Охота

Они шли по своим следам, напряженные, как струны, ожидая атаки с любой стороны. Лес, обычно наполненный жизнью, казался вымершим. Даже насекомые смолкли, будто почуяв разлитую в воздухе смерть. Первым тело увидел Анджей. Он замер, указав дрожащим пальцем вперед, и его вырвало на корни ближайшего дерева. Чжи-Хо лежал на спине, уставившись стеклянными глазами в двойное солнце. Его горло было распорото с почти хирургической точностью. Рядом, воткнутый в землю, торчал странный метательный диск с шипом посередине — трофей, оставленный убийцей как знак. Клаудия отвернулась, сжав кулаки. Ройс побледнел, но его лицо осталось каменным. Олег подошел ближе, внимательно осмотрел рану и оружие. — Быстро. Чисто. — Он выдернул диск из земли и сунул за пояс. — Профессионал. Далтона здесь нет. — Значит, он мог... — начала было Клаудия, но Олег резко оборвал ее. — Ничего не значит. Его могли утащить куда угодно. Или это опять приманка. Он повернулся к Ройсу, который стоял в стороне, глядя в пустоту. —Ну что, капитан? — в его голосе снова зазвучали колкие нотки. — Все еще думаешь, что мы зря вернулись? Хоть одного смогли похоронить. Не оставили на растерзание зверям. Ройс медленно перевел на него взгляд. Гнев в его глазах еще не остыл. —Ты должен извиниться, — тихо сказал он. — За то, что сказал о моем брате. Олег фыркнул, но через мгновение кивнул. —Ладно. Слова были лишними. Признаю. Сволочь он может и есть, но это не из-за того, с кем он спит. — Он помолчал, глядя на Ройса. — Но мне любопытно... а он вообще пробовал с бабами? Может, просто не нашел свою? Ройс сжал зубы, и его скулы заиграли. —Это не твое дело. И никогда им не будет. Ты не имеешь права... — Имею, — упрямо перебил Олег. — Мы здесь, черт возьми, одни. Или мы говорим честно, или мы скоро будем мертвы, тая в себе обиды на каких-то педиков и аристократов. Так что скажи. Пробовал? Ройс отвернулся, его плечи были напряжены. —Да, — сквозь зубы выдавил он. — Пробовал. Ему не понравилось. А теперь заткнись. Олег хмыкнул, но больше не давил. Конфликт был исчерпан, пусть и не до конца. Они двинулись дальше, обходя тело Чжи-Хо. Идти было некуда, кроме как вперед, по едва заметным следам волочения на земле. Именно Ройс, с его зорким глазом, заметил следующее. Он резко поднял руку, заставляя всех залечь. — Впереди. На дереве. Что-то висит. Они замерли, вглядываясь в зеленую мглу. На одной из толстых, низко склонившихся ветвей действительно висела темная, неподвижная фигура. Но это был не Далтон. Подойдя ближе, они увидели тело гуманоида в облегающей одежде из странного, переливающегося материала. Кожа существа была синего оттенка, с тонкими темными полосами. Длинные черные волосы свисали вниз. Существо было мертво, его шея была сломана, а на груди зияли три знакомых параллельных разреза. Но самое странное было в его одежде и аксессуарах — они были явно технологичными и в то же время... органическими. Напоминали стиль, который они видели разве что в старых фильмах про далекие планеты. — Еще один, — прошептал Анджей. — Кто это?.. — Похоже на того синего, что был прикован на той поляне, — сказала Клаудия. — Тот был мертв. Этот... свежий. — Его тоже убили наши «друзья», — мрачно констатировал Олег, оглядываясь по сторонам. — Похоже, мы не единственные, на кого тут охотятся. — Смотрите, — Ройс указал на запястье существа. На нем был браслет, похожий на тот, что был у вильтрумита, но другой конструкции. На миниатюрном экране мерцали странные символы. — Он... активен? В этот момент браслет издал тихий, мелодичный звук, и голограмма над ним проецировала на мгновение карту местности с несколькими мигающими точками. Одна из точек была очень близко. Все застыли в ошеломленном молчании, глядя на технологическое чудо на руке мертвого инопланетянина. Это был первый луч реальной надежды за все это время. Возможно, ключ к пониманию, где они. Или даже к спасению. Но чтобы получить его, нужно было снять браслет с мертвой руки. И все понимали, что это действие могло быть самой опасной ловушкой из всех. Снятие браслета с холодной руки синего гуманоида далось нелегко. Застежка была сложной, нечеловеческой. В конце концов, Олег просто перепилил ремешок штык-ножом. Браслет лег ему в ладонь тяжелой, теплой металло-керамической плиткой. — Теперь что? — спросила Клаудия, нервно оглядываясь. — Мы не знаем, как это работает. — Работает же, — упрямо сказал Олег, тыкая в мигающие символы. Голограмма с картой снова вспыхнула, показывая те же точки. Одна из них пульсировала совсем рядом, метрах в пятидесяти, в небольшой ложбине, скрытой за стеной гигантских папоротников. — Это... может быть Далтон, — тихо сказал Ройс. Его собственный внутренний конфликт померк перед возможностью спасти товарища. — Или ловушка, — не унимался Олег, но уже вскинул пулемет. — Но проверить надо. Тихо. Они крались как тени, обходя папоротники. Из ложбины доносились приглушенные звуки. Не крики. Не речь. А какое-то... хлюпающее, чавкающее урчание, смешанное с низкими, удовлетворенными щелчками. Олег первым заглянул вниз и резко отпрянул, его лицо исказилось от ужаса и отвращения. Он молча показал жестом остальным смотреть. Картина, открывшаяся им, была хуже любого кошмара. На дне ложбины лежал Брайан Далтон. Он был жив. Его привязали к обломку скалы. Его грудь и живот были покрыты глубокими, аккуратными разрезами, с которых... Копье сдирало кожу длинными, точными движениями своего клинка. И не просто сдирало. Оно... ело. Отрывало куски плоти своими мандиблями и проглатывало, издавая те самые урчащие звуки удовольствия. Это была не охота. Это была пытка. Глумление. Нарушение всякого Кодекса. Ройса вырвало. Клаудия в ужасе зажала рукой рот. Анджей просто замер, его сознание отказалось воспринимать увиденное. И в этот момент воздух рядом с ними вздыбился. Проявился Молот. Он смотрел на происходящее внизу, и его мощная фигура выражала не ярость, а... шок. Глубокое, непреодолимое отвращение. Он издал резкий, повелительный щелкающий звук. Копье подняло голову. Его маска и мандибли были залиты кровью. В его желтых глазах не было ни ярости, ни расчета. Только пустота и жажда. Оно ответило Молоту серией визгливых, истеричных щелчков, явно отвергая любые упреки. Молот сделал шаг вперед, его поза была угрожающей. Он указывал на Далтона, затем на свое оружие, требуя быстрой, чистой казни. Копье в ответ подняло окровавленный клинок и рыкнуло. Это было неповиновение. И Молот не мог его оставить в живых. Он рванулся вперед. Не на людей, а на своего сородича. Два хищника схлестнулись в яростной, безмолвной схватке. Клинки звенели, плазма шипела, вырывая куски земли. Это была битва не за добычу, а за душу. За честь их жестокой расы. Но ярость Копья была слепой и всепоглощающей. Опыт Молота и его сила не смогли противостоять чистой, животной агрессии. Копье, движимое безумием, парировало удар и, улучив момент, вонзило свои клинки в соединение брони на шее Молота. Раздался ужасающий звук рвущегося металла и плоти. Голова Молота с его холодными, мудрыми глазами отлетела и покатилась по камням. Его могучее тело рухнуло на землю, сотрясая ее. Копье стояло над телом наставника, его грудь тяжело вздымалась. Оно издало протяжный, торжествующий рев, полный не победы, а животного удовлетворения. Безумие полностью поглотило его. — Сейчас! — прошипел Олег, выходя из ступора. — Пока оно опомнится! Они бросились вниз, в ложбину. Клаудия и Ройс принялись резать веревки, державшие Далтона, стараясь не смотреть на его искалеченное тело. Олег прикрывал их, прицеливая из пулемета в Копье, но чудовище, казалось, на мгновение забыло о них, упиваясь своей победой. Далтон был без сознания. Его дыхание было поверхностным, хриплым. Когда последняя веревка лопнула, они подхватили его и потащили прочь, назад к папоротникам. Копье подняло голову, увидев, что добычу уносят. Оно издало яростный рев и сделало шаг к ним, но споткнулось о тело Молота. Этого мгновения хватило. Они бежали, не оглядываясь, волоча Далтона между собой. Они добежали до ближайшего укрытия — пещеры под вывернутыми корнями дерева — и затащили его внутрь. — Брайан! Держись, черт возьми! — хрипел Ройс, пытаясь заткнуть самые страшные раны обрывками своей рубашки. Далтон открыл глаза. Они были мутными, невидящими. —Сара... — прошептал он. — Прости... И его взгляд застыл. Дыхание остановилось. Он умер у них на руках, так и не поняв, за что его так жестоко пытали и убили. Они сидели вокруг его тела в гнетущем молчании. Ужас от увиденного, горечь потери и шок от того, что самый молодой и неопытный хищник одолел veteranа, смешались в одно тяжелое, невыносимое чувство. Их было теперь трое. Олег, Ройс и Клаудия. И Анджей. И где-то снаружи остался один-единственный охотник. Безумный, обезумевший от крови и ярости, без правил и без тормозов. Охота превратилась в бойню без правил.