мой товарищ по несчастью.

Я тут же слышу звонок. Он заставляет мою голову дребезжать от боли, но теперь мне не было так тяжело. Что-то заставляло меня немного прикрыть глаза и отпустить томный выдох, больше похожий на стон, честно говоря. Я знал, кто мне позвонит. Я требовал и жаждал этого звонка глубоко внутри себя. Так легко мне ещё не было никогда. Моя рука, словно была невесома по ощущениям, потянулась к трубке, но не успел я её поднять, как тут же услышал громкий-громкий крик. Он заставил моё тело покрыться мурашками, заставил разум на секунду побыть в неведении, но если не взять себя вовремя в руки - оно затянет тебя в безликую пучину бесконечного удовольствия вперемешку с хаосом. Снова мои кости начинает ломить… но в этот раз мне не хотелось разодрать себя изнутри. В этот раз боль была в сопровождении приятного покалывания внутри плоти. Что-то начало щекотать мне живот, спина непослушно выгнулась, а я облокотился локтями о свой стол, вслушиваясь в каждое придыхание из трубки. — УИЛЬЯМ! — он кричит моё имя. Кричит надрываясь, я не могу не представить то, как он сейчас страдает. Не могу не представить, как из его рта летят слюни, а из глаз льются слёзы безудержным потоком, он ударяет кулаком об стол, подносит трубку к самому рту, — ПОДОЙДИ К ЧЁРТОВОМУ ТЕЛЕФОНУ! ЛЖИВАЯ ТЫ СУКА! — он срывает голос, но продолжает вопить мне из последних сил. Бьёт кулаками по столу, пытаясь восстановить баланс между внутренней злобой и тем, что происходит снаружи. Ему сейчас ХОТЕЛОСЬ почувствовать боль. Ему хотелось ощутить, что такое боль в двойной мере. Весь такой приличный, до тошноты правильный мужчина, сейчас надрывается, старается докричаться до меня где только можно и где только нельзя, используя весь свой богатый лексикон, — КУДА ТЫ ДЕЛ МОЕГО РЕБЁНКА?! — на выдохе завопил мой товарищ, наконец утихая. Я резко сбрасываю трубку. Очередной стон вырывается из моего рта, я не могу совладать с собой. Я бессильно падаю корпусом на стол, не могу сдержать своей настоящей, искренней улыбки, которая была действительно больше схожа со звериным, ехидным оскалом. Я дал ему понять, где сейчас нахожусь. Именно сейчас я понял, что чувствую к нему никакую не ненависть. Не злобу, не отвращение и не зависть. Меня пожирала настоящая одержимость этим человеком. Можно сказать, безудержная любовь, кою принимать я никогда не хотел. Он был настоящим гением, мы были товарищами, решили построить собственную пиццерию. Оба были воодушевлены идеей… вот только какой? Идея одна, а цель… цель была разной. До моего объекта обожания это дошло совсем недавно. Это Я дал ему понять. Теперь, мы стали товарищами по несчастью, как мне и хотелось. Я был зависим от него, зависим идеей о его существовании. Я завидовал и жаждал одновременно. Я ожидал его тут. В давно знакомом нам обоим помещении. Мне так хотелось увидеть его красную от ненависти физиономию, а также заплывшие от слёз глаза…