Под вспыхнувшей Жизнью

Все сводится к доверию. Это фундамент всех нормальных отношений. Детектив Джосс Картер — Не думаю, что вам нужен психиатр, группа поддержки или лекарства. — А что же мне нужно? — Вам нужна цель. А точнее — вам нужна работа. Мистер Финч Когда находишь того, кто связывает тебя с миром, становишься другим человеком. Становишься лучше.

Мама в детстве говорила, что пролети мимо Лесли вертолёт — та и не заметит. Голд могла в отдельности управлять, — пардон, направлять, — человека в нужную ей сторону, могла сплотить коллектив, но так, чтобы за ней шли люди или типа того — не могла. Зато могла Рене, которая не могла не манипулировать людьми, добиваясь своей цели. Хотя слово «манипуляция» не совсем верно, но в тоже время весьма корректно. Казалось бы вот: сошлись они, луна и солнце. Лесли пропускала мелочные манипуляции Рене, а Рене не смотрела как извращалась суть неприятного для Лесли человека, после распускаемых ею «слушков». Была ли Лесли святой? Что вы. Отрицательно нет. Она была обычным человеком, подростком: где-то, как все, находила вопиющую несправедливость в чём-то незначительном; а где-то молчала там, где стоило бы и поднять бунт. Не всегда признавала ошибки и была вовсе непокорна ни судьбе, ни людям, которые уж точно знают побольше чем она, ведь мы же старше и мудрее, Голд, ты обязана слушаться! но, слышите? не-а, с одиннадцати лет её это почти не канало. «Что вы мне сделали такого, что бы я слушала вас?» Но если сократить: то Лесли не любила власть. Ничью, вообще. Не признавала людей, стоящих впереди, лишь потому, что они где-то удачно поднасрали. Не уважала тех, кто что-то сделал не ей. Она была бы ужасным солдатом, но вот уж удача: Голд незачем было становится солдатом. А мать была достаточно понимающей, чтобы вместо строгого запрета объясняла почему она против. Говорила плюсы и минусы. Чем это грозит и как обернётся в дальнейшем будущем. А потом предоставляла решение Лесли самой: тогда это был бы лишь её выбор; и только её ошибка, на которой стоит учиться. Это был выбор, который Лесли уважала и понимала, но… Мир сходил с ума, а люди — вместе с ним. Лесли казалось, что только она, её компания и Каллены-Хейлы остались прежними. В другой ситуации это было бы удручающе: стоять на месте, пока остальные бегут проживать жизнь. (При других обстоятельствах Лесли бы посмеялась, подумав как удачно подобрана фраза. Они словно застыли, пока остальные бегут жить!) — Пожалуйста, верни листок мне, — вежливо просит Лесли, и не понимает, почему в чужих глазах видит что-то мрачное. Бэмби — малышка проблемная, как бомба замедленного действия. Внутри всё сжимается в узел, и, кажется, переворачивается с маткой одновременно. Это больно. И неприятно. Но больше больно. Белла Свон смотрит так, словно не понимает, в чём дело: глаза у неё по-детски округлены, и ходит она так большую часть времени, когда Лесли замечает тёмноволосую девушку издалека; взгляд, которым она награждает Голд, последней не нравится. Словно она на её же глазах взяла новорождённого котёнка и сломала его тонкую шейку к чертям собачьим. Лесли молчит, и лишь протянутая рука намекает на то, чтобы Белла скорее отдала листок обратно его хозяйке. Свон почти бесцеремонно читает бумагу. Обиженно трясёт нижней губой. Выкатывает глаза всё больше. — Почему меня не пригласили участвовать в организации праздника? — И начинает смотреть на Лесли так, словно она в этом и виновата. Частично да, конечно, но всё же… — Потому что работы почти нет. Самой организацией занимаюсь я и Лорен Мэллори, — на словах о девушке кареглазая неприязненно морщится, словно от зубной боли, — пара мальчишек украшают вверх зала на лестницах, под руководством Розали, Джаспера, Аниты и Сьюзен по очереди. Тебе бы такая работа не подошла. Ты слишком неуклюжа. Свон вскидывается. — Так же, — невозмутимо отмечает Лесли, ощущая как внутренне её потряхивает от раздражения поясняться с кем-то, кто ей даже не друг! — Ты вряд ли знаешь магазинчики в Сиэтле, где и кто сделает скидку на украшения, еду и прочую мелочовку. Этим занимается Джессика с Анджелой и Элис. Больше нам организаторов не надо, так что, спасибо конечно, за предложенную помощь, но в этом случае ты бесполезна. В голос-таки пробивается холод, а глаза едва ли не метают молнии. Лесли не любит, когда бесцеремонно у неё что-то из рук выхватывают. Такое позволительно исключительно друзьям и семье, и то — не всё. Белла Свон едва ли была знакомой. А ещё Лесли читала в её глазах, что она — Сво-о-о-о-он, — считает себя лучше, чем Лесли Голд. Рыжеволосая девушка отвечает ей полной взаимностью, позволяя себе быть в таком несколько мелочной; но не она начала высказывать при всех своё «фи» в её сторону; и не она накликала на себя беду. Ребята из общей компании пока заминаются, но не ровен час, когда и они поймут окончательно, что общаться с этой девчонкой — занятие настолько полезное, как и иметь завышенное самомнение, не слыша никого вокруг. То есть, сугубо отрицательное занятие. — Ты могла спросить, — поджимает девушка губы, протягивая бумагу небрежно. Зажимая между двумя пальцами. К счастью, на остановке почти никого нет. Лесли лично проспала. Белла — судя по машине, — меняла колёса на зимние, не скользящие. Ветер подул с достаточной силой, чтобы вырвать листок. Голд чертыхнулась, едва сдерживая едкий взгляд на вставшую как клушу Беллу, потянулась к листку, и- Последнее, что она запомнила, это визг тормозов, чей-то отчаянный шёпот и восхитительно знакомые золотистые глаза, с отблесками мрачного чёрного и кровожадного красного. К своему почти восемнадцатилетию, Лесли Голд твёрдо решила: она ненавидит машины и аварии.

***

Вы когда-нибудь видели диких животных? Их грацию, ленивую уверенность в своей победе, соблазняющую улыбку, полную победы? — Никаких травм, Джаспер, — Говорит Карлайл Каллен, и оставляет Джаспера сидеть у кровати, сжимая тонкую ручку, на которой слышится звук стука сердца. В первый раз он так волновался, когда Лесли Голд упала в обморок прямо посреди коридора. Ей просто стало плохо, и — она даже не успела никому ничего крикнуть. Хейл лениво поцеловал вену на кисти рук. Поцеловал каждый пальчик, не отрывая дикого взгляда от бледного лица своей половинки. Она просто спала, накачанная успокоительными и снотворными. Они сорвались с Эдвардом одновременно, но по разным причинам. Лесли от шока упала в обморок прямо там, ещё на парковке. Пришла в себя в машине скорой помощи, когда её везли. Хейл сидел рядом, ласково поглаживая девушку за руку. Не подпускал недостаточно компетентных врачей и медсестёр, отпугивая диким, невозможным взглядом. Если бы его сердце могло только биться, оно бы разорвало от страха и ужаса его грудную клетку. И никакие мышцы и кости сердце бы не остановили. Голд сладостно вздохнула, причмокнула губами и повернулась на бок, улыбнувшись во сне. Джаспер послал ей волну счастья и умиротворённости. С такими-то эмоциями ничто другое, кроме как хорошего ей и присниться не могло. Он бы не позволил. Сколько он так просидел? Кажется, Беллу Свон выписали домой ещё семь часов назад. Сейчас — час ночи. Оставит ли он Лесли одну? Ха. Он даже позы не сменил; как зашёл и сел — и с тех пор не менялся. У Джаспера была аксиома: казалось, она всегда была в нём, жила и ждала именно этого момента. Это почти стало его частью: небо голубое, трава зелёная, вампиры пьют кровь, Джаспер жаждет Лесли. Никто не знает в каком значении «жаждет», но им лучше и не знать. — Тайлер умрёт, — тихо шепчет вампир в тишине, прикрывая глаза. На некоторое мгновение счастья он едва ли не забыл, как хрупка и неосторожна человеческая жизнь. И как легко её можно оборвать. Лесли открывает глаза медленно, смотрит пьяным взглядом и улыбается. — Хэй, — говорит она, — ты что, плачешь? Если бы мог, то да. Вероятно, дал бы паре горячих слезинок упасть. Но вампиры не плачут. У них нет слёз. Однако голова у Хейла опущена, а волосы прикрывают молодое бессмертное лицо. Лесли тянет руки, обвивает точно змея шею Джаспера и притягивает к себе. Мужчина у неё на груди выглядел ребёнком, готовым расплакаться. Лесли вздохнула и начала гладить по шелковистым волосам. Таким красивым и ярким. Они словно горят в ночи. Лесли не понимает, как начинает говорить какую-то ерунду. Её парень выглядит слишком потерянным и несознательным, что ей даже чуточку страшно; не заблудится ли он в своих мыслях?.. Говорит про уроки, жалуется на Беллу, рассказывает как представляет праздник, потом переходит на смешливую для них тему свадьбы Хейла и Голд; говорит про подружку невесты Рене, как хочет увидеть мать и как презирает отца; говорит про неловкие ночные походы, о которых никто не знает. Говорит о сериалах и фильмах, лишь бы заполнить эту тишину. Джаспер закрывает глаза и укутывается в Лесли; в этот раз они поменялись ролями. Но всё хорошо. Всё замечательно.