Летний лагерь в разгар жары

***

— А ты помнишь, когда-то ты настаивал, что любишь меня..? — спросил Киотака, прислоняясь к стене у черного входа кондитерского магазина. Его глаза не смотрят на парня, скорее куда-то в небо, которое с каждой секундой меняло свои оттенки в более темные. На город надвигалась ночь. Овада не спешил с ответом, он достал с кармана пачку жёлтого кэмел, закуривая сигарету. Подросток подводит глаза на Ишимару и те опять встречаются взглядом, но на этот раз не отводят, всматриваются, вдруг это все опять какая-то шутка и перед ними не они настоящие, а просто галлюцинации? — Хотите? — протягивает золотистую пачку с вытянутой сигарой специально для мужчины. — Нет... Так, все же, ответишь на мой вопрос? — Ишимару нервно скрестил руки за спиной. Что он ожидал услышать? Овада сделал первую затяжку. — Так у нас же ничего не вышло. — И правда. — Киотака слабо ухмыльнулся, все же беря из пачки сигарету, закуривая ее прислонившись к сигарете Овады. Мужчина затянулся и тогда он зашёлся в несильном кашле. — Какая гадость... — Но вы же не курите. — Разве я говорил, что не курю? Между ними повисла тишина. — Вы довольны таким исходом? — Может быть, однажды я пожалел о том, что тогда сказал, а может я ни капли не жалею, может быть..? — А если без «может быть»? Вам в кайф решать все за двоих? — с укором произнес Мондо, туша сигарету о стену, встав напротив Киотаки. В лице мужчины читалось сожаление, он не мог признаться, что это было его самой большой ошибкой. — Походу да. — он вновь затянулся, уже привыкнув ко вкусу сигары, выдыхая горький дым куда-то в сторону. — То есть, вы утверждаете, что в праве решать за нас двоих, думать, что чувства мои притворны и я на самом деле вас не люблю!? Почему... Вы позволяете себе говорить такие ужасные слова? Особенно те, что вы произнесли летом... «Между нами ничего не было» Вы правда думали, что я смог забыть и просто все отпустить? Поверить в то, что ничего не было? — Овада, я понимаю, что ты чувствуешь, я— — Вы ничего не понимаете, к сожалению, мой любимый, дорогой... — слова с горечью вырывались вместе с сердцем из глотки — Киотака. Он хотел все изменить. Он попытался, но ничего не получилось. А еще... — Я до сих пор тебя люблю — сказал Ишимару, к сожалению пустому месту, пустой стене напротив, так как Овада ушел, оставив его одного. Как он тогда, летним вечером, когда прошел мимо, строя между ними толстые стены. Все не может быть так, как раньше. Он бы стоял на месте, не пытался бы что-то изменить, но сейчас не время для того, чтобы просто отступить. Он сдвинулся с места, выбегая из переулка, в считанные секунды догоняя Оваду, прижимаясь своими губами к губам подростка. — Чт..!? — Просто молчи — говорит, отрываясь на секунду и вновь целует, и все равно на окружающих, что кто подумает, ведь этот момент все решит. Пожалуйста, пусть Мондо ответит. Пусть он отдаст себя, подойдёт ближе, накроет руки Ишимару своими и откроет чувства вновь. Пожалуйста, пусть вернётся то самое лето. Секунда две и двое смотрят друг на друга, красные, смущённые. Они тяжело дышали от волнения и воссоединения после долгой утраты. — Мондо... Мой милый Мондо...— Киотака проводит рукой по его щеке и обнимает, сильно, боясь отпустить. — Да... Я здесь. Я с вами.