Тату на моем сердце

Конец апреля, 2024 год

      Очнуться в 5:00 утра, с перепоя, стоя, в мятой одежде, посреди Лос-Анджелеса? О да, у Крис пока не было такого экстремального опыта до сегодняшнего дня. Что за всратый телепорт и откуда он ее сюда выгрузил минуту назад? Она что, спала стоя? Или что? Как можно было напиться на вечеринке до такого состояния, что почти все стерлось из памяти? Чтоб еще хоть раз! Да никогда больше!       Крис заметила на другой стороне улицы, через дорогу, парнишку-папарацци, который уже примерялся, чтобы поймать ее в кадр. Черт бы его подрал! Как давно он здесь? Успел ли он ее сфотографировать раньше или тоже только что телепортировался прямо из безденежья и желания разбогатеть?       Девушка размышляла, как ей поступить: подойти к нему и предложить денег, чтобы он сфоткал ее нормально, погнаться за ним, забрать камеру и разбить ее вдребезги, или просто втянуть живот и вспомнить основы позинга? Да уж, сейчас из нее выйдет офигенная модель! Со спитым отекшим лицом, с птичьим гнездом на голове, в одежде набекрень... Да fuck!       Она все же втянула живот, выпрямила спину и попыталась выглядеть непринужденно, словно она вышла погулять в пять утра на безлюдные улицы LA... Ах да, вот и сумку свою вывела погулять за неимением собачки! Крис чертыхнулась, увидев, что ее сумка Dior лежит у ног на земле, а она ее держит за поводок ремешок. О, как это изящно! Ни дать ни взять — Одри Хепберн, настоящая леди... Твою ж мать!       Может, дать ему денег, чтобы, наоборот, он ее НЕ фоткал? Пообещать дать ему хорошие кадры в другой раз? Сделать его своим личным папарацци? Ах нет, ему не нужны хорошие кадры, он, скорее всего, хочет сделать те самые, которые будут ее позорить или дискредитировать... И, разумеется, все это увидит Чонгук.       До JK новости о ней быстро доходят, потому что он сразу их ищет, интересуется, что там делает Крис, пока он в армии. Можно было бы придраться к тому, что он ее контролирует, но это было просто любопытство и желание знать о ней побольше. Никогда JK не говорил ей ничего плохого, никогда не критиковал... Но каково ему будет увидеть ее такой? Не ранит ли его что-нибудь? Она даже сама не до конца разобралась, что с ней происходило в последние часы, а он и вовсе будет переживать о ней. Крис постаралась не кривить лицо, улыбнулась и помахала парню с камерой.       — Эй, иди сюда, — позвала она сразу голосом и жестом руки. — Не бойся...       Парень настороженно уставился на нее, убрав от лица камеру. Потом ткнул себя в грудь указательным пальцем и уточняюще кивнул: меня зовешь?       — Да-да, я тебя зову! — рассмеялась Крис. — Подойди сюда, пожалуйста.       Но тот не спешил и отрицательно замотал головой. Видимо, боялся, что Крис все же попробует отнять у него камеру и уничтожить отснятые кадры.       — Покажи, как получилось, пожалуйста, — крикнула она и снова засмеялась. — Да иди же сюда, ну!       Парнишка все же рискнул и двинулся к Кристине через дорогу. Он был выше ее ростом, но казался мелким. Ему, пожалуй, было лет двадцать. И Кристина подумала, что с ним можно договориться.       — Боишься меня? — спросила она, улыбнувшись и посмотрев на него снизу вверх, когда он подошел. — Почему?       — Н-нет, я не боюсь, — парнишка растерялся и начал краснеть. — Что вы! Вы очень милая, и я подумал... Пусть все увидят, что вы... такая.       — Какая? — хитро сощурилась Кристина, пристально вглядываясь в глаза папарацци.       — Простая, — пролепетал парень. — Обычная, как я... Как все мы.       — Я и есть простая и обычная, — кивнула Крис. — Как тебя зовут, Мистер Фотограф?       — Джейк, — парнишка сделал кивок головой, представляясь.       — Что ж, Джейк, а меня зо...       — Я знаю, я знаю! Кристен... Крис Ламар... Я знаю ваши песни! — затараторил парень.       — Вау, здорово! Спасибо, это приятно, — Крис подумала, не выглядит ли она глупо, пытаясь из такого состояния очаровать парнишку, и вздохнула. — Можешь показать, как я получилась? На твоих фото?       — Да, конечно! — совсем растерялся парень от такого формата взаимодействия. — Я не очень умею, только учусь.       Они склонились над камерой, глядя в небольшой экран и оценивая сделанные кадры. Парень, похоже, не мог поверить, что вот так просто и близко будет общаться со знаменитостью.       «По крайней мере, я знаю, как выгляжу прямо сейчас. Думала, будет хуже. Но нет, видимо, я пока испортила не все на свете».       — Эй, ты все наврал, получилось не так уж неумело, — Крис легонько толкнула его локтем в бок. — Даже хорошо...       — Правда? — у фотографа загорелись глаза.       — Правда, — твердо ответила Крис. — А кому будешь сдавать? Есть каналы?       — Есть, — густо покраснел Джейк. — Простите меня, Кристен.       — Да ладно тебе, не извиняйся, я все понимаю, — закатила глаза Крис. — Давай перефоткаем? Сделаем еще лучше?       — Вы что, серьезно? — оторопел нерадивый фотограф. — Вы мне позволите? Будете позировать?       — Ну, не то что бы позировать, просто сделаем кадры четче, м? Что скажешь? — Крис вдруг почувствовала приступ тошноты и поняла, что ей впору блевать, а не дефилировать по улицам.       — Кристен, вам нехорошо? — заботливо спросил парень, увидев, как позеленело ее лицо. — Вам помочь?       — Так точно, Джейк, — почти простонала она. — Мне плохо... Помоги...       — Давайте зайдем в кафе? Тут недалеко, — парнишка повесил сумку на плечо Крис, взял ее под руку и куда-то повел. — Оно с 6:00 открывается... Я вас отведу. Там можно зайти в туалет и потошниться от души... Не на улице же делать такое...       «Господи, какой позор! Какой-то обычный картошный Джейк ведет меня в кафе блевать! До чего я докатилась и до чего докачусь еще? Лишь бы не тошниться прямо на него... Господи, помоги мне дойти до сортира и сохранить лицо просто зеленым, а не перекошенным от спазмов... Клянусь Чонгуком, я в тебя поверю... Ох, Крис, не поминай имя господа всуе, а то он тебе всуе... по самое «не хочу».       Кристина кое-как доковыляла с фотографом до крошечного придорожного кафе, в котором была такая звукопроницемость, что издалека можно было услышать, как жарятся яичница и панкейки. Если там начать оглашать туалет рыгальными звуками, то это будет слышно всем в округе, однозначно. Спасибо, Джейк, добрая душа! Хороший, блин, выход ты придумал! Но Кристине ничего не оставалось, как сыграть роль «девы в беде» и принять хоть какую-то помощь. Впрочем, и играть не пришлось: ей действительно было хреново, она тихо стонала от боли и желания вывернуться наизнанку.       Когда они зашли в кафе, хозяин не обратил на них внимания: они выглядели как обычная парочка, а сам он был сонным и только-только начинал работу. Джейк сразу пошел что-то заказывать, любезно сделав вид, что не понимает, по какому поводу Крис нужно в туалет. Девушка зашла в уборную, затем юркнула в кабинку, закрылась, поскорее нажала на смыв унитаза, чтобы вода сильно зашумела, и наконец позволила этому свершиться. Ее вывернуло четыре раза, и она каждый раз «маскировала» это шумом смывающейся воды.       Скорее всего, это бесполезно, люди снаружи все и так услышали и поняли, но... ладно уж. С каждым может случиться! Пусть ее осудит только тот, кто сам никогда не блевал.       Крис стало получше физически, но совсем паршиво морально. Ну вот как ее так угораздило? Это все потому, что она по-прежнему не умеет пить... Потому что впервые за целый год без Чонгука нечаянно напилась на вечеринке. Да и на тусовке она оказалась впервые за этот год. И тоже случайно. Собственно, можно было и не начинать вести такую разгульную жизнь, ведь это совсем не ее стиль.       Кристина еле доползла до раковины и взглянула на себя в простое зеркало. Ей было страшновато себя увидеть, но она не обнаружила чего-то ужасного. Просто усталую себя с тоскливым выражением в глазах. Пожалуй, она выглядела даже неплохо для такого случая. Не было поплывшей косметики, потому что она ее и не наносила накануне: вечеринка же была «для своих». Щеки пылали, губы тоже, но это от только что перенесенного катаклизма. Лицо не такое уж отечное. Волосы не такие уж лохматые... Крис пригладила и расправила пряди волос пальцами, забыв, что у нее в сумке была расческа.       Голова болела, волосы тоже — к ним почему-то было больно прикасаться. Очень хотелось лежать, но здесь это было невозможно. Она, кажется, вообще оказалась в не очень знакомой части города, поэтому ей еще добираться до дома, и только потом удастся полежать. Кристина вздохнула и умылась холодной водой.       «Господи, что же там было? Я опять ничего не помню... А что, если я натворила что-нибудь ужасное? Крис, пожалуйста, не умеешь пить — не лезь, «бухай» водичку со льдом или лимонад! Почему мне так противно от себя, а? Как вообще люди ухитряются пить алкашку? Это же так неприятно... я ощущаю себя грязной и липкой... И чувствую себя так, будто сделала что-то плохое...»       Крис снова ощутила позыв и сбегала к унитазу еще раз. Из нее уже нечему было выходить, но организм все пытался вытолкнуть изнутри какую-то гадость. Может, даже не алкогольного происхождения. Спустя полчаса Крис вышла из туалета с заметно порозовевшим лицом и желанием напиться кофию. И, возможно, даже с желанием жить. В нос ударил запах классического калифорнийского завтрака: яичница с беконом и помидорами, тосты, рис с мясом... Захотелось все и сразу. Боже, как же она проголодалась! Но сможет ли она есть? Не вывернет ли ее опять?       Крис надеялась, что Джейк уже ушел, но он почему-то терепеливо ждал ее за столиком и пил кофе. Ах да, она же предложила ему сделать фоточки! Видимо, поэтому. Едва Крис уселась на диванчик напротив Джейка, рядом откуда ни возьмись нарисовалась официантка с горячей едой на двоих. Она расставила тарелки на столе и пожелала приятного аппетита, не узнав в Крис знаменитость. И это было хорошо: девушке не хотелось привлекать всеобщее внимание.       Яичница была отлично приправлена и пахла просто изумительно, кофе благоухал, тосты сами просились в рот, а мясные тефтели с соусом выглядели как рай на земле. О, это была настоящая и одновременно киношная Америка, такая знакомая и любимая! Но набрасываться на еду девушка не спешила. Кристина вдруг почувствовала себя обычной к̶а̶р̶т̶о̶ш̶к̶о̶й̶ potato, поэтому держалась тихо, скромно и молчаливо. Сложила руки на коленях и уставилась на своего нового знакомого.       — Кристен, мне захотелось тебя угостить, — неловко засуетился парень, пододвигая к ней еду. — Надеюсь, тебе получше?       Джейк заметно переживал: видимо, думал, что Крис (раз уж она звезда) питается какой-то невообразимой едой. И ведь не объяснишь парню, что иногда она ест простой рамен, обливаясь слезами по Корее и своему любимому солдатику.       — Да, спасибо, мне получше, — пробормотала Крис, смущаясь и чувствуя, что вся ее «звездность» куда-то испарилась. — И спасибо за угощение, Джейк.       — Ты, наверное, не ешь такое? — разволновался он. — Да, это же слишком простой завтрак...       — Нет, что ты, я ем такое... И очень даже люблю! — выпалила Крис, чтобы сразу его успокоить. — Просто подумала, что это ж я тебя должна угощать... Ты мне помог.       — Нет, это совсем недорого, позволь мне поухаживать за тобой, — парень приложил руку к груди и говорил с таким жаром, что Крис опешила.       — Ну ладно, давай я тогда тебе заплачу за фотки? — Крис открыла сумку, собираясь найти там деньги, и тут из нее реально посыпались купюры, презервативы и какие-то странные пакетики.       Парень, увидев это, вспыхнул. Но бросился все это поднимать с пола, помогая ей. Девушка мысленно выругалась. Какого черта? Кто это туда сложил? Это вообще ее сумка или нет? Она точно не запасалась таким. По крайней мере, из того, что Крис помнила, эпизодов с набиванием сумки всякими сомнительными штуками, не было.       «Ну слава тебе господи, хоть не отрубленные пальцы оттуда вывалились! Смутила парнишку, который уже черт знает что напридумывал себе обо мне... И самое обидное — напридумывал вроде бы хорошего! А тут у меня набор «rich bitch» в сумочке... Похоже, наркота какая-то даже... Да fuck, ну что происходит?»       Джейк помог ей все собрать, и Крис утрамбовала выпавшее обратно в сумку. Внешне она казалась невозмутимой и не собиралась оправдываться, просто немного переживала в душе. А с другой стороны, с чего бы ей переживать о впечатлении, которое она производила на какого-то левого прохожего?       «Я начала творить какую-то дичь, когда пошла на эту вечеринку, но сейчас я продолжаю ее творить... Этот мальчик с невинным взглядом так-то хотел продать мои всратые фотки...Ох, и наивная ты, Крис!»       — Хочешь быстрее и легче продвинуть себя? — спросила Кристина, вдруг помрачнев. — Или тебе важнее мои фото отправить в медиа?       — Я подумал, что не буду размещать эти фото... себе на память оставлю, — начал оправдываться парнишка. — А что за способ?       — Мы фоткаемся. Типа ты мой поклонник. Выставляешь у себя в соцсетях. Делишься тем, как мы мило пообщались, — Крис решила объяснить свою схему. — Вуаля, ты прекрасен. Органический прирост. Все читают, интересуются. Можешь отметить мой профиль, так я тебя увижу. Ну, надеюсь, что увижу...       — Я не «типа поклонник»... Я уже, — пробормотал парень, опять краснея. — А можно тебя сфотографировать за завтраком и рассказать эту историю?       — Ой, да не заливай! Мой поклонник! — усмехнулась Крис. — Только что им стал, да? Да ладно, это не страшно... В общем, давай, фоткай, я разрешаю. И расскажи про завтрак, да.       Девушка состроила премилую мордашку, подвинула к себе еду и начала позировать.       — Офигеть, я в шоке, — все повторял фотограф, делая кадры. — Спасибо тебе огромное, Кристен!       — Ладно, может, уже поедим? — предложила Крис, когда парень сделал достаточно много кадров. — Ты не мог бы узнать, есть ли у них палочки для еды? Будь добр, пожалуйста.       Джейк послушно метнулся к стойке, за которой стояла официантка, и попросил у нее другой столовый прибор для гостьи. Вернулся с бумажной упаковкой простейших деревянных палочек и удивился тому, как посветлело ее лицо.       — Спасибо, Мистер Фотограф, — улыбнулась Крис, снимая бумажную упаковку и с звонким щелчком разделяя деревянные палочки. — Я привыкла все ими есть.       — Даже яичницу? — изумился Джейк.       — Ага, — кивнула девушка. — Вообще все. Даже суп. Сначала палочками съедаю наполнение, потом выпиваю его через край.       Крис прихватила палочками тост и аккуратно вонзила его уголоком в желток, который тут же начал растекаться. Пропитав хлеб, она быстро откусила кусочек, а потом так же легко собрала текущую вязкость желтка другой стороной тоста. Ну, а с белком обычно проблем не возникает, его легко есть палочками. Как и овощи. Как и тефтельки. Джейк смотрел на то, как виртуозно она ест, и не мог отвести глаз.       — Можно еще кадр? — хрипло спросил он.       — Ок... валяй, — пожала плечами Крис и снова мило улыбнулась, поднося палочки с зажатым тостом ко рту.       Джейк сделал пару кадров и, кажется, наконец успокоился. Тоже принялся есть, поглядывя на свою собеседницу.       — Ты вроде... Жила в Азии долго? Я где-то читал, — осторожно спросил он.       — Да, в Южной Корее. Не так уж долго... По факту, около года, — сдержанно ответила Крис.       — Оттуда привычка?       — Да, хотя я и до этого временами ела палочками. Но там совсем, окончательно привыкла.       Крис вспомнила, как рокошно ел палочками JK, и у нее аж сердце зашлось от желания его увидеть живьем. Иногда было ощущение, что он палочками может делать все — поймать пролетающего мимо комара, зашнуровать кроссы... И даже... доставить оргазм?       Ей вспомнилось, как однажды они эротично валяли дурака такими же палочками: она лежала на ковре на спине и пялилась в телевизор, а Чонгук доедал свой рамен... Когда JK заметил, что на ней нет лифа, он задрал ее футболку, чтоб обнажить грудь, и улегся рядом на живот. Затем палочками легонько ухватил ее сосок и слегка потянул его вверх, как бы поднося ко рту вкусняшку и одновременно наклоняясь... Губами обхватил его, втягивая сосок в рот, затем языком надавил на его вершинку...       Крис тогда это показалось очень возбуждающим. Впрочем, ее и сейчас пронзило ощущениями... Он тогда дурачился, облизывал, прикусывал и ласкал ее грудь языком, обещая съесть Крис целиком. А дальше все было как в тумане, потому что они, конечно же, отбросили палочки и неистово любили друг друга. Все подобные шалости заканчивались одинаково, за редким исключением.       «О господи, Крис, самое время вспоминать такое! Именно сейчас, когда же еще? Ты ведь не можешь подождать до дома, правда? Ооо, как же хочется его снова ощутить всем телом... Это просто адски невыносимо».       — Ты же... встречалась с каким-то парнем из модного бойз-бэнда, так? — оживился Джейк, вспоминая какие-то факты из биографии Кристины. — Красивый такой парень, я помню... Имя только сложное.       — Мне приписывали много всяких романов, но это лишь слухи, не более, — оборвала Крис фантазии парнишки, смягчая тон улыбкой.       — Аааа, жаль, — вздохнул парень. — Прикольно, когда знаменитости встречаются. Любопытно их представить во всяких ситуациях...       Хорошо, что можно есть и пропускать реплики, не отвечая на них. Кристина не хотела уточнять, в каких там ситуациях Джейк мог бы ее представить. Наверняка, не только в семейно-бытовых сценках. Также она не хотела знать, что он будет делать с ее фотками, которые оставит себе «на память». Однажды ей довелось читать пост от фаната, который делился, что он делает с фотками любимых певиц и актрис. Увеличивает, распечатывает, дрочит и кончает на лицо «любимой». Если фото в журнале — портит журнал. И неоднократно. Пока фото не сморщится и не превратится в мусор. Если губы девушки на фото приоткрыты — вообще кайф для такого «обожателя».       Иногда на фотографиях могут быть и другие части тела, но лицо многих парней возбуждает больше... Будто это личное общение. Фантазии. Быстрый оргазм. Легкий дофамин, от которого потом наступает тотальная неудовлетворенность. Ничего нового. Это жизнь, какой бы странной она ни казалась. Кристина слегка поморщила носик от всех этих мыслей. И Джейк это заметил.       — Я тебя расстроил? — забеспокоился парень. — Тебе неприятно об этом говорить? Наверное, тебя достали этими вопросами?       — Нет-нет, Джейк, все в порядке! — соврала Кристина ради сохранения приятной атмосферы и улыбнулась. — Слишком перченый кусочек мне попался.       — Не любишь острое? — Джейк сегодня удивлялся на все, как барашек на новые ворота. — А как же... В Азии же любят острое?       — Да, в Корее любят острое. Но вот к этому я так и не привыкла, — вздохнула она.       «Корею надо принимать осторожно. С подготовкой. Не все сразу. Фильтруя, что тебе подходит, а что — нет».       Настроение у девушки вдруг совсем испортилось, и ей больше не хотелось его прятать. Ее просто все задрало — улыбаться, изображать что-то, быть милой, делать вид, что ей не плохо, что ничего не болит. Крис надо было срочно домой, чтоб во всем разобраться, понять себя, поговорить с Джулс и Полиной. Вспомнить эту чертову вечеринку!       — Знаешь, я подумала, можешь и в медиа фото отправить, я не обижусь, — сказала вдруг Кристина, вставая и показывая, что завтрак окончен, хотя она почти ничего так и не съела. — Они нормальные. И мне теперь вообще все равно...       — Могу ли я проводить тебя? — всполошился парень.       — Нет, спасибо, я доберусь сама.       Она остановила его порыв таким взглядом, что Джейк сразу все понял, сел на место и дал девушке уйти. Он и так был более чем ошарашен и доволен. Парень по случайности был втянут в невероятное приключение, которое в будущем должно было изменить его жизнь.       Но он пока не знал об этом, а только прикидывал, сколько получит денег за размещение фотографий и своей истории. Писать в соцсетях — классно, но это бесплатно. Сначала он продаст это какому-либо новостному ресурсу. Кристина же разрешила разбогатеть на этих материалах. Он не был циником, этот парнишка. Но он был еще очень далеко от того уровня, куда уже забралась Крис.

* * *

      Придя домой, Крис почувствовала себя невыносимо гадко. Она наконец начала урывками припоминать эпизоды той странной вечеринки у Weekndа.       В памяти всплыло, как она сидела в большой джакузи возле особняка музыканта, и там сначала была куча хохочущего веселого народа, но люди постепенно куда-то уходили, менялись, снова покидали джакузи, и под конец они остались вдвоем — изрядно опьяневшие Кристина и Эйбел.       Он сидел совсем рядом, буквально прикасаясь плечом к ее плечу. Они смотрели на звездное небо, и парень говорил ей на ухо какие-то приятные ласковые вещи, хвалил ее внешность, ее музыку, ее открытость. Даже то, что она была русской, ему нравилось. Эйбел восхищался и говорил, что у него никогда не было возможности пообщаться со столь прелестной русской девушкой так близко...       В доме музыканта слышались шум, музыка, смех, это было средоточие веселья, праздник всех радостей жизни. Парочки, нашедшие друг друга, уединялись для секса. Затуманенному мозгу Крис казалось, что все вокруг шепчутся, целуются, обжимаются, снимают или срывают друг с друга одежды — она слышала эти шелестящие переливы, вздохи, полустоны и звуки страсти. Из-за обостренного слуха было ощущение, что она подслушивает этих людей всех разом, присутствуя в каждой комнате и наблюдая за ними, оставаясь при этом невидимой.       Крис вспомнила, что даже видела несколько трахающихся парочек, когда ходила в туалет, а после блуждала в мокром купальнике по территории усадьбы. Что на нее так странно подействовало? Почему ее восприятие тогда было выкручено на максимум? Почему какие-то ощущения притупились, а другие обострились?       Только ли алкоголь ей подлили в невинный безалкогольный коктейль? Может, в напитках была какая-то наркота? И почему она вернулась к джакузи? Ах да, рядом с ней лежала вкуснейшая пицца в коробке, и Крис очень нравилось есть ее, сидя в бурлящей воде. Как и Эйбелу. Они смеялись и пили пиво, оно пенилось, проливалось, стекало по шее и груди Крис прямо в бассейн, и девушке в тот момент было все равно, что она так-то не пьет. Она уже опьянела, поэтому контроль над собой полетел к чертям...       Она вспомнила, как он провел рукой по ее шее и зоне декольте, стирая пиво водой... Потом были его руки по всему ее телу, много рук, обнимающих, гладящих... Было ли еще что-то, кроме объятий?       Кристине стало страшно от воспоминаний. Она боялась узнать, что было в этом промежутке — от момента, как она ела пиццу с Эйбелом, до секунды, когда она «проснулась» и начала себя ощущать, стоя на малознакомой улице Лос-Анджелеса в пять утра. Но все шло к тому, что и Крис должна была предаться страсти... Боже, что же она натворила? Что наделала? Она что, изменила? Изменила... любимому человеку? Какой горечью сейчас отзывалось слово «любимый»... Если бы был любимым, она бы не поступила с ним так.       Девушка расплакалась от ужаса и своего пока еще не доказанного, но почти очевидного предательства... Как же это больно. И какая она идиотка, раз пошла на эту вечеринку, тем самым давая согласие на «облегченный» формат общения. Ведь многие знали, что Weeknd проводит ну очень свободные вечеринки. Это были почти что sex-party, хотя секс на них был не обязательным атрибутом.       Как хорошо, что сейчас Джулс здесь не было, она не смогла бы смотреть ей в глаза. Про Чонгука она вообще думать не могла. Крис испугалась того, что все испортила, вываляла в грязи, растоптала. Ее захлестнуло ощущение необратимости произошедшего и неотвратимости расплаты за то, что она натворила. Теперь карма придет за ней и снесет ей башку. За то, что она унизила их любовь, предала самого драгоценного в своей жизни человека.       Крис сидела на полу у себя в квартире и отчаянно плакала, пытаясь одновременно вспомнить и забыть. Когда позвонил Чонгук, она просто не ответила... Не посмела. Девушка знала, что ему было непросто позвонить из армии, приходилось искать какие-то уловки и лазейки. Она понимала, что прямо сейчас градус его тревоги сильно повысился, ведь она редко не отвечала на звонки. Сейчас он, добрая душа, начнет писать ей сообщения, переживать о ней, заботливо интересоваться, все ли в порядке с ее здоровьем. Он же не знает, какой сволочью она стала прошлой ночью...       О, как же ей потом смотреть в его глаза? Как она сможет объяснить свое поведение? Сможет ли он простить ее? Сможет ли она сама себя простить? Она даже и не мечтала о том, чтоб он принял ее обратно. Хотя бы простить, а не уничтожать презрением. Но и это казалось невозможным.       Когда-то Чонгук сказал ей: если она изменит ему, он убьет ее собственными руками. Он говорил это шутя, но за шуткой читалось его серьезное отношение к теме измен. Крис подумала: вот и хорошо, пусть убьет ее своими руками, она совсем не против. Только вот... она понимала, что JK скорее отвернется и постарается забыть изменницу. И вдруг до нее дошло: он убьет ее образно, для себя. В его мире Крис перестанет существовать, потому что он сотрет ее...       И вот это страшнее всего.       Не существовать для него.       Не жить в его голове и в его сердце.       Нет, об этом невозможно думать, слишком разрушающе. Кристина пошла в душ, чтобы смыть с себя все эти гадкие мысли и воспоминания о чужих руках, блуждавших по ее телу... Она плакала и стояла под водопадом из душа, даже не намыливая губку или не делая попытки себя как-то отмыть.       И вдруг ее пронзила простая и ясная мысль: телесных ощущений... не было. Тех самых, какие бывают после секса. Обычно Крис всегда ощущала, что у нее был секс, потому что наблюдалась некоторая угнетенность, усталость отдельных частей тела. Сейчас такого не было. Поскольку у нее очень давно не было секса с мужским проникновением, ее нутро отозвалось бы на такое вмешательство. Кажется, в ее вагине никто не бывал. Жопа тоже не болела. Мало ли что, жопу тоже надо было спросить, как она поживает. И с ней был полный порядок.       В душé Крис затеплилась надежда, что она зря себя накрутила, что все не так плохо. Ей оставалось только вспомнить, что именно произошло на вечеринке дальше. Все же не просто так она оказалась утром не в постели с другим мужчиной, а на улице.       Значит, что-то пошло не так?       Кристина быстро выключила воду и почти бегом помчалась к телефону — не вытираясь, накидывая на ходу шелковый халат. Она собиралась позвонить Weekndу, чтобы хоть как-то прояснить ситуацию. Игнорировать сообщения и звонки от Чонгука дольше было нельзя, он и так писал и звонил ей ночью, вместо того, чтоб отдыхать. Поэтому она кратко черкнула: «Прости, не могла ответить, я скоро тебе напишу. Выспись, пожалуйста».       Ни эмодзи, ни вечных восторгов, ни слов любви в этом сообщении не было — она пока не знала, по-прежнему ли имеет право говорить JK такое. Сначала нужно было проверить. Трясущимися руками Крис нажала на кнопку вызова и даже придумала повод для звонка: ей надо было вернуть то чужое, что было напихано в ее сумку. Это явно были не ее презервативы, деньги и непонятные пакетики. После нескольких сигналов вызова, во время которых сердце Крис билось обо все точки ее тела, как обезумевшая птица в клетке, Weeknd ответил:       — Оу, Крис, какой сюрприз! Привет!       Его голос звучал прохладно, но довольно приветливо. Пока не понятно, было между ними что-то необратимое или нет.       — Привет, Эйбел! Извини, что отвлекаю. Я по делу, — Крис старалась говорить дружелюбным тоном. Повисла небольшая пауза.       — Ясно, что по делу, — проговорил музыкант с нотками огорчения в голосе. — Думал... ты не захочешь больше мне звонить.       — Почему же? — Крис затаила дыхание и молилась всем богам, чтобы правда оказалась лучше депрессивных фантазий.       Прямо спросить «Эй, чувак, мы вчера трахались?» она не могла, так как это могло стать поводом для манипуляций. Пользуясь тем, что она не помнила событий ночи, он мог бы и соврать. Крис не верила этому парню: его отношения с женщинами были странными и запутанными, хотя он и не был негодяем. Однако трахал он точно гораздо больше, чем любил.       — Крис, ну ты была как фурия вчера! — Weeknd снова замолчал, но даже по этим словам Крис поняла, что она явно выкинула что-то из ряда вон выходящее, что-то злобное, может быть. Или что-то sexy?       — Ничего особенного, я всегда в таком режиме, — нервно хохотнула девушка. — Прости, если что... Правда, прости.       — Ты тоже меня прости, — вдруг сказал музыкант. — Я не хотел тебя обижать...       «Fuck! За что он просит прощения? За что? Что, черт возьми, вчера было?»       — Эйбел, я не совсем... понимаю... За что ты извиняешься? — Крис снова была готова реветь, она еле сдерживалась. — Мы же вроде все решили?       — Ну конечно, решили! — немного раздраженно ответил музыкант. — Так что за дело у тебя ко мне, Крис?       «Эй, нет-нет-нет, стоп! Не переключайся на другую тему, неееет! Я пока совсем ничего не понимаю. Разговариваю как идиотка, потому что не знаю всей картины. Дай мне знак, Эйбел!»       — Знаешь, в моей сумке оказались чьи-то вещи, и я их унесла... по чистой случайности, — объяснила Кристина.       — А, да, это вещи Джолин, — усмехнулся парень. — У вас одинаковые сумки, поэтому она все перепутала, а сегодня бегала как сумасшедшая по всему дому, искала и орала на всех...       — Джолин? — Крис изо всех сил пыталась вспомнить девушку с таким именем. — Кто это?       — Модель... Ну, помнишь, у нее короткая стрижка? Все говорили, что у нее красивый череп, — напомнил Weeknd.       — Аааа, точно! — Крис вспомнила эту красавицу. — Темнокожая яркая девушка, она была в джакузи какое-то время... Да?       Снова повисла какая-то странная пауза. Он что, тоже вспоминал, как они сидели в джакузи и как он искал что-то на теле Крис своими руками?       — Ну и скандалистки вы обе! — усмехнулся Эйбел. — И даже сумки одинаковые у вас. Соулмейты.       — Чего это скандалистки? Вовсе нет, — шуточно возмутилась Крис, ожидая дальнейшей информации.       — Ага, одна орет, как резаная, вторая дерется, как дикая кошка, — нервно засмеялся парень. — Я напишу про вас песню, неверное...       «Так, вторая дерется... Ага... Это что, я, получается, дралась? Я врезала ему? Надавала по щам? Говори же, ну!»       — Прости, я не хотела, чтоб так вышло, — снова немного наугад сказала Кристина. —Эйбел? Чего ты молчишь?       — Я должен был сразу понять, что твое «нет» — это действительно «нет», Крис, — глухо сказал парень. — Но я решил проверить... И второе «нет» было очень суровым... Я понимаю звук пощечин...       «Фух, да я сейчас расцеловать тебя готова за то, что надавала по морде! О, аллилуйя! Хвала небесам, ничего не было! Я просто отказала парню и немного втащила ему... Господи, как же хорошо!»       — Как ты добралась? — по-особенному тепло спросил парень. — Ты... дома? Все в порядке?       — Да, все хорошо... почему ты спрашиваешь?       — Нууу, ты так умчалась... прямо в ночь... А я тебя не остановил, не помог добраться, — девушке показалось, что она услышала нотки угрызений совести. — Прости, я был сильно пьян... Короче... Крис. Давай забудем об этом инциденте? Ты и так меня поколотила, мы в расчете вроде бы?       — Хорошо, Эйбел, давай забудем, — облегченно выдохнула Крис. — Скажи мой адрес Джолин. Пусть заедет и заберет свои вещи... Если они ей еще нужны.       — Да, обязательно! Но знай, Джолин — горячая штучка, и она би, — предупредил Weeknd со смешком. — Смотри, как бы она тебя не соблазнила.       — Ой, боюсь-боюсь, — рассмеялась Кристина. — Эйбел, спасибо за вчерашнюю вечеринку.       — Дай угадаю... Больше ты на вечеринки ни ногой?       — Ага. Пока хватит, — шутливо проворчала девушка. — Ладно, Эйбел, увидимся в студии!       — Да, до понедельника... Пока, Крис!

* * *

      Она наконец начала дышать и жить.       Кристина почувствовала колоссальное облегчение, ей даже показалось, что она превратилась в воздушный шар и вот-вот улетит в стратосферу. Она не натворила вчера ничего плохого. С ней никто не сделал ничего ужасного, пользуясь ее беспомощностью и плохим контролем. Она не предательница. Это могло случиться, но не случилось.       Фух, никаких больше вечеринок!       В 13:00 по LA Кристина решилась таки написать Чонгуку и все равно во всем признаться, чтоб эта информация была у него из первых рук, а не от посторонних людей, которые потом будут все искажать:       «JK, прости меня. Вчера я была на вечеринке и сильно напилась. Впервые после твоего дня рождения в 2022 году. Меня кто-то обнимал, и мне не понравилось. Я врезала парню по морде и ушла ночью домой. В 5:00 на улицах LA меня сфоткал то ли фанат, то ли папарацци. А потом мы с ним завтракали в кафе. Скорее всего, ты увидишь эти кадры в сети. Я ужасно недовольна собой. Кажется, я съехала с катушек. Мне так тебя не хватает! И я... очень люблю тебя. Очень сильно. Прости, что я такая идиотка. Крис»       У него в этот момент было 6:00 утра, скоро подъем и сборы. Но, видимо, он уже не спал. Чонгук прочитал сообщение почти моментально. А вот ответа не было долгих 20 минут, и за это время Крис чуть с ума не сошла, держа в руке телефон и вглядываясь в экран.       «Зайка, почему ты молчишь? Мониторишь интернет-ресурсы? Или тебе просто неудобно, ты урывками пытаешься со мной связаться? Я ведь даже не знаю, как у вас там с телефонами. То можно, то нельзя. То всему отряду запрещают, то снова дают пользоваться... Хотя бы слово! Ответь, пожалуйста»       Крис загадала: если через полчаса JK не ответит, значит все плохо. Но он ответил раньше:       «Крис, все хорошо. Спасибо, что рассказала. Спасибо, что доверяешь. Ты очень рисковала собой, как всегда. Это меня расстраивает. Мне жаль, что я не рядом и не могу тебе помочь. За беспечность надаю по жопе потом, когда вернусь. Фото видел. Кажется, твое лицо похудело и осунулось. Но ты красивая, как и прежде. Люблю тебя. Мне тоже тебя очень не хватает. Твой JK».       Несмотря на то, что они переписывались в формате древних телеграмм, очень кратко и по делу, Кристина читала и улыбалась сквозь слезы. Нет, этот человек просто невозможно прекрасен. Он обещал надавать ей по заднице, когда вернется. Знал бы JK, как она этого ждала! Ради такого можно и еще покосячить. Только не так усердно, без двусмысленных последствий.       Теперь, после всех этих мучительных часов самобичевания, Кристина ощущала эйфорию. Она не удержалась и решила записать Чонгуку короткое видео, наплевав на то, что ему будет проблематично его посмотреть. Просто приподняла телефон чуть повыше и сказала в камеру на трех языках: «정국 씨, 사랑해 ... JK, I love you... Я так люблю тебя!»

* * *

      А позже она вспомнила и остальное.       Как шла вдоль дороги босиком, неся туфли в руках. На них были совсем небольшие каблуки, но ноги у нее заплетались, босиком оказалось легче. Платье она надела прямо поверх мокрого купальника, поэтому на нем сразу появились влажные отметины. Позже они высохли, но ткань смялась, поэтому ее наряд выглядел к утру неряшливым и потрепанным.       Наверное, можно было истолковать ее внешний вид так, словно она оделась в небрежном стиле грандж. Ну, или в стиле «Бритни Спирз без трусов и без совести»... Ну а что, у американских знаменитостей свои нормы, они могут себе позволить выглядеть обыденно-повседневно и ходить за покупками в растянутой майке и выцветших шортах, с трэш-маникюром и кринж-прической.       Это Крис, уже пожившая в Корее и набравшаяся там ее правил, старалась быть на публике безупречной. Иногда ее это сковывало, но отчасти и дисциплинировало, не давало распускаться. И вот впервые сегодня ее внешний вид был далек от идеального. Зато безупречным было ее поведение: она дала леща парню, который позиционировал себя как Party Monster*, а вел себя как неразбочивый «всеядный» ловелас.       Воспоминания наплывали постепенно, какими-то обрывками картинок и состояний. Она вмазала ему, ушла босиком в ночи из его огромного особняка, никого не попросила о помощи, а может, отказалась от нее. Кто знает? Вероятно, ее и предлагали: Крис казалось, что она перед уходом говорила с кем-то вроде пожилого дворецкого, и в его глазах она видела сожаление. Но, может быть, это не настоящие воспоминания, а ее разыгравшееся воображение.       Кристина помнила, что шла очень долго, что ей было плохо, и тогда она садилась то на бордюр, то прямо на землю. Кажется, она и просто лежала на траве... Девушка не поленилась, проверила платье и увидела, что на спине есть зеленоватые следы от травы. Да, точно, она валялась на газоне. Теперь фиг отстираешь эти пятна, но она все равно была безгрешной как ангел и безупречной как самурай. Она ушла оттуда, где могло случиться что-то плохое. Даже в почти полной отключке сообразила, что делать! Крис облегченно рассмеялась и повалилась на мягкий ковер...       Она готова была сейчас отдать несколько лет жизни за то, чтобы Чонгук оказался рядом с ней и она могла прижаться к нему. Чтобы они просто заснули рядом, чувствуя дыхание друг друга. Чтобы можно было молча сидеть в обнимку и смотреть какой-нибудь дурацкий фильм. Чтобы они подкармливали друг друга с рук чипсами, орешками или кусочками фруктов, а потом снова варили в ночи рамен, потому что им начхать на диеты и они дружно собрались растолстеть...       Да уж, сейчас JK точно не растолстеет. В армии у него нет шансов расплыться и набрать лишних килограммов. Он не только не потеряет форму, но даже улучшит ее. Во время недолгих сеансов видеосвязи, которые помогали им не умереть от тоски друг по другу, Крис видела, что плечи и руки Чонгука снова набрали приятный объем. Перед армией он был слегка отощавшим, жилистым и поджарым, а сейчас стал мощным бычком, как прежде. Шкафом. Очень соблазнительным шкафом, надо сказать.       Крис свернулась клубочком и тихонько взвыла: как же хочется его обнять, почувствовать его запах, дышать им, целовать его голую кожу, вызывая стада колючих мурашек... Хочется смотреть, как вздрагивают и напрягаются его мускулы под ее поцелуями и укусами... Как прогибается под ее языком его и без того впалый живот, обозначая кубики пресса, отчего он становится похожим на шоколадку.       Хотелось раздраконить его, видеть, как он сходит с ума, когда она слегка прикусывает заднюю часть шеи... У JK, как и у нее, там тоже обнаружилась крайне чувствительная зона: достаточно жарко подышать или провести языком по этим точкам, как он сразу сдается... Такой милый и уязвимый зайка. Однажды она его чуть не довела до истерики, просто целуя, покусывая и облизывая его плечи и затылок. Помнится, он осатанел и устроил ей потом веселый вечер...       Как же это больно вспоминать, черт возьми! Крис снова как наяву увидела его напряженные рельефные руки с проступающими жилами... Почти ощутила его фантомные прикосновения, от которых ее вполне по-настоящему прошибло током. Боооже, хоть волком вой, как же хочется оказаться сейчас с ним! Что это за наваждение? Ни одна секс-игрушка, ни один другой мужчина не смог бы ей этого дать. Она проверяла. Не напрямую, конечно. Просто спрашивала себя рядом с разными людьми, вызывают ли они желание. Нет, она не хотела других парней, они не запускали в ней такой бури чувств, как далекий, похожий на вымысел Чонгук.       Она вспоминала его тело, то, КАК он смотрел на нее в их «последний» раз... Как она умирала от смущения под его горячим плотоядным взглядом... Как он трогал ее в таких местах, о которых она даже и не подозревала. Ей казалось, что он ее съест. Да она и сама бы его съела, ей-богу. Без риса и кимчи, прямо в одежде. Такое вот непонятное крокодиловое чувство.       Крис вспоминала и запредельно откровенные вещи. Те, которые существуют между двумя любящими людьми, а другим их ни за что не понять.       Она знала рельеф его члена наизусть — каждую напряженную жилку, каждый миллиметр его плоти... Хорошо помнила ощущения и ртом, и рукой, и всем своим нутром. Узнала бы его из тысяч членов, которых она, правда, пробовать совсем не хотела...       Она знала Чонгука на вкус, знала, как меняется его сперма от еды, которую он ел. Иногда он специально «делал ей очень вкусно» — ел фрукты, пил соки или банановое молоко... И тогда его сперма была почти как десерт. Иногда же она была терпкой, солоноватой, более пикантной, и так ей тоже нравилось.       Каково же было ее удивление, когда и JK ей рассказал о том, как по-разному он порой ощущает ее вкус. Крис чуть не умерла со стыда, но он спокойно поведал ей про ананасный десерт, кремовый вкус и это злосчастное мороженое, которое, похоже, навсегда прописалось в их разговорах. Крис так и осталась для Чонгука ice cream girl — и по цвету, и по вкусу.       «Как же адски тяжело от мысли, что все это у меня было, но сейчас стало недоступным! Куда выть, говорите? На луну? Это поможет? Или станет еще более невыносимо? Интересно, а он вспоминает обо мне? Думает о каких-то таких вещах? Он, конечно, говорил, что постоянно гоняет в голове мысли о ней в формате 19+, но насколько серьезно его это волнует? Скорее всего, его мысли больше занимают army... Все же это первая любовь».       Кристина и правда думала, что JK больше думает о любимых фанатах, нежели о ней. Это мощная стихия, и с ней необходимо считаться. Можно ли любить фандом, похожий на тайфун или цунами? Конечно, можно, бантан уже не раз это доказали.

* * *

      Мысль о том, что она тоже army, как ни странно, слегка успокоила Кристину. Она напомнила себе о том, что когда-то уже «ждала» JK, а ведь ее шанс тогда был 1 к 8 000 000 000. Она мечтала о нем, хоть он и был сродни единорогу с радужной гривой — такой же фантастический и недостижимый. Сейчас ее шанс дождаться Чонгука 1:1, сто процентов, ведь это ЕЕ парень. Его звонки и сообщения, его фото и нежные слова — они все здесь, в телефоне, и это не иллюзия. Но теперь ждать было труднее. Потому, что Крис уже попробовала, каково это — быть его девушкой, быть с ним. Она вкусила этого греха и этого наслаждения.       Попала в адский рай.       Или в райский ад.       Или в райский рай.       А может, и в адский ад.       «Спокойно, Крис, ты уже ждала Чонгука лет пять, будучи практически фанючкой. Дождешься и сейчас. Попробуй успокоиться и найти опору хоть в чем-то. Наверное, пора вспомнить советы от JK?»

* * *

      Кристина давно не перечитывала то письмо, которое отдал ей Чонгук перед расставанием. Первое время она часто в него заглядывала и перецеловала каждую букву, написанную им. А спустя полгода после Мальдив уже как-то устала от того, что она читает-читает, но облегчения это почти не приносит. И она перестала.       Это как с диетами и похудением. Не надо говорить про торты, десерты, колу и всякие неполезные штуки: так легче их игнорировать. Лучше их даже на уровне речи «забыть», заблокировать, мозгу так проще. Так было и здесь. Крис в какой-то момент проще было не перечитывать и не фиксироваться на деталях — «жду нашей встречи, делай то, не делай это, я буду скучать, твой...»       Единственное, что она себе позволила — это носить письмо в чехле телефона. Всегда. Везде. Ей казалось, она так лучше чувствует энергию Чонгука, потому что это его вещь. Что-то, сделанное им для нее, послание, в которое были вложены большие чувства. Она носила его с собой как амулет.       Однако сейчас Кристине вдруг захотелось перечитать то, что он ей написал. Она развернула в несколько раз сложенный лист бумаги и снова заскользила глазами по выученным наизусть любимым словам, выцепляя те, что были самыми болезненными сейчас...

Послание Кристине от Чонгука (не хочу давать советы или указания)

«Rise and Shine» [Поднимись и сияй]

      1. Что такое «сиять», Крис? Думаешь, тебе надо гнаться за большими цифрами и рекордами? Нет. Сиять — это значит раскрываться все больше в том, что ты любишь, гореть любимым делом. Я видел тебя в этом. И знаю, что ты могла бы сделать еще очень и очень много. Пиши сценарии, книги, музыку, рисуй картины, снимайся в разных проектах — делай что хочешь. Верю в тебя больше, чем в себя. Усердно работай и сияй.       2. Постарайся стать собой и проявить именно свою натуру. У нас есть только три пути — остаться никем, подражать другим или стать собой. Последний путь — самый крутой и самый значимый. Когда становишься собой, люди тебе верят и проникаются тем, что ты делаешь. Играй только свою роль, все остальные уже заняты.       3. Выбирая коллаборации, иди не за коммерческим успехом, а за тем, что тебе нравится. Приглашай тех музыкантов, которые совпадают с тобой по всем (многим) пунктам. Я в группе не всегда имел возможность выбирать то, что мне нравится. И, скажу честно, это не принесло оглушительного успеха или огромного удовольствия. Затевай коллаборации только ради работы в кайф. В остальном же даю добро на что угодно. Ревновать не буду, обещаю [Но лучше все-таки, если ты без коллабов будешь продвигаться, сама. И это не ревность :D]       4. Береги себя. Хотя бы ради меня. Я знаю, что такой аргумент на тебя больше подействует. Ради самой себя ты только идешь на риски или попадаешь в дурацкие ситуации. Окей, береги себя ради мамы, брата и меня. И ради поклонников. Не рискуй собой и везде старайся иметь проверенных надежных людей.       5. Хорошо и полезно кушай, укладывай себя вовремя спать, умеренно, без фанатизма занимайся спортом. Не пей алкоголь, если уж не пьешь. Или пей с осторожностью, держась за Джулс.       6. Если будешь изучать vogue, как ты и хотела, не делай drop своей травмированного ногой. Сухожилия очень долго заживают и потом их надо беречь сильнее, чем до травмы. Ах да, и надевай наколенники. И соблюдай технику безопасности. Черт, я уже переживаю. Как будто ты прочитаешь это и сразу захочешь устроить то, что тебя попросили НЕ делать! «Ага, побегу-ка я и исполню дроп, подогнув под себя пострадавшую ногу». Молю, не надо так. Или я надеру тебе зад, когда вернусь.       7. Забей на то, что думают о тебе люди. Они вообще о тебе не думают. Они всегда взаимодействуют с твоей проекцией в своей голове. Со скриншотом тебя, с образом. Они не знают тебя настоящую. А ты знаешь. И я знаю. И твои близкие. Шумиха вокруг нас когда-то превратится в тишину, это точно. И будет чуть полегче жить.       8. Делай шаги каждый день. Никто не знает, как добиться больших глобальных целей, никто. Даже если говорят, что знают. Но если двигаться и делать маленький шаг каждый день — ты точно придешь к большому результату. И самое главное: правил нет, есть послушные люди. Идя к целям, меньше думай о правилах.       9. Помни, что я люблю тебя и доверяю тебе. Рассказывай мне о себе все, даже если что-то пошло не так, если ты накосячила и облажалась. Я не буду тебя осуждать. Помогу подняться, исправить что-то. Но не могу пообещать, что не буду ворчать. Это мне жизненно необходимо. Я ворчун, ты же знаешь.       10. Люби меня, малыш. Не переставай это делать. Это для меня тоже жизненно важно. Особенно тогда, когда я ворчун. Или когда кажется, что все идет через нехорошее место. Пока ты любишь меня, а я — тебя, мы все преодолеем. Ты знаешь, что настоящая, реальная любовь — только взаимная? Да знаешь, конечно. Ты же умница. P.S. Наверное, надо было что-то еще написать, но я забыл. Буду по ходу дела дописывать. Это основное. Я буду очень скучать и ждать нашей встречи.

Навсегда твой JK Кристине, что как тату на моем сердце. ♡ —> ∞

      Кажется, Крис стало чуть полегче. Но ждать все равно долго. Прошел только год, осталось примерно полгода. Ладно, чуть побольше. Из-за плотности событий и огромного количества работы все, что случилось с ней в Сеуле, стало призрачным и ускользающим, как будто это происходило в прошлой жизни.       По несчастливому стечению обстоятельств им пока не удается увидеться живьем, потому что в дни, когда JK имеет право покидать военную часть, он работает айдолом на благо родины. Звучит забавно, но это именно так. Айдол на страже отчизны. Это все так пафосно, красиво и странно! Его не оставляют в покое даже тогда, когда он хочет просто увидеться с родными или хитрожопым способом пересечься с другими мемберами, которым тоже приходится подгадывать свои увольнительные.       Девушке было искренне жаль ребят: они виделись нечасто, хотя фактически были рядом. Что уж говорить о Крис, которой и вовсе было сложно организовать перелеты в Корею под специальные даты — слишком сложно и могло всплыть в прессе. И тогда на них снова мог обрушиться гнев поклонников, уже более яростный и стирающий в порошок.       Всему виной был HYBE, который когда-то со страху сделал заявление о том, что ребята расстались. И это связывало руки больше, чем просто молчание или отрицание. Поэтому сейчас Крис жила в LA и намеренно показывала, что с Кореей ее связывает только прошлое. Она не хотела вредить Чонгуку своими эгоистичными визитами.       Перед глазами плыли буквы... 𝕃𝕠𝕧𝕖 𝕪𝕠𝕦             𝕃𝕠𝕧𝕖 𝕞𝕖, 𝕓𝕒𝕓𝕖 ⠀⠀⠀⠀                  𝕊𝕒𝕧𝕖 𝕪𝕠𝕦𝕣𝕤𝕖𝕝𝕗

𝔽𝕠𝕣𝕖𝕧𝕖𝕣 𝕪𝕠𝕦𝕣𝕤 𝕁𝕂

『L』『o』『v』『e』 ⠀ 『y』『o』『u』       А Weeknd, видимо, хорошо понимает, что это такое. В песне Too late он пел: «Источники утверждают, что между нами все кончено, но откуда им знать?», подсвечивая тот факт, что люди делают весьма оригинальные, но безосновательные выводы про отношения известных людей. О да, пресса и публика думала одно, а на деле происходило другое. Они не расставались и все еще любили друг друга. Скрываясь, прячась и таясь от всех.       Крис снова начала реветь от какого-то жуткого бессилия. В этот момент ее и застала Джулия, открывшая дверь своим ключом. Помощница в эти дни решила воспользоваться отсутствием Крис и навестить свою семью. Поэтому девушки не виделись уже более суток. Крис сама не стала выдергивать подругу из семейной атмосферы. Она просто тихо вернулась и не тормошила Джулс звонками и сообщениями, справляясь со своими печалями сама.       — О господи, Крис, ты дома? Разве ты не собиралась тусить там два-три дня? Решила вернуться раньше? И ты... плачешь?       Кристина молча закивала головой, улыбаясь и обливаясь слезами.       — Подожди, стоп... Случилось что-то? — Джулс бросилась к Крис, села рядом на ковер.       — Я просто не смогла там... находиться, — выдавила из себя девушка.       — Ты давно дома? — обеспокоенно выдохнула Джулс.       — С раннего утра.       — Ничего себе... Почему? Ты, получается, даже дня там не провела? Ты ж под вечер только ушла... а утром... уже вернулась?       — Мне срочно понадобилось домой, — тихо пробормотала Крис, промакивая слезы подолом халата.       — Ты бы просто так не сорвалась домой. Крис, говори...       — Я напилась. В этом причина. Мне было хреново... Мы немного пообнимались с Эйбелом... Он, кажется, хотел чего-то бóльшего... Получил по морде, — Крис не стала ничего скрывать, рассказала то, что сама вспомнила.       — Оh. My. Fucking. God, — Джулия была в шоке. — Ты же не пьешь. Как ты напилась, Крис?       — Сначала я пила сок и колу. Потом... кажется, мне дали якобы безалкогольный коктейль... Или плеснули в сок чего-то. Я... плохо помню, — Крис потерла пальцами лоб, но вспомнить более детально это не помогло.       — И что он? Отвез тебя домой?       — Нет, конечно, он же тоже вдрызг был. Я... сама пришла. Пешком.       — Господи, Крис! Ты, наверное, могла шофера попросить?       — Я никого не могла попросить. Ничего не соображала. Но я могла идти... Вот и ушла.       — Ты хоть понимаешь, что расхаживать по таким вечеринкам — это харам*, грех? Где твоя паранджа, Крис? Или чадра, как там это штуковина называется? — шуточно сердилась Джулия. — Я ведь говорила, что Weeknd — мутный тип. Не надо на его вечеринки ходить.       — Это была последняя вечеринка, я уже решила, — грустно сказала Крис. — Знаешь, Эйбел — он не плохой, нет. Просто мне не подходит такое.       — Понимаю. Не кори себя, просто доработай с ним — и все... Он обиделся на тебя?       — Вроде нет. У него всегда много вариантов, он все время ищет кого-то. А я, видишь, уже нашла...       — А ЕМУ сказала? — осторожно спросила Джулс про Чонгука.       — Да, конечно. Я не собираюсь ничего скрывать, — пробормотала Крис, но тут же запнулась, вспомнив, что чуть не натворила ужасных вещей.       Смогла бы она вообще сказать о таком? Кристину штормило, и она уже ни в чем не была уверена. Черт. Наверное, нет, она не смогла бы признаться в измене: или JK узнал бы об этом со стороны, или ей пришлось бы его покинуть, прикрываясь тем, что она разлюбила. Но просто оставить все как есть было бы невозможно.       Потрясающий опыт. Просто потрясающий. Браво, Крис! Она как будто отрепетировала свою измену и признание в этом парню. Провела мысленный эксперимент. И ей совершенно не понравилось. Теперь она чувствовала, что действительно хочет стать осторожнее и не будет делать того, что может подорвать ее репутацию.       — И как ОН отреагировал? — упавшим голосом спросила Джулия, ожидая самого худшего.       — Великодушно. Как всегда. Он слишком добр ко мне, — грустно проговорила Кристина. — Не, я ничего не сделала, только напилась вдрызг и обнималась... Хотя нет, я не обнималась, это Эйбел меня обнимал! Черт... Все равно звучит как говно... Я же позволила... Но я и врезала ему, опять же... Черт, я запуталась... Я грешница или молодец?       — И то, и другое, — улыбнулась Джулс, все еще не веря в хороший исход. — А помнится, ты хотела с Чарли Путом коллаб устроить, помнишь? Наверное, его и надо было выбирать, а не Weekndа?       — Ооо, нееет, пожалуйста, только не он! — Крис снова собралась рыдать. — Он бы лишний раз напомнил мне о Чонгуке! Я бы смотрела на него и вспоминала их совместный клип, черт бы его подрал!       — Лишний раз напомнил? Какой еще лишний раз, Крис? — подколола ее Джулс. — Ты так говоришь, будто хоть на секунду его забыла! Да ты и без всяких напоминаний думаешь только о нем... Ну, у меня такое чувство.       — Я же... стараюсь не надоедать тебе этим, — поджала губы Крис, чувствуя в словах подруги укор. — Я молчу, не ною, не реву, ничего не говорю, просто терплю.       — Да, и это требует от тебя больших усилий, я знаю, — мягко сказала Джулия. — Но я все вижу и все понимаю... И лучше бы ты ревела. Вот правда. Выпускай, отпускай... Хватит себя насиловать и подавлять.       — Если я разревусь, меня уже будет не остановить, — усмехнулась Крис. — Я неделю буду как Ниагара...       — Иди ко мне, — Джулия подсела поближе к подруге и приобняла ее. — Поплачь, а? Давай, не держи в себе.       И Крис опять разрыдалась — от тепла, участия, понимания и доброты. Этому можно было удивляться снова и снова. Да, доброту ей было выносить гораздо сложнее, чем негатив. Все сдаются от ее чистого напора, вот и Крис тоже не умела с ней обращаться. А еще она почти целый год не ревела, просто запрещала себе. От силы пару раз всплакнула на минутку. Поэтому здесь ее прорвало, и она позволила себе «ниагару» на плече у Джулс.       — Слушай, а если... он так спокойно реагирует, потому что... ему стало все равно? — вдруг «озарило» Крис.       — Вот еще! С чего бы вдруг? Ну что ты опять придумала? — чуть ли ни зарычала Джулия.       — Не знаю, — пожала плечами Крис. — Показалось так... Как будто он стал прохладнее. Отдалился немного, что ли?       — Слушай, он, скорее всего, просто занят, у него дел по горло, — попробовала ее урезонить Джулс. — Не, ты себя накручиваешь.       Но для Кристины все пазлы уже сложились в целостную картинку «какашки»: она почувствовала, что правильно озвучила что-то важное и нехорошее для себя. То, что скребло кошками на душе. То, что она бессознательно ощутила уже с месяц назад. Чонгук действительно стал сдержаннее в проявлении своих чувств.       — Нет, Джулия, я не ошибаюсь, — внутри вдруг похолодело, и Крис отпрянула от подруги. — Я все верно чувствую. И верю своим ощущениям.       — Час от часу не легче! — Джулс закатила глаза. — Как вы мне надоели, честное слово! Когда он вернется, я устрою вам обоим, клянусь своей черной африканской душой!       Кристина молча поднялась на ноги и уныло побрела на кухню, чтобы напиться воды и пополнить запасы для будущих водопадов слез. Лицо ее было бледным, как у привидения. Может, это были последствия попойки, а может, и результат душевных мук и потерь. Джулия, хоть и ворчала, сильно напряглась: уж слишком Крис сейчас казалась подавленной и загнанной в угол. Помощница решила связаться с докторшей, чтоб та пришла хотя бы минимально обследовать Крис. Она точно не могла быть беременной, но что-то с ее здоровьем явно было не так.       Девушка уже было взяла телефон и собиралась позвонить Миссис Тэйлор, как вдруг на кухне послышался страшный грохот, и железная миска, упавшая на пол, все не хотела успокаиваться, неистово вращаясь на ободке... Когда Джулия вбежала на кухню, она увидела, что Крис лежит на полу в глубоком обмороке. Ее тело мелко дрожало, а глазные яблоки под веками странно дергались, словно Крис видела сон. Это было страшно.       Джулс немедленно вызвала врача и бросилась к подруге. Подхватив обмякшее тело и уложив голову себе на колени, девушка почувствовала, как спина Крис выгибается из-за судороги.

* * *

      Кристине поставили неутешительный диагноз: физическое и нервное истощение крайней степени. Конечно, вечеринка, попойка и стресс стали только провокаторами обморока. Без них, возможно, Крис не упала бы, не почувствовала себя плохо, проигнорировала усталость и продолжила пахать, как лошадь. Но — хвала небесам! — обморок подсветил проблему, как яркий свет маяка.       И поэтому Крис пришлось ненадолго лечь в клинику на обследование. А еще терпеливо сносить процедуры, капельницы с витаминами и совершенно незапланированный отдых, из-за которого совместный проект с Weekendом перенесли на десять дней позже.       Чонгук был ровно-вежливым, беспокоился, интересовался состоянием Крис, но ей казалось, что парень охладел к ней и делает это без прежней вовлеченности. Он вел себя так, будто у него были дела и поважнее: обычно так взрослый отмахивается от ребенка. Все это удручало Кристину, но она терпела и мысленно искала что-то, за что можно было зацепиться и вылезти из болота сомнений. Из-за печально-тревожного состояния девушка восстанавливалась куда медленнее, чем хотелось бы. И очень трудно было сиять, ведь даже более простые вещи давались ей с трудом.

* * *

      За этот год реально произошло много всего.       Кристина бросилась в работу как одержимая. Это был совсем не год вечеринок и развлечений, хотя на разного рода мероприятиях девушка, разумеется, бывала. Это был год, когда она занялась серьезным продвижением в США и Европе.       Крис могла бы гордиться собой, ведь она хорошо поработала:       • заключила контракт с Universal Music Group на пять лет и запись трех полноценных альбомов       • записала большой студийный альбом, который был тепло встречен критиками и публикой       • на четыре трека из альбома были сняты клипы, и Полина убеждала, что сейчас нужен был пятый, потому что цифра «4» ей не нравилась       • написала музыку для фильма, который параллельно продюсировала Полина       • дала несколько концертов в Америке: туром это нельзя было назвать, да и концертные площадки были не самые глобальные, но узнаваемость и медийность Крис повысилась, продажи альбома пошли вверх       • вписалась в несколько благотворительных проектов, отнюдь не с целью снизить себе налоговую нагрузку, хотя это и стало приятным нюансом: Крис помогала фондам помощи детям, животным, женщинам, пострадавшим от разных видов насилия (фонды в США и Африке она поддерживала напрямую, в России — через третьих лиц)       • побывала на балу института костюма Met Gala, засветила там интереснейший наряд от набирающего обороты дизайнера, привлекла много внимания       • посетила много ивентов, премьер фильмов, fashion week — с одного мероприятия Крис получала до 500-1000 упоминаний в прессе, это помогало ей в продвижении, причем бесплатно       • вспомнила про свой на какое-то время заброшенный YouTube канал «Песни великих женщин», который вела когда-то, снова стала делать каверы на треки любимых исполнительниц, рисуя картину того, как за последние десятилетия менялась музыка, женщины, да и общество в целом       • посетила массу телевизионных шоу, где неизменно приходилось создавать о себе хорошее впечатление и мягко объяснять свою миролюбивую позицию «Ребята, давайте жить дружно!», кое-где пришлось отшучиваться по поводу своего «несостоявшегося» романа с Чонгуком       • договорилась о коллаборациях с Weeknd, Кристианом (DPR IAN) и Ланой дель Рей. Один коллаб уже был в процессе       • Полина бросила все силы на естественное продвижение аккаунтов Кристины в TikTok, Instagram и других соцсетях, и это хорошо работало       • Крис стала сотрудничать с брендами одежды в качестве модели: у нее была привлекательная внешность, хоть и недоставало роста. Но тренды изменились, модельеры часто стали брать на показы неформатных персонажей: plus size, любого роста и сложения, людей с витилиго и т.п. В итоге Крис была «малышкой» среди моделей, но из-за хороших пропорций тела, длинных ног, крайней работоспособности и приятного характера с ней полюбили работать.       • Крис заработала около 10 000 000 $, но пока не торопилась куда-то пристроить эти деньги и крайне скупо их тратила на себя: не купила ни дом, ни статусную машину, ни драгоценности. Зато копила и приумножала средства, инвестировала, планировала свои дальнейшие доходы. Она даже освоила простейший уровень бухгалтерии, чтобы «чахнуть над златом» более осознанно и профессионально. И чтобы понимать, не обманывает ли ее нанятый настоящий бухгалтер. Страх нищеты все еще преследовал Крис и заставлял ее работать в ненормальном режиме.       В этот год рабочая активность Крис была такой плотной, что она практически каждый день делала что-то для своего бренда. Каждый. Божий. День. Без перерывов и выходных.       Каждые 4-5 дней — мероприятия, ежедневно — соцсети. Да, команда помогала ей с соцсетями, но контент все равно генерировала она, поэтому хоть час-два надо было находить. И это очень вымотало девушку.       Что касается «сияния», то Крис не очень понимала, получается ли у нее это делать. Честно говоря, на нее в последние пару месяцев нашло какое-то отупение, и ей стало вообще все равно, что там выходило по результатам. Она забивала все время работой, чтобы не думать и не жить. Занималась карьерой на автомате — просто потому, что эта сфера жизни была ей наиболее понятна. И она приносила деньги.       Каждый день Крис утром приклеивала на лицо улыбку и начинала производить контент: снимала, общалась, переписывалась, созванивалась, договаривалась, участвовала, подписывала, бесконечно переодевалась в новые вещи, присланные брендами, красилась, рекламировала, снималась, тренировалась и снова улыбалась, улыбалась, улыбалась... Да, не получилось у нее жить по правилам-советам, которые ей прописал Чонгук. Может, лишь отчасти.

* * *

      Врачи сурово и строго-настрого запретили Крис подобный темп работы, и она наконец смирилась: ей недоступна функция «работать круглые сутки», она не всесильна. Когда девушка отлеживалась под капельницей, ей стало интересно, как долго она могла бы прожить в таком режиме? Неужели она настолько слабак, что год работы смог настолько ее подкосить? Или так сказалось расставание с JK?       Самое обидное, что теперь у нее появилась еще одна проблема: с Чонгуком что-то происходило, а она не знала, что. Именно этим она могла объяснить похолодание в их отношениях. Крис попробовала минимально что-то выспросить у других мемберов, но те не могли сказать ничего внятного, да и вообще это было невежливо — говорить о другом человеке в личной беседе. Девушка довольствовалась какими-то объедками и огрызками информации. Лишь Юнги намекнул ей на некий личностный кризис Чонгука, но, скорее всего, такой этап переживали сейчас все ребята.       Что же ей делать? Как вновь почувствовать тепло от своего JK, ощутить, что между ними все хорошо, как и прежде, пусть они и разлучены? И Крис придумала!       Вернувшись из клиники изрядно порозовевшей и отдохнувшей, она первым делом заявила Джулии:       — Слушай, меня осенило! Я решила, что сниму клип для JK... Вернее, нет... он будет для всех, но в нем будут отсылки, понятные только Чонгуку... Круто же?       — Крис, ты меня пугаешь! Ну дай ты себе отдохнуть, а? Какого черта ты творишь? — сразу забеспокоилась помощница.       — Джулия, я отдыхала десять дней, и мне сейчас хорошо, правда, — торопливо успокаивала ее Крис, даже на стараясь, чтоб подруга ей поверила. — Мне так надо. Даже если это сущий идиотизм... Ну, поддержи меня, пожалуйста.       Кристина молитвенно сложила ручки и состроила самую невинную и трогательную мордашку, которая должна была убедить Джулс, что с ней все хорошо.       — Ничего не изменилось. Ты снова хочешь его заполучить, хотя он и так твой, — вздохнула помощница, качая головой. — Ладно, мне остается только одно: никогда не оставлять тебя одну в такие моменты. Особенно, если ты пытаешься отправить меня отдохнуть или к маме... Я больше на твои уловки не куплюсь!       — Кстати, забыла спросить: твоей маме понравился мой подарок? — хихикнула Кристина, переводя тему.       — Что? А... ну да, конечно, понравился! Крис, хватит валять дурака! Я буду следить за тобой в сто раз сильнее теперь, поняла?       — Да поняла, поняла! — рассмеялась Крис. — Выполню все твои указания, обещаю.       — У тебя такой дикий блеск в глазах, что мне страшно, — Джулс зажала рот рукой, показывая, что энтузиазм Крис кажется ей безумием, но она его принимает.       — Мне самой страшно, Джулия. Честно. Вдруг я чего-то не успею? Вдруг что-то важное упускаю? Вдруг прямо сейчас что-то рушится? Я... должна это все спасти, понимаешь?       Эта идея вернула ей радость и азарт делать что-то. По крайней мере, ее глаза точно сияли.