i want love.

Ничем не примечательные, скучные восемь дней шли очень и очень медленно. Чуя и его новый знакомый хорошо сдружились, узнав о друг друга в разы лучше. Для Накахары это удивительно, но он уже может назвать Акутагаву своим другом. В прочем, как и Рюноскэ может обозначить рыжего. Чуя даже был побалован тем, что Акутагава собирается от бабушки переехать к нему в одно общежитие. Он был действительно рад тому, что жить будет не с каким-то ноу-неймом, а с другом. Так в разы комфортнее. — Так. Ты собираешься пойти в тот бар, что подальше от универа, или в тот, что поближе? — Двое друзей вновь сидят на скамейке, обсуждая вечернее событие. — Я, честно говоря, не знаю... — Серьезно? Чуя, я не разбираюсь в барах, а лишь знаю то, что их по близости два. И согласился пойти потому что хочу сам убедиться в том, что с тобой все будет нормально. — Акутагава нахмурил брови. — Я ценю то, что ты за меня в какой-то мере беспокоишься, окей? Но, если тебе так не хочется тратить свое время на что-то подобное, можешь не ходить. Я лишь предложил, а не заставил. — Тон Чуи спокоен, но холоден. — Так напиши Дазаю, спроси у него. — Во первых, никогда и ни за что. Во вторых...откуда мордожопый может знать о качестве баров? — Он в одном из них часто проводит время. В каком именно — не знаю. — Брюнет облокотился на спинку скамьи. Его даже не волнует что номера шатена-то нет.

Забавно.

— Вероятнее всего-то, что в том баре который подальше от универа. Поэтому мы пойдем в тот, что поближе, потому что туда он вряд-ли придет. — У Накахары аж глаза заблестели... — Серьезно? Выбирать бар по наличию и отсутствию в нем Дазая…? — Рюноскэ недоумевающе поднял одну бровь. — Да. Этот засранец меня как преследует, постоянно везде находит и ведёт себя нагло. — Ну, как знаешь. Парень, кстати, прошел обучение для работы ещё вчера. На свою смену придется идти уже завтра. За то, сегодня он отдыхает и пробует новое. Акутагава, в прочем, пойдет в своей привычной одежде. Черная длинная рубашка поверх прямых черных штанов, в которые заправлена футболка и подпоясана. А вот Чуя...оделся то-ли сильно выделяясь необычностью, то-ли совсем не примечательно. Он надел черные рваные джинсы которые обтягивали его ноги, а поверх футболку, на принте которой была какая-то рок-группа. Да и поверх, к тому же, кожанка болотного цвета... Зачесал волосы на одну сторону, собрав длинную часть в неаккуратный пучок на затылке, оставив несколько прядей из челки болтаться на лбу. Дополнением были носки с бананами о которых никто не узнает и красные кеды. Ну а что, больше на ноги поверх носков напялить нечего. Сзади закинул какой-то не большой черный рюкзак и был полностью удовлетворен своим внешним видом. — Уверен, что хочешь пойти именно так? — Акутагава слегка удивлен такими выборами в одежде друга, который обычно одевается совсем иначе. Образ выглядит слегка странно для Рюноскэ. — Да, мне нравится мой внешний вид. Или ты про носки с бананами? — На последних словах рыжий распахнул глаза, почему-то засмеявшись после. — Да нет, их все равно никто не увидит если не напьёшься и сам не покажешь. — Я не настолько напьюсь. — А на сколько? — Ой, да не привередничай. — Накахара закатил глаза, улыбнувшись. Сейчас ещё три часа дня, а он уже оделся и причесался. Спрашивается, нахуя так рано? М-м... Он сам не знает. Волнение перед чем-то новым берет своё. Что-ж, за это время рыжий успел сходить до места работы, чтобы уточнить сумму за смену и куда она будет приходить. Сейчас же двое друзей направляются в зоомагазин который открылся на соседней улице. Аргументировалось это все со стороны Чуи, который сказал что всегда хотел себе какого-нибудь зверька. Правда, на него сначала нужно будет заработать. — Чуя, — Брюнет чихнул, — я надеюсь, что ты будешь выбирать не сильно линяющего животного по типу морских свинок? — у него аллергия на шерсть. — Не-е-ет, — Произнес он подходя к клетке с маленькими крысами. — морская свинка дорогая, за ней и уход дорого стоит. — Хочешь по этому крысу взять? — Да, но немного попозже. А почему тебя так напрягает линька? — У меня аллергия на шерсть. — О-оу. То есть, животных у тебя дома никогда не было? — Ну почему же, были. Рыбки. От такого заявления Накахара хотел посмеяться, но постарался сдержать смех, что как раз таки не вышло. Парень встал надув щеки, резко выпуская маленькие потоки воздуха с достаточно громким звуком из-за сдерживаемого смеха, но по итогу все таки залился. — Серьезно? Тебе так смешно из-за того, что из животных у меня были рыбки? Ну, были не только рыбки. — А кто, — Рыжий все ещё хихикает. — черепашки ещё? — Да, черепашки. И они, между прочим, до сих пор остались. Точнее, одна — Матильда. — Ты назвал черепашку Матильдой…? Чуя вновь залился смехом. — Не смейся, она хорошая. — Понял. — Рыжий все таки успокоился. Времяпровождение с Акутагавой достаточно занимательное, поэтому время летит быстро. Пялясь на зверушек в зоомагазине, уже час, считай, прошел. Ещё полтора часа они провели сидя на каком-то скучном, как оказалось, кино и наконец отправились в бар. Шесть часов вечера, а Чуе мягко говоря не по себе. Какое-то чувство неизвестности, новости окутывает с ног до головы заставляя покрываться мурашками как от холода пока парень стоит разглядывая вывеску и вход. Ещё и охранник атмосферу нагоняет, м-да уж... Но, попробовать что-то новое хочется, поэтому рыжий вместе с Рю делает шаг вперед — в неизвестность. Внутри приятно пахнет, а зал освещается неоновой синей подсветкой на потолке. Незамысловатый интерьер состоящий из столиков и маленьких креслах в кожаной, мягкой обивке; не большая сцена и сама барная стойка. Музыка достаточно активная, но людей тут особо и нет. Кто-то из посетителей даже успел заснуть в такой обстановке. Двое друзей рано пришли, видимо. Чуе уже приглянулся тот столик, что подальше от всех — в углу. Там и диванчик угловой, можно легко расположиться. А Акутагаве в прочем все равно, поэтому он просто сидит рядом. Пока народу немного рыжий спокойно отсиживается листая соц сети, не желая привлекать лишнего внимания раньше времени. Вот придет побольше человек, тогда он и начнет что-то пробовать. Ему проще когда людей больше, потому что так на него всем насрать. Сейчас конечно тоже, но Накахаре не комфортно. Ну вот другое это. На самом деле помещение достаточно быстро заполнилось. Заведение отбросило свой скучный вид приобретая новые краски. Чуя уже за это время успел взять кружку какого-то пива, которое ему сразу же не зашло. Оно какое-то слишком горькое, и очень странное. Нужно выбрать другой вариант... Накахара стоит у стены не особо приближаясь к людям, стараясь допить этот мерзостный напиток. Рыжие волосы красиво переливаются в свете синей ленты на потолке и лучах со сцены. Они выглядят словно огненные вихри, а голубые глазенки сияют будто полированные сапфиры. Именно на него Осаму и уставился из толпы, как завороженный. Чуя конечно всегда был привлекателен, но что б настолько... Его тоненькие губки так мило расплываются в улыбке пока он о чем то беседует с другим посетителем, а ямочки на щеках являются прекрасным, умилительным дополнением. Стоп, чего это я? Похоже уже настолько много выпил, что начал на каких-то раздражающих до жути карликов заглядываться, пф. — Подумал Дазай, отводя от Накахары взгляд. — Пора возвращаться к Анго, а то я даже не слушал о чем он говорил. — Шатен сидит со своим приятелем за барной стойкой, но из-за других людей рыжий его даже не замечает. Когда народ немного утихает, а бармены перестают выкрутасничать с напитками Чуя подходит к барной стойки, чтобы выбрать что-то покрепче. Дазай уже достаточно расслаблен, но не обращает на него внимания. Накахара решает остановить свой выбор на пина коладе, просто потому что она прикольного цвета. Один из парней отвечающих за напитки впарил какую-то крепкую хуйню, утверждая что рыжему понравится, хотя тот особо и не сопротивляется будучи немного расслабленным. Он возвращается с светло-зеленым напитком к стене, слегка удивляя Акутагаву цветом того что находится у него в руке. — Что это? — Приподнимая одну бровь задаёт вопрос брюнет глядя на вполне довольного друга. — Это пина колада. Я ее взял из-за прикольного цвета, — Не утаивая правдивого любопытства произносит Чуя. Накахара сначала принюхивается к стакану. Пахнет чем-то сладким и сильно отдает алкоголем. Достаточно странное сочетание запаха в отличие от дешманского пива. Парень делает маленький глоток словно дегустируя, и остаётся приятно удивлен. — Хочешь? — Оно подозрительно выглядит, но давай. — Рюноскэ уже, итак, нарушил обещание не пить которое дал себе при входе в бар, так что терять нечего. — Хм...вполне приемлемо. Но сладкий алкоголь мне не особо заходит. Кружка за кружкой Чуя уже не знает сколько потратил на это, но чувствует себя прекрасно. Хотя, взял вроде не много, но расслабило знатно. Кто-то в зале уже напился в стельку и лежит на полу, кто-то ушел в отрыв, а кто-то вообще в ударе. Один из посетителей встал на барную стойку и странно танцует, игнорируя убедительные просьбы работников заведения слезть со стола. И этот парень...Ацуши? Рюноскэ с недоумением смотрит на танцующего блондина, пытаясь понять сколько и чего он вообще выпил, раз пошел на такое. Рядом сидит Дазай который судя по виду напился так, что скоро начнёт вытворять похожее, а позади Анго который со стороны совсем не пьян. Бедный Сакагучи сидит будучи утомленным всем этим движением с рукой на лбу, то-ли вздыхая, то-ли говоря что-то, что не возможно разобрать на расстоянии. Как будто бубнит слова недовольствия себе под нос, но его вниманием явно обделили. Из замешательства Акутагаву выводит рука Чуи проплывшая прямо перед его лицом именно с этой целью. Его рыжий приятель уже пьян, учитывая что ноги подкашиваются. Быстро он. Народ нахлынывает с новой силой, а музыка становится громче. Ацуши все же слезает со стойки недовольно мыча, пока обстановка набирает обороты. Дазай со своей компанией уже потерялся в толпе, пока Чуя старается перекричать музыку. На самом деле, Рюноскэ удивило то, что Накаджима вообще находится в таком месте. Но, скорее всего это обычные формальности, и сюда его притащил Осаму. Такой вариант более правдоподобен. — Мне отлить надо. — Наконец, его слышно. — Зачем мне такие подробности, — Удивляется брюнет, — иди конечно. Я же тебя здесь не держу. Накахара идёт «веселой» походкой к двери туалета через длинный коридор. Он заходит в уборную, а перед глазами все плывет. Голова слегка кружится, а в ушах звенит и булькает. Даже не обращая внимания на то, что тут так подозрительно пусто рыжий захлопывая дверь опирается на стену постепенно скатываясь на пол словно плавленый сыр.

Чёрт. Как можно было так натрескаться?

Парень с трудом поворачивает голову в правую сторону — к двери — и убирает руку ото лба. Рядом сидит он. Такой же в стельку пьяный и очень расслабленный. — Так вот от кого, — Рыжий икнул, — табаком нести начало... — И тебе здравствуй... — Парень потёр глаза рукой, — Надо же, даже не скажешь о том, какой я чмошник? — Одно твое имя для меня уже одиозно, но сейчас у меня нет сил, чтобы спорить с тобой, Осаму. — Рыжий запрокидывает голову прикрыв глаза. Его лицо горит. — Надо же, какое счастье. — Сказав это, Дазай идиотски усмехнулся. Но то, что он сделал далее повергло Накахару в шок. Дазайская наглая морда развернула его лицо к себе. Чёрт, под действием алкоголя он выглядит очень привлекательно. Рыжий не может дать ему отпор когда его губы таят под губами шатена. Парню стыдно признаться, но отстраняться совсем не хочется. Это чувство для него ново, потому что он первый раз целуется. Накахара даже не знает как реагировать, но, Осаму похоже это не волнует. Он на удивление ловко и аккуратно все делает, не отдавая и не разделяя инициативы. Чуя даже теряется в прострации когда его лицо вновь начинает гореть, а руки забираются в мягкие, пушистые волосы сидящего уже напротив парня. Ему с какой-то стороны страшно. Эти несколько секунд длятся неимоверно долго, пока Дазай сам не разорвал этот поцелуй глядя в глаза Чуи. Рыжий сводит брови к переносице не понимая вообще ничего, он даже не знает злиться ли сейчас, или спустить это Осаму с рук? Пока рыжий пытался быстро осознать произошедшее, Дазай не мог налюбоваться его прекрасным, смущенным видом и горящим лицом Чуи. Что я только что сделал? — Пронесся в голове шатена такой вопрос. Но... Чуя выглядел так ахуенно, что парень не смог совладать с собой. Он так мило облизнул свои блестящие, мягкие губки. Это заставляет сердце Дазая биться ещё чаще, глядя на эту картину. Парень не может удержаться, он снова затягивает веснушчатого в поцелуй, переходя к углублению. Он достаточно опытен чтобы не навредить Накахаре, но под действием спиртного слишком расслаблен, поэтому даже не боится того что мог украсть у него первый поцелуй, что собственно и совершил сам того не зная. Рыжий изначально выглядел как человек за которым носятся табуны, но на самом деле такого не было. Ну, были конечно некоторые признания в чувствах в средней школе, и то это были самые обычные валентинки на день всех влюбленных. Чуя же никогда подобного не дарил, так как считал и продолжает считать все это бессмысленной затеей. Дазай вновь отстраняется, поднимаясь и утягивая за собой в кабинку Накахару. Все таки запереживал за то, что в уборную может кто-то из знакомых зайти. А тогда было бы не хорошо... — Что ты, блять, делаешь? — Вновь хмурясь и прикрывая нижнюю половину лица тыльной стороной ладони говорит рыжий. — Целую тебя. Такой честный ответ. Да как он может быть не честным, если все, итак, очевидно? Чуя будучи ещё более удивлённым опускается на закрытую крышку унитаза убирая руки от лица. — Хочешь, отсосу тебе? — Накахара только это и говорит, сначала увидев бугорок на штанах шатена, а потом поднимает голову и видит то, что Дазай в замешательстве. — Что, прости…? — Осаму более чем в недоумении. Этого Чуя и хотел, ставя его в такое положение. Алкоголь делает людей смелее, иногда подталкивая их на необдуманные поступки. А рыжий прочувствовал это на себе когда предлагал такое. Он рассчитывал на такую реакцию в ответ на то, что его сильно смутили поцелуями украв первый. В глазах все ещё плывет, но Накахара находит пряжку ремня и достаточно быстро освобождает джинсы от него расстегивая ширинку. — Ты шутишь? Если да, то прекрати. Это не смешно, Чуя. — Осаму напуган. Теперь его лицо заливается красками, пока он стоит в не знании того что нужно делать в такой ситуации. — А похоже на то, что я шучу?

Нет.

Возбуждение мгновенно возрастает когда Чуя действительно приспускает штаны вместе с нижним бельем высвобождая половой орган. Дазай опирается на закрытую дверь спиной, пока Накахара сидя на унитазе обхватив ствол своими аккуратными, красивыми пальчиками делает кольцо на стволе начиная двигаться вверх-вниз постепенно добавляя пальцы. Но, долго это не продлилось. Дазай уже закрыл рот рукой наблюдая за тем, что происходит внизу опустив взгляд. Неужели у меня стоит на парня…? — Подумал он, — Да нет, бред какой-то. Просто Чуя...он меня не видом возбудил, а руками прямо сейчас. — такое объяснение кажется Осаму логичным. Из мыслей его выдергивает ощущение чего-то теплого и влажного прямо на головке.

Блять...

Накахара обхватил верхушку губами, касаясь кончиком языка ямочки на головке. Дазай аж удовлетворённо пискнул, запрокидывая голову. Но парень не останавливается, он проводит язычком снизу вверх по стволу оставляя дорожку слюны, после чего целует шатена прямо в ляжку массируя мошонку. Чуя совсем теряется в этом, постепенно заглатывая член все глубже и глубже. Он первый раз делает подобное, но как уже и думал ранее, спиртное придает уверенности, заставляя делать невероятные вещи. Рыжий даже закрыл глаза помогая себе руками, пока Осаму поглядывает на эту прекрасную картину. Шедевр на миллион долларов, думается ему видя то, как Чуя старательно насаживается на него ртом. Так ахуенно работает своим милым ротиком и слизывая кончиком языка предэякулят. Это доставляет неистовое удовольствие, поэтому ближе к кульминации Дазай стонет как сучка. Чуя от такого и сам замечает шевеление в штанах от чего становится теснее, но ничего не может с этим поделать. Внизу живота приятно тянет и так тепло, так приятно... В уборную кто-то зашёл, но парни не обратили на это внимания. Да и посетитель судя по всему тоже. Всякое может случиться в туалете бара, не стоит заострять на таких мелочах внимание. Сразу же как только человек оттуда вышел, Осаму отдернул Чую за волосы. — Кончаю, кончаю... — Тихо пробубнил Дазай себе под нос, додрачивая и изливаясь на пол с полу-стоном полу-вздохом. Кажется, рыжий перепил. Шатен сделал такой вывод исходя из того, что сразу после того как Осаму «прибрался» после содеянного Чуя встал с крышки туалета и буквально повис на парне. Он, кажется, очень хочет спать. Но буквально три минуты назад он выглядел очень активно... Дазай решил, что правильным будет предупредить Акутагаву который был с ним, и отвезти до общаги на такси. Все таки, время не ранее, мало ли что с ним может случиться по пьяни. Нет, он не переживает, он просто хочет подружиться. Да и понимает что если Чуя достигнет по пути в общагу не лучшего исхода, ему будет трудно начать учебу которая, между прочим, уже послезавтра. Парень выходя из кабинки подхватил Чую под подмышку закинув на себя его руку, на них даже никто из присутствующих в уборной не обратил внимания, какое чудо. Осаму вывел его в зал, подходя к Акутагаве. — Дазай? Почему Чуя с тобой? — Рюноскэ удивительно спокоен на вид, но отношение к шатену у него далеко не лучшее. — Скажи мне, где он живёт. — Даже не поздоровался, ужас. — Ему плохо? Я отведу Чую— — Я сам, просто скажи адрес. — Тьфу ты, адрес общаг то он знает. А вот номер комнаты... Осаму оставил Ацуши в баре, он все равно пошел к Акутагаве. Ему даже жаль брюнета, ведь пьяный Накаджима такой...такой не стеснительный. Мало ли, что натворить или наговорить может. Сакагучи тоже остался там, доверив мотоцикл Дазаю. Сначала парень думал что просто закажет такси рыжему, но подумав немного решил отвезти сам. — Какой же ты странный, Чуя. Дорога заняла даже меньше десяти минут, поэтому совсем скоро страдальческий шатен уже затаскивал Накахару на второй этаж. По дороге он чуть не выпал потому что засыпал, но ничего. Живой и ладно, хе-хе. На улице ещё достаточно светло, ведь всего лишь десять часов вечера. Темнеть ещё только начинает, а фонари уже загораются освещая темные даже при свете дня проулки. Теплый, лёгкий ветерок развивает огненные кудри еле идущего под руку Чуи, в то время как свет показывает прекрасное, подрумяненное на щеках личико пока остальная кожа остаётся почти идеально белой. Ресницы трепещут когда Накахара старается не опускать век, но, к большому сожалению, такое зрелище оказывается доступным только уже стоя у входа в здание. Когда Осаму укладывает агрессивного карлика на кровать, он думает, что сейчас сможет побыстрее смотаться от него чтобы уже дома обдумать случившееся. — Принеси мне воды. — Накахара потирает ладонью свои глаза. Сколько же этот парень выпил? Вздохнув, Дазай поднимается с колен и отходит от кровати желая поскорее это закончить. Что рыжий сделал в туалете бара? Мерзость. Надо было остановить его. Нет...нужно было изначально не поддаваться действию рома и не целовать его. Точно. — Подумав так, шатен уже сам пил самую обычную воду сидя на стуле маленькой кухни. — Почему я вообще решился на это? Но он то главное почему не сопротивлялся, а потом ещё и такое сотворил? Ужасно. Дазай все же принес этот стакан заново налитой воды своему знакомому, дожидаясь момента в который можно будет по-тихому съебаться. — Осаму, — Рыжий выпивает стакан залпом, — останься, пожалуйста. — сонным, опьянённым голосом просит он. — Что…? — Прошу, останься. — Глаза уже закрыты, но рука тянется к перебинтованной кисти которая лежит совсем рядом. Похоже, съебаться не получится. Да и как он вообще собирался по-тихому, если прямо сейчас Чуя уснет, а ключи в его кармане? Не хорошо как-то за чужими вещами лезть вот так вот в наглую. Необдуманных поступков, на сегодня пожалуй хватит. Парень совсем погрузился в сон распластавшись на кровати. Чёрт, теперь нужно ещё и раздевать его, спать в одежде, да ещё и уличной как-то не комильфо для такого как Накахара. По крайней мере, так думает шатен. Пусть уж лучше в трусах остаётся, кто его тут видит то кроме Дазая? Тело выглядит достаточно хрупким, поэтому парень старается сделать все аккуратно, не навредить. Бледная кожа, веснушки на плечах... Нет, он не будет больше смотреть на то, как он выглядит. Хватит с него. Аккуратно сложив одежду Осаму уже подумывал пойти против своих моральных установок и вытащить из одежды Чуи ключи, но не решается. Посидит на кухне до утра, и уйдет как только рыжий проснется. Да, так и сделает. Дазай вздыхает складывая одёжку на стул, и уходи на кухню. Он приоткрывает окно, и...достает пачку сигарет. Все равно в квартире душно, а через закрытую дверь Чуя не проснется от запаха табака. Тонкие, бинтованные пальцы чуть ли не оказываются подавленными пламем зажигалки, но остаются в полной сохранности. Копка сладкая, а сигареты тонкие. Что ещё нужно для счастья? С длинным фильтром, так удобно держать в двух пальцах. Осаму нечасто курит, а только тогда, когда уж совсем не в моготу. Когда нервничает или просто беспокоится. Уже стало достаточно темно, а улицы словно начинают замирать. Людей все меньше и меньше, сигарета тлеет в пальцах не успевая закончится когда шатен делает затяжки. Воздух становится холоднее словно ударяясь в лицо, что немного освежает. Голова начинает кружиться от никотина который мгновенно проник в организм. Аж в опьяненный мозг ударило... Брови на бледноватом, не выспавшемся лице сводятся к переносице когда появляется неприятный привкус. До фильтра дошел. Но ебать, все становится по-идиотски плохо когда парень понимает что пепельницы нет. Он же не у себя в квартире... Дазай решается на отчаянный ход стряхивая остатки пепла в окно одним из отращённых, аккуратных ногтей правой руки — вероятно они нужны для игры на гитаре — и тушит сигарету о запястье. Благо, прижал он сильно, и бинт не успел загореться, а кожа почти не задета. Ожог, вероятно, есть, но не сильный. У котика боли, у собачки боли, а Дазая, блять, не боли. Пшикнув духами из своего рюкзака, парень возвращается в комнату, где спит Чуя. Ему похоже холодно стало, ведь бровки нахмурены, а сам он в позе эмбриона. Замёрз, бедняжка. — Подумал Осаму снимая с себя верхнюю одежду и ложась рядом. Шатен остался лишь в черной майке и длинных трусах. Он неимоверно устал за день, поэтому имеет право отдохнуть вместе с Накахарой, да ведь? Все равно проснется раньше, если вообще уснет. Парень накрывает и себя, и лежащего рядом мягким одеялом, но кровать как оказалось достаточно тесная. Пришлось подвинуться ближе приобнимая Чую. Мерзость. Тело агро гнома быстро расслабляется и согревается, становясь отличной, длинной подушкой которую Дазай подмял под себя засыпая. Тепло Накахаровского тела так расслабляет. Да и он, между прочим, очень мило посапывает хоть и тихо. Вздёрнутый носик иногда подергивается... Стоп.

Хватит.

Спать так спать, верно? Да какой тут спать, когда в не трезвую голову лезут разные мысли то о произошедшем ранее, то о Чуе который сейчас так невинно выглядит. Аж мерзко становится. Узнай отец Дазая о таком... Он не узнает. Но он же... Нет. Все нормально. Нужно же было сблизиться, так? Ну вот, сблизился блять. Настроение как то резко и часто меняется. Парень заметив это решил «отключить мозг». Он слишком много думает и анализирует, пора бы просто по человечески поспать. И Дазай правда засыпает в обнимку с Чуей. Возможно, он потом пожалеет о своем выборе остаться, но явно не тогда когда так тепло и только-только стало более менее спокойно...