Свобода за прутьями

Руки связаны слабо. Но веревка сильно натерла запястья и Юн решает не двигать руками, не раздражать мозоли. – Что такое, принцесса? – Смеётся Ран, – неужели не можешь поднять руки? Хочешь, я помогу тебе?– не дожидаясь ответа, Ран поднимает ложку с горячей кашей к лицу Юна, дожидаясь, пока тот послушно откроет рот. И Юн открывает. Он действительно не хотел, но ему жизненно необходимо съесть хоть что-то. Теплая каша приятно тает во рту, согревает и действует успокаивающе. мужчина сзади ухмыляется, глядя на то, как быстро Юн расслабляется. Но что-то во вкусе этой каши было не так. Слишком сладкая и одновременно соленая. Наркотик. Юн моментально начинает кашлять, напрягаться, пытаться выплюнуть кашу, но Ран плотно закрывает его рот своей рукой, предотвращая попытку. – О, принцесса, не бойся, это просто плата за грубость, – смеётся он. " Плата за грубость" повторяется эхом в голове Юна. Нет, он с этим не согласен. Он продолжает пытаться выплюнуть наркотик и через несколько попыток у него это получается - каша оказывается на полу. Ран хмурится, откладывая кашу на пол. – Принцесса, ты так сильно головой ударился? – рычит Ран, сжимая щеки Юна, раскрывая рот, – ты, кажется, не понимаешь, – говорит он, поднося ложку с кашей ко рту Юна и удерживает его лицо, чтобы тот не отвернулся, – у тебя нет права выбора, – Ран плюёт в его рот, тут же запихивая ложку каши. Длинноволосый мужчина сжимает тело Юна, предупреждая, что будет с ним, если он выплюнет еду. И парень, скрипя зубами, проглатывает и плевок, и наркотик, и кашу. Ран и его, предположительно, брат, довольно улыбаются и Ран отступает. Мужчина сзади заглядывает в глаза Юну, проверяя зрачки. – Почти готов, – усмехается он, расслабляя хватку. Юн почти не шевелился. Его голова кружилась, почти не болела, но голос мужчины громким звоном отдавался в голове. Юн постепенно перестает видеть, мозг перестает сопротивляться, когда Ран нежно касается бёдер Юна, а его брат прижимается губами к его шее.