Please let me go

Влажные ладони Дрима пробежали по покрытому конденсатом зеркалу, открывая отражение, которое он хотел бы не узнавать. Всегда был некоторый уровень ясности, обычно сопровождаемый сожалением, после того, как Джордж был последней мыслью, которая пришла ему в голову, когда он закончил. Дрим провел руками по лицу, вытирая остатки воды со своей короткой бороды. Он начал выглядеть довольно неряшливо. Поздние ночи, когда он нянчился со своими пьяными друзьями, явно сказывались не только на его психическом здоровье, вчерашнее свидание на пляже только усугубило его темные круги. Дрим обернул вокруг талии белое полотенце, прежде чем втереть в лицо крем для бритья. Он никогда не был поклонником бороды, даже если по сути это была просто щетина. Кроме того, летняя жара была безжалостной, что делало любые лишние волосы на теле неудобством. Дрим плеснул воды себе на лицо, как закончил бриться, убирая оставшийся крем. Он хотел смыть в канализацию еще свои мысли. Как долго он собирался оставаться в таком состоянии? Постоянно тосковать по кому-то, кого, как он знал, не существовало? Как он мог испытывать такое презрение к Джорджу, но все же ловить себя на том, что его мысли блуждают по нему всякий раз, когда он не мог игнорировать скованность ниже пояса. Дрим откинулся назад, дымка его зеркала почти исчезла, не оставив ничего, что могло бы защитить его от его собственного взгляда. Он закатил глаза, глядя на свое собственное отражение перед тем, как почистить зубы. Воздух из его комнаты был свежим от кондиционера по сравнению с паром из ванной. От холода по его влажным рукам побежали мурашки. Он поприветствовал их, подойдя к своему гардеробу, чтобы надеть пару свободных спортивных штанов. Для того, кто родился и вырос во Флориде, Дрим всегда идеализировал холод. Он проводил недели на севере, когда все еще был со своей бывшей девушкой. Дрим скучал по хрустящим листьям на земле ранней осенью, по волшебству первого снегопада и по тому, что единственный способ согреться — это прижаться к кому-нибудь поближе. Флорида была полной противоположностью, здесь не было ничего романтичного в отношении влажности, аллигаторов и насекомых. Все, чего хотел Дрим, — это рухнуть в свою кровать, прижать пластыри к груди и проспать по крайней мере десять часов подряд. Никаких помех от Джорджа, прыгающего на его кровати. Никаких звонков от Сапнапа, умоляющего Дрима сбегать и принести завтрак для всех. Только он, его кот, холод кондиционера и- Джордж? Джордж. Дрим застыл на месте, как только он обернулся и увидел Джорджа, сидящего, скрестив ноги, в своей кровати. Патчес была предательницей, свернувшейся калачиком между ног Джорджа и крепко спящей, пока он гладил ее. Джордж даже не пытался скрыть веселье на своем лице, явно наслаждаясь отсутствием самообладания у Дрима. Дрим даже не мог переварить открывшееся перед ним зрелище, его измотанный разум слишком много пережил за последние пять часов, чтобы справиться с чем-то еще. — Убирайся, — Дрим пытался казаться строгим, но его слова прозвучали более кратко, чем ему хотелось бы. Он ничего не мог с собой поделать, он был готов упасть в обморок. Он отказался доставить Джорджу удовольствие сдаться и забраться в постель, когда он все еще был в ней, — он должен был стоять на своем. Дрим прислонился к раме своего шкафа для поддержки, его глаза уже были прикрыты веками. — Ты хочешь, чтобы я разбудил Патчес? Это так жестоко, — Джордж улыбнулся, окутанный фальшивой невинностью, продолжая нежно гладить ее. Они оба знали, что качественное время с кошкой Дрима было последней причиной, по которой Джордж был там, — Знаешь, я бы тоже устал, судя по тому, что я слышал. Я не удивлен, что Сапнап выбрал спальню на первом этаже… — Джордж. Убирайся к черту из моей комнаты, сейчас же, — Дрим наконец-то обрел тот резкий тон, на который рассчитывал. К сожалению, единственной, кого это напугало, была Патчес, ее голова высунулась из-под колен Джорджа, прежде чем она спрыгнула с кровати. Фу. Почему Джордж должен быть таким невыносимым? Почему он должен был так себя вести? Что случилось с человеком, который плакал в его объятиях на пляже, который трогательно умолял Дрима поцеловать его? Оба были монстрами, но Дрим определенно предпочитал злого и ранимого Джорджа этому. — Я просто пришел поговорить. Мне показалось, что ты хотел что-то сказать на пляже, а потом еще раз, когда стоял у моей двери, — Джордж пожал плечами, взяв на себя смелость вытянуть ноги под одеялом теперь, когда его колени были свободны от Патчес, — Но это звучало так, как будто ты выплеснул остатки своей агрессии в душе, — сказал он с ухмылкой, откидываясь на спинку кровати Дрима и скрещивая руки за шеей. Дрим с завистью наблюдал за происходящим, жалея, что не может валяться в своей постели, не заботясь ни о чем на свете. Он даже не мог вспомнить, что хотел сказать на пляже, не говоря уже о том, что ему было достаточно важно вести этот разговор, когда он отчаянно пытался заснуть до того, как наступит похмелье. — Если ты не хочешь это слышать, тогда перестань приходить в мою комнату, — Дрим сверкнул глазами, но вскоре покачал головой, когда Джордж начал смеяться. Вау. Так оригинально. Смеялся над словом «приходи», использованным в совершенно другом контексте. Дрим полностью смирился с этой ситуацией, отказавшись от своего плана спать в собственной постели до позднего вечера. Он даже не стал дожидаться, пока Джордж закончит смеяться, прежде чем выйти и направиться по коридору. Эхо смеха Джорджа прокатилось по коридору, совершенно не обращая внимания на всех их спящих друзей. Дрим спустился по лестнице, радуясь, что все его друзья все еще крепко спят на диване. Он и так чувствовал себя достаточно виноватым из-за того, что у него не было достаточно места, чтобы предоставить каждому отдельную комнату, поэтому он был благодарен незрелости Джорджа, которая их не разбудила. Он завернул за угол на кухню, направляясь в спальню Сапнапа. Сапнап специально выбрал комнату в самом дальнем углу дома, утверждая, что она наиболее оптимальна для уединения и избегания утреннего солнца. Это звучало как раз то, что нужно Дриму. Дрим бесчисленное количество раз спал на полу в комнате Сапнапа. Было ли это непреднамеренно после ночи игр, по просьбе Сапнапа, когда он впервые въехал, когда он все еще был убежден, что в доме водятся привидения, и даже просто иногда от чистого одиночества. Сапнап проделывал то же самое с комнатой Дрима, хотя и гораздо реже. Дрим медленно открыл дверь в комнату Сапнапа, надеясь не разбудить его. Сапнап был прав, весь дом уже был залит золотыми лучами утреннего света, но в его комнате все еще было совершенно темно. Свет из коридора проник в комнату, когда Дрим шагнул через дверной проем, светя ровно настолько, чтобы увидеть Сапнапа, лежащего в своей постели, о боже — с кем-то. Черт, черт, черт. Сапнап лежал на спине, лицом к двери, и крепко спал. На нем лицом к стене лежала девушка, ее короткие каштановые волосы были похожи по стилю и завиткам на волосы Джорджа, только на несколько тонов светлее и немного длиннее. Ее руки были обернуты вокруг туловища Сапнапа. Одеяло доходило ей только до середины спины, показывая, что на ней явно не было рубашки. Дрим медленно пошел назад, молясь, чтобы он не издал ни звука. Все, что ему нужно было сделать, это сделать еще пять шагов назад, и тогда он был бы свободен. Он шагнул в сторону, случайно впустив больше света из коридора. Лицо Сапнапа на мгновение осветилось светом, прежде чем Дрим снова вошел в него. Сапнап издал тихий стон, тоже поворачиваясь лицом к стене. Этого движения было достаточно, чтобы расшевелить и его партнершу, она повернулась лицом к двери, ее- Ох. Ох. Не ее. Даже не незнакомка. Дрим несколько раз моргнул, убежденный, что слабый свет, смешанный с его усталыми глазами, должно быть, обманывал его. Его план выбраться из комнаты как можно осторожнее и быстрее ускользнул от него, поскольку он застыл в полном шоке. Он продолжал ворочаться в постели, снова устраиваясь поудобнее. Это только усилило путаницу Дрима, поскольку в поле зрения появилось несколько заметных засосов. Это был Карл, лежащий на груди Сапнапа. Как долго это продолжалось? С каких это пор кому-то из них вообще нравились парни, не говоря уже друг о друге? Дрим все подвергал сомнению, наконец вышел из комнаты и бесшумно закрыл за собой дверь. Как его простой план только что сорвался самым шокирующим образом. Может быть, все это было сном, и он просто спал на полу в душе. Разве это не было бы здорово? Вероятно, он отсутствовал в своей комнате достаточно долго, чтобы Джорджу стало скучно, и он, надеюсь, вернулся в свою комнату спать. Дрим прошел через гостиную, на этот раз гораздо менее осторожно, его разум все еще прокручивал в голове, как Карл и Сапнап могли оказаться друг с другом прошлой ночью. Сапнап определенно был пьян и, вероятно, все еще был бы довольно пьян, когда проснулся через несколько часов. Карл, с другой стороны, даже не был заядлым пьяницей, как остальные. Они с Бэдом обычно держались вместе, часами выпивая по одной-две рюмки за раз, в то время как все остальные пили по рюмке. Карл не воспользовался бы Сапнапом ни за что на свете. У Карла и Бэда здесь тоже были отдельные гостевые комнаты, так почему бы Карлу не остановиться там? Дрим остановился в гостиной, оглядывая своих спящих друзей. Минкс, Джек, Ники… Где был Панз? Он тоже должен был быть в гостиной, не так ли? Дрим, спотыкаясь, прошел через весь дом к комнате для гостей, которая должна была быть отведена для Карла, открыл дверь не так осторожно, чтобы обнаружить, что Панз спит в кровати и сильно храпит. Одежда Карла была разбросана по комнате, на столе стоял монитор его компьютера. Карл определенно останавливался здесь, так что, может быть, прошлая ночь была всего лишь разовой? Дрим закрыл дверь, все еще пытаясь собрать воедино кусочки головоломки, в которую он случайно попал. Он медленно шел по коридору, потирая затылок. Они с Сапнапом были близки, практически даже братья. Если бы Сапнап был неравнодушен к Карлу, он бы сказал ему, верно? Дрим всегда был честен в своих чувствах к Джорджу с Сапнапом. Почему Сапнап не счел бы его таким же заслуживающим доверия? Дрим открыл свою дверь, наслаждаясь потоком ледяного воздуха, который хлынул наружу. Патчес бросилась к его ногам, явно прощая его за то, что он напугал ее раньше. Дрим наклонился, чтобы прижать ее к своей груди. Она впилась когтями в его голое плечо, издав серию мяуканий. Он гладил ее по голове, осторожно отрывая ее лапы от своей кожи. Дрим поставил ее в изножье кровати, обойдя ее сбоку. Он был совершенно измотан, как морально, так и физически. Дрим практически заснул, как только лег, едва проснувшись достаточно, чтобы несколько раз погладить Патчес, когда она забралась ему на грудь. Сегодня был первый день за последние две недели, когда Дрим проснулся по собственной воле. Он успешно отоспался от любой головной боли, связанной с похмельем, которая, как он чувствовал, начинала появляться раньше. В его комнате царила полная тишина. Никаких звуков Джорджа, кричащего, чтобы он проснулся, кровать не тряслась от его прыжков, никаких громких мелодий звонка Сапнапа — просто абсолютная, чудесная тишина. Дрим потянулся, крепче зажмурив глаза. Патчес тяжело лежала на его груди, обычно она спрыгивала с его утренней растяжки. Дрим лениво протянул руку, чтобы погладить ее, чтобы разбудить. Он поднес руку к груди, его пальцы пробежались по длинным и густым прядям вместо меха. Дрим открыл глаза и увидел не кого иного, как голову Джорджа, покоящуюся у него на груди. Джордж все еще спал, закинув одну руку на талию Дрима, а его ноги были перекинуты через Дрима. В этом положении Дрим чувствовал себя так же, как тогда, когда они были на пляже, — холодное тело Джорджа отчаянно цеплялось за него в поисках тепла. По общему признанию, Дрим действительно спал при пограничных арктических температурах, когда это было возможно. Дрим был шокирован тем, что его первой реакцией не было раздражения. Он полностью ожидал, что его первой мыслью будет оттолкнуть Джорджа, накричать на него за вторжение в его личную жизнь, просто встать и выйти из комнаты. Вместо этого он посмотрел вниз на одеяло, запутавшееся между их ногами. Даже несмотря на то, что на Дриме не было ничего, кроме пары спортивных штанов, а Джордж был полностью одет в спортивные штаны, толстовку и носки, ему все равно было холодно по сравнению с Дримом. Все, на чем мог сосредоточиться Дрим, — это как ему достать одеяло, не разбудив Джорджа. Как они вообще оказались в таком положении? Джордж заснул в своей комнате, когда спустился вниз? Был ли он уже в постели, когда Дрим рухнул в нее? Неужели он ушел, а потом вернулся сегодня утром? Нет, Джордж не нарушил бы свой ритуал пробуждения Дрима, если бы мог. Может быть, Джордж был- Подождите. Внизу. Карл и Сапнап. Дрим почувствовал, что его мгновенно вырвали из потока мыслей, сосредоточенных на Джордже. Он убрал руку из волос Джорджа, убирая его руку с себя. Не было никакого смысла быть медленным или нежным с этим — Джордж был самым чутким спящим, которого знал Дрим. Он был удивлен, что Джордж еще не очнулся от перемещения Дрима. Джордж издал стон в опровержение, скатился с кровати и повернулся лицом к стене, подтянув колени к груди. Дрим встал с кровати и посмотрел на Джорджа. Он раздумывал, не разбудить ли его, чтобы выгнать, может быть, запрыгнуть на кровать и закричать, чтобы дать ему почувствовать, насколько это раздражает. На самом деле эта мысль была довольно заманчивой. Дрим решил не делать этого, схватил одеяло с изножья кровати и накинул его на Джорджа. Он схватил первую попавшуюся футболку со своего комода, прежде чем выйти из комнаты. Дрим прошел через холл, направляясь в комнату Бэда. Бэд как раз заканчивал складывать белье в чемодан, когда Дрим постучал в открытую дверь, прислонившись к косяку. Бэд улетал первым, его рейс через несколько часов. Все остальные, вероятно, тоже собирали вещи, большинство их рейсов вылетало в тот вечер. — Привет, Дрим, — улыбнулся Бэд, на мгновение подняв взгляд, прежде чем снова обратить внимание на свой чемодан. Дрим вошел, чтобы помочь ему застегнуть молнию, — Спасибо, чувак, — Бэд положил руку на плечо Дрима, ставя чемодан на пол. Дрим знал, что Бэд, вероятно, был единственным человеком, кроме Панза, который мог знать какие-либо подробности о Карле и Сапнапе. У Панза не было возможности спросить, его храп все еще эхом разносился по коридору. Он был единственным, кому не нужно было улетать, его квартира была всего в часе езды отсюда. — Эм. Итак, прошлой ночью. Ты заметил, что между Сапнапом и Карлом произошло что-нибудь странное? — нерешительно спросил Дрим. Он не хотел поднимать никаких красных флагов или выходить из них. Он также знал, что если он попытается поговорить об этом с кем-либо из них, это просто вызовет больше вопросов о том, почему он все равно пытался спать в комнате Сапнапа. Хотя Дрим планировал рассказать Сапнапу все о их с Джорджем грандиозной ночи в парке, он еще не был готов обсуждать это с кем-либо. — Странное? Нет. Что-то случилось? — спросил Бэд, идя в другой конец комнаты, чтобы собрать остальные вещи, которые не помещались в чемодан. Казалось, он был искренне сбит с толку этим вопросом. Дрим подумал, что если бы у него было хоть какое-то представление о том, что предшествовало тому, к чему пришел Дрим, он бы не казался таким растерянным. — Ох, ничего, — кратко сказал Дрим, пытаясь найти выход из этого разговора. Бэд приостановил то, что он делал в другом конце комнаты, склонив голову набок, продолжая смотреть на Дрима, — Мне показалось, я видел, как они, э-э, ссорились на вечеринке. Я был действительно пьян, наверное, ничего особенного, — Дрим попятился к дверному косяку, засунув руки в карманы. Он уже жалел, что спросил об этом. — Дрим, что происходит? Они никогда не ссорились. Что случилось? — Бэд нахмурил брови, убирая лишнюю одежду обратно в ящик, уделяя Дриму все свое внимание. Больше внимания было последним, чего хотел Дрим. Обычно он был хорош в придумывании оправданий на месте, но лгать Бэду просто казалось неправильным. Единственным человеком, с которым Дрим дружил дольше, чем с Бэдом, был Сапнап, так что лгать Бэду было все равно, что лгать семье. Дрим посмотрел в конец коридора, раздумывая, признаться во всем или продолжать лгать, пока тикали мучительно длительные секунды. Дрим вздохнул, зная, что ему не пристало говорить о том, что он видел, с кем-либо еще, особенно перед тем, как поговорить об этом с Сапнапом и Карлом. — Я не помню, как я уже сказал, я действительно был не в себе. Я уверен, что теперь с ними все в порядке, — Дрим продолжал, все еще отказываясь взглянуть Бэду в глазах из-за своей вины, — В любом случае… — Я так не думаю, сегодня утром они вели себя очень странно. Я не знал, что они подрались прошлой ночью, но в этом есть большой смысл. Они даже не могут находиться в одной комнате друг с другом. Они практически в таких плохих отношениях, как ты и Джордж, — признался Бэд, наконец хватая остальные свои вещи и кладя их на кровать, — Я действительно хотел бы остаться и помочь все уладить, но мне нужно было уехать в аэропорт примерно десять минут назад. Ты сможешь с этим справиться? — Бэд продолжал, его внимание было разделено между телефоном, второй сумкой и Дримом. Дрим кивнул, прикусив язык. Он вышел из комнаты Бэда, закрыв за собой дверь. Последнее, чего ожидал Дрим, так это того, что эта поездка разлучит две пары лучших друзей — не говоря уже о том, что по сути по той же причине. Дрим вернулся в свою спальню и, остановившись в дверях, увидел, что Джордж все еще крепко спит в его постели. Патчес вернулась на кровать, свернувшись калачиком в объятиях Джорджа. Отчасти Дриму было приятно, зная, что Джорджу даже не понадобился его нелепый многоступенчатый план. Патчес мгновенно прониклась симпатией к Джорджу, что было полной противоположностью Дрима. Что-то в их с Джорджем невысказанных совместных временах приносило ему утешение. Их моменты близости, их ссоры, полная ночь отдыха, которую они провели в объятиях друг друга. Даже если это было не то, чего ожидал Дрим, он впервые проводил время с Джорджем. Делить постель было неплохим компромиссом для того, чтобы спать в любом случае. Дрим тихо закрыл дверь, гарантируя, что Патчес не выйдет, но, что более важно, убедившись, что никто не увидит Джорджа в его постели. У Дрима было тайное подозрение, что в тот момент, когда их совместное времяпрепровождение будет обнаружено, оно прекратится все вместе. По крайней мере, ради его графика сна Дрим хотел, чтобы они с Джорджем были в «достаточно хороших» отношениях. Голоса его друзей разносились по лестничной клетке, раздавался общий смех и, вероятно, много пересказов событий прошлой ночи. Дрим спустился по лестнице, оглядывая комнату. Он знал, что Панз все еще спит, Бэд собирает вещи, а Джордж спит в его постели, оставив Минкс, Джека, Ники, Карла и… где Сапнап? — Привет, Дрим, — сказала Ники, улыбнувшись, махая ему рукой со своего места на коленях Минкс. Дрим понятия не имел, что за история была с большинством его друзей теперь, когда он подумал об этом. Кто встречался, кто тайно встречался, у кого был прошлый опыт общения друг с другом и так далее. Раньше он никогда не думал об их отношениях с такой точки зрения, но с тех пор, как их с Джорджем ситуация усложнилась, а также с учетом того, что он увидел, что было между Сапнапом и Карлом, Дрим смотрел на них через другую призму. Его разум больше не мог за этим угнаться. — Всем привет. А где Сапнап? Он пошел купить еды или что? — спросил Дрим, смотря сквозь пустую кухню. Минкс и Ники одновременно посмотрели на Карла, но Карл смотрел куда угодно, только не на них. Дрим заметил, что сейчас Карл одет по погоде: в толстовку с надвинутым капюшоном. Конечно, никто больше не знал почему, даже Карл не знал, что Дрим знает. Может быть, он смог бы вытянуть правду из Сапнапа, если бы тот предложил разделить с Джорджем небольшой кусочек его ночи. Вероятно, просто поцелуя, который произошел на лужайке перед домом, этого, безусловно, было бы достаточно. — Еще в кровати, наверное. После завтрака он чувствовал себя не очень, — предположил Джек, явно обладая меньшими знаниями, чем девочки. Смех, который когда-то отражался от стен, сменился густым напряжением, тяжело повисшим в воздухе. Это был эффект, который, казалось, оказывал Дрим на любую комнату, в которую он входил. Его друзья определенно заметили его мрачное настроение с тех пор, как увидели его лицо, и оно становилось только хуже, учитывая все, что происходило с Джорджем. Хотя никто, кроме Сапнапа, не знал причины, по которой у него и Джорджа было так много проблем, все остальные все еще чувствовали напряжение между ними. Дрим скучал по тому человеку, которым он был несколько месяцев назад, до разоблачения, до того, как он лично встретил Джорджа, до того, как у него даже начали появляться чувства к нему. Но что самое худшее? Он знал, что его друзья тоже скучали по этой его версии. — Я пойду проверю его, — сказал Дрим, слегка помахав рукой, направляясь к выходу из гостиной. Глаза Карла были прикованы к нему, пока он шел по комнате. Дрим изо всех сил старался не встречаться с ним взглядом, не готовый выдать, что знает больше, чем говорит. Он направился в дальний угол дома и остановился у двери Сапнапа. Он постучал несколько раз, прижав ухо к двери в поисках каких-либо признаков жизни внутри. Дверь распахнулась, Сапнап стоял с другой стороны, его лицо вытянулось при виде Дрима. Несмотря на свое разочарование, он молча отошел от двери, оставив ее открытой для Дрима. Он осторожно вошел внутрь, беспорядок прошлой ночи был разбросан по полу комнаты. — Джек сказал, что тебе не хорошо? — спросил Дрим, прощупывая почву. Будет ли Сапнап продолжать лгать или он признается во всем? Сапнап стоял лицом к нему, поправляя одеяло на своей кровати, прежде чем забраться в нее. Он прижал подушку к груди, крепко обняв ее, прежде чем упасть на спину. Дрим подошел к изножью кровати. Это была их обычная рутина, когда кто-то из них через что-то проходил. Кто-то лежал в их постели, а другой сидел с ним, но оставлял достаточно места. — Прошлой ночью я переспал с Карлом, и теперь он даже не смотрит на меня. Я был так пьян, что не думал, я… я не знаю, как это исправить. Я думал, что это сон, пока не проснулся, а он все еще был со мной в постели. Ты должен сказать мне, как это исправить, пожалуйста. Карл — мой лучший друг, я никогда не хотел рисковать нашей дружбой из-за пьяного порыва, — Сапнап объяснил, его мокрые, от слез, глаза были устремлены в потолок. Дрим хотел задать так много вопросов, чтобы попытаться лучше понять ситуацию в целом. Он не знал, станет ли от любопытства лучше или хуже. — Что ж, что ты хочешь от Карла? Ты хочешь, чтобы все было как раньше или ты хочешь быть с ним? — спросил Дрим, прижимая колени к груди. По какой-то причине эта ситуация начинала слишком сильно отражать его и Джорджа. Теперь они оба оказались в ловушке своих пьяных, похотливых ошибок. Дрим не знал, чья ситуация была хуже: взрывные драки между ним и Джорджем или то, что Сапнап на самом деле занимался сексом с Карлом — не то, чтобы это было соревнование. — Я…Я не знаю. Я имею в виду, что прошлая ночь, насколько я помню, была великолепной. Между нами всегда была какая-то химия. Я имею ввиду, это не значит, что мы никогда раньше не целовались или не засыпали вместе. Я просто не знаю, что пошло не так. Если прошлой ночи было достаточно, чтобы он остался здесь со мной, то что изменилось, когда мы проснулись? — Сапнап продолжил, отбросив подушку, которую он прижимал к груди, на пол, перекатившись на бок лицом к стене. Дрим уставился на него широко раскрытыми глазами, слегка приоткрыв рот. Все это было для него новой информацией. Тот факт, что они целовались, засыпали в постели друг с другом — Дрим все еще пытался осознать тот факт, что они переспали прошлой ночью. — Ладно, вернемся назад. Я не собирался спрашивать, но теперь я должен. Что?! Вы с Карлом целовались? Провели ночь вместе в постели? И занимались сексом прошлой ночью? Вы, ребята, типа… Би? Паны? Геи? Ты ни разу не упоминал о своих чувствах к парню и не говорил о том, чтобы что-то делать с парнем. Я рассказал тебе о чувствах, которые испытывал к Джорджу, почему ты чувствовал, что не мог поговорить со мной об этом раньше? — спросил Дрим, поворачиваясь на кровати лицом к Сапнапу. Сапнап отказался отвечать на этот взгляд, закрыв глаза, как только Дрим повернулся к нему лицом. Прошла минута молчания, прежде чем Сапнап открыл глаза, нахмурил брови и посмотрел на Дрима. — Что ты имеешь в виду под чувствами, которые ты испытывал к Джорджу? — спросил Сапнап. Теперь настала его очередь сесть, а очередь Дрима подвергнуться чрезмерному анализу. Сапнап постучал по месту на кровати рядом с собой, давая понять, что хочет, чтобы Дрим лег. Дрим подчинился, надеясь, что, если он откроется, это побудит Сапнапа ответить на его вопросы. Кроме того, не повредит взглянуть на все произошедшее с другой точки зрения. — Испытывал. Испытываю. Желание никогда не существовало в первую очередь. На данный момент все это похоже на одну и ту жу вещь, — Дрим вздохнул, поправляя подушки Сапнапа под головой, — Я поцеловал его на вечеринке прошлой ночью, — безучастно произнес Дрим, его глаза метнулись к Сапнапу, нервничая, ожидая его реакции. Сапнап быстро повернулся к Дриму с выражением явного шока на лице. Дрим не был удивлен его реакцией. Все, что он делал последние две недели, — это изливал свое сердце Сапнапу о том, как он разочарован, расстроен и раздражен. Дрим был тем, кто инициировал поцелуй с Джорджем. Это было, вероятно, последним, что Сапнап ожидал от него услышать. — Подожди, это было после того, как мы играли в бутылочку, верно? Ты принял его за кого-то другого? Прости, я просто сейчас так растерян, — признался Сапнап, устраиваясь рядом с ним, скрестив ноги. Голова Дрима уже кружилась при мысли о том, чтобы объяснить все остальное, что произошло, первый поцелуй был только верхушкой айсберга. — Мы не просто целовались. Это долгая история. Я дам тебе ответы, если ты дашь ответы мне, — Дрим перевернулся на кровати, его рука прижалась к прохладной стене, чтобы Сапнап тоже мог лечь. Сапнап закатил глаза, прежде чем лечь рядом с Дримом, их плечи прижались друг к другу, — Ты первый. Сколько раз вы с Карлом целовались до прошлой ночи? — Дрим не сводил глаз с потолка. Дрим был шокирован тишиной, последовавшей за его вопросом. — Эм, больше, чем пару раз. И всегда поздно ночью. Например, когда вы ведете один из тех бессмысленных разговоров, которые длятся до трех или четырех утра, когда вы оба практически сходите с ума от того, насколько вы устали. Иногда, прежде чем заснуть, мы просто, я не знаю, чмокались несколько раз или целовались. Мы всегда смеялись над этим перед сном, а потом не говорили об этом на следующий день, — Сапнап пожал плечами, его рука коснулась руки Дрима, — Так расскажи мне о поцелуе с Джорджем — или первом поцелуе, наверное? — Сапнап закончил. — Я пошел полежать во дворе после того, как вышел из игры. Джордж пошел за мной туда и лег со мной на траву. Конечно, он все еще вел себя как осел, но он также казался каким-то… другим? Мне казалось, что я лежу с тем Джорджем, которого когда-то знал. Жидкое мужество взяло надо мной верх, и я просто пошел на это. Сначала он наклонился ко мне, но потом оттолкнул. Тьфу, потом я снова начал, как идиот, и он полностью увернулся от этого, — Дрим поднес руку к лицу, как будто он мог скрыть стыд от признания в этом кому-то вслух. Дрим снова прижал руку к боку, готовый перевести разговор обратно на Сапнапа и Карла, — Итак, Карл — единственный парень, который тебя интересовал? Как единственный парень, с которым ты целовалась «по-дружески»? — спросил Дрим, стремясь лучше понять, что происходит между его друзьями. — Да, единственный, который меня интересовал. Единственный, кого я целовал, нет. Я думаю, ты, наверное, мой единственный друг-парень, которого я, честно говоря, не целовал. Я никогда не думал, что мне вообще нравятся парни. Просто поцелуй с твоим другом это забавно. Думаю, с Карлом все было по-другому. Мы никогда не шутили по этому поводу и никому об этом не рассказывали, но каждый раз, когда мы видим друг друга, это всегда происходит. Ну, я не думаю, что это повторится снова, — тон Сапнапа становился печальнее с каждым словом, как будто пришло осознание того, что его тайные моменты с Карлом остались в прошлом, — В любом случае, продолжай. Что случилось после того, как Джордж отказался тебя поцеловать? — Я пошел в парк дальше по улице и, э-э, искупался голым, — признался Дрим, заставив Сапнапа рассмеяться, наверное, впервые за все утро, — Ладно, это была глупая идея, теперь я это понимаю. Появился Джордж и заставил меня признаться, почему я его поцеловал. Я сказал, что чувства, которые у меня были, теперь прошли, но он мне не поверил и сказал, что хочет, чтобы я поцеловал его снова, чтобы он мог определить, лгу я или нет. Он разделся и залез в воду вместе со мной и все такое. Это превратилось в то, что мы ввязались в большую ссору, как будто кричали друг на друга. Эм, а потом каким-то образом это превратилось в то, что он пытался, эм, подрочить мне? Я остановил его через минуту, но это только еще больше разозлило его, — Дрим повернулся лицом к стене, не дав Сапнапу возможности даже взглянуть на его профиль. Он не планировал делиться таким количеством информации с Сапнапом, но как только он открылся, он уже не мог остановиться. Как будто тяжесть этой ситуации давила ему на грудь, и, сказав Сапнапу, он наконец-то снова смог дышать, — Так что же произошло прошлой ночью, что заставило вас с Карлом переспать? — Дрим снова повернулся лицом к потолку, слишком хорошо осознавая, что глаза Сапнапа прожигают его насквозь. — Подожди, вернись и объясни… — Это не так работает. Я говорю, ты говоришь. Сейчас твоя очередь, — перебил его Дрим. Он был рад, что комната Сапнапа все еще была во мраке, даже в полдень. Щеки Дрима горели от разговора о таком вслух. — Ладно. Как я говорил, я напился и Карл не хотел оставлять меня одного. В любом случае, к тому времени, как мы вернулись, он был почти трезв. Мы поцеловались пару раз, пока были еще на вечеринке, так что поцелуи в моей постели были вроде как естественными. Потом все начало, э-э, накаляться, я думаю. Мы больше не целовались, как два недосыпающих друга, это было намного глубже, чем это. Мы просто следовали чувству, не заставляя себя сдерживаться. Не успел я опомниться, как мы уже были в самом разгаре. Это как в тумане, но я просто помню, как он заснул у меня на груди после этого, а потом проспал до утра, — Сапнап нервно переминался с ноги на ногу, пока говорил, и успокоился только после того, как закончил рассказ, — Продолжай свой рассказ. Ты отказался от его дрочки, он разозлился, и что потом? — Мы поссорились еще больше, крича друг на друга в воде. А потом Джордж не выдержал и разрыдался. Я обнял его, извинился, провел пальцами по его волосам, ну ты знаешь. Потом он заговорил об этих старых воспоминаниях и попросил меня сказать ему, как сильно я его люблю. Пока я говорил об этом, он просто поцеловал меня? Как бы сильно я ни хотел поцеловать его, я просто чувствовал, что это неправильно, поэтому я оттолкнул его. В нашей первой ссоре он практически сказал мне, что пытался дрочить мне только для того, чтобы успокоить меня и вернуть нашу дружбу — я предположил, что поцелуй был таким же. Оказалось, я был неправ, и он снова разозлился и ушел с пляжа. В любом случае, на тот момент было примерно четыре или пять утра, — Дрим вздохнул, поворачиваясь лицом к Сапнапу, — Затем, несмотря на то, что он оставил меня на пляже, сегодня утром я проснулся от того, что он обнимал меня в постели. Почти уверен, что он все еще спит в моей комнате. Итак, вот и все, — Дрим закончил, садясь на кровать. Он был благодарен, что их совместное времяпрепровождение закончилось. Сапнап попытался пойти за ним, но Дрим быстро приложил руку к груди, чтобы помешать ему сесть. — Моя история закончилась, а твоя нет. Ты говорил что нибудь прошлой ночью или этим утром такое, что заставило Карла закрыться? Признался в каких-то скрытых чувствах, назвал его не тем именем, я не знаю. Или, может быть, наоборот? Может быть, Карл сказал что-то, на что ты отреагировал не так, как он надеялся? — Дрим вернулся в прежнее положение, прислонившись к стене, наслаждаясь ощущением прохлады на спине. Кроме того, ему просто не терпелось снова сесть после того, как Сапнап напомнил ему о событиях, произошедших в его постели прошлой ночью. — Агх, это было бы намного проще, если бы я не был пьян, я мало что помню, кроме того, что я уже рассказал тебе. Часть меня сожалеет о том, что наш первый раз — это то, что я, вероятно, никогда не вспомню, но я также не могу представить, что это произошло бы, если бы я не был пьян, я не думаю, что у меня когда-нибудь хватило бы смелости сделать шаг к нему, который мы не могли просто проигнорировать на следующий день. С другой стороны, теперь он делает больше, чем просто игнорирует то, что произошло, он игнорирует меня, — Сапнап застонал, закрыв лицо обеими руками. — Твой первый раз? Ты хочешь, чтобы это повторилось снова? — спросил Дрим, глядя на Сапнапа. Сапнап медленно провел руками по лицу, не открывая глаз. На мгновение между ними воцарилась тишина, звук отдаленного смеха их друзей в гостиной донесся до них впервые с тех пор, как начался их давно назревший час откровенности. Может быть, это было просто потому, что Карл был в центре внимания их разговора, но Дрим практически видел, как жизнь покидает лицо Сапнапа, когда он услышал смех Карла. — Неважно, хочу ли я, чтобы это повторилось снова. Карл явно этого не хочет. Все, чего я хочу, это поговорить с ним, чтобы он рассказал мне о недостающих частях моей памяти, извинился за то, что я, должно быть, сделал. Я просто хочу, чтобы мой лучший друг вернулся, — закончил Сапнап, поворачивая голову в сторону, когда слезы потекли по его переносице, впитываясь в подушку.