Волна и Пламень

Она с ранних лет жила на горе со своим дедушкой Саконджи Урокодаки, бывшим хашира Воды, одним из самых сильных охотников на душегубов. Саконджи Каяо передал её собственный отец, чтобы обезопасить от демонов, что, подобно голодным волкам рыщут по свету, безжалостно убивая и пожирая невинных. Сейчас о нём нет вестей, а Каяо всё ещё живёт со своим дедушкой. Пока она была маленькая, то с любопытством слушала рассказы Урокодаки о демонах и истребителях. Они казались девочке лишь страшной сказкой, Каяо ни разу не видела настоящего демона, а поверить в того, кого не видел очень трудно. Однажды одним ясным вечером Каяо сидела напротив ирори и наблюдала за медленно поднимающимися ввысь маленькими искорками, с аппетитом поедая, приготовленный стариком Саконджи удон. — Дедушка, зачем демонам пожирать людей? Разве они не могут есть то же что и мы с тобой? — Демоны не едят, тоже что и мы, Каяо. А пожирают человечину они ради, того, чтобы стать сильнее. — Ух, какие они злобные! Когда я вырасту, то стану истребителем и буду всех спасать от противных демонов. Как думаешь, дедуля Урокодаки, я смогу? — девчонка тряхнула сизыми взъерошенными волосами и устремила на Саконджи взгляд голубых глаз, наполненный надеждой. — Нужно очень усердно заниматься, Каяо, не жалеть себя и преодолевать трудности. Это не так легко, как ты думаешь. А ещё нужно подрасти, ты слишком мала, чтобы становится истребителем. Подождём ещё года три, а лучше пять. Возможно, ты сможешь стать хашира Воды, как я. — Я буду очень стараться, дедушка! — воскликнула девчонка, а потом резко поутихла и неуверенно спросила: — Дедуль, а хашира это кто? Урокодаки тихо посмеялся, такая маленькая и такая наивно-смелая у него внучка. И всё же старик не стал медлить с ответом: — Хашира, моя маленькая Каяо, это самые сильные истребители демонов. Нужно упорно и долго учиться и побеждать как можно больше душегубов, чтобы заработать это звание. И ещё надо тренировать своё дыхание. — Дыхание? Что за дыхание? Урокодаки понял, что уже поздно и Каяо пора бы спать. Как же забавно получается, отбиваться от демонов старик Саконджи мог, а вот от вопросов маленькой девочки нет. — Будешь много знать, быстро состаришься. — улыбнулся старик и взяв девочку на руки понёс укладывать спать. — Ну что за дыхание? А ты умеешь его делать? А меня научишь? А это не больно? — вопросы лились из Каяо рекой. Но Урокодаки уложил её на кровать и заботливо поглаживая по голове сказал: — Спи, моя маленькая Саконджи, пройдёт время и ты всё узнаешь сама. А время действительно текло и текло быстро и стремительно, подобно горной реке. Каяо была уже не той маленькой девочкой, желающей знать всё и сразу. Конечно, любопытство в ней сохранилось, но юная Саконджи уже подросла и на некоторые вопросы уже знала ответы. А ещё наступил тот самый возраст, которого она так ждала, пора, когда начнётся путь становления мечником. Мечты Каяо о спасении невинных претворятся в жизнь, конечно же не сразу, но всё точно будет, это лишь вопрос времени. На лице дедушки появилась красная маска тэнгу, теперь он не выглядел таким добрым, наверняка это нужно чтобы казаться строже и внушать страх и уважение младшим. К слову, у старика Саконджи появилось ещё трое учеников: двое мальчиков и одна девочка. Один парень был темноволос, с глазами, похожими на два сапфира и в красном хаори. Он не выглядел очень общительным, но всё же Каяо решила попытаться узнать мальчишку поближе. Гию Томиока, так его звали. У второго парня были взъерошенные персиковые волосы, голубые, как льдинки глаза, хаори на нём было с необычным жёлто-зеленым узором, вроде бы он называется кикко. Но больше всего в незнакомце Каяо поразил огромный шрам, растянувшийся почти через всю щеку. С ним юная Саконджи тоже решила познакомиться. Этот мальчишка был общительнее Гию и сразу сказал ей своё имя. Звали его Сабито. Третьей оказалась девочка. У неё были чёрные волосы до плеч и красивые голубые глаза. Выглядела она младше всех остальных и одета была в персиковое кимоно с цветами. Макомо, так звали эту девчушку, оказалась очень добра, мила и открыта, Каяо сразу почувствовала что они подружатся. Но всё же появление тут других ребят смущало юную Саконджи, она подошла к дедушке и тихо прошептала ему на ухо: — Кто они? — Сироты. — тем же шёпотом ответил Урокодаки. — Я взял их под опеку, будете учится вместе. Ребята узнали друг друга получше, а со следующего дня начались тренировки. Приходилось спускаться с горы на время, огибая неожиданные ловушки и при этом держать правильное дыхание, а воздух на вершине был тяжёл и прохладен, каждый вдох отзывался режущей болью в горле. Приходилось много прыгать, бегать, упражняться, медитировать под водой, чтобы стать с ней единым целым. Порой тренировки так изматывали, что не было сил даже поговорить друг с другом, но Гию, Сабито, Макомо и Каяо всегда старались помогать друг другу в трудные моменты. Пусть было нелегко, но они работали вместе, как единое тело, и если у кого-то случались проблемы, решали их все дружно. Иногда возникали и печальные моменты. Были дни когда Каяо лежала на матрасе на полу, между Макомо и Гию, и пустым взглядом смотрела в потолок. Ей хотелось всё бросить, сдаться, оказаться безжалостно съеденной демоном, лишь бы прекратить эти мучительные занятия, но внутренний голос всё говорил: «Вспомни, Каяо, о своих желаниях. Ты хотела помогать людям и защищать их от бед. Тебе нельзя сдаться! Не можешь- пробуй снова! Не хватает сил- тренируйся! Но не бросай, только не бросай! «. Чаще напоминая себе об этом, юная Саконджи стала чуть легче преодолевать свои трудности. Но ничего бы не вышло, если бы не было рядом этих ребят: Гию, Макомо и Сабито. Если бы не они, их поддержка и дружба, Каяо ничего бы не смогла. Не столько упорные тренировки, сколько крепкое товарищество сделало их всех сильными. Прошло уже очень много времени. Остался финальный урок. Нужно было разрубить катаной огромный валун, который был почти в два раза больше каждого из ребят. Они долго мучались над ним, но всё же спустя длительное время они разрубили валун на четыре части. — Урокодаки-сан! У нас получилось! — радостно закричала Макомо. — Дедушка, смотри, смотри! Мы разрубили этот гигантский камень! — вторила за ней Каяо. Сабито довольно улыбался, и даже Гию пропустил мимолетную, едва заметную улыбку. Урокодаки молча взглянул на радующихся учеников, тяжело вздохнул и ушёл. Странные чувства поселились в душе старика. Это очень обеспокоило Каяо и, что-то быстро сказав друзьям, она побежала к дедушке. Он сидел на пороге дома и, сняв пугающую маску тэнгу смотрел в небо, казалось что он сейчас заплачет, может поэтому и смотрит наверх. — Дедушка? — Каяо подошла и села рядом с ним, положив руку на его плечо. — Почему ты грустишь? Мы же ведь справились. — Поэтому и горестно мне, Каяо… — продолжая смотреть вверх ответил Урокодаки. — Потому что справились. Это значит, что вы готовы. А если вы готовы, то отправитесь на Финальный Отбор. Знаешь что это такое? — в ответ девчонка лишь помотала головой. — Вам придётся неделю выживать в лесу с демонами, только потом вы получите собственные клинки ничирин и начнётся ваш путь мечника. — Выживать с демонами в лесу! Вот здорово! Ты нас всех так хорошо натренировал, что Гию, Сабито, Макомо и я точно пройдём этот отбор и станем самой смелой командой мечников! — радостно произнесла Каяо. Урокодаки крепко прижал девочку к себе и тихо, сдерживая слезы заговорил: — Ты ничего не знаешь, Каяо… Совсем ничего. Меня радует твоя уверенность в себе и вера в силу друзей, но… Вы ведь можете и не вернуться оттуда. Демоны в этом лесу специально пойманы истребителями более высокого уровня, они очень злы и голодны. Вы можете просто не выжить… Тогда я буду винить себя до конца своих дней. Я так боюсь, Каяо… Боюсь потерять вас всех: Гию, Макомо, Сабито, и самое главное тебя. Ты моя внучка, часть моей семьи. Твой отец отдал тебя мне, чтобы я защищал тебя, а я… Отправляю тебя на битву с демонами, из которой ты можешь и не выйти… Каяо слушала дедушку и её глаза становились мокрыми от слез. Помимо смелости и уверенности в сердце юной Саконджи жила эта мягкая ранимость, похожая на нежный цветок камелии. Она крепко обняла Урокодаки и навзрыд заговорила: — Дедушка! Не плачь пожалуйста, мы все придём к тебе, живые придём. Только пожалуйста не плачь! Я обещаю, мы все вернёмся, все вчетвером. Прошу, не переживай из-за этого. В этот день Урокодаки наготовил много вкусной еды, чтобы побаловать своих учеников. Кто знает, что произойдёт с ними завтра? Вдруг этот день окажется для них последним днём их юной жизни? Вечером, когда небо начало багроветь от лучей уходящего солнца, старик Саконджи собрал ребят около себя и разлил по тарелкам ароматную якисобу. Её запах дурманил, как же давно они не ели что-то подобное. Гию, Сабито, Макомо и Каяо моментально опустошили тарелки и сразу же попросили добавки. Урокодаки улыбнулся и налил им ещё. — Ешьте досыта, вы заслужили. — ответил он. Солнце стало постепенно уходить за горизонт. Ребята уже были сыты и готовились ко сну. Обычно их матрасы лежали кругом, но сегодня они решили положить их в один ряд, вплотную друг к другу. Но спать вовсе не хотелось. Сабито, Макомо и Каяо смотрели на ночное небо и разговаривали обо всём о чем только можно. — Ложитесь уже спать, надоели. — недовольно отрезал Гию, который уже давно улёгся. — Да брось, Томиока, иди к нам! — задорно улыбнувшись произнёс Сабито. — Да, Гию, посиди с нами, всё равно ведь не спишь. — добавила Каяо. Парень недовольно промычал что-то себе под нос и устроился между Сабито и Каяо. — Лучше бы спать легли, чем на звезды смотрели. Неужели не слышали, что сказал Урокодаки-сан? Нам надо выспаться. — продолжал ворчать Томиока. — А мне нравится. Небо сегодня такое красивое. Вдруг мы его больше никогда не увидим? — произнесла Макомо и последние слова были сказаны с некоторой тоской. — Не говори глупостей! Мы обязательно вернёмся и станем лучшими мечниками. Будем людей защищать! — воодушевлённо воскликнула Каяо. — Вот увидите! — Да, это точно! — согласился с ней Сабито. Ещё немного посмотрев на звёздное небо, ребята расползлись по своим матрасам. Вскоре Гию и Сабито крепко заснули. Каяо лежала на спине и молча глядела в потолок. Сон ушёл так быстро, словно и не появлялся вовсе. А как тут уснуть? Мысли о Финальном Отборе не отпускали юную Саконджи. Вдруг её уверенность напрасна и они не выживут? Вдруг этот день для неё окажется последним? Неизвестность пугает. Но шёпот Макомо вытянул Каяо из пучины собственных мыслей. — Ты спишь? — Нет. — девочка поднялась, спинывая с себя одеяло. — А тебе отчего не спится? — Я всё думаю об этом отборе. Мне страшно, Каяо. Я не хочу умирать. Юная Саконджи подозвала её к себе и крепко обняв, прошептала: — Не бойся, Макомо, мы будем с тобой. Ты не умрёшь. Мы все останемся живы, я уверена. Давай лучше спать пойдём? А то будет не очень хорошо, если мы завтра уставшие пойдём на этот отбор. Девочка кивнула и они обе легли на матрас и заснули в обнимку, не думая о завтрашнем дне, полном неизвестности.