My dreams come true

Шаги всё быстрее приближались к комнате. Дверь со скрипом открылась и что-то большое приземлилось рядом с Кадзухой. Это был Томо. Он положил свою руку на спину ронина и начал медленными движениями спускаться с самой шеи и до конца позвоночника. Из-за холодной погоды за окном, Кадзуха был тепло одет в коричневый свитер с длинными воротником, обтягивающий его небольшое тело и довольно костлявые руки. На ногах со вчерашнего вечера были удобные серые шорты. Самурай не любил держать ноги в тепле, поэтому так ему было вполне комфортно. Когда руки друга начали спускаться к копчику, ронин начал паниковать. - Что ты делаешь? - спросил тот, уже собираясь вылезти из-под подушек, но сильная рука остановила его - Просто делаю тебе массаж, лежи и не двигайся. - Нет, спасибо, - Кадзуха опять попытался встать. - Тебе не обязательно это делать. - Ты что, подумал о чём-то пошлом? Это простой массаж, - ронин услышал как Томо ухмыльнулся. - Нет, что за бред ты несёшь? Ничего подобного! - Кадзуха тяжело вздохнул. - Ах, делай что хочешь! Ронин лишь лёг немного поудобнее и расслабился. Все-таки они давно знакомы с Томо. Хорошие... Друзья? Ему точно можно доверять. Руки друг легли на плечи, а его кудрявые волосы упали на спину, это можно было почувствовать даже через свитер, он начал массировать оплечье, спину с двух сторон одновременно, прошёлся по позвоночнику и резко спустился на ляжки, пропуская, явно напряжённое, местечко друга. Кадзуха с облегчением вздохнул, пока Томо продолжал массировать одну из ног, он дошёл почти до пяток и вдруг вернулся обратно, залезая руками под шорты. - Что ты делаешь? - Если долго сидеть, то ягодичные мышцы тоже забиваются, их нужно размять. - Ты несёшь какой-то бред.. - фраза получилась не такой серьёзной, потому что друг уже быстро и уверенно разминал Кадзуху. - *Может это просто я такой чувствительный?* Пока шорты были подняты выше к спине их середина точно терлась между ягодиц. Ронин хотел выдохнуть скопившийся воздух из-за сбившегося дыхания, но это получилось слишком громко и прерывисто. Одним резким движением Томо развернул Кадзуху с живота на спину и навис сверху. - Тебе так нравится? Я смотрю ты весь горишь. Глаза друга опустились куда-то ниже живота, от возбуждения там оказался небольшой бугорок. Кудрявые волосы вновь упали прямо на голову ронина и лицо Томо придвинулось почти вплотную. - Повторим ту ночь в борделе? Фраза, которую можно было ожидать меньше всего. Неужели он всё помнил? Неужели Кадзуху не просто так оставили там одного? Неужели... Ярость переполняла ронина. Он был расстроен и зол на друга. Удивительно легко оттолкнув его от себя, парень вскочил с постели. - Кадзуха, ты чего? - Уходи, я не хочу с тобой разговаривать. - Да что не так? - Уходи. - Хорошо-хорошо, потом расскажешь в чем дело. Томо встал с кровати и быстро выскочил из дома громко хлопнув дверью. На улице по прежнему шёл сильный ливень, а накидка друга осталась висеть на крючке шкафа. Кадзуха снял её и сел на кровать. Злость резко сменилась на грусть. Было безумно неприятно из-за того, что его друг скрыл всё, что было тогда, всё, что терзало ронина и не давало спать ночами. Теперь было понятно, почему отношение Томо к другу так изменилось. Сейчас не хотелось думать ни о чем. Кадзуха просто упал на кровать, и накидка осталась у него в руках. Она напоминала о друге, была его любимой, он ходил в ней постоянно и по всей видимости редко стирал, ведь она была вся пропитана духами, которыми он брызгался, невозможно было представить его без этой накидки, но можно было представить его в ней. Возбуждение Кадзухи никуда не делось и по-прежнему ныло внизу живота. Парень сжал накидку и лег с ней в обнимку, закрыл глаза и в голове начали мелькать те моменты из борделя и то, что происходило несколько минут назад. Он потерся всем телом о накидку и вспомнил, как руки Томо петляли по его телу. Пытаясь повторить движения за ним, ронин начал гладить себя, трогать соски и ускорил движения тела. Вскоре Кадзуха уже лежал рядом с этой накидкой и тяжело дышал. -*Чёрт! Что я только что сделал?* Парень вскочил с кровати и посмотрел на ткань, а потом и на себя. На его шортах образовалось мокрое пятно, а одежда друга осталась чистой. -*Все же стоит её постирать…* Кофта была постирана и такая же чистая, как Кадзуха только вышедший из душа. Остаток дня под шум дождя он рассуждал о том, что происходит между ним и его верным товарищем, лучшим другом и просто прекрасным, и наверное, единственным таким человеком в его жизни. Подумав, ронин понял о чем мечтал всё время. Симпатия к другу было тем, что он отрицал на протяжении долгого времени. Неужели он не один это испытывал или это всё большой сон?