Под вспыхнувшей Жизнью

— Когда тебя бьет тот, кто крупнее и сильнее, ты учишься заранее читать его эмоции и очень быстро ты приспосабливаешься, чтобы выжить. Твой обидчик сделал тебя уникальной. Сделал такой, какая ты есть. доктор Кэл Лайтман Говорить, что разлюбил человека, которого когда-то любил больше жизни — это вранье. Но ты живешь дальше, ты обязан жить дальше. (Сказать, что ты перестал любить того, кого когда-то любил больше жизни, означало бы соврать. Но ты живёшь дальше, ведь так? Другого выбора нет.) доктор Кэл Лайтман Храбрость — это то, что делаешь несмотря на страх. (Преодолеть страх — это подвиг.) капитан Стэн Рэншоу (Cpt. Stan Renshaw)

Лесли вытянула руки, сжимая пальцы в кулаки. Затем медленно расслабила их. И снова сжала. А затем так по кругу; Голд думала и совершенно точно не была здесь, что было понятно по затуманенным серым глазам. Подготовка завершилась к празднику замечательно, и Джессика с Вебер порадовали половину школы прекрасными костюмами вампиров, отчего Лесли каждый раз фыркала, как вспоминала, и не мудрено - она-то думала что девушки захотят быть медсёстрами, на костюмы которых так кровожадно смотрели через витрину магазина. Не дай бог, украдут... Шоколадка, тая, растеклась в обёртке, став совсем не привлекательной. Наверное, надо бы её было бы закинуть в холодильник или морозилку - если она захочет как можно быстрее вернуть "твёрдое" состояние, но Лесли даже пальцем ноги не пошевелила. Лесли к самому празднику вырядилась в прислужницу Сатаны, щеголяя в наглом платье, которое позволяло больше, чем скрывало. Джаспер на празднике тоже был; в "костюме" майора далёкого прошлого века. Он отрывисто кивнул, приподнимая бокал в её честь; глаза у него были красные и ненасытные, а движения рваные. Лесли, вероятно, дура, но она неуверенно подошла к нему. Шаг за шагом. Шаг и ещё шаг. Это оказалось легче, чем ментальный барьер в её голове, который нужно было преодолеть.

***

- Выглядишь... - и замолкла, не зная, как правильнее сказать. Джаспер усмехнулся. - Плохо? Голодно? - Можно и так сказать. - Не волнуйся, я не сорвусь. У меня неплохой самоконтроль. - Но Голд, вопреки не-ожиданиям, не улыбнулась, внимательно смотря на мужское лицо. Такое.... защищённое, закрытое; она не могла сказать, что чувствовал Хейл, не могла понять, какие мысли играют в душе. Раньше он ей позволял. Редко, но позволял. Чаще Лесли интуитивно понимала, что следует делать. И сейчас - тоже. Хейл, смотрящий вперёд на танцующие пары, лукаво улыбнулся, и сердечко предательски ойкнуло. Лесли забрала бокал из мужских рук, выпивая принесённое кем-то в "тайне" вино, ощущая тепло с первых глотков. - Я знаю. - Знаешь? - Иначе ты бы не стал подвергать опасности всех. Чужое лицо закаменело. Лесли моргнула. - Я про твою семью, про Калленов, Джаспер, - и провела по плечу, едва ощутимо сжимая; Джаспер наклонился к руке, кормящей и любимой, как необузданный монстр, который решает: стоит ли ему поиграть и отгрызть кормящую конечность, или пока не стоит?... Лесли видела этот нерешённый приговор в чужих глазах, но почему-то совсем не ощутила ни страха, ни беспокойства. "Ты тоже моя семья." Но Лесли не готова. И Джаспер молчит. Словно что-то изнутри грело и тепло говорило: "Не волнуйся, не тронет, дрогнет", и этот шёпот был самым привлекательным, что она когда-нибудь слышала. Хейл не моргал, и почти не имитировал дыхание; всё смотрел и смотрел в серые глаза, прямо, и видел вопросы - их было много, и не на все были ответы, и не на все было безопасно знать ответы. - Я не сорвусь, - повторил мужчина, легонько целуя воздух над ладонью, которую нежно перехватил. Потому что рядом с тобой я не вижу других. Голд нахмурилась, словно понимая, о чём думает её парень, но промолчала, покачав головой. - Потанцуем? - Я не очень хороша в этом. Джаспер пожал плечами, совсем как человек. - Я поведу, я хорош. И Лесли кивнула, потому что всё равно не сомневается в нём. Даже после... знания. Оставившего неприятное послевкусие; Джаспер закружил её в танце так легко, что Голд перестала понимать, когда и что надо ступать и поворачиваться - всё это с трепетом приходило само собой. В чудных алеющих глазах был трепет и что-то настолько тёмное, что прячется под человеческим костюмом слишком долго, чтобы молчать; Лесли позволяет вести себя, беспрекословно подчиняясь пируэтам, жарким мимолётным объятьям и танцу, набирающему бешенный ритм. Мужчина улыбался, и Лесли улыбалась вместе с ним - просто потому что хотела, просто потому что это было так легко и естественно, что она и не заметила. В животе не было проклятых бабочек, символизирующих скорее приступ тревожности, чем любви, и девушка чувствовала себя едва ли не Королевой на этом импровизированном "балу". Сероглазая ни разу не споткнулась. Не запнулась, не ударилась, не наступила на чужие ноги, не задела других танцующих; она была подобно птичке, что парила в небесах, где не было совершенно никого, кроме её самой и её партнёра. Хейл выдерживал идеальный темп, позволяя ей парить и не уставать, позволяя самой устанавливать рамки; она смотрела в сторону, а он уже двигался туда мимолётными, лёгкими движениями, как у усмирившегося ветра, своей аурой подавляя других - и места кроме как для них не оставалось. Были восхищённые взгляды, чужой мимолётный шёпот и только зазвучавшая громче музыка. Лесли слышала лишь стук своего сердца и видела лишь чужие глаза, смотрящие и говорившие: Всё это я могу, ты можешь доверять мне. Я дам тебе всё, включая свободу! Никакой неловкости, напряжённого воздуха или нерешительного взгляда, движения; настолько гармонично, что сомнения питали воздух смотрящих - уж не репетировали ли они днями и ночами?... ...Лесли ощутила острое сожаление, когда последняя нота, громко прозвучав, закончилась, обозначая конец танца; тёмные алеющие глаза лукаво сощурились, уловив нежелание останавливаться. Ей нравилось, когда Джаспер вёл. Нравилось, когда он задавал направление и столь же легко его менял, стоило ей лишь покоситься в другую сторону. Нравилось это ощущение... лёгкости. Полёта. Мужчина совершил поклон, и Голд ответила ему реверансом. Судя по лёгкой улыбке, его она сделала правильно; девушка почувствовала за себя мимолётную гордость. - Золотце, - чуть тоскливо прошептал он Лесли на ухо, поймав девушку в "ловушку" коварных сильных рук. Голд замерла. - Помнишь, ты просила дать время? Лесли извернулась, чтобы посмотреть наглому вампиру в глаза, но её максимум, который позволили - это линия жёсткого подбородка, да нежное поглаживание по голове. А затем - такой же мимолётный и лёгкий поцелуй, как раньше, будто ничего и не было. - Нас некоторое время не будет в Форксе, но, прошу, знай что ты в любое время можешь дозвониться до меня, до Карлайла, до всех нас, ладно? - Не будет...? - Эдвард захотел дать Белле прожить человеческую жизнь. Но, кажется, мисс Свон этого желает не столь сильно, как сам брат. Она полна намерений... да вот только не тех, что нужны; не для того, что нужно. И голос его звучал так уничтожительно, что рыжеволосая зажмурила на мгновение глаза. Холодный, чуток бездушный, но с каплей интереса. Этот голос предназначался не для неё, но холодок всё равно пробежался по спине. Лесли закусила с внутренней стороны рта щеку. - Ты всегда можешь позвонить и дать мне ответ. - Мужчина провёл хладной рукой по тёплой женской щеке, оставляя ещё один поцелуй макушке. - Или не звонить, но я в любом случае всегда буду ждать звонка, золотце. Что бы не случилось. - Даже если я решу не звонить? - Даже так. Лесли выдохнула. - Но я позвоню. И я дам ответ. Даже если он будет не тем, чего ты ожидаешь. - Тогда мне остаётся лишь ждать. Времени у него всегда было через край.

***

Лесли прекрасно выходила с урока с наилучшими оценками, весело общалась с ребятами, часто оставалась у подруг с ночёвками. Забивала себе весь день, чтобы лишь перед сном думать о том, как поступить. Пятьдесят на сорок. Десять - исчезнуть. Но она обещала это не делать. Шестьдесят на сорок. Часто общалась с Рене, которую чудом удалось отговорить от приезда сюда, в Форкс; да и то, не совсем - она клялась, что уже купила билеты к лету. Лесли остался ещё один год и выпускной класс. Голд смотрела в потолок и думала. Очень, очень-очень много думала. Порой накатывала меланхолия или злость, желание спустить всё на "как пойдёт - так и будет", но девушка начинала делать дыхательную разминку, и вновь возвращалась к привычному состоянию. Для неё ещё один месяц без Джаспера - лишь время на раздумья. Попытка понять, готова ли она отказаться от тысячи ради рубля. Если, конечно, такую аналогию вообще можно проводить. И всё бы хорошо, но... Тук. Тук. Тук. Сероглазая кинула взгляд за окно, - там с самой ночи весело бушевал дождь, а смс-ка, говорящая ей не собираться ещё с полудня того дня, так и осталась не отвеченной, - и мигом скинула тёплый плед с ног и плеч, направляясь к двери. Размышлять у воды было, сидя на подоконнике - широком, как она и любит, - просто прекрасно; мысли текли легко, а Лесли-много-версий легко спорили, аргументируя свои выводы и доводы. Лесли-оригинал ко всем своим тараканам прислушивалась, но пока ни с какой стороной не соглашалась. В руках был блокнот, разделённый двумя сторонами: "ЗА" и "ПРОТИВ". Пункты пока были равны. Стук повторился, и на этот раз был сильнее. К прихожей вышла и тётя Розита - они мало разговаривали с того вечера; Лесли больше смущало то, что её мысли и воспоминания забрали, а душой столь нагло распорядились, но она не могла и отрицать того, что это чем-то пошло ей на пользу. Может, из-за таких действий она сейчас и жива, и ей даже стоит быть благодарной, - а благодарной она ощущала себя чуть меньше, чем злилась. В конце концов, именно тётя своими отварами довела её чуть ли не до серьёзных проблем с головой. Тётя чаще молчала, кидая взгляды - вины в них не было, и свою помощь признавать недействительной или губительной не стала, - и всё их общение сводилось к базовому соседству. Ты - моя дочь. Душой и наполовину. Наполовину... Лесли покачала головой, и тётя осталась стоять у дверей своей комнаты. Шаль чуть сползла с плеча, а рыжие тусклые вихри коротких волос показывали весь "бардак" на голове. Наверное, такой же "бардак" был и в мыслях. Лесли открыла дверь и чуть ахнула, отходя назад. Полностью промокшей в непогоде была Белла, и Голд распахнула глаза, ужасаясь - так плохо она выглядела. И ведь не во всём виноват дождь. - Белла? Боже, что ты тут делаешь?! Ну же, быстрее, проходи, ты вся промокла! - И немного грубо дёрнула за полностью промокшую толстовку, заводя девушку в дом. Лужица воды вмиг натекла на полу. Тётя, так и не закрывшая дверь, мрачно и брезгливо фыркнула, но развернулась и послушно пошла за шваброй. Лесли, перепрыгивая ступеньки на ходу, благодарно кивнула. Полотенце-сухая одежда-фен-чашка чая. Всего мгновение, и вот вместо полностью промокшей одежды Белла сидит в одеяниях Лесли (тёплая кофта для зимы, несмотря на то, что в доме тепло; мало ли, сколько она под дождём стояла, Лесли могла ведь и не с первого раза услышать этот стук в дверь. Просторные шерстяные штаны, им же в тон носки; горячая чашка чая в руках и полотенце на голове. Голд в пору гордится своим гостеприимством.), вся такая слабая и изнеможённая. Глаза у неё красные, с лопнувшими капиллярами; руки чуть дрожат - наверное, от холода; губы обкусанные, синюшные, а под теми же глазами такие чёрные круги, что сероглазая едва не вздрагивает. Туда не картошку можно класть, а вагоны поездов. И такие чёрные, что просто жуть начинает брать. Бледная, чуть ли не прозрачная кожа - совсем не аристократическая, а больная, - на ней видны венки, синяки и маленькие ранки от острых ногтей на внутренней стороне ладони; Белла настолько худая, что кажется дунешь - она и улетит, а в просторной одежде Лесли, которая не самая худая, - но и не толстая, - Свон буквально утопает. Лесли видит её ключицы, но не должна; одежда не такая, чтобы видеть ключицы. - Ты выглядишь максимально хреново, - честно говорит Лесли, обхватывая свою кружку. Да и чего ей скрывать? Это правда, даже можно сказать - смягчённая. Потому что дочка шерифа выглядит куда больнее и хуже, чем "хреново". Глаза у оленёнка больные. Как у наркоманки. Голд дёргает плечом, отводя его назад, и падает на спинку стула, поджимая ноги в позе "лотоса". Так пальчикам теплее. Да и стул широкий - сидеть удобно. Белла поджимает обкусанные губы, нервно лизнув верхнюю. Вздрагивает, когда, видимо, выныривает из своих мыслей, и смотрит на неё своими горькими шоколадными глазами - они и вправду красивые, эти глаза. - Ты ведь встречаешься с Джаспером, Лесли? - Тихо спрашивает лебедь в переводе, и что-то в сердечке нервно у Лесли сжимается. Тонкий голос, хриплый, сломанный. Или надломленный...? Она едва его слышит - он охрип, и уже явно давно. Девушке стоило бы обратиться к врачу; Лесли невольно замечает, как Белла морщится, когда глотала, словно у неё горло болит. А может ей чай не по вкусу, а сказать стесняется, хмыкает мысль, но Лесли и правду почти всё равно. Никто пить не заставляет, не нравится - отставь кружку. - Мы взяли наши отношения на перерыв, - вежливо качает головой золотце, выпивая свой сахар с чаем. Правильнее было бы сказать наоборот, но учитывая сколько чая сколько сахара - Лесли всё сказала верно. Белла удивлённо моргает, но делает это так медленно... Не знай Лесли деталей, подумала бы, что у неё - даунизм. Аутизм? Или как там правильно этот диагноз называется... ай... блудная голова! Именно поэтому пришлось ещё в детстве отказаться от мечты стать судебным патологоанатомом. - Расстались? - Пе-ре-рыв. Белла делает большой глоток и чуть не давится. И взгляда не отводит. Упрямого. Пустого. И только там, в глубине, где-то сияет маленький огонёк - Лесли его едва видит и осознаёт. - Ты ведь знаешь... кто они? Каллены? Лесли смотрит сначала цепко-внимательно. А затем полностью расслабляется, скрывая мысли за лёгкой улыбкой. - Ну, я ведь встречалась с Джаспером. Белла не реагирует. Реанимация пациента не сработала, Холмс, пора отступать. Ох, ну что за атмосфера без шуточек... Лесли мысленно пожаловалась на свою нелёгкую судьбину. - Помоги мне тогда, - чуть ли не молит девушка, неожиданно потянув свои хлипкие тоненькие ручонки вперёд, намереваясь схватить ладони Лесли; Голд успешно "отбила" подачу, даже не подумав как это будет выглядеть со стороны, - нечего её тут всяким хватать за руки. Белла даже ни капельку не смутилась. В глазах разгорелся тот самый в начале едва заметный огонёк, - да вот только он оказался слишком больным, неправильным. Рыжеволосая почувствовала смуту в груди. - ....? - Позвони ему, прошу тебя! Мы должны поговорить! - Это будет плохой идеей, - пробормотала Лесли. Звонить Джасперу - одно дело. Звонить Эдварду - совершенно иное. Но... нельзя узнать, плоха ли идея, пока не осуществишь её. Даже если чуйка вся кричит, что этого делать лучше не стоит.

(Элис щурится, застывая на месте. Глаза у неё горят, но Лесли делает верный выбор, который не подставляет семью. Взамен, она убирает препятствие, которое возникает в будущем - это её благодарность. Девушка перешла в разряд "семьи".)

- А у теб- - ОН НЕ БЕРЁТ! ОН НЕ БЕРЁТ, НО ОН НЕ БРОСИЛ МЕНЯ, Я ЗНАЮ, Я ЗНАЮ, Я ЗНАЮ, Я ЗНАЮ! Воу. Дикая реакция. Лесли едва слышно выдыхает, бледнея, пока Белла сумасбродно бормочет себе под нос болезненное "он любит меня, он любит, любит, любит, не оставит!..." Тётя, выглянувшая на крик из-за угла хмурится, одним взглядом предупреждая. Рыжеволосая качает головой, одним махом показывая на стопку неубранных не заточенных ножей, которые они оставили со вчерашнего вечера на кухне. Расстояние близкое, и, если что, защитить себя до прихода тёти она уж сумеет. Тётя кивает, и молча, губами, произносит "Я рядом, за дверью - кричи." Вмиг стало чуточку спокойнее и безопаснее. Но тем не менее, Голд вдруг резко захотелось свернуть этот диалог и выдворить несчастного лебедя за дверь. Белла вцепилась пальцами в стол, белея до такой степени, что девушка не знает: ломает ли она им стол или свои руки...? - Я хочу стать вампиром, - тянет Свон тихо-болезненно, тоскливо, так, что кошки скребут по душе. Скребли бы, не будь Лесли такой ограждённой эмоционально по отношению к однокласснице. - Позвони ему. Позвони Джасперу. Лесли замирает, чувствуя как мозги заскрипели. Паззл, картинка, медленно встаёт на места. От ярости и возмущения девушка едва не задыхается, находя просьбу Беллы едва ли не... Злости не хватает! "Хочу стать вампиром." "Джаспер." "Расставание." "Привязанность." Всё это так легко сложить... если задуматься. - Выметайся! Крикнула девушка, резко вставая. Белла вздрогнула, поднимая утомлённые больные глаза, но в этот раз вину Лесли не ощущает, даже близко что-то подобное нет. Свон чуть запинается, пытается что-то сказать, но Голд выхватывает нож, на случай если до Изабеллы, которая в конец с ума сошла, не дошли её слова. Свон послушно замолкает на половине слов, затравленно смотря на вытянутый в её сторону нож. Большой нож. Громко глотая, в глазах у неё ничего. Там, где должен быть страх - плещет адреналин. Свон переводит взгляд с Лесли куда-то в сторону, и это приводит в дрожь, в ярость и страх. Помнится, по книгам и фильмам от адреналина у неё появлялись видения Эдварда. Неужели и сейчас видит его...? Судя по зрачкам, дрогнувшей улыбке и оборванном слове "Эд-" с её уст - да, видит. И это заставляет Лесли ещё сильнее ухватиться на рукоять ножа. Тётя появляется за спиной с телефоном в руках, и очень грозно и тихо, - кот в стороне шипит со шкафа, дьявольскими глазами буравя тонкую спинку кареглазой девушки, и по когтям понятно, что его сдерживает на месте лишь факт несказанного приказа, точно собаке, - начинает показательно говорить, что она сделает с девушкой, если та не уберётся к чертям собачьим. Тут не то что Белла - даже Лесли немного пугается. Пропадает мисс Свон в её одежде со своими мокрыми вещами в руках, с растерянным и злым-запуганным взглядом, который ей чертовски не нравится, заставляя родственниц одновременно выдыхать. - Спасибо, тётя. Та отмахивается. - Не хочу её больше видеть у нашего дома, детка. Они понимают друг друга с полу-фразы, и Лесли это чертовски нравится. ...Лесли садится на подоконник, закрывая глаза и прислоняя горячую голову к холодному стеклу. Она видит, как некоторое время машина Беллы стоит на месте, а после, сверкнув фарами, начал медленно, словно нехотя, отдаляться. Джаспер, по словам Эдварда, очень слаб в самоконтроле. Белла знала, что они взяли перерыв, - как и знала, что мужчина-вампир был готов по одному её звонку прибыть обратно в Форкс. Она планировала дождаться его тут, в её - Лесли, - доме, и пораниться, показать кровь или поковырять корку от старой раны - пустить себе кровь в его присутствии. Только вот на что в итоге она надеялась? На то, что Джаспер сдержит себя и Белла невольно станет вампиром? Или на то, что он выпьет её кровь без остатка и она умрёт? Лесли не знала, но понимала, что и то, и другое ей чертовски не нравится. Очень сильно не нравится. Голд также понимала и то, что в любом исходе больно будет именно Джасперу, чтобы про "болезненное становление вампиром" не говорилось. Её Джасперу будет намного хуже... Голову этой идиотке открутить мало! Злость снова поднялась из глубин сердца. Лесли глубоко вдохнула- ...Пальцы невольно набрали столь изученный номер телефона сами.

***(Будущее, которого нет)***

Элис смахнула смс-ку, мгновенно удаляя её; на её обычно радостном лице пробежала мрачная тень, и только хищная улыбка позволяла понять, что эта женщина - хищник. Кэрри, моргнув глазами - уже почти как человек, вот умничка! - потянулась телом вперёд. У этой женщины была феноменальная способность понимать по буквально ничему, когда разговор вдруг зайдёт о её дочери, Лесли. Элис это восхищало и манило одновременно; было интересно понять как, ведь это не дар. Розали ставила на материнские чувства. Некоторые же матери чуют своим сердцем, если их дитё было в опасности? У Кэрри это было почти так же, только возведено в максимум, и действовал только на её дочь. - Что с ней? - Небольшая проблемка, - легкомысленно пожала плечами эльфийка, спрятав злую улыбку. Проблемка действительно небольшая; но ситуация и благодарность требовали, чтобы Элис эту "проблемку" убрала. Да и так явно же будет лучше, но подумаешь, помается с ответом Лесли на чуток больше положенного, зато будет с цельной психикой, которая не видела, как Джаспер приходит в вампирскую ярость, разрывая глотку тому ублюдку... Видения заиграли в голове, точно как фильм в телевизоре. Лесли громко хохочет в окружении своих ребят и ребят со старшей школы соседнего городка. - Ладно-ладно, - капитулирует руками Джессика, улыбаясь и смеясь. Вебер ткнула под руку Сюзанну, с которой была схожа умом и характером, и девушки о чём-то тихо зашептались, подозрительно хихикая да смотря на всех любопытствующими глазами. Голд вытянула затёкшие ноги и потянулась в спине. Тем не менее, бдительность девочки явно упала; в глазах был хмель, а тело шаталось, как Шалдай-Балтай. Рыжеволосая захихикала. Не понимая причину смеха, ребята вторили ей в ответ. - У-у-у-у-у-у-у-у-у! - Закричала парочка парней, когда бутылочка остановилась напротив Лесли и Кида. Кид был рослым парнем, с тёмными, почти чёрными глазами и яркими блондинистыми волосами(Так Лесли поняла, что у неё в принципе нет определённых требований для своих партнёров). - Ну что бы загадать, что бы загадать, - прохихикала Карен - девчонка соседней школы, - приняв самый пошлый вид. Ни у кого не было вопросов, о чём она подумала. Парни разразились громким хохотом, а девушки - сдавленным хихиканьем или перешёптыванием. Голд вообще не понимала, кто половина из этих ребят и как она сама тут оказалась; зато отлично помнила, что в какой-то момент ребятам стало скучно, и все начали играть в действия с бутылочкой. Ей просто предложили покататься, сходить в кафе, развеяться... А в итоге она сидит тут, рядом с Кидом, и пьяная глупо улыбается чему-то своему. - Ой, да чёрт с вами! - Махнула рукой девушка-Карен, - Лесли, ты выбываешь из игры на пятнадцать минут! И слава тебе Господи. Хорошая девушка, Карен, сразу с первого взгляда поняла, что к чему. Голд незаметно благодарно улыбнулась, пока ребята зло улюлюкали, требуя сменить задание на что-то совместное, и вообще, ты, Карен, такую скукотень выбрала!... Лесли, чуть шатаясь, отошла ближе к реке. К водичке... такая холодненькая... хорошая... И чуть вскрикнула, когда позади себя увидела фигуру незнакомца. Мужчина, чьё лицо было закрыто, ударил по животу, резво схватил за руку и, казалось, собирался её куда-то потащить. Лесли нервно захихикала в голове, потому что чёрт возьми! СКОЛЬКО ЕЩЁ ПЛОХИХ ПАРНЕЙ НА НЕЁ ВЫЙДЕТ, ПРЕЖДЕ ЧЕМ ВСЁ ЭТО ЗАКОНЧИТСЯ?! Как оказалось - этот был, кажется последним. Парнишка с такой силой отлетел от неё, что ветка, которая приняла удар, сломалась на двое, а человеческое тело издало ужасающий звук множественных переломов. Голд своим далёким сознанием, который не был пьян и постепенно трезвел, позлорадствовала. Чёрная тень метнулась к парню, хватая за руку, а после кидая вновь с ужасающей силой. И вновь, и вновь, и вновь, пока парень не перестал издавать никаких звуков, и тень, в которой Лесли, вернув помутневшее зрение, начала медленно осознавать, чья стоит фигура. Джаспер Хейл склонился над телом, скалясь и рыча злобнее и страшнее всех, кого Лесли хоть когда-нибудь слышала. Её тело инстинктивно сжалось в нервный маленький клубок, не смея сомкнуть глаз или отвести взор. Хруст, с которым ломалась шея, пока вампир медленно высасывал кровь ей долгое время будет сниться по ночам в самых жутких кошмарах. Через неделю она соберёт вещи и уедет к папуле, который дочь хоть и не любил, но чувствовал себя обязанным её содержать. Исключительно до совершеннолетия. Элис улыбнулась. - Люди такие слабые. - Моя дочь... - Всё будет хорошо, Кэрри, - накрыла Элис чужую ладонь, улыбаясь. - Всё уже хорошо. (В будущем, которого нет, Лесли до ужаса боится увидеть в живую фигуру своих кошмаров в крови. В будущем, которого нет, майор Хейл омыл свои руки кровью столь много, что его человеческий костюм затрещал, не сдержав напора. Но так или иначе, они всё равно сошлись даже там. В будущем, которого нет.)