмыльнулся, — Расслабься, — пробормотал он, — Тебе понравится. Ирука устроился поудобнее, наблюдая, как Какаши оставляет отметины на его груди. Само действие никак его не трогало, но смотреть на это было довольно возбуждающе. Затем Какаши лизнул один из его сосков и накрыл его губами, нежно посасывая, и раскаленные добела вспышки удовольствия пробежали по позвоночнику Ируки. Он вскрикнул, выгибая спину, желая еще, еще — Какаши отстранился и переключил свое внимание на другой сосок, подняв руку, чтобы поиграть со вторым. Ирука откинул голову назад, чуть ли не подпрыгивая на ставшем очень твердым члене Какаши. — Тебе нравится? — пробормотал старший парень, слегка отодвигаясь. Ирука отчаянно закивал. — Да, — выдохнул он, — Мне… мне нужно… мне нужно больше. Пожалуйста? Глаза Какаши расширились, на мгновение метнувшись вниз. Ирука ухмыльнулся. — Трогай меня везде, где хочешь, — прошептал он. Какаши застонал, и в следующую секунду Ирука завизжал, крепко вцепившись в плечи студента-физика, пока его несли в дом, через гостиную, вверх по лестнице и укладывали на кровать. — Мы мокрые, — прошептал он. — Потом поменяю простыни, — пробормотал Какаши в ответ, наклоняясь, чтобы поймать его губы в еще один горячий, тяжелый поцелуй. Его рука скользнула вниз по телу Ируки, пощипывая каждый из его сосков, просто чтобы почувствовать подергивание его бедер, а затем продолжил движение вниз, хватая его за бедро и удерживая его неподвижно, пока он терся о его промежность. — О боже, — Ирука обнял четверокурсника, втягивая его в еще один горячий поцелуй. — Я хочу тебя. Могу я попробовать тебя на вкус? — спросил Какаши, — Я хочу отсосать тебе, или отлизать тебе, да все, что только можно. — Хорошо, — прошептал Ирука, — Да, хорошо. Какаши ухмыльнулся, снова поцеловал его, а затем оставил огненный след по его телу своим острым языком, прикусив ткань на промежности Ируки и потянув ее вниз по загорелым ногам одними зубами. — Даже здесь, — прошептал он, обнюхивая член и яйца Ируки, дразняще облизывая его промежность, – Ты красивый, Ирука-кун. Ты так хорошо пахнешь, детка, черт возьми. Он лизнул длинную полоску на члене своей пассии, и Ирука ахнул, зажимая рот рукой. — О мой бог, о мой гребаный бог, — выдохнул он, когда Какаши медленно взял его в рот, легко делая глубокий минет. Его ноги дрожали, и когда одна свободная рука сжала его задницу, а другая ущипнула за сосок. Он схватил Какаши за волосы. — Это слишком! — причитал он, — Я… я сейчас…! Какаши ухмыльнулся. — Уже? — промурлыкал он, и прежде чем Ирука смог ответить, он начал качать головой вверх-вниз, заглатывая член каждый раз, когда он попадал ему в горло. Ирука кончил с криком и содроганием от лучшего оргазма в своей жизни. Дрожа, он рухнул на кровать. — О боже, — выдохнул он. Какаши усмехнулся, его голос был немного хриплым, когда он сел рядом. — Ты это уже говорил. Ирука шлепнул его по руке и тоже сел. — Ты хочешь, чтобы я тоже? — застенчиво спросил он, — Просто знай, я никогда… Какаши нежно поцеловал его. — Все хорошо, детка, — пробормотал он, — Не будем торопиться. Могу я… эээ. Ирука ободряюще гладит его по волосам. — Все можно, — напомнил он мальчику, и Какаши глубоко вздохнул. — Могу я кончить тебе на задницу? — спросил он и поморщился, — Нет, я не имею в виду, внутрь или что-то в этом роде, просто сверху… боже. — Да, — выдохнул Ирука, широко раскрыв глаза, — Да, конечно. Он перевернулся на живот и поджал под себя колени, слегка приподняв задницу. Какаши застонал, как всегда томно и глубоко, но с легким придыханием. Раздался легкий шлепок по одной ягодице — проверка. Ирука застонал, выгибая спину еще сильнее, и Какаши сделал это снова, на этот раз сильнее. Младший мальчик ухмыльнулся в подушку и потянулся назад одной рукой, раздвигая ягодицы. — Ты хочешь кончить сюда? — ласково спросил он. Какаши вздрогнул и оперся о его спину и задницу, громко стеная. — ЧЕРТ! Ирука, Ирука, черт, о черт, о боже, — бормотал он. Через мгновение он встал и осторожно выпрямил ноги Ируки, уложив его плашмя на кровать. — Господи, — пробормотал он, проводя двумя пальцами по беспорядку на заднице Ируки, — Это так чертовски сексуально. Подожди, милый, дай мне тряпку, чтобы вытереть это, хорошо? Ирука кивнул, наблюдая с полускрытой улыбкой, как Какаши суетился по комнате и в ванной, убирая сброшенную одежду и разыскивая тряпку, чтобы намочить ее под теплой водой. В конце концов, он вернулся и тщательно вытер его. — Оставайся на месте, хорошо? — тихо спросил он, и Ирука был бессилен отказать ему. Секунду спустя нежные руки легли ему на спину, снимая с него все напряжение. Он промурлыкал, наполовину вопросительно, наполовину удовлетворенно, и был вознагражден сладким поцелуем в макушку. — Человеческие позвонки, на самом деле, не предназначены для собачьего стиля, — весело сказал Какаши, — Я знаю, что формально мы не трахались, но я хочу сделать все, чтобы убедиться, что тебе не больно. Ирука просиял и перевернулся, залезая на колени своего возлюбленного. — Ты такой милый, — проворковал он, — Какаши, могу я рассказать всем, какой мой парень милашка? — Ты хочешь быть моим парнем? — удивленно спросил Какаши. Затем широкая улыбка озарила его черты, и он нырнул в долгий, легкий, счастливый поцелуй, лениво переплетая свой язык с языком Ируки и время от времени отстраняясь для более коротких поцелуев. — Можно? — спросил Ирука, укладываясь на кровать. Какаши протянул руку, и Ирука счастливо прижался к нему, уткнувшись носом в пространство под его подбородком. Какаши погладил его по волосам, обвивая другой рукой талию парня. — Мы флиртовали все выходные, мы обнимались, мы признавались друг другу в любви и у нас был условный секс, — весело сказал он, — Конечно, мы можем встречаться официально, балда! Я бы с удовольствием назвал тебя своим парнем! Ирука просиял и обнял своего возлюбленного, уткнувшись лицом в его грудь и вдыхая его запах. — Я так счастлив, — прошептал он, чувствуя, как слезы наворачиваются на глаза. Он шмыгнул носом, пряча лицо в шее Какаши. Теплые руки гладили его по спине и волосам, а нежные поцелуи согревали лоб и шею. — Я знаю, мой маленький, — нежно прошептал Какаши ему на ухо, — Я тоже. Я тоже. Ирука кивнул, уткнувшись носом в бледную кожу перед собой, и тихо вздохнул, закрыв глаза, чтобы просто… чувствовать.

***

Должно быть, он заснул, потому что, когда он проснулся, он был один, на него были натянуты одеяла, а снизу доносились голоса. Ирука оделся, натянув большой свитер с эмблемой колледжа и пижамные шорты, и последовал на веранду. Рядом уже стоял нагретый мангал, и на нем жарились хот-доги. — Привет, милый, — поприветствовал Какаши. Ирука подпрыгнул и обернулся, и четверокурсник ухмыльнулся, целуя его в висок через новую хирургическую маску. Куренай помахала ему рукой. — Ну и как он? — небрежно спросила она. У Ируки отвисла челюсть. — Ты… как ты…? — он замолчал, зажав рот ладонью, чтобы остановить смущенное заикание. Она подняла кусок синей ткани с лямками и подняла бровь. — Кто-то оставил маску, половинку от сексуального купальника и мокрые следы прямо в коридоре, — сказала она, ухмыляясь, — Да и труда догадаться особо не было. Мы же знали, что вы нравитесь друг другу и все мы ждали такой исход. Итак, каков он? Ирука покраснел, когда занял свое место, натягивая рукава на запястья. — Очень хороший, — пробормотал он, — Мне понравилось. А еще он был очень заботливым и милым, и сейчас мы встречаемся. — О, даже так! — обрадовался Гай, вскакивая с места, чтобы крепко обнять Ируку. Ирука поморщился, но позволил ему это сделать. Когда перевозбужденный Гай отодвинулся, чтобы вернуться к своему хот-догу, Какаши скользнул на стул рядом с ним с другим хот-догом на палочке, который он передал Ируке. — Хорошо спалось? — спросил он. Ирука кивнул. — Как долго я был в отключке? — поинтересовался он, склонив голову набок в сторону старшего парня. Какаши пожал плечами. — Может быть, часа два? Я не знаю, сколько было времени, когда мы поднялись наверх. Вот, возьми, — он завернул хот-дог в булочку, снял ее с палочки Ируки и передал ему, когда младший мальчик положил палочку в огонь, чтобы сжечь излишки. — Спасибо! — воскликнул Ирука, и остаток ночи они провели в безмятежности, а когда пришло время ночного кино, Какаши даже позволил Ируке свернуться калачиком у него на коленях. Ирука не помнил, что бы когда-либо в жизни ему было так весело.

***

Той ночью Какаши свернулся калачиком вокруг него в их постели, положив подбородок ему на плечо и играя с длинными каштановыми волосами. — Мне нравится, когда они распущены, — пробормотал он, — Они такие мягкие… Ирука хихикнул, откидываясь назад, пока его тело не оказалось плотно прижатым к груди Какаши. — Я могу носить их так почаще, если хочешь, — тепло сказал он, — Дома, например. — Я был бы рад, — пробормотал Какаши. Сердце Ируки забилось сильнее, и он перевернулся, прижимаясь к своему парню и нежно обхватывая его щеку ладонью, чтобы запечатлеть мягкий, обожающий поцелуй на открытых губах. — У тебя усталый голос, — пробормотал он, — Спи, детка, все в порядке. Нам предстоит долгая поездка. — Что есть, то есть, — вздохнул Какаши, — Спокойной ночи, Ирука. Сладких снов. Ирука крепко обнял своего парня, обняв его за плечи. — Тебе тоже, Какаши-кои, — прошептал он. Сон овладел им быстрее, чем когда-либо прежде.

***

Ирука проснулся от того, что кто-то нежно провел пальцами по его волосам, что-то напевая глубоким мелодичным голосом. Он не открывал глаз, глубже прижимаясь к теплу объятий и наслаждаясь вибрацией под своей щекой. Какаши сделал паузу, затем усмехнулся, одна рука скользнула вниз по чужому бедру, крепко обнимая его. — Доброе утро, ангел, — пробормотал он, и его голос был грубым и низким. Ирука улыбнулся, скользнув рукой по его груди. — Доброе утро, Какаши, — прошептал он в ответ. Он все еще не открывал глаза, довольный тем, что смог еще немного потискаться со своим парнем. Они лежали неподвижно еще несколько минут, прежде чем неохотно поднялись, чтобы начать собирать вещи и загружать машину вместе с остальными. На обратном пути они заехали в местный Помпончик, а затем сели в машину и приготовились к долгой дороге домой. Ирука положил голову на плечо Какаши, закрыв глаза, пока длинные пальцы перебирали его конский хвост, рассеянно играясь с ним. Нежный, скрытый маской поцелуй коснулся его лба, и он улыбнулся, возвращая этот жест на шею своего парня. Какаши поправил хватку на чужой талии, крепко прижимая парня к груди и баюкая, как самого любимого дитёнка. Ирука даже не помнил, как заснул, но когда он в следующий раз открыл глаза, то увидел проливной дождь и услышал отдаленные раскаты грома. Он вздохнул, крепче прижимаясь к груди Какаши, и тот издал тихий звук. — Тебя разбудил гром, детка? — спросил он, на мгновение стягивая маску, чтобы нежно поцеловать Ируку в волосы. Брюнет покачал головой и обнял Какаши за плечи, крепко прижимая к себе. Какаши нежно погладил его вверх и вниз по спине. — Спи, — прошептал он, — Я разбужу тебя, когда мы будем дома. — Ты тоже в общаге живешь? — пробормотал Ирука, глядя на своего парня. — Да, дурень, даже в одном с тобой здании. Я отведу тебя в твою комнату. — М-м, мой парень такой джентльмен, — поддразнил Ирука, уткнувшись носом в шею Хатаке. Какаши восхищенно заворковал и крепко прижал его к себе, так что Ирука поцеловал его в щеку и устроился поудобнее, чтобы проспать остаток пути.

***

— Ру. Детка, проснись. Ирука заворчал, плотнее сворачиваясь в тепле под ним. Какаши тихо рассмеялся, и Ирука почувствовал, что движется. Затуманенным взором он открыл глаза и обнаружил, что Какаши несет его, держа свои руки под его бедрами. Он моргнул. — Хм? — спросил он, глядя на четверокурсника. Какаши поцеловал его в лоб. — Мне нужен твой ключ, ангел. Твоя комната заперта. — О, черт, — Ирука порылся в кармане своей толстовки и достал металлический ключик, отпирая дверь, когда Какаши осторожно поставил его на ноги. Какаши проводил его легким взмахом руки и направился наверх, в свою комнату на последнем этаже здания.

***

Следующие три недели Ирука был настолько завален домашними заданиями и тестами, что вообще не встречался со своим парнем — Какаши и сам был занят своими собственными тестами и промежуточной аттестацией. Он сидел в общей комнате и занимался, когда к нему подошел парень. Его звали Мизуки; президент студсовета, третьекурсник с длинными серебристыми волосами и тревожным выражением лица. Он улыбнулся первокурснику, сидевшему рядом с ним на диване. — Привет, — сказал он, — Умино Ирука, верно? Ирука кивнул, слегка неловко улыбнувшись в ответ. — Да. Что я могу для вас сделать, Мизуки-сан? Мизуки положил руку ему на плечо. — Я хотел спросить, не хочешь ли ты пойти со мной на свидание, — прямо сказал он. У Ируки отвисла челюсть, и он покраснел. Мизуки усмехнулся. — Этот парень Хатаке распускает слухи о том, что вы двое — пара, но я ни разу не видел вас вместе. Ты довольно симпатичный, поэтому я решил спросить. Ирука отодвинулся, убирая руку Мизуки со своего плеча и неловко прочищая горло. — Эм… извините, Мизуки-сан, — сказал он, — Я не могу ответить на твои чувства — Какаши мой парень, у нас просто не было времени с тех пор, как начались промежуточные экзамены. — Ах, а как насчет свободных отношений? — настаивал Мизуки, его улыбка стала более острой, — Я догадывался, что у кого-то такого маленького и милого, как ты, должен быть парень, так почему бы ему не поделиться тобой с другими? — Нет! — выпалил Ирука, вскакивая, — Почему ты вообще спрашиваешь о чем-то подобном?! Мне нравится Какаши-кои, а ты нет! Я не хочу быть ни с кем другим! — Да ладно, Ирука, не заставляй меня настаивать, — вздохнул Мизуки, — Я не хотел этого делать, но тебе, должно быть, нравится усложнять ситуацию, а? Одна ночь, или как администратор второго этажа и глава студенческого совета, я добьюсь, чтобы тебя выселили из общежития. — Ч-что? — прошептал Ирука, раззинув рот. Мизуки пожал плечами. — Проведи одну ночь в моей кровати, где мы будем долго и страстно трахаться. Или ты можешь позволить мне прикоснуться к твоей груди прямо сейчас. Давай, вокруг никого нет. Сделай это, и я тебя не выселю. Сердце Ируки бешено заколотилось, а глаза расширились от страха. — Я… мне больше некуда идти! — сказал он со слезами на глазах, — Пожалуйста, не надо! Ты мне не нравишься, и я не хочу, чтобы ты прикасался ко мне, так что, пожалуйста! — Давай, детка, еще немного. Это никому не повредит — держу пари, тебе даже понравится, а? Просто позволь мне прикоснуться к твоей груди, и ты сможешь остаться в общежитии. Ты же не хочешь, чтобы тебя выселили, верно? Так что подними свою рубашку. Ирука попятился к стене, слезы страха текли по его щекам — затем чья-то рука схватила Мизуки за плечо и дернула его назад. — Что ты ему только что сказал? — Какаши зарычал, яростно глядя на него, — Ты гребаный психопат. Позади него стояла небольшая толпа студентов, все они в недоумении смотрели на эту сцену. Какаши схватил его за рубашку и швырнул обратно к ним, наблюдая, как он споткнулся и растянулся на плитке. Ирука подбежал к своему парню, прячась у него под боком, когда сильная рука обхватила его, чтобы крепко обнять. — Мизуки-сан пытался шантажировать студента? Шепот стал громче, и Какаши поцеловал волосы Ируки через маску. — Если я когда-нибудь снова увижу тебя рядом с ним, я вырву тебе глаза, — прорычал он, — Не прикасайся к нему, не разговаривай с ним, даже не смотри на него. Ты отвратителен. — Он набросился на меня! — сказал Мизуки с дикими глазами. Ирука покачал головой и спрятал лицо на плече Какаши, — Я занимался своими делами, и он сказал мне… он сказал, что… — Я слышал тебя довольно отчетливо, — прорычал Какаши, — «Ты же не хочешь, чтобы тебя выселили, верно? Так что подними свою рубашку.» Это чертовски отвратительно. «Он набросился на меня», бедняжка, посмотрите на него! Он плачет — он так напуган прямо сейчас, ты заставил его плакать! Что, блять, с тобой не так?! Мизуки секунду смотрел на него. Кто-то решил позвать декана, и он встал, свирепо посмотрел на Ируку, развернулся на каблуках и убежал в свою комнату. Ирука не выдержал, колени подогнулись, когда первый всхлип вырвался из его горла. Какаши крепко держал его, втирая круги в его спину и бормоча успокаивающие слова ему на ухо. — Каши, — несчастно прохрипел он, прижимаясь лицом к основанию шеи своего парня, — Прости, я думал, он с-собирался заставить м-меня… — Я знаю, — промурлыкал Какаши, — Все хорошо, ты в порядке. Почему ты извиняешься? Ты не сделал ничего плохого. Эй, ты в безопасности, я обещаю. Я не подпущу его к тебе. Ирука всхлипнул, дрожа, даже когда Какаши обнял его, погладил по волосам и успокоил его нежно, терпеливо, с любовью. — Я… Я бы сделал, что он просил… Я собирался это сделать, — прошептал Ирука, затем снова разразился судорожным всхлипом, — Я и-испугался — он старше меня! И, и он резидент, и я не… если меня выселят, куда я пойду…? — Малыш, тише-тише, — проворковал Какаши, потянув его вниз на диван и к себе на колени, — Шшш. Я все понимаю. Ты был напуган и ты прав, он старше и злоупотребляет своей властью. Ты не сделал ничего плохого — даже если бы ты позволил ему что-то сделать, единственный человек, на которого я бы злился, — это он, ясно? Все в порядке. У меня есть ты, мой маленький. — Подождите, вы, ребята, действительно встречаетесь? — спросил кто-то; девушка, которую Ирука никогда раньше не видел. Он кивнул, вытирая нос рукавом, и смущенно прижался к груди Какаши. — Да, — сказал Какаши, все еще поглаживая его, — Вот и все, милый. Пойдем в мою комнату, ладно? — Ирука кивнул, — Ты хочешь идти пешком или хочешь, чтобы я тебя нес? — Я пойду пешком, — пробормотал младший мальчик, поднимаясь и крепко вцепляясь в руку Какаши, пока его тащили через толпу вверх по лестнице.

***

Стук в дверь заставил Ируку проснуться; он лежал совершенно неподвижно, плотно прижавшись к груди Какаши, не готовый покинуть свое теплое, безопасное место. — Войдите, — пророкотал четверокурсник, а затем знакомое пятно черного и красного ворвалось в комнату и тут же застыло. — ИРУ… о, о, — прошептала Куренай. Позади нее Асума зажал рот Гая ладонью, — О, бедняжка, он плакал, пока не уснул? — Да, — вздохнул Какаши, и длинные пальцы пригладили распущенные волосы, — Вы слышали? — Мизуки уже исключили и выселили за сексуальные домогательства, издевательства, попытки начать отношения между студентами и преподавателями и шантаж, — сообщила она, — С этого момента Ирука будет в безопасности. — Отлично, — вздохнул Какаши, — Он был так напуган, Куренай. Рыдал навзрыд и обнимал меня так, будто он умрет, если я его отпущу. Мне так сильно хотелось врезать этому парню. — Хорошо, что сдержался, — просто сказала Куренай, — Бедный Ирука-кун… он выглядит таким усталым и милым. Как кто-то мог хотеть причинить боль такому ангелу? — Он, блять, не хотел причинять ему боль, — прорычал Какаши, — Он хотел принудить его. Ублюдок хотел его. Ирука пошевелился, встревоженный гневом в тоне Какаши. Он поднял одну руку, вслепую скользя ею по груди и шее Какаши, чтобы обхватить его подбородок и провести большим пальцем по скуле над маской. — Он не сможет прикоснуться ко мне, — прошептал он, — Я твой, и ты защитишь меня. Верно, Какаши-кои? Тогда Какаши удивил его, стянув маску на глазах у всех и прижавшись губами к губам Ируки, и крепко обнял его. — Да, — твердо сказал он, — Для этого и существуют бойфренды. Ирука промычал в знак согласия и снова опустил голову, и они впятером (вшестером, когда урок Генмы закончился и он присоединился к ним) разговаривали и смеялись, пока не зашло солнце. В конце концов, все разошлись, и остались только Какаши и Ирука, уютно завернувшиеся в объятия друг друга и одеяла.

***

Ирука, на самом деле, так до конца и не понял, почему Сарутоби Асума пригласил в путешествие именно его. Но когда он вновь прижался к своему парню, чувствуя поцелуи Какаши на своем лбу и нежные пальцы, поглаживающие его по спине, он не мог отделаться от мысли, что отчасти рад этому.