Охота

Утро принесло с собой не облегчение, а тягостное осознание нового дня в этой ловушке. Фиолетовый свет, пробивавшийся через щели в корпусе «Гефеста», освещал усталые, осунувшиеся лица. Мин-Хо дышал тяжело и прерывисто, его раны воспалились за ночь, и он бредил на корейском. Чжи-Хо не отходил от него, его лицо было маской отчаяния и беспомощности. Олег, собрав всех, кто мог держаться на ногах, устроил военный совет в центре обломка. —Сидеть здесь — медленная смерть, — его голос был хриплым от усталости, но твердым. — Еды и воды осталось на день, от силы два. Раненому нужна помощь, которой у нас нет. Надо двигаться. — Куда? — развел руками Далтон. — Мы не знаем, где мы. Не знаем, куда идти. Они ждут снаружи. Это самоубийство. — Остаться — тоже самоубийство, — парировал Олег. — Надо искать их технологии. Тот корабль, на котором они сюда прибыли. Антенны. Все что угодно. Это наш единственный шанс. — Шанс против невидимых существ с плазменным оружием? — горько усмехнулся Ройс. — Я бы назвал это отчаянной авантюрой. — У нас нет иного выбора, капитан, — жестко сказала Клаудия. — Мы либо попытаемся, либо сгнием здесь, как тот бедолага снаружи. Пока они спорили, планируя маршрут и распределяя последние патроны, за стенами их убежища царила неестественная тишина. Слишком тихая. Как будто лес затаился в ожидании. *** Высоко на дереве, с которого открывался вид на обломок «Гефеста», три охотника вели свой молчаливый диалог. Копье, его броня все еще носила следы вчерашнего боя — вмятины от пуль и опаленный плазменный кастер. Его поза выражала ярость и нетерпение. Раздиратель излучал злорадное удовлетворение, наблюдая за беспомощностью добычи. Молот был непоколебим, как скала. «Они заперлись, как трусливые твари, — мысленно рычал Копье, обращаясь к Молоту. — Мы теряем время! Моя честь требует отмщения! Я должен снять с себя этот позор!» «Твоя поспешность и стала позором, — холодно парировал Раздиратель. — Ты позволил червям ударить тебя. Я говорил!» «Довольно, — мысленный голос Молота ударил, как хлыст. — Они напуганы. Они ранены. Они сделают ошибку. Ждать.» Именно Молот отдал приказ отступить и наблюдать. Он видел, что люди на грани. Голод, жажда и страх сделают за них работу. Они станут неосторожными. И он оказался прав. Утром они начали шуметь, спорить. Они готовились к выходу. «Они выйдут, — констатировал Молот. — И тогда мы возьмем их. Без ошибок.» Но Раздирателю было мало этого. Унижение Копья и его собственная ярость требовали более немедленной расплаты. Пока Молот и Копье были сосредоточены на основном входе, он незаметно отполз в сторону. Его маскировка работала идеально. Он нашел другую, меньшую трещину в корпусе, рядом с кормы, заваленную обломками. Место, которое люди посчитали безопасным и не стали охранять. *** Внутри корабля совет подходил к концу. Решили ждать до полудня, чтобы лучше осмотреться, а затем идти на запад, к месту, где, по словам Лобмана, разбилась их капсула — вдруг там что-то уцелело. Анджей и Чжи-Хо остались с раненым, пока остальные проверяли оружие и готовились к выходу. Чжи-Хо тихо напевал что-то своему напарнику, пытаясь унять его жар. Именно он первым заметил неладное. Воздух в дальнем углу отсека, у груды оборванных проводов и развороченных панелей, задрожал. Замерцал. Чжи-Хо замер, его глаза расширились от ужаса. Он потянулся за своим пистолетом-пулеметом, но было поздно. Из пустоты, словно демон, материализовалась мощная фигура Раздирателя. Он стоял всего в десяти метрах от них, его окровавленные мандибли растянулись в злобной ухмылке. Он видел трех беззащитных целиков — раненого и двух слабаков. Быстрая, жестокая расправа. Идеальный способ сорвать зло. Он поднял руку, и острые клинки на его запястье с тихим шелепом выдвинулись вперед. Анджей вскрикнул и отпрянул, упав на спину. Чжи-Хо застыл, понимая, что не успеет ничего сделать. И в этот момент с ними случилось странное. Мин-Хо, который все это время бредил и стонал, внезапно открыл глаза. Его взгляд был ясным и полным невероятной решимости. Он увидел хищника. Увидел готовящееся убийство своих товарищей. И возможно, в своем лихорадочном состоянии, он нашел единственный выход. С тихим, хриплым возгласом на родном языке, он рванулся вперед, срывая с пояса Чжи-Хо единственное, что у них было из взрывчатки — две гранаты, трофей с тела одного из солдат «Гефеста», которые они нашли накануне. Чжи-Хо не успел среагировать. — Нет! — закричал Анджей. Но Мин-Хо уже выдернул чеку и бросился под ноги надвигающемуся Раздирателю. Хищник, удивленный этой внезапной атакой, на мгновение замер. Этого мгновения хватило. Раздался оглушительный взрыв, потрясший весь корпус «Гефеста». Ослепительная вспышка на миг озарила все внутри. Крики металла, взрывная волна, отшвырнувшая Анджея и Чжи-Хо в противоположную стену. Когда дым немного рассеялся, картина была ужасной. От Мин-Хо не осталось почти ничего. А рядом, корчась в предсмертных судорогах, лежал Раздиратель. Его маскировка отключилась полностью. Его нога была оторвана по колено, кишки вываливались из развороченного живота. Он издавал хриплые, булькающие звуки, пытаясь подняться на уцелевшие руки. Снаружи послышались два пронзительных, яростных рева — это Копье и Молот отреагировали на взрыв и на гибель сородича. Олег, Далтон, Ройс и Клаудия ворвались в отсек с поднятым оружием, но им оставалось только застыть в шоке от увиденного. План хищников был уничтожен. Их охота превратилась в кровавую бойню с их же стороны. И теперь из укрытия выходили не напуганные жертвы, а разъяренные, доведенные до отчаяния звери, у которых отняли последнее. Особенно яростен был рев Копья. Он не просто потерял сородича. Он потерял шанс реабилитироваться, доказать свое превосходство. Его охота была осквернена глупой, бессмысленной смертью от руки раненого червя. Теперь это была уже не охота. Это была война. И правила только что кардинально изменились.