Иное сердце

ㅤСтруи воды стекают по моему телу, проникая в кончики волос на голове, тем самым моча ничем не примечательную светло-каштановую шевелюру. Утренний душ освежает. Честно говоря, такую процедуру я прохожу, наверное, впервые за последнюю неделю… ㅤИскупавшись, натираю лицо специальной мазью по рецепту Падубы: не очень хочется, чтобы Марк глядел на мои кожные воспаления. Что ж, теперь я готов к прогулке. ㅤЗеленоволосый провёл со мной ночь. Это событие оставило приятный отпечаток в наших с ним сердцах. Навсегда.

***

— Я хочу, чтобы ты узнал наш мир получше, — тихо проговоривает Марк, чмокнув меня в щёчку. — Так давай же, — отвечаю я с лёгким флиртом, положив голову на колени Дивного. — Главное, чтобы на меня опять не напала неведомая кракозябра. — Со мной ты в безопасности. Не волнуйся. — нежно поглаживает он мои волосы. ㅤМы находимся на уже так полюбившимся нам обоим месте: лугу. Устроившись, каждый из нас окунается вглубь сознания, внюхивая аромат ладана. Я вновь вижу те же расплывающиеся символы, что приходили ко мне позавчера. И вновь вспышка света. ㅤПередо мной стоит Марк. Мы с ним в более-менее знакомом для меня месте: среди розовых облаков, синей травы и радостных звёзд. — Следуй за мной, — приказывает он в спокойном тоне. ㅤМолча следую за ним. Перед нами всё так же расстелается волшебная тропа. Спускаемся, идём. — Рома, ты только не бойся, — неожиданно начинает зеленоволосый, — она друг. — Кто «она»? — несколько тревожно спрашиваю я. — Бабочка. — Ах, — успокаиваюсь, — я её видел. И Падуба о ней рассказывала. Но зачем нам она? — За ней, за её камнем, находится невидимая ограда. Так мы сможем пройти дальше. — Разве мы не идём в лес? — К нему опасно приближаться. Думаю, ты уже знаешь, почему. ㅤЯ прикусываю губу. Мне уже говорили, что синяя бабочка не опасна, но всё-таки то, что перед ней лежит куча окровавленной, наверняка смердящей рыбины, которую та выпивает, натыкает на мысль, что поступить таким же образом с человеком не составит ей труда. ㅤЯ пытаюсь в полуприседе спрятаться за спиной Марка, что выглядит несметно глупо, ведь насекомое прекрасно чувствует моё присутствие. Но этой синей морфо, или, кем бы она не являлась, явно всё равно, как и ликующему булыжнику, на котором она сидит: он всё так же улыбается. Кстати, рыбина здесь больше напоминает хвою по запаху. ㅤМарк что-то наговоривает бабочке. На непонятном для меня языке, естественно. Она двигает головой вниз, будто бы кивая. Марк внезапным взмахом своей руки заставляет меня вздрогнуть…из его рукава, своим чередом, вылетает деревянный жезл, которым недавно была нанесена смертельная рана. Марк хватает его. Он несколько раз вращает им по часовой стрелке, изображая невидимый круг. Затем парень резким взмахом делит эту самую фигуру пополам, и всё пространство перед нами сияет ярко-голубыми красками. Происходит вспышка. Марк превращается в тень. ㅤВесь ландшафт исчез. ㅤИ бабочка… ㅤИ Марк. ㅤВсё сплошь белое… ㅤТак продолжается уже секунд десять. ㅤНаконец, я начинаю что-то слышать. Весьма смутно, но разобрать удаётся: — Рома! Всё хорошо? Рома! Мы на месте! ㅤЯ вижу перед собой встревоженного кудрявого, со всех сил трясущего моё тело. Я вздыхаю. Эффект вспышки спал. ㅤНежно, но одним мигом чмокаю Марка в губы, после чего размеренным тоном отвечаю ему: — Я в порядке. Но ваш мир, видимо, не покинешь, не повредив зрение. Столько сияний, ей-богу. — Это того стоило, Рома. Сам посмотри, — говорит он убедительным, романтичным голосом. ㅤИ как же он прав. Вода. Стихия, смотреть на которую можно непрерывно. Особенно, когда она творит то, чего в нашем мире не наблюдается: медленно, по капелькам поднимается в фиолетовое ночное небо, причём в самом озерце, в котором она рождается, количество этой жидкости не убывает. ㅤЯ беру Марка за руку, и мы вместе созерцаем сию волшебную картину. Всё это настолько прекрасно…настолько, что в очах невольно проявляются слёзы. — Эй, что такое? — как никогда проницательно задаёт вопрос мой спутник, после чего мимолётом обнимает меня, прижимает к себе и целует в щёку, привстав на носочки. — Люблю тебя. Вот и всё. — Знаю. Я тебя тоже люблю. ㅤГлажу его по голове, пощупывая мягкие кудри. — Может это прозвучит глупо, — говорю уверенно, — но я хочу остаться с тобой здесь. В этом мире. ㅤМарк озадаченно смотрит на меня. — Это возможно. Но опасно. И это большой риск. Ты можешь соскучиться по своей родине и близким, — заводит предостережительную речь фей. — Мои близкие — это ты, — ежесекундно отвечаю, после чего, спустя паузу, добавляю, — И Падуба. — А как же твои родители? — Ты ведь знаешь, что я с ними не в ладах. — Но я не могу поверить, что тебе на них всё равно. Они настолько суровы? — «Суровы»? — усмехаюсь. — Ты просто отца моего не видел. Амбал жирный. Он как красный цвет. — Хочешь сказать, агрессивный? Бьёт тебя? — Бывало. ㅤМарк печально вздыхает, а затем суёт руку в карман джинсов. — За что так? — вопрошает он, не переводя темы разговора. — Я фантазёр. Хотя я просто вижу вас. ㅤНичего не вытащив, он принимается общупывать другой карман. Но и там пусто. Дивный в панике оглядывается. — Что такое? — интересуюсь я. — Флейта! — восклицает Марк. ㅤЗавидев что-то вдали, парень стремглав бросается бежать за объектом. Я кидаюсь за ним. ㅤМы забегаем в местный лес. Весьма мрачный на вид, полный чёрных деревьев: при этом обзор ухудшается далеко не так, как у нас, на Земле. От бега похрустывают ветки. Становится ещё влажнее, чем у того озера. Мой спутник агрессивно тыкает жезлом в воздух, словно бы атакуя, и из кончика орудия вырывается сгусток чего-то эфирного, полупрозрачного, кислотно-зелёного. Совершив это, юнец почему-то вручает жезл мне, а сам застывает на месте, словно бы чего-то ожидая. ㅤВ ту же секунду в руки Марка прилетает окутанный энергией белоснежный заяц. Заяц, достаточно крупный и…с рогами, что походят на оленьи. В зубах у него флейта, которую пулей выхватывает Марк. — Отпусти меня, негодник! — возмутительно кричит пушистое создание, пытаясь выбраться из захвата, да бестолку: держат его за рога, на достаточном от тела тела расстоянии — в случае, если тот примется обороняться. — Я? Негодник? Не ты ли воруешь чужие вещи, чудище ты в меху?! — ругается Марк, напоминая собой старшего брата, карающего младшего. Я и не думал, что мой зеленовласик бывает таким. Его грубый голос сейчас звучит столь величественно. Забавно. — Прошу, пощадите, потомок дриад! — молит заяц, показывая соответствущий жест передними лапками. — Вы ведь знаете: всё наше семейство любит воровать! — Прекрасно знаю. И так незаметно. И хитро. — Ваши зайцы и говорить умеют, — вмешиваюсь в диалог, смотря на Марка, злобно сверлящего своим взглядом несчастное животное. — Зачем ему твоя флейта? — К Вашему сведению, смертный, меня зовут Вульпин, поэтому никакой я Вам не «ему»! — возник заяц, не позволив кудрявому сказать. — А флейта эта имеет древнюю силу двух племён Дивного народа! И отпустите меня, наконец! — Ступай уже… — проговоривает Марк в пренебрежительном тоне, а после бросает рогатого наземь. Пушистый бежит, сверкая лапками. — Что за два племени такие? — с интересом спрашиваю Марка, глядящего вслед зайцу. — Да так… — он бросает взор вниз, будто от грусти, — одни из вод, другие из лесов. Я происхожу от их союза. Флейта — семейная реликвия. — Всё в порядке? — Да… ㅤВот зачем врать? ㅤПочувствовав перепад в настроении парня, я обнимаю его. Затем целую в губы. Поцелуй переходит в более страстный, и наши языки вновь сплетаются. Я жадно «прощупываю» языком всю ротовую полость Марка, и похоть охватывает нас обоих. ㅤВстав перед ним на колени, прямиком на холодную почву, спускаю с парня штаны и нижнее бельё. Посасываю головку эрегированного пениса, заглатывая детородный орган всё больше. Марк в порыве чувств хватает меня за волосы. Его член полностью проникает в мой рот, по самую глотку. Грубо, дискомфортно. Но приятно от того, что это доставляет ему удовольствие. Марк совершает ещё несколько таких же «толчков» в мою полость, перемещая член вверх-вниз по горлу. Я намеренно постанываю, и спустя время чувствую сладковатый привкус семени во рту. ㅤБыстро же он…хе-хе. ㅤПарень резко вынимает член. — Моя ты ромашка… — вырывается из его уст. Так хочется засмеяться…но как же это мило. — Моя ты м… — запинаюсь я, не зная, что подобрать. Однако быстро выкручиваюсь, — морковка.