Никому

* * *

Люмин даже не успела заметить, как мужчина дернулся и направился быстрым шагом к спуску с горы. Его руки сжались в кулаки, шаги были тяжелыми, зубы плотно сжались, изо рта доносилось тихое злое бормотание, в котором иногда прослеживались бранные выражения. "По видимому, совсем скоро Чайлда посадят на кол или еще что-нибудь…" — размышляла девушка, не отставая от консультанта и семеня за ним. — Я понимаю, что ты зол, но… Вдруг это вообще никак не связано ни с Гань Юй, ни с Предвестником? Может, просто народ недовольный, опять праздников требует, — она задала на самом деле логичный вопрос. Чжун Ли остановился и вполоборота повернул голову, нервно отвечая через сжатые зубы: — Ты ещё слишком юна, чтобы понять всю ситуацию, — на выдохе произнес он, закрывая глаза. — Пойми, я все так же продолжаю любить тебя, но мои… Адепты… Я и их не могу бросить. Мне не хочется ввязываться в битву, я просто хочу узнать, не причинит ли это "собрание" вреда секретарю. Конечно, угроза Адептам может заставить меня применить грубую силу, я не исключаю этого… Он произносил это, пока спускался вниз, а путешественница торопливо шагала за ним, попутно по возможности рассматривая то, что происходит в гавани. — Тогда я побуду с тобой, морально поддержу, — парировала она. "Ну не могу же я просто так бросить его. Хотя, у меня всё ещё есть несколько вопросов, почему он так рвется на помощь к Адептам. Они же очень сильные, так что и сами справятся…" — думала она, удерживая на своем лице дрожащую улыбку. — Хорошо, — коротко ответил ей мужчина, останавливаясь и протягивая руку. — Пойдем вместе и понаблюдаем, что происходит. Ответно протянув свою тонкую ладонь ему, Люмин чувствовала, что сейчас он и правда разительно изменился: обычно эти пальцы в перчатках нежно держали ее и аккуратно поглаживали или массировали, относились к каждому миллиметру ее кожи с трепетом и заботой. Сейчас же эти самые пальцы крепко сжимали ее запястье и тащили позади своего хозяина как лишний груз, показывая, что их обладатель вовсе не намерен успокаиваться, он все так же наполнен гневом, который вот-вот выплеснет из него. Такие же тяжёлые шаги и даже походка из спокойной и прогулочной стала нервной и сердитой. Из глаз сыпались искры, рот искривлялся в недовольной гримасе. "Он определенно готов прямо сейчас разорвать Чайлда… Бедный Чжун Ли и его нервы", — грустно рассуждала девушка, подойдя к нему со спины. Свободной рукой она приобняла его за пресс, щекой уткнулась в чёрно-белую символику на пиджаке. — Не злись, побереги себя, — прошептала она, проводя ладонью на его теле вверх-вниз. — Все будет впорядке, Адепты сильные и, думаю, смогут раскусить Предвестника. Пальцами путешественница чувствовала, что тело мужчины окутывает дрожь и нерешительность, он пытается одновременно и вырваться из ее объятий, и остаться в них. Консультант слабо открыл рот и шумно дышал от беспокойства и остатков ярости. Спустя несколько секунд он тихо прошептал ей несколько слов, которые были полны смущенья и растерянности, прослеживалась в них и нотка благодарности: — У тебя не так много информации, чтобы понять всю ситуацию целиком. Но я не могу не заметить твоих стараний. Встав на цыпочки, Люмин прошептала прямо ему в ухо: — А что тебе мешает передать мне эту информацию? Нам ведь нечего скрывать друг от друга, — настаивала она, уже опустившись на всю ступню и трепетно ожидая ответа. — Это слишком личное, — отрезал он, — Я же не спрашиваю про то, откуда ты прибыла и кто вообще такая? "Ох… Чжун Ли… Твоя речь прекрасна", — в душе девушка одновременно и похвалила его, и немного разозлилась на него: мужчина мастерски умел пользоваться своим низким приятным голосом, вмиг внушить нужным тоном, что именно он хотел донести. Таким образом, даже если в этот момент она бы просто сгорала от желания сказать ему о всем том, что находится за пределами Тейвата, он все равно отговорил бы ее от этого одним-двумя простыми словечками, прошедшими через все тонкости его речи. — Этот вопрос чересчур личный, — кивнула она, закрыв глаза. — Но неужели другие вселенные могут стоять рядом с вопросом о твоей связи с Адептами? Ничтожное парирование было разорвано в щепки очередной фразой божественного баритона: — Для древнейшего из всех Архонтов Тейвата эта информация и правда особенная, чужакам о ней не принято говорить, — таким образом он завершил их диалог и отдалился вперёд от путешественницы и неспешно пошел уже более-менее уравновешенной походкой. "Даже если я и не смогла узнать об этой связи, я сделала ему немного лучше", — в этот самый момент голову посетила мысль: почему же он так дергается и дрожит, когда она касается его упругого пресса даже через одежду? Щеки покраснели и Люмин быстро отвернулась в сторону красивых пейзажей вокруг нее, предположив одну из причин.

* * *

Остальной путь они прошли в сухом молчании. Даже привычные истории и небылицы из уст консультанта больше не прерывали тишину, казалось, бесконечных горных лесов в золотисто-оранжевых тонах. Девушка опустила взгляд вниз, иногда отбрасывая носком туфли в сторону мелкие камушки на своем пути, параллельно тихо вздыхая. А на небе продолжала сгущаться ночь: вот и звезды стали намного виднее, чем прежде, вот и небо уже окончательно определилось в своих решениях и изменило цвет с пылающего огненного, на спокойный и мрачный синий. Звезды вокруг недосягаемого с земли небесного островка Селестии загорались одна за другой, старались "попасть на первое место" по яркости среди всех остальных своих сестричек и подружек. И пока такое безмятежное и уютное небо отдыхало в вышине, у подножия гор, в гавани Ли Юэ, собралось очень много народу в руках с факелами. Через эту кучу было почти что невозможно пройти никого не толкнув, попасть в самый центр или, на крайний случай, в место с хорошим обзором можно было только посредством давки со стороны народа. Павильон Лунного моря был чуть ли не до отказу набит людьми, воздух наполнился сотнями голосов. Дабы не потерять из виду Чжун Ли, девушка крепко держалась за его руку, попутно осматривая все вокруг себя. "Что же тут такое происходит? Люди кричат, миллелиты тоже…" — медленно, но ощутимо поступала головная боль от напряжения и общего гвалта. Она подняла глаза вверх, к его лицу, чтобы увидеть там хоть какое-то прояснение ситуации, но ничего нового: беспокойный взгляд и сдвинутые к переносице брови говорили о том, что мужчина и сам не до конца понимает, что происходит, даже если у него есть небольшие догадки на счет этого. Тут путешественница внезапно поняла для себя ещё одну интересную деталь из всего происходящего. Обыкновенные люди, торговцы, рабочие… Они тоже недоумевали, что тут творится! Да и миллелиты выглядят сбившимся с толку: она стараются согнать с места так много людей, ведь им самим, наверное, просто сказали убрать много лишних глазах. "Но для чего вся эта давка вокруг именно павильона Лунного моря?" — единственным решением для получения ответа оставалось только идти напролом и смотреть в центр происходящего. — Чжун Ли… — она поднялась к его уху и негромко прошептала. — Давай попробуем аккуратно пройти в центр всей этой несуразицы, чтобы разобраться что к чему? — Неплохое решение, можно попытаться, — туманно ответил он, наблюдая прищуренным взглядом за людьми впереди. — Я пойду первый, а ты держись сзади и не отставай. Мужчина уже шагнул вперед, когда Люмин согласно кивнула ему и размеренными шагами последовала за ним. Аккуратно, а иногда и "бочком" продвигаясь через недовольную толпу, она следовала за консультантом, который склонил голову вниз и как-то даже, возможно, грустно смотрел себе под ноги. Его также неохотно пропускали дальше, но именно в этот момент девушка почувствовала, что что-то в ее партнере сильно переменилось. Он до сих пор оставался вежливым, мышцы на лице не смели даже дрогнуть, но глаза… Янтарный блеск стал намного, намного жестче, идя вразрез с его спокойным тоном; зрачки, казалось бы, стали дикими – в них пробудились повадки зверя… "Что с ним происходит?" — недоумевала путешественница, в очередной раз смотря на "деликатную" беседу между очередным человеком и ним. Разобравшись в ситуации и получив проход, Чжун Ли поманил ее за собой пальцами левой руки, повернувшись к ней. Люмин, заметив это, оторвалась от своих размышлений и поспешила к нему. И вот, спустя еще несколько минут повторения подобных действий, они наконец добрались ко входу в павильон Лунного моря. Мужчина рядом с ней оказался в настоящем ступоре, поэтому ей было очень интересно увидеть происходящее. То, что представилось взгляду девушки, удивило ее: конечно, она могла бы ожидать увидеть в очередной раз "вельможу" в его ярких костюмах, но нахождение другого человека в этом месте совсем не вязалось с его… Принципами и поведением. — …Вы только взгляните на это! — громко декларировал Чайлд, стоя в разноцветном кимоно почти посередине площадки рядом со входом. — Неужели он совсем обезумел!? Напротив притворно испуганного Предвестника стоял молодой юноша в нетепичной одежде для жителей Ли Юэ. Его своеобразный костюм состоял из высокой черной обуви, темно-синих штанов, всяческих лент, ткани и других украшений на них, на торсе находилось белое подобие рубашки или майки без рукавов. Также можно было заметить перчатки на руках и подобие брони. Разгневанный взгляд Адепта уставился в наглые глаза Предвестника, изучал их. Рука его сама по себе крепче сжимала Нефритовый коршун, вспыхнувшая злоба так и стремилось разорвать гада на кусочки. — Псих тут только ты, отродье, — едкие слова срывались с языка Сяо, как только на лице его противника появилась надменная ухмылка. Люмин быстро подняла глаза на консультанта. Тот стоял, не меняя позу, не подавая почти что никаких эмоций, кроме все того же скрытого за янтарным цветом глаз страха и беспокойства. — Какие некультурные слова… — грустно ответил юноше "вельможа". — Зачем же ты так сильно поливаешь меня клеветой? Я – человек чести, мне не очень-то и приятно слышать обман в свою сторону! — Мои уши не могут врать мне о замыслах грязной падлы насчет секретаря Цисин, — шипел Якса сквозь плотно стиснутые зубы. — Не страшись принять горькую правду. — Это ведь даже нельзя доказать! К госпоже Гань Юй меня направила сама Воля Небес, нам с ней нужно обсудить некоторые вопросы, связанные с дальнейшим сотрудничеством, — как по бумажке, без единой запинки отчеканил Тарталья. — Я мог слышать, что некоторые Адепты начали терять рассудок после смерти Властелина Камня, но мне даже думать не приходилось о том, что один из них будет так нагло обвинять меня в чем-то противозаконном – да никогда! С этими словами он повернулся к народу и решил добавить ещё несколько слов. Девушка чудом успела пихнуть Чжун Ли в бок, чтобы тот пригнулся. — Люди, а вы уверены, что ваша защита в лапах такого безумца, как он? Я ещё ни разу не доставлял вам неудобств, только помогал! Толпа спустя несколько протяженных секунд молчания одобрительно загудела и подняла факела. По лицу зеленоволосого юноши пробежал страх: каким бы важным не был этот человек на родине, для народа Ли Юэ всегда был ближе один из немногих выживших легендарных Якс, пусть и появление подобной личности на публике зрелище редчайшее. Люди почитали именно его, любили… Неужели нескольких недель достаточно, чтобы уничтожить всю эту безграничную симпатию? — Если мы доверяем господину Наоки, то для чего мы пришли на зов обезумевшего Адепта? Видите, как у него глаз дергается, точно какой-то нездоровый, — "Бьюсь об заклад, человек из Ли Юэ никогда бы не сказал такого про своего защитника" И вновь до ушей доносились возгласы согласия, различные "да, по нему видно, что к этому оборванцу даже приближаться не стоит", "и правда псих!" и прочие. Те немногие, кто не мог изменять своим принципам, решили просто промолчать под гнетом, как казалось, заказной толпы. Спустя ещё несколько минут гвалта толпа начала расходиться и тушить факела: лучше отдохнуть, чем смотреть, как безумец останавливает достопочтенную личность. Из-за давки мужчине пришлось вместе с Люмин отойти за дом, чтобы продолжать следить. Пока Предвестник довольно улыбался и следил за домыслами людей, видел, как они уходят, Сяо был разочарован. Девушка никогда не видела, как такой непоколебимый воин мог растеряться. Губы "вельможи" что-то неслышно прошептали в сторону удаляющимся людям. — Ну а что насчет тебя? В твоей голове чересчур много лишней информации, — посматривая на опустившегося возле двери павильона юношу, проговорил он. — Может ты, тварь, хоть на немножко отстанешь от меня со своими язвительными шутками? — устало ответил ему поднявший глаза от колен Адепт. — Вали куда угодно, но если только приоткроешь дверь – я лично оторву тебе голову и выброшу ее в море. Рыбам понравится сборник несмешных анекдотов и хорошая пища. — Глупый парень… — разочарованно вздохнул Тарталья, сложив руки на груди. — Ты умеешь убивать, но мозгов тебе стоит прикупить на вашем хорошем рынке. Ну что ж, рябиновые ветки. — Какие еще ря… Сяо не успел договорить, как подскочившие несколько человек в форме Фатуи встали перед ним. Он только попытался призвать оружие и дать отпор, как один из них, тот, что побольше, выбил материализовавшееся копье из его руки, с хрустом вывернув ее в неестественное положение. Рука Чжун Ли сама по себе сжалась в кулак от злобы, он призвал свое оружие. "Нужно действовать!" — резко подумала Люмин, призывая свой меч. — Только оставьте его в живых, — Предвестник зевал, пока со стороны юноши слышались тихие хрипы, скрежет костей и один короткий болезненный стон. Маленькое тело подхватил Фатуи побольше в свои ладони. В этот самый момент мужчина и путешественница уже выбегали на свет. "Мы должны успеть!.." Но было слишком поздно: находившаяся в этой компании маг цицинов прочитала над свой лампой какое-то заклинание и они все исчезли с Электро искрами в тот самый момент, когда полоса из копий обрушилась на лестницу. "Н-нет…" Консультант отбросил исчезающее копье и уставился туда, где только что были Фатуи и юноша. Медленно перебирая ногами, девушка подошла к нему со спину и молча обняла. Она чувствовала ту странную дрожь по его телу, скулы кривились в непонятной горькой усмешке. — Я даже не смог защитить его — вопреки эмоциям Чжун Ли, его слова были ужасно спокойными и бесчувственными. — Пойдем обратно в Чайник.

* * *

"Я чувствую, что ему все ещё плохо от этого" — думая в этом русле, Люмин аккуратно спросила у своего партнера: — У вас определенно какая-то связь друг с другом… — неловко начала она, когда мужчина, как и все эти два дня после похищения юноши, без какого либо намека на улыбку гулял по саду в одиночестве, пил крепкий чай, и иногда держал у себя на руках лисенка. — Или для Архонта и Адепта это абсолютно нормально? Мужчина поставил кружку на стол и вздохнул. Он отвел взгляд в сторону и попытался хоть как-то отвлечься, как казалось девушке, от этих невеселых мыслей. — Я не могу тебе этого рассказывать, — отрезал он спустя ещё несколько секунд молчания. — Это чересчур личное для меня, я бы не хотел, чтобы хоть кто-то узнал о том, что было тогда... Понимая, что сейчас его настроение уж точно не сможет подняться, консультант встал из-за стола, продолжая ловить на себе взгляд молчавшей путешественницы. "Как же он не понимает, что я всего лишь хочу немного помочь ему!.. Мне кажется, Сяо значит для него очень многое." — продолжала думать она, наблюдая за взявшим в руки пиджак мужчиной и за тем, как он неспешно и слегка удрученно покидает комнату. — Подожди! — Люмин распахнула глаза и подбежала к нему в дверном проеме. — Мы же с тобой почти как настоящая пара… Почему ты не хочешь мне поведать эти тайны?.. Он грустно вздохнул и посмотрел на неё. Печальные глаза дополняла слабая и такая же безрадостная улыбка. — Ты и правда так беспокоишься обо мне… — туманно промолвил консультант, обнимая ее одной рукой. Девушка, почувствовав это, положила свой подбородок ему на плечо. — Доверься мне, я оставлю твою тайну в секрете, — прошептала она ему на ухо и тоже приобняла руками. Своим телом путешественница чувствовала напряженное дыхание своего партнера, как тихие тяжёлые вздохи вырывались из его уст. Она даже чувствовала, как бьётся его сердце: печально, но окружённое поддержкой и заботой. Чжун Ли отстранился, отошёл и обратно сел на стул на кухне. С ещё одним вздохом он закрыл глаза и начал ей рассказывать свою историю: — Тебе известно, что раньше в Ли Юэ было больше божественных сущностей, — начал он серьезным голосом, на некоторое время стерев печаль в глазах и сложив пальцы в замок. — Ты все ещё помнишь наше небольшое путешествие к тому, что осталось от Архонта Соли и подобающего количества ее народа. Ты помнишь и моего хорошего знакомого Аждаху. В твоих путешествиях ты могла встреть упоминания некого Архонта Пыли на различных каменных плитах или в древних документах. Мужчина остановился и тихо выдохнул, опустив голову к сложенным в замок пальцам. "Это определенно тяжёлые воспоминания" — Люмин подошла к нему и погладила по шее и хвостику, перебирая пряди. После этого он поднял лицо и так же спокойно продолжил. — Архонта Пыли звали Гуй Чжун, она и является создательницей той баллисты, — консультант на секунду крепко сжал губы. — Среди многих богов она отличалась своим добрым характером и безмерной любовью к людям. Я был очень давно знаком с ней и не видел в ее лице своего врага. Поэтому мы заключили контракт о том, что станем союзниками, без ссор и раздора будем жить на одной земле. После этого мы вместе с ней правили небольшой деревней в Долине Гуйли. Она дарила людям мудрость, а я оберегал их от напастей. Мы жили с ней душа в душу. Со временем мое сердце разорвало к ней прежнее отношение как к простому напарнику, и создало новое – отношение как к родной и самой близкой. Во время прогулок с ней я мог найти утешение, она всегда говорила мне добрые слова и поддерживала в трудные минуты. В один день она подарила мне Память о Пыли, свою загадку. Я по сей день мучаюсь с ней. Щелчком пальцев Чжун Ли призвал головоломку и она пролетела вокруг него, после чего рассыпалась на частички. — Я был очень рад этому подарку, а мое сердце лишний раз почувствовало симпатию к этой женщине. Спустя несколько недель, за ужином, я спросил ее, взаимны ли мои чувства. И получил положительный ответ. В тот вечер мы впервые поцеловались… — мужчина слегка улыбнулся от воспоминаний. — Ну а позже… Я сделал ей предложения руки и сердца. Оно довольно поднял уголки губ и зажмурился. — Погоди… Ты был женат!? — удивлению девушки не было предела. Ей было известно о существовании Гуй Чжун, о ее изобретениях и характере, о том, что она была в мире почти со всеми Адептами, но тот факт, что она была именно женой Моракса… От этого путешественница покраснела так как никогда раньше, посматривая на лицо счастливого консультанта. — Я могу позволить себе влюбиться в кого-то и завести семью, — спокойно ответил он ей, стараясь больше не смущать. В этот момент его улыбка вновь сползла с лица. — Позже я стал настоящим Архонтом. Она была очень рада за меня… Мы даже планировали завести ребенка… Пусть мы и жили вместе, но за пределами нашей деревни все еще оставались враги. В один момент по всему Тейвату началась Война Архонтов. Во время нее я помогал спасаться более слабым и попросту юным существам, например, таким как Яксы. Тогда они были еще не способны справиться с настоящими богами, они были только настрадавшимися пешками в игре Архонтов и их "игрушками", поэтому Гуй Чжун приютила их в нашем Чайнике – место, которое я создал специально, чтобы оберегать Адептов. Иногда, в перерывах между битвами, я наведывался к жене и Яксам. В это неспокойное время я относился к спасенным Адептам как к своим собственным детям. Но все пошло не так, когда почти все из Якс решили по прошествии времени отправлялись воевать со мной. Позже я видел или узнавал о смерти каждого из них, и все время я чувствовал вину за то, что не сберег тех, кого считал своими детьми. Из всех спасенных Адептов оставались только Сяо и, постарше него, Гань Юй. Она тоже помогала мне, но не сражаясь напрямую, пока Гуй Чжун помогала оправиться юному Сяо от психологических травм из-за предыдущего… Хозяина… Ближе к ее концу, пролив реки крови и убив очень много богоподобных существ и Архонтов, я вернулся назад, в Долину Гуйли и увидел, что… Моя милая Гуй Чжун мертва. Она осталась защищать деревню, люди для нее были превыше всего. Я думал, что больше никого не потеряю… На прощание она попросила меня обо всем забыть, выйти победителем и жить дальше. Ее последней волей было то, чтобы я был счастлив… Мне было очень тяжело принять смерть любимой, но я последовал ее совету и создал Ли Юэ, в горах которого позже поселились спасённые Адепты. Чжун Ли закрыл лицо руками и вздохнул. — Теперь ты знаешь чуть больше про мою жизнь, — вымолвил он и положил одну руку на нижнюю часть лица, закрыв глаза. — Даже мне больно думать о таком. "Мне так жаль его…" — подумала Люмин и приобняла его рукой, другой гладя по голове и спине. Когда мужчина открыл глаза, она увидела, что хоть и его лицо было спокойным, глаза говорили обратное – ему было больно думать о потере такого близкого человека. Под ее пальцами напряженное тело консультанта стало мягче и податливее, он был готов принять ее поддержку. — У вас были обручальные кольца? — спросила она, гладя его ладонью по шее. Вместо ответа он стянул перчатку с левой руки. На безымянном пальце красовалось блестящее золотое кольцо. — Я одеваю его тогда, когда хочу вновь почувствовать ее доброту и мудрость. Оно словно дарит мне теплоту и заботу моей милой Гуй Чжун, которая подсказывает мне, как поступать в той или иной ситуации, — объяснил Чжун Ли, сжав несколько раз руку в кулак и горько улыбнувшись. Конечно, девушка удивилась этому непривычному предмету на его руке: в те разы, когда она видела его без перчаток, он был без него. Это только ещё сильнее подогрело ее интерес и заставило подробнее рассмотреть украшение. По видимому, он сделал его сам: золотое кольцо усыпано красивыми узорами, имелась вставка с кор ляписом посередине. — …И я ни за что не одеваю его при половых контактами с женщинами. Я чувствую, что это как минимум не уважительно по отношению к ней. — завершил он свою речь, пока путешественница вылупляла глаза на колечко. — У тебя было ещё много женщин? — поинтересовалась она. — Иногда, я тратил мору и на бордель… — туманно произнес мужчина и поспешил добавить к своей реплике ещё слова: — Иногда мое естество требует женщину, куда же мне деваться? "Фу, как только можно иметь дела с этими прошмандовками!? Кто в них только не побывал…" — ее лицо само по себе перекосило, стоило лишь представить консультанта в одной кровати с дамой легкого поведения. — Надеюсь, ты не ходил туда слишком часто… — Только когда доходило до крайностей, когда я совсем не мог держаться, — кивнул он, стараясь убрать из головы Люмин глупые размышления. Она покраснела, но продолжила говорить: — То есть, ты хочешь сказать, что Сяо тебе как сын? Возвращение к наболевшей теме вновь пробудило в глазах Чжун Ли пелену грусти и печали. — Да, так оно и получается. Якса и Гань Юй для меня как мои собственные дети, которых я не успел завести… — после этих слов он поднялся из-за стола и оперся на него руками. — Поэтому я просто не могу оставить ни одного из них на произвол судьбы и растерзание проклятому Предвестнику. Я должен спасти своих малышей. Мужчина был весь на нервах, его глаза метали искры. "Нужно как можно быстрее начать действовать". — …Да как он посмел калечить нас, жителей Ли Юэ, выродок! — голос из спокойного наполнялся агрессией и вырывающимся возможными матами. Девушка попыталась успокоить его объятиями. На это он лишь немного сопротивлялся и лишь обмяк. — Нам определенно надо отправляться на поиски Сяо уже завтра, иначе я даже представить себе боюсь что приключится с ним, — взгляд упал на окно, откуда виднелся закат. — А вот сейчас я хочу пойти в спальню и наконец уснуть. С этими словами еще не до конца стабильный в плане нервов из-за воспоминаний, мужчина открыл кухонную дверь и , на этот раз без лишних возгласов путешественницы отправился спать. — Приятных снов, — попрощался он, прежде чем окончательно уйти в другую комнату.