Иное сердце

ㅤМою подушку теперь зовут Марк. Её по-удивительному приятно обнимать, когда представляю его…в то же время, немного грустно, ибо столь тесный контакт тел происходит лишь в моём воображении. Тем не менее, я довольно быстро уснул. И спал бы дальше, кабы не дурацкий будильник в пол седьмого утра. Идиотская школа. ㅤКонечно, я понимаю, что совсем скоро экзамены, но если в начале года этот факт меня хоть как-то колышил, то сейчас мне абсолютно до фонаря: сдам — хорошо, не сдам — фиг с ним. Лишь бы всё побыстрее закончилось. Надоело. ㅤВ голове отсутствуют какие-либо хорошие воспоминания касательно школы. Друзей здесь нет, все шугаются от одного моего вида. Впрочем, на это тоже всё равно: я привык к такому отношению. Меня не волнует, кто и как перемывает мои косточки. ㅤМарк. Меня волнует он.

***

ㅤВсе те дни до момента моего дня рождения я только и делал, что думал о зеленоволосом красавце и нашей следующей с ним встрече, не обращая внимания ни на учёбу, ни на родителей, что пытались со мной помириться. И, наконец, дождался. ㅤЯ со всех ног несусь к Падубе. Она, явно, тоже меня ждёт. Более того, сегодняшний день выпадает на урок магии. Как удачно! С собой я, кстати говоря, прихватил три кусочка торта. ㅤПодножье «речного холма» достигнуто. Я у двери; не стуча, толкаю её, наклонив ручку вниз, и захожу: мне разрешено. И какая же красота открылась перед моими глазами! Всюду пархают малюсенькие огоньки: зелёные, красные, оранжевые, голубые…они, подобно хамелеонам, меняют свою «окраску». На стенах висят глиняные горшочки, из которых чуть ли не по всей комнате расползлись плетучки с цветами…цветами необычными, чудной формы: я таких никогда не видел. Торт, о появлении здесь которого даже не подозревал, заставляет меня обомлеть пуще всего: трёхъярусный: низ — оранжевый, середина — алая, верх — фиолетовый; украшен масляным кремом, тёртым шоколадом и гранатом. Мне стало стыдно за то, что принёс. Падуба действительно ждала меня. Кстати, а вот и она. Сидит в своём креслице. А теперь уж нет…в один миг очутилась передо мной. — Ну, здравствуй, именинник! — приветствует она меня. Я тут же присаживаюсь и заключаю её в объятия, не успевает фея и договорить своего предложения. — Здравствуй, бабушка! — восторгаюсь я. — Чего-чего, а такого я не ожидал. — Ну, у вас это, насколько мне известно, называется «сюрпризом». Мы с Марком с утра тебя ждём! — С Марком? Где же он? — Сейчас подойдёт. А ты пока присядь. ㅤЯ послушно располагаюсь в соседнем Падубиному кресле. У нас завязывается диалог. Мой мозг же, тем временем, напряжён отсутствием Марка. Когда же он вернётся? Как ни странно, парень лёгок на помине. ㅤВзгляд союза бушующего неба, ведомого гневом Нефелы и листвы сказочного Тёмного леса пал на меня в одночасье; я, меж тем, почувствовал приятный наплыв радости. Хорошо, когда сей милаха оказывается рядом. Встав, я здороваюсь с кудрявым; что-то в душе даже говорит крепко обнять его, но стоит задуматься: а готов ли он к этому? Знакомы мы слишком мало, да и тактильным он не выглядит. ㅤПарень внезапно протягивает мне огромный зелёный стебель, высотою, наверное, в полтора метра…верх этого стебля — поистине что-то неведомое: множество рядов лепестков, каждый из которых своего цвета: есть баклажановые, пурпурные, лазоревые, мятные, золотые…чем-то это растение напоминает розу, только без шипов. Его листья, в свою очередь, похожи на те, что у петрушки. — С днём рождения, — спокойно говорит Марк, смотря куда-то в сторону. Щёки парня, тем временем, заливаются лёгким румянцем. Он…стесняется? Мне думалось, что он не умеет…или это потому, что я сам сейчас такой же красный, как помидор? В любом случае, от его смущения становится ещё более неловко. Что делать? И чего я расселся? Нужно принять подарок. ㅤВстав, я беру эту гигантскую «розу» в руки и подношу к носу: пёстрый, но такой нежный аромат захватывает моё тело, будто бы сковав его цепями, высвобождаться из которых совсем не хочется. — Какая прелесть… — невольно проборматываю я. ㅤМарк улыбнулся. Какой же он славный…отправился не пойми куда ради того, чтобы достать мне подарок. Божечки…я, кажись, вновь зацвёл внутри. — Дай-ка я в воду поставлю — подбегает ко мне Падуба, отобрав цветок и окунув его в не менее крупную вазу с жидкостью. Старушка поняла, что надо разрядить накалённую обстановку. Ценю в ней это. — К столу, мальчики. Пора пить чай!

***

ㅤИ не думал, что земляная фея так хорошо печёт. Это удивительно. Мы съели, ей богу, половину торта. От верхнего яруса вообще ничего не осталось. Была нами выпита и не одна чашечка травяного чая. Надо бы пройтись. Сидеть поднадоело. — Я пойду с тобой, — ринулся ко мне Марк, не успел я дотронуться дверной ручки. — Поосторожней там, мальчики, хе-хе-хе! — предостерегает Падуба, подозрительно усмехнувшись. — И возвращайтесь, как нагуляетесь! ㅤОказавшись на улице, мы с Марком двигаемся вдоль реки; как по правилу, оба из нас молчат и пялятся куда-то в землю. Так не должно продолжаться. — Марк, — обращаюсь я, нервно поглаживая свои волосы. Парень в ответ смотрит в мои глаза, так ничего и не произнося. — Не хотелось бы, чтобы вопрос показался тебе слишком личным, но откуда ты? — Из лесов Чёрного моря, — не медля отвечает он. — Чёрного моря? — Да. Эта река туда впадает, сливаясь с более длинной — указывает на смирно текущую Рядь с чутка зыблющейся гладью. ㅤДалеко же живёт, однако. Интересно, его вынудило сюда явиться одно лишь желание увидеть Падубу? ㅤМы поднимаемся по берегу. Хочется посетить большой луг, что располагается около рощи, в которой мне повезло увидеться с Марком. Весной и летом это место как никогда прекрасно: всё усеяно зеленющей полевицей, загадочной куриной слепотой и анютиными глазками. — Кстати, Марк, — посещает меня новая мысль, — чем ты увлекаешься? — Люблю играть на флейте. — По тебе заметно, что музыкант. — Почему же? Это вопрошение чуть не застало меня в расплох. — Ну, — запинаюсь я, в панике трепя рукав своей футболки, — п-пальцы у т-тебя красивые…вернее, с-соответствующие… ㅤНеловкое молчание вновь обволочило нас. Я от стыда закрыл лицо руками. — Роман, — внезапно называет меня по имени зеленоволосый. — А? — А ты чем увлекаешься? ㅤОчередной тяжёлый вопрос. Да что ж такое? — Раньше любил подолгу залипать в компьютер и приставку. Переиграл в кучу игр…в шутеры там разные, РПГ. Сейчас я этим занимаюсь реже. — Всё изменилось после знакомства с Падубой, да? — Именно. Меня больше интересует магия, чем всё остальное. ㅤМы на лугу. Трава здесь воистину длинная и разнообразная: потому и свежо. Я предложил Марку расположиться под орехом, произрастающем на ближайшем холме. Он согласился. Кивком. ㅤВид из этого тенистого, а потому и прохладного местечка прекрасен: всюду растелилась освещённая солнцем зелень, которая выглядит по-настоящему сказочно; а когда ветерок колышит её, сразу ощущаешь присутствие воздушных духов. То чувство уединения, создаваемое всей этой атмосферой подтверждает, что на земле всё-таки есть свои райские уголки. ㅤЯ ложусь на траву, созерцая небеса. Такие чистые…значит, вилы в хорошем настроении. Вслушиваясь в окружающую тишь, я постепенно проваливаюсь в омут своего сознания…передо мной предстают различные картины. На одной из них я хожу по безлюдному дому, явно принадлежащему какой-то аристократии; подойдя же к зеркалу, я натыкаюсь на нелепое чёрное пятно. В доме заиграла музыка. Чистая, тихая и нежная мелодия, охватившая пространство, потоком разлилась по моим ушам. Но здесь ведь никого. Это точно не пластинка, и уж тем более не радио. ㅤЯ открываю глаза и поднимаю корпус. ㅤМарк. Это он. ㅤСтоль свободно держа флейту, парень с несметной лёгкостью перебирает своими ловкими пальцами по её отверстиям. Какие же дивные звуки! И как же он красив. Вокруг него даже запархала пара лимонниц. Обаятельность и музыкальность…две характерные черты народца фей. ㅤОкончив игру, он смотрит на меня взглядом, полным ожидания. — Марк, это чудесно! — не скрывая восторга, восклицаю я. — Рад, что тебе понравилось, — скромно отвечает он, устремив взор вниз. Его щёчки вновь порозовели. — Сыграешь ещё? — более воздержанным тоном вопрошаю я, увидев реакцию парня на мою похвалу; параллельно с этим надеяюсь, что он вновь подарит мне свою волшебную мелодию. — Конечно, раз просишь.

***

ㅤУверяю, что музыка продлилась до самого заката. Мы с глубокой неохотой вернулись к Падубе. Хотелось просидеть под тем орехом чуть подольше, встретив звёзды. Может быть, в другой раз… ㅤПадуба приказала нам с Марком сесть на пол в позе лотоса. Ох! То, что сегодня будет урок, успело напрочь вылететь из моей головы. — Рома, — обращается ко мне фея, — помнишь я тебе рассказывала про наш мир? — Да, помню — даю я ответ, — он невероятно опасен для обычных людей. — Верно. Но смертный тоже может попасть туда относительно безопасным способом. — Это каким же? — Медитацией. В тебе есть наша кровь, а потому это не займёт много времени. Как только ты почувстуешь, что происходит что-то нехорошее, сможешь сразу вернуться к нам, покинув альфа-ритм. — Чего же ты раньше мне про такое не рассказала?! — изумился я услышанному. — Поверь, ты тогда не был готов. Этот мир может нанести ущерб даже в медитативном состоянии. — Давайте приступать. ㅤНаходясь под впечатлением, я не хочу никого слушать. Я хочу действовать. ㅤПадуба принялась окуривать пространство благовониями, а мне повелела сосредоточиться на мире Дивных, избавившись от всех посторонних мыслей. И это довольно тяжело, особенно когда раздумья приходят сами по себе. Мозгу опасно что-либо запрещать — начинает буянить. ㅤЯ вижу какие-то непонятные иероглифы, которые хаотично двигаются, словно бы расплываясь по воде. Эта медитация весьма отлична от той, в которую я погрузился на лугу. Внезапно, символы сменились яркими искорками. Как же чудесно они выглядят… ㅤВспышка света. Всё необычайно белое. ㅤЯ иду среди вечнорозового неба. Мимо проплывают причудливые облака, то и дело меняя форму. Одно из них даже прошло сквозь меня, обернувшись бегемотом. Вдали завиднелись звёзды…очень много звёзд. Они громко хихикают. Даже я слышу! Озорные. ㅤА трава…тёмно-синяя, укутанная золотистой росой, она никогда не перестанет быть влажной. Почуяв мой взор, она расходится в длиннющую тропу, ведущую куда-то вниз. ㅤПроплыв вниз по дорожке, я завидел вдали сияющий лес. Это, наверное, и есть обитель блуждающих огоньков. Пока я иду в мерцающую сторону, скраю от меня, на большом улыбающемся камне, сидит огромная синяя бабочка, поглощая рыбью кровь. ㅤЯ ступил на территорию леса. Пространство перестало быть розовым. Вместо этого оно стало таким тёмным, туманным, неприятным-пренеприятным. Шагая по иссохшей почве, по красному, как вино, рыдающему мху, я натыкаюсь на цветочное поле. Здешние бордовые растения, видом напоминающие водоросли нашего мира, возвышаются на двести футов, стремясь достичь солнца, которого нигде не видать. ㅤТолчок. ㅤБольно падаю, отлетев на приличное расстояние и поломав пару стеблей несчастных цветов. Мне как-то совсем не по-себе…кто меня так возненавидел? Я кричу. В ответ слышу лишь эхо. ㅤЭтому полю, видимо, нет конца. Я бегу через него уже десять минут, а всё безрезультатно. Доносится пронзительный визг. Мои уши...какой противный звук! Оборачиваюсь. Ничего. ㅤОпять толчок. ㅤНа моём локте образовалась приличных размеров рана. Вот только сейчас мне не до неё. ㅤКолоссальной длины рогатый змей с человеческим, вместе с тем единым, заливающимся кровью глазом, когтистыми лапами и чернющей чешуёй навис надо мной. Пытаюсь встать. Тело не слушается. Змей готовится к рывку. Закрываю веки. Он пронзительно визжит, словно бы ему что-то помешало… ㅤОткрываю глаза. Да, так и есть: мощные лозы обвили его шею и две единственные конечности. ㅤПронеслась яркая вспышка ядовито-зелёного света. Когда она погасла, я увидел бледнокожего парня, парящего в воздухе и вооружённого остроконечным деревянным жезлом. Из его спины выглядывает сияющее подобие крыльев, которое, судя по всему, и послужило причиной этого взблеска. ㅤОдежда…волосы… ㅤЭто что, Марк? ㅤВплотную подлетев к змею, юноша что есть силы вонзает в трахею чудовища своё орудие. Змей замирает. Гадко взвыв, он падает навзничь, окатив окрестности грохотом. ㅤЯ очнулся. Как же непривычно возвращаться к реальности после получасовой медитации…всё такое малахитовое. — Как ты? — с ноткой тревоги спрашивает Марк, разглядывая моё локтевое ранение. — Ты спас меня, — отвечаю я, улыбнувшись, — а потому отлично. ㅤМоему терпению пришёл конец. Доля секунды, и я заключаю Марка в объятия. Мне уже всё равно на его реакцию. Пусть оттолкнёт меня, пусть ударит, пусть… ㅤОн отвечает взаимностью. ㅤНикогда прежде я не вдыхал ароматов его тела столь близко. И как же мне стало тепло: что телесно, что душевно. Наши сердца размеренно забились, слившись в один такт.