Прекрасное яблоко раздора

Стоит ли вдаваться в подробности моего очередного прекрасного утра с Татьяной? Все было в очередной раз приятно-романтично, как и вчера, как и месяц назад и я уверена, что через два года скажу тоже самое. Она все так же бодра и находит новые силы на новый день, а я все так же удивляюсь откуда у нее силы на все это. Я встаю медленно, не торопясь и молю эти минуты, чтобы утро было медленным, чем другие предыдущие. На кухне слышаться строчки: "Жить осталось чуть-чуть и уже на ладонях заметны следы. " И Татьяна подпевала, заставляя меня проснуться быстрее, иронично, что в строчках пелось не совсем про живую, веселую жизнь, которая была сейчас у нее, предвещая мой успех. Я встаю под любимую скрипку Светланы Сургановой и захожу на кухню. - Доброе утро, Ирина Алексеевна. Я улыбаюсь, обнимая ее. Я знаю, что она скажет на абсолютно любое мое слово и не решаюсь говорить ничего, сохраняя загадку. "Завоюй меня.... " Она гладит меня по волосам и ее руки дотрагиваются до моих губ, аккуратно проводя по каждому миллиметру. Я приоткрываю немного рот, чтобы посмотреть на ее реакцию. И вновь она улыбается, держа пальцы около рта, наверное ждет моих действий. И я беру ее руку, целуя ее. - А меня поцеловать не хочешь? Я все еще молчу и не желаю произнести слова, лишь слушая ее. Мои действия легки и точны. Я целую ее в щеку, позже коротко в губы и в этот момент она не выдерживает, целует по привычному: страстно, по собственически, как только нам обеим хотелось. Вот таким было почти каждое утро, проведенное с ней. Стримительно-быстро уползает время и вот мы уже на долгожданном концерте. Все, что было до не волновало, все, что будет после жду с остротой в сердце. Мы приехали по заданному месту, стараясь держаться как учитель и ученица, но знаете как сложно сдержать свою огромную любовь и заботу? Как сложно не податься вперед, чтобы она подхватила и обняла меня, держа за плечи? Но я держалась. Памятник, конечно, мне никто не поставит, но ради нашего же блага я держусь до той самой секунды, пока не замечаю в толпе знакомое лицо. Мужчина смотрел на меня с каким-то презрением, оценивая мой внешний вид. Я невольно начинаю осматривать себя: белая блузка, жилетка, черные штаны... Что не так? Может мои волосы не достаточно завиты? Я пошла искать зеркало, смотрясь по сторонам и тут сталкиваюсь с этим мужчиной лицом к лицу. До меня доходит, что это ее бывший муж и сердце начинает биться сильнее. - Вечер поэзии интересует? Твоя мать не изменяет себе в творческих хобби. – он протягивает эти фразы удивленно, пытаясь уловить для чего я тут. - И вам здравствуйте. Мне было тяжело говорить ему что-то, осознавая всю боль, щемящую мою душу с каждым разом все больше. Он кивнул, а позже, повысив голос, произнес: - Жилетка на тебе знакомая. Я видел какую-то девчонку в ней на этом же концерте то ли два года назад...а может пади ошибаюсь! - А.. – протянула я, пытаясь не показать как сильно я была на грани срыва. Он что-то еще сказал, но я уже не вслушивалась. Мне было плевать. Главное выступить. Главное выступить. Главное... А к черту! Вот возьму и не выйду на эту чертову сцену, покажу ей каково это одевать меня как своих прошлых куриц. Да как она посмела! Но стоит ли портить самой себе карьеру? Тогда сделаю гениальней: выступлю так, чтоб поиметь деньги и уеду в другой город без нее. Станет ли легче, вот в чем вопрос. Это сейчас так глупо и по подростковому наивно, что Татьяна точно бы посмеялась, дабавив: Ира, ты еще такая маленькая! Я даже не хочу представлять кому еще она так говорила, надевая эту чертову жилетку. - Ир, что он сказал..? – этот заботливый тон почти не оставляет желания злиться и я смотрю на Татьяну, которая вся уже перетряслась от волнения. - Сказал, что вы любите маленьких девочек. – я язвительно смотрю на нее, даже во взгляде брыжет яд. - Так прямо и сказал? Она то-ли смеется, то-ли пытается скрыть какую-то правду от меня. Я ничего не понимала уже. - Почти. - Нет уж, ты скажи, что он тебе наговорил, что на тебе лица нет? – она пытается взять мою руку, но я делаю шаг назад. - Вы так боитесь, что вскроется какая-то правда про вас? – я ставлю ее в тупик и она перебирает всевозможные варианты событий в голове, я это вижу по смятению на лице. – Он сказал, что эта жилетка была на какой-то девушке два года назад. - И ты из-за этого сейчас? Ира, ну Ира...! – Она вздохнула, казалось, новый глоток воздуха, хотя я не понимала почему она так радуется. – Была у меня барышня, одевала ее на концерты, так она давно выпускница и я уже давно не веду у нее занятий в колледже. Я была ее классным руководителем, поэтому так пеклась о ней. Но обида не проходила, я, казалось, не хотела вообще знать о том, что она скажет в следущую минуту. - Вы врете, я знаю! Она мотает головой, на что я обижено отворачиваюсь. Нас прирывает шум и начало представления, где я была одной из участников, но очень жалела об этом сейчас. И сегодня в колледже, как на зло, Маша пыталась меня задеть своими фразами, даже пересказывать не хочу, настолько надоело, но одно я запомнила: - А ты не думала, что когда-нибудь она найдет девчонку по старше, когда ты надоешь своими подростковыми выходками и тогда ты будешь использованной игрушкой? Эта фраза была как никогда кстати в данную минуту, после всего, что я услышала. Когда пришел мой черед выступать, я посмотрела на нее еще раз, обреченно и скомкано улыбнулась. Объявили мое имя, свет упал на мое лицо, уже бледно-розовое. Мои колени дрожали, а голос был чистым и волнительным. Она смотрела на меня, будто мы где-то сейчас одни. Ее глаза просматривали меня как ренген, ее руки сжимались, а тело дергалось почти не заметно, то и дело, что поправляя лямки, спадающие на плечи. Я начинаю. Голос дрожит, но с каждым словом моя уверенность растет. Люди смотрят, что-то говорят друг другу, а я уверено доношу им свои мысли, поочередно обращаясь к каждому. Когда все закончилось, я поклонилась и вышла за кулису. Дальше была какая-то каша в голове, шум ото всюду и вернуться в зал не хотелось совсем, хоть там меня ждала моя Татьяна. Через какое-то время все поднимаются вновь на сцену, чтобы огласить результаты и когда называется мое имя я стою в ступоре. Серьезно? А может это Татьяна их подговорила? Мол, молодая талантливая, первый раз на сцене. Я не верила. Судьба настолько щедра сегодня? Но радость быстро проходит, вспоминая про разговор до с ее бывшим супругом и мое сердце начинает биться совсем не от счастья. - А вы знаете, мне это совсем не надо. Отдайте кому-нибудь другому, я не достойна. – все смотрят ошарашено на меня и Татьяна вмешивается. Я не сомневалась, что она это сделает. - Это шутит она так! Ира, твой юмор не всем понятен. Скромная еще...простите ее. - Да она гениальна во всех своих проявлениях. Что не скажет - вводит в эмоцию шока! – говорит какой-то мужчина и дарит мне кубок с сертификатом. Я не понимаю. Это сон или я действительно получаю деньги за творчество? В детстве это казалось действительно чем-то нереальным. Но радость от вкуса победы сменяется культурным гневом, когда я замечаю то самое пианино и пазл сходится. Это конкурс, организованный ее бывшим мужем. Понятно, для чего он приходил и теперь не раз придет. Зачем они так близко общаются, если не любят друг друга и в разводе? А может, она просто издевается надо мной? Я выбегаю отсюда в панике, куда дальше. Татьяна ловит меня за руку. - Что ты за цирк развела? – Она гневно смотрит в мои глаза, пытаясь уловить мой план. - А где поздравления или вы на зрителя только можете улыбаться мне? - Звезду не лови, дорогая! Я тебя искрене поздравляю, но объясни что это значит? – она держит крепко меня за руку, ведь мы стоим рядом с проезжей частью. Может она думает, что я сброшусь под машину? Забавная идея, особенно при таких событиях она будет как никогда кстати. - Объясните, что значит то, что вы так тесно общаетесь с этим недоумком? - Я объясняла. Ты сейчас ревнуешь слишком уж сильно, Ира. – Татьяна поворачивает меня к себе и пытается обнять. Я отрицательно мотаю головой, давая знак, что так не выйдет все исправить. - Давайте просто уедем домой.