Летний лагерь в разгар жары

***

Овада как ни в чём не бывало продолжил ходить в школу, он продолжил видеться с друзьями, одноклассниками, родней... Проходили месяцы, листы календаря отрывались, опадали на пол, желтели, словно опавшие с деревьев листья осенью. За это время все должно было измениться, Мондо должен был уже забыть и отпустить прошлое, но мыслями подросток продолжал жить в том лагере вместе с Ишимару. Ему не хотелось забывать настолько прекрасного мужчину, с которым он целовался, которого брал за руку. Эти моменты были прекрасны! Например, когда подросток слышал краткие возмущенные вздохи вожатого, его смех, видел его злым и по-настоящему счастливым. Однако все, что осталось от вожатого — это совместная фотография в первые дни пребывания в лагере и последние, неизбежно-печальные воспоминания. Почему нельзя вернуться в прошлое и все изменить? Тогда бы Мондо не отпустил, он бы остановил его тогда и все решил, крепко сжал руку, поговорил, возможно, изменил бы окончательное решение мужчины? Может, после всего этого они были бы вместе? Если бы Мондо только попытался что-то изменить..? Утро, осеннее, холодное, ноябрьское... В эту прохладную пятницу Овада вышел в привычное для себя время, медленным шагом направляясь в метро. Там его уже ждал-дожидался Леон. В ожидании он наверное уже прошел сотый круг, держа в руках телефон, разговаривая с человеком, который был подписан у него в контактах как «Ясухиро». В отличие от Мондо, у рыжика с вожатым первой группы все было просто прекрасно! Пусть те и жили в разных городах, но постоянно созванивались и говорили по телефону, бывало, даже ни о чем. Знаете этот момент в аниме, когда парочка мило общается и от них отлетают сердечка, и они, как какие-то «святоши», обволакиваются сильнейшим ослепительным сиянием? Так вот Овада постоянно наблюдает такую картину, пока стоит возле друга в метро, ощущая как те самые сердечки-звёздочки ударяются об него и летят в обратную сторону. — Пока, я перезвоню тебе после школы! — сладким голоском прощается Леон, с довольным лицом закидывая телефон в карман куртки. — Боже, наконец-то ты закончил свой важных разговор. Я думал, я усну тут от скуки... — Тебе не в новинку, хе-хе. — Я так скоро буду знать все подробности твоей личной жизни... Но важно сейчас то, что я безумно хочу есть, а брат забрал мой завтрак себе на работу, поэтому мы сейчас дружно сворачиваем в буфет. — Две минуты до звонка, успеем? — Пф, еще и покурить сможем, так что погнали. В общем, даже не смотря на то, что Леон так часто общается с Ясухиро и иногда из-за этого не может встретиться с Мондо, последний был искренне рад за своего друга. Однажды с их разговора Мондо узнал, что те собираются вместе праздновать Новый год, так как Ясухиро приедет в этот город к родителям на праздники. Блин, как же круто осознавать, что у людей есть люди, с которыми они могут вместе отмечать что-то и не только Новый год. — Это же ты собираешься пригласить Ясухиро в гости тридцать первого? — Как бы да, думаю он успеет к 12 прилететь ко мне домой, так как он еще упоминал свою семью. Думаю он тоже хочет увидеться и с ними. — Я бы отпраздновал нг со своим братом, но он уезжает к своей девушке и придется мне сидеть в одиночестве. — Ну, зато они не будут ебаться в соседней комнате, пока ты ешь салатик и смотришь поздравление от президента. — Фу, зачем я это представил... Сотри это с моей памяти! — Знаешь, еще в разговоре упоминался Киотака... — вдруг резко начал Кувата, зная все подробности и то, что Мондо все еще что-то чувствует к вожатому. Реакция Овады не заставила себя долго ждать: его глаза округлились в немом вопросе, и весь он даже взбодрился от одного упоминания и тогда он выдал следующее: — Да!? Кхм... То есть мне совсем не интересно. Нет-нет... — Он вроде тоже должен приехать к семье на праздники, так что у тебя есть возможность его встретить. — Это может быть не точна информация, да и мне уж совсем не— Леон покачал головой и щёлкнул дурга по кончику носа, широко растягивая губы в улыбке. Какой же его друг предсказуемый и забавный, когда дело касается Ишимару. — Кому ты врешь? Ты ведь все еще влюблен в него, не так ли? — спросил, совсем не ожидая ответа на поставленный вопрос, открыл дверь и вошёл в помещение класса с извинениями за опоздание на пятнадцать минут. Что же, Леон был на все сто процентов прав. Мондо все ещё любит. Мысль о том, что Ишимару объявится в городе не покидала мысли Овады вплоть до конца первого месяца зимы. — Парни, мы ведь договаривались сходить вместе в караоке! — кричал какой-то мальчишка, одноклассник двух друзей, остановив друзей совсем у выхода из класса. — Точно! — воскликнул Леон, легко ударяя рукой себя по лбу — Как я такое мог забыть? Мондо, ты— — Простите, мне нужно сходить в кондитерский дяди Такааки, брат попросил забрать торт, — придумал за секунду оправдание, почему он не сможет пойти в караоке вместе с ними. Леон сразу уловил нотку лжи, но не стал заострять на этом внимание. — Ну ничего, и без него повеселимся, хе-хе... — Кувата сразу же перевел внимание на себя, чтобы Мондо не ставили в еще больше неловкое положение со всей этой ложью. Но не тут то было. — Ну... Давайте хоть пройдемся к кондитерскому магазину, он как раз по пути! Проведём, так сказать, чтобы скучно не было? — «Ну и нахуя ты это ляпнул?» — мысленно Овада сделал этот популярный жест «рука-лицо», кивая в знак согласия. Если врать — то до самого конца. — Отлично, тогда погнали! — те парни пошли вперёд, сказав что-то вроде: «Не отставайте», оставив Леона и Мондо в дверях класса. — Ну пиздец... Мне теперь реально придется покупать торт. Леон залился громким смехом, утирая руками выступившие слёзы. Но совсем скоро успокоился, твёрдо встав на свои две. — Нет, ну я пытался тебя спасти. — Плохо пытался... Короче, пошли, а то те еще скажут, что мы долго идём. А я вот вообще не понимаю, нахуя ты согласился пойти с ними в караоке? — Веселое занятие же? А ты отказался, ведь петь не умеешь? — Конечно же умею. — А вот и нет! — Я спою тебе самую грустную песню на выпускной, когда ты будешь забирать свой диплом, чтобы ты расплакался и все с тебя посмеялись. — А вот это уже грубо. Ха-ха, ну ничего, я буду с нетерпением ждать этого момента. — с этими словам Леон побежал вперёд догонять тех парней. Все вместе они встретились уже возле ворот школы. — Я слышал, что у дяди Такааки получаются вкусные тортики... — Ну конечно, балда — немного раздражённо выдал Овада, с таким же раздражением суя руки в карманы куртки. Стоит купить перчатки. — Если были бы невкусные, то люди бы и не заходили покупать. А так это самый лучший кондитерский магазин в округе. — А и правда... Вот в далеке уже виднеется разноцветная вывеска, сверкающая огоньками, где было красивым шрифтом написано: Кондитерская Такааки. Боже, наконец-то этот цирк скоро закончится. (?) — Ну, тогда пока, Мондо! Встретимся завтра в школе! — Пока-пока, Мондочка, я тебя люблю! — во все горло сказал Леон, задорно смеясь, по пути подскользнувшись,чем и вызвал лёгкую улыбку у друга. «Так тебе и нада» — «Так, нужно зайти хотя бы для вида, что я покупаю торт, пока те не уйдут» — подумал Овада, не сильно надавливая на ручку магазина, с характерным звуком колокольчика войдя внутрь. Боже, как же здесь тепло..! Потирая свои ладошку друг об друга, Овада прошел к витрине, рассматривая бенто-тортики. — Хм... А вот этот ничего так... — тут же возникла мысль: «А может всё-таки взять один такой?» Брату наверное будет приятно, да и давно братья так не собирались, чтобы поесть что-то вместе. Пусть даже нет повода для застолья. — Простите, я бы хот— — Вам что-то подсказ— Друг на друга смотрели глаза. Знакомые до боли, такие родные, словно кто-то взял и вонзил иголку в больное место. Давно Овада не видел настолько прекрасных глаз. Давно... Ещё с лета. — Киотака? — Мондо...