Церковь Ангела

Королевский город-крепость находился вверху по течению крупной реки, через которую проходили разные люди всевозможных национальностей.        В своëм роде этот богатый город являлся источником процветания страны. По мере развития торговли, акцент переселенцев постепенно смешался с речью местных. И хотя в городе проживали самые различные народы, под влиянием генотеизма выделялось одно главное божество.        Малые и большие, бесчисленные церкви, где люди собирались вместе и молились, раскиданы по всему городу. Об одной-одинëшенькой церкви, утаëнной средь казарм, ходило множество слухов. Народ поговаривал: "Эта церковь принадлежит Ангелу."        Никита забрел в сию церковь по чистой случайности: по пути к рыцарским казармам проверить здоровье старшего братца, он приметил старинное здание. От чего-то заинтересовавшись церковью, парень велел кучеру приостановить карету. Он зашл вовнутрь постройки через массивные двери. Несмотря на немалый возраст, безлюдная церковь содержалась в полнейшей чистоте. Старые скамьи, расположенные в ряд, вели к статуе главного бога, что купалась в солнечном свете, струящемся через витражные окна.        Проникнувшись величественностью места, Никита опустился на колени, дабы вознести молитву. Пусть у его не будет неприятностей. Пусть горничная родит здоровое дитя. И пусть он сможет обменяться с тем самым человеком хотя бы парой слов. Он молился от всего сердца, зная, что никто не услышит. Смутившись, парень поднялся на ноги. Оглядевшись ещё раз, он заметила маленькую комнатушку подле органа для пения гимнов.        В отделанное чëрным пятнистым деревом помещение можно попасть через две небольшие двери. Внутри комната разделялась паркетной перегородкой. Пространство было настолько узким, что сюда с трудом вместился бы один взрослый человек.        Исповедальня. Место, где прихожане каялись священнику в грехах, которые не могли нести в одиночку. Батюшка выслушивал их и в соответствии с учением даровал прощение. Проявив любопытство, Никита толкнула дверцу, но та даже не шелохнулась. Для проверки он попытался открыть другую дверь – и та уже поддалась. Пребывая в церквушке, в потаëнной комнатке, сокрытой от глаз, которую и сам случайно заметил, Никита почувствовала какой-то детский восторг, будто обнаружил секретную базу.        Дверь захлопнулась, и Никита ощутила, как теснота давит на него, но пригревшись в чувстве безопасности, парень в конце концов предался размышлениям. Сейчас он работал оруженосцем в казармах, чтобы стать рыцарем.        Как старший сын баронского дома он когда-нибудь унаследует земли в сельской местности, но для того чтобы заиметь связи в центре, служил в казармах, в кои ездили многие благородные юноши. По своей натуре он был невероятно великодушным и сообразительным человеком, заботящимся о семье.        Никита не мог не ждать их встреч каждые полмесяца. Его ожидание стало нестерпимее с того момента, когда он мельком увидел мужчину, представленного ему как друг его брата. В отличие от общительного родственника, выражение лица юноши не менялось, и он почти не сказал ни слова. И даже когда братец поддразнил его, парень просто сделал немного обеспокоенное лицо, а на его лбу появлялась тоненькая морщинка.        Он обладал точëными чертами лица и был несколько выше его и без того высокого брата, и было в нëм что-то такое, что мешало молодым девушкам, непривычным к таким мужчинам, приблизиться. Они не обменялись ни единым словом.        Их взгляды пересеклись несколько раз. Они видели друг друга лишь единожды, когда брат случайно притащил его на их встречу. И всë же с первого дня знакомства Никита не могл выбросить его образ из головы. Как же начать с ним разговор? Никите хотелось, чтобы на его лице промелькнуло больше эмоций, как когда он общался с его братцем.        Так как он никогда не влюблялся по-настоящему, то не мог впасть в саморазрушительную тоску от любви, как герои романов, прочтëнных им. Нет, это было попросту слабое чувство сродни восхищению. Когда он погрузился в глубокую задумчивость, подобную двери. Вслед за глухим стуком раздался голос сидящего по ту сторону перегородки исповедальни. Юноша вскрикнул от неожиданности – его одиночество прервали.        – Тысяча извинений! Думал, что здесь священник, не ожидал застать брата, – раздался приятный голос молодого человека.        Судя по тому, что его тело стукалось о стенки кабинки то тут, то там, выискивая удобное положение – телосложение у него добротное. И тут до Никиты дошло, что он сидит на той стороне, где обычно священнослужитель выслушивает исповеди.