Одно пламя

Новас-Ментис. Уровень -798 «Архив сказал: «по всему свету». Значит, и здесь. В этом цифровом гробу.» Валтор вылетел из портала, как выброшенный из желудка. Вместо стерильного холла с голограммами — хаос, грязь и уродство. Воздух был густым, вязким, пропитанным запахом гниющей плоти, горелого пластика и сладкого, тошнотворного сиропа — того самого, что закачивают в капсулы, чтобы имитировать «счастье» Вместо тишины — рев. Рев машин, рев людей, рев боли. Перед ним стоял человек. Или то, что от него осталось. Пол-лица — живой металл, пол-тела — шрамы от имплантов, которые отторглись. Глаз, который смотрел не туда, куда нужно. Голос — хриплый синтезатор, глючащий на каждом слове. Запах — смесь солярки и этилового спирта. — Демон, кха! — презрительно рассмеялся он — И что ты тут забыл? Не боишься испачкать свою красивую одежонку?! — Мил человек, — оказывая невиданное почтение незнакомцу, Валтор встал с замызганных серых плит пола, отряхнулся и поклонился — Подскажите, на какой уровень я попал? — Доставай всё, что у тебя есть! — закричал вдруг мужчина, поднимая правую руку. Только вот вместо кисти на ней красовалось несколько огнестрельных дул — Быстро! Пойдешь со мной! — Это было очень глупо, — Валтор разочарованно поджал уголки губ и вздохнул, а затем провел в воздухе рукой — Будь послушнее. Незнакомец остановился как вкопанный. Несколько секунд он никак не проявлял себя, однако потом согласно кивнул: метка уже поразила его человеческую часть. — Чего вы хотите, мой господин? — тихо молвил человек, бессмысленно глядя на Валтора. — Мне нужно знать, на каком я уровне и как оказаться ниже, — ответил маг — Должно быть, ты в курсе. Еще хочу, чтобы ты показал мне тут всё. Давненько не был в Зените. По пути вниз, разумеется. — Может тебя еще и спиртом угостить? — хриплый синтезатор голоса начал сбоить — Херовая у тебя магия, волшебник! Послышалась автоматная очередь, но кто такой Валтор, чтобы так просто пришить его в подворотне? За секунду до серии выстрелов демон был уже за спиной неудачливого разбойника. Вместо тысячи слов он положил руки на его шею. Хруст был протяжным, несвойственным обычной человеческой кости: помимо скелета ломались встроенные механизмы, выворачивать приходилось жестче, сильнее, резче. Незнакомец не сразу понял, что произошло, когда Валтор подпалил оставшейся провода магией. Он просто упал замертво на металлические плиты. Маг хорошо понимал, что валюта в Зените могла поменяться, а потому быстро обыскал бездыханное тело. В объемном сером плаще налетчика было найдено немало купюр, заинтересовавших Валтора. «Эрто, значит, — подумал он, рассматривая содержимое кармана — Хоть одна хорошая новость, ничего не изменилось». Валтор бессильно вздохнул. Последнее, что ему хотелось делать здесь — убивать. Но таковы законы нижних этажей — убей, или будешь убит сам. Техномагия, зараза, эволюционирует быстрее, нежели другие её виды, то и дело появляются новые импланты, новые способы усовершенствования тела… Здесь была его, Валтора, брешь. Слепая зона. Нет ничего сложного в том, чтобы поразить человеческую часть, только сколько зенитианцев полностью остались людьми, или хотя бы на пятьдесят процентов? Все пронизаны чертовыми имплантами, нафаршированы ими, как эраклионская утка… Да уж, если бы Валтору пришлось сражаться с целым Зенитом, было бы проще всех убивать без разбора. Если бы повезло убить… В отличие от отсталых стран, вроде Андроса, Зенит только рос и креп все это время, будто Эсцентиус из глубин оживился после смерти Домино, щедро раздаривая инженерам свои секреты. Валтор вышел из переулка, тускло освещенного лампами и через четверть часа вышел к главной площади. Здесь металлические плиты пола уже обретали цвет — из серого становились бледно-кобальтовыми. Значит, где-то недалеко располагался рынок со всякой всячиной — запчастями, имплантами, эмоциями, даже воспоминаниями. Валтор цинично усмехнулся. Что двадцать лет назад система была нещадна по отношению к беднякам, что сейчас. В сущности, в этом Зенит был непреклонен. Вокруг него образовалось множество голограмм, изображающих цветы, деревья, растения. Такие стояли сейчас всюду на нижних уровнях, зенитианцы были уверены, что украшения в парковых зонах способствуют поднятию духа поселенцев. Однако вверху такие ставили крайне редко — расходовать ценный ресурс внимания для высших слоев населения казалось кощунственным. Чего никак нельзя было сказать о бедняках. На больших экранах, расположенных вдоль дороги, виднелась самая разнообразная реклама — от предложений работы до новых фастфудных. Периодически на мониторах всплывало и другое — кадры с полуобнаженными феями, мило улыбающимися, поющими и предлагающими присоединиться к их блогу. Такие инфлюэнсеры были неотъемлемой частью нижнего уровня — заводчанин не должен иметь ни секунды свободного времени, чтобы подняться, а если решится — осознать ценности верха. Экранные девочки были не просто красивы — от них веяло здоровьем, уверенностью, ухоженностью, и на безупречном теле не было ни одного импланта или намека на него. Актрисы, модели и прочие тому подобные дамы, а эти профессии всегда подразумевали здесь именно женщин, не должны были иметь испорченного тела. Эта мода не менялась в Зените из века в век, и представительниц искусства, зачастую полулегального, набирали с неполных пяти лет. Жители нижних этажей охотно продавали в эту индустрию собственных детей — простой, ежемесячный доход без вложений был интересен всем, и плевать, что для этого нужно лишиться члена семьи. В конце концов, не лучше ли подняться наверх, а не влачить жалкое существование в этих кварталах, торгуя собственными слезами? Валтор молча проследовал дальше. Впереди виднелся огромный рынок, слишком пестрый для этого мрачного места — ржавые металлические конструкции с разнообразными пробирками, несколько бесколесных громоздких модулей, где принимали бродячие хирурги, огороженные черным железом ларьки с припасами. Между ними были причудливо натыканы бедные торговцы, представляющие свой товар прямо на плитах пола. Каждый зазывал покупателя как мог — криком, жестами, кривыми взглядами искусственных линз. Невозмутимыми были только хирурги, стоящие около своих фургонов. Очевидно им сегодня не шибко везло. Когда Валтор поравнялся с модулем очередного горе-врача, тот вдруг схватил волшебника под руку и с улыбкой произнес: — О, госпожа, что привело вас сюда? Решили оставить карьеру? Быть может вы хотите… — Я — мужчина, — отрезал Валтор, строго взглянув на лицо горбатого хирурга. — Вы… довольно необычно выглядите для этого места… — быстро заговорил тот — И я не чувствую в вас ни одного… — Я не нуждаюсь в имплантах, мне нужно кое-что другое, — строго сказал маг — И если ты мне поможешь, я тебя вознагражу. — Позвольте, вы не вернете мне утраченной лицензии… Валтор посмотрел на собеседника. Перед ним был вполне порядочно одетый мужчина с имплантами глаз, которых маг никогда не видел. Линзы переливались на лампах, но были так аккуратно ввинчены в череп, что напоминали самые настоящие, живые глаза. Работа была поистине искусной, не чета той, что встретила его в самом начале пути. Остальное тело хирурга казалось нетронутым, белый халат был идеально накрахмален, только небольшой горб виднелся из-за спины. Маг заинтересовано спросил: — Неужели мне нечего вам предложить? — Едва ли вы держите путь в архивы, чтобы предложить мне ценные бумаги нижнего уровня… потому за свою работу готов взять от ста тысяч эрто. — Что ж, — Валтор, недолго думая, достал из внутреннего кармана плаща свою добычу — Здесь двести тысяч. Составь мне компанию, расскажи, как здесь обстоят дела. Давно не был в Зените. — Так просто? — вдруг хирург отшатнулся — Вы… Я не возьму. — Почему вы мне отказываете? — демон попытался включить все свое обаяние — Неужели вас так пугает моё тело, не фаршированное вашими механизмами? — Это не этаж для иноземцев… — врач безумно мотал головой — Зачем вы здесь?! Я не стану вам помо… — Я могу удвоить сумму. От вас требуется только сопроводить меня до ближайшего кхм… места употребления пищи? И рассказать, что изменилось здесь за последние двадцать лет, — Валтор снова полез в карман, выискивая новые купюры — В ваших органах, или боже упаси, воспоминаниях я не нуждаюсь. — Я… — немного поколебавшись, мужчина все же принял деньги — Должен быть вашим компаньоном? — Ха, — коротко рассмеялся маг — Что-то в этом роде. Пойдемте. Валтор отдал незадачливому мужчине почти все краденные у мертвого разбойника деньги. Он сомневался, что история не выйдет врачу боком, но разве здесь, в этой помойке, кто-то будет переживать о трупе очередного отребья? Неудивительно, если он был в розыске не первый день, а тому, кто убил его, будут скорее благодарны. — Как зовут вас, достопочтенный? — произнес Валтор, устремившись дальше. — Адальберт, — представился новоявленный спутник, все еще разглядывая волшебника. — Итак, Адальберт, имя у вас явно не соответствует обстановке. Бывший учёный? Или… — Я врач, — мягко ответил тот — И здесь я совсем недавно. — Лишились лицензии где-то вверху? Обычно в эти трущобы попадают только в таких случаях. — Я на допросе? — Просто интересуюсь… — протянул Валтор — Меня зовут Альфреди, я прибыл из Солярии взглянуть на то, как живет нижняя часть Зенита. И признаться, очень разочарован увиденным. — Для меня не было секретом что вы не здешний, — недоверчивая поглядывая в сторону Валтора отвечал Адальберт — Только причина для визита очень странная. — Давайте выпьем, — маг хищно улыбнулся — Здесь ведь должно быть заведение неподалеку. — Да, да… — Чем здесь зарабатывают на жизнь, Адальберт? Не только ведь одной торговлей… — Всем понемногу, — скромно ответил хирург — Большая часть жителей трудится на заводах, изготавливают, а вернее укрощают живой металл и шерсть. Этот и следующие этажи занимаются в основном таким ремеслом. Сейчас на рынке не очень людно, большая часть платежеспособных трудится в эту смену. — Неужели все там? Немногие способны, как мне кажется, выносить такую работу… — Есть торговцы воспоминаниями, но это… слишком грустно чтобы рассказывать. — Заинтриговали. — Давайте выпьем, прежде чем я вам расскажу. Валтор не заметил, как вскоре уперся в огромную металлическую стену. Справа виднелась арка с импровизированными воротцами из пластика, стилизованными под дерево. Адальберт шагнул первым. Валтор же, подождав, проследовал за ним. Бар на -798 этаже мало напоминал зенитианский: слишком много шума было в этом небольшом пространстве. Стены были заставлены старыми имплантами, служившими уродливым украшением, обшарпанные пластиковые столы со слезшей коричневой краской, стулья, самые разные — от барных до откровенно домашних, воткнутые в самых разных частых заведения и прибитые на гвозди (неужели кто-то хотел их вынести?). Впереди — не бармен, только сервитор — не человек, а машина, подающая напитки по заказу, лишенная человеческого разума и чувств. — Два спирта + и две керосиновые звездочки, — произнес Адальберт, оборачиваясь к Валтору. — Ах да, — вздохнул тот — Я угощаю. Маг достал из кармана последнюю десятитысячную купюру и отдал в механические руки сервитора. В глазах Валтора пробежала легкая грусть, машины обмануть магией куда сложнее, нежели людей, а потому без денег здесь придется нелегко. Ловкие роботические руки в мгновение ока подхватили железные стаканы и стеклянные бутылки, и уже через пару минут заказ был готов. Только сейчас Валтор заметил, что зал в заведении был пустым. Что за странное место? На немой вопрос Валтора Адальберт пояснил: — Обычно людно здесь бывает по вечерам, но это нам ни к чему — забирая у сервитора поднос с напитками, протараторил он — Лучше сесть в самый дальний угол. — Думаете, я шпион? — вскинул бровь Валтор — В таком случае я бы не явился сюда без сообщника-зенитианца. — Почем мне знать? — ответил вопросом на вопрос хирург, продолжая неловко двигаться вдоль столов — Но явно не турист. — Как знать. Двое устроились в правом углу заведения, недалеко от выхода, и Адальберт любезно пододвинул к Валтору стакан со Спиртом +. — Уже по виду понятно, что вы предлагаете мне мерзость, — усмехнулся волшебник. — Мне уже нечего терять, — смело заявил хирург — Месячная выручка получена, моя карьера загублена, не вижу смысла щадить свою роботическую печень. Да и выбросили меня, прямо скажем… — Какова интрига! Вдруг хирург жутковато засмеялся. Он прикрыл лицо тыльной стороной руки, будто стараясь скрыть внутреннюю боль, или что-то другое — торг. Торг с самим собой за эту странную попойку с незнакомым солярийцем. — Альберти… — вздохнул Адальберт, осушивая керосиновую звездочку — Я был одним из лучших хирургов, на самом верху… из уважаемой династии хирургов, понимаешь? Не этих недоучек, чьи мамаши всю жизнь жопой перед экраном трясли, чтобы наверх протиснуться, а из самых первых… Его голос прерывался, как плохо записанное аудиосообщение. Будто каждую секунду он внутренне спрашивал себя, готов ли открываться вот так, незнакомому человеку, в этом отвратительном месте, или же оставаться благоразумным. — И что же случилось? — Эти… эти уроды… Малолетние детишки одного из членов совета захотели себе имплантировать себе в паховую область дополнительные глаза… Все, чтоб быть «не такими как все», «расширить сознание», «провести эксперимент»… Губы Адальберта то и дело сжимались: было неясно, сдерживает от смех и рыдание, глаза блуждали туда-сюда, словно выискивая в собеседнике угрозу. Невольно возникшую паузу прервал маг. Даже он смутился столь странной истории: — Да ну… — Ситуация смешная, только было совсем не смешно, — грустно продолжил собеседник, сосредоточенно вглядываясь в стакан — Я обо всем предупреждал. И родителей их тоже предупреждал, что неизвестно как все это будет функционировать… — Неужели отторглись? — Хуже, — мужчина уже перешел на Спирт плюс, и останавливаться явно не собирался — Они прижились. А потом у них перестало функционировать хозяйство… Валтор не выдержал. При всей серьезности расстроенного тона хирурга, он цинично рассмеялся. Надо же! Глаза в паху, да еще и хозяйство не функционирует! Анекдот! — Это еще почему? — с праздным интересом спросил Валтор, пытаясь подавить очередной смешок. — Ох, Альберти, — лицо хирурга морщилось с каждым новым глотком — Я предупреждал, что от меня это не зависит. В итоге пришлось ампутировать одному из них половые органы целиком… Этот идиот хотел сразу же опробовать свою фантазию и нанял себе какую-то проститутку, причем… недорогую. Любил рисковать, как я понял. А она занесла ему инфекцию. Другие, благо, оказались разумнее. С трудом маг вернул себе самообладание. Очевидно, потеря органа в Зените не была такой большой проблемой. Еще лет двадцать назад они научились выращивать натуральные человеческие ткани, так почему же Адальберт оказался в ссылке? Тем временем хирург активно глушил Спирт +. — Разве зенитианское законодательство не должно было доказать, что твоей вины в этом нет? — насколько возможно, ровным тоном продолжил беседу Валтор. — О! — яростно протянул Адальберт — Зенитианское законодательство работает только для обычных зенитиан. А отпрыски членов Совета — это дети с золотой ложкой во рту и в жопе. Для них закон не писан. Так меня и сослали сюда. Все забыли. Ни один из моих пациентов за меня тогда не заступился. И вот я здесь, можешь себе представить? И теперь мой единственный способ вырваться повыше — сделать и продать дочь в актрисы для богатых… — Мда уж… — слов у Валтора не находилось. Впрочем, состояние собеседника было ему уж слишком на руку — А как же искусственно выращенные ткани? Не могли новый пришить? — Могли, да не в этом дело, — Адальберт отвернулся, желая скрыть гримасу боли — Когда я сказал, что экспериментировать с расширением сознания таким образом глупость, на меня повесили одну из самых тяжелых статей, лишили лицензии и сослали… Не желая дальше выслушивать эту животрепещущую исповедь, Валтор вдруг приблизился к лицу Адальберта и тихо шепнул: — Что, если я соврал тебе? — О чем?! — хирург испуганно начал рыться в складках своего халата в поисках полученных денег — О чем?! — Что, если я держу путь в архивы, что ты на это скажешь? — Зачем… — Я хочу узнать правду об одной сплетне, скажем… семнадцатилетней давности. А искать мне её негде, кроме как здесь. Или хотя бы… зацепки. Ты бы хотел мне помочь? — Ну и бред, — протянул Адальберт — Я из-за едва знакомого мужика не хочу становится сервитором… — Ты и не станешь, — демон улыбнулся так, что собеседнику стало не по себе — Если что-то пойдет не так, отправишься со мной в Магикс. — Да кто ты такой?! Явно не… — Я — Валтор