Kakairu Oneshots

Ирука думал, что старшая школа станет новым началом. Он думал, что наконец-то сможет развеять образ тихого, зацикленного на книгах, застенчивого, по большей части одинокого ботаника и, наконец, присоединиться к спортивной команде — не баскетбольной, они не брали парней ростом 5 футов 6 дюймов и 155 фунтов. Американский футбол тоже не катит: он умрет раньше, чем на поле выйдет. Так почему бы ему не попробовать себя в обычном футболе! Да, этот год точно станет началом новой главы в его жизни! Этого не произошло. Он не прошел в команду, его начали высмеивать еще больше, чем в прошлые года, и, к сожалению, группа мальчиков, которая раньше постоянно цеплялась к нему, в этом году училась с ним в одном классе, а его единственная подруга Анко — нет. Анко прошла в команду американского футбола, играла вроде центровым — Ирука понятия не имел, как работает футбол, хорошая это позиция или не очень, но подружка была счастлива, и это самое главное. Он хотел бы быть таким же, как она.

***

Дела шли неплохо до конца первой недели, когда все начали привыкать к новому распорядку. До сих пор Ируку ничего не беспокоило, поэтому он осмелился принести бенто. — Надо же, — прошептал хулиган перед ним, — Кое-кто зазнался — он думает, что он лучше других, верно? Нам следует вернуть его обратно на землю. Ирука покачал головой, доставая свой обед. Он не отрывал глаз от доски, очень стараясь не встречаться взглядом с приставшей к нему компашкой. В поле зрения появилась рука и схватила его бокс, стащив его со стола. — Эй, ты принес нам еду! — прокричал один из самых дерзких пацанов, — Спасибо! — Э-эй, — попытался запротестовать Ирука, задаваясь вопросом, изобьют ли его сегодня или пронесет, — Пожалуйста, верни мне обед; у меня не хватает денег на буфет. Я принесу тебе завтра ланч, если ты отдашь мне этот обратно! — Ты завтра принесешь денег нам на обед, — раздраженно сказал другой парень, — Сегодня придется давиться твоей стряпней. Ирука откинулся на спинку стула, не обращая внимания на урчание в животе. — Эй, Хатаке! Иди посиди с нами! — позвал один из мальчиков. Сердце Ируки заколотилось очень сильно, очень внезапно. Что блять. Хатаке Какаши? Бэдбой, квотербек Хатаке Какаши? Тот самый, у которого есть мотоцикл, кожаная куртка, мускулы как у греческого бога, тот самый краш Ируки, ХАТАКЕ КАКАШИ учится с ним в одном классе?! Он вскинул голову и встретился взглядом с экзотическими, прищуренными угольно-черными глазами. Застыв, он больше ничего не мог делать, кроме как наблюдать, как Хатаке склонил голову набок, вероятно, замечая румянец на его щеках, украденный бенто в руках хулиганов, теперь уже наполовину съеденный, или то, как жалко он скрючился над своим столом. — Почему ты спрашиваешь? — холодно сказал он и повернулся обратно. У нескольких хулиганов отвисла челюсть, и один из них швырнул почти пустой бенто обратно в Ируку. Он вскрикнул, когда рис и соевый соус забрызгали всю его толстовку, пропитав не очень водонепроницаемый материал и испачкав его, вероятно, безвозвратно. — Упс, — усмехнулся самый подлый из компашки — Мизуки, — Лучше иди умойся. Ирука сердито вздохнул и отодвинул свой стул, стараясь не выбежать из класса. К счастью, туалет был пуст, поэтому он снял толстовку и включил воду. Дверь за его спиной скрипнула, но он не обратил на это внимания. Затем чья-то большая рука опустилась ему на плечо, и он отпрянул, резко вздыхая. — Вам не надоело? — спросил он. Кто-то промычал, и он посмотрел в зеркало, затем побледнел, — А-А! Х-Хатаке-сан! — Это была моя вина, что они бросили это в тебя?.. — спросил Хатаке, нахмурив брови, — Прости… Я не хотел, чтобы это произошло. Возьми мою куртку, сейчас холодно. Заболеешь. Ирука покраснел и отвел взгляд, возобновив свои попытки вытереть соевый соус с ткани. — Я… Все в порядке, ты не обязан, — быстро сказал он, — Тогда тебе будет холодно! И в любом случае, это была не твоя вина, я просто подумал, что кто-то из друзей Мизуки зашел! — Они беспокоили тебя раньше? — спросил Хатаке, облокотившись на край раковины рядом с ним. Ирука сглотнул. — Эм… ну, мы несколько лет вместе учимся в одном классе. Ах… иногда я покупаю им еду, вот и все. — Или они крадут твой обед, называют его дерьмовым и швыряют в тебя, — возразил Какаши, приподняв бровь, — Эй, это довольно хреново. Если ты… тебе нужна помощь? Я могу поговорить с ними. И еще, зови меня Какаши. Хатаке-сан — мой отец. Сердце Ируки бешено затрепетало. Что?! Он всегда был таким милым?! — Ах! В этом действительно нет необходимости, — сказал он сквозь смущенный румянец, — Мне жаль, что тебе пришлось это увидеть, но я не думаю, что твое вмешательство как-то повлияет на ситуацию. — Эй! — Какаши нахмурился, когда поднял глаза, — Слушай, просто… если ты передумаешь, ты знаешь, где меня найти. Хорошо? Ирука выдавил вымученную улыбку. — Да. Спасибо. Когда он вернулся в класс, на его стуле висела кожаная куртка — Какаши там уже не было. Не долго думая, Ирука натянул куртку на плечи.

***

— Чувак, пожалуйста! Просто приходи поболеть за меня! Это наша первая тренировка в этом году, давай! — Анко не отставая следовала за ним по коридору. Ирука застонал и развернулся. — Хорошо! Ладно! — раздраженно проворчал он, — Я все равно должен вернуть куртку Какаши. Глаза Анко расширились, и она медленно улыбнулась. — Братан. Почему у тебя куртка твоего краша?! — А еще громче слабо?! — зашипел Ирука, зажимая ей рот рукой, — Мы учимся в одном классе, тупица! Мизуки и его дружки перевернули мой бенто прямо на меня, и он поступил очень мило, оставив свою куртку на моем стуле. А еще он ушел с урока, поэтому у меня не было шанса отдать куртку раньше! Анко хихикнула, а затем лизнула чужую ладонь. Ирука издал звук отвращения и убрал руку, вытирая ее о джинсы. — Ты так влюблен в него, — хихикнула девушка, обнимая Ируку за плечи, — Это как-то немного по-гейски. — Заткнись, дура, — пробормотал брюнет, отталкивая её руку и неохотно следуя на поле.

***

Было очень холодно. Ирука снял куртку и побрел вслед за Анко к полю. Найти Какаши было нетрудно — при росте 6 футов 4 дюйма он возвышался над другими членами команды. Ирука подбежал к массивному парню, прежде чем сила воли покинула бы его. — Э-э… К-Какаши? — позвал он, ругая себя за заикание, которое появлялось только тогда, когда он нервничал. Какаши с любопытством посмотрел вниз. Его лицо просияло, когда он увидел мальчика, и Ирука покраснел, не привыкший к тому, что ему улыбаются. — Ты пришел посмотреть, как мы тренируемся? — нетерпеливо спросил Какаши. Ирука пожал плечами. — Анко заставила меня прийти, и я все равно должен был увидеть тебя — куртку вернуть. Спасибо за неё. Какаши удивленно моргнул. — О, можешь оставить её себе, — сказал он, — Особенно, если останешься на трибунах; здесь чертовски холодно, и ты не будешь двигаться, как мы, — он поднял руку и взъерошил убранные в хвост волосы Ируки — брюнет оттолкнул его руку с недовольным звуком. Какаши уставился на него на секунду, подпрыгнув, когда тренер закричал на него. Вздрогнув, Ирука понял, что другие игроки уже разминаются на поле. Он покраснел и прочистил горло, затем слегка помахал рукой. — Э-э… удачи, — смущенно пропищал он, — П-прости, что отвлекаю! Он убежал прежде, чем Какаши успел что-либо сказать, взобравшись на трибуну, откуда он мог видеть поле. Когда седовласый парень отвернулся, он снова натянул куртку на плечи.

***

К тому времени, как парни вернулись в раздевалку, уже стемнело. Ирука последовал за ними вниз, пробежав через дверь прежде, чем она закрылась за последним. Анко вскрикнула, когда увидела его — поскольку во всей команде только она была девочкой, она обычно просто переодевалась в мужской раздевалке. Никто из них её не беспокоил, и тренер тоже был не против. — Ирука-кун, ты видел меня на поле?! — воскликнула она, обнимая Ируку за плечи. Брюнет снова оттолкнул её. — Отлипни, ты вся потная! Иди в душ или еще куда-нибудь! — заскулил он, — Да, я видел тебя; мы должны купить тебе футболку с надписью «Абсолютный новичок в футболе». Как думаешь? — Осел, — захихикала Анко, хлопая его по спине, — Твой любовничек вон там — Хатаке! Ирука-кун здесь, ждет тебя! Ирука уставился на Митараши. — Ты конченная сука, — пробормотал он, — Назовешь его еще раз моим «любовничком», и, клянусь богом, я не буду нести ответственность за то, что засунул весь свой кулак тебе в задницу. — Черт возьми, — раздался теплый, знакомый голос, — Я должен вмешаться? Ирука взвизгнул, разворачиваясь лицом к более высокому парню. Он замер, широко раскрыв глаза. Какаши был без рубашки и, очевидно, только после душа; его волосы были мокрыми, и капли стекали по ограненными бриллиантами мышцам его торса. Его бицепсы, вероятно, были больше, чем голова Ируки, отчего тот сглотнул. Этот парень мог швырнуть его, как тряпичную куклу, и он даже не сможет никак на это повлиять. — Земля вызывает Ируку. Ты пришел сюда, чтобы попялиться на горячего парня, или у тебя есть что-то для него? — подсказала Анко. Ирука никогда никого так одновременно не ненавидел и не любил, как её прямо сейчас. — Заткнись! — рявкнул он, полностью осознавая, как сильно он, должно быть, покраснел. — О-о-о, посмотри, какой ты красный! — насмехалась она, — Все в порядке, вся школа влюблена в этого придурка, так что тебя не будут слишком сильно дразнить из-за этого! — Эй, оставь его в покое! — внезапно рявкнул Какаши. Ирука подпрыгнул. Анко расхохоталась и, пританцовывая, направилась к душевым. — Она одна из них? — спросил квотербек. Ирука покачал головой. — Она идиотка, — протянул он, — Но мы с ней дружим с начальной школы. Она хороший человек, но иногда она ведет себя как ебанашка. — А, вот оно что. Ну, тогда извини, что накричал на нее, — извинился Какаши с застенчивой улыбкой. Ирука пожал плечами, его лицо все еще было красным. — Все в порядке, — пробормотал он, — Забери уже свою куртку; ты мокрый, и ты простудишься, если не наденешь ее. Какаши криво ухмыльнулся и оттолкнул руки Умино. — Поверь мне, — сказал он, окидывая взглядом фигуру Ируки, — На тебе она смотрится намного лучше, чем на мне. Оставь её себе, она водонепроницаемая, — Ирука сердито вздохнул и встал на цыпочки так высоко, как только мог, набросив куртку на плечи парня и потянув его вниз на несколько дюймов. — Я не возьму то, что принадлежит тебе, — сказал он тихо, но твердо, — Я живу в пяти кварталах от школы; мне нет смысла забирать её у тебя. Какаши долго смотрел на него, даже после того, как младший отпустил его и отошел, покраснев еще ярче. Затем он ухмыльнулся. — Хорошо, — сказал он, — Только потому, что ты попросил. Если передумаешь — она твоя, понял? Ирука покраснел, но застенчиво кивнул. — Спасибо, — тихо сказал он. На мгновение они оба замерли. Затем, не говоря ни слова, Ирука поджал губы и побежал к двери, оставив раздевалки, а затем и школу позади себя.

***

После этого поползли слухи. — Эй, почему ты не сказал нам, что дружил с этим парнем Хатаке?! — рявкнул один из хулиганов, хватая Ируку за плечо, когда тот проходил мимо него в коридоре, — Чувак… Он жалеет тебя или что? — Я… Я думаю, ему просто не нравится видеть издевательства, — честно ответил Ирука, — И нет… мы не друзья. Он не знал о моем существовании до вчерашнего дня. — Ах. Может быть, он завидует, что у нас есть свой арапчонок, а у него его нет, — хихикнул другой. Мизуки взглянул за спину Ируки и ухмыльнулся. — Что ж, давайте поделимся нашими вещами, — сказал он. Ирука поморщился, — Эй, Хатаке! Иди сюда! — мальчик прижал свои книги к груди, ожидая того же холодного ответа, что и вчера, — но нет, послышались шаги, а затем рука на его плече. Он вздрогнул. — Чего ты хочешь? — прямо спросил Какаши. Мизуки ухмыльнулся. — Мы видели, как ты смотрел на нашего подхалима! — сказал он, — Итак, в качестве жеста доброй воли мы решили поделиться им с тобой. Что скажешь? Он сделает все, что ты попросишь, смотри! Эй, эй, ботаник, сходи купи мне выпить в закусочной! Пристыженный, Ирука стоял неподвижно, надеясь, что в полу разверзнется дыра и поглотит его целиком. Мизуки угрожающе дернулся к нему, и он ахнул, отпрыгнув назад и случайно сбросив руку Какаши со своего плеча. — Что я сказал, ты, маленькая сучка? — прорычал старший мальчик. Ирука смущенно пробормотал извинения и, развернувшись на каблуках, побежал по коридору. — Видишь? Как тебе? Он не слышал ответа Какаши; он уже был за углом и вытаскивал свои деньги из кармана. Он пробормотал, что ему нужно пять спортивных напитков, и передал наличные, осторожно взяв бутылки, чтобы отнести их обратно в коридор, где его ждали хулиганы и Какаши. О, боже. Он надеялся, что Какаши не будет так с ним обращаться — он никогда не смог бы сказать «нет» этому парню. — Видишь?! Вот он! — воскликнул Мизуки, ухмыляясь. Ирука раздал им напитки по очереди; Какаши удивленно моргнул, когда ему тоже протянули бутылку, но осторожно взял её и улыбнулся Ируке сверху вниз. — Спасибо, — тепло сказал он и вытащил свой бумажник, — Думаю, тут хватит. Он протянул пачку денег — их с лихвой хватало на напитки, и Ирука ахнул, пытаясь сунуть ему деньги обратно. — Э-это…! — Какаши покачал головой, смыкая руки Умино вокруг купюр. — Оставь себе, — тепло сказал он, поглаживая мягкий каштановый хвостик, — Это также должно покрыть твой вчерашний обед, — он свирепо посмотрел на хулиганов, и Ирука сглотнул, — Ты не должен приносить еду тому, кто так плохо с тобой обращается. Если бы ты принес это для меня, я бы отнесся к этому как к подобающему подарку. Ирука сглотнул. — Я... Я не настаиваю, — тихо сказал он, — У меня есть деньги. — О? — Какаши взглянул на него сверху вниз, — И сколько ты потратил на них за последние четыре года? — 1730 иен в день, пять дней в неделю? — прикинул Ирука. Какаши нахмурился. — Это… 380600 иен, — сказал он, широко раскрыв глаза, — И сколько они вернули? — Ноль, — пробормотал Ирука. Какаши покачал головой, скривив губы, глядя на хулиганов. — Как мелочно, — прорычал он, — Ты больше не должен этого делать, хорошо? Если они попросят снова, иди ко мне. Я не позволю им причинить тебе боль, опозорить тебя или снова воспользоваться твоей добротой. Понимаешь? Ирука молча кивнул, глядя в пол. — Спасибо, — прошептал он; его голос дрожал. Какаши обнял его за плечи и потащил за собой. — Возвращайся в класс, — мягко сказал он.

***

— Мистер Хатаке! — рявкнул учитель, — Вы опоздали! В кабинет директора, сейчас же! — Утютю, — протянул Какаши, но схватил свою сумку и вышел за дверь. Сразу же на столе Ируки появилась записка, переданная Мизуки, сидевшим на три парты впереди него. «После школы у мусорных баков» — гласила записка, — «Приходи, иначе…» Иначе что…? удивился Ирука, но уточнять не стал. Все будет в порядке; такое уже случалось.

***

Ирука привалился к стене и уткнулся лицом в колени, обхватив их руками, как щит. Его щеку жгло, ребра болели, висок будто горел, и все потому, что кто-то другой заступился за него! — Испортишь наши шансы снова стать популярными, и тебе будет намного хуже, — прорычал Мизуки, угрожающе хрустнув костяшками пальцев, — Увидимся, неудачник. Ирука услышал их удаляющиеся шаги, но не двинулся с места, чувствуя, как на глаза наворачиваются слезы. Он держал губы плотно сжатыми, пока звуки не растворились в тишине, а затем он не выдержал, всхлипывая в свои предплечья, еще сильнее сжимаясь. Было холодно, чертовски холодно, а у него не было куртки, потому что она сейчас валялась где-то в мусорном контейнере, снятая и выброшенная, чтобы они могли причинить ему больше вреда с меньшими усилиями. Он крепко обнял себя и заплакал, жалея себя. Он не знал, как долго просидел там. Через некоторое время стало совсем темно; откуда-то раздалось приглушенное восклицание. На этот раз он поднял глаза, и страх пронзил его сердце. Неужели они вернулись?! Глубокие карие глаза встретились с жидкими черными, а затем Какаши опустился на колени перед ним, потянувшись, чтобы коснуться его щеки. Ирука вздрогнул, но не остановил его, и секунду спустя грубая подушечка большого пальца коснулась его глаза, вытирая слезы. Ирука смущенно шмыгнул носом. Он открыл рот — извиниться, закричать, заплакать, он не знал, что от него ждут, — но Какаши опередил его. — Они избили тебя, — выдохнул он, — Посмотри на себя, ты дрожишь. Черт, как долго ты так просидел? — Я н-не знаю, — несчастно сказал Ирука, прерывисто дыша, когда по его лицу потекло еще больше слез. Он икнул и снова шмыгнул носом, ругая себя за то, что был таким сопляком, но физически не мог оторваться от нежного поглаживания большого пальца по щеке, — О-они позвали меня после ш-школы, я подумал, что они х-хотели наорать на меня, и т-тогда он ударил м-меня и кричал на м-меня, и они все били меня, а потом о-он сказал, что если я испорчу их шансы с-с-снова стать популярными, они сделают только хуже. Он снова всхлипнул, подняв руки, чтобы скрыть свое лицо от смущения, и Какаши подвинулся, усаживаясь рядом с ним у стены. — Шшш, — успокаивал он, — Все хорошо. Я здесь. Тсс. Иди сюда, — он притянул младшего мальчика к себе на колени, и Ирука захныкал, слишком уставший и израненный, чтобы делать что-либо, кроме как свернуться калачиком в теплых, нежных руках, обвивающих его тело, — Это зашло слишком далеко, — мрачно сказал Какаши, — Я собираюсь положить этому конец. — Э-э-э, — промычал Ирука, качая головой, — Будет еще хуже, если ты попытаешься. Обычно они н-не причиняют мне вреда, просто з-з-заставляют меня выполнять какие-нибудь п-п-поручения! — А если они тебя захотят, Ирука? — спросил Какаши, и Ирука сделал паузу, — Что произойдет, когда кто-нибудь из них захочет чего-то большего, чем просто принеси-подай? Что, если ты не сможешь убежать и найти меня? Что ты будешь делать? — О-они этого не сделают! — пронзительно воскликнул Умино, — О-он знает, что я у-укушу е-е-его, поэтому он этого не сделает! — Хорошо, хорошо, прости, — быстро сказал Какаши, крепче обнимая его, — Я просто… ты не позволяешь мне ничего предпринять, и мне не нравится видеть, как они причиняют тебе боль. Что я могу сделать? Прямо сейчас ты дрожишь и истекаешь кровью, так что я могу сделать? Ирука уронил голову на широкое плечо и слабо пожал плечами. Какаши хмыкнул. — Могу я отвезти тебя домой? — мягко спросил он, — Где ты живешь? — Пять кварталов, прямо по дороге, — пробормотал Ирука, — 3315 Макьюэн. У меня болит голова… — Какаши нежно провел длинными пальцами по его волосам, убирая их с виска. Он поморщился. — Господи. У него было кольцо? Выглядит плохо. Наверное, нам следует отвезти тебя в больницу или еще куда-нибудь, чтобы тебя осмотрели. Обещаю, если нам выставят счет, я заплачу, но ты выглядишь так, будто тебе, возможно, понадобятся швы. Ирука покачал головой. — Я в порядке, — вздохнул он, — На самом деле все не так плохо, у меня просто болит голова от удара. Пожалуйста… отвези меня домой? Здесь холодно… Какаши вздохнул, но кивнул. Он наклонился вперед, отстраняясь ровно настолько, чтобы сбросить куртку. Он обернул её вокруг плеч Ируки и поднял его, будто вес парня в его руках был просто… нулевым. — Это немного горячо, — пробормотал Ирука. Какаши испуганно посмотрел вниз, затем фыркнул. — Настоящий пассив, — поддразнил он. Ирука заскулил и снова уткнулся лицом в плечо Какаши, закрыв глаза, когда мир вокруг него закачался. Какаши был теплым, и от него так хорошо пахло. Может быть… если он просто… закроет глаза на секунду…

***

— …ка. Ирука! Глаза Ируки резко открылись, и он растерянно огляделся. Это… они были перед его домом? — Хм…? Уже? Какаши ухмыльнулся ему, все еще держа его в свадебном стиле. — У меня был с собой только один шлем, — объяснил он, — Поэтому я не хотел сажать тебя на мотоцикл. Особенно, когда ты без сознания. Мы шли пешком. Ирука моргнул, затем покраснел. — Ты… ты нес меня всю дорогу домой?! — ошарашенно взвизгнул он, — М-мне так жаль, я не хотел засыпать, просто, ты действительно такой теплый, и я-я… — Какаши прервал парня, мягко опуская его и поддерживая руками за плечи. — Успокойся, все в порядке, — сказал он, дружелюбно ухмыляясь, — Ты довольно маленький, особенно по сравнению со мной, поэтому ты легкий! К тому же, в любом случае, это было не так уж далеко. Ах… ты хочешь, чтобы я зашел и помог немного привести тебя в порядок? — Мм… нет, спасибо, — сказал Ирука, — Прости, что заставил тебя нести меня весь этот путь. Сейчас со мной все будет в порядке. Какаши выглядел неубежденным, но все равно кивнул. — Мне жаль, что это случилось с тобой, — искренне сказал он, — Пожалуйста, скажи мне, если тебе понадобится помощь — я заступлюсь за тебя, когда тебе это понадобится. Ирука кивнул и еще раз поблагодарил его, прежде чем закрыть дверь.

***

Кто-то толкнул Ируку в плечо, когда тот клал сумку с учебниками на стол. Брюнет вздохнул. — Что ты делаешь на моем месте, ботаник? — это был, конечно же, один из футболистов. Ирука нахмурился. — Я пришел сюда час назад, — сказал он, — В библиотеке нет такой функции «зарезервировать столик», тут еще много свободных мест. — Я всегда сижу здесь, так что, блять, подвинься… — он замолчал, услышав довольно громкий кашель. — Это тот самый, который с Какаши! — прошипел кто-то за соседним столиком. Спортсмен побледнел и схватил свою сумку. — Черт, это тот самый парень?! Я не знал! — он бросился прочь, присоединяясь к какому-то парню за соседним столом, опасливо оглядываясь через плечо на заднюю стену. Ирука проследил за его взглядом и побледнел; Какаши стоял, прислонившись к окну снаружи, лицом к парковке. Облако дыма поплыло перед ним, и Ирука вздохнул, наблюдая. Темный взгляд окинул Ируку с ног до головы, а затем Какаши нахмурился. Он исчез из окна, поэтому Ирука быстро опустил взгляд на свою домашку. Черт, неужели я его напугал?! — Привет, — Ирука подпрыгнул, когда большая рука опустилась ему на плечо, — Ты в порядке? Вон те идиоты пялились на тебя, и ты выглядишь немного бледным. — Какаши! — он улыбнулся высокому парню, затем потянулся к своей сумке и вытащил ланч-бокс, — Я в порядке. Вот — за прошлую пятницу. Какаши осторожно взял ланч-бокс, все еще разглядывая парней за спиной Ируки. Он открыл его и взглянул на содержимое. — Т-твой обед? — спросил он в замешательстве, — Эй, ты не обязан! Ты мне ничего не должен, клянусь! Ирука улыбнулся и вытащил свой собственный бокс с обедом. — Вот это мое, — сказал он, поднимая его, — А этот я приготовил специально для тебя сегодня утром. Я надеюсь, тебе это понравится! Все это сделано вручную. Какаши на мгновение разинул рот, широко раскрыв глаза. — Домашний обед от тебя… — протянул он через мгновение, — С-спасибо тебе! Я попробую его прямо сейчас! — он опустился на стул рядом с Ирукой и взял палочки для еды из коробки, с благоговением глядя на ее содержимое, — Это выглядит так хорошо… ты правда сделал все это сам? Для меня? Ирука улыбнулся и скрестил руки на учебнике, кладя на них голову. — Да, — сказал он, наблюдая, как Какаши взял кусочек нигири с креветками, — Это не так уж и трудно! Надеюсь, тебе понравится. Какаши откусил креветку, и в уголках его глаз собрались слезы. — Это так вкусно, — пробормотал он с набитым ртом, — Это лучшая еда, которую я когда-либо пробовал! Ирука покраснел, пряча лицо в руках. — Я рад, — тихо сказал он. Какаши покончил с едой в рекордно короткие сроки, уныло уставившись на пустую коробку, когда он положил в нее палочки для еды. — Хочешь, я отнесу бокс домой и помою? — вежливо поинтересовался он. Ирука покачал головой и убрал его обратно в сумку. — Я сам, — сказал он, — Хочешь еще порцию? Я забыл, что ты намного больше меня… тебе, наверное, и есть нужно намного больше, да? — Ах, нет, ты должен съесть свой ланч! — немедленно сказал Какаши, поднимая руки, — Спасибо тебе за еду, этого было более чем достаточно. Правда. Я не могу поверить, что ты приготовил мне бенто… — После того, что ты сделал для меня? — напомнил ему Ирука, — После этого я бы сделал все, что ты попросишь. Ты как-то упомянул, что… если бы я принес тебе еду, ты бы воспринял это как подарок, так что… Я правда не мог придумать, чем еще тебя отблагодарить, — он пожал плечами, — Есть ли… что-нибудь, что ты хочешь, чтобы я сделал для тебя? — он взглянул на Какаши, и на его смуглых щеках загорелся легкий румянец. — Нет, нет! Как я уже сказал, обед был потрясающим! Ты очень хорошо готовишь, — он засмеялся, как будто смутившись, заправляя выбившуюся серебряную прядь за ухо, — Большое спасибо. Ирука улыбнулся ему и придвинул свою еду поближе, взяв кусочек курицы терияки. — Разделишь со мной? — тихо спросил он, — Я обычно мало ем, всегда еще остается. Я, наверное, мог бы принести нам обоим обед на следующую неделю — я не знал, что тебе нравится, поэтому приготовил все, что умею. Какаши выглядел так, словно оказался на небесах, уставившись на Ируку с сердечками в глазах, пока младший мальчик не покраснел и не опустил голову. — Ты… Ты не обязан соглашаться! — сказал он, — Я понимаю, что в кафетерии готовят лучше, чем я, ничего страшного! Просто, знаешь, если бы ты хотел… — Пожалуйста! — Какаши взвизгнул, — Нет, нет, правда, я просто был удивлен! Ты правда не против?! Я заплачу тебе! Ирука легонько шлепнул его по руке. Какаши только ухмыльнулся ему. — Идиот, — пробормотал брюнет в свои руки, снова скрещивая их перед собой, — Ты не должен мне платить, я люблю готовить. Что ты любишь? Я приготовлю. На несколько мгновений воцарилась тишина. Ирука поднял глаза и подпрыгнул. — Вау-! Ты плачешь?! — спросил он в панике. Какаши притянул его в объятия, не обращая внимания на количество людей вокруг, бесстыдно потираясь щекой о волосы Ируки. — Мне кажется, что мне это снится, — пропел Какаши. Ирука оттолкнул его. — Тогда спокойной ночи! — сказал он, игриво вздернув нос. Какаши пинком отодвинул стул и упал на колени, все еще находясь на уровне плеч своего сидящего одноклассника. — Нет, прости, я не хотел смеяться! — взмолился он, всплеснув руками, — Пожалуйста? Мое любимое блюдо — удон! Он выглядел так нелепо, что Ирука не смог сдержать улыбку, зарождающуюся внутри него. — Пффф-ахахахаха! — он согнулся пополам, пытаясь подавить смех — в конце концов, они все еще были в библиотеке, но библиотекарь ухмылялся им двоим, так что, вероятно, все было в порядке. Наконец, он взял себя в руки и, хватая ртом воздух, вытер навернувшиеся слезы. — Хорошо! — сказал он, лучезарно улыбаясь Какаши, который выглядел довольно сильно потрясенным, — Удон простой, поэтому я приготовлю его для тебя, но в холодном виде он не очень вкусный. Не хочешь прийти ко мне домой сегодня вечером и поужинать со мной? Широко раскрытые глаза Какаши расширились еще больше, приблизившись к размеру тарелки в форме сердца, когда он уставился на Ируку, который просто улыбнулся сквозь смущенный румянец. — Правда?! — ахнул он, — Да! Да, я с удовольствием! Х-хорошо, сегодня вечером?! Ирука кивнул, ухмыляясь странному спортсмену, похожему в данный момент на щенка. — Увидимся вечером, — сказал он с застенчивой полуулыбкой — Анко отчаянно пыталась научить его, как это делать, и, очевидно, тренировки не прошли даром, поскольку из левой ноздри Какаши потекло немного крови. Ирука быстро упаковал коробки с бенто, когда прозвенел звонок. — У тебя кровь из носа, — прошептал он седовласому мальчику, проходя мимо него. Какаши издал приглушенное восклицание и потянулся, чтобы проверить. Неужели Какаши влюблен в меня?! — задался вопросом Ирука, направляясь на следующий урок. О, как это было бы прекрасно…

***

Ирука поставил еду на подставку посередине кухонного стола и расставил посуду. Он жил один; его дядя жил здесь в течение многих лет, но потом съехал. Там произошла какая-то странная ситуация, но Ирука был просто счастлив иметь свое собственное жилье. Конечно, он платил за аренду, но только 20% от того, что зарабатывал в кофейне. Опять же; необычная договоренность, но и Ирука, и дядя были счастливы. Раздался стук в дверь, и Ирука побледнел; у него не было времени переодеться! Черт, он все еще был в своем дурацком синем фартуке! Он боролся с собой десять или пятнадцать секунд, прежде чем решил, что может впустить Какаши, а затем переодеться. Он быстро открыл дверь. — О, вау. Какаши принарядился: на нем была черная рубашка с расстегнутыми тремя верхними пуговицами и стильные рваные джинсы. Он даже как будто бы причесался. — Заходи, извини! Я не ожидал, что ты будешь выглядеть… — он указал на одежду более высокого парня, — Тебе идет. Какаши потер затылок с застенчивой улыбкой. — Не слишком ли я перестарался? Я не знаю, как нужно выглядеть на ужине. О боже, на тебе все еще фартук. Я имею в виду, не то чтобы это… это мило, просто… я рано? Черт, нет, не мило, просто… э-э-э. Да. Ладно, я, пожалуй, перестану выставлять себя дураком и заткнусь, — закончил он, покраснев. — Ты очень хорошо выглядишь, — заверил Ирука квотербека, — Честно. Очень хорошо. Ты не так уж и рано, еда готова! Я пока переоденусь, хорошо? Я весь в муке, — он улыбнулся, — Чувствуй себя как дома! Я сейчас вернусь. — А… ладно, — Какаши улыбнулся ему в ответ, беззаботно и криво, и сердце Ируки заколотилось. Он вскарабкался по лестнице на чердак, где стояла его кровать. — О боже мой, Хатаке Какаши в моем доме. Хатаке, блять, Какаши в моем гребаном доме, и он причесался ради меня и назвал меня милым! Какого хрена?! — он понизил голос до шепота, переодеваясь в выбранный им наряд на ночь: простую белую рубашку на пуговицах и свои самые обтягивающие джинсы. Можете писать заявы в суд, но факт остается фактом; Какаши был здесь, в его доме. Конечно, он хотел, чтобы этот темный взгляд был направлен на его задницу. Черт возьми, парень был горяч. — Так! Извини! — крикнул он, возвращаясь в столовую, — Да, все… готово, — он покраснел и указал на кастрюлю, когда сел напротив Какаши, — Эм… Я надеюсь, тебе понравится! — Ты вряд ли сможешь приготовить что-то, что мне бы не понравилось, — немедленно возразил Какаши, потянувшись за ложкой.

***

Трапеза прошла легко и весело; Какаши был забавным. А еще умным. И даже когда они поели, он остался, чтобы помочь вымыть посуду, настаивая на том, что это самое меньшее, что он мог сделать. Ирука не помнил, был ли он когда-нибудь настолько смущенным. Он простился с Какаши около половины десятого и завизжал от восторга, как только тот ушел; низкий смешок эхом донесся из-за двери, и он ахнул. — Я все слышал, — крикнул Какаши. Ирука не ответил.

***

— Эй, ты! — Мизуки обвил рукой его шею, — Что ты сделал с Хатаке, ха? Почему он так зациклился на тебе? — Я приготовил ему ужин, — ответил Ирука, — Он помог мне добраться домой после того, как вы, придурки, избили меня на прошлой неделе, поэтому я приготовил для него его любимое блюдо в знак благодарности. Это все. Парень свирепо посмотрел на него и пихнул в бок. Ирука споткнулся, покачнулся и врезался в шкафчик. — Ой! Эй! — он нахмурился, глядя на Мизуки, который в ответ только усмехнулся. — А ты думаешь, что это разовая акция? — прорычал он, — Сегодня на помойке после школы, иначе тебе не поздоровится, ебучий сученыш. Из коридора донеслось низкое рычание, и оба мальчика повернули головы. Какаши стоял позади них, свирепо глядя исподлобья, прислонившись к шкафчику. — Та-ак, — протянул он низким и сердитым голосом, — Я знаю, ты просил меня держаться подальше от всего этого, но я не позволю тебе снова пострадать. С меня хватит, — он направился к Мизуки, когда Ирука склонил голову в знак согласия. Какаши схватил паренька за футболку спереди и прижал его к шкафчикам, поднимая его от земли одной рукой, и о, почему это так подействовало на Ируку? — Я скажу это только один раз, — тихо прошептал Какаши. Его глаза сузились до угрожающих щелочек, и Мизуки вздрогнул от страха — Ирука тоже вздрогнул, только от возбуждения, — Если ты хотя бы подумаешь о том, чтобы украсть у него что-либо, унизить его, или, не дай бог, поднять на него руку, я лично позабочусь о том, чтобы ты и твоя крысиная стая никогда не закончили школу. Я добьюсь, чтобы тебя исключили и внесли в черный список — не смотри на меня так, ты чертовски хорошо знаешь, как легко я могу это сделать. Если ты прикоснешься к нему еще раз, я не буду сдерживаться, и все, что ты сделаешь с ним, я сделаю с тобой, но в десять раз больнее. Ты понял? Мизуки разинул рот, и Какаши встряхнул его, рыча. — Я спросил, ты понял?! — Да! — выдохнул он, — Да, мне жаль, этого больше не повторится, я все понял! — Хорошо, — Какаши опустил его на пол; он споткнулся, едва удержавшись на ногах, — Убирайся с моих глаз. Мизуки умчался по коридору, не оглядываясь. Какаши присел на корточки рядом с Ирукой и взял его за подбородок, приподняв голову, чтобы осмотреть его лицо. — Ты в порядке? — мягко спросил он. Ирука моргнул. — Благодаря тебе да, — ответил он тихим голосом. Он сглотнул, — Я думаю, их это не остановит. — Остановит, — пообещал Какаши, — Я буду защищать тебя. Клянусь. Я ненавижу этих придурков. Они больше не тронут тебя. Ирука кивнул. Они посидели так в тишине с минуту, а затем притихший брюнет обхватил руками шею старшего мальчика и крепко сжал. Какаши издал удивленный звук, но услужливо обнял Ируку за тонкую талию. — Ты такой маленький, — пробормотал он. Ирука промычал в ответ, затем усмехнулся. — Только рядом с тобой, — пробормотал он, — У меня средний рост. — Ты маленький даже рядом со своей подругой — Анко, верно? — Ты не знаешь имен своих собственных товарищей по команде? — Ирука немного отстранился и очень внезапно осознал, что в своем рвении обнять Какаши, он фактически оседлал его бедра. Он покраснел, открыв рот, чтобы извиниться, но сильные руки удержали его за бедра, и низкий голос прошептал: — Все в порядке. Оставайся здесь, по крайней мере, пока твое сердцебиение не успокоится, хорошо? Ирука сглотнул. — Спасибо, но… я не думаю, что оно замедлится, если я продолжку так сидеть. Кроме того, нам нужно идти на занятия — коридор уже пуст, звонок был десять минут назад. Тем не менее, Какаши продолжал держать его неподвижно, и он снова сглотнул, стараясь не представлять, как эти огромные руки прижимают его к чужому телу, поднимают его и управляют, будто куклой, удерживая его на месте, чтобы, несомненно, массивный член вошел в него… он прогнал эти мысли прочь. — Ты придешь на игру в субботу? — спросил Какаши, наклоняя голову, чтобы заглянуть в глаза Ируки, — Это самая важная игра сезона. Ирука пожал плечами, сдувая челку с глаз, даже когда он держал их опущенными вниз. — Я думаю… Анко, вероятно, будет приставать ко мне по этому же поводу, — сказал он, — А ты… Ты бы хотел, чтобы я был там? — Конечно! — Какаши улыбнулся и обнял его крепче, притягивая к себе вплотную. Ирука почти неслышно ахнул и взял себя в руки, положив руки на эту твердую грудь. Какаши ухмыльнулся. — Ну что? Ты придешь? Я куплю тебе билет. Ирука медленно улыбнулся, подняв глаза, и кивнул. Лучистые глаза Какаши значительно расширились, и он уставился на смуглого парня, который тут же начал краснеть. — Ты… тебе не обязательно покупать мне билет, я сам, — прошептал Ирука, — Я могу принести тебе еды после матча, если хочешь, — Какаши ответил не сразу, губы беззвучно шевелились, и Ирука спрятал лицо в ладонях. — На что ты уставился? — пискнул он, смутившись. Какаши взял его запястья одной рукой и потянул их вниз, затем сжал челюсть. — Не помню, чтобы ты когда-либо смотрел прямо мне в глаза, — размышлял он, — Ты симпатичный. У тебя красивые глаза. Я имею в виду, я знал, что они у тебя как у лани, но… вау, — он покачал головой, — Извини, это, наверное, странно. Эй, если ты принесешь мне ужин после, тогда я куплю твой билет — это честно. Давай, позволь мне поухаживать! После нескольких минут взаимных препирательств Ирука согласился. — Вот и отлично, — просиял Какаши, — Пойдем в класс. Я скажу им, что ты помогал мне кое с чем; Асума говорил, что у нас сегодня замена, так что все будет в порядке. Ирука потянул старшего мальчика за руку, сильно покраснев, когда тот посмотрел вниз. — Тебе холодно? — тихо спросил он. Какаши с любопытством склонил голову набок, затем покачал ею. — Нет, а что? — спросил он, наморщив нос, — Мне даже душновато. Ирука взглянул на него снизу вверх. — …Могу… Могу я одолжить твою куртку? — он поерзал на коленях у старшего мальчика, покрасневший и застенчивый, но Какаши уже снял её с плеч и накинул на плечи Ируки. — Я же говорил тебе, — тепло сказал он, — Просто попроси. Так тепло? Ирука счастливо кивнул, прижимаясь к ткани с легкой улыбкой. — Ммм, — ответил он, — А еще она пахнет тобой, так что я чувствую себя в безопасности, — он улыбнулся Какаши, чьи глаза снова расширились, а затем вырвался из объятий и направился по коридору в сторону класса. Он слышал, как квотербек, спотыкаясь, поднялся на ноги позади него, но он скользнул в дверь и быстро занял свое место, прежде чем его догнали. — Вы двое, почему опоздали? — спросил учитель, глядя на них. Какаши пожал плечами. — Он помогал мне кое с чем, и мы потеряли счет времени, — сказал он, — Просим прощения. Женщина покачала головой и жестом указала на их места. Кто-то похлопал Ируку по руке, и он повернулся на своем сиденье, чтобы увидеть ухмыляющуюся ему Анко. — Что? — прошептал он. — Таааак, ты и Хатаке? — прошипела девушка, — Ты приходишь с опозданием на пятнадцать минут, раскрасневшийся, в его куртке? Только не говори, что ничего не было. Вы, ребята, встречаетесь? — Нет! — быстро ответил Ирука, — Он заступился за меня. Я попросил одолжить его куртку, потому что сегодня на улице холодно! Он спас меня от Мизуки, я думаю, на этот раз навсегда. Анко ухмыльнулась шире и открыла рот, чтобы ответить. — МИСТЕР ХАТАКЕ, пожалуйста, повернитесь лицом вперед! — рявкнула учительница. Ирука повернулся, чтобы посмотреть на Какаши, который просто выглядел смущенным. — Эм… Я? — осторожно спросил он. Женщина сердито вздохнула и скрестила руки на груди, свирепо глядя на Ируку. Внезапно брюнет вспомнил о кожаной куртке. Верно — на спине была написана фамилия Какаши. Он покраснел, когда обернулся — учительница на секунду показалась обеспокоенной. — С вами все в порядке, мистер Хатаке? — спросила она. Половина класса расхохоталась, а Ирука закрыл лицо руками. — Не совсем, мэм! — крикнул Асума, — Это куртка Какаши, а Какаши слишком труслив, чтобы просить Ируку выйти за него замуж! Рот преподши открылся в удивленном «О», прежде чем захлопнуться. — Успокоились! — крикнула она. Смех неохотно затих, — А теперь, прошу прощения за путаницу, — спокойно сказала она, — Я приняла тебя за твоего парня из-за куртки; значит, ты Умино Ирука? — Да, мэм, — пробормотал он, — Мы не встречаемся, он просто милый, а я замерз. Несколько бормотаний о чуши собачьей и вопросе времени эхом разнеслись по комнате. Ирука проигнорировал их. — Извините за болтовню. Это больше не повторится. — Конечно; извините за путаницу, — сказала женщина, вежливо улыбаясь ему. Ирука опустил глаза обратно на свой стол.

***

За несколько минут до игры Ирука спустился в раздевалку. Трибуны были переполнены, но благодаря Какаши у него был билет на второй ряд («Первый ряд был полностью распродан, но ты не расстраивайся»). Он сжал сумку в руках и протиснулся мимо двери в оживленную комнату. Там было слишком много людей из обеих команд; двое парней из другой школы злобно уставились на Ируку, и он шарахнулся в сторону, скорчив гримасу, и врезался прямо в другого парня. Они оба обернулись. — О! — Асума ухмыльнулся ему сверху вниз, татуировки изгибались и перемещались по мышцам его шеи, — Эй, Ирука-кун, ты ищешь Какаши? Он здесь! — он провел брюнета сквозь толпу крупных парней, пока не заметил знакомую копну серебристых волос. Какаши просиял, глядя на него сверху вниз. — Ирука! — радостно поздоровался он, — Ты пришел! Ирука пожал плечами. — Ну, ты купил мне билет… и я пообещал. Я должен был отдать тебе это! — с легкой улыбкой он протянул маленький сверток, — Это не так уж много, но… что ж, удачи сегодня! Какаши уставился на него, затем немедленно открыл упаковку, на его лице заиграло волнение. — Тебе не нужно было ничего мне делать! — радостно сказал он. Ирука пожал плечами и смущенно обхватил себя руками. — Я захотел, — просто сказал он. Какаши вытащил записку первой, прочитал ее, и огромная улыбка расплылась по его лицу. — «У тебя получится. Не волнуйся — я верю в тебя, так что все будет хорошо.» — он взъерошил волосы Ируки, — О-о-о, это так мило! Спасибо, Ирука-кун! Ирука рассмеялся от этого ощущения, и Какаши немедленно замолчал, наблюдая за происходящим с теплой, мягкой полуулыбкой. Он убрал выбившийся локон волос за ухо Ируки, и брюнет улыбнулся ему, глупо и счастливо. — Зови меня просто Ирука, — он протянул руку, проведя пальцами по костяшкам пальцев Какаши. Хатаке просиял. — Ирука, — эхом повторил он, а затем вернул свое внимание к подарку. Его глаза немного расширились; внутри был кулон — талисман на удачу. Он снова поднял глаза, но Ирука уже ушел. «Если мы победим», — пообещал он себе, — «Только если мы победим.»

***

Ирука всю игру сидел на краешке своего кресла. Он вообще ничего не понимал в футболе, но даже он мог сказать, что это был напряженный матч. Тем не менее, в самом конце их команда вырвалась вперед и затащила игру с преимуществом в несколько дополнительных очков. Ирука никогда в жизни так громко не радовался. Он хотел подождать снаружи, но у него в сумке был ужин Какаши, и он обещал принести его ему. В конце концов, он пробился сквозь толпу в раздевалку. Там было почти пусто, пара человек помахали ему на прощание, но в задней части все еще работал душ. Ирука ждал на скамейке, не желая мешать какому-то парню — если это был Какаши, он не был уверен, что сможет вынести вид своего краша — мокрый и голый, с гладкими от пота мышцами. Он вздрогнул от этой мысли, когда душ выключился. Вскоре появился Какаши, с полотенцем вокруг талии, и резко остановился. — Рука, — сказал он, — Эй, что ты здесь делаешь? Ирука улыбнулся и поднял коробку с бенто. — Я принес тебе ужин, как и обещал, — сладко сказал он. Какаши улыбнулся, немного растаяв, затем вздохнул. — Я пообещал себе, — осторожно сказал он, — Что, если мы победим, я позволю себе кое-что важное, — Ирука склонил голову набок. — Удон? — спросил он, улыбаясь, — Я приготовил тебе немного, он здесь в пароварке, чтобы не остыл. Какаши покачал головой. — Нет, я не про еду. Я про тебя, — внезапно он опустился на колени перед скамейкой, на которой сидел Ирука, все еще находясь почти на одном уровне с ним, его руки лежали по обе стороны от невыского паренька. — Можно я тебя поцелую? — спросил он. Ирука ахнул, почти неслышно. Сердце бешено колотилось в груди. Он сглотнул. — Д-да, — прошептал он, — Конечно, ты можешь. Какаши просиял, выглядя так, словно Ирука только что подарил ему весь мир, и медленно наклонился, чтобы соединить их губы. Первый поцелуй был наэлектризованным, заряженным, горячим и живым, и Ирука наклонил голову, чтобы лучше расчувствовать его. Какаши подался вперед; Ирука откинулся назад, пока не оказался лежащим на скамейке, а над ним не склонился седовласый парень. Какаши прервал поцелуй, хватая ртом воздух, а затем немедленно набросился еще раз, и еще, и еще, пока у Ируки не закружилась голова от восторга, и он не вцепился в обнаженные плечи спортсмена. — Какаши, — выдохнул он между поцелуями, — Какаши, о боже! Какаши застонал ему в рот, и Ирука приоткрыл губы, проводя языком по нижней губе Какаши. Мрачно зарычав, темноглазый мальчик принял приглашение и лизнул Ируку по губе, вызвав у него отчаянный, нуждающийся стон. — Черт, — выдохнул парень повыше, отрываясь, чтобы проложить дорожку огненных поцелуев по шее брюнета, — Извини, нет, хотел спросить… Боже, ты знаешь, как ты сейчас выглядишь? — Отчаянно? — догадался Ирука, тяжело дыша. Какаши покачал головой. — Не больше, чем я, — пробормотал он, — Ты такой сексуальный, что я не могу сдержаться. Ирука разразился хихиканьем, ошеломленный и слишком счастливый. Он сел, потянувшись, чтобы обхватить руками шею более высокого парня, и зарылся лицом в растрепанные волосы, когда руки Какаши в ответ обвили его талию. — Я так счастлив, — прошептал он, — Я не могу поверить, что я тебе нравлюсь. — Серьезно? Я вел себя как кретин каждый раз, когда был рядом с тобой! — заметил Какаши, — Я просто не мог держать себя в руках, забывал все слова, когда ты обращал на меня внимание. Я не могу поверить, что ты позволил мне поцеловать тебя; я даже не думал, что тебе нравятся мальчики! Разве у тебя не было девушки в средней школе? — Она порвала со мной и перешла в другую школу, — объяснил Ирука, — Мы расстались друзьями, но… что ж, мы оба поняли, что нам не суждено быть вместе. Мне нравятся мальчики — мне нравится чувствовать себя маленьким и беззащитным, и ей тоже, так что мы не подходили друг другу. Ты встречался с кем-нибудь раньше? Какаши пожал плечами. — Я целовался с несколькими людьми, — сказал он, — Но, нет, ничего серьезного. Итак… — он глубоко вздохнул, — Можем ли мы это изменить? Я… Я бы хотел, чтобы ты был моим парнем, если ты не против. Ирука кивнул, отстраняясь, чтобы посмотреть сверху вниз на парня, который ему так долго нравился. — Конечно, я не против, — сказал он, улыбаясь, — Вообще ни разу не против! Какаши вскрикнул и подпрыгнул, подхватывая Ируку на руки и кружась вокруг, смеясь от восторга. Ирука счастливо захихикал, не отпуская своего парня — боже, своего парня! — даже когда Какаши поставил его на землю и снова поцеловал. — Я позабочусь о тебе, — прошептал Какаши ему в губы, — Я обещаю. Я никому не позволю причинить тебе боль. — Какаши… — Ирука нежно поцеловал его, прижимая к груди нежными руками, — Я доверяю тебе. Я знаю, ты будешь добр ко мне. Пойдем, поешь со мной, милый; найдем где-нибудь местечко. Спортсмен просиял от уха до уха. — Милый? — эхом отозвался он. Ирука покраснел, но Какаши просто поцеловал его один, два, три раза, — Мне нравится. Могу я тоже использовать ласкательные прозвища? — Конечно, — смущенно пробормотал Ирука. Какаши вздохнул и взял его за руку, забрав одну из коробок с бенто. — Я знаю место, куда мы можем пойти поесть, — сказал Какаши, улыбаясь, — Пойдем.

***

С холма открывался вид на школьное поле, где футбольная команда, болельщики и большая часть школы устроили грандиозную вечеринку. Они были достаточно далеко, так что было достаточно тихо, и Ирука поставил перед ними еду. — Поздравляю с победой, — тихо сказал он, наклоняясь к Какаши, — Я горжусь тобой, — Какаши поцеловал его в макушку, на мгновение прижавшись к ней щекой, прежде чем потянуться за едой. — Спасибо, — пробормотал он, — И спасибо тебе за то, что сказал «да». И за ужин. И за то, что пришел подбодрить нас. Ирука фыркнул и наклонился, чтобы поцеловать своего парня, заставляя его замолчать. — Я понял, — прошептал он, — Ты не должен благодарить меня ни за что из этого. Я так счастлив, что ты пригласил меня на свидание, — он просиял, откусывая от клецки, — Я не могу поверить, что ты поцеловал меня! — почти пропищал он, чувствуя головокружение от восторга. Какаши ухмыльнулся, глупо и до смешного мягко, и заправил выбившийся каштановый локон за ухо Ируки. — Ты правда счастлив? — спросил он. Ирука улыбнулся, опираясь на ладонь старшего мальчика. — Да, — прошептал он, — Я очень счастлив. Какаши притянул его ближе, и они ели, прижавшись друг к другу, обмениваясь укусами, тычками и поцелуями. Когда они закончили, Какаши лег, а Ирука распустил волосы и положил голову на массивную грудь. Улыбка медленно расползлась по его лицу. — Я слышу биение твоего сердца, — прошептал он. Какаши погладил его по волосам, пропуская маленькие пряди между пальцами. — На что это похоже? — спросил он, тепло улыбаясь парню, прислонившемуся к его боку. Ирука поднял взгляд и потянулся, чтобы поцеловать его, прежде чем вернуться на свое место. — На заботу, — прошептал он. Какаши крепко обнял его, поцеловав в лоб и повернувшись на бок, чтобы надежно обнять своего парня. — Пока ты мне позволяешь, — прошептал он, — Я буду охранять тебя. Ирука уткнулся носом в его шею, потянувшись, чтобы обнять его за сильные плечи. — Спасибо, — тихо сказал он, — Я правда рад, что ты здесь, Какаши. Ты мне нравился много лет, но я не думал, что ты когда-нибудь взглянешь на меня. — Лет? — Какаши уставился на него, затем рассмеялся и обнял его крепче, — Детка, — проворковал он, — Почему ты ничего не сказал? Я бы сказал «да» в любое время; я всегда считал тебя очаровательным. Ирука просто прижался ближе и поцеловал его в шею. — Ну теперь-то все хорошо, — пробормотал он, — Давай просто насладимся этим? Какаши тепло улыбнулся и провел рукой по волосам Ируки, нежно целуя его. — Как скажешь, детка, — прошептал он. Они пробыли на холме еще два часа, разговаривая и целуясь, а потом Какаши проводил его домой и поцеловал у двери. После этого, Ирука не мог заснуть пару часов, прокручивая все моменты сегодняшнего дня в голове сотни раз.

***

Снова наступил понедельник, и Ирука забежал в столовую, чтобы пообедать, счастливый теперь, что отныне никто не угрожал забрать у него еду. Он купил себе обед и огляделся в поисках свободного столика. Улыбаясь, он пробрался сквозь толпу к высокой фигуре своего парня у стены с Асумой и стройным, бледным мальчиком с медово-светлыми волосами. Балансируя подносом в одной руке, он похлопал Какаши по плечу и улыбнулся, когда тот обернулся. — Можно мне присесть здесь? — спросил он. Какаши просиял, убирая тетради, чтобы освободить место, и когда Ирука сел, он нежно поцеловал его. — Привет, — радостно сказал он, — Как день? — Неплохо, — ответил Ирука, улыбаясь, — А как насчет тебя? — Ну, лучше с тех пор, как симпатичный мальчик решил сесть рядом со мной, — поддразнил он, и Ирука закатил глаза к небу. — У тебя в распоряжении весь английский язык, и ты выбрал худшую реплику, которую я когда-либо слышал? — незнакомый бледный мальчик протянул руку через стол с острой улыбкой. — Не помню, чтобы нас знакомили, — сказал он, полностью игнорируя возмущенный скулеж Какаши, — Меня зовут Генма; я с Какаши с раннего детства знаком. — Не нужно говорить как ревнивая девчонка, Генма, — протянул Асума, игриво обнимая мальчика за плечи. Ирука пожал ему руку, неловко улыбаясь, — Он отверг тебя много лет назад, двигайся дальше! Генма закашлялся, вырвался и ударил парня по руке. — Я двигаюсь — сердито пробормотал он, — Мне уже некоторое время нравится кое-кто другой, придурок. — Я Ирука, — сказал брюнет, прерывая этих двоих, — Я… Я вроде как парень Какаши! Приятно познакомиться с тобой; ты, должно быть, очень особенный для него. Резкие черты лица мальчика немного смягчились, и он плавно наклонил голову в знак признания. Затем он оживился. — Слушай, я раньше видел, как ты разговаривал с Анко из футбольной команды. Ты хорошо ее знаешь? Ирука улыбнулся. — Да! Она дура. Ну а так, мы с ней с третьего класса дружим! А что? Асума взъерошил волосы Генмы, и парень издал оскорбленный звук, отталкивая его. — Генма втюрился в плохую девчонку-футболиста, — сказал он сквозь губы, сжатые уточкой, — Ему всегда нравились спортсмены. Генма покраснел, но Ирука просто улыбнулся и похлопал Какаши по плечу. — Мне тоже, — сказал он, сладко ухмыляясь, — В этом нет ничего постыдного, они горячие! Я могу вас познакомить; ты в её вкусе, но сразу предупреждаю, она будет дергать тебя за волосы 24/7, если ты позволишь ей приблизиться. — Генме нравится, когда с его волосами играют, — вмешался Какаши, наконец-то покончив с едой, — Так что это не проблема, — он обнял Ируку за талию и притянул его ближе, запечатлев поцелуй на его макушке, — Надень сегодня мою куртку, чтобы все видели на тебе мое имя, — резко сказал он. Ирука подавился рисом и согнулся пополам в приступе кашля. Какаши хлопнул его по спине, а Асума расхохотался; Генма просто выглядел слегка обеспокоенным. Придя наконец в себя, брюнет откинулся на спинку стула и широко раскрытыми глазами посмотрел на своего возлюбленного. — Что?! — взвизгнул он, — Повтори?! — Надень куртку с моим именем, чтобы вся школа знала, что ты занят, — повторил он, и Ирука спрятал свое розовое лицо в ладонях. — Хорошо, — пробормотал он в конце концов, — Ладно. Надену, — Какаши накинул куртку на плечи и туго ее затянул. Она была огромной на его тощем теле, и Умино уткнулся лицом в воротник, чтобы вдохнуть аромат своего парня. — Видишь? Я говорил тебе, что он так сделает, — сказал Какаши, глядя на Асуму с довольной улыбкой, — Разве он не милый? Ему нравится мой запах. — Бесстыдный ублюдок, — пробормотал другой футболист, — Ты ненасытный хвастун, я надеюсь, ты это знаешь. — Конечно! — прощебетал Какаши, — Но посмотри на него, он такой крошечный, хорошенький и симпатичный! Я не могу допустить, чтобы кто-то отнял его у меня. — Меня и до этого никто вроде отнимать не хотел, — сказал Ирука, приподняв бровь, — Я не знаю, помнишь ли ты, как нес мое покрытое синяками и кровью тело пять кварталов, потому что я потерял сознание, и ты не мог из-за этого посадить меня на свой мотоцикл, но я уверяю тебя, никто бы не поступил бы со мной так же. Какаши поморщился. — Черт, не напоминай мне. Это было ужасно. Асума наклонился вперед, округлив глаза. — Прости, что? Я должен это услышать. Кто, черт возьми, так сильно избил тебя? — Я нашел его свернувшимся калачиком в задней части школы рядом с мусорными баками, рыдающим навзрыд. Когда я подошел ближе, я увидел, что он был полностью покрыт синяками, на его голове была огромная рана, и он дрожал как осиновый лист. Мизуки и его ручные крысики выбили из него все, что только можно было. — Так ты отнес его домой? — спросил Генма, склонив голову набок, — У тебя есть мотоцикл. — Ну, я пытался успокоить его, типа, сначала держал его и разговаривал с ним и прочее дерьмо, а потом он пробормотал адрес и сказал «никакой больницы», а потом привалился к моему плечу и просто… уснул. У меня был только один шлем, и у него все равно была травма головы, а человека без сознания нельзя сажать на мотик, так что я просто нес его на руках. Ирука кивнул, проглатывая последний кусочек рыбы. — Я проснулся в полном недоумении относительно того, почему моя входная дверь была у меня перед носом, если мы только что стояли за школой. Он хотел зайти и помочь умыться, но я был не в том состоянии, чтобы приглашать парня, который мне нравится, в свой дом. — О боже, неужели на тебе так срываются? — спросил Генма, разинув рот. Ирука рассмеялся, откинув голову назад. — В средней школе было хуже, — сказал он, — Меня таскали по коридору за волосы, сталкивали с карнизов в заросли ежевики, крали обеды, деньги, брали книги и перебрасывали их через забор, избивали за школой, преследовали. В меня бросали камни, кусочки протухшей еды, мою голову один раз обмакнули в унитаз, а мою одежду после физры украли из раздевалки и заменили юбкой — после этого пошли лапания, сексуальные домогательства и насмешки, потому что, очевидно, юбки мне идут. Не очень-то весело было. Я волновался, что старшая школа будет такой же, но… когда Какаши вступился за меня, он, фактически, спас мне жизнь. Он прижался к своему парню, и Какаши крепко прижал его к себе, опустив голову, чтобы поцеловать растрепанные каштановые волосы, оставленные распущенными только потому, что ему нравилось, когда его парень играл с ними. — Мне так жаль, что ты прошел через это, Рука, — мягко сказал он, — Я не знаю, как я этого раньше не замечал. Мне жаль, что потребовалось так много времени, чтобы вытащить тебя из всего этого. Ирука улыбнулся и радостно уткнулся носом в шею более высокого парня. — Это того стоило, чтобы в результате стать твоим парнем, — поддразнил он, — По мнению большинства в нашей школе, я теперь счастливчик. — Ты мой малыш, — согласился Какаши, нежно целуя его. Асума издал преувеличенный рвотный звук, а Генма прочистил горло — Ирука покраснел.

***

— Эй, эй, эм… ты встречаешься с Хатаке Какаши? — прошипел Мизуки, бочком подбираясь к Ируке в коридоре. Брюнет шарахнулся в сторону, глядя на него с недоверием, и Мизуки поднял руки вверх. — Спокуха! Мы квиты, чувак, мы квиты, я ничего не собираюсь делать. Просто, знаешь, интересно, встречаешься ли ты с ним. Так вот почему он заступился за тебя? — Он заступился за меня, потому что ты превратил мою жизнь в сущий ад, а он добрый человек, — уверенно ответил Ирука, его голос не дрогнул, даже когда сердцебиение отдавалось в ушах, — Но, да, он также мой парень. — Да, так что… — парень почесал затылок, неловко кашляя, — Давай забудем все, что между нами было? Никаких обид? Ирука моргнул в неподдельном шоке. — Прости, что? Ты избил меня на мусорке и оставил меня там в середине ноября! Ты обращался со мной как с мусором всю среднюю школу, воровал и портил мои вещи, причинял мне боль, домогался меня и даже однажды подверг сексуальному насилию! Тебе чертовски повезло, что я не сказал ему об этом, иначе ты бы сейчас здесь не стоял, — он усмехнулся, качая головой, — В следующий раз, когда ты захочешь спросить, могу ли я просто забыть обо всем, помни, что я знаю, каков на вкус твой член и как сильно ты визжишь, когда тебя кусают. Отвали, Мизуки. Никогда больше не подходи ко мне! — Эй, я думал, мы забыли! — прошипел Мизуки, явно стараясь говорить потише, — И, блять, ты говоришь «кусают», будто это хуйня какая-то. Это было пиздец как больно! Я не мог дрочить почти месяц, потому что твои гребаные зубы оставили след на моем члене! — Бедняжка, — холодно сказал Ирука, — Ты заставил своих друзей поставить меня на колени, ты схватил меня за волосы и засунул член мне в рот. Это тоже было больно, Мизуки. Ок? Ты хоть представляешь, как это больно, когда что-то запихивают внутрь, преодолевая рвотный рефлекс, так что твое тело пытается это выплюнуть, и когда кто-то тянет тебя за волосы, за руки и стоит на твоих лодыжках, а затем прижимает твой нос к паху так сильно, что дышать становится просто невозможно? Ты знаешь, каково это, когда тебя держат, трахают и душат? Я кричал и вопил, но ты не давал мне подняться. Что, черт возьми, я должен был делать, а? Мизуки открыл рот, но прежде чем он смог заговорить, в его глазах промелькнул страх, когда они сфокусировались на чем-то за плечом Ируки. — Что, блять, я только что услышал? Голос Какаши окатил Ируку, как лед, и он отпрянул назад, качая головой. — Какаши… нет, я… все в порядке, это было просто… — Нет, подожди, позволь мне просто — помнишь, я спросил тебя, что ты будешь делать, если они зайдут слишком далеко? Ты тогда сказал, что они не зайдут, потому что знают, что их укусишь. И это он вот из этого случая узнал? Потому что он это уже раньше с тобой делал? Ирука опустил взгляд в пол и пожал плечами, слезы навернулись на его глаза. Большие теплые ладони обхватили его щеки, а нежные большие пальцы смахнули слезы. — Эй, — проворковал Какаши, — В чем дело? Что случилось, милый? — Ты злишься на меня за то, что я солгал? — прошептал он, зажмурив глаза, и Какаши замурлыкал, заключая его в крепкие объятия и раскачиваясь взад-вперед, — Мне жаль. — Нет, детка, нет, я не сержусь на тебя, — сладко прощебетал он, целуя своего парня в лоб, — Я понимаю, почему ты это сделал — я бы сделал то же самое. Я понимаю, почему ты мне не сказал, мне просто грустно, что тебе пришлось пройти через это. Я бы никогда не разозлился на тебя за что-то подобное — это не твоя вина, ясно? Не бойся, детка. Все хорошо, не бойся. В какой-то момент Мизуки, должно быть, сбежал, потому что коридор был пуст, когда Ирука наконец оторвался от своего парня. — Милый, — мягко сказал Какаши, привлекая его внимание, — Нам нужно пойти в кабинет директора. Его должны выгнать из школы. Дело не только в тебе — теперь, когда я защищаю тебя, он ведь выберет другую цель. Мы должны добиться его исключения, как думаешь? Ирука не поднял на него взгляда, но кивнул. — Ничего страшного, если это я, — сказал он, — Но что, если он кого-нибудь еще изнасилует? Меня он лапал только когда я был в юбке, и ты представь, сколько девушек может подвернуться ему под горячую руку? — Ты отсосал ему в юбке? — Какаши моргнул, безуспешно пытаясь не думать об этом образе, — Он ебучий мудак и насильник, это понятно, но я немного ревную. — Не стоит, — сердито сказал Ирука, — Во-первых, я откусил его почти под корень — он перевязывал его в течение месяца. И второе, если ты хочешь, чтобы я отсосал тебе в юбке, попроси меня отсосать тебе в юбке. Я сделаю это. Меня это вполне устраивает. — Ха! Мой милый маленький бойфренд такой дерзкий, — восхитился Какаши, — Я рад, что ты укусил его, детка. Я не могу поверить, что он зашел так далеко. — Я тоже не мог, — пробормотал Ирука, — После этого я две недели не ходил в школу, мне было так страшно. — Черт, прости, — прошептал Какаши, крепко обнимая его, — Ты через многое прошел, да? — Я полагаю, да, — Ирука пожал плечами, положив голову на плечо Какаши и вдыхая аромат кожи и специй, — Мм… Ты приятно пахнешь. Какаши усмехнулся. — Ой? Ты так думаешь? Ирука кивнул и еще сильнее прижался к его шее. — Ты можешь зайти после школы? — спросил он, — Я… Я хочу, чтобы ты остался со мной. Какаши заправил прядь волос назад, затем продолжил гладить его по волосам, нежно массируя шею. — Да, — сказал он, улыбаясь, — Да, я приду.

***

Мизуки был исключен в тот же день — его компания слила его под пристальным взглядом Какаши и призналась, что все это было правдой, а директор школы искренне извинился и предложил заплатить специалисту-консультанту, чтобы он пришел и помог ему справиться с этим. Ирука отказался — он уже пережил это, и хотя это была суровая правда, урок был усвоен. Какаши отвез его домой, убедившись, что он крепко держится за куртку, и Ирука завопил от восторга, когда мотоцикл понесся по дороге. Он был немного разочарован, что ехать им пришлось всего пять кварталов, но когда его парень подхватил его на руки, отнес в его кровать и крепко поцеловал, он понял, что это того стоило. Он прижался к груди Какаши, разделяя его тепло, и плотно укутал их обоих одеялами. Какаши просто продолжал целовать его, нежно, сладко и любяще, прижимая его к себе. Его тело полностью накрыло Умино, и Ирука солгал бы, если бы сказал, что ему не нравится, каким маленьким он себя чувствует. Он заснул в объятиях Какаши; когда он проснулся, Какаши тоже спал, поэтому он улыбнулся и снова прижался к нему, чтобы провести первую из многих ночей со своим парнем.