Тату на моем сердце

31 декабря       Чонгук проснулся довольно рано и сразу принялся обдумывать фронт работ на ближайшие часы. Итак, сегодня это случится. Они с Кристиной договорились о том, что у них что-то будет, и это дико странно для Чонгука, потому что раньше он такого не делал. Черт побери, да он же прямо сказал девушке о сексе и пригласил к себе!       Формально это было свидание, но оба дали друг другу понять, чего хотят. Поэтому все было заранее предрешено. Вообще он осознал, что все эти киношные сцены, когда герои начинают раздевать друг друга за километр до кровати или вообще предаются утехам там, где их застало желание трахаться — не для него. Потому что он публичный человек и всегда находится под прицелом камер и чьих-то взглядов.       Если бы он делал, как в кино, он должен был отыметь Крис уже раз сто прямо в здании HYBE. Скажем, на столе в переговорной или в танцевальном зале, когда они остались одни, а все уже ушли после репетиции. Или там, на матах, когда они лежали и смотрели видео. Воображение услужливо нарисовало ему подобные картинки, и это его подстегнуло, член моментально встал.       Нет, это кайфово представлять, но... невозможно. Как и пойти на свидание куда-то в ресторан или любое общественное место. Это было немыслимо, так как сразу ставило под угрозу их только что зародившуюся связь. Очевидно, они бы даже не успели дойти до секса, а фанаты и антифанаты уже начали бы, как пираньи, рвать их плоть железными зубами осуждения.       JK не хотел подвергать Крис такому прессингу, он хотел для нее лучшего. И черт побери, он желал заполучить эту девушку, а не отдавать ее на растерзание толпе. Нет уж, он не позволит этому случиться.       Поэтому он и пригласил ее к себе домой — сейчас это было самое безопасное место во всем мире. Там не было камер, лишних глаз и ушей, даже дойти до апартаментов можно было абсолютно инкогнито, без вмешательства людей. Владельцы этого жилого квартала заботились о приватности жизни своих клиентов, так как те много и щедро платили за это. Чонгук действительно отдавал большие деньги за то, чтобы никто не мог заходить дальше, чем он позволит.       Значит... сегодня она будет здесь? Даже не верится. Квартира должна быть идеально чистой, собаки пристроены, постель и матрасы готовы. Надо все продумать до мелочей. А ведь он хотел еще самолично приготовить ужин, нажарить вкуснейшего дорогого мяса, чтобы угостить Кристину. Черт, черт, черт надо поторопиться!

* * *

      — Крис, почему ты сначала чуть ли ни до потолка скакала и выглядела счастливой, а теперь вдруг испугалась? — спросила Джулия подругу.       — Джулс, я просто осознала, что он пригласил меня заняться сексом, — задумчиво проговорила Кристина, покусывая губы. — Сначала я просто радовалась, что мы пара, что мы теперь вместе.       — Может, не сексом? — поправила ее Джулия. — Может, он хочет заняться любовью?       — Ай, да не знаю я! Сексом или любовью, какая, нафиг, разница? — нервно буркнула Кристина. — К чему пафос, когда вы собираетесь обмениваться биологическими жидкостями и трогать друг друга за жопы или другие части тела?       — За жопы — это в лучшем случае, — заметила Джулия и сделала бровями смешное движение вверх-вниз, как бы флиртуя. — Возможно, вы будете облизывать друг друга.       — Фууу, Джулс, не надо! — завопила Крис и расхохоталась. — Не говори мне об этом, прошу, пожалуйста!       Джулия тоже хохотала, до того ее насмешила реакция Кристины.       — Почему-то когда говоришь о таких вещах, это звучит просто ужасно, — хохотнула Крис. — А вот делать такое — вполне себе ничего! Нормально.       — Кристин, ты что, боишься? — вдруг перестала ржать Джулс и стала серьезной. — Призраки прошлого?       — Да нет, не боюсь, — нервно сглотнула Крис. — Волнуюсь просто. Давно у меня такого не было... И к тому же, Джулия, это же... Чон, мать твою, Чонгук!       — И что такого? Он просто парень!       — Ничего себе — просто парень, — возмутилась Крис. — Его хочет примерно три миллиарда человек на планете, а ты говоришь — просто парень. Нет, я свихнусь от этого, однозначно.       — Дурочка ты, Крис, он же выбрал и пригласил именно тебя, — успокоила ее подруга. — Он хочет это делать с тобой.       — Ну, допустим, мяу... Хочет со мной. Окей, — задумчиво проговорила Кристина. — Но я даже не знаю, какие у него ожидания от этого всего. Не знаю его предпочтений, загонов.       — Сначала поговорите об этом, а потом приступайте, делов-то, — пожала плечами Джулс.       — Слушай, вот это ты правильно говоришь! Надо сначала обсудить какие-то моменты, — засуетилась Кристина, поискала и нашла телефон, открыла заметки. — Джулс, помедленнее, пожалуйста, я конспектировать буду.       — Ты издеваешься?       — Нет, я пишу в заметки, чтоб не забыть поговорить с ним, серьезно! — девушка и правда нервничала. — Ну извините, я от волнения могу вообще перестать соображать! И тогда заметки мне помогут.       — Крис, стоп, стоп, ты слишком себя накручиваешь, — Джулия села рядом, взяла ее руку в свою. — Ты же не на экзамен идешь, а к любимому человеку в гости. Ты забыла?       — Джулия, — Крис вдруг вытаращила глаза от ужаса и прикрыла рот рукой. — А что, если я его не так поняла? Ну, про рамен? Ведь сейчас, кажется, другой слэнг используют.       — Ну, не знаю, меня недавно один кореец приглашал на рамен, и мы только сексом и занимались, — расхохоталась Джулия.       — Серьезно? Ты не рассказывала! — удивилась Кристина. — Расскажи, пожалуйста.       — Да ничего особенного, это просто fastlove, а у тебя тут столько забот было, — Джулия не обижалась на редкое невнимание Крис и все понимала. — Расскажу, если хочешь. Но сначала давай разберемся, ошиблась ты или нет.       — Ну, смотри, — Кристина решила поделиться своими опасениями. — «‎Я приглашаю тебя на рамен»‎ означает, что все участники процесса сразу понимают, что будет происходить. Все знают, чего ожидать... И если девушка согласилась «есть рамен»‎, то начинающиеся приставания в момент свидания — это не харассмент, а уже прелюдия к сексу. Все правильно?       — Да, верно.       — Но я вдруг подумала: а как понять, что мы обсуждали? — озадачилась Крис. — Я буквально сказала: «‎Ты имеешь ввиду то самое, когда говоришь, что мы будем есть рамен?»‎... И он ответил: «‎Да»‎.       — И в чем же проблема? — не поняла Джулия.       — Но вдруг это «‎Да, мы точно будем есть рамен»‎, а не «‎Да, ты правильно поняла этот слэнг, мы точно будем трахаться»‎? Черт, надо было уточнить.       — Давай попробуем посмотреть на это без драмы? — предложила Джулия. — Тогда тебе надо быть готовой к сексу, но на всякий случай не раскатывать губу и настроиться просто вкусно покушать, как на обычном свидании.       — Как, мать твою, быть готовой к сексу с Чонгуком? Каааак? Просто скажи, к этому вообще можно быть готовой? — опять запаниковала Кристина.       «Надеюсь, ты знаешь, что делать, JK... А я? Ну, я... быстро пойму, какой у нас формат взаимодействия, и подстроюсь... Я умею быть разной... И все же надо будет немного обговорить какие-то моменты... »‎       — Все будет хорошо, — мягко успокаивала ее Джулия. — Азиаты прикольно занимаются сексом. Я как раз для этого и встретилась с тем корейцем... чтобы проверить.       — В смысле — проверить? Ты что-то знала заранее? — изумилась Кристина. — Расскажи мне!       — Да не то что бы знала. Я видела порно с азиатами. С корейцами, японцами, — немного стушевалась Джулс. — Ты смотрела с ними видео?       — Н-нет, — замотала головой Кристина, все так же глазея на Джулию, как на гуру секса. — А что, надо было?       — Можно было бы, — улыбнулась подруга. — Знаешь, они делают это вежливо и аккуратно, даже... мило как-то.       Кристина прыснула со смеху. Джулия тоже.       — Вежливо и аккуратно? — переспросила она и повалилась от ржача на кровать. — Боже, это очаровательно! Ну, теперь я за себя спокойна... Меня трахнут вежливо и аккуратно... Если я ничего не перепутала, конечно... Или сожру рамен, на крайний случай.       Подруги опять дохохотались до слез. Но Джулия все же попыталась донести мысль до Крис.       — Но вообще-то я серьезно, — сказала она, вытирая слезинки. — Если ты посмотришь американский контент или даже русский — он местами чудовищный, трэшовый, отвратительный... Очень много насилия над женщинами, унижения, всякой дряни, от которой воротит... У азиатов иначе... Они умилили меня.       — Прости, Джулс, я слушаю тебя, — посерьезнела Кристина. — Я просто идиотка... Расскажи еще.       — Они... более ласковые, что ли, — задумалась Джулия. — Могут женщину с ног до головы облизать, даже подмышки, например.       — О господи Иисусе! OMG, что я сейчас услышала? — Кристина разинула рот от изумления, и снова ужас отразился на ее лице. — Подмышки? Зачем ты сказала мне это? Моя жизнь никогда не будет прежней.       — Чтобы ты была во всеоружии, девочка моя, — гордо проговорила Джулия. — Чтобы ты была готова ко всему. Чтобы тебя можно было нюхать и облизывать, где хочешь!       — Я даже не знаю, что сказать, — пожала плечами Кристина. — Наверное, ты права... Меня просто это поразило.       — Не факт, что Чонгук будет облизывать твои подмышки, — засмеялась Джулс. — Но надо быть ко всему готовой, я так считаю. Чтоб хоть еду на тебя можно было накладывать и есть.       — Ясно, — Крис выглядела несколько подавленной. — Это же какая ответственность!       — У тебя хотя бы волосы не растут везде, ты счастливица, — с завистью проговорила Джулс. — Ну, а там где растут, легко уберешь, если надо.       — На теле и так не росли, это правда, у меня только мини-пушок, почти незаметный, — подтвердила Кристина. — А там где росли, я все уничтожила, ты ж понимаешь. Для чего я лазерный эпилятор покупала за много денег? Вот для таких случаев как раз! Для азиатов — любителей подмышек.       И Кристина снова нервно рассмеялась.       — А корейцам вроде спокойнее, если там есть растительность, их девушки почти не убирают волосы в интимных зонах, — заметила Джулия.       — Поздно уже, — улыбнулась Кристина. — Я все убрала без права восстановления. «‎Гладкая щель — залог твоего успеха в индустрии»‎, — пошутила когда-то Полина, а я это запомнила. Ну типа... это всегда удобно. Можно носить любые наряды, любые купальники... Знаешь, певицам или моделям приходится иногда переодеваться за пять секунд, и часто они вообще без белья... Ну и вот, они никого не смущают джунглями между ног, к примеру.       — Ну, а мне иногда нравится, я себе стрижку сделала там, — улыбнулась в ответ Джулия.       — Да, тоже хороший вариант, — согласилась Крис. — Но уж что есть, то есть. Надеюсь, он не подумает, что я падшая женщина.       — Конечно, нет. Ты ему нравишься, повторяю в сотый раз! — закатила глаза Джулия. — И он все понимает про шоу-бизнес... Честное слово, я тебя поколочу скоро. Хватит во всем сомневаться!       — Хорошо, поколоти, — сразу согласилась Крис. — Вправь мне мозги, давай, я не против.       — А как ты собираешься предохраняться? — Джулия снова слегка «подрезала крылья» и спустила Кристину на землю.       — Таблетками пока, — с тревогой ответила Крис, представляя себе процесс и снова пугаясь. — Сначала разовый препарат. Потом на постоянный перейду... Если... ну, мы... будем продолжать... это делать.       — Да конечно, будете! — улыбнулась Джулс.       — Ну, есть еще хороший вариант контрацепции, — нервно хохотнула Крис. — Не трахаться, например.       — Ну нееееет, — засмеялась подруга. — Не думаю, что ты так легко от него отделаешься. Лучше уж пей таблетки, дорогая моя!       — Хорошо, босс, — сегодня непременно нужно было соглашаться с Джулс, от греха подальше. — Таблетки пока для меня лучше всего работали.       — Слушай, а ты будешь надевать какое-то сексуальное белье? — помощница отвлеклась на другое. — Платье какое-нибудь? Ну, типа... длинное, вечернее?       — Нет, — сразу отрезала Кристина. — Обойдется. Я не люблю такое, вот честно. Я хочу, чтоб мне было удобно. Конечно, на мне будет нормальное белье, не уродское. Но и не эти ужасные клише.       Джулия не стала спорить, покивала головой. Если Кристина так решила, то ничего ради парня менять не станет. Даже ради Чонгука.       — Ай, слушай, может, и надену, — тут же передумала Крис. — Agent Provocateur вполне подойдет. Видела их серию «‎Во все тяжкие»‎ с бандажной эстетикой?       — Ты перепугаешь его до смерти таким бельем, — восхищенно пошутила Джулия. — Он будет валяться у твоих ног, серьезно.       — Перепугаешь его, как же, — вздохнула Кристина. — Но я попробую... Что ж, у меня есть комплект Whitney, он красивый и новый. Его и надену, пожалуй. Но без дурацкого платья, увольте.       — Говорю тебе, он станет твоим рабом! — нахваливала ее выбор Джулия.       — А тебе не кажется, — сощурилась Кристина, — что если он станет моим рабом из-за белья, то он какой-то идиот?       И подруги дружно расхохотались снова.

* * *

      Кристина, не помня себя от волнения, сначала доехала с суровым молчаливым водителем до суперэлитного дома, затем поднялась одна на лифте до нужного этажа и уже готовилась вступить в квартиру Чонгука.       Она приехала на свидание. Как примерная девочка. На самое странное в своей жизни свидание. Которое сразу должно было пойти по определенному сценарию. Каково же было ее изумление, когда лифт ее привез сразу в квартиру. Крис знала, что такое бывает, видела в кино, не не подозревала, что у JK именно такая квартира. Удивительно и круто было поглазеть на такое жилище в реальности.       Однако никто не встречал ее у входа. Чонгука и его собак не было видно. Откуда-то издалека доносился только негромкий шум и слабый запах еды. Наверное, Чонгук готовит, он в последнее время увлекся готовкой, хотел прокачаться в жарке мяса, да и с другими блюдами экспериментировал.       Кристина тихо сняла кроссовки и оставила в зоне, которая явно была отведена под прихожую — она была очень миленькой и аккуратной. Также бесшумно сняла тонкий пуховик и повесила его рядом с длинным черным пуховиком JK. На столик перед зеркалом положила розовую сумочку Birkin Hermes. Взглянула на себя в зеркало. Поправила черные брюки и белую блузку с черной отделкой. Встряхнула волосами, чтобы прическа была небрежно-воздушной. Чертыхнулась. Перевела дыхание. Тихо на цыпочках пошла по квартире.       Дойдя до следующей локации, напоминающей гостиную, стала оглядываться по сторонам и пытаться понять человека, который здесь живет. Она ничего не трогала, только смотрела, изучала картины на стенах, разглядывала декор, вдыхала аромат, шедший из диффузоров. Нашла книжный шкаф и обрадовалась этому: что-то знакомое, понятное, а еще — что-то общее между ними, точки пересечения. Чонгук, конечно, не книгочей, но все же книги у него водятся не только на постановочных фотографиях, а прямо в доме — это большой плюс.       Кристина заулыбалась и стала разглядывать корешки книг, вчитываясь в буквы. Она чаще всего говорила на корейском языке, а не читала, поэтому чтение у нее шло медленно и со скрипом. И сейчас она себя чувствовала пятилеткой, который только-только научился читать.       Однако она разобрала на одном из корешков название «‎Братья Карамазовы»‎, что повергло ее в шок. Что? Мать твою, JK читает Достоевского? Или только собрался? Одолжил у Намджуна? Специально поставил сюда, чтобы посмотреть, привлечет ли книга Кристину? Захотел выпендриться? Ох, как же хотелось потрогать эту книгу, все же это первый детектив в русской литературе, да еще и на корейском языке! Но она пока не могла: хозяин квартиры еще не дал добро что-либо лапать, а без спросу она не решилась. Ничего, она потом попросит посмотреть.       — Почему-то знал, что найду тебя здесь, — неожиданно раздался голос за спиной Кристины, отчего она вскрикнула и даже слегка подпрыгнула.       Тут же развернулась, схватившись рукой за сердце и укоризненно глядя на Чонгука, который опять сумел ее напугать. Но долго дуться на него не получалось: он смотрел на нее с таким теплом, что она невольно заулыбалась.       — Кристина, ну ты чего так орешь-то? — подколол он ее. — Ты ведь шла ко мне в гости... Неужели ты не ожидала меня тут встретить?       — Нууу... Ожидала, конечно. Но ты все равно внезапно подкрался, — смутилась она. — Я вообще не слышала, как ты подошел... Скример ты, вот кто.       — Ну, здравствуй, Крис, — JK улыбнулся и развел руки в стороны, приглашая ее в обнимашки. — Добро пожаловать в мой дом.       — Привет, Чонгук, — она действительно с радостью обняла его, крепко-крепко прижимаясь к его телу.       — Извини, у меня пока руки не очень чистые, — сказал он, тоже обнимая ее, но не прикасаясь ладонями. — Я там готовил для нас.       — Ты серьезно решил сам меня угостить? — она потянулась и поцеловала его где-то под челюстью, отчего он громко выдохнул. — Это так мило!       — Пойдем со мной на кухню, — предложил он, поцеловав ее уже в губы. — Или ты хочешь дом посмотреть? Могу тебя оставить... тут все исследовать.       Кристина энергично отрицательно замотала головой.       — Нет, я хочу с тобой пойти, — сразу согласилась она. — Лучше я тебя буду исследовать, а дом... ты мне сам потом покажешь.       — Хорошо, иди за мной, — скомандовал он и двинулся на кухню.       Крис удивилась тому, как он был одет — в черные брюки и черную рубашку. А сверху фартук, как у самого настоящего повара, чтобы не запачкать при готовке одежду. Черт, он как будто знал, что черные рубашки на мужчинах — это почти ее фетиш, она как-то говорила об этом в интервью. Если он специально надел то, что ей понравится, то он просто... коварный искуситель и милый зайка.       Она шла за ним и впервые пялилась на его зад и спину, как на свою собственность, улыбаясь этим мыслям. Нет, ну как же он хорошо выглядит в этом. Оделся Чонгук официально, примерно как и она, но черт возьми, это же свидание! И он хорош, очень хорош в этом наряде, так и хочется потрогать его еще.       Они вошли в просторную, хорошо освещенную кухню.       — Слушай, JK, а где же твои собаки? — Кристину вдруг осенило, что присутствие питомцев уже должно было как-то проявиться. Но ни лая, ни топанья лап нигде не было слышно.       — Знаешь, я их выгнал к чертям собачьим, — абсолютно серьезно проговорил Чонгук. — Устал. Надоели они мне.       — Нееет, не может быть, — Крис не могла поверить в такую внезапную бессердечность. — Ты ведь шутишь, да? Ты не мог их выгнать, JK! Ты же любишь своих собак.       — Да, конечно, шучу! — усмехнулся парень.— Я отправил их к другу на время. Потому что их могло смущать твое присутствие, а тебя — их присутствие. Хотел, чтобы ни у кого не было стресса. И еще... хотел уделить тебе все свои внимание и время.       — Неужели собаки так могут помешать? — удивилась Кристина.       — Да, могут. Питомцы бывают дико ревнивыми. Или не в меру любознательными, — JK хорошо изучил повадки своих песиков. — Когда ко мне кто-то из друзей приходит, Бам сразу хочет с этим человеком играть, дружить и все такое... Я уверен, что Бам везде бы ходил за тобой хвостом, вообще не слезал бы с тебя. Мне... еще надо будет позаниматься дрессурой, чтоб он не приставал к людям.       — Поняла... Что ж, спасибо, что позаботился о таких вещах, — поблагодарила Крис. — Тогда отложим знакомство с ними на потом.       Про себя она подумала, что, видимо, Чонгук уже приводил кого-то домой для занятий сексом, проверил опытным путем, как это все бывает. Это немного огорчило девушку, но она решила не изводиться и не мучить себя ревностью из-за каких-то его прошлых историй. Перестроилась.       Чонгук принялся возиться с мясом, разрезая его на тонкие ломтики, чтобы потом обжарить. А Кристина, посмотрев на его кулинарные навыки и на то, что он делает, вдруг смущенно спросила:       — А можно мне тебя трогать, пока ты готовишь?       Он заулыбался, посмотрел на нее и сразу дал согласие на все ее шалости.       — Трогай, если хочешь.... Пожалуйста. Я постараюсь побыстрее закончить с едой.       Она подошла и обняла его сзади, положив голову ему на спину и прижавшись к нему.       — Ох, Кристина, как хорошо! Всегда так делай, ладно? — подбодрил он ее.       — Прям всегда? Хорошо, буду, — промурлыкала она. — А можно... твои грудные мышцы потрогать?       — Трогай, что хочешь, я же сказал, — мягко напомнил Чонгук.       Он понял, что Кристина очень волнуется, раз для всего спрашивает разрешения по сто раз. Ему нравилось, что она была такой очаровательно-смущенной, но он был бы совсем не против, чтобы она почувствовала себя свободнее, раскрепощеннее и.... Он ощутил на себе ее руки, прям под фартуком, поверх рубашки... Кристина оглаживала его грудь и восторженно восклицала:       — Вааа, какие классные у тебя грудные мышцы, это просто невероятно! И, наверное, пресс тоже потрясающий, — ее ладони скользнули ниже, к животу. — Ого, даже через ткань чувствуется! Как же много за этим работы, я в восхищении, JK.       Он не собирался сразу поддаваться на ее ласки, но все же терпеть такие бессовестные лапания было сложновато. Без последствий не обошлось. Он и сам не ожидал, что возбудится так легко, но надо отдать ей должное — едва она вошла в квартиру, он мысленно вошел в нее. Сразу. Да, она его возбуждала одним своим видом, даже в одежде. Черт возьми, она уже сделала с ним что-то.       У Кристины не было планов прямо сейчас соблазнить Чонгука, она действительно очень давно мечтала потрогать его мышцы, так как восхищалась его физической формой. Но для нее эти мышцы будто существовали отдельно от человека. Будто она трогала специальные пластиковые накладки мускулатуры для актеров, которые они иногда надевали дня съемок. Она не придала значения тому, как парень мог отреагировать на ее поглаживания.       Крис почувствовала, как под ее руками напряглись его соски, даже хотела отдернуть руки и извиниться. Но потом подумала, что это его расстроит, как если бы она шарахнулась от него. И она несколько раз прошлась руками по его груди, снова и снова чувствуя под своими ладонями «‎горячие точки»‎ на его теле. Потом двинулась пальчиками вдоль пресса JK, даже не осознавая, что только усугубляет для него ситуацию. Она-то думала, что так будет лучше, что там меньше чувствительных зон.       — Крис, пусти, я вымою руки, — JK вырвался из ее цепких пристающих лапок и почувствовал себя чуть спокойнее. — Теперь смотри, я буду жарить мясо.       Кристина подумала, что мешает ему, раз он попросил ее смотреть, а не жамкать его. Ну, ладно, хорошо, она просто понаблюдает. Вежливый такой! Она уселась поудобнее на высокий стул и принялась смотреть, переглядываясь с ним. Ей вспомнился тот жаркий сентябрьский день на пикнике по поводу дня рождения лидера, когда Чонгук тоже жарил мясо, а потом кормил ее и ребят из своих рук. И ей захотелось рассказать ему о том, что она чувствовала.       — JK, а помнишь, в день рождения Намджуна ты тоже жарил мясо?       — Конечно, помню, ты сидела тогда как голодный кошак, ждущий, что ему перепадет кусочек говядинки, — улыбнулся JK.       — Не-а, совсем не говядинки я хотела тогда, — хитро улыбнулась Крис.       — А чего же? — удивился Чонгук.       — Мне почему-то хотелось укусить тебя за руку, — она вдруг стала серьезной, проговорив это тихо и интимно. — Наваждение какое-то! Да, я помню, очень хотелось укусить тебя... Не больно, а так, слегка... Понимаешь?       — Наверное, понимаю, — теперь он был удивлен еще больше. — Любишь кусаться?       — Не знаю, — озадаченно посмотрела на него Крис. — Надо будет проверить.       — Хочешь сейчас проверить? — спросил он, усмехаясь и видя, как у нее сразу загораются глаза от его предложения. — Ну, укуси, если хочешь. Заодно рукава мне поможешь закатать.       Она слезла со стула, сразу подошла к нему, расстегнула его рукава и начала их аккуратно закатывать до локтя. Все это время он не сводил с нее глаз. Смотрел на ее лоб и опущенные ресницы, на то, как она закусывает губу. Ох, Кристина, бессовестная дразнилка! Она подняла на него взгляд, и он увидел, как хищно блестят ее глаза. Так вот, какие у нас тут предпочтения вскрываются!       — Ну, кусай, какую хочешь, — сказал Чонгук, показывая ей обе руки и сжимая кулаки, чтобы вены проступили четче. — Какая больше нравится?       — Я бы обе попробовала, — торопливо сказала она, но тут же стушевалась немного. — Я тату еще не пробовала на вкус.       Она выглядела смущенной, но Чонгук подбодрил ее кивком головы, его, похоже, веселила вся эта ситуация.       — Хорошо, давай, пробуй.       Она взяла одну его руку своими лапками, повернула поудобнее, поднесла к своему рту и сделала кусь. Зубами сдавила кожу, но не больно, разве что самую малость. Так могла бы кусаться кошка, которая пока не вошла в раж и не стала с остервенением вгрызаться в плоть. Что ж, это даже приятно. Чонгука пока никто в жизни не кусал, и сейчас ему было как минимум интересно. И действительно приятно. Даже мило.       Эта девушка удивляла его всегда, а сейчас — тем более. Она сделала несколько укусов на одной руке, потом так же озадаченно стала кусать вторую, татуированную руку. Что-то проверяет, дурашка. Она укусила чуть посильнее и, не выпуская кожу изо рта, стрельнула глазами на Чонгука: ему как вообще? И увидела, что его забавляет вся эта ситуация, он улыбается и гоняет какие-то мысли.       «‎Только за член не кусай, пожалуйста, если до этого дело дойдет. А вот белье зубами стянуть можно, я не против. Вообще поиграть с тобой в кусалки я готов»‎.       — Ну и как, какая больше понравилась? — усмехаясь, спросил Чонгук.       — С тату — интереснее, а без тату — вкуснее, — довольно улыбаясь, сказала Кристина.       — Ого, так они разные на вкус?       — Может, мне показалось, — она почесала затылок, — а может, пигмент тату влияет на вкус кожи.       — Теперь довольна?       — Да, спасибо большое! — она кивнула, вид у нее и правда был сияющий.       — А мясо будешь? — спросил он, палочками прихватывая кусочек говядины.       — Конечно, что за вопросы! — и Кристина опять, как и тогда, сама направила его руку в сторону своего рта и быстро стянула кусочек зубами. Чонгук тоже начал есть горячее свежее мясо, постоянно приговаривая:       — Ммм, вкусно!       Они даже до изысканно сервированного стола не дошли, так и стояли на кухне, лопая мясо. Чонгук попеременно распределял кусочки себе и Кристине, чтобы они утолили первый голод и насладились вкусом.       — Ты похож на героя одного аниме, он тоже после каждого кусочка говорил: «‎Вкусно!»‎, — сообщила ему Крис.       — Надеюсь, любимый герой? О ком речь? Может, я видел это аниме? — JK забросал ее вопросами.       — Неверное, нет, иначе бы ты его запомнил, — проговорила Крис с набитым ртом. — Это Рэнгоку*, из аниме «‎Клинок, рассекающий демонов»‎... Только он погиб трагически, сражаясь с лютым демоном. И с тех пор я еще больше его люблю... Ну, героя...       — Рекомендуешь посмотреть? — заинтересовался Чонгук, снова закидывая в себя кусочек мяса.       — Рекомендую, да, — Крис закивала головой. — Как рисующему человеку тебе понравится точно, а может, и сам сюжет зайдет... Очень красиво нарисовано. Сакуга* в каждом кадре.       — Все-все, не говори дальше. Я сам проверю, окей? — остановил ее Чонгук.       — Хорошо, проверь сам, — согласилась Крис. — Мясо и правда очень вкусное, JK. Ты просто мастер!       — Черт, я же хотел тебя накормить как в ресторане! Но в итоге мы жрем на кухне стоя, — спохватился Чонгук. — Я даже стол накрыл... Идем, покажу.       Он обеими руками взял Кристину за плечи и, мягко подталкивая, привел к столу, который он накрыл у окна во всю стену. Из него открывался роскошный вид на вечерний Сеул, горящий огнями. В комнате царил мягкий полумрак от приглушенного света нескольких светильников.       — Ух, тут красиво, — восхищенно воскликнула Кристина. — И стол роскошный. Чонгук, это... так мило, боже! Ты постарался, я вижу.       Она повернулась к нему, чтобы выразить восторг как-то еще, и они оба потянулись друг другу, чтобы поцеловаться. И пофиг, что они только что если мясо. Это было так вкусно и приятно. Они наконец целовались, ни от кого не прячась, имея друг на друга право. Целовались долго, страстно, растягивая это удовольствие, распаляясь для чего-то большего. Кристина почувствовала, что так недолго и голову потерять, поэтому надо поговорить с Чонгуком обо всем, пока не поздно. Ух ты, она и без заметок в телефоне вспомнила!       — JK, прости, — она оторвалась наконец от его губ. — Давай поговорим? Я бы хотела обсудить кое-что.       Девушка налила себе воды в бокал и выпила залпом, как будто решаясь на что-то. Чонгук последовал ее примеру.       — Хорошо, конечно, — казалось, он не хотел прерываться, но все же пошел на уступку. — Я и сам, если честно, хотел с тобой поговорить... Только вот не знал, как и когда предложить.       — Ого, ты тоже этого хотел? — удивилась Крис. — Тогда сейчас самое время, JK.       Парень увлек ее от стола вглубь комнаты, усадил на большой диван. Сел не рядом, а чуть поодаль, напряженно потирая руки.       — Я очень хочу знать одну вещь. Прямо сейчас, до того, как мы что-либо начали, — задумчиво проговорил Чонгук. — Расскажешь мне?       — Спрашивай, — с готовностью кивнула Кристина. — У нас это называется «‎обсудить на берегу»... Ну, пока вы не заплыли далеко, надо узнать, все ли в порядке, можно ли плыть. Чтобы потом не было такого «‎О, кажется, мы начинаем тонуть!»       — Хорошее выражение, мне нравится. Что же, вот и давай решим все прямо сейчас... На берегу, — JK взъерошил волосы. — Скажи, тебе... нравится Пак Со Джун?       — Нравится ли он мне? Ну, как человек, актер — наверное, нравится, — Кристина решила не смешивать рабочие отношения и личные. — Он хороший партнер, мы отлично сработались.       — Просто он-то на тебя имеет виды, судя по всему, — JK явно был этим обеспокоен.       — Да, он говорил мне, что я ему нравлюсь, — честно призналась Крис.       — Даже говорил? — напрягся Чонгук, но чудом не выдал чрезмерную реакцию. — Когда?       — Да вот, на вечеринке, — Кристина наблюдала за микромимикой его нервных губ.— Я поэтому и ушла так спешно... Ну, что же... Я... ничем не могу ему помочь.       Она пожала плечами и выразила на лице что-то вроде «‎спасибо, что позвонили, ваш звонок очень важен для нас, но мы вам никогда не перезвоним»‎.       — То есть, ты... отказала ему? — спросил он, заглянув девушке в глаза.       — Да. Отказала, — Крис не оправдывалась, просто хотела, чтоб все было честно и чисто между ними. — Я даже объяснила ему, что и как.       — И все же... Ты так играла в дораме, — глухо проговорил JK, — что многие приняли вас за пару. Он и сам тогда намекал, что вы... стали ближе друг к другу.       — О, значит, я хорошо сыграла? — почему-то обрадовалась Кристина. — Здорово же, что люди так почувствовали! Это значит, что у меня все получилось!       — Слишком хорошо получилось, — голос Чонгука стал совсем пасмурным. — Знаешь... я понимаю мужика, который убил этого парня... Ты так на него смотрела, такими глазами... Я бы и сам его убил, наверное.       — Но ведь это действительно игра, JK! — пыталась объяснить Крис.— Я очень старалась вложить в нее чувства и эмоции. Но это игра, не более.       — Ваши поцелуи были... настоящими, это очевидно всем, — проговорил он тоном, которого Кристина никогда от него не слышала. — Это больно, Крис.       Он сказал эти слова с грустью, принятием случившегося и словно с желанием отстраниться. Кристина не могла этого допустить. Если уж ему и придется отстраняться, то только не от киношных поцелуев, нет. Лучше она исполнит ради этого какую-нибудь стóящую, самую дичайшую дичь. А пока... не надо оставлять человека одного в таком состоянии. Как говорится, горящие люди одиноки, обнимите их. Кристина вскочила с дивана, близко подошла к сидящему Чонгуку, встала перед ним. Парень не смотрел на нее, он прятал свои глаза, опустив их вниз.       Девушка осторожно тронула рукой его волосы, зарылась пальцами поближе к корням, погладила его по голове, ероша мягкие пряди. Потом и второй рукой тоже. Мягко и нежно она гладила его по голове, что-то колдовала.       — Сэр, полиция улыбок пришла арестовать вас, — серьезно, но тепло сказала она. — Вы совсем перестали улыбаться и загрустили... Это опасно — лишать людей вашей улыбки. Ну, меня уж точно опасно лишать.       Чонгук от неожиданности услышанного взглянул на девушку снизу вверх. Полиция улыбок? Но Крис была серьезной, ни разу не прикалывалась и, видимо, хотела его вывести из этого неприятного состояния. Они встретились глазами, потрогали друг друга взглядами. И ему сразу стало чуть легче. Ну вот как она это делала? Чонгук ожидал услышать и увидеть что угодно, только не это. Однако было ощущение, что Кристина поняла его переживания.       — Прости... Я не думала, что ты так близко к сердцу это воспримешь, — тихо извинилась Крис, продолжая гладить его по голове. — Я из кожи вон лезла, чтоб не облажаться рядом с такими актерами.       — Не прощу, — глухо сказал он и вдруг сгреб ее в охапку, обняв за талию, прижавшись головой к ее телу.       — Ах ты! — улыбнулась Крис, обрадованная таким поворотом дел. — Хочешь, я приведу тебе самый главный аргумент в пользу того, что к Со Джуну у меня ничего такого нет?       — Да, пожалуй, хочу, — он вдруг потянул ее вниз, усадил к себе на колени и с готовностью взглянул в ее глаза.       — Я сейчас здесь... с тобой, — серьезно сказала она. — Я поехала не к нему в гости, я приехала к тебе... есть рамен.       — Неплохо, — губы Чонгука тронула улыбка. — Но чего-то не хватает.       — Остроты? — улыбнулась она в ответ.       — Не знаю, ты скажи, — JK провоцировал или дразнил ее. — Остроты вроде бы достаточно.       — Изысканного тонкого вкуса? — предположила девушка.       — Может быть...       — То есть... ты хочешь, чтоб я сказала... почему я пришла есть этот рамен?       — Да, хочу это услышать, — он смотрел на нее во все глаза, ожидая ответа.       — Ты мне правда нравишься, Чонгук, — она снова зарылась рукой в его волосы и не стала отводить взгляд. — Я пришла сюда из-за чувств... Они важнее всего... Для меня.       — Я рад, — он заулыбался и как будто успокоился, обнял ее покрепче.       — Но тогда... у меня тоже есть к тебе вопрос, JK, — вдруг вспомнила Крис о своих вечных печалях.       — Задавай, отвечу на любой, — Чонгук тут же стер улыбку и стал серьезен.       — Много говорили о тебе и АйЮ. Ну, ты знаешь, — девушка реально захотела выяснить, прошла ли эта юношеская любовь. — Нашли кучу «‎доказательств», от которых мне... не менее грустно. Ты... все-таки встречался с ней?.. Она тебе нравится?       — Крис, ты реально думаешь, что я мог бы так быстро переключаться с одной девушки на другую? — как-то резковато ответил JK.       — Не знаю, мы с тобой это не обсуждали, — буркнула Кристина. — Без понятия, какие у тебя принципы общения с женщинами... Для мужчин все иначе устроено.       — Компания все опровергла, ты же знаешь, — поспешил ответить JK.       — Компания — да, — упрямилась Крис. — Но она скажет что угодно, чтоб защитить тебя... А что ты сам? У тебя есть интерес... к АйЮ? Она ведь твой первый краш.       — А если бы я сказал, что это так и есть? Что у меня есть интерес к этой девушке? — сощурился Чонгук.       — Тогда бы я встала и ушла, — Крис нервно покусала губы. — Просто поблагодарила бы за то, что ты все так круто организовал, и ушла.       Девушка вдруг вскочила с его колен, отошла от него подальше, оперлась спиной на стену.       — Не стала бы есть рамен? — удивленно вскинул бровь Чонгук.       — Нет. Я чужое не ем, — серьезно ответила она.       «‎Я на чужих членах не скачу. Узнала бы в процессе — встала бы с члена и ушла».       — Не стала бы бороться за любовь? — поддразнил ее Чонгук.       — JK, ну нет, конечно! Любви в условиях конкуренции не существует, — казалось, Кристина совсем расстроилась от этого разговора. — Если там надо за что-то бороться и повергать противников, это не любовь, а какая-то зависимость... Я бы ушла, да.       — Видишь, как все легко разрушить... одними только сомнениями. Одной каплей слухов, — задумчиво выдал JK.       — Поэтому мы с тобой и обсуждаем это, разве нет? — Кристина смотрела на него строго и сурово. — Чтобы не разрушать сразу, просто услышав что-то со стороны друг о друге.       — Пожалуйста, вернись, — позвал он ее и похлопал себя по коленкам, намекая, чтоб она снова села на них.       — Не хочу, — заупрямилась девушка.       — Кристина, прошу, вернись, — настаивал JK.       — Нет... Ты меня растревожил своими «‎а если»... Нет уж, сиди там, где сидишь... и отвечай, — Крис даже показала «‎стоп» рукой.       — Ладно, я сам приду, — Чонгук действительно подошел к ней, и очень близко.       Нависая, толкая к стене. Кристина развернулась к нему боком и даже неудобно выставила локоть, чтобы он не начал на ней практиковать свои навыки ловеласа, не прижал к стене прямо здесь. Как будто это могло ему помешать!       — JK, просто скажи мне, что происходит? — серьезно спросила она и заглянула ему в глаза.       — Что происходит? Мы выясняем кое-что друг о друге. Знаешь, я бы обиделся, наверное, раз ты так плохо обо мне думаешь, — он мягко развернул ее за плечи лицом к себе. — Но... не буду. Мужчинам, и правда, это не ставят в вину... Иметь много женщин — не плохо, никто не осудит, даже похвалят.       — Вот видишь? Ты и сам это говоришь, — Крис как будто была рада, что нашла доказательства. — Я это понимаю, хоть и не разделяю. Я... могу принять... любые факты.       — Но после некоторых фактов ты можешь уйти, верно? — он приподнял ее лицо за подбородок, чтобы она не прятала от него глаза.       — Я не скандалистка, не переживай... Уйду так, что ты и не заметишь. Даже квартиру не разнесу, не то что нервы, — сказала она, глядя ему в глаза.       — Если ты уйдешь, я, безусловно, замечу, — он наклонился и мягко поцеловал ее в уголок рта. — Потому что все станет хуже в тысячу раз.       — Я все еще... жду ответа, — нетерпеливо напомнила Кристина, отстраняясь от него.       Но он не дал ей отстраниться, просто увлек за собой к дивану, почти силком усадил на колени снова.       — Меня не интересует эта девушка, я с ней просто общался на вечеринке, а до этого — на церемонии. И нас банально сфотографировали, когда мы перекинулись парой фраз. И все. Все, понимаешь? Я даже не целовался с ней, в отличие от тебя и твоего этого... Со Джуна.       — Правда? — ее недоверие стало понемногу отступать. — Он, кстати, не мой.       — Господи, я так хотел, чтоб ты пришла сюда... понимаешь? Именно ты! — JK откинул голову назад и чуть ли не закатил глаза. — Я уже не знал, что придумать, как тебя заманить... И вот ты здесь, и я этому рад... Неужели ты думаешь, что мне нужен кто-то другой?       — Вдруг ты маньяк, и я просто твоя новая жертва? Звучит по-маньячески вообще-то... Заманить он хотел! — буркнула Крис, уже смягчаясь.       — Мне кажется, я скоро стану маньяком... из-за тебя, — усмехнулся Чонгук. — Да нет, я уже им стал! Я твои соцсети смотрю чаще, чем свои.       — То есть... я... тебе, — она не успела договорить, потому что он прильнул губами к ее рту.       — Замолчи, пожалуйста, — сказал он, оторвавшись от ее губ. А затем продолжил покрывать их поцелуями, дробя сладкие прикосновения словами. — Милая... ты... такая... дурашка.       — Значит... я тебе правда нравлюсь? — успела она вставить насущный для нее вопрос.       — Крис, ты меня доконаешь, — устало прикрыв глаза и качая головой, пробормотал Чонгук. — Конечно, нравишься!       — Я здесь для этого и нахожусь, — радостно улыбнулась она, отвечая на его поцелуи своими. — Чтоб доканывать и мучить тебя.       — Не знаю, для чего ты сюда пришла, но... кто еще кого будет мучить, м? — усмехаясь, ответил JK. — И знай: ты все равно отсюда не сбежишь, двери закрыты... И никто тебя не услышит... Как маньяк, ответственно тебе заявляю.       — ㅋㅋㅋㅋㅋㅋ, напугал кота сосиской! — пошутила Кристина, нахально глядя ему в глаза.       Парень заулыбался, ему на ум пришел забавный update к шутке.       — Ну, знаешь ли, не сосиской, — ухмыльнулся Чонгук, проведя языком по внутренней стороне щеки. — Скорее, колбасой.       Кристина прыснула со смеху.       — Колбасы я тоже не боюсь, — смеясь, сказала она. — Вкуснее и больше.       Чонгук тоже не удержался и начал ржать. Несколько минут они просто истерично хохотали. Видимо, так выходило лишнее напряжение, ведь изначально они слишком ответственно подошли к этому свиданию и боялись облажаться. Еще и разговор такой серьезный затеяли.       — Почему это так смешно, боже? JK, это так неловко и смешно, — она спряталась от смущения где-то между его плечом и шеей, уткнувшись туда лбом и продолжала почти беззвучно смеяться.       — Эй, ты сама это начала! — поддразнил ее Чонгук, не переставая улыбаться.       — Ну, нееет, я не это имела ввиду, — Крис попыталась посмотреть ему в глаза серьезно, но тут же снова начала тихо ржать, закусив губу. — Я просто перевела невинную фразу с русского.       — А я применил ее к нам, и получилась пошлость, да, — улыбка сползла с губ Чонгука, и он тоже начал всматриваться в глаза девушки. — Простишь меня?       — Конечно, — Кристина затихла и стала серьезной. — Я... не против... таких шуток... Говори мне... то...что считаешь нужным.       — Крис, правда, у меня просьба, — JK вдруг стал очень серьезен. — Доверься мне, пожалуйста.       — Хорошо, JK... Я... доверюсь тебе, — пообещала Крис и тут же исправилась. — Точнее... я... уже... доверилась.       — Значит... не боишься меня? — лукаво улыбнулся парень.       — Не-а, не боюсь, — глядя Чонгуку в глаза, отважно сказала Крис и как-то мило порезала на его коленях.       — И веришь?       — Да, стараюсь верить.       — Хорошо, — его губы снова коснулись ее шеи.       Мягко, нежно, ласково он касался ртом ее кожи, опаляя горячим дыханием. Скользнул губами снизу вверх, зарылся носом куда-то за ухо, втянул аромат. Его ладони мягко оглаживали ее спину, скользили по бедрам. Волны импульсов проходили через тело девушки, она ослабела от этих ощущений и чувствовала себя как тряпичная безвольная кукла в его руках. JK видел и ощущал, что она вся дрожит и трепещет, но не от страха, а от желания и дико возбуждавшей покорности.       — Кристина, ты мне безумно нравишься, — полушепотом произнес он. — Я так хочу тебя.       — JK, я тоже... хочу тебя... очень сильно,— прошептала она ему на ухо и снова смущенно уткнулась в его шею, боясь показать взгляд, полный страсти.       — Крис, посмотри на меня, — попросил он тихо.       Девушка повиновалась: вынырнула из спасительного тепла, выпрямилась и заглянула в его глаза. Они смотрели друг на друга и понимали, что сейчас будет, радуясь тому, что им предстоит. Они чувствовали вожделение друг друга, но не торопились упасть в омут с головой, растягивали удовольствие ожиданием, замирая и драконя друг друга этим предвкушением.       — JK, пожалуйста, скажи мне это на пусанском, — нетерпеливо облизнув губы, попросила Крис. Она наклонилась и тоже стала покрывать поцелуями его мощную мускулистую шею. И вдруг почувствовала себя почти как вампирша, ей захотелось снова вонзить зубы в его плоть, прикусить выступающие вены, ощутить вкус его кожи и крови. Теперь уже сильнее, не как в прошлый раз, когда кусала его руку. Она уже пристраивалась, скользя губами по его шее, ища место, где могла бы сделать кусь, как вдруг услышала этот диалект заклинателя страсти.       — Я хочу тебя, милая, — сказал JK низким голосом на том самом, чувственном пусанском наречии, который так нравился Крис.       Ее будто прошибло током, она резко выпрямилась, запрокинув голову и издав сладкий стон. Замерла в позе наслаждения.       — О боги... как же это хорошо звучит, — проговорила она, закрыв глаза и закусив нижнюю губу. — Мне кажется, я умру только от одного твоего голоса, серьезно.       Она хотела сказать «‎кончу от одного твоего голоса»‎, но не решилась пока произносить такое.       — Не торопись, малыш, — усмехнулся Чонгук. — Мы даже толком не начали.       Он провел подушечками пальцев по ее вытянутой шее, огладил подбородок, приоткрытые влажные губы, щеку. Затем ладонью повернул ее лицо, властно притянул к себе и начал жарко целовать в губы. Второй рукой по спине скользнул к затылку, удерживая и направляя ее голову во время поцелуя, зарываясь пальцами в волосы.       — Нет, это безумие какое-то, — она снова вскочила с его колен, пытаясь справиться с нахлынувшим на нее желанием. — Я же хотела поговорить, что-то обсудить.       Хотя... зачем говорить? И о чем вообще? Мысли путались. Кристина потерла пальцами лоб, вспоминая, для чего она вообще сюда пришла. Ах да, чтобы ее вежливо и аккуратно оттрахали. Кажется.       — Может, мы не будем следовать какому-то плану, а просто будем слушать себя? — сказал Чонгук, подходя к ней и с удовольствием замечая, что она уже почти растаяла и сдалась.       — Слушать себя? — она посмотрела на него каким-то затуманенным взглядом.       — Да. Слушать сигналы своего тела, например, — проговорил он. — Своего сердца... Мы ведь уже оба знаем, чего хотим. Мы только что это сказали.       — Ты прав, — Кристина выглядела растерянной и ошалевшей. — Я все равно забыла, что еще хотела обсудить... Просто думала, что надо сначала посидеть и поговорить по-человечески, а не сразу набрасываться на тебя.       — Набрасывайся, если хочешь, поговорить мы сможем и потом, — Чонгук обнял ее за талию, притягивая к себе поближе.       Второй рукой потянулся к ее лицу, мягко огладил щеку, на что Кристина среагировала совершенно по-кошачьи, сама потерлась о его ладонь, прикрыв глаза. Почему-то это подействовало на Чонгука возбуждающе, хотя в этом жесте не было ничего такого. Это был какой-то сакральный сигнал согласия. Что-то на животном, древнем, как мир.       Придерживая ее лицо своей ладонью, он большим пальцем легонько коснулся ее рта, провел сначала по верхней губе, а затем по нижней, очерчивая овал. Слегка надавив на нижнюю губу, попробовал приоткрыть ее рот и скользнуть пальцем вглубь, но вдруг наткнулся на преграду: Кристина прикусила его палец, не пуская дальше. Она смотрела ему в глаза, так и не выпуская палец, наоборот, сжимая его зубами еще сильнее.       — Впусти... меня, — сдавленно-хрипло попросил он. — Пожалуйста.       Девушка немного помедлила, а потом разжала зубы и позволила ему пройти внутрь, погрузиться во влажную глубину ее рта, надавить подушечкой пальца на язык. Ее губы с готовностью сомнулись вокруг его пальца, и она вдруг сделала несколько красноречивых движений, посасывая его, а потом с характерным причмокиванием высвободила палец наружу.       Она впустила.       Она пригласила.       Она показала, что готова.       Чонгук чуть с ума не сошел от увиденного, сердце забилось как сумасшедшее. Он не ожидал, что она заведет его с полоборота, с одного жеста. При этом обоим неловко, они все еще медлят и тупят, боятся что-то испортить, только пытаются понять, как им действовать. Все-таки это происходит между ними в первый раз, и они еще так мало знают друг друга.       Окружены, но не сломлены. Смущены, но решительны. Он обнимает ее за плечи, прижимает к себе. Оба хотят этого, но растягивают момент просто близости душ. До того, как они потеряют голову, они как бы говорят друг другу: я хочу не просто твое тело, хочу тебя целиком.       — Говори мне, пожалуйста, как тебе это все, ладно? — попросил Чонгук, вздыхая. — Если я буду что-то делать не так, дай мне знать.       — Типа стрим вести? — улыбнулась она.       — Ну да, — смеется он от этого сравнения.       Ей тоже смешно, и они немного нервно хохочут.       Он начинает расстегивать ее блузку, но смотрит Кристине в глаза. Очень хочется смотреть на ее грудь, но необходимо ведь и показать ей, что он не животное какое-то, а джентльмен. От этого долгого взгляда она краснеет, опускает глаза:       — Мне нравится то, что ты делаешь, но я чувствую смущение.       — Я тоже... это чувствую, — нервно говорит он, но его руки, кажется, не знают смущения, они гораздо наглее.       Чонгук распахивает блузку и смотрит на ее тело:       — Вау! — он немногословен, но его глаза загораются страстью, и это видно, Чонгук сразу меняется в лице. — Что ж ты делаешь со мной, Крис?       Парень мотнул головой и зажмурился, как будто желая отогнать от себя это видение. Шумно выдохнул. Но потом снова стал жадно смотреть на ее полуголую грудь в сумасшедше красивом белье.       — Я вообще ничего не делаю, это ты что-то делаешь, — жалобно говорит она. — У тебя лазерный взгляд.       Кристина очаровательно смущается, а ее грудь так приятно вздымается от дыхания, что руки сами тянутся к ней, просто невозможно не потрогать. Чонгук обеими руками сжимает ее грудь, пока только через лиф, но его уже начинает потряхивать.       — Очень... красиво, — громко выдыхает он. — Но, без этого, думаю... будет еще красивее.       Он просовывает руки за ее спину, расстегивает лиф и стягивает его. Как же ему нравятся эти затвердевшие яркие соски, выскользнувшие прямо ему в руки. Ладонями он сразу обхватывает и сжимает обе груди, теперь уже обнаженные. Они такие классные, упругие и мягкие. Кристина вдзрагивает всем телом от его прикосновений, ее дыхание становится сбивчивым. Очень тяжело смотреть на то, как его руки раздевают и лапают тебя, просто невыносимо возбуждающе.       — Антистресс, — хрипло говорит он, нежно массируя грудь и не отрывая от нее взгляда.       Она рада, что ему нравится. Всегда немного стеснялась своей груди, но сейчас он так восхищенно на нее смотрит, что становится легче. Хотя она и покраснела от смущения.       Наконец он увидел и ее малышки-татуировки! Совсем небольшие, спрятанные от посторонних глаз, но такие милые. Между грудью набита надпись «‎I'm Love»‎, а сбоку, на ребрах, чуть ниже груди — небольшое стилизованное изображение волны. Видимо, так она выразила, что любит море. Почему-то JK трогают эти татуировки, они кажутся ему совершенно логичными на ней.       «‎Ты и правда любовь, Кристина. Самая настоящая... »‎       Чонгук пронзительно смотрит в ее глаза и вдруг наклоняется к груди, обхватывает губами сосок и начинает его ласкать языком, не переставая ласкать рукой и второй. Табуны мурашек бегут по ее телу, и она выгибается навстречу, выдыхая:       — Боже, как хорошо!       А он вминает сосок языком, оттягивает губами, легко покусывает, обжигает дыханием, с причмокиванием выпускает изо рта и хватает его снова. Терзает ласками и вторую грудь. Кристина не может сдержаться и тихо стонет. У нее подкашиваются ноги, она бы упала, если бы не стена сзади, к которой она прислонилась. Спине холодновато, зато грудь пылает от его рук, губ и языка. А Чонгук уже настолько возбужден, что мог бы просто взять ее прямо сейчас, просто развернув и сдернув с нее одежду.       «‎Fuck, как же тяжело, Кристина, как же хочется тебя прямо сейчас швырнуть на диван и отодрать как следует»‎.       Но он не будет так делать. На кону его репутация. Он джентльмен. Он мужчина, читавший книгу Эмили Нагоски «‎Как хочет женщина»‎, а не какой-то быдлан, которому лишь бы всунуть и высунуть.       JK пытается вернуть себе трезвость в ситуации, которая к этому никак не располагает. Потому что в его руках ее умопомрачительная, пленительная грудь, а в его ушах застряли звуки ее стонов, которые говорят о том, что девушке приятно, и надо продолжать в том же духе. Голову сверлит мысль: как сделать так, чтобы услышать это снова? Как сыграть на этом инструменте, чтобы он слышал ее стоны, крики и срывающийся голос? Настоящие, а не как в порно.       «‎Не знаю, как, но я сделаю это. Ты будешь стонать по-настоящему, громко и открыто»‎.       А еще он хотел услышать от нее в момент секса свое имя. Он и сам не знал, зачем. Это было бы важным доказательством. Чего? Любви? Ее чувств? Того, что ей нужен именно он, а не его образ или статус? Он хотел этого, но попросить было никак нельзя. Эксперимент все же. Как будто услышав его мысли, она прижалась к нему возбужденной влажной грудью и смущенно прошептала на ухо:       — Чонгук, я хочу кожа к коже, можно? — и она проводит рукой вдоль ряда пуговиц на его рубашке, даже не намекая, а прямо прося снять ее.       — Конечно, — он не планирует долго возиться и расстегивать пуговицы, поэтому просто стягивает рубашку через голову и кидает ее на ковер.       Увидев тело Чонгука вот так сразу, Кристина испытала потрясение. Она никогда не видела его таким. Нет, она вспомнила какие-то быстрые обрывочные кадры, его уже успевали заснять с голым торсом, но... Сейчас он стоял перед ней, живой и теплый, настоящий, рельефный, мощный, атлетичный, красивый... Полуголый бог, не иначе. Она даже забыла, чего хотела, не прильнула к нему, а отступила назад и просто восторженно таращилась на него, пока не смогла еле-еле выдавить из себя:       — Боже, твои мышцы так красиво секутся, с ума сойти! Ты... в очень хорошей... форме.       Он не стал ждать, пока она сообразит, что делать, и сам прижал ее к себе, кожа к коже, как она и просила. Кристину захлестнул целый девятый вал каких-то нереальных ощущений. Он целует ее, обнимает, гладит, повторяет снова, а потом... сползает куда-то вн? Почему? Почему он сползает туда вместе с ее брюками? Что происходит? До нее наконец доходит — он снимает с нее брюки. Причем каким-то странным способом: он стоит перед ней на коленях, стягивая с нее одежду, и его голова находится... прямо напротив ее трусиков.       Кристина начинает нервничать от того, что он так близко, что он смотрит на нее там. Он жестом просит ее приподнять стопу, чтоб избавить ее от брюк, потом вторую. Она послушно выполняет какие-то команды, но стрим уже не ведет, потому что плохо соображает и почти забыла, как говорить.       Если Крис в шоке от коленопреклоненного бога и от того, что Джулия была права, то и Чонгуку далеко до хладнокровия. Потому что на Кристине под брюками прозрачные, мать твою, гольфы. Прозрачные, телесные, но с рисунком перевитых вокруг ноги черных тонких лент. Не дурацкие вульгарные чулки, а нежные гольфы до колена. Которые попали прямо в его сердце, что уж говорить.       Почему-то для него это выглядит до ужаса нежно и невинно. Это так странно: она стоит перед ним с голой грудью, в белье марки «‎Агент Провокатор»‎ и в каких-то сумасшедших гольфах, но она кажется ему такой трепетной и чистой, что аж дух захватывает. И он сидит перед ней на коленях, не в состоянии подняться, потому что она его чем-то покорила и одурманила. Ему даже стало стыдно за то, что он только что чуть не поддался дикой похоти. Надо держать себя в руках. Не быть скотом.       Чонгук с трудом вспомнил, что хотел проверить, как там заживает ее нога, поэтому вдруг резко развернул Кристину к себе задом. От неожиданности она зашаталась на ногах, и он удержал ее в равновесии, обхватив ладонями бедра.       Синяк уже почти прошел: остался небольшой след, но все выглядело более-менее благополучно. Чонгук погладил ладонью это место и вспомнил, что хотел его поцеловать тогда, в больнице. Раз хотел — значит надо это сделать. Он и правда поцеловал ее там, прямо в эти синяки, в зелено-голубые разводы. Она вздрогнула всем телом, вздохнула, сжалась.       Кристина совсем растерялась от его поведения. Это было ни капли не похоже на ее предыдущий опыт, на любые прошлые взаимодействия с парнями. Если с любым другим к этому моменту у нее бы уже закончился скучный быстрый секс, похожий на ленивое потирание органов, то с ним она просто не понимала, чего ждать. Чонгук был парадоксальным.       Вот и сейчас он утащил ее на постель, застеленную черными простынями, уложил ее на живот и велел подождать, а сам открыл шкаф, достал оттуда флакон или тюбик и что-то выдавливал на руку.       — Чонгук, что ты собираешься делать? — с тревогой спросила Кристина, оборачиваясь через плечо.       — Сейчас я о тебе позабочусь, не переживай, лежи смирно, — смеясь, сказал он. — Расслабься, Крис.       Девушка уже представила себе черт знает что и страшные муки, когда вдруг почувствовала, что он просто... намазывает ей ногу какой-то пахучей мазью, растирая ладонью по всей поверхности ноги.       — JK, что это? Женьшень? — спросила она его удивленно.       — Так точно, мазь с женьшенем, — весело откликнулся он. — Я подумал, что тебе она точно будет кстати. Она хорошо снимает боль. У тебя ведь до сих пор болит?       — Да, немного болит, — пожаловалась Кристина. — Но в целом я в норме, не переживай.       — Я буду предельно аккуратным, обещаю, — уверенно сказал Чонгук, улегся с ней рядом, но чуть ниже, и поцеловал ее где-то в районе талии.       Его рука скользнула по бедру выше, поглаживая ее ягодицы. Девушка снова вздрогнула, ей было очень неспокойно рядом с ним. Ее тело с ума сходило от желания и непонимания, как себя вести. Долго он будет ее мучить? Вот теперь он, похоже, играет в доктора. Чего ждать дальше?       — Я хочу снять это, — JK потянул белье вниз. — Приподнимись немного.       Его крепкие руки избавили Кристину от того, что на ней оставалось, и она послушно поддалась ему, когда он решил развернуть ее, уложив на спину. И тут она увидела, что JK тоже полностью без одежды. Кажется, вот оно...

* * *

      У Крис давно не было секса, да и тот, что был, наверняка был не очень. Вряд ли там было место ласкам, которые довели бы девушку до настоящего животного возбуждения, а потом и до фееричного оргазма. Что ж, он может это исправить.       Чонгук хотел, чтобы с ним Кристина испытала что-то, чего с ней раньше не было. Чтобы она запомнила его тело, его руки, рот и член навсегда. Чтобы она не могла прийти в себя от оргазмов. Чтобы кончала и кончала под ним. Чтобы стонала и кричала от наслаждения. Он планировал выпендриться, да, но не ради себя самого. Он думал о ней и хотел показать, что в его постели всегда позаботятся о ее удовольствии, что здесь ее телу будет хорошо и только хорошо.       Однако...чтобы она испытала наслаждение, она должна неистово хотеть, буквально сгорать от желания. Ведь мы не чувствуем удовольствия от тех вещей, которых не хотим искренне. Надо замучить, заласкать ее до такого состояния, пока она не станет совершенно покорной, дрожащей, мечущейся, хватающейся за простыни, истекающе-мокрой и умоляющей ее взять.       Да, он хотел, чтобы она жадно просила его, чтобы с ума сходила от страсти, как и он сам... Не все же ему одному мучиться. Он хотел удовлетворять ее желания. Но для того, чтобы выполнить эти ее желания, надо сначала пробудить их в ней, создать их. А многого она, скорее всего, даже не знает, с ее-то раненым опытом. Ее тело пока не подозревает, что с ним будет. Не понимает, чего именно оно жаждет. Надо достать это из нее наружу, заставить прочувствовать...       JK хотел, чтобы ее вожделение было видно даже из космоса. Это не просто потешит его самолюбие, это даст им обоим сразу так много чувственных ощущений, которые не опишешь никаким словами. Он хотел, чтобы она была с ним как новорожденный, только что укушенный и обращенный вампир, который до безумия хочет напиться крови. Пусть бросится на него, стараясь прокусить его вены. Собственно, она уже попробовала это сделать, поиграла в вампиршу, когда кусала его руку.       И он... готов напоить ее собой. Во всех смыслах. Своей кровью... своей любовью...       Поэтому JK решил раздраконить свою девочку основательно. Он навис над ней на вытянутых руках и пристально наблюдал, как она поддается ему, как разрешает завоевывать ее тело миллиметр за миллиметром. Она реагировала на каждое его прикосновение, на все жаркие и нежные поцелуи, опалявшие кожу. Она вздрагивала, тянулась к нему навстречу, приподнимаясь с постели вверх, ища его губами и руками. Но он хотел увидеть больше, поэтому продолжал пытку, мягко опрокидывая ее на черные простыни, заставляя снова и снова ложиться на спину и только послушно принимать его ласки.       Он действовал как настоящий искуситель. Оттягивая удовольствие, не торопя соитие, не давая девушке слишком много инициативы, не позволяя ей трогать и ласкать его в ответ, прижимая ее запястья к постели, иногда отстраняясь, чтобы она сразу же, всем телом, всей распаленной, разгоряченной кожей могла ощутить холод одиночества... И попросила его вернуться к ней.       Как бы только самому себя не обмануть, пока ее целуешь, кусаешь, облизываешь и гладишь, пока смотришь на ее жажду и готовность отдаться. Если ей тяжело терпеть и ждать, то ему-то и вовсе невыносимо отрываться от нее. Она тоже его возбудила до крайности. Чонгук ощутил, что почти теряет контроль, что может кончить от одного только вида ее страсти, от этой вздрагивающей напряженной груди, от жалобных нежных стонов, которые срывались с ее губ все чаще и чаще, от того, как она на него смотрела...       Да, она почти не закрывала глаз, смотрела на него, обдавая жаром и какой-то запредельной откровенностью. Он чувствовал, что ему все тяжелее справляться со своим желанием. Его член стоял как вкопанный. У его девочки тоже стояло все, что только могло. Грудь призывно торчала, заставляя парня снова и снова ласкать языком и губами соски, слегка всасывая их. Клитор под его рукой стал возбужденным, половые губы припухли. Его пальцы покрылись обильной смазкой, JK даже удивился тому, насколько мокрой и жаркой стала его девочка. Дико приятно ощущать эту волшебную, самую крайнюю степень вожделения и присваивать его себе.       Пожалуй, пора попробовать ее возбуждение не только на ощупь, но и на вкус. Только бы не наброситься на нее, не растерзать, не напугать. Набрасываться сегодня можно только ей.       Он потянулся к ее лицу, нежно поцеловал в губы, в шею, коснулся языком надписи «‎I'm Love»‎, скользнул открытым ртом куда-то вниз, оставляя жаркий влажный след во впадине живота. Кажется, Кристина начала понимать, что сейчас будет, и безуспешно попыталась остановить парня. Он добрался до очень опасной зоны, где она теряла контроль и способность трезво мыслить. Но он не собирался останавливаться.       Девушка руками закрыла пылающее от смущения лицо, раз уж она уже опоздала и пустила его так далеко. И почувствовала, как он руками подтянул ее за бедра к краю кровати. Пара движений — и Чонгук сел на пол, а его голова оказалась у нее между бедер. Кристина хотела сомкнуть ноги, но он не дал ей этого сделать, наоборот, хотел, чтобы она еще больше раскрылась ему навстречу. С нажимом оглаживая внутреннюю поверхность своими горячими ладонями, он словно нагонял весь жар туда, прямо в нутро, в центр ее возбуждения... И ей казалось, что там растекалась лава.       Внезапно новое ощущение: он щедро, смачно провел языком по внутренней стороне бедра, потом сделал так же со вторым и двинулся дальше, выше, теперь уже к самой цели. Кристина все же рискнула взглянуть на него и просто одурела от увиденной картины: JK положил руки поверх ее ног, зафиксировал их, чтобы она не могла закрыться, а ртом потянулся прямо туда, обжигая своим дыханием.       Она увидела перекаты его мышц, эту по-хозяйски лежащую на ее бедре татуированную руку, эти пряди волос, упавшие на его лоб, и само движение — то, как он приник губами к ее распаленной плоти... Застонала и сразу откинулась назад, на постель. Глаза обожгло только от одного вида, а ведь на нее обрушилась еще и лавина ощущений от его дыхания, губ и языка. Господи, как же выжить, когда видишь и чувствуешь такое?       Его рот такой горячий, а язык такой быстрый и бесстыдный... Она чувствует, как он раздвигает, облизывает, собирает влагу, прижимает, вдавливает, настойчиво проникает внутрь, проталкивается глубже. Он так энергично приступил, что она мигом теряется от нахлынувших чувств, выгибается в спине, мечется, пытается выбраться из этого капкана, потому что это слишком, слишком хорошо. Но он не пускает. No mercy. Она в его железных руках, и он не знает пощады. Или знает?       — Нравится? — отрывается он на секунду и любуется ее беспомощным видом, ее вздымающейся от сбившегося дыхания грудью, гибким вздрагивающим животом.       — Д-да, — просяще стонет она и замирает, ожидая того, что будет дальше.       И он, улыбнувшись, продолжает. Его действия как бы говорят: нет, я пока не отпускал тебя, сейчас из глубины твоего тела мы будем добывать лучший на свете оргазм. Дерзкий рот снова безжалостно впивается в ее промежность, а руки тянутся к ее груди, чтобы не обделять ощущениями столь чувствительные точки. Пальцы сжимают затвердевшие соски, тянут их вверх и слегка покачивают прямо на весу, не отпуская и чуть скручивая. Это вызывает очень острые ощущения.       Кристина чувствует, как от сосков внутри идут мощные сигналы в каждую дрожащую клеточку ее тела. Его язык в это время замедленно двигается по клитору снизу вверх, оставляя широкие влажные полосы, как бы поглаживая его. И снова, и снова... А потом без предупреждения он вновь вторгается в самую глубину, трахая языком ее влагалище.       Тело Крис словно подверглось резкой атаке, она не ожидала такого напора, она сломлена в один миг, и больше нет сил сопротивляться. Он делает это не грубо, не больно, но так интенсивно, что она вообще перестает понимать, что с ней происходит. Ей плохо и хорошо, она истекает и тут же сгорает под его дыханием, хочет избежать этой пытки и хочет, чтобы это продолжалось. Стоны вырываются из груди сами собой, контроля ноль, она себя полностью выдала. Просто неудержимо стонет на весь Сеул, потому что не в силах себя сдерживать.       Да он и сам... Не молчит! Ну почему он такой громкий? Постанывает и издает звуки удовольствия, будто ест что-то вкусное... О да, это он умеет и любит, она знает их давно, помнит с тех пор, когда смотрела трансляции... Но теперь-то он делает это, вылизывая ее... Как же все-таки не умереть от его языка? Это была бы самая нелепая причина смерти... Кончить — и сразу в рай?       Ее руки беспомощно хватаются за простыни, словно она хочет до чего-то достать, но не дотягивается. Пока, наконец, не догадывается положить их на его голову, зарыться пальцами в волосы. Ей оттянуть его от себя или прижать туда еще сильнее? Что делать? Ей вообще надо что-то делать?       Она прихватывает его волосы у самых корней и чувствует, что сейчас сделает что-то сумасшедшее... Так, наверное, не делают хорошие девочки.... Но она толкает его к себе, ближе, глубже, чтобы он всем лицом прикасался к ней там. А JK доволен, что она наконец показала, как бешено его хочет, как сильно ей все это нравится. Его любимая плохая-хорошая девочка все сделала правильно, это и для него сигнал, что он действует верно.       Она стонет, ее ноги дрожат, тело вздрагивает, и это его заслуга. Как же приятно доводить Кристину до такого состояния! Пожалуй, он попробует еще кое-что, чтобы совсем ее покорить. Он присасывается к ее клитору так шумно и смачно, с такими хлюпающими и чавкающими звуками, что она снова краснеет. И радуется, что он не видит ее смущения... Ну чем там можно так причмокивать? Как вообще выжить в этом хлюпающем безумии?       JK втягивает ее, словно рамен, как лакомство, какой-то сочный фрукт вроде персика. Это настолько завораживающе пошло и бесстыдно, что дальше уже некуда. Крис так течет, что залила бы ему все простыни, если бы он все это безбожно не вылизывал до последней капли. Он всасывает, обхватывает губами, делает что-то безумное своим языком, но при этом Крис чувствует, что он контролирует процесс, не доводит ее до оргазма сразу. Вот же какой, и здесь хочет самоутвердиться... выпендриться. Чемпион!       — Ты сладкая, как дальгона*, — вдруг говорит он, оторвавшись от нее и довольно улыбаясь. — Мне нравится твой вкус.       Кристина со стоном выдыхает и даже не пытается на него смотреть, наоборот, прикрывает глаза рукой. Он что? После всего, что вытворял своим языком, еще в состоянии говорить? Да он издевается! Еще и сообщает такое, от чего ей сносит крышу окончательно. Но ему действительно нравится: занятный новый вкус, довольно приятный, нежный и одновременно терпкий. Такого он пока не пробовал.       Крис кажется, что после этого ей должны отказать все органы чувств. Разом. Слишком много ощущений. Это невыносимо, невозможно, оглушающе приятно. А он их добавляет еще... присоединяя движения рукой... Растягивая упругие стенки, он чувствует, как она обнимает его пальцы, и его это тоже заводит, хотя кажется, что больше уже нельзя, он и так возбужден до предела.       Но он умеет ждать. Ничего, он уже почти достиг цели, скоро она кончит, это чувствуется. И для него это дело чести, чтобы дама кончила первой. Мазнув языком по клитору еще один смачный раз, он поднимается к ней. Он хочет ее губ снова, поэтому теперь так же жадно присасывается к ее рту, а его пальцы продолжают вытворять с ней что-то невообразимое.       JK придавил девушку боком, одной половиной тела, оставляя пространство для маневров, и теперь его рука двигается в ней еще энергичнее. Двумя пальцами он внутри, а большой палец в это время не прекращает дразнить и растирать ее набухший клитор.       — Крис, — зовет он ее полушепотом, наклоняясь к самому уху . — Кончи сейчас для меня, пожалуйста.       — Что? — она выныривает из глубины ощущений, смотрит на него и будто не понимает, чего он от нее хочет.       — Крис, я хочу, чтобы ты кончила сейчас, — в его карих глазах лукавые чертики, мучающие ее, а сам он выглядит страшно довольным. — Хочу увидеть это... So show me...       — Окей... I'll show you, — Кристина даже чуть засмеялась, когда вспомнила песню, но говорить было трудно, дыхание сбивалось от ощущения его пальцев, сладко терзавших ее. — JK, не смеши... меня... у меня тут... заказ.       — Вот именно, малыш, вот именно, — тоже засмеялся он — Не отвлекайся, будь серьезной, прошу.       Он смотрел на нее со страстью, с таким вожделением и обожанием, что она и сама не могла отвести от него взгляд. Ей казалось невыразимо прекрасным кончить, глядя в его глаза. Правильно говорят, что оргазм прежде всего формируется в мозгу. Она уже была настолько доведена до крайности, так измучена своей любовью и его наглыми блистательными манипуляциями, что теперь кончила очень быстро. Почти сразу. Прям на заказ, как он и просил.       Он почувствовал, как сокращаются стенки ее влагалища вокруг пальцев, увидел, как Кристина как-то подозрительно затихла, а потом так сладко застонала, что он все-все понял. И в этот момент забрал остатки стонов с ее губ поцелуем. Черт, он даже не думал, что получит столько удовольствия от ее оргазма, до которого он довел ее собственноручно.       Осталось сделать это собственночленно. Потому что он так-то ждал этого момента, очень ее хотел и уже устал терпеть. Но его девочка догадливая, поэтому потянулась к его члену, обхватила своей рукой и сделала несколько мягких движений вверх-вниз. Хотелось даже, чтобы она схватилась покрепче, пожестче. Не привыкла еще, боится, наверное, причинить дискомфорт. Дурашка.       — Возьми его сильнее, — подсказал он, и она тут же стала энергичнее двигать рукой, шуточно пугаясь, что член от стимуляции как будто стал еще больше.       — JK, это так задумано, да? Он такой огромный, — она даже не сразу поняла, что невольно сделала комплимент. — Мне интересно, поместится ли он во мне?       — Хочешь проверить? — усмехнулся он, сдерживаясь из последних сил, чтоб не кончить ей в руку.       — Да, очень хочу, — она чувствовала, что была пустой и ей не хватило ощущения заполненности, внутри все ныло. — Чонгук, пожалуйста, я хочу тебя в себе.       — Я давно готов, — ответил он, укладывая ее удобнее под собой и ложась на нее уже всем телом. — Уверена?       — Да, JK, я тоже хочу увидеть, как ты кончишь, — попросила она. — Покажи...       Она не закончила фразу, потому что вошел в нее сразу всей своей убийственной длиной, и она аж задохнулась от этого ощущения. Его изнывающий член просто фантастически расширил ее тело и, видимо, заодно и сознание, потому что внезапно пришла какая-то неописуемая ясность. И понимание, что теперь у нее все время будет фантастический секс. Огромным членом. С красивым парнем. Тьфу, черт... С красивым парнем с огромным членом.       Увы, ощущение ясности быстро прошло, потому что JK снова ухитрился повергнуть ее в состояние дрожащего, ополоумевшего, ослабевшего, отчаянно цепляющегося за его плечи, беспомощно стонущего существа. Буквально в состояние мартовской кошки, которой приспичило в декабре. Крис чувствовала, что ее возбуждение все еще с ней и просто так не уйдет, уж очень долго Чонгук ее разогревал своими инквизиторскими ласками-пытками, уж слишком беспечно создавал в ней желание космического масштаба.       Дальше происходило невообразимое: он швырял, переворачивал и крутил ее, явно не осознавая своей силы. Играл с ней, словно кот с мышкой. Ему все было интересно, все надо было попробовать. Его поцелуи и засосы горели на каждом миллиметре ее тела. Его член был в ней под какими-то фантастическими углами. И снова он почти не давал ей никакой инициативы, поэтому она просто отдалась вихрю ощущений и экспериментам Чонгука.       Нет, он не был груб, просто очень силен и нетерпелив. Ведь он ждал этого и сдерживался во всех смыслах довольно долго. И глобально с момента знакомства, и конкретно сегодня. И вот, наконец, она с ним, под ним, а он в ней. Как же там тесно, жарко, мокро и одуряюще приятно. Как же сладко брать ее, любимую и желанную, видеть и слышать ее страсть. И осознавать, что это теперь его девушка.       Почему-то вспомнился разговор про Со Джуна, и это вызвало у JK гнев и желание присвоить Кристину себе. Здесь и сейчас. Сексом, своими метками, погружением друг в друга. Он не просто занимался постельной акробатикой, он что-то доказывал ей и себе. JK всегда немного сердился на Кристину за то, что она была желанной и для других. Но мысль, что он в итоге получил «‎главный приз»‎, подстегнула, усилила его желание, темп и амплитуду движений.       Было и желание наказать ее — за те мучения, что она ему принесла, за с ума сводящую ревность. Что-то темное и животное захлестывало его, и он позволил этому себя поглотить. Хотелось растерзать ее, разорвать на части, заставить кричать. Его понесло, он стал трахать ее более жестко и глубоко, бесцеремонно вбиваясь в ее тело, забирая как трофеи ее жалобные стоны.       Хватит с него. Он и так долго смотрел, как она нравится другим, как чьи-то сальные взгляды вечно прилипают к ее частям тела. Скорее всего, ее мысленно перетрахали многие. Он знал мужскую природу, знал, как это бывает — проверено на себе. Гонять грязные пошлые мысли насчет красивой девушки, а потом дрочить на ее фоточки — обычное дело. Но сейчас она с ним по-настоящему. Она его девушка. Как любого достигатора, Чонгука заводят такие мысли. Он всегда должен всех побеждать, быть первым и лучшим.       Лучше всех остальных.       Лучше старших мемберов.       Намджун любит поумничать с ней, уважает за образованность, но при этом пялится на нее, как маньяк. Ок, хён. Она тебе все равно не достанется.       Хосок, ты восхищаешься пластикой Кристины? Но ее пластика в постели еще круче, и ты этого не увидишь, это доступно только мне.       Пока ты, Юнги, раздумваешь, как к ней торжественно подкатить, она будет кончать подо мной, давать во все места и просить еще.       Тэхён, любитель аппетитных девичьих форм! Вечно ты залипаешь на Крис в районе попы и груди. Тебе ничего не светит, она моя.       Чимин, даже не думай смотреть в ее сторону. И хватит строить из себя милого славного парня. Я знаю, что у тебя на уме, но ты ничего не получишь.       Джин-хён, ты слишком боготворишь Крис, но она земная девушка, и ей нравится, когда ее возвращают в реальность ласками. Увы, твои плечи ее не впечатляют, она разве что посмеется над твоими шутками. Она мила с тобой, но не более. Снисходительность и сочувствие тебя устроят?       Все это за секунды пронеслось в голове Чонгука, но он быстро забыл о «‎победе»‎ над хёнами. Потому что девушка была ему дорога и без этого. И злость отступила, он это почувствовал. Нет, не наказывать ее он хотел, а все-таки... любить.       Она всегда как-то ухитрялась переключать его с разума на чувства, на бурю новых ощущений и переживаний. Поэтому он желал ее телом, душой и сердцем..Огромная разница в том, занимаешься ты этим с любимой девушкой или нет. Огромная. У него был опыт без любви, чисто на одном животном желании. И это не может сравнится с тем, что он испытывает сейчас.       Чонгук снова играет с ней, крутит и вертит девичье тело, пробует его в разных позах. В какой-то момент чувствует, что скоро кончит, и решает остановиться, чтоб продлить удовольствие еще немного. Он вынимает свой член и просто нависает над Кристиной на руках, наклоняясь и мягко целуя.       — Нееет, ну почему мы остановились? — хнычет она. — Что ты придумал?       Внезапно он придвигается бедрами поближе к ее голове. Он стоит на коленях, она лежит на спине между его ног, и стоящий член уж слишком явно указывает на то, что он придумал. Крис непроизвольно облизывает губы и смотрит Чонгуку в глаза. Она совсем не против, давно этого хотела. Он ухмыляется и как бы говорит: не, я не дамся тебе так просто.       Головкой члена парень касается возбужденно торчащего соска, выводит на нем какие-то узоры. Кристина не ожидала такой смелой ласки, но ей очень нравится. Поэтому она смотрит на это во все глаза и издает нетерпеливый вздох, похожий на стон. Теперь член трется уже о другую грудь, а руками Чонгук ласкает первую. Затем он ладонями чуть сжимает обе груди, вводя член между ними и начиная медленно двигаться.       Когда он толкает его вперед, головка оказывается у самых губ девушки, и она успевает ее немного облизывать. Кристина улыбается и хитро смотрит Чонгуку в глаза, дразнит языком, широко подставляет его, чтоб головка ложилась на него. Черт, сверху это выглядит просто крышесносно: его член упирается в ее улыбающиеся губы, и ее язык скользит по головке. Чонгук отпускает ее грудь, придвигается еще ближе к голове Кристины, берясь за спинку кровати.       Но не засаживает ей в рот сразу, хоть и очень хочется, а смотрит на все это. Он трется членом о ее лицо, иногда попадаясь в ловушку языка и жадно раскрытых губ. Вот же чертовка, она тоже умеет подразнить. Чонгук еле сдерживается, издает какой-то рычащий стон.       Она смотрит на него снизу, и снова дуреет от того, что видит. Красота этого мужского тела не перестает ее удивлять. Как же роскошно секутся его мышцы, когда он так напряженно и нетерпеливо стоит над ней. Какой у него красивый мощный член, покрытый рисунком проступивших вен! Кристина знает, что JK просто жаждет отыметь ее в рот. Она всегда это откуда-то знала. Только сейчас он медлит и не дает ей схватиться за член руками, опять драконит ее.       — Ну же, дай мне его! — откровенно просит она, желая его немного удивить и поторопить.       — Хочешь сосать? — он готов добавить немного пошлых разговоров.       — Да, ты же знаешь, — она снова облизывает губы и хищно улыбается.       — Я все думал раньше, глядя на тебя: интересно, берет ли она в рот? — он хочет увидеть ее реакцию на его откровенность, на то, что он смотрел на нее и с такими мыслями тоже.       — Сомневался? — похоже, ее это не смущает, она усмехается и смотрит ему в глаза. — Я беру в рот, доволен?       — Хочу, чтоб только мой член был там, — нахально отвечает он. — Тогда буду доволен.       — Да и так... Черт! — в шутку сердится Кристина. — Что ты там думаешь обо мне?       — Думаю, ты классно сосешь, милая, — ухмыляется он, а Крис чувствует, что она опять дико возбуждается от этого разговора.       — Я сосу так же хорошо, как и пою. Не болтай, а проверь, — дерзко отвечает она.       — Ого, вот это заявления! — удивляется JK. — А то, что ты поешь, как-то влияет?       — О да, мой рот готов к любым перегрузкам, — улыбается она, а потом открывает рот и снова подставляет язык, как бы приглашая.       Чонгук не может больше смотреть на это бесстыдство, да и обсуждать тоже, его просто разрывает на части. Какая горячая у него девушка. И какой же у нее жаркий рот, видимо, любящий грязные разговорчики!       — Готова к перегрузкам? Тогда бери его, милая, — Чонгук направляет свой член рукой и глубоко входит в ее горло.       И тут же зажмуривается от того, насколько это потрясающие ощущения. Он откидывает голову назад, открывая мускулистую шею, и громко стонет. Чонгук всегда хотел напихать ей в рот по самое не хочу, особенно когда злился на нее, а она болтала что-нибудь бесячее без умолку. Не раз думал, что это отличный способ заткнуть ее говорилку. Да что уж там, он с первого раза мысленно поставил ее на колени и заставил у него отсосать. И это было... волшебно. Но сейчас было в разы круче.       Кристина тоже издала какой-то нереальный для его ушей звук удовольствия, словно наконец получила желаемое. Этот стон с его членом во рту — как же это кайфово! Чонгука опять накрывает животный порыв, и он довольно жестко трахает ее горячий рот, не в силах сдерживать страсть.       Крис становится трудно дышать, она упирается руками в бедра Чонгука, отталкивая его. Но тот не дает ей вырваться, фиксируя ее голову на подушке. Его несет, ему действительно трудно себя контролировать. Нет, надо дать ей подышать... Чонгук резко вынимает член, отчего девушка издает громкий стон-вздох, пытается отдышаться.       — Нравится? — тяжело дыша, спрашивает он.       — Да, — смеется она и немного задыхается. — Не надейся, что я скажу «‎нет»‎... И тебе... тоже нравится... ты меня хочешь именно такой... Примерно всегда.       — Не представляешь, насколько ты права, — и он снова глубоко входит в ее рот, двигаясь резкими точками.       Он почти достигает пика, но все же останавливается, с трудом вынимая член из этого жаркого, влажного, волшебного места. Как же там хорошо, он обязательно туда еще вернется. И, кажется, не раз.       Чонгук сквозь зубы втягивает воздух, буквально шипит, ему уже просто надо кончить. Тяжело, невыносимо, но у него план, и он ему следует. JK делает небольшую рокировку, оставляя ее рот в покое. Сейчас он хочет кончить по-другому. Он пытается успокоить пульс, спускается ниже, чтобы снова оказаться между ее ног. И снова входит в ее узкое сочное влагалище, а сам в это время жадно целует ее губы. Он хотел завершить все именно так: брать энергию сразу из двух источников, снизу и сверху. Целуя и трахая одновременно.       Он больше не сдерживается, незачем.       Если его девочка такая крутая, то кончит еще раз, а если нет — то все равно она уже получила свою порцию удовольствия. Или позже он готов это повторить, без наслаждения она отсюда точно не уйдет. Внезапно JK совершил открытие: ее стоны совсем не надоедают, они всегда звучат отлично. Стони, моя хорошая. Можно и громче. Можно даже кричать.       Интересно, можно это добыть из нее? Ну, не просить об этом, а сделать что-то такое, чтобы повысить громкость? Секс ведь — просто ремесло. Творческое занятие, но и ремесло. Делай раз — делай два — получай результат. И он решает, что надо сделать так, чтобы угол вхождения был другим, чтобы его члену стало еще уже и теснее, это позволит затронуть все ее чувствительные точки. Ножки, мать его, клитора. Про сам клитор тоже надо не забыть!       Он поднимается и встает на колени, а ее ноги ловко и аккуратно ставит себе на плечи. И входит уже по-новому. «‎О, дааа... Черт, милая, от тебя искры из глаз. Как ты это делаешь?»‎       Ее таз приподнят, он немного на весу, и Чонгук просто насаживает Кристину на свой член, крепко удерживая сильными руками. Но так его руки больше заняты силовыми нагрузками, надо бы их рассвободить. Он тянется за подушкой, которая валяется неподалеку, и кладет ей под попку, чтобы таз был приподнят. Да, вот теперь он сможет и ласкать ее клитор рукой, и одновременно отодрать как следует. А дальше...       Что-то щелкнуло, и началась неистовая тряска, от которой Кристина действительно взвыла. Звуки секса, запах секса и какие-то американские горки секса повсюду. Она вцепилась своими руками в его руки, чтобы удержаться на этом безумном аттракционе и не выпасть из него. И он наконец услышал то, что хотел... О да... Громко, очень громко и очень классно.       «Кричи, моя хорошая...»       Кристину все-таки выкинуло с аттракциона в какую-то белизну. Прямо как в ее дораме, только тут она была не собой, а кем-то или чем-то другим... Ей казалось, что она не человек, а некая физическая материя, которой надо собраться в форму. Но она одновременно и мыслящая субстанция. И одно сплошное чувство, ощущение, удовольствие. Кажется, у нее не было тела... А что, если космос — белый? Может, ее выкинуло в космос? Может, это рождение сверхновой звезды? Как иначе объяснить эту вспышку, которая произошла с ней?       Тело она начала ощущать с теплых капель и струй на своем животе. Может, это Млечный путь в ее космосе? Что... что происходит вообще? Понемногу стали подключаться разные сенсорные ощущения. И она увидела, что Чонгук ждет ее возвращения, улыбаясь и пытаясь отдышаться. Он обильно кончил на ее живот, и, кажется, смущен таким количеством спермы... Ее правда было много. Как будто он копил ее для Кристины целый год. Девушка приподнялась на локтях и смотрела на эти капли, которые залили и ее грудь, и живот, и даже добрались до шеи и подбородка. Забавно. Они уже кончили, а все еще можно пошалить и подразнить Чонгука.       — Чуть-чуть не достал, JK, — игриво сказала она, собрала пальчиками с подбородка капли спермы и слизала их.       Он смотрел, смотрел на нее во все глаза. Не мог оторваться, хоть и смутился от этой ее шалости.       — Прости, в следующий раз доставлю по назначению, — выдохнул он, неловко улыбаясь.       Кристина была настроена еще немного его посмущать, поэтому пальчиками начала размазывать по себе беловатую жидкость, втирая ее в кожу. Она оглаживала свою грудь, лаская ее, равномерно распределяя по себе все эти капли.       — Стой, Крис, я хотел вытереть тебя салфетками, погоди, — JK аккуратно опустил ее ноги на постель и рванул к ночному столику, за средствами гигиены.       — Я половину сейчас съем, — пригрозила она, чем рассмешила его.       Он устроился рядом сбоку и действительно стал вытирать ее тело — мягкими сухими салфетками, потому что вытирать влажными было бы холодно. Кристина тоже торопливо вытирала капли и тут же нахально слизывала их, поглядывая на Чонгука. Он улыбался, почему-то смущался и вообще держался очень странно.       — Давай оставим это для другого раза, Крис? — все так же неловко попросил он.       — Жадина, — проворчала она. — Я, конечно, ценю твои попытки меня накормить — и до этого, и во время этого, но... Я так и осталась голодной!       Чонгук засмеялся, скинул все использованные салфетки на пол и повалился на нее, благодарно целуя в губы. Ну вот что она с ним такое делает?! Черт побери, она и правда съела его сперму, уму непостижимо. Приятно ужасно. Вроде бы это такая банальщина, все порновидео примерно об этом. Но у нее это вышло как-то по-другому. Она показала, что принимает его... полностью. Ей это даже понравилось, кажется. Он выпытает потом, надо уточнить. Но, кажется, ей нравится?       — Я сейчас тебя правда накормлю, будет очень вкусно, обещаю, — сказал он ей, снова и снова мягко прикасаясь ртом к ее припухшим губам.       Кристина вдруг облегченно рассмеялась.       — Господи, я ждала этого двенадцать лет в Азкабане!* — со смехом сказала она. — JK, почему мы не сделали этого раньше, а?       — Я не знаю, — сказал он, оперевшись на локоть и с улыбкой всматриваясь в ее лицо. — Наверное, не были готовы?       — Мне кажется, мы дураки, — смешным тоном пробормотала она.       JK повалился на спину и тоже начал смеяться:       — Тебе не кажется. Мы дураки, точно.       Теперь Кристина бочком забралась на него и положила голову ему на грудь:       — А почему ты смутился, JK?       Он рукой гладил ее по волосам, перебирая длинные пряди и раскладывая их на своих груди и животе.       — Не знаю... Это было так... будто я тебе нравлюсь весь... так интимно, нежно, что ли... Я знаю, некоторые выплевывают специально.       — Но ведь и ты сделал так же, JK! Я чуть со стыда не умерла, — смущенно пробормотала она, вспомнив, что он с ней вытворял.       — Значит, мы квиты, — засмеялся он. — Хорошо, что в этот момент люди немного под наркотой желания, и им не стыдно.       — Да уж, я точно была под наркотой, — промурлыкала Крис. — Ты что-то сделал со мной, что-то подсыпал мне.       — Кстати, Крис, а я думал... Есть мнение, что девушки во время секса чаще закрывают глаза,— JK подбирал слова. — А ты так смотрела на меня, что я порой в шоке был, это так... заводит!       Кристина вскинулась, подняла голову, с недоумением уставилась ему в глаза.       — Ты спятил, что ли, Чонгук? — в шутку возмутилась она и заулыбалась.— Ты такой красивый был, а я глаза должна закрывать? Вот еще! Нет уж, я буду смотреть, как ты меня имеешь...Или как я тебя имею...       Она сказала это, чтобы подразниться, но JK услышал то, что для него было важно: он красивый, и на него хочется смотреть. И снова она попала в его больное место своими исцеляющими словами. Красивым он себя не считал. Все время сравнивал с другими и видел, как много вокруг других красивых парней. Более красивых, чем он. Знал бы он, что не только внешность определяет привлекательность, меньше бы переживал. Но пока...       — Ты тоже была красивая, Кристин, — пробормотал он, притягивая ее к себе и целуя в губы. — Ты всегда красивая, но в тот момент стала запредельно прекрасной... Я офигел, если честно.       — Хорошо, это все замечательно, но... — Кристина вдруг вспомнила о еде. — Интересно, а если я такая красивая, могу я тогда получить хоть миску риса в этом доме, а? Красавиц тут кормят едой или только сказками?       — Ах ты, — рассмеялся Чонгук. — Это не сказки, ты что! Иди пока в душ, а я разогрею еду.       — Я могу и чумазой есть, и холодную еду, я от голода умираю вообще-то, — шутливо ворчала Кристина, пока он вел ее к ванной.       — Там в ванной есть полотенце... Вообще там все полотенца свежие, я поменял, — буднично инструктировал ее Чонгук. — И там на столике есть пакет... Это я... пижаму тебе купил, вот... Надевай, по размеру должно подойти. — Пижаму купил? Почему? — изумилась Кристина. — Это еще что за новости?       — Давай мы поедим и обсудим кое-что? — предложил Чонгук, обеспокоенно заглядывая в ее глаза. — У меня есть для тебя одно предложение. Надеюсь, ты не сможешь от него отказаться.       И он втолкнул ее в просторную роскошную ванную комнату. Кристина прошла к зеркалу и охренела от увиденного. Перед ней стояла какая-то сумасшедше прекрасная, затраханная и залюбленная девушка с ведьминскими глазами.       Давно пора было стать такой.