Дурачьё

В тот вечер Бакуго пришел домой в приподнятом настроении, кинул на комод ключи, разделся, поставил к ключам стакан недопитого кофе и посмотрел в зеркало. — Н-да, давно ты таким счастливым не был, обормот, — Бакуго пятерней проходится по волосам. — Всего-то погулял с этим Эйджиро… Хм… Кацуки прошел в гостиную, по пути скидывая толстовку и снимая джинсы. Жарко было пиздец. Он приоткрыл окно — и потянуло прохладным воздухом. В студии жил он один, и был рад своему одиночеству. Он упал на диван, тут же вытягивая из брошенных на пол джинсов телефон. 19:52 Ты добрался? 19:52 Да. 19:54 Хорошо. Спасибо за день Бакуго отбросил телефон, откинулся на спинку и прикрыл глаза. Все мысли Кацуки заполнили руки, на которых выступали вены, длинные тонкие пальцы с крашенными ногтями, грубоватые на вид ладони. Бакуго задумался, какой же он в постели. Судя по тому, что у него была девушка, он ни разу не встречался с парнями, ну, или Кацуки мыслит стереотипами. Аккуратен и нежен ли он с ними? Он пытается представить Киришиму с его подругой, которая подсказала ему дорогу. Она очень красива. И они хорошо бы смотрелись вместе. Кто знает, может, между ними что-то есть? Но фантазии о Киришиме с этой девушкой ничуть не будоражили сознание. Он вспомнил ту вечеринку, начиная додумывать продолжение. К кому бы они пошли? К нему? Презервативы у него быть должны, а вот должное количество смазки — вопрос. Так что к Кацуки. Позволил бы он взять себя прямо там, в туалете? Разумеется, нет. Если бы Киришима предложил отсосать, Бакуго отсосал бы ему? Кацуки сейчас говорит да, но тогда точно бы не стал. Как он трахается? Как? Кацуки запускает в белье руку, сминая полувставший член, берет крем для рук — лень идти к тумбочке — с журнального столика и выдавливает немного на руку. Сойдет. Бакуго распределяет по стволу импровизированную смазку. Ох как ему хотелось бы взять да и отдаться этому красноволосому шкафу без зазрения совести, не думая о нормах морали. Ах как хотелось бы Бакуго взять его самого. Посмотреть, как он будет шипеть и стонать под ним, сминая одеяло до белых костяшек. Как он кончит только от члена Бакуго в нем. Кацуки до боли хотелось сжать эти ягодицы, укусить их, облизать каждый сантиметр его загорелой кожи и смять без остатка все, что только можно будет смять. Он хотел бы выжать из Эйджиро все соки, искусать его так, чтобы он еще недели две не смог позволить себе носить рубашку, растегнутую на две пуговицы, наставить засосов настолько сильных, чтобы болели, не давали забыть о прошедшей ночи. Бакуго хотел бы взять его, чтобы он не мог ходить, чтобы у него дрожали бедра и не было сил встать. Кацуки стянул с себя белье, тут же начиная двигать рукой, намеренно уделяя больше внимания головке. Он представил, как будто именно его касается сейчас Киришима, а не собственная рука. Дразняще ласкает уретру, скользит вниз, почти до боли оттягивая крайнюю плоть. Потом и вовсе убирает руку. Кацуки шепотом просит сам себя продолжить, не забывая тихо простонать имя Киришимы. Он возвращает руку назад, матерится, останавливается, а потом начинает сам толкаться в руку, рычит, еле сдерживаясь и снова просит вымышленного Киришиму не останавливаться. Бакуго из последних сил двигает рукой и тазом и в конце без сил замирает. Открывает глаза и тут же накатывает холодная реальность. Он один, в своей студии, почти в темноте, сидел и мастурбировал в своих сладких фантазиях. А ведь не откажи он сегодня, не соври — мог бы обломиться нормальный секс. А так — клуб «Унылые ручки», где участник только он один, празднует уже годовщину. Целый год Бакуго ни с кем не трахался нормально. Одни стояки утренние в одиночестве, и не больше, чем обоюдная дрочка. Время душа, разложенного дивана (жаль не Киришимы) и сна под расслабляющую музыку.

***

Эйджиро визжал на всю студию, в подробностях рассказывая Мине о произошедшем. Они жили вместе, так что Ашидо нужно было время, чтобы найти себе новое жилье. — Он… Он… — Киришима закипал как чайник, чтобы снова разразиться рассказом. — Он такой хороший! Он так мило краснел, даже не подозревая, что я знаю, что он это от смущения! Эйджиро снова визганул, и Мина шутливо ударила его по плечу. — Ты признался ему? — улыбнулась она. — Да! Он сказал, что не хотел бы торопить события, потому что у него не было никаких отношений! — улыбнулся Киришима. Мина облокотилась на спинку небольшого диванчика и прикрыла глаза, тут же начиная смеяться. Ей тяжело было осознать все это. Но она до этого дружила с ним больше пяти лет, и только год назад они решили попробовать начать встречаться. Киришима очень старался. Он дарил ей без повода конфеты или цветы, водил на свидания, тоже не находя особого повода. Им нравилось вдвоем проводить время, целоваться и веселиться на досуге. Мина хотела семью, Киришима же еще не «нагулялся», он не был морально готов к свадьбе или детям. Эйджиро ничего этого никогда не планировал. Он любил, но не так, чтобы навек. Ашидо научила его любить каждое мгновение, а он ее ждать, не теряя чувств. И теперь, когда ее надежда, ее любовь любила кого-то другого так, вспышкой, что слепила их обоих — в ее душе поселилась дыра, такая, что никакой ткани не хватит, чтобы ее залатать. Ей было больно, но она чувствовала, что ничего между ними не изменилось. Ей не хотелось его ненавидеть, выгонять, орать и скандалить, все, что было — было сделано утром. Они поплакали, посожалели об ушедшем. И это все. Сейчас — уже ничего не сделаешь. Киришима не изменил своего отношения к ней. Он как любил ее — так и любит. Просто нашлась любовь сильнее, ослепительнее, новее. Нетипичная, первая любовь. И Мина приняла для себя это, подумала над всем этим, закрыла эту тему. Она никогда не была птицей его полета. Он — вольная птица, а она — редкая птица. — У него не было отношений? — она открыла глаза и посмотрела в сияющие кровавые океаны напротив. — Он же такой красавчик. — Я думаю, он бы не стал лгать мне, — Эйджиро прильнул к ее плечу и счастливо выдохнул. — Кстати, я подумала… Может, не будем пока разъезжаться и говорить, что не в отношениях? — она убрала с его лица пару прядей. — Хм, — Эйджиро задумался. — Давай. — Хорошо. Они еще некоторое время смотрели фильм, а потом улеглись спать. Киришима чувствовал себя самым счастливым в эту ночь.

***

07:02 Я люблю тебя. 07:24 Как дела? 09:35 Тебе ко второй? «Наверное, занят,» — подумал Киришима. Бакуго же тянул время до ответа. Нельзя лезть к нему. Нельзя. Он, скорее всего, в отношениях. На утро Кацуки был убежден, что он соврал на славу — Эйджиро точно встречается с кем-то. Утром он увидел его и ту его «подругу» вместе. Кацуки лишь корил себя за то, что не смог сразу понять подвоха и чуть не клюнул на шикарные руки, красивое тело и ловкий умелый язык. Ему захотелось удалить все воспоминания о вчерашнем дне, чтобы не ловить никаких иллюзий. Значит, ему захотелось острых ощущений? Решил, что можно вот так взять, подрочить, и у тебя халявный любовничек? Кацуки злился весь день из-за этого. А еще смена в библиотеке… 10:59 Что-то случилось? Бакуго зарычал, открывая диалог. 11:00 Отстань от меня. 11:01 У нас ничего не выйдет. Ищи себе другую пассию. 11:01 Что случилось? Бакуго закатил глаза, заблокировал телефон и положил в карман, усердно конспектируя лекцию. В душе бушевали эмоции, но он знал, что так будет правильнее, чем жить во лжи, как он привык. Нельзя делать шаг назад — это дорого ему обойдется. Киришима один из тех, кому просто нужно поразвлечься, пока их девушка или жена в отъезде. Бакуго зачастую узнавал это отнюдь не от лжеца. Встречал на улице… И осознание било обухом по голове. Разве такое возможно? Врать не месяцами, а годами? Кацуки слишком часто попадался на этот крючок. Сейчас нельзя позволить себе снова прослыть глупцом на всю округу. Бакуго почесал затылок, внимательно смотря на доску и переписывая формулы. Сегодня надо нажраться. В щепки. Чтоб друзья на утро не нашли. 11:05 Ты обещал, что не будешь игнорировать. Бакуго чуть вслух не заматерился. Открыл телефон, со злостью написал: 11:06 Отъебись от меня. Ты мне не нравишься. 11:08 В смысле? 11:09 В коромысле. 11:10 Не пиши мне. Да. Бакуго определенно сегодня нажрется в стельку. Опять его попытались обмануть. Шикарный повод пить. Кацуки пододвинул тетрадь друга поближе и начирикал «выпьем сегодня?» «Я не буду с тобой пить» «Я не буду тебя трогать» «Не меня. Так пойдешь искать с кем бы трахнуться» «Ну и пошел нахуй. Сопьюсь» «Я проконтролирую :)»