Тату на моем сердце

      Кристина давно уже хотела поработать с Юнги, потому что видела, как он одержим созданием музыки. И работал с очень разноплановыми музыкантами. Это давало ему огромную насмотренность, наслушанность и терпимость к запросам тех, с кем он работает. Во всяком случае, Крис так казалось. Она видела, что Юнги очень мягкий и гибкий, какого бы бунтаря и плохого парня он из себя ни строил.       В конце концов, если Крис затеряется в его послужном списке, не страшно. Или страшно? Какие легендарные женщины с ним работали, уму непостижимо! Хейз, Ли СоРа, Суран, Холзи и АйЮ, любимица Чонгука. Крис в который раз размышляла о музыкальной индустрии, снова и снова натыкаясь на имя этой девушки, и загоняла себя в грусть. JK сказал когда-то, что она его идеальный тип. Она видела эти его реакции на пение или благодарственные речи АйЮ на сцене. Спасибо, блин, поклонникам, которые собрали эти моменты, нарезали и слили в одно убийственное видео. Спасибо, черт вас дери, за инсульт жопы и разбитое сердце. Конечно, Крис с ней никогда не сравниться!       АйЮ тысячу лет на сцене, она его подростковая любовь, она безумно красивая, тоненькая, миленькая, да просто идеальная! Он даже пел ее песни, пока был «‎никем»‎. Да, Кристине было трудно и больно, но она признавала, что АйЮ была прекрасна. Парень, у тебя хороший вкус! Будь я мужиком, сама бы ее выбрала. Как не выбрать такую идеальную милашку? И что с того, что в мире идет тренд на неидеальность? Корейцы чхать хотели на эти тренды, если им хочется «‎сделай мне красиво»‎.       Нет, они могут с интересом и любопытством разглядывать других людей — ярких, смешавших все каноны и гендеры американцев, эстетичных европейцев, но потом они неизменно уткнутся носом в свое, любимое, родное. Правда, вокал знаменитой кореянки Кристине не очень нравился — мило, но как-то холодно, слишком правильно. Однако корейцы любят идеальное, поэтому им срать три кучи на другие мнения.       Кристина очень печалилась по этому поводу. Казалось, не стоит рассчитывать на то, что нравившийся ей парень-азиат будет воспринимать ее серьезно. Разве что поглазеть, пообщаться, поудивляться разнице. И только. Нет, все же вряд ли он будет достаточно open mind, чтоб увидеть в ней нечто большее, чем просто экзотическую зверушку. Как говорится, ничего личного, но...       I am just a simple Russian girl,       I've got vodka in my blood       So I dance with brown bears,       And my soul is torn apart.       Крис покрутила головой, словно отмахиваясь от доставучих и больнючих мыслей, которые подтачивали ее самооценку. К черту все романтические и критиканские настроения, надо вернуться в работу!       Итак, Шуга в качестве продюсера. Какие-то его продюсерские проекты были более успешными, какие-то менее, но в целом вся его деятельность была заметной. Он точно ей подойдет. Поначалу в роли продюсера Крис рассматривала также Намджуна и Чонгука, у них был в этом опыт. Но Намджуна девушка почему-то побаивалась. Он казался ей значительно более старшим, серьезным и мрачноватым. Она не знала, как к нему подступиться, хотя шанс поговорить на приличном английском с ним был гораздо выше. Вероятно, она ошибалась, но возможности проверить у Крис пока не было. Может, Намджун вообще сладкий пирожочек, кто его знает?       А вот Чонгук ее напрягал как мужчина. Настолько сильно, что ей это прямо мешало думать о работе. И все их последние взаимодействия только подтверждали это. Он ей по-прежнему нравился. Сильно. Очень сильно. Пожалуй, с ним рядом она точно не сможет трудиться, будет только отвлекаться и тупить. И так его было слишком много в ее мыслях. Иногда Крис думала даже такое: «‎О боже! А ведь у него в штанах прямо сейчас есть то самое! И он обычный парень, а не пластмассовый Кен. Он не божество, не ангел, не демон. Просто мужчина. Разве такое возможно?»‎       Когда она так думала, ей казалось, что это шанс. Чонгук — парень, она — девушка, оба ниче такие. Его, наверное, можно соблазнить, увлечь, очаровать. Но потом, когда они начинали общаться, весь ее энтузиазм соблазнительницы куда-то девался. Ну, не могла она себя представить в столь идиотском и в какой-то степени унизительном амплуа. Нет, она не станет его заманивать ни в какие долбаные сети! Это прям себя не уважать. Сам, все сам. Если захочет, конечно. А пока... можно просто дружить, тоже неплохо. Для той, которая никогда не сравнится с АйЮ.       Каким бы он был продюсером, трудно сказать. Скорее, сейчас он был одержим отработкой вокальных навыков, а не созданием музыки как композитор. Наверное, Чонгук хотел выйти на наивысший уровень пения, когда и любые ноты берутся легко, и удается вложить в них массу эмоций. Да, пожалуй, теперь он больше отрабатывал эмоциональный посыл к публике. И с каждым годом становилось все более заметно, что Чонгук поет свободнее, ярче, эмоциональнее.       «‎В общем, неважно, Кен ты или бог какой-нибудь, буду думать, что в твоих штанах ничего такого нет. Ничего обычного, банального. Никакой физиологии! Там что-то ... связанное с музыкой, стопудово. Ну, микрофон, например»‎.       От этой мысли Кристине стало смешно, и она расхохоталась.       «‎А что, я бы спела.... в такой микрофон»‎.       Потом она вспомнила Mic drop, и тут ее вовсе пробило на истерику.       «‎Упавший микрофон, ну да... Аналогии, блин, одна лучше другой. Кто там его роняет в финале? Шуга? Вот к нему и пойду. Безопаснее будет. Для меня, во всяком случае...»‎       Крис поругала себя для порядка за пошлые кринжовые мысли и решила, что постарается быть серьезнее. Но все равно шла по коридору и хохотала от своей придумки. Ну, надо же куда-то девать это адское напряжение!

* * *

      Девушка как раз отправилась поговорить с Юнги. Сказали, что он сейчас в своей студии, а позже они еще должны были пересечься на репетиции для выступления. Но лучше им поговорить с глазу на глаз. Почему-то не хотелось этого делать при всех. Казалось, что наедине она сможет лучше объяснить свой замысел.       В студии Шуги у нее опять случилось мини-потрясение: все было узнаваемым, но в то же время новым. Почему никто не сказал Крис, что даже после увиденных трансляций у нее все равно сложится другое впечатление об этой комнате? Видимо, все же важно, по какую сторону экрана ты находишься.       Юнги казался расслабленным, дружелюбным и спокойным, он улыбался и как-то торжественно усадил Крис в соседнее кресло, прямо за рабочий стол.       — Ну что, коллега, к делу? — сразу деловито спросил он.       — А мы разве не поговорим сначала по-человечески? Ну там... привет, Юнги? — Крис мило улыбнулась и даже немного помахала ручкой.       — Привет, Кристина, — заулыбался парень сильнее. — Я не против, говори, что хочешь. Здесь будет абсолютная свобода.       Кристина понимающе кивнула и тут же перешла в наступление.       — Знаешь, я давно наблюдаю за твоей продюсерской деятельностью, — немного смущаясь, начала Крис. — И я считаю, что ты очень крут. Я восхищаюсь тобой!       При этом она так восторженно посмотрела Юнги прямо в глаза, что великий продюсер смутился. Он по-прежнему не очень-то умел принимать комплименты, хотя казался очень довольным. Чтоб скрыть это, парень отвел глаза, отрыл в компьютере какую-то программу для записи музыки и попытался съехать с темы:       — В этой программе мы будем работать. Тебе же она знакома? — посерьезнев, спросил он.       — Да в какой скажете, мэтр, в той и будем работать, — Крис вдруг решила помучить Юнги комплиментами, чтоб скрыть свое собственное смущение.       Ее это веселило, началась игра «‎Засмущай другого»‎. Шуга бросил на нее быстрый взгляд, улыбнулся и снова уставился в экран. Он щелкал мышкой, открывал какие-то функции и окна в программе.       — Пожалуйста, не называй меня мэтром, — усмехнулся он, — а то я чувствую себя старым.       — Хорошо, сонбэнним, я найду другое слово, — пообещала Крис шуточно-покорно. — Your Majesty подойдет?       После всех тех дурацких фантазий у Крис разыгралось «‎поросячье настроение»‎, как она его называла. Ей очень хотелось развеселить всегда серьезного Шугу и попробовать сократить дистанцию между ними. Все же с ним она взаимодействовала очень редко, надо было это исправить. К тому же, она чувствовала, что они чем-то похожи. Это были неуловимые, призрачные ощущения, но ей и правда много раз приходило в голову, что именно Юнги смог бы ее понять быстрее всех. Надо было только добраться до его мягкого пузика, которое он дал бы погладить. Говоря на кошачьем языке. В этом плане Крис доверяла своим ощущениям: перед ней был очень мягкий, уютный, ранимый, нежный, утонченный, но пока закрытый человек.       Сам Юнги, наоборот, думал, что Кристина очень похожа на Чонгука. Был у них какой-то похожий вайб, они для него были одного сорта — безбашенные, желающие всего и сразу, нетерпеливые, слишком энергичные и суматошные. Одним словом, те еще экстремалы.       — Your Majesty? Крис, зачем ты это говоришь? Зачем эта лесть? — повернувшись, вдруг спросил ее Юнги.— Я никакое не высочество, я просто обычный чел, который делает музыку.       — Но я... Нет, Юнги, это не лесть! — изумленно воскликнула Крис, глядя ему прямо в глаза. — Ты не веришь, что я искренне восхищаюсь тобой?       — Может, и так. Но все чрезмерно как-то. Когда слишком сильно восхищаешься, трудно поверить в это, — объяснил парень свои ощущения.       — Да, наверное. Это во мне или что-то русское, или что-то личное. Чрезмерность, ага. Я поняла, я исправлюсь, — девушке стало неловко и она замолчала.       Действительно, ее поведение могло выглядеть странно. Два месяца почти не замечала, общалась по минимуму, а потом вдруг такая щедрость! Your Majesty! Но Юнги просто не знал или забыл, что она всегда была в плотном контакте с ребятами — с тех пор, как она стала ARMY. Это он знает ее два месяца (ладно, чуть больше), а она его — целых пять лет! И даже когда она сменила безумное фанатство на ровно горевшее пламя бескорыстной любви, она всегда наблюдала за тем, что BTS делают и как живут. И Юнги действительно поражал ее как музыкант, композитор, аранжировщик, продюсер и человек.       Крис так и решила сказать, применив прием «‎сбивающей с ног честности»‎.       — Юнги-щи, я ведь знаю вас уже пять лет. Я полюбила группу и каждого из вас в отдельности, и с тех пор ничего не изменилось, — серьезно проговорила Кристина. — Сейчас мы говорим с тобой, поэтому я выражаю свое восхищение именно тебе.       Крис смотрела в глаза Юнги с такой обезоруживающей прямотой, что у него захватило дух. Столько силы было в этих словах!       «‎Я полюбила группу и каждого из вас в отдельности... »‎       Это же было чистое признание в любви! Юнги подумал, что не прочь присвоить его себе. Эти слова относились и к нему, так почему же он должен отказываться от них?       — Спасибо, что упомянула всех нас. Я рад, — сказал Шуга почти бесцветным голосом, хотя внутри чувствовал огромную благодарность. — Но все же, это чрезмерно.       — Хм... я не тот стиль вежливости выбрала, да? Или что? Что именно чрезмерно и что не так в моих словах? Подскажи, пожалуйста, — разволновалась Кристина.       Она снова сложила ручки, ладонь к ладони, в жесте просьбы. Она всегда так делала, когда хотела расположить к себе людей.       — С тобой все в порядке! Чрезмерно — ставить нас, в частности меня, на пьедестал. И смотреть на нас снизу вверх, понимаешь? — Шуга вдруг показался ей строгим. — Мы равны сейчас. Мы на одном уровне. Пожалуйста, поставь себя рядом с нами, через запятую...       Крис не могла поверить своим ушам. Этими фразами он просто вынул из нее душу. Милый строгий философ Лил Мяу сказал ей сейчас такие слова, что у Крис чуть не навернулись слезы. Ну, глаза точно стали мокрыми, а в горле возник ком. У девушки было чувство, что он подал ей руку и рывком помог подняться на этот пьедестал, поставив рядом с собой. На первое место. Кто был на втором и третьем? — Неважно. Они были рядом на первом!       Он вытащил ее... Откуда? Из-под стола, под которым она пряталась в детстве? Из-за плинтуса, за которым она оказалась по милости некоторых людей? Из-под сцены? Из зрительного зала? В любом случае, она сейчас ощутила невероятную незримую поддержку и веру в то, что она здесь не просто так, что она тоже... чуточку крутая. Девушка закусила губу и молча наблюдала, как Шуга продолжал что-то делать в программе. Она не следила за тем, чем именно он занимался, просто уставилась в одну точку монитора.       Вот она, разница между ними! Вот он, поражавший ее масштаб личности ребят!       Шуга показал ей это наглядно. Ему не нужно поклонение, восхищение, безумное обожание, он свободен от этого! Он давно живет и парит на высоте, и теперь ему важнее, чтобы люди могли быть партнерами, друзьями, равноправными личностями. Он хотел, чтобы Крис общалась с ним без самоуничижения, чтобы она была сильной, не заискивала перед ним и не пыталась угождать в чем-то. Как ни странно, у Крис было ощущение, что она склонилась в поклоне перед монархом, а он подошел и, приподняв ее лицо за подбородок, велел встать, а не кланяться. Почему-то ей вспомнился трек Daechwita и его царственный образ.       «‎Так ты не только головы можешь рубить? Ты... можешь делать и такие широкие жесты? Мин Юнги, ты точно потомок королей...»‎       Кристина чувствовала себя и хорошо, и плохо. Ей было неловко за то, что она начала общение не с той ноты, что затупила. Наверное, Юнги теперь будет думать, что она какая-то идиотка. Господи, ну почему? За что? В итоге Крис все равно впала в самоедство. Ругать себя за что-нибудь — что может быть лучше? Не одно, так другое. Только час назад она ругала себя за то, что была слишком озабоченной и пошлой, а теперь — за то, что запорола общение с крутым человеком с первых же минут...       А Юнги на самом деле умилялся ее неопытности и первым шагам в индустрии. Он видел в Кристине себя лет десять-пятнадцать назад. Сам он начал писать песни в тринадцать лет и сейчас мог бы похвастаться тем, что у него хорошо получалось это делать.       Мог бы, но не станет. Ибо ничего такого этот 15-летний опыт не дает, просто показывает жизненный путь. Тогда он был зеленым, наивным и робким, сейчас стал смелее раскрываться, только и всего. Крис начала значительно позже, чем он, но никто и ничто не мешает ей стать яркой и заметной. Она может даже обогнать его, если захочет. Юнги видел ее талант и понимал, что перед ним, возможно, будущая влиятельная и мощная звезда. Было приятно от мысли, что он может дорастить одну из ARMY до их уровня, помочь ей, стать ее проводником. И ему хотелось, чтобы в ее росте было его влияние, его вклад. Такая вот тщеславная мысль. Поэтому надо было помочь девушке стать увереннее, причем — как можно скорее. И Юнги вытащил ее и из этого критиканского состояния:       — Мне надо, чтоб ты расслабилась и достала из себя то, что станет потом песней, — просто сказал он, переключая мысли девушки на рабочий контекст.       — Погоди, мы что, прямо сейчас это будем доставать? — запаниковала Крис, понимая, что сама не до конца определилась, чего же она ожидает от этой работы.       — Ну да, а чего тянуть? Ты же здесь, давай сразу попробуем? — улыбнулся Юнги.       — Но я... я не знаю, чего хочу. У меня только наброски в голове. Я не проработала их детально, — робко пробормотала девушка.       — Это нормально, Крис. У меня песни иногда начинаются просто с идеи о чем-то. С одного-двух слов. С нескольких нот. Рассказывай, потом еще сто раз все может поменяться, — успокоил ее Шуга.       — Хорошо. Я бы хотела записать песню о внутренней силе. Тупо звучит, да? — сразу нахмурилась Крис.       Юнги отрицательно помотал головой и сделала рукой жест, чтоб она продолжала.       — Окей, она легкая по звучанию, но уходит от чистой попсы в сторону электронной музыки. Как Southern Sun Пола Окенфолда, помнишь?       Парень закивал головой и снова внимательно слушал.       — У меня уже есть небольшой текстовый набросок, лирика. Я ее принесу тебе завтра, если не против. В общем, там будет про свободу, про то, что надо выпустить свою тень, и она даст много-много силы... При этом я бы хотела добавить каких-то восточных, арабских мотивов. В голове я вижу пески, пустыню, мечеть, пение муэдзина... Меня почему-то дико волнует эта музыка... Это пока понятно?       — Крис, очень хорошо, что ты так подробно все представляешь, это включает ассоциации, нам обоим будет легче работать, — подбодрил ее Юнги.       — Думаю, ты и сам с удовольствием обращаешься к этим мотивам. Есть кусочек в UGH, где они звучат, начиная с тебя. Он вводит меня в экстаз, если честно, — Крис почувствовала себя свободнее и стала накидывать все, что помогло бы Юнги понять ее.       — Верно, было такое, — парень растянулся в довольной улыбке. — Но откуда ты знаешь, что это именно мое? Мы же втроем над песней работали.       — Просто знаю, — сощурившись, улыбнулась Крис. — Этот точно твое. Я чувствую!       «‎Умничка, внимательно слушаешь треки, уже люблю тебя...»‎       — Что еще думаешь о звучании, о своем присутствии в песне? — Юнги подтолкнул девушку к размышлениям.       — Я хочу, чтобы там были сильные вокальные моменты, высокие ноты, которые не все могут взять. Хочу выпендриться, — у Крис загорелись глаза от этих слов. — Прости, но да, хочу!       — Говоришь, как Чонгук, — усмехнулся Юнги. — Он любит такое, чтоб за ним трудно было повторить, но очень хотелось это сделать.       — Задавать планку, да? — понимающе закивала Кристина.       — Да, верно. Задирать планку выше и выше, я бы так сказал. Мы в целом любим такой подход, — философски заметил Шуга. — Мы живем в мире, где надо стараться.       — Понимаю. Это мне тоже подходит, — Крис буквально распалялась, фантазируя о новой песне. — Хочу, чтобы ее могли крутить везде, где люди танцуют. Да, она должна быть электронной и танцевальной, с хорошими битами.       — А почему бы тебе самой все это не написать, а я только проконтролирую? — вдруг хитро спросил Юнги.       — Но... Я не умею так же хорошо... Ты же гений! Ты точно сделаешь это лучше, — растерянно пробормотала Крис.       — Ничего подобного! Твою тень знаешь только ты, — изрек рэпер тоном мудреца. — Я могу лишь включить свет, и он подсветит твою темную сторону.       — Вот видишь! Ты только что половину лирики уже придумал, — возмутилась Кристина.       — Моя задача — вытащить все из тебя, а не из себя. Если понадобится, всю душу могу вытрясти. Твоя задача — выпустить это, а не ныть, что ты не можешь, — Юнги явно был на пафосе.       — Шуга, ты злой человек! Очень злой! — смеясь, сказала Крис. — Ты со всеми женщинами жесток? Или только мне так повезло?       — Я с тобой пока что очень нежен и адски терпелив, — подыграл Шуга, улыбаясь и понимая двусмысленность сказанного.       — Представляю, какой ты бываешь, когда эти опции отключаются! — шутливо воскликнула Кристина. — Получается, ты будешь только заставлять меня работать?       — Примерно да. Я буду заставлять тебя стать смелее. Буду раскрывать тебя. Раздевать перед людьми. Обнажать твою душу. Остальное можешь обнажать опционально, по желанию, — в его тоне прозвучало что-то такое, что Крис поняла: он не шутит.       — Заставлятор.3000, — буркнула Кристина и задумалась.       — В смысле? — удивленно вскинул бровь Юнги.       — Ты — модель робота «‎Заставлятор.3000»‎, — пояснила Кристина, улыбаясь, а затем хмурясь. — Шучу я так.       — Ааа, ну хорошо, меня устраивает. Робот так робот, — улыбнулся Юнги. — Давай сделаем хоть какой-то набросок, первую мелодию, от которой, возможно, не останется и следа. Сегодня уже хоть что-то должно появиться на свет...

* * *

      Кристина никогда не работала в таком темпе и с такой плотностью. Казалось, Юнги хотел, чтобы она записала всю песню за один день, да еще и целиком сама. Ну что за...? Монстр, он реально монстр в музыке! Она вообще думала, что сегодня они просто поболтают о том о сем, о жизни, составят план. Завтра начнут раскачиваться. Послезавтра — придумывать, что им еще надо обсудить, и переносить время конкретных действий. Многие американские музыканты так и работали — тягуче, не быстро, словно у них огромные фуры, нагруженные временем. Или так, словно они могут запросто его купить за много денег.       Вообще Крис никогда раньше не писала песни от и до сама, всегда кто-то подключался. Поэтому ей было трудно представить, что она сможет это сделать самостоятельно. С Шугой было все по-другому. Он сразу ее настроил, что она будет главной. Вопреки представлениям о том, что ему лишь бы где-то привалиться и поспать, он был очень энергичен. И не собирался откладывать на потом то, что можно было выжать из Крис сегодня.       Юнги-то понимал, что он сейчас дает Кристине не рыбу, а удочку. Он буквально показывал ей самой ее же возможности. А вот Кристина на него сердилась за то, что он ее мучил. И в то же время, ей было ужасно интересно. По сути, Юнги был как чирлидерша из группы поддержки, он метафорически размахивал своими разноцветными помпонами и выдавал ей бодрящие кричалки, что-то вроде «‎Давай, Крис, ты сможешь! Я в тебя верю!»‎       Ужас! Под конец дня девушка чувствовала себя вымотанной. Хотя... Она увидела, что ее песня уже начала получаться! Уже! В тот же день, когда она только планировала обсудить, а не сделать ли им что-нибудь вместе.

* * *

      Но самое смешное, что они напрочь забыли о репетиции и обо всем остальном! Когда Чонгук их выдернул из музыкального угара, выяснилось, что уже 20:00 вечера, что они просидели в студии Юнги шесть часов за работой, даже не ели, пили только кофе и минеральную воду.       А еще ведь предстояло примерно два часа тренировки! Два часа энергичных танцев, пота, слез и крови. Крис подумала, что если сейчас не настроится правильно, то просто умрет. Ведь ей и так пришлось сильно выложиться, пока они писали песню. Это было для нее слишком непривычно, поэтому мозг кипел, живот урчал, тело молило о пощаде, еде и сне.       Но Крис давно заметила да собой: настрой решал все. Стоило ей начать думать: «‎О боже, как я устала, мне так тяжело, как же я справлюсь?»‎ — и тело сдавалось на милость мозга, который себя убедил, что он, как минимум, умирает. Но если она думала что-то вроде «‎Я отлично справляюсь, работа сегодня идет просто на ура, я легко выполняю все задачи»‎ — и все получалось именно так. Работа реально шла легче! Поэтому Крис убедила себя, что «‎два часа тренировки — это легко, я запросто это осилю»‎. И действительно, она увидела в этом возможность переключиться с одного рода деятельности на другой, выпустить через тело напряжение этого дня.       Надо было только пожрать немного. Они с Юнги буквально взмолились, чтобы сначала их накормили. Остальные мемберы тоже давно не ели, поэтому все дружно согласились сначала поужинать, а уж потом танцевать. Заказали доставку еды, и для Крис забрезжил свет в конце туннеля. Если она подкрепится, то справится с любыми нагрузками.

* * *

      Чонгук весь день ужасно изводился, потому что знал, что Кристина сегодня работает с Юнги над песней. Он даже хотел ввалиться в студию Шуги и проверить, как у них идут дела, но почему-то не решился. JK был уверен, что Шуга на правах старшего выставит его за дверь и скажет что-нибудь неприятное. А он не хотел, чтоб Крис видела его выставленным за дверь. И даже желание ее увидеть не пересиливало этого момента. Ладно, можно и подождать. Все равно их рано или поздно пришлось бы прервать из-за общего расписания.       И что же он увидел, когда напомнил им, что пора бы вообще-то на репетицию? Счастливые морды, вот что!       Кажется, они нашли общий язык и стали ближе. Да, они выглядели немного замученными и уставшими, но у них все было хорошо. Без алкоголя, без всяких ухищрений они смогли соприкоснуться своими мирами, пока работали над музыкой. У Крис и Юнги горели глаза, и, кажется, им не хотелось прерываться. Чонгук сразу же заметил его — сияние, исходившее от них. И ему хотелось оттащить их друг от друга и напомнить девушке, что он вообще-то тоже существует на этой планете. Что он тоже здесь. Он ведь ждал, пока она освободится, хотел ее увидеть. Но она была погружена в себя и свою музыку.       Прошло уже три дня после их с Кристиной похода в тату-салон, и за это время почему-то не получилось толком пообщаться. Наверное, поэтому все те милые моменты, которые были между ними, рассеялись. Какой теплой была Кристина тогда! Как она смотрела на него! Сейчас ее глаза тоже струили свет, но его вызвал Шуга, черт его возьми.       Чонгук снова чувствовал ревность. Он не был уверен, что его накрыла именно влюбленность к Крис — этот момент он еще собирался проверить раз на сто. Зато ревность ощущал очень хорошо. Она ядовитая, мерзкая, разъедающая — ее ни с чем не спутаешь. И хоть он умел себя контролировать примерно во всем, у него не получалось блокировать ее. Похоже, ему теперь с этим жить.

* * *

      Наконец привезли еду, и можно было отвлечься от этих терзающих мыслей. Ребята и стафф устроились в своем любимом переговорном зале за огромным овальным столом, они часто питались именно там, когда приходилось делать все по-быстрому. В рестораны они всегда успеют потом, сейчас расписание было плотным, события шли густо.       В обязательном порядке всем полагалась хрустящая курочка в панировке, такие же хрустящие жареные овощи, кимчи, закуски. Чонгук, кроме этого, заказал себе пиццу. На десерт были блинчики с разной начинкой, пончики, вафли и ещё какой-то сверхкалорийный беспредел. Ну и, как всегда, были запасы рамена, которым корейцы привыкли заканчивать любой прием пищи. Без рамена ты словно и не ел, им надлежало шлифануть даже явный пережор. Алкоголь сейчас пить было нельзя, он сильно помешал бы работать. Его только после всех дел, под занавес дня.       Крис и Юнги даже сели сегодня рядом, хотя обычно сидели далеко друг от друга и в целом мало общались. Они вполголоса продолжали что-то обсуждать и, казалось, не нуждались в обществе других. Чонгук заметил, что Юнги наклонился к самому уху Крис и что-то прошептал ей, а она странно глянула на него и заулыбалась. Хён продолжал что-то говорить девушке, и теплая улыбка не сходила с ее лица...       Это действительно выбесило Чонгука. Почему-то они сблизились слишком быстро и слишком резко. То, на что у него ушло много времени, Юнги провернул за несколько часов.       — Ребята, мне кажется, Крис и Шуга так много пели сегодня, что наконец спелись, — громко обратил на них внимание Джин и засмеялся своим скрипучим смехом.       Оба тут же, как по команде, с недоумением посмотрели на него. Видимо, они даже толком не поняли, что говорят про них, только краем уха услышали свои имена.       — Джин, прости, что ты сказал? — смутилась девушка. — Мы заговорились.       Все рассмеялись: они и правда ничего вокруг не отражали.       — Мы как раз говорили, что вы все еще работаете, — ухмыльнулся Тэхён.       — А, ну да, работаем, — улыбнулась Кристина. — Просто очень много идей, и мы их обсуждаем. Но часть из них все равно придется отбросить.       — О, я в предвкушении! — воскликнул Чимин. — Если Шуга-хён берется за что-то, всегда получается круто!       — Но в этот раз Кристина все делает сама, — интригующе проговорил Юнги. — И, прямо скажем, я удивлен, она меня переиграла. Я даже устал от ее бешеной энергии.       — Чтоооо? Да это ты меня мучил несколько часов подряд, доказывая, что я еще и не такое могу, — шутливо возмутилась Крис. — Я устала больше! Никогда такого не делала, ужас...       Крис вздохнула, придвинула к себе коробочку с лапшой, взяла палочки и начала есть.       — Я смотрю, вы оба измучили друг друга, — подмигнул Джин, как бы намекая на что-то. —Понравилось?       Крис поняла, что весь этот разговор начинает звучать двусмысленно, поэтому решила расставить правильные акценты.       — Да, мне очень понравилось работать с Шугой, он профессионал! Завтра продолжим, — отрезала Кристина.       — Что же он заставил тебя делать такого, чего ты раньше не делала? — поинтересовался Чимин.       — А, вокальный диапазон обширный получился. Мне пришлось и просто петь, и шептать, и даже... кричать, что ли? Пропеть фразу так, словно я ее кричу, в общем, — Крис пыталась объяснить, но без спойлеров песни. — Это было очень сложно и ново!       — Заставил кричать, значит? Понятно, — прыснул Сокджин, додумывая что-то свое.       — Ну, а чего ты хочешь от подопечной рэпера, для которого это норма? В его флоу все это есть, — рассудительно заметил Хосок.       — Делюсь всем, чем могу, — Юнги развел руками и фирменно-хищно улыбнулся, показав оскал и десну.       Вид у него при этом был страшно довольный. Ему нравилось, что все так складывалось, и он сознательно драконил мелкого, чтобы щелкнуть его по носу. Да, он давно заметил, что макне неровно дышит в сторону Крис. И Юнги было по кайфу дразнить его, уводя девушку у него из-под носа. Нет-нет, дело было не в романтике, он просто перетягивал ее внимание на себя и показывал, кто здесь главный. Чтоб JK не сильно зазнавался. И так ему достаются все лавры, рекорды и победы. Пусть немного уймется, пока он будет наставником Кристины.       «‎Я продюсирую твою девочку, а ты даже не понял до сих пор, что чувствуешь к ней... И кто здесь дурак, спрашивается?»‎       Кристина решила просто поесть и не пытаться угадывать подтекст в разговоре с этими странными корейцами. Кто же их поймет, что они там думают?       Неожиданно она почувствовала на себе обжигающий взгляд и повернулась в его сторону. JK как-то странно смотрел на нее, но тут же отвел глаза. Казалось, что он был раздосадован или сердит. Кристина подумала, что разрешает ему думать о ней все, что угодно. Флаг в руки. Она все равно не его идеальный тип. И не собирается им быть. Более того — не собирается больше жалеть об этом.

* * *

      Репетиция состоялась, и — хвала небесам! — она была не очень утомительной. Вечером договорились отработать только синхронность, без особой амплитуды, без пахоты на тысячу процентов. Поэтому движения все делали постольку-поскольку, вполсилы. А вот утром, часов с 8:00 планировали отработать движения более интенсивно, как на выступлении. Однако Крис все равно устала: долго себя обманывать не получалось. Хорошо хоть, не вспотели как незнамо кто.       Когда всем разрешили расходиться, девушка захотела немного поваляться на матах, постеленных в углу танцевального зала. Она достала телефон, улеглась на живот и решила зайти в ТикТок. Он всегда ее веселил и развлекал. Как насмотришься котиков и кринжатины — сразу легче жить становится.       Ребята, уходя, попрощались с Крис. Она помахала им ручкой и пообещала, что скоро поедет домой. Ей хотелось остаться одной хотя бы ненадолго. Минут двадцать тишины ее бы устроили. Крис вставила в уши наушники и погрузилась в ленту новых видео. Внезапно она почувствовала, что мат, на котором она лежала, прогнулся под тяжестью чьего-то тела. Она вздрогнула, даже испугалась, ведь думала, что все ушли. И из-за наушников не услышала, что кто-то подобрался к ней так близко. Обернувшись, она увидела Чонгука, который пристроился рядом. Так же, как и она, он улегся на живот и уставился в свой телефон.       — Эй, это моя территория сейчас, — нахмурившись, сказала Крис и вынула наушники.       — Ага, конечно. Попробуй, выгони меня, — весело предложил JK. — Вообще-то, это моя территория. У меня даже акции HYBE есть. Я дома.       — Ну блин, хочешь, я куплю у тебя этот мат и буду им пользоваться безраздельно? — попыталась пошутить Крис.       — Так сильно не хочешь моего общества? — Гук сделал грустную мордашку. — Я же не помешаю тебе, Крис.       — Ну лааааадно, окей. Тогда покажи мне чего-нибудь в своем ТикТоке. Это будет плата с тебя такая. За лежание на моей территории, — Крис милостиво улыбнулась.       — Давай, ты мне свой покажешь, а я тебе свой? — предложил JK.       — Ха, что ты там ожидаешь увидеть? У меня там коты, хендмейдеры, аниме-приколы и психология на русском языке.       — Классный набор! А у меня собаки, спорт, танцы, бокс... а, и аниме тоже есть, — вспомнил Чонгук.       — Кто бы сомневался! JK, даже не глядя в твой ТикТок, я уже поняла, что там будет! — рассмеялась Крис.       — Видимо, я очень предсказуемый, — немного смутился парень. — Но у меня тут весело, вот увидишь.       — Ну давай, показывай, — девушка нетерпеливо придвинулась к нему.

* * *

      А вышло и вправду весело! Они лежали рядом, пялясь то в один телефон, то в другой, почти соприкасаясь головами. Делились своим сокровенным, личным. Показывали друг другу, как хорошо воспитали свои ленты новостей. Ржали над всякими смешными собаками, кошками, хорьками, енотами, гусями и поросями. Удивлялись тому, какие классные креативные люди населяют это пространство.       Здесь было все! Тренды, пукающие или смеющиеся дети, кринжовые чуваки, трюкачи, создатели эдитов и анимаций, красивые парни и девушки — через реакции на все это они узнавали друг друга лучше. Как ни странно, это было очень информативно! Ведь выбор человека и его реакции зачастую говорят о том, что он прячет внутри. Становится ясно, чем человек наполнен.       Чонгук чувствовал, что ему очень нравится мир Кристины, хоть он сильно отличался от его мира. Ему даже показалось, что он немного туповат по сравнению с ней. А Крис думала, до чего же JK светлый, милый и бесхитростный человек. Ну кто еще будет так хохотать над смешными животными!       Уже больше часа они смотрели видео и даже забыли, что им надо было бы выспаться, чтоб прийти в восемь утра на репетицию. Иногда они начинали листать ленту вместе, забывая, кто в каком сейчас телефоне, соприкасаясь пальцами, извиняясь за эти мини-вторжения. Было уютно и как-то... неповторимо. Да, это был такой вечер, который им вряд ли удалось бы повторить, даже если бы они воспроизвели все условия от и до.       Неожиданно Чонгук заметил, что девушка начинает засыпать, ее сильно клонило в сон. Она уже буквально носом листала ленту видео, ползая по экрану. Он убавил звук, а она и не заметила. И вдруг она немного отодвинулась в сторону, положила голову на свою согнутую руку и закрыла глаза.       «‎Господи, Крис, нет, не засыпай здесь, тебе надо домой!»‎       Чонгук не знал, что ему делать. Он полностью выключил звук, остановил видео, вышел из приложения, погасил экран телефона. Иногда люди от такого просыпаются — реагируют на остановку шума и других раздражителей. Но Крис, похоже, действительно засыпала, и довольно глубоко.       Она лежала рядом, такая милая и теплая, и JK не хотел ее будить, потому что только сейчас он мог быть к ней так близко и абсолютно легально. С другой стороны, не оставлять же ее здесь спать — это неудобно. Здесь ни подушки, ни одеяла, вообще ничего, еще и ночью будет прохладно. Конечно, компания всегда дает возможность почувствовать себя как дома, здесь можно было спать хоть где, никто бы ничего не сказал артистам против. Но все же, разве не пора этой милой девушке в свою постельку?       Чонгук лег на бок, повернувшись к Крис. Он осторожно убрал пальцами упавшие на лицо пряди волос, откинув их за спину. И просто стал смотреть на нее, вбирая, поглощая ее глазами. А вот прикасаться к ней не смел, боясь самого себя. Она дышала так тихо, что ни один звук не доносился до его уха. Казалось, перед ним просто изображение или превосходно вылепленная скульптура. Парень разглядывал ее лицо, на котором сегодня совершенно не было косметики, поэтому оно казалось почти детским и очень трогательным. Ему было невыразимо приятно и тепло, его снова наполнили светлые чувства.       Он смотрел на Кристину уже минут десять, но ему нисколько не надоело. Он наслаждался. Нежная светлая кожа, сомкнутые серьезные губы, пушистые ресницы, изгиб бровей, родинка под правым глазом, мягкая округлость щек — ее лицо было похожим на кукольное. Красивая. Очень. Но...       «‎Что же с ней делать, не пялиться же на нее всю ночь?»‎       Чонгук перевернулся на спину и лежал так, раздумывая, как же ему поступить с Крис. Наверное, надо раздобыть одеяло и подушку, как-то устроить ее поудобнее. Окей, голову можно приподнять и быстро сунуть под нее подушку. Он точно справится. И даже если она от этого проснется — ей же лучше, можно будет отправить соню в отель. Одеялом укрыть — вообще проще простого. Еще парней предупредить надо, чтоб утром не пугались сами и не испугали ее.       Чонгук собирался полежать еще минут пять и пойти осуществлять свой план, но Крис не дала ему этого сделать. Она сонно заворочалась и, не открывая глаз, начала что-то искать руками, шарить ими по поверхности. Видимо, она хотела чем-то укрыться или сунуть что-нибудь под голову, чтобы было удобнее. Так или иначе, но она нашла то, что ей нужно: просто придвинулась к Чонгуку и закинула на него руку в районе талии, приобняв, как подушку. А лбом уткнулась в его бок.       JK едва не расхохотался от неловкости происходящего. Нет, это было приятно, но и волнительно. И как ему теперь быть? Он не знал, куда ему девать руку, которая была с той стороны, где Крис прижалась к нему. Подержав свою руку на весу в воздухе, он все же опустил ее рядом со спиной девушки, не прикасаясь к ней. Он подушка, просто подушка. А у подушки нет рук! Если подушка начинает складывать на вас лапищи, выкиньте ее к чертовой матери!       Так, может быть, просто приподнять ее руку, которой она его обняла, и отползти в сторону? А потом аккуратно положить ее лапку на поверхность мата, как будто так и было? Надо попробовать. Чонгук осторожно попытался выбраться из обнимашек Кристины, но ей, видимо, это совсем не понравилось. Потому что она встревоженно завозилась и упрямо вцепилась в него. Только теперь ее рука обнимала еще сильнее и лежала еще ниже. Значительно ниже талии, почти на том самом месте, где иногда случается очутиться и хорошим девочкам.       «‎Fuck! ... Крис, да что ж ты делаешь? Мать твою, ты моей смерти хочешь?»‎       С одной стороны, Чонгуку было очень смешно от всей этой ситуации. С другой стороны, его начал сильно беспокоить Мистер Биг. От всей этой возни у него произошел спонтанный стояк такой силы, что он понятия не имел, что с ним делать и куда девать это возбуждение. Причем, чем больше он пытался выбраться, тем больше возникало ненужного трения от упрямых рук бессовестной засони. Похоже, ее ладони уже заживают, раз она так крепко за него ухватилась. Это просто черт знает, что такое!       Крис-то хорошо, она просто дрыхнет, сопя ему в бок, а ему теперь мучиться. Низ живота скрутило до боли, JK поморщился и стал вспоминать какие-то дыхательные практики, чтобы сбить возбуждение.       «‎О каком бы таком говне подумать, чтобы это нейтрализовать? Так, так... Что там говорят обо мне нетизены? Я охреневший выскочка, не уважаю старших, забираю себе все партии... Да мне плевать, если честно... Я все забираю себе, да. Все, что хочу... Надо разозлиться, вот что...»‎       Но даже вспомнив Юнги и его наглые взгляды в сторону Кристины, он не мог разозлиться. Потому что... вот же она, обнимает его, вцепилась крепко и не отпускает. Вот же она, дышит им. А он дышит ею.       Каким-то невероятным усилием воли он все же смог побороть в себе желание и усмирить плоть. Он подумал, что надо будет резко выбраться из ее обнимашек, и пусть будет что будет. Проснется — и ладно. Так он и сделает... Сейчас, только полежит еще пять минут... Всего пять минуточек... И пойдет по своим делам... Нечего тут лежать... Он и так уже дико устал... На этих мыслях Чонгук провалился в сон.       Наутро, когда ребята пришли в зал, они увидели то, от чего просто молча охуели. Крис и Чонгук лежали в обнимку и спали праведным сном младенцев.