Зарево

На площади играла незатейливая динамичная мелодия. Ноги прохожих сами пускались в ритмичный пляс: кто-то отстукивал такт ногой, кое-кто даже делал круговые движения плечами, а кто-то откровенно кружился, завлекая стоящих рядом людей. Элия воодушевлённо наблюдала за танцующими. Признаться, ей самой хотелось присоединиться к этому внезапному веселью, но крепкие верёвки "нравственного воспитания" сдерживали девушку и не позволяли раскрыться и засветиться для всего мира. Девушки в нежных воздушных платьях пастельных оттенков с цветочной вышивкой кружились в заводном танце с молодыми парнями, которые видимо считали, что завязывать сверху рубашки вовсе необязательно. Их лучезарные улыбки дарили радостное настроение толпе. Мелодия отзывалась в сердце каждого, даря успокоение и гармонию. Тело Элии само по себе начало двигаться под звуки музыки, но слева послышалось недовольное шипение: - Юным леди непозволительно танцевать сред бела дня прямо на улице. - Остальные же танцуют, Марта, - девушка обижено надула губы, поворачиваясь к своей гувернантке. Та надменно кивнула головой, якобы соглашаясь с утверждением, но сказанные слова – опровергали. - Это сельчанки, а Вы, - женщина картинно ткнула пальцем в грудь Элии, отчего девушка ещё больше нахмурилась и сдвинула вместе брови, - Вы – дочь главы Тристина. В ответ девушка только устало вздохнула, скрещивая руки на груди – за что получила резкий удар ладонью, как хлыстом, и указание вести себя, "как уважаемая леди". Элия последовала дальше, проходя мимо белых домиков с синими раскрытыми ставнями и разноцветными маленькими цветочками в расписанных глиняных горшках. Она знала здесь каждый дом, каждого жителя, каждую тень. Даже заглядывающие странники – и те выглядели ей знакомыми. Или они были неотличимыми от сотен таких же людей в городе. Все, кроме одной фигуры, привлекающей внимание. Элия замедлила шаг настолько, что её голубое платье с вышитыми белыми пионами почти не шевелилось при ходьбе, а стук маленьких каблуков об брусчатку глушился задором толпы. Похоже, что "фигура" не заметила девушку. Элия не могла рассмотреть лица, так как оно было скрыто под тенью расшитого листьями капюшона. Только рыжая прядь предательски выбивалась, но тонкая рука постоянно с раздражением заправляла эту прядь обратно под капюшон. Плотная накидка оливкового цвета прикрывала тело лишь наполовину, оставляя видимыми округлые бёдра, обтянутые в светло-коричневые узкие штаны. Элия отметила про себя, что только у девушек могут быть такие изгибы и кошачья походка. Хотела бы она двигаться также плавно и чарующе. Незнакомка в капюшоне остановилась возле пекарни, из которой уже доносились аппетитные запахи, вызывая голодные песни живота, словно рычание прятавшегося среди зарослей тигра. Несмотря на гувернантку, которая неоднократно поторапливала и наставляла, Элия остановилась у цветочного лотка, краем глаза наблюдая за "фигурой". - Марта, я бы хотела купить свежий букет детям. Как думаешь, какие цветы им могут понравиться? Довольная, что интересуются её мнением, гувернантка начала рассказывать о цветах и их значениях, но девушка не слушала. Она пристально наблюдала за рыжеволосой незнакомкой. Такой внимательный взгляд притягивающих чёрных глаз не ускользнул от девушки, и она повернулась в сторону Элии. Раскосые кошачьи зелёные глаза с любопытством наблюдали за девушкой. В тени капюшона блеснул маленький клычок в кривой ухмылке. Смущённая Элия быстро отвернулась и сделала вид, что сосредоточенно слушает рассказы гувернантки о цветах. Сердце быстро колотилось, заглушая звуки музыки с площади и громкую речь Марты. Напуганная девушка спиной ощущала пронизывающий взгляд незнакомки в капюшоне. Она пыталась успокоить участившееся дыхание и желала сбежать от цветочной лавки как можно дальше. - … как символ дружбы, белый – как символ невинности… - из неразборчивой каши слова Марты приобретали знакомый смысл. Как раз в тот момент, когда за спиной Элии бесшумно проследовал тёмный силуэт. Краем глаза девушка заметила рыжую прядь и напряглась всем телом, почти не дыша и не двигаясь. С противоположной от гувернантки стороны, оставаясь незамеченной, рыжеволосая незнакомка склонилась над самым ухом и совсем тихо спросила: - Какую игру ты затеяла, девочка? Элия резко повернулась в ту сторону, но увидела только изящно удаляющуюся фигуру в оливковой накидке. Её глаза были ещё широко раскрыты от переживаний, рот приоткрылся в так и не высказанном ответе. Пока незнакомка не скрылась за углом, в голове девушки смешался рой вопросов. Почему она была настолько безотрывно заинтересована этим человеком? Будто заколдованная, не способная думать ни о чём другом. Прежде такая рассудительная и трезво мыслящая, сейчас Элия была готова сорваться на отчаянный крик. За домами послышался рассекающий небесную тишь раскат грома. Элия тревожно приобняла себя за плечи, растирая оголённую часть рук. Не обратившая внимания на гром Марта заметила нервное поведение своей воспитанницы и быстро сообразила, что могло так напугать девушку. - Впрочем, сегодня мы можем обойтись и без цветов. Пойдём, дитя. Гувернантка нежно взяла за руку Элию и быстро, насколько позволяли правила приличия, повела девушку прочь в безопасное убежище от приближающегося дождя, от грома и того, что следовало за ним – от молний. В камине мерно потрескивали почерневшие поленья, прогревая комнату. Элия поднесла промёрзшие руки ближе к огню, чтобы согреться от исходившего жара. За окном было слышно ритмичное барабанное постукивание дождя и оглушающие рычащие раскаты грома. Где-то вдалеке, затянутое серыми тяжёлыми тучами, потемневшее небо на короткие доли секунды озарялось змееподобными яркими молниями. Ещё один раскат грома. Словно в двух шагах от наглухо закрытого окна. Девушка поёжилась от резких звуков и потянула маленькие, похожие на детские, ладошки поближе к обжигающему огню. Комната слабо освещалась стоящими в разных углах старыми потёртыми канделябрами с белыми свечками. Запах таявшего воска заполнил пространство и перемешался с запахом сырой земли, доносившемся с улицы даже через закрытые окна. Девушка задёрнула шторы, чтобы не трястись от каждой вспышки молнии. Сколько себя помнила, она до оцепенения боялась этого природного явления. Даже не грозные звуки грома, а именно рассекающие темноту молнии. Заколдованная танцем языков пламени, которые то переплетались вместе, то расходились по сторонам, Элия беспокойно ожидала визит гостя. Ещё одного потенциального достойного и уважаемого жениха, а другими словами - напыщенного петуха, целью которого было за несколько часов поразить девушку настолько, чтобы стать зятем главы города. Тристин не был большим городом, но земли его были плодородны, а река, протекавшая между городом и лесом, богата вкусной рыбой. Многие тристинцы тесно взаимодействовали с жителями леса. Например, некоторые семьи пользовались помощью домовых для улучшения быта и порядка в доме, а взамен – угощали их лакомствами. Одна из деревянных половиц предательски заскрипела, выдавая присутствие ещё одного человека в комнате. Элия лениво развернулась и без интереса посмотрела на зашедшего молодого человека. Она точно не встречала его раньше, но странное ощущение, несуществующие воспоминания будоражили разум. Взгляд бегал из стороны в сторону, пытаясь зацепиться за отрывки картинок из прошлого и найти того, кто там отсутствовал. Точно также, как было ранее этим днём со встреченной рыжеволосой девушкой недалеко от рыночной площади. Элия падала, как в пропасть, в бездонные янтарные глаза, проникновенно заглядывающие в её. Она, непозволительно для хозяйки дома, нерешительно замерла, позабыв о том, что надо дышать. - Благодарен нашему знакомству, госпожа, – мягкий, согревающий, как огонь в камине, и непривычно высокий для мужчины, голос. Он учтиво поклонился, не сводя с неё глаз. Элия же продолжала бездвижно стоять с открытым ртом и растерянным взглядом. Помотав головой, чтобы прогнать странное наваждение, она надела привычную маску безучастности. - Рада приветствовать Вас у себя дома, - она поклонилась, но не так низко и естественно, как её собеседник, а более сдержанно, выдавая недовольство этой встречей. Блики от огня на ниспадающих чёрных волосах заиграли новыми красками. С появлением гостя комната будто наполнилась теплом, несмотря на горевший до этого огонь в камине. Улыбающиеся широкие глаза-полумесяцы с искренней симпатией безотрывно следили за девушкой. Элия пыталась разгадать, в чём может быть подвох с его стороны и почему он ещё не начал её усиленно "очаровывать", как это делали предыдущие кандидаты в женихи. Она ещё не понимала, что УЖЕ очарована тем, чьё имя даже не знала. - Габриэль, - будто прочитав её мысли, произнёс мужчина. Даже имя было таким уютным и одновременно величественным подобно самому владельцу, который как магнит притягивал внимание. Чувство комфорта и расслабленности охватило девушку, время казалось тягучим и сладким, словно липовый мёд. Глубинно она понимала, что ей нет нужды беспокоиться о напряжённости от молчания или, наоборот, о сказанных словах. Сейчас всё казалось правильным и привычным. Мужчина провёл пальцами сквозь густые тёмные волосы, которые едва ли прикрывали шею. - Элия, - более снисходительным голосом ответила она, отводя взгляд к пылающему огню в камине. Вместо танцующих языков пламени ей почудились две человеческие фигуры, которые соединились в объятиях, - хотя, полагаю, Вам и так это известно, - всё же не удержалась от колкости девушка и тут же прикусила губу, сожалея о сказанном. - Да, - в ответ ещё более доброжелательная и заразительная улыбка, - впустившая в дом пухленькая гувернантка напомнила мне об этом, - непринуждённый шаг навстречу и игриво склоненная голова. Девушка неосознанно потянулась вперёд, чтобы ощутить мягкие волосы между пальцев, но почти сразу с усилием отдёрнула руку. - Надеюсь, что Вы не промокли под дождём. Не лучшая погода для визитов, - она сделала попытку придать беседе светский тон нейтральной темой. - Люблю прогулки под дождём, - ещё один незаметный шаг, - они освежают мысли. Элия хмыкнула и отошла от Габриэля в сторону камина. Она снова протянула ладони к огню, хотя холода совсем не ощущала. В наступившей тишине заняла себя размышлениями: почему мужчина ничего не рассказывает о себе, не задаёт вопросы ей, как это бывало ранее. Возможно ли… что он не такой, как все, кто был до него. И почему это странное чувство, словно они уже давно знакомы, не покидает её? - Могу ли я предложить Вам прогуляться вместе со мной под дождём? От неожиданно прозвучавшего вопроса Элия резко развернулась – Габриэль стоял прямо перед ней настолько близко, что это казалось неприличным. Она ощущала его тёплое равномерное дыхание на коже и пропадала под заглядывающим в душу взглядом. - Под дождём? – Он утвердительно кивнул, пока девушка продолжала неуверенно мямлить, - но там… там гром и… молния, - последнее слово она испуганно выдохнула полушёпотом. - Молнии не так страшны, как кажется, - его выражение лица сменилось на более серьёзное. Вытянутая кошачья улыбка пропала и только сейчас Элия обратила внимание на притягивающие взгляд пухлые губы, - если станет страшно – я защищу тебя. Предлагая отправиться вместе с ним, Габриэль призывно протянул вперёд руку. Полная сомнений, кусая нижнюю губу, девушка посмотрела вниз и зацепилась взглядом за любопытную золотистую татуировку на внутренней стороне запястья – корону. Нерешительно, останавливаясь на пути несколько раз, Элия всё же вложила свою руку в его и более смело, чем раньше, взглянула на Габриэля. - Готова раскрыть крылья? Слова были лишними. Неловкие стеснительные взгляды, брошенные тайно вскользь; лёгкие едва осязаемые касания и звуки капель дождя, разбивающихся об сырую землю и черепичные крыши. Ветер, подобно соучастнику этой маленькой детской шалости, подгонял их в спины, шумно играя со слабыми молодыми листьями. Крепко схватившись за руки, они бежали из города, беззвучно хихикая. Элия чувствовала себя взволнованной из-за непокорности привычным правилам, дарящей свободу. Ей казалось, что сейчас действительно сможет раскрыть крылья и улететь к новым впечатлениям. Дождь немного покалывал кожу, но это было ничем по сравнению с возрастающей эйфорией. Девушка никогда не любила свои маленькие пальчики, восхищаясь такими длинными и тонкими пальцами, как у Габриэля. Но сейчас её детская ладошка, утонувшая в большой мужской ладони, выглядела естественно и красиво. Она прошлась взглядом по широкой спине, ловя себя на желании прижаться к ней всем телом. На одежду стекали капли с промокших волос Габриэля, которые от влажности начали забавно виться. Эта картинка показалась Элии знакомой. Она уже видела широкую спину с этого ракурса, промокшие волосы, задорную улыбку, в ушах раздавалось эхом полюбившийся смех. Головой она понимала, что ничего из этого не происходило ранее, но что-то внутри навевало чужие воспоминания. По небу расползлась молния, освещая бурлящую реку под собой. Девушка узнала это место и удивлённо наблюдала за быстрым течением. В обычное время река, разделяющая Тристин и лес, была тихой и спокойной, покорно следующей своему пути. Сейчас же она ревела, пенилась, пыталась выбиться из старого проверенного временем русла и проложить новую неизведанную стезю. Точно также, как сама девушка открывала в себе новые грани, находясь рядом с Габриэлем. Осознание этого вернуло её к реальности. Элия уже не чувствовала себя увлечённой, страх вернулся при ближайшей вспышке молнии. - Здесь нельзя находиться! – Крикнула она, пытаясь перекричать шум реки и дождя. Но мужчина никак не отреагировал, только сильнее потянул к воде. Девушка заупрямилась и резко выдернула руку, вынуждая Габриэля остановиться. - Что не так?! - Молния! Опасно! – Боясь, что гром заглушит её слова, Элия пыталась передать мысль как можно более ёмко. Мужчина подошёл поближе, чтобы не пришлось тратить силы на крик. Он смотрел сурово и осуждающе, почти с отвращением. - Это говоришь ты или оставленная на тебе печать? – Разочарованно произнёс Габриэль, с немой просьбой поверить ему. - Я не понимаю… Она не успела закончить мысль, задрожав от холодных капель дождя и раската грома. Взгляд Габриэля показался успокаивающим, дарящим надежду, но это ещё больше обеспокоило девушку. Потому что взгляд был единственным, что осталось от образа мужчины, рассеявшемся в каплях дождя словно дым. Осмотревшись вокруг, девушка убедилась в собственной тревожной догадке: возле реки она была сама. Пришло судорожное понимание происходящего: этим вечером она никого не ждала в гости; даже не помнила, как спустилась в комнату с камином; а самое главное - они не смогли бы так быстро добежать из города к реке. "Это сон?" – беспокойно пронеслось в голове. Небо озарилось невиданной до этого вспышкой света, но Элия не рассмотрела молнию, только почувствовала жгучую боль, пронизывающую тело до кончиков пальцев. Она до скрежета сжала зубы и исступлённо зажмурилась. Над полем разнёсся её неистовый крик, хотя она была обессилена, чтобы произнести малейший звук. Мир потемнел, стал влажным и колючим, словно полотно из травы. В этой кромешной темноте показалось что-то похожее на красные узкие перья и жар, исходящий от них. Перья тянулись к её руке и вместо того, чтобы согреть ледяные ладони, туго сжимали. Девушка ещё не догадывалась, что, проснувшись утром в своей постели, обнаружит метку на запястье – щит.