𝐃𝐎 𝐘𝐎𝐔 𝐖𝐀𝐍𝐓 𝐓𝐎 𝐊𝐍𝐎𝐖 𝐇𝐎𝐖 𝐃𝐄𝐀𝐓𝐇 𝐊𝐈𝐒𝐒𝐄𝐒?╰┈➤Ｔｈｅ Ｖａｍｐｉｒｅ Ｄｉａｒｉｅｓ・ᴰᵃᵐᵒⁿ ˢᵃˡᵛᵃᵗᵒʳᵉ & ⱽⁱᵒˡᵉᵗ ᴿᵉⁱˢˢ ✔

▲

⬎

Хᴏчᴇɯь, ɜнᴀᴛь, ᴋᴀᴋ цᴇᴧуᴇᴛ ᴄʍᴇᴩᴛь?

⬐

❝𐌺уρьᥱρᥴκᥲя д᧐ᥴᴛᥲʙκᥲ ᧐δнᥙʍᥲɯᥱκ ᥴ᧐δᥴᴛʙᥱнн᧐ᥔ ᥰᥱρᥴ᧐н᧐ᥔ!❞

.

___________

╮

ˢⁱᵃ — ᴮʳᵉᵃᵗʰ ᴹᵉ♬

▶︎ •၊၊||၊|။||||| 0:10

▼

— 2009 год. 1 ноября —

Дом Рейсс

-

Первые лучи солнца пробивались сквозь окно, намереваясь разбудить спящих. Один из них нашёл свою жертву и направился прямо в лицо Деймона. Он недовольно поморщился. Глаза цвета летнего неба распахнулись, несколько раз моргнули, пытаясь адаптироваться к резкой перемене. Свет бил прямо в зрачки, вызывая дискомфорт. С досадливым вздохом Деймон перевернулся на бок, отворачиваясь от света. Едва он успел устроиться поудобнее, готовясь снова погрузиться в объятия Морфея, как рука, мягкая, но неожиданно увесистая, с глухим шлепком приземлилась прямо ему на лицо. Деймон застонал про себя. С трудом приоткрыв веки, он осторожно, стараясь не разбудить Вайолет, подхватил её своевольную конечность и бережно переложил на живот. Найдя более удобное положение на подушке, он снова закрыл глаза, ощущая разливающееся по телу приятное спокойствие. Казалось, секунда, и он снова уснёт… Но судьба, как назло, решила подшутить. Не слишком громкий, но отчётливо различимый для его чуткого слуха храп нарушил идиллию. Деймон снова открыл глаза. С тихим вздохом он приподнялся на локте и, нахмурившись, уставился на мирно спящую девушку. Сейчас, глядя на это умиротворëнное создание, Деймон даже задумался, а не подменили ли её? Может, у неё есть сестра-близнец, о которой никто не знает? Слишком уж разительным был контраст между её вчерашним и сегодняшним обликом. Тонкая струйка слюны стекала с её слегка приоткрытых губ, а носик мило подëргивался, делая её похожей на пушистого спящего котёнка. Взгляд Деймона, обычно полный веселья и остроумия, сейчас был задумчивым, почти... нежным. Он боролся с внезапным, почти непреодолимым желанием прикоснуться к ней, провести кончиками пальцев по изгибу её щеки. Но он сдержался, зная, что даже малейшее движение может нарушить этот хрупкий момент, разрушить иллюзию её совершенной безмятежности. Последние остатки сонливости испарились. Сон вряд ли вернётся. Он устроился поудобнее и просто наблюдал, предвкушая тот момент, когда она откроет глаза, пожелает ему доброго утра и подарит свою улыбку.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

Веки Вайолет дрогнули, пропуская первые лучи рассвета. Первое, что она ощутила – ноющую боль в каждой мышце, словно она провела в тренажёрном зале не просто часы, а целую вечность. Она с трудом села, позволив своим костям издать серию удовлетворяющих хрустов. Кофе. Ей отчаянно жизненно необходима была лошадиная доза кофе, чтобы вернуть рассудок и подобие адекватности. Девушка несколько раз нетерпеливо причмокнула губами, а затем поморщилась от яркого солнечного света, пробивающегося сквозь щель в шторах. Повернувшись к окну, Вайолет замерла. Её взгляд упал на Деймона. Он лежал на боку, подперев голову рукой, и смотрел на неё с лукавой, самодовольной ухмылкой, растянувшейся на губах. «Деймон в постели». Ничего нового… кроме того, что он голый». Она уже собиралась встать, чтобы хоть немного приглушить этот невыносимый свет, как внезапно… до неё дошло. Дошло, что именно ДЕЙМОН в постели! Именно ГОЛЫЙ ДЕЙМОН и… всё, что произошло ДО того! Сердце бешено заколотилось, глаза расширились, а рот приоткрылся в беззвучном крике ужаса и смущения. Резко, рывком она откинулась назад, зарываясь в одеяло, как в спасительную броню. Девушка натянула его на себя по самую шею, словно это могло спрятать не только её тело, но и её мысли, её смущение. При этом движении край одеяла предательски сполз, обнажая часть бедра вампира. – Эй! – протянул Деймон в нарочито обиженном тоне. Казалось, он наслаждался её смятением. – И это после всего, что между нами было? Ты так демонстративно стесняешься, будто я не видел абсолютно всего. И, если мне не изменяет память, ты была не против, когда я это видел. Совсем не против, я бы даже сказал. Щëки Вайолет вспыхнули, как будто кто-то поднёс к ним раскалëнное железо. Вчерашний день, как слайд-шоу пронёсся перед её глазами: музыка, глупая борьба за мороженое, внезапное откровение, их первый поцелуй… спальня… а дальше… Дальше всё было жарко, очень жарко и… восхитительно. «Боже мой, что же я натворила?» – Заткнись, Деймон, – пробормотала она, отводя взгляд в сторону. — Просто заткнись и забудь об этом. Деймон усмехнулся, приподнявшись на локте. — Ты действительно думаешь, что я забуду самый интересный день, произошедший со мной за последние лет пятьдесят? Думаешь, я смогу выбросить из головы эту феерию страсти? По-моему, я даже до сих пор помню вкус твоих губ. Вайолет резко повернула голову. – Послушай меня! Ещё раз. Ещё одно. Чëртово. Слово. Об. Этом. И я покончу с тобой. Медленно и мучительно. Я тебя сотру в порошок. И даже пепла не оставлю. Так что, ради всего святого, молчи! Просто молчи! Чтобы подчеркнуть серьёзность своих слов, Вайолет на мгновение вспыхнула глазами, окрашивая зрачки в хищный янтарный цвет, от которого у любого здравомыслящего существа кровь должна была похолодеть в жилах. Но Деймон, казалось, ничуть не испугался. Его лицо осталось таким же самодовольным и насмешливым. Он лишь лениво вздохнул, откинулся на спину, заложил руки за голову и устремил взгляд в потолок. — Если быть точнее, ты меня первая поцеловала. Я лишь жертва обстоятельств. Вайолет знала это, чëрт возьми! Знала, что инициатива исходила от неё! Но слышать это от Деймона, да ещё и с такой издевательской интонацией, было невыносимо. Ей нужно молчать. Просто не реагировать. Если проигнорировать его, он, возможно, потеряет интерес и, наконец, заткнëтся. Деймон тем временем потянулся к своему телефону и принялся что-то быстро печатать. Его ухмылка стала ещё шире, приобретая поистине хищный размах. Любопытство, несмотря на всю её злость, взяло верх. — Кому ты пишешь? — У Стефа днюха. А я, как любящий старший брат, обязан поздравить своего младшенького. Надо ж напомнить ему, что он стареет, а я всё так же неотразим. – И сколько ему исполняется? — Сто шестьдесят два года. Вайолет буквально окаменела. Впервые по-настоящему её пронзила осознание: она только что переспала с человеком, который годится ей в пра-пра-пра… да что там, в пра-пра-пра-пра-пра-пра… дедушки! В животе неприятно похолодело. Как-то сразу стало некомфортно от этой мысли. Она даже совершеннолетней ещё не стала, а уже установила мировой рекорд по самому старому партнёру. Неловкость сковала её тело, как цепями. Она взглянула на часы – половина восьмого утра. Скоро вернётся отец, и если он увидит в её постели взрослого мужчину… Вайолет даже думать об этом не хотела. К тому же в гостиной царил чудовищный беспорядок, который нужно срочно устранить. Она, стараясь двигаться как можно осторожнее, начала выбираться из постели. Бросив на Деймона предостерегающий взгляд через плечо, она приказала: — Отвернись. Деймон закатил глаза, явно недовольный её распоряжением, но всё же неохотно закрыл их. Вайолет торопливо схватила с кресла свой халат и накинула его на себя как щит. Ощутив хоть какую-то защиту, она, наконец, смогла встать и неслышно проскользнуть к двери. — Подожди здесь, — бросила она через плечо, — я принесу одну из отцовских рубашек. А потом ты должен уйти. Открыв дверь, Вайолет юркнула в узкий коридор, ведущий к комнатам. Первым делом девушка направилась в отцовскую ванную комнату – ей нужно было оценить последствия ночного безумия. В зеркале на неё смотрела уставшая девушка, но к своему ужасу Вайолет заметила, что выражение её лица было скорее довольным, чем подавленным. «Стоп. Хватит. Этого больше не повторится. Переспать с Деймоном Сальваторе – это предел абсурда, а влюбиться в него – и вовсе билет в психушку». — Какая ты дура, — прошептала она себе, и провела кончиками пальцев по губам, всё ещё ощущая привкус его поцелуев. Но это были мелочи. Настоящая проблема ждала чуть ниже. На шее и плечах Вайолет заметила лёгкую россыпь синяков, едва заметных сейчас, но она знала, что завтра они проявятся во всей красе. Деймон был… груб. Хотя, справедливости ради, она тоже не отличалась нежностью. В тот момент Вайолет казалось, что её разум отключился, и ею руководили совсем другие инстинкты. Трудно было даже представить, что всё это происходило именно с ней. «Интересно, а сам Деймон был доволен? Понравилась ли я ему как партнёр?» «Чëрт! Хватит об этом думать! Какая теперь разница. С этим покончено. ТОЧКА! ВОСКЛИЦАТЕЛЬНЫЙ ЗНАК!» Вайолет решительно умылась холодной водой, пытаясь смыть остатки ночных воспоминаний, и направилась к шкафу отца, чтобы выбрать подходящую рубашку для внезапного гостя. ______ Деймон, наполовину одетый, мерил комнату Вайолет бесшумными шагами. Он не мог отделаться от ощущения, что пытается разгадать сложный шифр, изучая её личное пространство. Деймон искал хоть какую-то зацепку, какую-то деталь, которая бы пролила свет на эту загадочную девушку. Но здесь не было ничего, что говорило бы о типичной юной девушке начала 1990-х. Ни ярких постеров с изображением Nickelback, Linkin Park или Green Day, ни мотивирующих цитат, приклеенных к стене – никаких «Верь в себя!», «Никогда не сдавайся!» или «Следуй за мечтой!». Лишь скромная обстановка и ощущение простора, которые, казалось, отражали внутреннюю пустоту либо, наоборот, невероятную самодостаточность. Тут его внимание привлекли два холста. Прислушавшись к приглушëнному шуму воды из ванной, он удостоверился, что Вайолет всё ещё занята. «Время небольшого вторжения». Осторожно вытянув один из холстов, Деймон хмыкнул. На картине была изображена семья: молодая женщина с широкой улыбкой, приобнимающая девочку лет пяти, и высокий мужчина стоящий сзади. Фон был размытым, что-то вроде парка или сада. Работа была выполнена явно не профессионалом – пропорции слегка нарушены, цвета немного грубые. Чувствовалось, что художник старался, но мастерства ему явно не хватало. Вероятно, это была картина, написанная кем-то для себя, для души. Деймон уже хотел вернуть холст на место, как вдруг заметил подпись в углу картины. Аккуратным почерком было выведено имя: 'Джоди'. Мама Вайолет. В животе что-то неприятно скрутилось. Деймон попытался не зацикливаться на этом, отмахнуться от нахлынувшего чувства, которое он предпочёл бы не идентифицировать. Положив холст на место, он подошёл к окну и чуть раздвинул шторы. Утреннее солнце приятно согревало кожу, проникая сквозь стекло. Люди внизу спешили по своим делам, готовясь к новому дню. Жизнь кипела за пределами этой комнаты. Обычная скучная рутина. И, как всегда, Деймон не был её частью. Внезапно тишину нарушил звук телефона. Деймон, стараясь определить источник звука, нашёл его под кроватью. На экране высвечивалось имя: 'Дэниел'. Деймон закатил глаза. Снова этот человек. Назойливый как комар. Когда звонок прервался, он с любопытством зашёл в раздел сообщений. Там красовалось около семи непрочитанных СМС: 'Вайолет, ты в порядке? Я вчера очень волновался'. 'Перезвони мне, как проснëшься'. 'Я должен с тобой поговорить'. 'Всё в порядке? Ты молчишь уже слишком долго'. 'Надеюсь, ты просто занята. Просто дай знать, что с тобой всё в порядке'. 'Пожалуйста, ответь'. 'Прости, что беспокою. Просто переживаю'. Деймон усмехнулся, но усмешка эта была скорее кривой, чем весёлой. Этот Дэниел явно был не безразличен к Вайолет. Его сообщения сочились обожанием, его беспокойство казалось искренним. Но у Деймона было чутьë на людей, чутьë, отточенное годами. И что-то в этом Дэниеле ему не нравилось. Не только его чрезмерная назойливость. Было в нём что-то искусственное, что-то… неестественное. Слишком приторный, слишком дотошный. Слишком идеальный. В любом случае он был проблемой. Проблемой, которую, возможно, придётся решить. Положив телефон на прикроватную тумбочку, Деймон обернулся к двери. Его фирменная ухмылка, полная самодовольства, снова расцвела на лице, как только он услышал робкие нерешительные шаги, приближающиеся к комнате. Дверь приоткрылась, и в комнату вошла Вайолет. Она явно старалась не бросать взгляд на его обнажённый пресс, но безуспешно. В руках она держала тëмно-синюю рубашку, которую небрежно бросила ему. — Тебе лучше уйти отсюда, пока папа не приехал, — сказала девушка, стараясь сохранить нейтральный тон. Деймон принял одежду и без всяких лишних вопросов или возражений надел её на себя. Полностью готовый к отступлению, он направился к двери. Проходя мимо Вайолет, он как бы невзначай толкнулся с ней плечами, оставляя на её коже лёгкий обжигающий след прикосновения. — Знаешь, почему-то мне кажется, что ты будешь скучать по моим визитам, — протянул он, с удовольствием наблюдая за тем, как она краснеет. — Особенно по той части, где я... голый. Так что если Марк вдруг задержится… или ты просто почувствуешь потребность, ты всегда знаешь, где меня найти. Наглость! Непостижимая, невыносимая наглость! Она из-за всех сил попыталась скрыть смущение за привычной маской дерзости. — Я скорее буду терпеть зубную боль. Да что там, добровольно пойду на удаление аппендицита, лишь бы не видеть твою ухмылку, — выпалила она, стараясь говорить с надменным спокойствием. Деймон, казалось, только этого и ждал. Его ухмылка стала ещё шире, превратившись в хищный оскал. – Вот как? Тогда объясни мне, почему ты так бурно реагируешь на человека, который тебе абсолютно безразличен? Кажется, отрицание – твоя самая сильная сторона. В любом случае, если передумаешь, просто свистни, — с этими словами он оставил её, прикрыв за собой дверь. Вайолет резко распахнула дверь и выкрикнула ему в спину: — Не дождёшься! Захлопнув дверь с такой силой, что в стенах дома эхом отозвался грохот, она прислонилась к ней спиной, тяжело дыша. Деймон Сальваторе! Он просто… невыносим! Неужели в его ДНК заложено флиртовать с каждой встречной? Дышать флиртом? Жить флиртом? Как вообще можно быть настолько самоуверенным, настолько наглым, настолько… обаятельным? От одной мысли об этом в груди у неё что-то болезненно сжалось. Она терпеть его не могла. Честно. Уголки её губ предательски дрогнули, потянувшись вверх. Но через миллисекунду она яростно хлопнула себя по щеке, приказывая взять себя в руки. «Хватит! Довольно!» Надо срочно его забыть. Вычеркнуть из памяти, даже если это будет самым сложным испытанием в её жизни. Но как, чëрт возьми, это сделать? Как можно вычеркнуть из памяти человека, с которым ты провела одну из лучших ночей в своей жизни? Ночь, когда ощущала себя живой, желанной, безумно счастливой? Но всё это неправильно, недопустимо. Он – опасность, ходячая катастрофа. И быть рядом с ним – играть с огнём. Но сердце, упрямое и глупое, всё равно не переставало бешено биться от одной лишь мысли о его образе. О его завораживающем взгляде. О насмешливой улыбке. Воспоминания вспыхивали в голове, как искры костра: его поцелуи, обжигающие и страстные. Его прикосновения, будто он владел ею безраздельно, будто она принадлежала ему целиком и полностью. Это было одновременно пугающе и невероятно волнующе. Ей хотелось оттолкнуть эти воспоминания, стереть их из памяти, но они только становились ярче, чётче, словно выжженные на коже. Вайолет съехала на пол, прижимая колени к груди. Ей нужно мыслить разумно, рационально. Но как? Как справиться с этим хаосом, бушующим внутри? Что ей делать дальше со своими чувствами к этому проклятому вампиру? Чем больше она думала о нём, чем яростнее пыталась его вытеснить, тем сильнее влюблялась.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Пансионат Сальваторе —

-

Пробуждение пришло постепенно. Стефан почувствовал, как книга соскользнула с его коленей, глухо шлëпнувшись на пол. Приоткрыв глаза, он с трудом сфокусировал зрение. Голова гудела. Он моргнул несколько раз, отгоняя остатки сна. В полумраке гостиной было тихо. Слишком тихо. Это означало лишь одно: Деймона нет дома. Стефан, приподнявшись, облегчëнно вздохнул. Спокойное утро было редким и долгожданным подарком. Он поднял книгу и положил её на ближайший столик. И тут Стефан услышал едва различимый посторонний звук. Нахмурившись, он огляделся. Никого. Но в следующее мгновение краем глаза он заметил движение – быстрая тень промелькнула в коридоре. Звук повторился, теперь доносясь сверху с лестницы. – Деймон? – тихо позвал Стефан, но ответа не последовало. Вновь мелькнула тень. На этот раз быстрее, ближе. Стефан напрягся. Это был не его брат. Чувствуя нарастающую опасность, он сосредоточился, готовясь к нападению. Инстинкты вампира обострились, каждая клеточка тела была начеку. Внезапно кто-то толкнул его в спину так сильно, что он не успел среагировать. Стефан рухнул лицом вниз, моментально перекатившись на спину. В тот же миг на него набросилось тело, оскалив клыки в хищном рычании. – Лекси? – проговорил Стефан, в голосе слышалось удивление и лёгкая нервозность от неожиданного 'гостя'. Лицо нападавшей, секунду назад искажённое вампирским оскалом, смягчилось, превратившись в человеческое, с мягкой, лукавой улыбкой. – Привет, – промурлыкала девушка. Лекси встала и быстро протянула ему руку. Стефан, принимая помощь, поднялся и удивлённо посмотрел на подругу. – Что ты здесь делаешь? – Как ты можешь такое спрашивать? – Лекси притворно оскорбилась и потянулась, чтобы обнять его. Стефан ответил на жест, крепко обняв подругу. – Я скучал по тебе, – искренне произнёс он, прислонившись щекой к её волосам. – С днём рождения, – провозгласила Лекси, отстранившись и одарив его широкой сияющей улыбкой.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

Смех Лекси звенел в комнате, перебивая привычную тишину особняка Сальваторе. Стефану давно не приходилось так расслабленно смеяться. После череды трагедий и потерь это утро с подругой казалось глотком свежего воздуха. Они перебрались в его спальню, где, сидя на кровати, оживлённо делились новостями последних месяцев. — Я не знаю. Какой-то урод выстрелил в меня деревянными пулями, и я пропала лет на шестьдесят! Представляешь? – Лекси активно жестикулировала, рассказывая о случившемся – А зачем телеведущему охотиться на вампиров? Стефан нахмурился. — Я не знаю, но он знал о нас. И, возможно, знает и о других. Сделай одолжение, – он строго посмотрел на неё и по-дружески ткнул пальцем в плечо, – будь осторожна. Лекси закатила глаза с преувеличенным вздохом. — Зачем оставаться? Я собираюсь на выходные в Нью-Йорк. Там выступает Бон Джови! 'I'm wanted dead or alive!' – она запела культовую строчку, вытянув руку вперёд в жесте, имитировавшем самого Бон Джови в его клипе. — Это же наша песня! Будет круто! Лекси энергично соскочила с кровати, слегка пританцовывая, словно подталкивая Стефана присоединиться к ней. Она знала, как разжечь в нём этот огонь, как напомнить о тех временах, когда они могли просто жить и наслаждаться моментом. — Думаешь, он нас вспомнит? – спросил Стефан, опуская ноги на пол. — Это были безумные выходные. Воспоминания о том концерте и безудержном веселье всплыли в его памяти, вызывая лёгкую улыбку. — Мы можем заставить его вспомнить, – игриво ответила Лекси, подмигнув. Стефан неуверенно поджал губы, отводя взгляд от энергичной подруги. Он не мог так просто сорваться и уехать, оставить здесь всё. Оставить её. — Давай! Погнали! – уговаривала его Лекси, заметив его колебания. — Что тебя здесь держит? Вампирша подошла к столу и начала рассеянно рассматривать всякие мелочи. — Я говорил, её зовут Елена, – произнёс Стефан, стараясь говорить спокойно. Лекси, заметив одну из фотографий, взяла её, повернулась к Стефану и покрутила ею перед ним. — Будем надеяться, что она лучше, чем твоя бывшая подружка. В её голосе прозвучала лёгкая насмешка, но Стефан знал, что за ней скрывается искреннее беспокойство. Лекси всегда пыталась защитить его от боли, даже если это означало саркастичные замечания. — Ты даже не знала Кэтрин. Он подошёл к ней, мягко забрал фотографию и положил её обратно на стол. Воспоминания о Кэтрин всегда вызывали в нём бурю противоречивых чувств. — Знала бы, надрала бы ей задницу! Маленькая стерва, — парировала Лекси, резко меняясь в лице. Она напряжённо положила руки на талию. — Кстати, где Деймон? — её тон стал настороженным. — Творит зло где-нибудь, — небрежно ответил Стефан. Лекси кивнула, вполне принимая такой сценарий. Это было в духе Деймона. — Побудешь одна здесь? Мне нужно кое в чëм разобраться. — Я как бы и не могу никуда пойти, — ответила Лекси, небрежно намекая на своё затруднительное положение. — Анти-солнечные кольца есть только у вас с Деймоном. У меня есть кольцо настроения. Махнëмся? — она подняла свою правую руку, демонстрируя украшение. — Не получится, — Стефан аккуратно взял её за кисть, чуть прижимая девушку к себе. — И ты знаешь об этом, — добавил он с мягкой укоризной. Лекси вздохнула, понимая, что попытка не пытка. Она вырвала свою руку и чуть отошла от него. — Лекси? — Ммм? — Я очень рад, что ты приехала. Стефан искренне улыбнулся. Присутствие Лекси всегда вносило в его жизнь немного света и тепла. — Что ты делаешь в свой день рождения? Не каждый день исполняется сто шестьдесят два года. — Правда? — спросил он, нахмурив брови, понимая, к чему она клонит. — О, да, — подтвердила вампирша, предвкушая предстоящий день. Она никогда не простит Стефана, если он в такой знаменательный день просто проведёт его как ни в чëм не бывало. Нет уж. Её друг заслуживает отличного настроения. Она твёрдо решила, что сделает всё возможное, чтобы этот день стал для него особенным, даже если ему придётся немного по сопротивляться.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Полицейский участок —

-

Вайолет казалось, что её внутренности скручиваются в тугой болезненный узел. Желудок протестовал, грозясь извергнуть всё, что она съела за последние сутки, а кожа покрылась липким холодным потом. Успокоительное, принятое час назад, действовало как пластырь на глубокую рану – вроде и есть, а легче не становится. Как она сможет? Как она посмотрит в глаза шерифу Форбс и соврëт? Она ведь не умеет врать! Она обязательно проколется, выдаст себя. Ей казалось, что все её мысли написаны у неё на лбу крупными жирными буквами: 'Я ЗНАЮ! Я ЗНАЮ, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ С ВИКИ! Я ТАМ БЫЛА! И ЭТО Я УБИЛА ЕЁ!' Стефан и Мэтт уже прошли через это, Елена сейчас внутри. Осталась она и Джереми. Ей отчаянно хотелось сбежать, провалиться сквозь землю, исчезнуть. Но она знала, что это невозможно. Побег только усугубит ситуацию и сделает её виновность очевидной. — Попробуй. Девушка дёрнулась от неожиданности. Рядом сидел Джереми, и в его руке был бумажный стаканчик. Кофе. — Тебе нужно, – коротко сказал он, протягивая ей напиток. Она неуверенно взяла стакан, поднесла ко рту и сделала глоток. Вкус обрушился на неё, словно удар молнии. Горький, жжëный, отвратительный! Вайолет тут же выплюнула кофе прямо на Джереми. Дженна обернулась с удивлением. — Что ты творишь? Ты в порядке? Вайолет не ответила. Она лишь сильнее сморщилась от отвратительного вкуса во рту. Брови нахмурились, и она повернулась к Джереми, готовая сорваться. — Что это за гадость, Джер?! Ты хоть сам это пробовал?! Но увидев его лицо, покрытое тёмными кофейными пятнами, и то, как капельки стекают по его щекам, Вайолет не смогла сдержать смех. Его серьёзное, совершенно ошеломлëнное выражение лица было до смешного нелепым. — Боже... — она указала на его лицо дрожащим пальцем, — Кофеиновый Да Винчи! Да тебя хоть сейчас в Лувр. Хотя, знаешь, для современного искусства ты слишком… беспорядочный. Но её подкол был внезапно прерван ощутимым неприятным подзатыльником. — Какого чёрта? — пробурчала она, оглядываясь на Дженну и потирая ушибленное место. — Следи за своим языком. Иначе я кусок мыла засуну тебе в рот, — предупредила Дженна, включив режим строгого взрослого. — Поверь, Дженна, сейчас ты слышишь только цветочки, — с насмешкой проговорил Джереми. — Вот когда она по-настоящему заводится, там вылетает такое, что уши вянут, а святые бегут из церкви. Вайолет оскалилась и толкнула его в плечо. Джереми не остался в долгу и ответил тем же. Они уставились друг на друга, словно два кота, ожидающих нападения соперника. Напряжение нарастало. — Тупица, — процедила Вайолет. — Истеричка, — огрызнулся Джереми. — Придурок. — Заноза. — Самодовольный индюк. — Кривоногий гном. Лицо Вайолет мгновенно вспыхнуло багровым. Это был удар ниже пояса, подлый выпад, направленный прямо в сердце её самого болезненного комплекса. Она и так знала о своём небольшом росте, и эта мысль постоянно отравляла ей жизнь. А когда Джереми, этот самоуверенный идиот, так нагло выплескивал ей это в лицо… это было начало войны. Самой настоящей войны. — Повтори, – прошипела Вайолет, с трудом сдерживая ярость. Её голос звучал угрожающе тихо, словно перед бурей. Джереми ухмыльнулся, предвкушая её реакцию. Он наклонился немного ближе и повторил медленно, растягивая каждое слово, словно испытывая её терпение: — Кри-во-но-гий гном. Вайолет больше не могла терпеть. Ярость ослепила её. Она сжала в руке стаканчик с остатками кофе и выплеснула его содержимое в ближайшую урну, игнорируя протестующие мысли о правилах приличия. Затем, со злостью смяв стаканчик в бесформенный комок, она швырнула его прямо в лицо подростка. Дженна, чувствуя приближение катастрофы, тихо отодвинулась подальше, стараясь не привлекать внимания. Она из-за всех сил пыталась сделать вид, что не знает этих двоих сумасшедших. Джереми, ошеломлённый неожиданной атакой, отряхнул остатки кофе с лица, а потом с не меньшей злостью бросил его в нос Вайолет. Затем он вскочил со скамейки и отступил на пару шагов, ожидая ответной реакции. Девушка подняла стаканчик, прицелилась и замахнулась, собираясь вложить в бросок всю свою ненависть и обиду. Однако Джереми, обладавший отменной реакцией, уклонился. Стаканчик пролетел мимо него и… попал прямо в лысую голову полицейского, который как раз проходил мимо. На мгновение воцарилась полная тишина. Каждый почувствовал, как жизнь пронеслась перед глазами. Полицейский медленно повернул голову в их сторону. Его лицо, обычно добродушное, исказила мрачная гримаса. — Кто это сделал? Дженна, запаниковав, указала на Джереми. Джереми, недолго думая, перевёл стрелки на Вайолет. А Вайолет в отчаянной попытке выкрутиться указала на случайную женщину, мирно сидевшую на соседней скамейке. И тут началась вакханалия. — Это он! Он первый начал! – заорала Дженна, тыча пальцем в Джереми. – Ты чë, совсем офонарела? – взвизгнула женщина, бросая гневный взгляд на Вайолет. – Я здесь вообще ни при чëм! – Это она кинула в меня стаканчик! – парировал Джереми, не желая брать на себя вину. – Да, она сумасшедшая! – Ах, сумасшедшая?! Да ты… ты… – слова застревали в горле у Вайолет, она искала самое оскорбительное сравнение, которое только могла придумать. — Сникерс штопаный! – Это всё, на что ты способна? – ухмыльнулся Джереми. – Ты же просто маленькая злобная чихуахуа. – Я тебе покажу чихуахуа! – взвизгнула Вайолет, делая шаг вперёд. Дженна отчаянно пыталась удержать её, но безуспешно. Полицейский, у которого, казалось, сейчас лопнет сосуд в глазу, попытался перекричать их обоих: — Замолчать! Вы двое! Сейчас же! Сейчас мы выясним, кто тут виноват. И поверьте, вам это не понравится. Джереми, почувствовав, что ситуация выходит из-под контроля, решил сыграть роль невинной овечки. Приняв максимально благочестивый вид, он обратился к полицейскому: — Офицер, я уверяю вас, я тут ни при чëм. Это всё она, – он указал на Вайолет, – она первая начала. Я просто пытался её успокоить, но она вышла из себя и… ну, вы сами всё видели. Вайолет, услышав эту наглую ложь, пришла в ещё большую ярость. — Не верьте ему, офицер! – закричала она. – Он врёт! Он сам меня спровоцировал! Он знал, как меня задеть! Он сделал это специально! Дженна ловко протиснулась между офицером и разгневанными подростками и, не церемонясь, схватила их обоих за руки. — Простите за это недоразумение, – промурлыкала она, стараясь говорить как можно мягче. – Они у меня сегодня какие-то… возбуждённые. Знаете, подростковый возраст, гормоны бушуют. Офицер с непроницаемым лицом поочередно окинул взглядом Джереми и Вайолет. Они, как по команде расплылись в самых искусственных и подобострастных улыбках, какие только могли изобразить. — Ладно, пошли вон, — буркнул мужчина, махнув рукой в сторону. Дженна, не теряя ни секунды, поблагодарила офицера и резко дёрнула подростков за руки, уводя их подальше от места преступления. — Только попробуйте ещё что-нибудь выкинуть, – прошипела она, не отпуская их. – Клянусь, я вас обоих отправлю в летний лагерь, где вас будут учить правильному поведению. И никакой вам больше пиццы с двойной пепперони до конца года! Поняли меня? — Ого, тётя Дженна, какая ты сегодня строгая! – рассмеялся Джереми. А в это время из здания вышла Елена. Она выглядела уставшей, но спокойной. Её появление означало, что кому-то из них двоих придётся идти следующим, давать показания шерифу. Колени Вайолет предательски задрожали, а то временное хрупкое спокойствие, которое она едва обрела, мгновенно испарилось. Нет, она ещё не была готова! Только не сейчас! Ей казалось, что сердце вот-вот выпрыгнет из груди. Когда Елена подошла ближе, она сочувственно посмотрела на подругу. — Шериф ждёт тебя. Вайолет сглотнула, пытаясь взять себя в руки. Дженна отпустила её руку, и она, стараясь не показывать страх, медленно направилась к зданию. Каждый шаг давался ей с трудом, словно она шла против сильного ветра. Вайолет надеялась, что ей хватит сил пройти через это испытание. Елена проводила взглядом напряжённую фигуру подруги, пока та не скрылась за дверью. Затем, переведя взгляд в сторону, она заметила Стефана. Он стоял чуть поодаль, засунув руки в карманы тёмных джинсов, его лицо выражало беспокойство. Елена решительно направилась к нему. — Как ты? — тихо спросил Стефан, когда она подошла ближе. — Не думаю, что шериф что-то заподозрила, — ответила Елена, стараясь не выдать тревогу, плескавшуюся внутри. — Надеюсь, Вайолет не проговорится. Боюсь, что под давлением наплетëт лишнего. Стефан кивнул, разделяя её страх. — Я постарался максимально чётко объяснить ей, что нужно говорить. Елена облегчённо вздохнула. — Надеюсь, это сработает. Иначе... Она не договорила, не желая представлять последствия. — Спасибо, — искренне поблагодарил её Стефан. — Я не могу так, Стефан, — Елена покачала головой, в её глазах плескалась неприкрытая боль. — Каждый раз, когда я смотрю на Мэтта или Джереми, я думаю о Вики. О том, что она никогда не вернётся. И они никогда не узнают настоящую причину её смерти. Вокруг тебя люди страдают и умирают, Стефан. И это слишком непосильно. Стефан сделал шаг ближе, его глаза, обычно полные сдержанности, сейчас молили о понимании. — Может, поговорим об этом? Давай поговорим... — Нет, Стефан, — Елена отшатнулась от него, сделав осторожный шаг назад. — Ты должен держаться от меня подальше. С этими словами она обошла его и направилась к своей машине, чувствуя на себе прожигающий взгляд Стефана. Она знала, что причиняет ему боль, но считала это необходимым. Ей нужно было дистанцироваться, чтобы попытаться сохранить остатки своего разума, пока окончательно не утонула в мире вампиров и смертей.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

В кабинете шерифа Форбс стоял невыносимый зной. Даже распахнутое окно, пропускающее полуденное солнце, не приносило облегчения. Вайолет, сидящая напротив Лиз, чувствовала себя словно запертой в теплице. Она уже осушила бутылку воды, стараясь не задерживать взгляд на проницательных глазах шерифа. Лиз откинулась на спинку стула, скрестив руки на груди. — Насколько я понимаю, ты была подругой Вики? — Мы... общались, — ответила Вайолет, стараясь придать голосу непринуждённость. — Не то, чтобы мы были лучшими подругами, но да, мы знали друг друга. — Вики, как ты знаешь, злоупотребляла наркотиками, — продолжала Лиз, не сводя с девушки взгляда. — Вы употребляли вместе? — Нет. Я... Шериф, вы же знаете, как умерла моя мама. Для меня это... это до сих пор очень тяжело. Я мало кого подпускала к себе после этого. Вики… она была просто знакомой. Я знаю, что это звучит чëрство, но это правда, — Вайолет глубоко вздохнула. – Я подсела на Либриум после смерти мамы. Пыталась заглушить боль, забыться. Но сейчас я стараюсь держаться от него подальше. Лиз сочувственно кивнула, в её глазах мелькнуло понимание. – Я сочувствую твоей потере. Когда ты видела её в последний раз? – На вечеринке, – ответила Вайолет, ощущая, как внутри всё сжимается. – Мы не общались. Я просто видела её издалека. – И ты ничего не знаешь о том, куда она уехала? Ничего не говорила тебе? Вайолет отрицательно покачала головой. – Ничего. Просто исчезла. Ладони предательски начали потеть. Движения, и без того скованные, стали ещё более неестественными. Вайолет чувствовала, как на неё давит взгляд Лиз, изучающий, проникающий в самую душу. – Всё в порядке? – спросила шериф, её тон был наполнен сдержанной тревогой. – Да, – проговорила она, вымученно улыбаясь. — Кто может знать, что с ней случилось перед отъездом? – Стефан. Он приходил к ней домой, хотел поговорить. Но Вики не захотела его впускать. – Что он там делал? Вайолет почувствовала, как пот проступает на висках. Ей нужно было подобрать правильные слова, говорить осторожно, чтобы не выдать себя. Любая неточность могла обернуться катастрофой. — Елена очень беспокоилась о Джереми. Она переживала за него после всего, что случилось. Стефан просто пытался помочь, как мог. Он думал, что если поможет Вики, то тем самым поможет и Джереми. — Как Вики вела себя перед отъездом? — Она как будто всё время с собой боролась. Сложно было понять, что у неё на уме. – Признаки агрессии или насилия? Вайолет отрицательно покачала головой. – Нет. – Так ты веришь, что Вики уехала из города? – Да, – выдавила Вайолет, с трудом сдерживая дрожь в голосе. Образ мёртвого тела преследовал её, не давая покоя. Она отчаянно пыталась избавиться от этой жуткой картины, стереть её из своей памяти. Но она знала, что это невозможно. Слишком свежи были воспоминания. Слишком страшен был увиденный кошмар.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Пансионат Сальваторе —

-

Лекси мирно дремала, расслабленно растянувшись на широкой кровати. Веки её слегка подрагивали, а на губах играла едва заметная улыбка, словно она видела приятный сон. Вампирша перевернулась на бок, устраиваясь удобнее, и тут же почувствовала, как кто-то прилёг рядом, заставляя кровать ощутимо прогнуться. — Бу, — тихо произнёс Деймон, его голос сочился издевательской сладостью, а в глазах играла лихая ухмылка. Лекси закатила глаза при виде его персоны. Губы скривились в презрительном фырканье. Она резко села, подтянув колени к груди и недовольно глядя на незваного гостя. — Привет, Лекси. Какой неожиданный сюрприз, — съязвил он, в его голосе сквозил тонкий, едва уловимый намёк на пренебрежение. — Неожиданный сюрприз? — повторила она его слова тем же язвительным тоном. — Не тот брат вернулся в школу. Деймон чуть нахмурился, но тут же вернул себе прежний самодовольный вид. — Ты надолго? — Только на днюху Стефана. — То есть ты приехала не ради меня? — притворно обиженно протянул Деймон. — Точно, Деймон. Через сто лет я наконец-то поняла, что смерть ничего не значит без тебя, — она наклонилась к нему и провела кончиком пальца лёгкую линию по его подбородку. — Поверь мне. Деймон выдохнул, перевернувшись на спину. — Почему ты со мной так груба?! — в его голосе послышалась напускная обида. — Ты знаешь себя? Ты плохой человек, — отрезала Лекси, не скрывая своего презрения. — Потому что я вампир, — парировал он, глядя в потолок. — Не только. В тебе одни плохие качества. Ты сознательно причиняешь боль. — Научи меня быть хорошим, — промурлыкал вампир, внезапно приподнявшись и сократив расстояние между ними. Но Лекси больше не собиралась совершать ту же ошибку. Она усвоила этот урок. Она не поддастся его обаянию, его чарам. Резким движением вампирша вскочила на ноги и, не давая ему опомниться, схватила его за шею, прижимая к кровати. — Я старше, а значит, я сильнее! — Извини, — прохрипел он кое-как, пытаясь освободиться от её хватки. — Не порть мне время со Стефаном. А то пожалеешь, — Лекси наклонилась к его уху, обжигая его своим дыханием. — Ты знаешь, я могу. И я не пощажу тебя. — Да, — еле слышно выдавил Деймон, сдаваясь. Лекси отпустила его, презрительно окинула взглядом и, скаля зубы, покинула комнату, оставив его задыхаться и хватать ртом воздух. Она не позволит ему разрушить её планы. Не позволит ему снова сыграть с её чувствами. На этот раз она будет начеку.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Дом Беннет —

-

Бонни старательно утрамбовывала последнюю футболку в свою и без того набитую сумку. Комната, пропахшая лавандой и старыми книгами, казалась сегодня особенно уютной. Уютной и какой-то чужой, словно она здесь лишь гостья, а не внучка хозяйки этого дома. — Ты уходишь? — тихий голос за спиной заставил её вздрогнуть. Шейла стояла в дверях, скрестив руки на груди. — Отец не любит, когда я остаюсь здесь надолго, — ответила Бонни, не отрываясь от своего занятия. Ей не хотелось видеть грусть в глазах бабушки. — Он скучает по тебе или не доверяет мне? — Шейла попыталась разрядить обстановку шуткой, но в голосе чувствовалась лёгкая, еле заметная обида. — Твоему отцу не хватает воображения. Он думает, что я забиваю тебе голову ведьмовскими штучками. — Он прав, — Бонни неловко улыбнулась, поворачиваясь к бабушке. — Он всегда прав. Это тоже проблема. Бонни хихикнула и снова отвернулась, чтобы взять со столика кулон. — Ты должна носить его, — твёрдо произнесла Шейла, подходя ближе. — Я должна вернуть его Кэролайн. Он не мой. — Нет, твой. Он принадлежал твоему предку. — Эмили была и твоим предком тоже. — Оно нашло тебя, а не меня. И оно тебя защищает. Талисман ведьмы - мощное оружие. Никому его не отдавай. Бонни всё же послушалась бабушку и надела его. А потом с сомнением посмотрела на своё отражение в зеркале. — Было бы оно посимпатичнее… Шейла лишь пожала плечами. Уголки её губ дрогнули в едва заметной улыбке.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Дом Рейсс —

-

Пальцы скользнули по тачпаду, и на экране засияла поисковая строка Google. Первый запрос выдал кучу ссылок на фильмы, книги, сериалы. 'Дракула', 'Интервью с вампиром', 'Сумерки'. Вайолет фыркнула. Всё это было слишком... попсово. Она перешла к более специфическим запросам: 'легенды о вампирах', 'мифы и факты о вампирах', 'способности вампиров'. Первая статья, на которую она кликнула, называлась 'Вампиры: От фольклора до современности'. Автор, некий профессор истории, въедливо разбирал происхождение мифа, начиная с аккадских кровососущих демонов Ламашту и вавилонских Экимму. Вайолет пролистала длинные параграфы, посвящённые румынскому фольклору, польским упырям и даже китайским цзянши. '…Несмотря на географическую и культурную разницу, – писал профессор, – большинство легенд сходятся в одном: вампиры – это не мёртвые существа, поддерживающие своё существование за счёт жизненной силы других, чаще всего – крови. Вампиры, как правило, обладают сверхчеловеческой силой и скоростью. Их чувства обострены, а разум превосходит человеческий по своей остроте и способности к обработке информации. Многие легенды также приписывают им возможность гипноза и управления сознанием, позволяя им подчинять себе волю смертных. Однако стоит отметить, что большинство этих способностей сильно варьируются в зависимости от возраста вампира и силы его происхождения'. Следующая статья, более современная и написанная в научном стиле, называлась 'Вампиризм: Психологические и биологические аспекты'. Здесь речь шла уже не о мифах, а о психических расстройствах, таких как клинический вампиризм и синдром Ренфилда, при которых люди испытывают тягу к крови. Вайолет разочарованно вздохнула. Она понимала, что существует множество психологических объяснений, но то, что она видела вчера, выходило за рамки любой известной психической патологии. Она продолжила поиски, переходя от одной ссылки к другой. На одном сайте обсуждались предполагаемые физические характеристики вампиров: бледная кожа, отсутствие отражения в зеркале, острые зубы и когти. Другой сайт предлагал классификацию вампиров по типу питания: от энергетических вампиров, питающихся чужой энергией, до настоящих кровопийц. 'Гипотетически, если предположить существование вируса или мутации, воздействующей на гены, отвечающие за регенерацию и метаболизм, можно объяснить некоторые из приписываемых вампирам способностей. Например, ускоренная регенерация могла бы позволить им залечивать раны за считанные секунды. А мутация, влияющая на выработку гормонов, могла бы объяснить их сверхчеловеческую силу и скорость. Что касается гипноза, то вполне возможно, что вампиры обладают способностью выделять феромоны, влияющие на сознание других людей…'. Вайолет устало откинулась на подушку, растирая покрасневшие глаза. Несколько часов подряд она погружалась в пучину интернета, в мир, который до недавнего времени казался ей выдумкой. Вопрос, который больше всего мучил Вайолет, касался её самой. Кто она? Что она вообще за существо? Какое у неё происхождение? Существуют ли ещё кто-нибудь такие, как она? Вайолет знала, что не сможет жить дальше, пока не поймёт, кто она. Её единственным союзником стал интернет. Девушки снова вернулась к ноутбуку. 'Сверхъестественные существа. Мифы и легенды', - напечатала она в поисковой строке, ощущая, как в животе растёт неприятное предчувствие. Ангелы, демоны, ведьмы, феи, оборотни … Вайолет отбрасывала варианты один за другим. Ангелы и демоны? Слишком религиозно. Оборотни? Тоже мимо. Но никаких превращений в волков, никаких фаз луны, влияющих на её поведение. Ведьмы? Тут она немного задержалась. Заклинания, магия, способность управлять стихиями… Звучало привлекательно. Феи? Смешно. Крыльев у неё нет, и летать она не умеет. Провидец? В статье говорилось о способности видеть будущее. Интуиция Вайолет была сильна, но она не видела чёткие картины будущего, а лишь чувствовала приближение определённых событий. Кинетик? Люди, способные управлять энергией. Телекинез был лишь одним из проявлений кинетической силы. Но в описании не было ни слова о янтарных глазах, ни о её странных предчувствиях. Вайолет пролистала страницы о древних богах, о гибридах. Каждая новая статья, каждая новая картинка только усиливали её разочарование. Грифоны, русалки, драконы… Красиво, интересно, но абсолютно не про неё. Внезапно, переполнившись бессилием, девушка с силой захлопнула крышку ноутбука. Ничего. Абсолютно ничего. Это была пытка. Читать о существах, о которых она ничего не знала. Не видеть ни одной зацепки, ни одной подсказки, которая могла бы привести её к ответу. Корнелия. Эта женщина знала о ней больше, чем кто-либо другой. Но Вайолет откладывала эту встречу. Она боялась. Боялась признать, что она не такая, как все. Боялась принять свою силу. Хотела забыть о ней, запереть в самой дальней комнате своей души. Но после вчерашнего инцидента стало ясно, что контроль ей просто необходим. Она больше не хотела быть причиной чужой смерти. Не хотела смотреть в испуганные глаза умирающего. Вайолет больше не могла бежать от себя. Пришло время встретиться лицом к лицу со своей судьбой, какой бы чудовищной она ни оказалась. Решение было принято. Ярость уступила место собранности. Вайолет взглянула на часы - два часа дня. Шанс был. Долго не раздумывая, она схватила телефон и набрала сообщение: 'Корнелия, это Вайолет. Есть возможность встретиться? Мне нужна твоя помощь'. Отправив сообщение, девушка подбежала к шкафу в поисках сумочки. Открыв дверцу, её взгляд невольно упал на кожаную куртку, висевшую на вешалке. Сколько времени прошло с той вечеринки Основателей? Казалось, целая вечность, а она так и не вернула ему её. Сердце болезненно сжалось. На миг ей захотелось снова почувствовать себя той беспечной девушкой, выпивающей на вечеринке с загадочным мужчиной. Но это прошлое. Прошлое, которое она должна оставить позади. Вайолет глубоко вздохнула и взяла куртку. Она прекрасно помнила ощущение её тяжести на плечах, запах кожи и терпкого парфюма Деймона. Она знала, что ей нужно избавиться от всего, что напоминает о нём, если она хочет двигаться дальше, если хочет хотя бы попытаться вычеркнуть его из своей жизни. Она накинула куртку на плечи и посмотрела на своё отражение в зеркале. Куртка была велика, но ей шла. Засунув руки в карманы, девушка прикрыла глаза и вдохнула аромат, который всё ещё хранила ткань. Запах Деймона. Запах опасности и притяжения. Лёгкая улыбка коснулась её губ, но тут же исчезла. Она должна вернуть ему её. Нельзя хранить его вещи здесь, словно трофеи. Чем быстрее она это сделает, тем лучше. Она решительно сняла куртку, перекинула через руку, взяла сумочку и направилась к двери. С каждым шагом по ступенькам её решимость крепла. Но как только она открыла дверь, ей в грудь едва не врезалось чьё-то тело. Дэниел. Оба замерли, как олени, застигнутые врасплох фарами машины. Рука Дэниела застыла в сантиметре от двери. Он явно собирался постучать. – Привет… – неловко пробормотал парень, и взгляд его, казалось, пытался избежать её лица. – Привет, – она невольно слегка нахмурилась. – Я… э… просто хотел убедиться, что ты в порядке? Вайолет мягко перебила его, стараясь, чтобы в её голосе не было и намёка на раздражение: — Дэниел, сейчас действительно не время. Мне нужно идти. — Да, конечно. Никаких проблем. Просто… хотел убедиться, что всё в порядке. Его взгляд упал на куртку, небрежно перекинутую через её руку. Улыбка, которая появилась на его лице, была натянутой, почти злой, как бы он ни старался её скрыть. — Опять бежишь к своему Сальваторе? – съязвил он, и в его голосе прозвучала неприкрытая ревность. – Я просто хочу вернуть её. Мысль пришла Дэниелу мгновенно. Он протянул руку, пытаясь выхватить одежду. — Тогда дай её мне. Я сам могу вернуть. Чтобы тебе лишний раз не пришлось видеться с ним. Вайолет, словно по команде, отступила, прижимая куртку к себе. Что-то в его настойчивости, в его слишком ярком самообладании встревожило её. Дэниел закатил глаза. — Серьёзно? Девушка облизнула пересохшие губы. – Я хочу сама её вернуть. И не нужно искать везде скрытые мотивы. Со мной всё будет в порядке. Она вышла вперёд, заперла дверь на ключ и направилась к своему велосипеду, прислонëнному к стене. Садясь в седло, Вайолет старалась не смотреть на Дэниела. Но она знала, что он смотрит. – Мы можем поговорить об этом? Сердце её пропустило удар. Девушка совсем забыла об этом. О поцелуе. О той глупой импульсивной ошибке. – Только не сегодня. Но… мы обязательно поговорим. – Вай, пожалуйста… Это важно. Ты мне очень нравишься. И то, что произошло, не было случайностью, по крайней мере, для меня. Я чувствую что-то, и это реально. Я хочу, чтобы ты хотя бы попыталась понять, что я имею в виду. – Честно, Дэнни, сейчас неподходящее время. Я… я не готова. Он усмехнулся, и в этом звуке не было веселья. Скорее лёгкая горькая ирония. – Не готова? Я не прошу тебя сейчас говорить, что ты меня любишь. Но дай мне шанс. Просто шанс доказать, что это не просто импульс. – Дэнни, послушай, – Вайолет глубоко вдохнула, пытаясь успокоить бешено колотящееся сердце. – У меня сейчас такой ад в голове творится, ты даже представить себе не можешь. Сегодня я давала показания по Вики. Ты понимаешь, что это такое? Сидеть перед шерифом, врать ему в глаза, делать вид, что я ни при чëм. Как ты думаешь, это легко? А теперь… теперь я должна разобраться в себе, понять, кто я, что я. Это всё гораздо сложнее, чем ты думаешь. Это как будто на меня обрушилась целая гора дерьма, и я пытаюсь выкарабкаться. А ты предлагаешь мне остановиться и понюхать цветочки. Я просто не могу сейчас. Понимаешь? Я не могу! Мне нужно время. И пространство. И, честно говоря, поцелуй – это последнее, о чëм я сейчас могу думать. Тишина повисла между ними, густая и давящая. Вайолет выплеснула все эти слова одним залпом, надеясь, что Дэнни, наконец, поймёт. Но когда она подняла голову, ей стало немного жутко от его взгляда. В его глазах не было ни понимания, ни сочувствия. Только холодная пронзительная подозрительность. – Ты его любишь? – только и спросил он ледяным тоном. — Что? – Вайолет изумлённо округлила глаза. Она не ожидала такого поворота. – Кого? Он начал надвигаться на неё. — Что за бред ты несёшь? Какая, к чёрту, любовь?! – Не притворяйся, Вайолет, я всё вижу, – прошипел он, понизив голос до зловещего шёпота. — Извращённая любовь к ходячему трупу, который старше тебя в сотни раз. Неужели ты настолько ослепла, что не видишь, кто он такой? Вампир! Монстр! Он выпьет из тебя всё до капли, а потом выбросит, как использованную игрушку! Вайолет задохнулась от возмущения. Она не обязана перед ним оправдываться! – Я не собираюсь это обсуждать. Ты несёшь чушь. И знаешь что? Пожалуйста, не звони мне пока. Серьёзно. Ещё одна подобная сцена, и я тебе врежу. Девушка резко крутанула педали и рванула с места, оставляя Дэниела позади. Ветер яростно хлестал по лицу, словно пытаясь охладить разгоревшиеся щëки. Но ощущение неприятного дискомфорта от этого разговора, от сверлящего подозрительного взгляда Дэнни не отступало. Он неподвижно стоял сна обочине и смотрел ей вслед, пока её фигура не растворилась за поворотом. Кулаки его сжались так сильно, что побелели костяшки. Внутри него бушевал ураган. Гнев, ревность, страх… он с трудом сдерживал себя. Ещё немного и он бы сорвался. Ещё немного и он бы сделал что-то, о чëм потом пожалел. А может, и нет.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Дом Гилберт —

-

Елене казалось, что мир навсегда окрасился в серый цвет. Ничего не хотелось, не манило, не вызывало даже слабого проблеска интереса. Её взгляд, устремлённый в никуда, зацепился за трещину на потолке и больше не желал никуда перемещаться. Апатия, всепоглощающая и липкая, обволакивала её, погружая в состояние беспробудного оцепенения. — Ты разлеглась тут, как тюлень на льдине, – произнесла Дженна, плюхаясь рядом с нарочитой ленью в голосе. — Ты тоже не пышешь энтузиазмом, — равнодушно отозвалась Елена, не поворачивая головы. — Ну, у меня хотя бы есть оправдание. Меня бросили, – Дженна вздохнула, барабаня пальцами по коленке. — Да… Логан редкостный придурок. — И даже не соизволил прислать прощальное электронное письмо в стиле: 'Я уезжаю из города. Пока-пока!' — Нельзя там потише? Дженна и Елена одновременно повернулись к Джереми. Парень, обычно не отличавшийся усидчивостью, сидел за столом, склонившись над раскрытой тетрадью. Его брови были нахмурены, в сосредоточенности, а губы слегка приоткрыты. — А что ты делаешь? – спросила Дженна, изумлённо глядя на племянника. — Домашку, – буркнул Джереми, даже не поднимая глаз. Елена нахмурилась. Джереми и домашняя работа? Это казалось чем-то абсолютно нереальным, противоречащим всем законам вселенной. Она с трудом могла припомнить, когда в последний раз видела его с учебником в руках. Чаще всего, он использовал их в качестве подставки под видеоигру. — С каких пор ты вообще делаешь домашку? – Елена села прямо, пытаясь понять, что происходит. — Я должен это доделать. Я сильно отстал. А завтра тест. — Как думаешь… инопланетянин? — прошептала Дженна, не отрывая взгляда от Джереми. — Или какой-то клон? – ответила Елена, в её голосе прозвучала растерянность. — Он вас слышит! – раздражённо отозвался Джереми, наконец, подняв на них взгляд. — Может, вы уже перестанете нести чушь и дадите мне закончить? Он снова уткнулся взглядом в тетрадь, яростно водя ручкой по бумаге. Елена и Дженна переглянулись ещё раз, но на этот раз молча.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Полицейский участок —

-

Лиз Форбс склонилась над кипой бумаг. На столе громоздились отчёты о происшествиях, протоколы допросов, отчёты о мелких кражах, жалобы на шумных подростков, и все они требовали её немедленного внимания. Внезапно телефон на столе зазвонил, вырвав её из тягостных раздумий. Лиз подняла трубку. — Шериф, к вам пришёл Деймон Сальваторе, – прозвучал голос на другом конце провода. — Пригласите его. Не прошло и минуты, как в дверях показался Деймон. Он держал в руках большую картонную коробку, и на его лице играла лёгкая, почти ироничная улыбка. — Мистер Сальватор, входите. Не закроете дверь? — Конечно, — ответил Деймон, и одним плавным движением закрывая дверь за собой. Он неторопливо подошёл к столу и с непринуждённой грацией опустился на стул напротив. — Как я поняла, вашего дяди сейчас нет в городе? — спросила Лиз, внимательно наблюдая за мужчиной. — Да, так и есть. Но я говорил с Заком. Он меня вовсю просветил и попросил принести вам это. Деймон протянул коробку Лиз. Она немедленно взяла её и начала распаковывать. На дне лежали связанные в пучки веточки вербены. Лиз взяла одну из них, покрутила в пальцах, внимательно рассматривая. — Вербена, — кивнула она, бросив на Деймона изучающий взгляд. — Это всё, что у нас сейчас есть, — ответил Деймон, сохраняя невозмутимый вид. Лиз кивнула и, положив растение обратно в коробку, отодвинула её в сторону, чтобы снова сосредоточить внимание на Деймоне. — Это небольшой круг лиц. Семьи Основателей, несколько городских чиновников. — И ваши заместители, конечно, да? – подхватил Деймон, слегка наклонив голову. — Есть какие-нибудь подвижки? Деймон уселся поудобнее, закинув ногу на ногу. Он старался выглядеть как самый обычный и законопослушный гражданин, готовый оказать всяческое содействие полиции. — Думаю, у нас неверные данные, — медленно произнесла Лиз, пристально глядя в глаза Деймону. — Мы всегда были уверены, что вампиры могут выходить только ночью. Что, если это изменилось? В глазах Деймона на мгновение мелькнуло что-то похожее на тревогу, но это быстро исчезло, уступив место насмешливому выражению. — Это вообще возможно? Догадки Лиз были опасны. Если думать логически, то смерти начались после его и Стефана приезда. Подозрения легко могли пасть на них, а этого он допустить никак не мог. — Мы исчерпали другие возможные версии. Мы должны рассмотреть вариант, что вампир может разгуливать днём прямо перед нами. — Так каков же следующий шаг? – спросил Деймон, изображая заинтересованность. Лиз вздохнула. — Присматриваемся ко всем недавно приехавшим. Надо определить подозреваемого. В голове Деймона мгновенно созрел план. Идеальный план, позволяющий ему выйти сухим из воды и даже завоевать доверие совета. — Я, конечно, сделаю всё, чем могу помочь, – с энтузиазмом сказал он, стараясь скрыть победную улыбку, спрятанную за его обаятельной личиной. Лиз кивнула ему в благодарность. Любая помощь была ценна, особенно в таком щекотливом деле.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Дом Гилберт —

-

Бонни постучала в дверь комнаты Елены. Лёгкий стук, почти неслышный. Но в ответ - лишь тишина. Обычно Елена, услышав её шаги, уже кричала что-то вроде: 'Входи!'. Сегодня же - лишь холодная мёртвая тишина. С улыбкой, надеясь разрядить угнетающую атмосферу, Бонни тихонько приоткрыла дверь и заглянула внутрь. — Привет, проснулась? — мягко спросила она, стараясь, чтобы голос звучал ободряюще. Елена, свернувшись калачиком под одеялом, открыла лишь на секунду глаза, бросила короткий взгляд в сторону Бонни и тут же снова спряталась под ним, словно ища там убежище от всего мира. Бонни не нравилось видеть подругу в таком состоянии – сломленную, апатичную и отгороженную от всего. Сознание того, что Елена страдает, а она не знает, как помочь, вызвало острое чувство вины. Решительно подойдя к кровати, Бонни схватила край одеяла и попыталась его стянуть. — Нет, нет... — простонала Елена, цепляясь за одеяло обеими руками и безуспешно пытаясь удержать его. Бонни отпустила одеяло, сдаваясь. — Почему ты не перезвонила? — спросила она, усаживаясь на край кровати. Елена немного помолчала, словно собираясь с силами. — Прости меня, — прошептала она, и в этом коротком извинении слышалась вся глубина её отчаяния. — Ты останешься тут навсегда? — с тревогой спросила Бонни, глядя на фигуру под одеялом. — Да, — последовал глухой ответ. Упрямство Елены, её нежелание выбираться из этой изоляции пугало. — Подвинься, — попросила Бонни мягко, стараясь не давить. Елена нехотя, чуть отодвинулась, освобождая место на кровати. Бонни забралась под одеяло, устраиваясь рядом. — Я волнуюсь. Что происходит? — спросила она, смотря Елене в глаза. — Я устала… думать, говорить… — медленно, с трудом объяснила Елена. Каждое слово, казалось, давалось ей с неимоверным усилием. — Может, расскажешь? Хотя бы для того, чтобы я притворилась полезной, — попыталась пошутить Бонни, надеясь немного разрядить обстановку. — Мы со Стефаном расстались. — Мне так жаль, — сочувственно сказала Бонни, чувствуя, как сжимается её сердце. — Ты в порядке? Елена бросила на неё укоризненный взгляд. — Точно, глупый вопрос, — признала Бонни, чувствуя, как краска стыда заливает её щëки. — Я знаю, что пропала, когда была нужна тебе. Я отстой. — Хочешь исправиться? Помоги мне всё это забыть. — Ты сама об этом попросила, — с предвкушающей улыбкой заявила Бонни. Она долго ждала момента, когда сможет показать подруге, на что действительно способна. Елена с тревогой наблюдала, как Бонни спрыгнула с кровати, её движения были полны решимости. Она подошла к окну и тщательно закрыла его, убедившись, что все створки плотно заперты. Затем, повернувшись, схватила со стола канцелярский нож. У Елены перехватило дыхание. Что Бонни задумала? В мгновение ока Бонни подскочила к подушке на кровати и энергично проделала в ней дыру. Затем с каким-то маниакальным упоением принялась её потрошить. — Эй! — попыталась остановить её Елена, не понимая, что нашло на неё. Но Бонни уже сыпала перья по всей кровати, словно готовя ложе из облаков. — Потерпи чу-чуть. Елена растерянно моргнула. — Хорошо, — послушно согласилась девушка. Бонни присела перед Еленой, смотря ей прямо в глаза, и её лицо приняло серьёзное выражение. — Поклянись всё держать в секрете. Елена нахмурилась. — Это не самое лучшее время для клятв. — Поклянись, а иначе я не покажу. Елена вздохнула, понимая, что спорить бесполезно. — Ладно, клянусь. — Окна не открыты, так? — Так? — согласилась Елена, оглядываясь вокруг. — Нет ни фена, ни кондиционера. — Нет. Что ты делаешь? — Бабушка научила. Тебе понравится. Готова? Елена, окончательно сбитая с толку, неуверенно кивнула. Бонни глубоко вздохнула и сосредоточилась, собирая всю свою магическую силу. Она подняла руку над одиноким пёрышком, лежащим на простыне, и к изумлению Елены, пёрышко плавно стало подниматься в воздух. — Бонни, что... что происходит? — выдохнула Елена, не веря своим глазам. Бонни не ответила, только с предвкушением улыбнулась и потёрла ладони друг о друга. Она подняла теперь обе руки, и остальные перья стали подниматься ввысь. Елена издала тихий вздох и с подозрением взглянула на подругу. А затем, секунду спустя, когда Бонни опустила руки, перья, словно сами по себе, снова поднялись в воздух и закружились в завораживающем танце вокруг девушек, создавая атмосферу волшебства. Неверие сменилось завораживающим восторгом. Перья танцевали вокруг неё, касаясь щеки нежным прикосновением. Способности Вайолет пугали Елену, казались чужими и даже враждëбными. Но то, что она видела сейчас, что делала Бонни, вызывало совсем другие чувства. Это было… тепло. Это было как светлое, искреннее волшебство, идущее от сердца. Она чувствовала прилив необъяснимой гордости за Бонни, за её силу, за то, что она поделилась этим с ней. — Это правда, Елена. Всё, что говорила мне бабушка, — тихо произнесла Бонни, её голос дрожал от волнения. На её лице играла нежная, почти робкая улыбка. — Это невозможно, но это правда. Я ведьма. Елена, всё ещё пребывая в стадии шока и осознания, нашла в себе силы выдавить: — Я… я тебе верю. Бонни расплылась в широкой искренней улыбке, чувствуя, как огромный груз постепенно сходит с её плеч. Она рассказала! Она наконец-то поделилась своим секретом с важным человеком в своей жизни.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

Солнце лениво грело силуэт Кэролайн, заставляя её золотистые волосы искриться в лучах. Она шла по Мейн-стрит, уверенная в себе как никогда. Новый день, новые возможности, и Кэролайн была полна решимости использовать его по максимуму. Но её напористый шаг внезапно запнулся о неожиданное препятствие. Деймон Сальваторе, словно выросший из-под земли, заблокировал ей путь. — Послушай, мальчик из подземелья, — начала девушка, стараясь сохранить твёрдость в голосе и ровную осанку. Его постоянные игры в 'кошки-мышки' начинали её утомлять. — Мне надоело быть твоей рабыней. Ты сильно меня обидел. И не думай, что я… Гневная тирада оборвалась. Её взгляд встретился с глазами Деймона, и вся её решимость мгновенно испарилась, оставив лишь лёгкое головокружение и какое-то странное тепло в груди. — Бог мой! – с нескрываемым энтузиазмом воскликнула девушка, расплываясь в широкой искренней улыбке. — Где ты был? Я так рада тебя видеть. Деймон ответил ей такой же широкой, немного удивлëнной улыбкой. — Так-то лучше, — пробормотал он себе под нос больше для себя, чем для неё. — Хочешь сегодня устроить в баре вечеринку? — Почему ты сам не устроишь? — Потому что тогда Стефан с друзьями не придут. А мне надо много народа, — вампир подмигнул ей, и искра озорства вспыхнула в его глазах. — И почему, собственно, я должна устраивать эту вечеринку? — Ты поможешь мне решить маленькую вампирскую проблемку этого города. Я хочу вернуть свой кристалл. — Но он у Бонни. — Я знаю. Забери его у неё, — ответил Деймон, и вся игривость в его голосе моментально исчезла. Тон стал жёстким, требовательным, как и взгляд, которым он её одарил.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Пансионат Сальваторе —

-

Вайолет в который раз замерла перед массивной входной дверью пансионата. На этот раз – она надеялась последний. Неприятный укол, словно осколок льда, коснулся сердца об этой мысли, но девушка тут же отмахнулась от этого чувства. Хватит сантиментов! Вайолет постучала в дверь, готовая встретить Деймона и не впасть в ступор от одного его взгляда. Выпрямившись, она поправила выбившиеся из причёски пряди, стараясь придать своему лицу невозмутимое выражение. Девушка несколько раз мысленно прокрутила в голове свою речь, тщательно выбирая слова, чтобы не выдать волнения в присутствии вампира. Когда изнутри донеслись шаги, Вайолет собралась с духом, приняла позу неприступности… и тут дверь распахнулась. Но за ней стоял не Стефан и уж точно не Деймон. Перед ней возвышалась молодая, потрясающе красивая блондинка. — Э… привет? — произнесла Лекси, слегка склонив голову набок. Вайолет онемела. Её тщательно продуманный планы рухнул в одно мгновение. Лекси, окинув её быстрым взглядом, остановилась на куртке, небрежно перекинутой через руку Вайолет. В уголках её губ появилась едва заметная усмешка. Она слишком хорошо знала владельца этой одежды. — Деймона сейчас нет. Вайолет кивнула, с трудом выдавив из себя тихое: – Я зайду позже. Она уже развернулась, готовая отступить и перегруппироваться, но Лекси окликнула её: – Можешь подождать его здесь! Вайолет обернулась и встретилась с озорным взглядом Лекси. Она замешкалась. В голове крутились мысли. Эта девушка явно вампир. Но какой? Опасный или нет? Что, если она просто заманит её внутрь и в мгновение ока лишит жизни? Лекси прекрасно видела её сомнения. За долгие годы она научилась читать людей, как открытые книги. Она понимала страх в глазах незнакомки. — Не собираюсь я кусать друзей Стефана. Расслабься. — Мы скорее знакомые. Лекси выглядела настолько мило и беззаботно, что Вайолет, преодолев свои сомнения, вошла в дом, стараясь не задеть вампиршу. Она оглянулась, рассматривая роскошную обстановку пансионата. Слабая улыбка появилась на её губах. — Пройдём в гостиную, — предложила Лекси, жестом приглашая её следовать за собой. — Чай, кофе? Или что-нибудь покрепче? – Нет, спасибо. Девушки расположились на диване напротив друг друга. Неловкое молчание повисло в воздухе. Лекси изучала Вайолет, с интересом играя с локоном светлых волос. Лёгкая улыбка играла на её губах, но брови слегка нахмурились, когда взгляд зацепился за кулон на её шее. Она стопроцентно могла сказать, что видела его лет тридцать - тридцать пять назад на другой девушке. Да и этот взгляд карих глаз был очень похож на... — Ты… — начала Вайолет, выводя Лекси из раздумий, — Ты ведь вампир? Лекси снова расслабилась и улыбнулась девушке, кивая. — Да. — И… сколько тебе лет? Лекси слегка приподняла бровь, предвкушая шоковую реакцию. — Около трёхсот пятидесяти. Знаю, знаю. Неплохо сохранилась для столь почтенного возраста. Секрет прост: никаких солнечных ванн и много увлажняющего крема. Вайолет кивнула, стараясь переварить услышанное. Три с половиной века! Значит, она жила почти с шестнадцатого по двадцать первый век. А это значит, она была знакома… Она наверняка видела работы Рембрандта, возможно, даже краем глаза наблюдала за тем, как Дега оттачивал свои балетные па. А может, пересекалась с Ван Гогом в каком-нибудь парижском кафе, когда тот был ещё никому не известным художником. Девушка жадно вдохнула воздух, не в силах сдержать порыв. — Боже мой, ты… ты жила в эпоху гениев! Ты видела Франсиско Гойю? Ты видела, как он творил? — в её голосе слышалась почти детская восторженность, смешанная с благоговением. Лекси рассмеялась, запрокинув голову. Звук её смеха был мелодичным и звонким, наполнявшим пространство гостиной лёгким игривым настроением. — Думаешь, я прожила три века, сидя в тёмной комнате? Вайолет затаила дыхание. — Франсиско… Он был сложным человеком, мрачным гением, которого терзали собственные демоны. Встретились мы в Мадриде, в одной из таверн, где собирались художники и поэты. Я тогда была молода… относительно, конечно, — она усмехнулась своей шутке, — и жаждала приключений. Гойя, уже тогда известный своими сатирическими гравюрами, сидел в углу, угрюмый и молчаливый, осушая бокал за бокалом. Меня привлекла его харизма - какая-то магнетическая, тёмная сила исходила от него. Я просто подошла и заговорила с ним. Спросила, что его так угнетает. Он в ответ лишь рассмеялся. Но в его глазах я увидела боль. С этой боли началась наша… дружба, если это можно так назвать. Я наблюдала за тем, как он пишет, как на холсте рождаются его кошмары, его видения. Он был одержим мраком, но в то же время бесконечно талантлив. Он рассказывал мне о своих страхах, о войне, о грядущей гибели Испании… Он предвидел многое. Вайолет не могла сдержать своего восторга. Она придвинулась ближе, словно боясь пропустить хоть слово. Она смотрела на Лекси широко открытыми глазами, полными восхищения и изумления. — Охренеть! Это невероятно! Гойя! В живую! Я всегда мечтала хотя бы мельком увидеть его работы, почувствовать атмосферу того времени. Лекси не могла сдержать яркой искренней улыбки, наблюдая за этой бурной реакцией. Эта девушка действительно понимала и ценила искусство. Её восторг был заразителен. Очень редко Лекси встречала кого-то, кто разделял её страсть к истории настолько живо. Она протянула руку. — Лекси. Вайолет молниеносно ответила, крепко пожимая её ладонь. — Вайолет. – Вайолет… Интересное имя. Знаешь, что оно означает? Девушка смущённо покачала головой. — Вайолет происходит от латинского слова 'viola', то есть… фиалка. Это цветок скромности и верности. Но также он символизирует тайную любовь и романтику. Тебе подходит. Вайолет кивнула, впитывая информацию. Впервые ей пришло в голову, что её имя может что-то значить. До этого момента оно было просто звуком, сочетанием букв, с которым она себя идентифицировала. Сейчас же, услышав его значение, она ощутила лёгкий трепет. «Фиалка… хм, может быть, это действительно отражает какую-то часть меня? Скромность? Возможно. Верность? Надеюсь. Тайная любовь и романтика? Вот это уже интереснее». — Так что за история вас с ним связывает? — спросила Лекси, бросив мимолётный взгляд на куртку Деймона. — Это… сложно, — пробормотала Вайолет, ощущая тяжесть на сердце. — Сложно? — Лекси усмехнулась. — Между вами что-то было. Это прозвучало не как вопрос, а как безапелляционное утверждение. Вайолет резко подняла глаза на вампиршу, чувствуя, как румянец ещё сильнее заливает щëки. — Это так очевидно? — Я хорошо знаю этот взгляд. — Между вами что-то было? — сдержанно спросила Вайолет, хотя внутри поднималась огромная волна предвкушения и страха. Какое право она имеет спрашивать об этом? Но любопытство, разъедающее изнутри, было сильнее. Внезапно весёлое лицо Лекси стало серьёзным, словно на него набросили тень. Волной накатило воспоминания: тот день, солнце, обжигающее кожу, жгучая боль предательство… Эта скотина Деймон после страстной ночи просто оставил её на крыше на произвол светилу. Почти сжёг её дотла! Внутри Лекси бушевала ярость, направленная как на Деймона - за его лживость и жестокость, так и на саму себя - за наивную веру, понадеявшись увидеть в нём хоть искру человечности. «Чëрт бы тебя подрал, Сальватор! Как же я ненавижу себя за то, что поверила тебе!» — Эта история не для сегодняшнего дня. Она слишком длинная и… не слишком приятная, — отмахнулась Лекси, снова возвращая улыбку на своё лицо. Вайолет не стала давить. По лицу Лекси всё сразу стало понятно. Между ними точно пробежала кошка – огромная, разъярëнная, с выпущенными когтями. Контраст между ними был разительный Деймон - надменный, циничный, красивый до неприличия, опасный, как огонь вампир. В каждом его движении чувствовалась скрытая угроза, в каждом слове - яд. Он словно соткан из загадок и противоречий. А Лекси, наоборот, излучала приятную солнечную энергетику весёлого и жизнерадостного человека. В её глазах не было и тени той мрачной безысходности, которая так часто плескалась в глазах Деймона. Она была открытой, искренней, располагающей к себе. Вайолет знала вампиршу всего пять минут, а уже чувствовала рядом с ней странное, необъяснимое родство. Словно они знакомы целую вечность. «Как же это странно. Неужели бывают такие люди, с которыми сразу возникает эта связь? И как же Деймон мог причинить боль такому солнечному человеку?» Желание узнать правду о прошлом Деймона с Лекси терзало Вайолет, но она понимала, что сейчас не время. Возможно, когда-нибудь… — Эй, а знаешь что? — вдруг воскликнула Лекси, прерывая ход её мыслей. — Тебе обязательно нужно узнать Стефана получше! Он, конечно, смахивает на этакого мальчика-паиньку, который ромашки нюхает и стихи пишет, но поверь мне, в тихом омуте черти водятся. Он умеет удивлять, да ещё как! Идея была не лишена логики, но Вайолет не была уверена, что готова к подобному исходу. Она со Стефаном редко разговаривала, в основном отделываясь колкостями и саркастичными замечаниями по поводу его странного поведения, до того, как узнала о его вампирской сущности. Теперь же ей казалось, что её пытаются втянуть в какую-то личную драму, в которую она совсем не хотела быть посвящённой. — Думаю, Стефан не будет мне особо рад. Да и мне сейчас лучше... — вежливо, но решительно ответила девушка, поднимаясь с дивана. Лекси тоже поднялась, положила руки на талию и фыркнула, изображая крайнее возмущение. — Ах, да брось! Перестань драматизировать! Стефан душка. А если он и скривит недовольно мордочку, это только потому, что он стесняется. Но Вайолет осталась непреклонна. Она уже собиралась уходить, как Лекси, не привыкшая к отказам, взяла быка за рога. Схватив девушку за руку, она с силой потащила её вверх по лестнице, игнорируя тихие протесты. Комната Стефана оказалась открытой. Когда они ворвались внутрь, то увидели, что он сидит за столом и что-то увлечённо пишет в своём дневнике. Он поднял глаза и мило улыбнулся, приветствуя Вайолет. — Привет. Прости, что Лекси тебя насильно привела. Она иногда бывает немного… настойчивой. Лекси притворилась обиженной, театрально приложив руку к груди. — Как ты можешь так говорить о своей лучшей подруге?! Ты вечно сидишь тут, как отшельник, уткнувшись в свои пыльные записи! Хватит зубрить, пора выходить в свет! Мы пришли спасти тебя от скуки и превратить в нормального человека хотя бы на пару часов! Стефан закатил глаза, но уголки его губ дрогнули в улыбке. — Спасти от скуки? Лекси, я вполне счастлив в компании своих… пыльных записей. Вампирша проигнорировала его слова. В одно мгновение её облик серьёзной подруги сменился хитрым выражением лица. Она резко шагнула вперёд и, прежде чем кто-либо успел среагировать, выхватила дневник прямо из рук Стефана. — А вот это мы сейчас проверим! – пропела она, игриво махая добычей перед его носом. Стефан, опешивший от такой наглости, резко вскочил со стула. — Лекси, верни! Это личное! Он попытался по-хорошему выхватить дневник из её рук, но вампирша ловко уклонялась, издавая дразнящий смех. — Не так быстро, Стефан! – она отбежала к противоположному концу комнаты, перепрыгнув через кресло, словно гимнастка. Началась забавная погоня. Стефан с хмурым, но скорее раздражëнным, чем злым лицом пытался достать свой драгоценный дневник. Лекси с заливистым смехом умело лавировала между мебелью, демонстрируя чудеса вампирской ловкости. Вайолет, наблюдая за этой картиной, не могла сдержать улыбку. Обычно сдержанный и серьёзный Стефан сейчас напоминал рассерженного мальчишку, безуспешно пытающегося отобрать игрушку у сестры. В какой-то момент Лекси, подбежав к Стефану вплотную, совершила неожиданный манёвр. С громким смехом она ловко запрыгнула ему на спину, обхватив его ногами за талию. Стефан от неожиданности чуть не споткнулся, но сумел удержать равновесие. — Лекси! Ты совсем с ума сошла! – запротестовал он, пытаясь сбросить с себя подругу. Лекси, повиснув у него на спине, по-прежнему держала в руках дневник. Стефан устало вздохнул. Его силы убывали с каждой секундой. Не из-за физического напряжения, столько из-за абсурдности ситуации. Он бросил умоляющий взгляд на Вайолет, которая наблюдала за этой сценой, прислонившись к книжной полке, с явным удовольствием на лице. Девушка, однако, только развела руками. Набрав в грудь воздуха, он сделал резкое движение. Стефан резко присел на одно колено и одновременно наклонил корпус вперёд. Лекси, совершенно не ожидавшая такой подлости, соскользнула со спины и к своей досаде, оказалась в руках друга. Придерживая её одной рукой, благо вампирская сила позволяла ему держать её без особых усилий, другой, он тянулся к своему дневнику. Решив, что терять уже нечего, Лекси не нашла ничего лучше, чем бросить дневник Вайолет, которая, завороженная происходящим, на автомате поймала его в руки. Дневник раскрылся на какой-то странице, и девушка мельком увидела аккуратный, почти каллиграфический почерк Стефана. Он был таким ровным, маленьким, словно рукопись. Почему-то сердце забилось быстрее от мысли, что там личные мысли. Его чувства к Елене, наверняка, и к Кэтрин. Ко всем тем, кто занимал место в его сердце. Лекси и Стефан замерли, наблюдая за её реакцией. Неловкое молчание повисло в воздухе. Вайолет, смущëнная до предела, закрыла дневник и, подойдя к столу, положила его на место. Стефан в благодарность ей кивнул с лёгкой улыбкой, а Лекси закатила глаза, не веря, что её выходка закончилась так быстро. Вампирша слезла с его рук и, подойдя к Вайолет, положила руку ей на плечо с задней стороны. — Ну что, выудила хоть что-нибудь интересное? Какие тайные помыслы скрывает наш благородный самец? Вайолет пожала плечами. — Знаешь, читать чужие дневники это как подслушивать чужие разговоры. Совершенно не самое приятное занятие на свете. Однажды я попыталась вести дневник. Приготовила красивую ручку, открыла первую страницу, глубоко вздохнула… и за пару минут раздумий мне пришло только в голову написать: 'Дорогой дневник…' Кажется, я не настолько интересный человек, чтобы записывать свои повседневные переживания. Лекси отчасти согласилась. — Понятия не имею, как Стефан держит эту традицию уже столько лет, – она театрально закатила глаза. – У меня бы давно рука отсохла от этого писательства! Да и что можно писать каждый день? — Лекси притворно нахмурила лоб, изображая глубокое раздумье. — День первый: выпила кровь, поссорилась с парнем, купила новое платье. День второй: и так далее. Никаких тебе душераздирающих откровений. Серьёзно, Стефан, ты должен написать руководство по ведению дневников для начинающих вампиров. 'Глава первая: Как излить душу на бумагу, когда тебе двести лет и всё уже надоело'. Это будет бестселлер. Стефан спокойно выслушал её тираду, скрестив руки на груди. Его взгляд был серьёзным, чуть снисходительным. — Это не просто записи о повседневной рутине. Это возможность заглянуть в себя, проанализировать свои поступки, свои чувства. Это – способ сохранить память о прошлом, чтобы не повторять ошибок. Лекси ткнула пальцем в сторону друга, словно обвиняя его в тяжком преступлении. — Вот! Классический занудный ботаник! — выпалила она, заставив Вайолет хихикнуть. Стефан закатил глаза, проигнорировав её колкость, и отошёл к своей кровати, опускаясь на ее край. Вайолет, умиляясь их открытой, хоть и несколько язвительной дружбе, не удержалась от вопроса: — Давно вы знакомы? Стефан задумчиво посмотрел в сторону Лекси. Его взгляд смягчился, и в нём промелькнула тень грусти и благодарности. — Больше ста лет… Это были тяжёлые времена. Я был совсем другим. Неопытным. Жажда меня пожирала. Я не мог её контролировать, — его голос слегка дрогнул, вспоминая те мрачные дни. — Тогда я встретил Лекси. Она увидела во мне то, что я сам перестал видеть. Она не отвернулась. Она помогла мне, научила сдерживаться. Научила, как контролировать жажду, как остаться собой. – Ну да, теперь результат налицо! Теперь это не злобный потрошитель, а образцовый вампир. Вампир, который, помнится, умудрился напиться вусмерть у Статуи Свободы. И вампир, который потом кубарем прыгнул в фонтан Треви совершенно голым. Вайолет, услышав это, раскрыла рот от изумления. Она никогда бы не поверила, что меланхоличный Стефан способен на такие безумные, эксцентричные выходки. Девушка смотрела на него, пытаясь представить его пьяным, голым, плещущимся в римском фонтане, и не могла сдержать смех. В этот момент что-то внутри неё сломалось. Все то презрение и неприязнь, которые она испытывала к Стефану, начали таять, как снег под весенним солнцем. Услышав эти истории, увидев его уязвимость и даже ту пьяную безрассудность, она почувствовала… неизгладимое впечатление. Возможно, Стефан Сальваторе был не таким уж и плохим. Сейчас важно было осознать, что за маской сдержанности и печали скрывался человек, способный на безумство, на радость, на настоящую жизнь. И это заставляло её смотреть на него совершенно по-другому.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

В воздухе витал вайб безмятежности. Смех эхом разносился по гостиной. Девушки, поджав под себя ноги, сидели на мягком диване, почти касаясь плечами. Лекси с раскрасневшимися от смеха щеками, увлечённо листала фотографии в своём телефоне, то и дело тыкая пальцем в экран и комментируя каждый снимок. — А вот мы в Риме! — воскликнула она, показывая Вайолет фотографию, где она стояла на фоне величественного Колизея, держа в руках огромный кусок пиццы, умудрившись при этом измазать соусом щëку. Следующее фото было сделано в Париже у Эйфелевой башни. За ним последовала красочная серия снимков с карнавала в Рио-де-Жанейро. Лекси, вся в блёстках, танцует самбу на карнавале. И колоритные снимки из Мексики: она в огромной сомбреро пробует острую текилу, морщась от неожиданного огня во рту. Дальше шли фотографии в заснеженных вершинах Швейцарских Альп, с шумных улиц Токио, с пляжей Бали. Каждая фотография сопровождалась забавной историей, рассказанной с присущим Лекси энтузиазмом. Вайолет, кажется, совсем забыла первоначальную цель своего визита – вернуть Деймону куртку. Одежда лежала, аккуратно сложенная на кресле в другом углу комнаты, совершенно забытая. Было даже немного завидно. Лекси объехала весь мир, повидала столько, что Вайолет и мечтать не смела. И дело было не только в экзотических местах и безумных приключениях. Речь шла о свободе, о возможности выбирать, как прожить каждый день, о беспрепятственном изучении этой огромной удивительной вселенной. Вайолет чувствовала лёгкий укол тоски. Она тоже хотела бы увидеть Колизей, ощутить прохладный ветерок на вершине Эйфелевой башни, окунуться в хаос и веселье бразильского карнавала. Бессмертие Лекси позволяло ей скитаться по миру, не зная границ, не переживая о времени. Смертность Вайолет, напротив, казалось проклятием, привязывающим её к Мистик Фоллс, к людям, которых она любила и боялась потерять. Внезапно Лекси с победной ухмылкой пролистала дальше. — А вот и жемчужина нашей коллекции! — воскликнула она, поворачивая телефон к Вайолет. На экране появилось несколько фотографий со старого концерта Бон Джови. На первой - Стефан и Лекси, одетые в кожаные куртки и с безумными причёсками, яростно трясли головами в толпе фанатов. На второй - они безудержно смеялись, облитые пивом случайными прохожими. На третьей - Стефан пытался балансировать на плечах у Лекси, а она, в свою очередь, отчаянно пыталась не уронить его. На четвёртой - Стефан с нарисованными на лице усами подпевал во всю глотку. На одном из самых уморительных кадров он, кажется, попытался стянуть с музыканта шляпу. Стефан, сидевший на другом диване, до этого скромно наблюдавший за их развлечением, закашлялся. — Лекси, это… немного личное. — Да ладно тебе, Стеф! Для чего тогда вообще нужны компрометирующие фотографии, если не для того, чтобы ими делиться? Тем более… – вампирша обняла Вайолет за плечи, обращаясь к ней с лукавой улыбкой, – Мы же теперь лучшие подружки! Разве можно скрывать такое от подруги? Вайолет почувствовала лёгкую неловкость, смешанную с тёплым чувством признательности. Подруги? Она только сегодня познакомилась с Лекси. Но в её открытом, искреннем взгляде не было ни капли фальши. Было приятно, что Лекси так легко приняла её в свой круг. В её присутствии забывались все проблемы, все опасности, подстерегающие её на каждом шагу. Она всегда мечтала о настоящей крепкой женской дружбе, но все попытки заканчивались разочарованием. С Кэролайн они были словно с разных планет. Разные вкусы в музыке, фильмах, даже в еде! Разговоры с ней часто сводились к спорам и взаимному непониманию. А Елена и Бонни… эти двое были неразлучны с пелёнок. Они были как две половинки одного целого. Вайолет всегда чувствовала себя рядом с ними лишней, как третья спица в колесе. Когда Елена страдала, Бонни всегда была рядом, готовая поддержать и утешить. Когда Бонни нуждалась в помощи, Елена приходила первой. А Вайолет… Вайолет просто наблюдала со стороны, чувствуя свою бесполезность и ненужность. Затем появился Дэниел. Он был смешным, добрым, с прекрасным чувством юмора. Вайолет обрадовалась, подумав, что наконец-то нашла человека, которому она действительно интересна. Ей нравились его шутки, ей нравилось проводить с ним время. Но тот поцелуй… То внезапное признание в чувствах, которые она не разделяла, всё испортило. Он моментально перестал быть потенциальным другом, превратившись в неловкий вопрос без ответа. И сегодняшняя его вспышка гнева… это было так неожиданно, так некрасиво, что Вайолет почувствовала, как что-то внутри неё оборвалось. Она отшатнулась от него не только физически, но и эмоционально. Страх и разочарование смешались в горький коктейль. Он оказался не тем, кем казался. И вот посреди этого хаоса и одиночества появляется Лекси. И предлагает дружбу. Просто так, искренне и безвозмездно. Вайолет было страшно. Страшно поверить, страшно открыться, страшно снова разочароваться. Но в то же время в глубине души девушка ощутила робкую надежду. Может быть, на этот раз всё будет по-другому. Может быть, с Лекси она действительно сможет обрести настоящего друга. — Так мне нужно подкрепиться! Лекси схватила сумочку, висевшую на спинке кресла, и достала оттуда ещё одну, поменьше. Раскрыв её, Вайолет увидела несколько герметичных пакетов, наполненных тёмно-красной жидкостью. Вампирша достала один из них, воткнула соломинку и с наслаждением сделала первый глоток. Стефан напрягся. — Хочешь? – предложила Лекси после глубокого вздоха облегчения. — Нет, спасибо, – ответил Стефан, его голос звучал немного сдавленно, неестественно. Он резко встал с дивана и отошёл на несколько шагов, словно пытаясь дистанцироваться от происходящего. — Расслабься, я никого не убивала, — заверила его Лекси. — Врач, который берёт кровь у доноров, мой поставщик. Всё законно. Стефан, скрестив руки на груди, не заметил, как на его лице появилось привычное выражение лица. — Не суди меня, ладно? — протянула Лекси. — Я пробовала животную диету, и я продержалась целых три недели. — Неважно. Потому что если я начну снова... — Стефан осёкся, вспомнив о присутствии Вайолет. — Ты сможешь остановиться, – уверенно заявила Лекси, глядя прямо ему в глаза. Но Стефан только покачал головой, отрицая её уверенность. Он знал себя слишком хорошо. — Лекси, я не осуждаю тебя. — Я просто завидую твоей выдержке. У меня её совсем нет. Стефан улыбнулся, принимая этот своеобразный комплимент. Да, он гордился тем, что столько лет сдерживал себя. На его совести оставались только покусанные животные, а не люди. — Кстати, – ухмыльнулась Лекси, снова плюхаясь на диван рядом с Вайолет и откладывая почти пустой пакет в сторону. — Что мы делаем сегодня вечером? Я хочу оторваться по полной! — Забавно, что ты спросила. Сердце Вайолет заколотилось моментально, когда она услышала голос Деймона. Не успела она оглянуться, как почувствовала ветерок и движение рядом. Вампир уже сидел рядом с ней, небрежно закинув руку на спинку дивана и одаривая её самодовольной хищной улыбкой. — Я польщён. Не прошло и суток, а ты уже здесь. Кажется, кто-то не смог устоять перед моим неотразимым обаянием. Вайолет вспыхнула от ярости. Как он смеет! — Я здесь не из-за тебя, идиот. Ты последнее, о чëм я хочу думать. Деймон притворно нахмурил брови, изображая крайнюю заинтересованность. — Правда? Тогда из-за кого же? Неужели наш юный герой Стефан? Право слово, Вайолет, у тебя совсем нет вкуса. Тем более, боюсь, Елена этого не оценит. Ей до смерти надоели эти постоянные подколки. Деймон словно питался её раздражением. Она всегда отвечала резко, стараясь поставить его на место, но это только подливало масла в огонь. Пора сменить тактику. Пора поиграть в его игру. Вайолет приподняла подбородок и из-за всех сил стараясь придать голосу кокетливые нотки. — А почему бы и нет? Стефан куда более… предсказуем. И знаешь, он оказался не таким уж и скучным, как кажется на первый взгляд. Мы неплохо провели время. Она говорила нарочито медленно, наблюдая за тем, как меняется выражение лица Деймона. Его брови чуть сдвинулись к переносице, а в глазах мелькнуло что-то похожее на раздражение. Бинго! — Он умеет веселиться, оказывается. И в отличие от некоторых, он не убивает первого встречного, чтобы развлечься. Да, Стефан, определëнно приятная компания. Закончив эту тираду, девушка повернулась к Стефану, который молча наблюдал за их перепалкой, и одарила его самой лучезарной, самой невинной улыбкой, на которую была способна. — Стефан, ну что скажешь? Елена всё равно ушла. Может, попробуем что-нибудь новое? Станем парой. Что думаешь? Реакция Стефана была бесценна. Он буквально опешил. Рот его слегка приоткрылся от изумления. Он явно не ожидал такого поворота событий. Вайолет ликовала внутри. Краем глаза она заметила Лекси, которая, прикрывая рот рукой, пыталась сдержать смех. Она тоже оценила представление. Но самое интересное было то, что творилось с Деймоном. Он пытался скрыть своё удивление, но по его глазам было видно, что Вайолет попала в точку. Он явно не ожидал от неё такой дерзости. Девушка встала с дивана, подошла к креслу, где валялась его куртка, схватила её и с силой швырнула ему в лицо. — Она мне больше не нужна. И перестать вести себя как козёл, — взмахнув копной рыжих волос, она наградила Лекси мимолëтной улыбкой в знак прощания и быстрым шагом направилась к выходу. Мгновенный шок сменился игривым блеском. Деймон ухмыльнулся, сбросив куртку на пол. Что ж, это было что-то новенькое. Он привык контролировать ситуацию, очаровывать одним взглядом, а тут… Вайолет перевернула всё с ног на голову. Ему понравилась её игра. Может быть, на этот раз он позволит ей выиграть… хотя бы ненадолго. Тишина была недолгой. Лекси, не сдержавшись, разразилась хохотом. — Знаешь, я всегда думала, что тебе нужен кто-то, кто спустит тебя с небес на землю. И, похоже, Вайолет идеально подходит на эту роль. Серьёзно, я давно так не веселилась. Стефан, всегда старающийся избегать открытых конфликтов, не смог скрыть улыбки. Не каждый день увидишь, как его брат получает по заслугам, да ещё и таким изощрённым способом. Деймон снова принял своё обычное надменное выражение лица. Ухмылка стала шире, в глазах заплясали чертята. — Если бы вы знали её так же хорошо, как я, то поняли бы, что всё это - лишь жалкая попытка привлечь моё внимание. Она просто без ума от меня. И этот театральный спектакль лучшее тому доказательство. — О, да ну? – усмехнулась Лекси, откинувшись на спинку дивана. – Позволь усомниться, Деймон. Мне кажется, ты слишком много мнишь о себе. Может, это ты без ума от неё, а? Она ушла, оставив тебя с твоим растоптанным эго. — Не стоит переоценивать её значение в моей жизни. И потом, давай будем честны, – он криво усмехнулся, – Чувства, привязанность - это удел людей. Я же давно перерос этот этап. Вайолет, впрочем, как и любая другая, не способна на это повлиять. — Чем больше ты это говоришь, тем больше я в этом сомневаюсь. И знаешь, Деймон, – она наклонилась вперед, её голос понизился до угрожающего шёпота, – если ты хоть на секунду позволишь этому твоему 'безразличию' навредить ей, я лично прослежу за тем, чтобы ты пожалел об этом. — Тебя так легко вывести из себя. Неужели вся эта вечная жизнь не научила тебя держать эмоции под контролем? — Деймон, — Стефан настороженно позвал его, чувствуя, как ситуация выходит из-под контроля. Деймон обернулся к младшему брату, пытаясь состроить невинное лицо. — Просто шучу, Стефан. Расслабься, — затем он снова повернулся к Лекси, подмигнул ей и добавил: Ты всегда была мне симпатична. Особенно, когда злишься. Никто не поверил ни единому его слову. Стефан чувствовал, как в груди нарастает тревога. Он знал Деймона лучше, чем кто-либо. Знал, как тонкая грань отделяет его сарказм от настоящей ярости, и видел, что сейчас он балансирует на самом краю. Лекси ощущала то же самое. Она знала, что Деймон умеет быть жестоким и что его слова никогда не стоит воспринимать буквально. Чтобы разрядить напряжённую атмосферу и, возможно, отвлечь от себя подозрения, Деймон небрежно бросил: — Ладно, ладно. Хватит драмы. В баре сегодня вечером вечеринка. Столики, пьяненькие официантки… все друзья Стефана. Отличный способ забыть о проблемах и немного повеселиться. Стефан вскинул голову, смерив брата ледяным взглядом. – Я не хочу праздновать день рождения. – Ты не при чëм. Это просто вечеринка. Никто не узнает про твой день рождения. Её устраивает Кэролайн. Городу важно увидеть, что мы обычные люди. Нам нужно смешаться с ними. Показать, что мы не представляем угрозы. Деймон бросил уверенный взгляд на брата, потом его глаза остановились на нескольких пакетах с кровью. – Я предпочитаю 98,6, – бросил он с ухмылкой, прекрасно зная, как это заденет Стефана, и направился к выходу. Едва за Деймоном закрылась дверь, Лекси повернулась к Стефану. – Давай сходим, – предложила она мягко. Стефан промолчал. Ему претила сама мысль оказаться в эпицентре шумной толпы, в окружении громкой музыки и пьяных подростков. Это было далеко не тем, что он хотел делать в этот вечер, да и вообще когда-либо. – Пожалуйста, — добавила Лекси, заметив его колебания. – Только один час, – неохотно сказал он, сдаваясь под её уговорам. – Ровно час. И если мне станет невыносимо, я ухожу. – Договорились. Один час. И я обещаю, ты не пожалеешь. Стефан слабо улыбнулся в ответ. Он не был уверен, что сможет повеселиться, но он был готов попытаться, ради Лекси.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Дом Гилберт —

-

Тишина, нависшая над комнатой, казалась оглушительной. Девушки сидели друг напротив друга на кровати, Елена с широко открытыми глазами, а Бонни в ожидании реакции. В голове Елены царил хаос. Вампиры, древние легенды, теперь ещё и ведьмы? Мир, который она знала, стремительно разрушался, уступая место чему-то новому, пугающему и в то же время завораживающему. — Странно, да? После всех этих шуток про экстрасенсов я оказалась ведьмой, — пробормотала Бонни, чувствуя, как напряжение в плечах немного спадает. Елена не ответила. Она всё ещё пыталась уложить в голове увиденное. — Ты ведь не думаешь, что я чокнутая? — с тревогой спросила Бонни, наблюдая за подругой. — Нет, конечно нет. Я просто… не понимаю. Тебе же нельзя всё это рассказывать. — Ты моя лучшая подруга, — с улыбкой заявила она, и это прозвучало как клятва. — Я не могу скрывать от тебя это. Елена мягко улыбнулась, чувствуя тепло в груди от её слов. После всего, что случилось за последнее время, дружба с Бонни оставалась её якорем, единственным, что связывало её с нормальной жизнью.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Пансионат Сальваторе —

-

Горячий пар, словно шёлковая вуаль, окутывал комнату, напоминая о блаженстве только что принятого душа. Лекси, завëрнутая в мягкое махровое полотенце, ощущала игривое предвкушение вечеринки. Она уже собиралась ускользнуть в свою комнату, чтобы облачиться в наряд, когда раздался резкий звук дверного звонка. — Открыто! Входите! — крикнула Лекси в сторону двери, гадая, кто бы это мог быть. Улыбка начала меркнуть, как только в поле зрения появилась фигура. КЭТРИН ПИРС! ЧЁРТОВА СУЧКА! Но это было ещё не всё. Лекси с её обостренным слухом отчётливо слышала стук стучащего сердца. — Боже мой… — выдохнула она, не в силах скрыть шок. — Как… Кто…? — Я Елена, — представилась девушка, указывая на себя. Её глаза, полные растерянности, обратились к Лекси. — А ты кто? Елена, не менее ошеломлëнная, рассматривала почти обнажённую девушку в доме своего бывшего парня. Всё внутри неё сжалось от неприятного чувства. — Я Лекси. Подруга Стефана, — ответила вампирша, стараясь сохранить хоть какое-то подобие самообладания. — Он дома? — неуверенно спросила Елена, стараясь не выдать смятение в голосе. — Он в душе. Подождëшь? — Лекси скрестила руки на груди, стараясь казаться непринуждëнной. — Нет, — покачала головой Елена. — Скажу, что ты заходила, — выдавила Лекси, натягивая фальшивую улыбку. — Хорошо, — кивнула Елена и, не произнеся больше ни слова, стремительно развернулась и вышла за дверь. Как только за ней закрылась дверь, внутри Лекси взорвался вулкан ярости. Двойник! Чёртов двойник Кэтрин Пирс! Как такое вообще возможно? Она и представить себе не могла, что эта проклятая стерва имеет ещё одну копию - ходячую бомбу замедленного действия, готовую взорвать размеренную жизнь Стефана! И гнев, обжигающий, как лава, обрушился на самого Стефана. Это объясняло всё! Вот почему он так упрямо держался за этот проклятый Мистик Фоллс! Лекси, крепче прижимая полотенце к себе, развернулась и быстрым, почти звериным шагом направилась в комнату друга. Она заслуживала ответов. И она получит их. Прямо сейчас! — Ты выжил из своего чёртова ума?! Стефан обернулся. На лице застыло выражение полной растерянности. — О чëм ты? Лекси не ответила. Она молниеносно подскочила к его столу, опрокинув по пути вазу с цветами, не обращая на это никакого внимания. Схватила фотографию Кэтрин, лежавшую под грудой бумаг, и, поднеся её почти вплотную к лицу Стефана. — Я встретила Елену! И ты должен объяснить! – сквозь зубы процедила вампирша. Стефан замер, словно парализованный. Лицо его, и без того бледное, побледнело ещё больше. Он медленно опустил руку, которой застëгивал рубашку, и обречëнно вздохнул.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Мистик Грилль —

-

Бар бурлил жизнью. Громкая музыка, смех, перемешанный со звоном стаканов, создавали атмосферу непринуждëнного веселья. В воздухе витал густой запах пива и жареной картошки. Вайолет, затерянная в толпе, приподнялась на носочки, пытаясь высмотреть знакомую светлую макушку. Тщетно. Блондинистых волос Лекси нигде не было видно. Чтобы хоть как-то убить время, она пробиралась сквозь танцующие тела, пока не достигла бара. Усевшись на высокий табурет, она задумчиво барабанила пальцами по лакированной столешнице, рассматривая внушительный ассортимент бутылок. — Привет, Сэм, – произнесла девушка с улыбкой, стараясь выглядеть как можно более милой. — Дэниела сегодня не видел? Сэм, протирая стакан, оторвался от своего занятия и посмотрел на Вайолет. — Он звонил сегодня днём. Попросил его подменить. Сказал, что у него какие-то неотложные дела всплыли. Вайолет кивнула, невольно выдохнув с облегчением. Встреча с Дэниелом была последним, чего ей хотелось. Ни сегодня, ни завтра. Слегка откашлявшись, она чуть подалась вперёд, облокотившись на стойку. — Налей-ка мне бурбон. Двойной, пожалуйста. Сэм, окинув её взглядом, покачал головой с лёгкой усмешкой. — Ты же знаешь правила. Нет восемнадцати - нет выпивки. И не обращая больше на неё внимания, он принялся наливать пиво какому-то подвыпившему парню. Вайолет нахмурилась и выпрямилась на табурете. В этот момент движение рядом заставило ее повернуть голову. Деймон Сальваторе собственной персоной, как всегда, без приглашения, вальяжно усаживался на соседний табурет. — Уходи, Деймон, – пробурчала она, отворачиваясь. В ответ услышала лишь короткий смешок. — Нельзя же быть такой пробивной. Нужен, знаешь, чуть более откровенный вырез, чтобы это сработало. Хотя платье, признаю, красивое. Удивительно, что он не купился. Вайолет испепеляюще посмотрела ему в глаза. — Зачем ты здесь? Деймон пожал плечами, словно ничего особенного не произошло. — Меня пригласили. Вайолет фыркнула, приподняв бровь. — Пригласили? Неужели? Интересно, кто же так соскучился по твоей 'очаровательной' компании? Затем девушка снова начала разглядывать толпу, её взгляд скользил по лицам, пытаясь выловить знакомую блондинку. — Кого высматриваешь? — Лекси, — ответила Вайолет, не отрывая взгляда от подростков. Деймон сморщился. — Не советую сближаться с ней. Будет только хуже. Вайолет закатила глаза. — Почему это? Она единственная, с кем здесь можно нормально поговорить, не опасаясь, что тебя в любой момент попытаются либо соблазнить, либо убить. — Ты её совсем не знаешь. Вайолет пожала плечами, словно слова Деймона не имели значения. — И что с того? За эти несколько часов она рассказала мне о себе больше, чем некоторые рассказывают за годы. Особенно Вайолет тронула история Лекси о её бойфренде. Как же его звали? Лиам, кажется. Она рассказывала о нём с таким трепетом, с такой безграничной любовью, что у Вайолет замирало сердце. Человек. Он обычный человек, а она, кажется, готова на всё, лишь бы быть с ним. Лекси собиралась обратить его, чтобы они могли путешествовать вместе, увидеть весь мир, любя друг друга вечно. Эти влюбленные глаза, которыми подруга вспоминала своего избранника, вызвали в душе Вайолет странную тягучую тоску по чему-то недостижимому. Деймон закатил глаза. То, что эти двое так быстро нашли общий язык, совершенно не входило в его планы. Он собирался устранить эту назойливую блондинку как можно скорее. И видеть, как Вайолет снова будет страдать, истекать слезами - это совсем не то развлечение, которое он хотел бы себе устроить в ближайшее время. Девушка, заметив его гримасу, нахмурилась. — Что между вами произошло? Деймон, проигнорировав вопрос, махнул Сэму и заказал два бурбона. Он не торопился отвечать, позволяя напряжению нарастать. Вайолет терпеливо ждала, наблюдая, как Сэм ставит на стойку два стакана. Деймон один придвинул к себе, а второй с лёгкой небрежностью, пододвинул Вайолет. Она взяла его и отпила глоток. Горло жгло, но, кажется, это было именно то, что ей сейчас было нужно. — Это скучная, неинтересная и чертовски длинная история. Но Вайолет была настроена решительно. Она подтолкнула его плечом, заставляя оторваться от стакана. — Давай, выкладывай. Я никуда не спешу. — 1864 год. Новоиспеченный вампир, полный наивного энтузиазма и жажды крови. Стефан был, скажем так, не в лучшей форме. Ему было всё равно на жизни, на последствия. Он отключил все чувства, сослал свою человечность в отпуск, чтобы ему было проще пить и убивать. А я, в свою очередь, был более осторожен. Старался не устраивать массовые побоища. Хотя соблазн, признаюсь, был велик. Вайолет не моргала. Перед её мысленным взором возникла жуткая картина: Стефан, весь в крови, с дьявольской улыбкой на губах, бездумно убивающий невинных. Это было отвратительно. — И вот в самый разгар этого кровавого цирка появляется она. Сияющий рыцарь в блестящих доспехах, готовая спасти заблудшую душу. Лекси возилась с ним, как с непослушным щенком, пока не вернула ему хоть какое-то подобие человечности. Она была… терпеливой. Не то, что я, — Деймон опять усмехнулся, но в этот раз в усмешке сквозила печаль. — Когда я собирался уехать, я попросил её присмотреть за ним. Тогда он был совсем один, и, честно говоря, я не знал, что с ним будет, если он опять сорвëтся. Лекси была единственной, кто мог ему помочь. Единственной, кто вообще хотел это делать. Вайолет внимательно смотрела на Деймона. Она видела, как его взгляд погрузился в прошлое, в те сложные, мрачные дни. Она заметила, как в уголках его губ залегла усталость, а в глазах промелькнуло что-то похожее на… заботу? Но она не могла понять одного. Деймон самолично попросил Лекси помочь брату, спасти его от самого себя. Тогда почему сейчас между ними столько вражды? — А ты? Ты тоже отключал свою человечность? Вопрос повис в воздухе, словно тяжёлый груз. Деймон замер, словно его ударили. Спина напряглась ещё сильнее, а плечи слегка дëрнулись. Лицо опасно исказилось. Это был не просто гнев, это было выражение первобытной боли, словно кто-то содрал старую, но ещё не зажившую рану. В его голове пронеслись обрывки воспоминаний, словно осколки разбитого зеркала, отражающие кошмар, который он так старательно пытался похоронить. Пять долгих проклятых лет. Пять лет в аду, в плену, где каждый день был пыткой. Пять лет, когда он боролся за свою душу, цепляясь за остатки человечности, словно за спасительную соломинку. Спасибо его соратнику по камере, своему… другу. Но потом пришла месть. Страшная, кровавая, безжалостная. Он убил их всех. Каждого, кто был причастен к его мучениям. Он не моргнул глазом, видя, как гаснут их жизни. Он отомстил за себя, за свою боль, за те пять лет, которые они у него украли. Но Деймон не смог спасти его. Он не смог вытащить его из этой клетки. Он пытался, но было слишком поздно. И тогда, в отчаянии и агонии, чтобы не сойти с ума от боли утраты, чтобы не чувствовать вину за его смерть, Деймон отключил человечность. Он просто выключил её, словно свет. И погрузился в ледяную пустоту. И вот теперь, спустя годы, этот проклятый вопрос выворотил всё наизнанку. Вся боль, весь ужас, вся вина – всё вернулось, обрушившись на него лавиной. Деймон снова видел ту камеру, слышал крики, чувствовал запах крови и отчаяния. Вайолет не ожидала такой реакции. Она моментально осознала, что задела что-то очень личное, очень болезненное. Она увидела в глазах Деймона не ту циничную усмешку, которую привыкла видеть, а настоящую неприкрытую боль. Это был взгляд затравленного зверя, загнанного в угол. Что-то в его прошлом, что-то ужасное сломало его. И она, сама того не желая, напомнила ему об этом. — Да, отключал, – наконец ответил Деймон, стараясь придать голосу привычную беспечность. — Долго и успешно. Знаешь, это как... как снять с себя тесную обувь после долгого дня. Сразу дышать легче. А потом появилась Лекси, – уголок его губ тронула кривая усмешка. — Мы тусовались месяцами. Днями напролёт пили, слушали музыку, устраивали мелкие пакости. Жили, как в последний раз. Она пыталась достучаться до моей человечности. Расшевелить что-то внутри. Её попытки 'исправить' меня раздражали. И я решил преподать ей небольшой урок. Проучить еë... по-своему. Мы были в каком-то богом забытом баре. Она, вся такая правильная и наивная, убеждала меня в ценности жизни, в важности сострадания. А я… я просто смотрел на неё и думал, как же легко её сломать. Вайолет, казалось, замерла. Её глаза расширились. Голос дрогнул, когда она выдавила из себя вопрос: — Неужели... вы...? Деймон не стал церемониться. Он кивнул, на губах играла холодная, слегка самодовольная усмешка. — Та ночь была насыщенной. Мы трахались буквально везде. На стойке, на сцене, даже на крыше. Девушка покраснела, словно её окунули в кипяток. Такое откровенное признание, такая бесстыдная детализация - застали её врасплох. — Проснулись мы утром на крыше. Солнце уже начинало подниматься. Знаешь, ведь вампиры и солнышко - вещи несовместимые. Особенно без защитных колечек. — Ну ты и козёл, — фыркнула Вайолет, сочувствуя подруге. Она представила, какой страх и обиду должна была испытать Лекси. Деймон только пожал плечами, невозмутимо глядя на неё. — Никто не смеет указывать мне, как жить или что делать. Стоит помнить, что я вампир. И у меня есть свои правила. И ты понятия не имеешь, на что я способен. И если ты или кто-либо другой попытаетесь изменить меня, навязать мне свои моральные принципы… что ж, уверяю тебя, вы пожалеете об этом. Вайолет, подавив неприятную дрожь, признала его правоту. Он был вампиром, существом, живущим по иным законам, нежели смертные. Но всё же… ей нравился Деймон, с которым можно было легко и непринуждённо флиртовать. Его озорной блеск в глазах, его колкие, но забавные шутки. Гораздо больше, чем этот эгоистичный и бездушный тип. Девушка допила остатки бурбона, осушив бокал до дна. Затем обвела взглядом танцующих и пьющих людей, стараясь не задерживаться взглядом на Деймоне. Вдруг, её лицо расцвело в улыбке. В дальнем углу бара она увидела Лекси, которая махала ей рукой, приглашая присоединиться. Вайолет помахала в ответ и, прежде чем уйти, полезла в свою сумочку. Выудив оттуда несколько купюр - около двадцати долларов, вполне достаточно, чтобы покрыть стоимость стакана бурбона, — она демонстративно положила их перед Деймоном и решительно направилась к подруге. Деймон усмехнулся, провожая её взглядом. Усмешка, впрочем, быстро сползла с губ, когда к нему приблизилась Кэролайн. — Отличная вечеринка, не так ли? — спросила блондинка, чуть заискивающе глядя на него. Она жаждала услышать его одобрение, ведь она так усердно готовилась к этому вечеру. — Рад, что ты её придумала, — произнёс Деймон, и даже для себя его голос прозвучал слишком натянуто. — Тебе весело? — Мой кристалл у тебя? — Нет. — Тогда мне не весело, — отрезал Деймон, со злостью стирая улыбку с лица. Его взгляд зацепился за Вайолет и Лекси, оживлëнно танцующих в центре зала. Кэролайн проследила за его взглядом, и острая игла ревности кольнула её сердце. Её старания остались незамеченными, а внимание Деймона было полностью поглощено другими. Он никогда не оценит её по достоинству. И эта мысль больно ранила.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Дом Гилберт —

-

Стефан никогда не думал, что снова окажется у порога этого дома, терзаемый вихрем противоречивых чувств. Но у него не было выбора. Его сердце бешено колотилось в груди, когда он поднял руку и постучал в дверь. В доме послышались шаги, тихие сначала, а затем более отчëтливые, приближающиеся к двери. В животе у Стефана всё сжалось. Наконец дверь открылась, и в проёме появилась Елена. Её глаза, некогда полные тепла и света, сейчас смотрели на него с холодной отстранëнностью. — Привет, — пробормотал Стефан, пытаясь выдавить из себя хоть подобие неловкой улыбки. — Что ты здесь делаешь? — Лекси сказала, что ты заходила и выглядела расстроенной. Я просто хотел узнать, всё ли в порядке. — Точно. Девушка в полотенце. — В полотенце? — Мх-мм, — подтвердила Елена, коротко кивнув. — Оу, нет, — выдохнул Стефан, чувствуя, как в груди начинает нарастать паника. — Нет, нет, нет. Это совсем не то, что ты подумала. Нет. Она не совсем девушка. Лекси триста пятьдесят лет. — То есть она…? — Она моя старая подруга. Никакой романтики. Никогда. Елена выдохнула, и в её глазах промелькнуло облегчение. Она почувствовала себя глупо из-за своих поспешных выводов. — Хорошо, — сказала девушка, её голос стал немного мягче. — Но она так пялилась на меня. Это было странно. — Знаешь, я много о тебе рассказывал, так что… — произнёс Стефан, медленно входя в дом, словно проверяя реакцию Елены. Он не хотел нарушать её личное пространство, но и не мог остаться на пороге. — Она как будто знала тебя. Елена скрестила руки на груди и кивнула, поджав губы. Её взгляд был задумчивым и немного настороженным. Она всё ещё не знала, что думать об этой ситуации. — Так зачем ты приходила? — Это… — Елена запнулась, нервно заправив прядь волос за ухо. — Это… было ошибкой. Стефан сделал шаг вперёд. — Елена, пожалуйста, поговори со мной. — Я не могу, — поспешно ответила она, отводя взгляд. — Стефан, я просто… не могу. В этом вся проблема. Я всё от всех скрываю. Я не могу даже рассказать всё лучшей подруге. Я не могу... Не могу даже смотреть на Вайолет после вчерашнего. То, что она сделала с Вики… — голос Елены дрогнул, и она прикрыла глаза, пытаясь выкинуть из головы пугающий образ. — Я не спала всю ночь. Я боюсь, что она снова может выйти из-под контроля и навредить Джереми… и не только ему. Ты понимаешь, как это тяжело? — отчаяние сквозило в каждом её слове, в каждом вздохе. Тяжесть груза, который она несла, давила на неё невыносимо. Стефан молча кивнул, внимательно слушая каждое её слово. Он прекрасно понимал тот страх, который терзал Елену. Но он также чувствовал боль Вайолет, её раскаяние. — Елена, послушай, — начал он, стараясь подобрать нужные слова. — Я понимаю, как тебе тяжело. Но пойми и её. Вайолет сейчас в сотни раз хуже, чем тебе. Она винит себя за то, что произошло. Она раздавлена чувством вины и страхом. Ей сейчас, как никому другому, нужно плечо друга, поддержка… Она не монстр, Елена. Она просто… напугана. Она боится себя. Елена долго молчала, обдумывая его слова. В её глазах отражалась внутренняя борьба. С одной стороны, она боялась, боялась за своих близких, боялась самой Вайолет. С другой – она видела отблеск той самой Вайолет, которую знала раньше, той, что была её подругой. — Мне нужно время, — прошептала девушка. — Я не знаю, что делать. Я просто боюсь. Стефан посмотрел ей прямо в глаза, его взгляд был полон уверенности и спокойствия. — Я хочу, чтобы ты знала… Я всегда буду рядом. Ты можешь прийти ко мне с чем угодно. Хорошо? С любыми своими страхами, сомнениями, любыми вопросами. Я всегда готов выслушать и помочь. Елена взглянула на него, и в её глазах промелькнула благодарность, но быстро скрылась за завесой усталости. — Спасибо, что зашёл. Стефан кивнул, понимая, что сейчас Елена не готова. Ей нужно время, чтобы переварить произошедшее, разобраться в своих чувствах. Он развернулся и направился к двери, чувствуя тяжесть её боли и бессилие повлиять на ситуацию. Но прежде чем полностью ступить за порог, Стефан обернулся, помедлив, словно собирался с духом. – Тебя подвезти до бара? — Ты идëшь на вечеринку Кэролайн? — Лекси тащит меня и… – Стефан покраснел и замялся. — ... У меня день рождения. — Правда? – еле заметной улыбкой спросила Елена. Стефан кивнул. — Эм… Вау. С днём рождения, – поздравила его девушка и неуверенно подошла поближе. — Спасибо, – пробормотал он, снова поднимая глаза на неё. — Вообще-то я думала остаться дома. — Ясно, – сдержанно произнёс Стефан, поджав губы. Разочарование отразилось в его голосе, но он старался не показывать этого. — Тогда спокойной ночи. Елена кивнула и медленно закрыла дверь, прислушиваясь к удаляющимся шагам. Внутри дома воцарилась тишина. Она осталась наедине со своими мыслями и болью, и эта перспектива никак не радовала.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Мистик Грилль —

-

Вечеринка в баре бурлила, как переполненный котёл. В стороне от этого безумия, за небольшим столиком у стены расположились Вайолет и Лекси. На столе перед ними стояла целая бутылка ярко-зелëного абсента. Лекси, как опытный бармен, контролировала процесс дегустации. — Ну что, готова расширить свои горизонты? — Лекси хитро улыбнулась, подталкивая подруге рюмку с тягучим абсентом. — Хватит уже пить мохито, пора попробовать что-то поинтереснее. Вайолет с сомнением посмотрела на зеленоватую жидкость. Она привыкла к более лёгким напиткам, и вид абсента с его устрашающей репутацией немного пугал. — Не бойся, это не так страшно, как кажется, — успокоила её Лекси. — Главное знать, как правильно его пить. В Италии, например, есть целый ритуал, который превращает распитие абсента в настоящее искусство. Сначала мы берем специальную ложку с дырочками. На неё кладём кусочек сахара. Лекси аккуратно положила сахар на ложечку и поместила её над рюмкой. — Теперь берём воду и медленно, капля за каплей, льем её на сахар. Сахар, пропитываясь водой, будет постепенно растворяться и капать в абсент. Этот процесс не только смягчает вкус, но и раскрывает его аромат. Вайолет внимательно следила за каждым движением Лекси. Завороженная зрелищем, она наблюдала, как абсент в рюмке мутнеет, приобретая опалесцирующий оттенок. Закончив, вампирша поднесла рюмку к лицу и вдохнула аромат. — Видишь, теперь он стал более нежным и аппетитным, — она подмигнула Вайолет. — А теперь самое главное. Поднимаешь рюмку, смотришь в глаза своему отражению, задерживаешь дыхание и выпиваешь залпом. Главное - не морщиться. Лекси выпила абсент одним глотком, и на её лице не дрогнул ни один мускул. Она поставила рюмку на стол и глубоко вздохнула. — Ну вот и всё. Теперь твоя очередь. Вайолет, немного нервничая, повторила все действия подруги. Она положила сахар на ложечку, медленно полила его водой, поднесла рюмку к лицу, задержала дыхание и... выпила. Ощущение было неожиданным. Сначала она почувствовала лёгкий анис, затем – приятную сладость сахара, а после – обжигающее тепло, распространяющееся по всему телу. Вайолет закашлялась, но к её удивлению, вкус абсента ей понравился. Лекси восторженно захлопала в ладоши. — Браво! Ты отлично справилась! Вижу, у тебя есть талант к крепким напиткам. Вайолет улыбнулась. — Ты отличный учитель. — Что это вы тут делаете, дамы? – спросил Деймон бесшумно возникнув за их спинами. Он обвëл взглядом стопки на столе. — Учитесь злоупотреблять? Лекси закатила глаза, привыкшая к выходкам старшего Сальваторе. — Просто знакомлю Вайолет с культурой употребления напитков. Что-то не так? Деймон наклонился вперёд, опираясь рукой на стол. Его голубые глаза, словно осколки льда, скользнули по лицу Вайолет. — Просто я не думаю, что абсент - лучший выбор для юной леди, – ответил он, бросая взгляд на краснеющую девушку. — Он может развязать язык и вытащить наружу все секреты. Вайолет выпрямилась, стараясь скрыть смущение под маской уверенности. — Я думаю, я справлюсь со своими секретами, спасибо за заботу. Деймон издал короткий сдержанный смешок. — Уверена? Мистик Фоллс полон сюрпризов. И иногда лучше держать язык за зубами. Затем, бросив на девушек свою фирменную вытатуированную улыбку, полную опасности, он развернулся и ушёл, растворившись в толпе. Лекси молча наблюдала за его уходом, потом раздражëнно закатила глаза. — Скажи мне, что ты в нём нашла? Причин было много, но одна из них, возможно, самая банальная, затмевала всё остальные: — Он хорошо целуется. Лекси тихо пробормотала: — Мне ли не знать. Но это теперь в прошлом. Они выпили ещё по стопке. Горечь напитка приятно обжигала горло, а градус, кажется, мгновенно поднял настроение до головокружительных высот. Музыка внезапно сменилась. Из динамиков хлынула залихватская мелодия, пропитанная духом бунтарства и молодости. Это была Hey Ya! от Outkast. Вайолет и Лекси одновременно вскрикнули: — Это моя любимая! Их лица расплылись в широких улыбках. Не теряя ни секунды, девушки бросились на танцпол, как будто ждали этого момента всю жизнь. Ноги сами пустились в пляс, повторяя движения, заученные наизусть. Кэролайн, наблюдая за их весельем, нахмурилась. Ей было совсем не до танцев. Она приблизилась к Бонни, которая задумчиво потягивала коктейль. — Бонни, я тебя искала! Мне очень жаль. Я знаю, что так не поступают. И я не должна этого говорить, но верни мой кристалл. Бонни слегка вздрогнула от неожиданности, отрываясь от своих мыслей. — Он же тебе не нравится, — отрезала девушка, хмуря брови. Кэролайн почувствовала раздражение. Она была готова прибегнуть к любым аргументам. — Я увидела его на тебе и подумала, что он классный. И у меня есть три наряда, с чем его можно надеть. Так что… — Я не могу тебе его вернуть, — строго пояснила Бонни, качая головой. — Ну, я не хотела тебе этого говорить… но я твоя подруга. Этот кристалл тебя полнит. Ну вот, я сказала это. Так что… Кэролайн поймала себя на том, что звучит нелепо. Но отступать она не собиралась. — Прости, Кэролайн, я не могу, — Бонни машинально дотронулась до кристалла. — Как это не можешь, Бонни?! Он мой?! — Я думала, что это Деймона. — Так и есть! — Так это он хочет его вернуть? — Нет, — промямлила Кэролайн, не находя других запасов отговорок. — Может быть, просто… Кэролайн быстро протянула руку к кристаллу, но сразу отдернула её, как от раскалëнного утюга. Кожа покраснела, и она почувствовала жгучую боль. Бонни не могла поверить своим глазам. Она знала Кэролайн много лет, и такое поведение подруги было необъяснимо. — Это платье из полиэстера? — Да что с тобой? — Бонни обошла Кэролайн, её лицо выражало явную обиду. Кэролайн вздрогнула и проследила за подругой виноватым взглядом. Она знала, что совершила ошибку, подвергнув себя риску без должной подготовки. И самое главное, она понимала, что провалила задание Деймона. ______ В бар медленно, словно сканируя пространство, вошëл Стефан. Ему не пришлось долго искать нужного человека. Лекси и Вайолет зажигали на танцполе, полностью отдавшись музыке и друг другу. Лекси отплясывала с таким драйвом, который Стефан видел только… с собой. От вида этой безумной парочки на его лице невольно расплылась улыбка. Похоже, его лучшая подруга совсем забыла о его существовании. Стефан скрестил руки на груди и с наслаждением стал наблюдать за ними, думая, как сильно ему хочется достать телефон и заснять этот момент на камеру. Его взгляд скользнул по залу и случайно зацепился за Мэтта, который проходил неподалëку. Стефан немедля направился к нему, окликая по имени. Мэтт остановился, и на его лице отчётливо отразилась неприязнь. — Просто послушай меня, пожалуйста. Я пытался помочь Вики, — объяснил Стефан, стараясь говорить как можно более мягко, передать искренность своих слов. — Я проходил через такое однажды. Мне правда очень жаль. Мэтт устало покачал головой. — Не надо. Она не первый раз сбегает. Оказалось, что Вики такая же, как и мать. Я не могу рассчитывать на них. Спасибо, что попытался. Мэтт обошёл его и пошëл прочь. ______ Кэролайн проталкивалась сквозь толпу, сканируя лица в поисках знакомой тёмной шевелюры. — Где оно? — послышался ледяной голос прямо за её спиной. Кэролайн обернулась. Лицо Деймона не предвещало ничего хорошего. В его глазах плескалось раздражение, а челюсть была плотно сжата. — Бонни не хочет отдавать его, – жалобно проговорила девушка. — Так забери, — процедил вампир сквозь зубы, его терпение, казалось, иссякло в одно мгновение. Он смотрел на неё так, будто разговаривал с умственно отсталым ребёнком. — Я пыталась! Он меня ударил! — Чëрт. Деймон прикрыл глаза, на мгновение пытаясь взять себя в руки. — Почему ты так себя ведёшь? Я так мила с тобой. Я сделаю всё для тебя. Это всего лишь глупое ожерелье. — Нет, — оборвал её Деймон, прожигая взглядом. — Ты единственная глупая вещь. Поверхностная и бесполезная, — бросил он ей в лицо, выделяя каждое слово с особой жестокостью. Его совершенно не волновало, что он обидел её. Развернувшись, вампир направился к чëрному выходу бара, надеясь, что свежий воздух хоть немного успокоит его рвущиеся наружу эмоции. Он вышел в тёмный переулок, жадно вдыхая прохладный кислород. Но одиночество ему не было суждено. В тени, в самом углу притаилась парочка, увлечëнная своими шалостями. — Куда это мы? — прошептал женский голос. — Нас никто не заметит. Деймон смотрел на них, и в его сознании начала зарождаться безумная импульсивная идея. Он действовал наперекор разуму, ведомый лишь нетерпением и раздражением. Не раздумывая, вампир схватил парня, оттащив его от девушки, и впился клыками в его шею. Всё произошло так быстро, что никто даже не успел вскрикнуть. Девушка придя себя закричала что есть мочи. Деймон, отбросив тело в сторону, повернулся к ней. Он схватил её за шею и прижал к стене, соблюдая прямой зрительный контакт.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

В углу, чуть в стороне от основного гула, образовался свой маленький мирок – вокруг бильярдного стола. Вайолет грациозно наклонилась и, прицелившись, нанесла удар. Шары разлетелись с глухим стуком, и несколько из них упали в лузы. – Ух ты – вырвалось у Стефана. Вайолет с энтузиазмом дала пять Лекси. – Ну что, неплохо, правда? Стефан не мог не спросить. – Ты давно играешь? Где ты научилась? Вайолет пожала плечами, усмехнувшись. – О, это всё Мейсон, дядя Тайлера. Пару лет назад он решил научить меня. Но как только я начала его постоянно обыгрывать, его энтузиазм как-то быстро сошёл на нет. Видимо, его самолюбие не выдержало конкуренции с ребёнком. Лекси, воодушевлëнная успехом подруги, рванулась вперёд, выхватывая кий. – Моя очередь! Вампирша была полна энергии. Она подошла к столу, сжала кий в руках и, прищурившись, несколько раз прицелилась. Наконец она резко нанесла удар. Несколько шаров с грохотом упали в лузы, другие изящно закрутились по столу. Лекси выпрямилась и победно вздëрнула подбородок. – Впечатляет? – спросила она, с вызовом глядя на Стефана. Стефан знал, что его лучшая подруга играет, без сомнения, хорошо. Смотря на девочек, он почувствовал, как теперь тоже зарядился этой энергией, этим азартом. – Ладно, пора показать вам, как играют настоящие профессионалы, – сказал он самоуверенно отбирая кий из рук Лекси. Он прицелился, стараясь не выдать волнения, и нанёс удар. Шары послушно покатились по столу, но к его досаде, ни один из них не попал в лузу. Лекси и Вайолет, не сдержавшись, разразились смехом. – Думаешь, одного столетия достаточно, чтобы научиться играть в бильярд? – подстебнула его Лекси, вытирая слезинку от смеха. – Ну, знаешь. По крайней мере, я не пытался выдавать себя за эксперта по вышиванию крестиком, – сказал он, шутливо приподнимая бровь. – Помнишь тот шарф, который ты мне связала на позапрошлое Рождество? – Ой, да ладно тебе! – воскликнула она, отмахиваясь рукой. – Это был авангард! — Подожди, серьёзно? Ты шьëшь? – Дорогуша, мне, как ни крути, почти четыреста лет. Не думаешь же ты, что всё это время я посвятила исключительно поиску новых баров и интригам? Надо же чем-то занимать вечность, чтобы не сойти с ума от банальности. Вышивка - отличный способ медитации. Хотя, признаюсь, шарф Стефана был скорее экспериментом в жанре 'абстрактный хаос'. Вайолет всё ещё выглядела ошарашенной. – То есть ты хочешь сказать, что за эти четыре века ты испробовала все мыслимые и немыслимые хобби? Ты, наверное, и Эверест покоряла? Лекси и Стефан обменялись многозначительными взглядами. На губах играли хитрые улыбки. Вампирша грациозно обняла друга за шею, притянув его ближе. – На самом деле это был спонтанный порыв. Мы тогда были в Непале, улаживали кое-какие дела. И вот сидим мы в баре, пьем Burn, и Стефан такой говорит: 'А почему бы нам не подняться на эту штуку?' Я сначала отмахнулась, мол, холодно, высоко, да и маникюр жалко. Но Стефан, он такой убедительный, знаешь ли. Говорит: 'Представь, какой вид оттуда! Она рассмеялась, вспоминая те события. – Но самое забавное было то, что у нас совершенно не было никакого снаряжения. Ни канатов, ни ледорубов, ничего! Просто мы и чистая вампирская наглость! Поднимались мы, разумеется, намного быстрее всех этих смертных альпинистов. Я помню, как Стефан нёс меня на спине в особо сложных местах. Мои каблуки, знаешь ли, не очень подходят для крутых склонов. – А потом, на самой вершине, – завершил Стефан, – мы выпили шампанское, которое Лекси каким-то чудом пронесла с собой, и сделали пару фотографий на фоне восходящего солнца. Вайолет переполняло гамма противоречивых эмоций. Захватывающий дух, зависть, трепетное восхищение и, пожалуй, самое сильное чувство нереальности происходящего. Эверест… Само это слово звучало как зловещее заклинание, как вызов, брошенный самой природе. Огромная ледяная глыба, устремлëнная пиком в небеса, вечно окутанная облаками, словно хранящая свои тайны. Гора, где кислород разряжен до предела, а холод пронизывает насквозь, сковывая тело и разум. Место, где даже самые опытные альпинисты сталкиваются со смертью лицом к лицу. — Знаете что? — непринуждённо произнесла Лекси. — Нам стоит как-нибудь вместе туда сходить. Вайолет едва не поперхнулась воздухом. Она уставилась на подругу, как на сумасшедшую. – Сходим… куда? – выдохнула девушка, чувствуя, как её щеки начинают гореть. – Да я по лестнице на третий этаж поднимаюсь с одышкой. Мои лёгкие рассчитаны максимум на прогулку по парку. Какое восхождение на Эверест? Стефан, заметив смятение на лице Вайолет, мягко улыбнулся. — Подумай об этом. Представь, какие виды оттуда открываются, какой прилив сил ты почувствуешь, какое удовлетворение от преодоления себя. А Лекси - идеальный гид и компаньон. Она не даст тебе заскучать ни на секунду. Его слова прозвучали как лёгкий толчок, подталкивающий к неизведанному. В его взгляде читалась хитрая искорка, словно он знал что-то такое, что Вайолет ещё предстояло узнать. Однако сомнения на лице девушки по-прежнему не рассеивались. Она представила себя измученную, задыхающуюся, дрожащую от холода. И эта картина не вызывала у неё ни малейшего энтузиазма. Лекси подошла ближе и положила руки ей на плечи, ласково сжимая их. — Да ладно тебе. Представь, какие фотографии мы сделаем. Это будет незабываемое приключение. Только представь: мы втроём покоряем вершину! Вайолет всё равно колебалась. Её разум протестовал, напоминая о её физической подготовке, о холоде, о риске. Но что-то внутри неё, какая-то искра авантюризма вспыхнула и затрепетала, поддаваясь заразительному энтузиазму Лекси. Она медленно, неуверенно кивнула. Лекси просияла. Она крепко обняла Вайолет, буквально подпрыгивая от радости. – Вот и славно! _______ Елена нерешительно переступила порог бара. Громкая музыка, смех и запах алкоголя ударили в нос. Толпа бурлила, словно расшевеленный муравейник. Все веселились, забыв о проблемах. Девушка скользила взглядом по лицам, выискивая знакомое. Наконец в дальнем углу возле бильярдного стола она увидела Стефана. И тут же её брови непроизвольно сошлись на переносице. Стефан, Лекси и… Вайолет? Они смеялись, шутили, сосредоточенно целились в шары. Вайолет с лёгкостью толкала кий, а Стефан, стоя рядом, что-то ей объяснял, касаясь её плеча. Что-то болезненно кольнуло в груди Елены. Ревность? Внезапно поле зрения заслонила знакомая фигура. Деймон, как всегда, самодовольно ухмылялся, глядя на неё сверху вниз. Елена тяжко вздохнула и постаралась отвести взгляд, словно он был лишь неприятным пятном на горизонте. – Он улыбается, – поддел вампир, приблизившись к ней. – Где же пресса? – Ты часто не давал ему поводов для радости, – сдержанно ответила Елена, украдкой бросив ещё один взгляд на Стефана и Вайолет. Та сейчас пыталась повторить удар, который ей только что показал Стефан. – Ты права. Бедный Стефан. Вечно преследуемый своим испорченным братцем. Елена промолчала, продолжая упорно изображать, что его не существует. — Это утомительно? Быть такой правильной? – Очень. Особенно в присутствии психопатов, – отрезала она язвительно и отошла от него. – Учитывая, что чувства этого психопата ранены, – обиженно протянул Деймон, театрально хватаясь за сердце. Елена закатила глаза. – Перестань. – Почему? Тебе не интересно, что происходит в душе израненного вампира? – Нет. — Скажи, Елена, что тебя так расстроило? Неужели дружная компания твоего бойфренда? Девушка почувствовала, как щëки покрываются румянцем. — Не твоё дело. — Знаешь, — промурлыкал Деймон, понизив голос до заговорщического шëпота, — я мог бы рассказать тебе, о чëм они говорят. Избавлю тебя от всего этого... беспокойства. Он неопределённо махнул рукой в сторону Стефана, Лекси и Вайолет. — Мне всё равно, о чëм они говорят, — выпалила Елена, стараясь говорить как можно увереннее. — Меня это совершенно не беспокоит. Деймон приподнял бровь, и уголки его губ тронула ухмылка. – Ревность такая человеческая эмоция. Ты уверена, что тебе не стоит её признать? — Я не ревную, — возмущëнно отозвалась Елена, повысив голос. — Просто... я не понимаю, что Вайолет здесь делает. Они едва знакомы, а ведут себя так, будто их связывает что-то большее. Слишком тесно, на мой взгляд. Для двух людей, которые, по сути, чужие друг другу. Фраза про 'слишком тесно' прозвучала немного собственнически, и Елена тут же пожалела о сказанном. Деймон мгновенно это подметил. Было забавно наблюдать за тем, как выдержка и самоконтроль девушки рушатся под натиском простых человеческих эмоций. Но что-то другое тревожило Деймона. Елена знала о вчерашней катастрофе, о смерти Вики. И всё же её больше заботило то, что происходит между Стефаном и Вайолет. Это было не неуместно. Деймон всегда чувствовал, что под безупречным фасадом Елены скрывается что-то более сложное, что-то противоречивое, что-то, что он ещё не до конца разгадал. Она была не просто доброй и сострадательной девушкой, какой хотела казаться. Под маской скрывалась что-то тёмное, что-то, возможно, даже более интересное, чем он мог себе представить. И этот маленький эпизод с ревностью лишь подтверждал его догадки о сложной, многогранной натуре Елены Гилберт. — Что ты сделал с моим братом? — Не совсем понял вопрос, – произнёс Деймона, делая шаги ближе к ней. — Когда ты исправлял его воспоминания о Вики, что ещё ты с ним сделал? – повторила Елена, её голос дрожал от сдерживаемого гнева и, возможно, страха. Деймон остановился, иронично подняв бровь. — Ты попросила стереть его воспоминания о клыках и прочей неприятной чепухе. Ты хотела, чтобы я избавил его от страданий. Я это и сделал. — Но он… он ведёт себя по-другому, — выдавила Елена, пытаясь подобрать слова. — Будто у него всё хорошо… даже слишком хорошо. В смысле… он учится, не принимает наркотики, не пьёт. Ты точно больше ничего не делал? — Я избавил его от страданий, — повторил он, стараясь придать своему голосу максимальную правдоподобность, надеясь, что она, наконец, успокоится. — Разве ты этого не хотела? Елена отвела взгляд. Хотела ли она этого? Да, конечно, хотела. Хотела, чтобы Джереми был счастлив, чтобы забыл о всём кошмаре. Но… разве это возможно? Разве можно просто стереть боль, не оставив последствий? _______ Кэролайн стояла у барной стойки, рассеянно помешивая вилкой салат. Аппетит отсутствовал. Она чувствовала себя так, словно её выжали, оставив лишь оболочку, заполненную гулкой пустотой. Последние события оставили горький привкус во рту, привкус предательства и собственной незначительности. Бонни, наконец, заметив подругу, пробралась сквозь толпу посетителей. — Кэролайн? — тихо позвала она, коснувшись её плеча. Кэролайн закатила глаза. Сейчас она меньше всего хотела видеть Бонни. Желание было лишь одно – просто обойти её и испариться, раствориться в толпе. — Не говори со мной, — выдохнула девушка, стараясь скрыть дрожь в голосе. Бонни нахмурилась. — Дай мне объяснить. Кэролайн горько усмехнулась. — Что тут объяснять, Бонни? Ты получила то, что хотела. И, между прочим, то, что тебе не принадлежало. А меня... меня назвали бесполезной тратой пространства. Так и сказали. Голос сорвался, и Кэролайн отвернулась, чтобы Бонни не увидела слëзы, подступившие к глазам. — Кто это сказал? — А ты как думаешь? Бонни сжала губы. — Не позволяй ему так к себе относиться. — А как ко мне относится лучшая подруга? — грустно, даже обречëнно перевела она вопрос, глядя Бонни прямо в глаза. Молчание было красноречивее любых слов. Кэролайн покачала головой, отворачиваясь от Бонни. Она обошла её не глядя и направилась к выходу. _______ Лекси, прислонившись к барной стойке, окинула взглядом зал. Её взгляд задержался на фигуре Елены, притаившейся в полумраке у окна. Двойник пыталась незаметно наблюдать за Стефаном, который о чëм-то оживлëнно беседовал с Вайолет. — Три стопки текилы, — попросила Лекси Сэма, а потом, не отрывая взгляда от Елены, добавила: Хотя сделай лучше четыре. — Мне нужно увидеть удостоверение личности. Лекси закатила глаза. — Нет, не нужно, – проговорила она мягко, но настойчиво, глядя ему прямо в глаза. Лицо Сэма тут же расплылось в довольной улыбке. — Это будет... — Бесплатно, — перебила Лекси, лукаво подмигнув. — ...За счёт заведения, — закончил Сэм, с готовностью принимаясь за выполнение заказа. Лекси забрала стопки и, грациозно лавируя между посетителями, направилась к Елене. — Знаменитая Елена Гилберт, – произнесла вампирша дружелюбно, от чего девушка вздрогнула. — Девушка в полотенце, – ответила Елена, напряжённо вспоминая их первую, не самую приятную встречу. — Меня и похуже называли. Держи, — Лекси протянула ей одну стопку, и они подошли к ближайшему столику. — Не думала, что вы пьёте, — сказала Елена, с интересом глядя на жидкость в стопке. — Да. Помогает уменьшить жажду. Но пьянеешь быстро, — хихикнула Лекси и, запрокинув голову, осушила свою стопку. — Никогда не видела Стефана пьяным. Он всегда такой... — Скованный? — подсказала Лекси. — Да, — с улыбкой подтвердила Елена. — Но не с тобой. — В этом и есть преимущество столетнего знакомства. Ты можешь быть самим собой. — Со мной он не может быть самим собой, — пробормотала Елена, натянув на лицо слабую улыбку. — Пока не может. Он уже открылся тебе. Остальное придёт со временем. — Ты знаешь, о чëм говоришь? Лекси вздохнула и посмотрела на Елену внимательным и полным сочувствия взглядом. — Любовью всей моей жизни был человек. Он прошёл через то, что сейчас проходишь ты. Отрицание, ярость – всё такое. Но, в конце концов, любовь побеждает всё. Просто дай ему время. А пока перестань так пристально смотреть на Стефана, а то он заметит и решит, что у него что-то не так с причёской. Елена смогла искренне ей улыбнуться. — Ты права. Наверное. — Ты будешь это пить? Елена отрицательно покачала головой, и Лекси, не мешкая, отобрала стопку и выпила. — Мне страшно, — призналась девушка, понизив голос. — Но ты же здесь. Потому что любишь его, — мягко напомнила вампирша. Елена смущённо отвела взгляд, чувствуя, как щëки заливаются краской. — Хорошо, я поняла, — хихикнула Лекси. — Что тут можно не любить? Послушай, поверь тому, кто пожил немало на этом свете. И если это по-настоящему, это не пройдёт. Елена кивнула, благодарно принимая её слова. Лекси тоже кивнула и собиралась уже уйти, как Елена окликнула её. — Рада была познакомиться. Лекси ухмыльнулась и, поигрывая бровями, стала возвращаться к своему столику, оставляя Елену наедине со своими мыслями. Но с крошечной искоркой надежды в сердце.

— Чуть раннее —

С уходом Лекси энтузиазм, ещё недавно плескавшийся в её душе, испарился без следа, оставив лишь тягостное осознание неловкости между ними. Стефан, сосредоточенно хмуря брови, продолжал манипулировать бильярдным кием, выбивая шары с механической точностью. Вайолет молча наблюдала за ним. Ей нужно было что-то сказать. Что угодно. Разрядить атмосферу, иначе она задохнëтся в этой тишине. Но о чëм говорить? Казалось, прошла целая вечность с тех пор, как они оставались наедине. Девушка откашлялась, пытаясь справиться с комком в горле. — С днём рождения, Стефан, — прозвучало как-то слишком тихо, почти неслышно. Стефан выпрямился, отложив кий. В его глазах мелькнуло что-то похожее на благодарность. — Спасибо. — Сто шестьдесят два года, а всё ещё выглядишь на семнадцать. Это, наверное, проклятье вечной молодости? — пошутила она, надеясь, что это прозвучит хотя бы немного забавно. Стефан хихикнул, и это был искренний, понимающий звук. На мгновение ей показалось, что лёд между ними немного подтаял. Некоторое время они просто молчали, наблюдая за посетителями бара. Девушка судорожно перебирала варианты в голове, ища безопасную тему, которая не разворошила бы старые раны. — Тебе повезло с Лекси, — выпалила она вдруг, сама удивившись своей смелости. — Она классная. И очень преданная. Стефан кивнул, опустив взгляд. — Да… она… — пробормотал он, и его голос звучал как-то приглушëнно, будто он говорил это больше себе, чем ей. — ...она действительно отличный друг. Редко встречаешь таких людей. Лекси тебя полюбила. От этих слов щëки Вайолет раскраснелись. Она нервно играла пальцами, облокотившись о борт стола. — Лекси… Она первый человек за долгое время, с которым мне по-настоящему комфортно. Первый, кому захотелось рассказать всё. Просто вывалить все те мысли и сомнения, которые годами копились внутри. Зная, что она не осудит. Раньше я всегда чувствовала себя... как будто наблюдаю за своей жизнью со стороны, а рядом с ней я словно оживаю, становлюсь самой собой. Это странно, правда? Встретить кого-то, кто принимает тебя такой, какая ты есть, со всеми твоими тараканами. Стефан внимательно слушал, не перебивая. В его глазах читалось понимание и... что-то ещё. Грусть. Ему было одновременно приятно слышать, как хорошо Лекси влияет на Вайолет, и грустно от мысли, что он так мало знает об этой девушке. Мало знает о её круге общения, о её жизни. Ему всегда казалось, что она немного одинока, замкнута в себе. Но сегодня она выглядела живой, счастливой. В её голосе звучала искренность, а в глазах – искра надежды. — Господи… — пробормотала Вайолет, словно просыпаясь. – Я веду себя неправильно. Я должна скорбеть, плакать, утопать в чувстве вины, а не веселиться, будто вчерашнего дня никогда и не было. Это неправильно… жестоко по отношению к ней. В сердце Стефана что-то болезненно сжалось. Он заметил, как глаза Вайолет наполнились слезами, которые она отчаянно пыталась скрыть. Он понимал её чувства, эту гнетущую вину, ведь он сам испытывал её годами. Пересилив внезапный приступ собственной боли, он подошёл ближе и взял её за руку. Её ладонь была холодной и дрожащей. — Послушай меня, — начал он, глядя ей прямо в глаза. — Не нужно так говорить. Ты ни в чëм не виновата. Ты не можешь вечно винить себя за то, что произошло. Ты спасла Елену. Помнишь это? Вики не была готова к тому, чтобы стать вампиром. Она не была больше человеком. Ты поступила так, как посчитала нужным в тот момент. Это была защита Вайолет. Защита друга. Защита невинной девушки, которая могла пострадать. Я тебе очень благодарен за это. Благодарен за то, что ты не позволила случиться худшему. Пойми, если бы ты этого не сделала, кто знает, что могло бы произойти с Еленой. Не трать себя на чувство вины и сожаления. Почти память Вики. Но помни и о тех, кого ты спасла. Ты сделала всё, что могла. И ты поступила правильно. Ты поступила как герой. Не забывай об этом. Тело девушки затряслось в лёгкой дрожи, губы беспомощно дëргались. Стефан, не раздумывая, аккуратно приобнял её, стараясь не причинить дискомфорта. Он мягко поглаживал её по спине успокаивающим движением. Он больше ничего не мог придумать, как помочь ей сейчас. Просто быть рядом, дать почувствовать, что она не одна в своей борьбе. И это помогло. Постепенно дрожь утихла, дыхание стало ровнее. Стефан, почувствовав, что Вайолет немного успокоилась, отстранился, наблюдая, как на её губах рождается слабая робкая улыбка. — Спасибо, Стефан, – прошептала девушка, вытирая тыльной стороной ладони слëзы. — Знаешь, у тебя неплохо получается. Может, тебе иногда подрабатывать моим личным психологом? Стефан усмехнулся. — В любое время. Терапия от вампира, специализирующегося на чувстве вины. Звучит как неплохая идея. Вайолет тихонько рассмеялась, звук её смеха был хрупким и неуверенным, но всё же смехом. — Чуть не забыла, — пробормотала она и полезла в свою сумочку, доставая оттуда скрученный листок бумаги. Она протянула его Стефану. Он удивился, но принял свёрток и, сняв резинку, развернул его, чтобы удивиться ещё больше. Изображение было выполнено в технике сепии. Тёплые коричневые и бежевые тона, но на щеках и кончике носа проступал лёгкий румянец, добавленный акварелью. Губы, обычно поджатые в серьёзной линии, здесь были чуть приоткрыты, словно он собирался что-то сказать. Волосы, написанные тонкими штрихами, казались почти живыми, а в зелёных глазах, обрамленных густыми ресницами, читалась глубина и какая-то невысказанная тоска. Стефан молча смотрел на портрет, не в силах произнести ни слова. Внутри бушевал настоящий ураган эмоций. Удивление, благодарность, смущение – всё это смешалось в едином порыве. Он никогда не думал, что кто-то способен увидеть его таким, каким он есть на самом деле, не только снаружи, но и внутри. Этот портрет был словно зеркало, отражающее его душу. Вайолет, заметив его потрясённый вид, скромно опустила глаза. — Это вышло спонтанно, — пробормотала она, смущëнно переминаясь с ноги на ногу. — Получилось не знаю, наверное, неплохо. Рисование, пожалуй, единственное, что у меня выходит более или менее сносно. — Это невероятно. Не принижай себя. Ты талантливый человек, и, смею заверить, не только в рисовании. Этот портрет бесценен для меня. Для Вайолет это была лучшая отдача на её искусство. Искренняя благодарность, неподдельный восторг в глазах человека, которого она хотела хоть немного порадовать. Внезапно к ним подскочила Лекси, её глаза блестели от веселья. Она бросила мимолëтный взгляд на рисунок, потом на Стефана, потом снова на рисунок, потом опять на Стефана. — Хм, – протянула она с хитрецой в голосе, прищурив глаза. — По-моему, на рисунке ты даже посимпатичнее. Больше жизни, что ли. И взгляд добрее. Вампирша хихикнула, толкнув Стефана локтëм в бок. Стефан лишь закатил глаза, легонько оттолкнув её в ответ. — Кстати, случайно столкнулась с твоей Еленой. Провела с ней небольшую, но весьма плодотворную воспитательную беседу о том, какой ты замечательный парень. Так что, думаю, долго ждать тебе не придётся. Стефан улыбнулся. — Спасибо. Он поднял взгляд и чуть дальше за столиками стояла Елена, исподтишка наблюдая за ними. На её лице читалось беспокойство, но и какое-то новое выражение. Их взгляды встретились, и они тепло улыбнулись друг другу. ______ Мёртвый парень. Молодой, совсем ещё ребёнок, валялся на земле, неестественно вывернутый, словно сломанная кукла. На бледной шее красовалось отверстие – укус. Кровь, тёмная и густая, всё ещё сочилась из раны. — Никому не говори, — сухо и жёстко скомандовала Лиз Роуэну. Роуэн сглотнул. Его глаза мельком взглянули на тело, а затем обратно на Лиз. — Принято, шериф. Но прежде чем Лиз успела моргнуть, мужчина указал лучом своего фонарика в сторону, где, съëжившись, сидела фигура. — Это ещё не всё. Лиз перевела взгляд и, стараясь не выдать волнения, достала свой фонарик. Сердце колотилось в груди, как пойманная птица. Она осторожно стала походить к напуганной девушке. — Ты видела, кто это сделал? Она еле заметно кивнула. — Расскажи мне всё, что ты видела. Девушка снова качнула головой, проглатывая комок в горле. ______ Половина бутылки абсента нагло давала о себе знать, а несколько рюмок текилы бесцеремонно добавляли жару. Вайолет чувствовала себя так, словно стоит на грани реальности и сна. Если она закроет глаза дольше, чем на две секунды, то заснëт прямо здесь, посреди бара. Сосредоточившись на том, чтобы удержать равновесие, она направилась к выходу, мечтая лишь о своей мягкой кровати и долгом глубоком сне. Но её путь преградил мужчина. Ему на вид было около пятидесяти, может, чуть больше. Вайолет обвела его взглядом, не прилагая ни малейших усилий скрыть своё нарастающее недовольство. В голове гудело, как в улье, и перспектива светской беседы с этим…эм…джентльменом не было её планом. — Ну и чё тебе надо, дедуля? Мужчина усмехнулся, словно её грубость его забавляла. — Брэд. Меня зовут Брэд. И знаешь, ты слишком прекрасна, чтобы уйти вот так, не пообщавшись. Вайолет закатила глаза. — У меня нет желания тратить своё время на старых извращенцев. Так что, будь любезен, дай пройти. Брэда, видимо, задело её прямолинейное заявление. Самоуверенность в его глазах сменилась чем-то тёмным и угрожающим. Он сделал шаг вперёд, сокращая расстояние между ними. — Не груби старшим, девочка. Ты понятия не имеешь, с кем разговариваешь… В этот момент Вайолет почувствовала, как чья-то сильная, но нежная рука крепко прижала её талию к себе. Знакомый аромат бурбона и кожи ударил в нос. Деймон Сальваторе с его неизменной ироничной усмешкой на лице смотрел прямо в глаза Брэду. Его взгляд был настолько ледяным и пронизывающим, что, казалось, заморозит ад. – Она сказала 'нет', Брэд. У тебя проблемы со слухом? Или, может быть, с пониманием простых вещей? – голос Деймона, шелковистый и опасный, словно змеиный шёпот, прозвучал угрожающе. Он применил своё принуждение, не отрывая взгляда от лица побледневшего мужчины. – Уберись отсюда. Забудь, что ты видел эту девушку. И больше не приближайся к ней. Никогда. Брэд, словно марионетка, повиновался. Он отвернулся и, шатаясь, поплëлся к выходу. Деймон, убедившись, что угроза миновала, повёл Вайолет к бару. Он усадил её на высокий табурет, придвинув его ближе к стойке. – И что это у нас тут? – вампир закатил глаза, окидывая взглядом её слегка расфокусированный взгляд. — Неужели тебе мало приключений в своей и без того короткой жизни? Надо обязательно напиться до состояния овоща с Лекси? Вайолет, невозмутимая, как каменная статуя, просто показала ему средний палец. Затем, согнув руку в локте, положила на ладонь свою голову, словно собираясь вздремнуть прямо здесь. Деймон лишь покачал головой с лёгкой усмешкой. Он позвал Сэма и негромко приказал: – Один крепкий кофе. Самый крепкий, что у тебя есть. Через пару минут перед Вайолет появилась дымящаяся чашка, наполненная густым, чёрным кофе. – Ммм… Кофе… — пробормотала она, не поднимая головы. Деймон подтолкнул чашку ближе к ней. – Пей. Вайолет, словно очнувшись, подняла голову. Её глаза с трудом фокусировались на Деймоне. – Я сама за себя заплачу, – пробурчала девушка и полезла в сумочку, пытаясь нашарить кошелёк. – И за кофе, и за всё остальное. – Не стоит, – отмахнулся Деймон. — Просто наслаждайся моментом. Но Вайолет уже вытащила помятую купюру в пять долларов. – Я сказала, заплачу сама. Мне не нужна твоя благотворительность. – О, какая жестокость, – театрально выдохнул Деймон, прикладывая руку к сердцу. – Я просто пытаюсь быть галантным. Но раз уж ты настаиваешь... – он отобрал купюру и, прежде чем она успела отреагировать, сунул деньги обратно в сумку. – Храни это на чёрный день. Вайолет нахмурилась, но в конце концов поддалась. Она взяла чашку, вдохнула обжигающий аромат и сделала большой глоток. Горячая жидкость обожгла ей горло, но одновременно вернула немного сил. – Ладно, спасибо. Но это ничего не меняет. Деймон приподнял бровь. – Что именно 'ничего не меняет?' Тот факт, что я предложил тебе бесплатный кофе и проявил редкое для меня сочувствие? Ты действительно сложный случай. Вайолет ничего не ответила. Она просто сделала глоток напитка, глядя на Деймона сквозь пар. — Ты, вероятно, что-то задумал, раз вдруг проявляешь такую заботу. – Какая проницательность, – он саркастично усмехнулся. – Неужели ты думаешь, что все мои действия продиктованы коварным планом? Иногда, знаешь ли, я могу быть просто… милым. – Ты? Милым? – Вайолет едва сдержала смех. – Деймон, не смеши меня. Ты милый ровно настолько, насколько полезен. Девушка отвернулась от него полностью, стараясь заблокировать его присутствие в своём сознании. Представить, что он просто исчез. Но это было невозможно. Она чувствовала его взгляд. Чувствовала, как он прожигает её насквозь, словно лазерным лучом. Чуть-чуть повернув голову, не глядя прямо в его глаза, она спросила: — Чë уставился? Деймон пожал плечами с нарочитой расслабленностью. — Да так, вспоминаю наше прекрасное совместное утро. Ты была очаровательна. Особенно, если не считать своё образного храпа и, скажем так, обильного орошения подушки слюной. Вайолет возмущëнно прикрыла рот рукой. — Я никогда не храплю! – пробормотала она сквозь ладонь. — А что касается слюней… Это была не слюна, а кратковременная гиперсаливация, обусловленная физиологическим расслаблением мускулатуры полости рта во время глубокой фазы сна. Деймон склонил голову набок, в его глазах плясали озорные искорки. — Могу даже сымитировать. Хочешь? И тут же, не дав ей опомниться, он издал серию нечленораздельных звуков, больше напоминающих хрюканье. Вайолет резко развернулась к нему и, не выдержав, заткнула ему рот ладонью. — Я не издаю такие звуки! – прошипела она, чувствуя жар, поднимающийся к щекам. Деймон лишь приподнял бровь в немом вопросе, а затем вместо ответа нахально укусил её за палец. Несильно, но достаточно, чтобы она отдëрнула руку, чувствуя на коже лёгкое покалывание. — Ты…! – возмущенно воскликнула она, глядя на него с нескрываемым упрëком. Деймон усмехнулся, склонившись к ней чуть ближе. — При правильном подходе мои укусы могут показаться тебе не только не болезненными, но и… весьма приятными. Он был прав! Именно в тот момент близости, когда их тела сплетались в едином порыве страсти, она до дрожи в коленях хотела, чтобы он укусил её. Хотела почувствовать эту боль, эту власть, эту принадлежность. Воспоминание об этом желании, о той животной тяге волной прокатилось по её телу, вызывая мурашки. — Мне нужно отойти, — пробормотала девушка почти неслышно и, не поднимая глаз, направилась к двери в уборную. Вайолет ненавидела себя за эту слабость. Эту зависимость от него, за то, что даже малейший намёк на близость мог свести её с ума. Она хотела быть сильной, независимой. Но одно его слово, один взгляд – и всё рушилось, как карточный домик. ______ Стефан склонился над столом, тщательно расставляя шары в треугольную рамку. Он уже потянулся за кием, предвкушая удар, как чья-то рука перехватила его. Он вздрогнул от неожиданности и обернулся. Перед ним появилась Елена, и в её глазах плясал озорной огонёк. — Привет, — поздоровалась девушка, нежно одаривая его мягкой улыбкой. — Привет, — ответил Стефан, внезапно почувствовав себя не двухсотлетним вампиром, а неуклюжим школьником, впервые увидевшим объект своего обожания. — Ты пришла. — Не могла же я пропустить твой сотый с чем-то день рождения. Стефан благодарно кивнул. Это был особенный день, и её присутствие делало его ещё лучше. Он так долго боялся, что после того, как она узнала правду о его сущности, между ними навсегда останется пропасть. Но Елена, удивительная и сильная Елена приняла его, не отвернулась. Она не смотрела на него, как на монстра с клыками, жаждущего крови. Прямо сейчас она смотрела на него, как на Стефана – человека, которого любила. ______ Мэтт, откинувшись на спинку стула, непринуждённо болтал с приятелем, изредка потягивая коктейль. На его лице играла лёгкая улыбка, отражающая расслабленную атмосферу вечера. Но идиллия была нарушена. Внезапно с громким стуком стакан приземлился прямо на их стол. Мэтт обернулся и увидел Кэролайн, стоявшую, шатаясь, рядом. Её улыбка была пьяной и расплывчатой, а глаза – затуманены алкоголем. Девушка попыталась приземлиться на свободный стул рядом с Мэттом, но чуть было не упала, чудом удержавшись. Мэтт хихикнул, наблюдая за её неловким манёвром, и инстинктивно отодвинулся, освобождая ей больше места. — Я поско… — заплетающимся языком промямлила Кэролайн, тщетно пытаясь сформулировать мысль. — …Я поскользнулась. Мэтт усмехнулся, констатируя очевидное: — В стельку, да? Кэролайн облокотилась на руку, пристально глядя на Мэтта, и пробормотала: — Ну, очень милый, но не очень симпатичный бармен был очень добр ко мне сегодня. В отличие от остальных… — в голосе прозвучала грусть. Взгляд её упал на тарелку с фастфудом. — Это картошка фри? — Кофе для пьяной девушки, — попросил он друга, улыбаясь. Тот без лишних слов встал и направился к бару, оставляя Мэтта и Кэролайн наедине. — Плохая ночь? — мягко спросил Мэтт. — Худшая, — пробормотала девушка, а потом снова уставилась на Мэтта. — Скажи, я поверхностная? — Это вопрос с подвохом? — Я не хочу быть такой. Я хочу быть глубокой. Я хочу быть глубокой, как бездна, — произнесла Кэролайн совершенно серьёзно, надеясь, что Мэтт поймёт её. В глазах мелькнуло отчаянное желание быть кем-то другим. Мэтт вздохнул. — Без обид, Кэр, — начал он спокойным голосом, — но глубокая - это не про тебя. Кэролайн с горечью кивнула, принимая его слова. Она и сама это знала. Но в глубине души ей хотелось услышать от Мэтта что-то другое, какое-то утешение, что-то, что облегчило бы эту давящую тоску. — Это правда. Я поверхностная. Я больше чем поверхностная. Я мелкая, как детский бассейн, — произнесла она и всхлипнула от жалости к себе. Мэтт ободряюще улыбнулся. — Ты не как детский бассейн, — успокоил он её. — Ты не как детский бассейн, — повторил парень более мягко, но серьёзнее, слегка коснувшись её плеча. — Могу я пойти домой? — прошептала она, вытирая предательски скатившуюся слезу. — Конечно, — кивнул Мэтт, с большой озабоченностью наблюдая за Кэролайн. Видеть её в таком состоянии было для него в новинку. Он привык к другой Кэролайн – сильной, энергичной, всегда излучающей уверенность. Эта разбитая, уязвимая Кэролайн вызывала в нём чувство беспокойства и желание помочь. — Отлично, – выдохнула она слишком быстро, чувствуя облегчение от осознания, что её не бросят одну в этом состоянии. — Я отвезу тебя. Кэролайн попыталась встать, но ноги подкосились, словно сделанные из ваты. Она пошатнулась, едва не упав, но Мэтт молниеносно среагировал, подхватив её. Он крепко обнял девушку, и Кэролайн почувствовала, как отступает дрожь. Не говоря ни слова, Мэтт как можно осторожнее взял девушку на руки. Она совсем не протестовала, наоборот, прижалась к нему крепче, ища защиту и утешение. Парень открыл дверь бара и замер, удивлённо рассматривая несколько полицейских машин, окруживших здание. Лиз, заметив дочь в таком состоянии, в страхе подбежала к ним. — Что случилось? Она в порядке? — Будто тебя это волнует, – промямлила Кэролайн с ехидной ухмылкой, крепче обнимая Мэтта за шею. Алкоголь развязал ей язык, позволив выплеснуться накопившимся обидам. Лиз нахмурилась, игнорируя колкость дочери. — Она пьяна? — В стельку, – подтвердила Кэролайн. — Ей здесь наливали? — Я отвезу её домой. Мне по пути. Я не пил, – быстро оправдался Мэтт, стараясь улыбнуться, чтобы хоть немного разрядить напряжённую обстановку. — Я буду очень признательна, Мэтт, спасибо, – поблагодарила его Лиз, а потом перевела взгляд на дочь. – А с тобой мы поговорим позже. — Жду с нетерпением, – съязвила Кэролайн, всё ещё с той же горькой улыбкой на губах. Лиз сдержанно кивнула Мэтту и, не говоря ни слова, наблюдала, как он с Кэролайн направляются к машине. В её взгляде читалась смесь беспокойства, вины и решимости. Затем она повернулась к своим подчинённым и отдала приказ: — Никого не выпускать. Полицейские кивнули и направились к бару, перекрывая все выходы. ______ Лекси пробиралась сквозь толпу, её взгляд был сосредоточен на Деймоне, который вальяжно развалился за барной стойкой, потягивая бурбон. Остановившись перед ним, она поставила перед ним стопку янтарной жидкости. — Взамен на выпивку ответишь мне на один вопрос. Что ты на самом деле делаешь в Мистик Фоллс? Деймон ухмыльнулся. Этот его фирменный самоуверенный оскал, который так раздражал Лекси. — Наслаждаюсь жизнью, очевидно. Пью, веселюсь, соблазняю наивных смертных. Что еще вампиру делать в маленьком сонном городке? — Перестань нести чушь, — холодно отрезала она, её терпение начинало иссякать. Деймон, нарочито вздохнув, осушил стопку бурбона одним глотком. Внезапно его лицо стало серьёзным, даже каким-то зловещим. — Хорошо. Есть у меня один зловещий план. Лекси приподняла бровь. — Что за план? — Ну, если я расскажу тебе, он не будет таким зловещим, не так ли? В этот момент в другом конце бара появилась Лиз, обнимая за плечи напуганную девушку. — Оглянись. Если увидишь его, скажи мне. Девушка начала нервно сканировать толпу, её взгляд метался от лица к лицу. Внезапно она задрожала и дрожащей рукой указала вперёд. Лиз проследила за её взглядом и увидела Деймона, сидящего в компании какой-то блондинки. Аккуратно подтолкнув девушку в сторону выхода, Лиз кивнула двум своим ребятам, и они уверенно двинулись вперёд. Стефан и Елена, которые до этого мило болтали, озабоченно наблюдали за происходящим, не понимая, что происходит. Вайолет, которая как раз выходила из туалета, остановилась и нахмурилась, когда увидела, как шериф с решительным и даже страшным выражением лица приближается к Деймону и Лекси. Лиз остановилась достаточно близко к Лекси и сохраняя профессиональное выражение лица, она ловким движением вытащила из-под куртки небольшой шприц и воткнула его прямо в плечо вампирши. Лекси от боли вскрикнула задыхаясь. Атака была слишком неожиданной. Она даже не успела среагировать. Яд мгновенно распространился по её телу, сделав её уязвимой. — Спасибо за вербену, — бросила Лиз Деймону, не сводя с него взгляда. Затем, отдав знак, она и полицейские стали направляться к выходу. Мужчины крепко держали Лекси с обеих сторон, поддерживая её ослабевшее тело. Лекси чувствовала ярость и предательство. Она знала, что Деймон был скользким типом, но не думала, что он способен на такое. Вайолет задохнулась от ужаса, взгляд её лихорадочно шарил по лицам, пока не замер на Деймоне. Он быстро отвёл глаза, словно скрывая правду, что наоборот, только подтверждало её самые страшные подозрения. Слëзы хлынули из глаз, обжигая кожу. Почему? Как он мог? Он знал, что Лекси стала для неё кем-то большим, чем просто знакомая. Он видел, как медленно, но верно между ними расцветала дружба, о которой Вайолет давно и безнадёжно мечтала. Девушку охватила ледяная волна отчаяния. Она не могла потерять и Лекси. Только не её. После Вики... После смерти Вики в её душе зияла дыра, и Лекси начала её заполнять. Если с Лекси что-то случится, Вайолет просто не переживёт этого. Она сломается окончательно. Вайолет рванулась к выходу, но один из полицейских преградил ей путь. — Здесь нет выхода, — сухо констатировал он. Контроль... Вайолет чувствовала, как контроль над ситуацией ускользает от неё. Дышать становилось всё труднее, словно весь кислород вокруг исчез, оставив её задыхаться в вакууме. Голова работала с бешеной скоростью, пытаясь найти выход, хоть какой-нибудь шанс спасти подругу. И тут она увидела их. Стефан и Елена... они проскользнули в сторону заднего выхода. Без промедления, не раздумывая ни секунды, Вайолет побежала за ними. ______ Несмотря на агонию, пронзающую каждую клетку её тела, несмотря на то, как предательски утекала сила, Лекси вытянула шею, словно готовилась к укусу, и с яростным шипением обнажила свои клыки перед Лиз. Она дëрнулась, пытаясь вырваться из цепкой хватки полицейских, удерживающих её, словно дикого зверя. Резки движением вампирша отбросила сначала одного мужчину, тот ударился головой о стену и обмяк, теряя сознание. Второй последовал его примеру, секундой позже рухнув на землю. Лиз, стоявшая на расстоянии нескольких метров, судорожно сжала в руках пистолет. Лекси только усмехнулась, увидев смятение на лице шерифа, и медленно, угрожающе начала приближаться. Каждый её шаг отдавался гулким эхом в тишине, давя на нервы, и без того натянутые до предела. Первый выстрел. Пуля просвистела в воздухе, оставив едва заметный след на коже Лекси. Вампирша даже не дрогнула. Второй, третий – всё безрезультатно. Ухмылка на лице Лекси становилась всё шире и зловещее, как у хищника, предвкушающего лёгкую добычу. Попытки Лиз становились всё более хаотичными, отчаянными. Страх сковал её движения, парализовал волю. В голове пульсировала одна мысль: «Меня убьют. Меня точно убьют. Некуда бежать. Не от кого ждать помощи». Последние мгновения, пока она ещё дышит, пока ещё видит этот мир, переполненный ужасом. И в эти последние мгновения она думала только о ней. О своей любимой Кэролайн. Кэролайн...

— Ruelle - Carry You Instrumental —

— СТОЙТЕ! Крик был таким внезапным, таким резким, что Лиз, и без того доведённая до предела, инстинктивно среагировала. Палец дёрнулся, нажимая на курок. Выстрел. Лиз опустила оружие, словно обожженная. Глаза расширились от ужаса, от невыносимого неверия. Вайолет прохрипела, делая короткие прерывистые вздохи. Её взгляд, затуманенный болью, сфокусировался на животе. Алая густая кровь стремительно впитывалась в ткань её платья, растекаясь тёмным пятном. Пуля пробила её плоть, разрывая ткани, задевая жизненно важные органы. Боль. Невыносимая, всепоглощающая боль. Окружение расплывалось, теряло чёткость. Звуки приглушались, словно доносились из-под толщи воды. Тонкая струйка крови потекла из уголка её рта. Колени подогнулись, и под гнётом боли и слабости девушка рухнула на землю. — НЕТ! – завизжала Елена, голос которой сорвался на отчаянный, полный боли крик. Она бросилась к подруге, упала на колени рядом с ней, не обращая внимания на лужу крови, быстро расползающуюся под ними. Елена прижала Вайолет к себе, пытаясь остановить кровотечение, но понимала, что это бесполезно. Лицо Лекси, до этого искажённое вампирской яростью, превратилось обратно в человеческое, на нём читался неописуемый ужас. С бешеной ненавистью она рванулась к всё ещё потрясённой Лиз, стоявшей в оцепенении, и с силой отбросила её в сторону, чтобы немедленно приблизиться к Вайолет. Елена, находясь в полуистерическом состоянии, задыхаясь от слëз, метала взгляды между Вайолет и Стефаном. — Стефан! Стефан, помоги! Пожалуйста, помоги ей! Стефан, бледный как полотно, присел на колени рядом с ними. Сердце его бешено колотилось в груди, а руки дрожали так сильно, что он едва мог их контролировать. Лицо Вайолет расслаблялось, становилось всё более безмятежным, а сердце билось всё тише и тише. Лекси, с отчаянием глядя на уходящую из жизни подругу, начала ей приказывать, словно могла повлиять на неизбежное: — Вайолет! Нет! Не смей закрывать глаза! Слышишь меня? Не закрывай глаза! Но Вайолет, как бы сильно она ни хотела сопротивляться, чувствовала, как веки тяжелеют, как тьма подступает всё ближе. Оставались секунды. Лекси, решительная как никогда, присела ближе, уже готовая действовать, приготовилась вытащить пулю, засевшую в теле Вайолет. Но в миг, словно из ниоткуда, перед ними появилась фигурка и оттолкнула Елену в сторону. Лицо Деймона было искажено страхом, которое он тщетно пытался скрыть. Не тратя ни секунды, он просунул пальцы внутрь раны, его движения были резкими и точными, несмотря на видимое волнение. Он нашёл пулю и с гримасой отвращения вытащил, откидывая в сторону. Лекси с ненавистью прошипела, глядя на него полным презрения взглядом: — Это твоя вина. Это всё из-за тебя. Но до ушей его это никак не дошло. Он был сосредоточен только на Вайолет. Жизнь девушки висела на волоске. Деймон быстро прикусил запястье и, аккуратно приподнимая голову, преподнёс её губы к ране. — Пей! Но она была слишком слаба. Её губы лишь слегка коснулись его кожи, не в силах сделать даже глоток. Без долгих раздумий он запрокинул голову Вайолет назад, и с силой сдавливая собственное запястье, начал вливать кровь в горло, не обращая внимания на то, как багряная жидкость стекает по её подбородку. Он чувствовал, как её тело содрогается, как она пытается сопротивляться, но он не отпускал, продолжая поить её своей кровью. Деймон не останавливался, пока её дыхание не стало более ровным и уверенным. Елена смотрела на всё это, не веря своим глазам. Она видела страх в глазах Деймона, видела его отчаянную решимость спасти Вайолет. Когда достаточно крови попало в организм, все кто наблюдал за этой сценой, готовы были выдохнуть с облегчением. Но Лекси, словно пантера, сорвавшись с места, схватила Деймона и прижала его спиной к стене. Её лицо исказилось от неконтролируемого гнева. — Попробуй найти хоть одну причину, по которой я сейчас не должна вырвать твое гнилое сердце прямо из груди! В глазах Деймона даже в этой смертельной ситуации плясали искорки его обычного сардонического юмора. — Потому что ты будешь ужасно по мне скучать? Его легкомысленный ответ стал той искрой, которая привела к взрыву. Лекси зарычала. С ужасающей скоростью она погрузила руку в грудную клетку, сжимая в тисках его сердце. – Аргх! – прохрипел вампир от адской боли. — Лекси, остановись! — крикнул Стефан, поднимаясь на ноги. Он оставил Елену присматривать за Вайолет и бросился к своей подруге. – Издеваешься?! – взвизгнула Лекси, с ещё большей силой сжимая сердце Деймона. – Он её чуть не убил, Стефан! Вайолет была на волосок от смерти! И я не почувствую ни капли сожаления, если он сейчас испустит свой последний вздох! – Лекси, пожалуйста! Я понимаю, ты злишься, но это не выход! – Не выход? – прорычала вампирша, не отводя глаз от Деймона. — Он постоянно подвергает нас всех опасности! Это его природа, Стефан! Он никогда не изменится! – Эй, Лекси… – просипел Деймон, с трудом выговаривая слова. – Ты… испортишь мою куртку. Лекси зарычала ещё громче, словно дикий зверь. Звук этот пробрал до костей. Она собиралась нанести смертельный удар, чувствуя, как ненависть захлëстывает её. В этот момент тишину нарушил слабый, едва слышный шёпот. — Пожалуйста, не надо. Три головы повернулись к ней в удивлении. Вайолет смотрела на подругу умоляющим взглядом. Лицо Лекси смягчилось, приобретая более человеческие черты. Хватка её пальцев ослабла, и она с трудом отпустила сердце Деймона. Она отбросила вампира в сторону и, забыв обо всём, подбежала к Вайолет, опустившись перед ней на колени. – Как ты? – спросила она, осторожно убирая прядь волос с её лица. Вайолет попыталась выдавить из себя усмешку, хотя ей это давалось с великим трудом. – Как простреленная. Слабая, но искренняя улыбка тронула губы Лекси. Она почувствовала, как отпускает напряжение. Улыбки появились и на лицах Стефана и Елены. Все живы. Все оказались живы. Вайолет посмотрела на своё платье, превратившееся в жуткий шедевр из багровых пятен. Она сморщила нос от отвращения. Чëрт возьми, она была похожа на существо из малобюджетного фильма ужасов, на ходячего говорящего зомби. Но по-большому счëту, это была незначительная проблема. Лекси была жива. Это всё, что имело значение. Адреналин отступал, оставляя после себя лишь ноющую боль и всепоглощающую усталость. Девушка попыталась встать, ощущая, как мир покачнулся перед глазами. Мягкие руки Лекси тут же оказались рядом, придерживая её за талию. — Ты уверена, что всё в порядке? Вайолет кивнула головой, из последних сил пытаясь улыбнуться. Стефан тем временем перевёл свой нахмуренный взгляд на брата, который тоже поднялся на ноги, всё ещё морщась от боли. Рана быстро затягивалась, генерируя новую ткань. Спустя мгновения его кожа снова стала чистой, без единого шрама. Деймон ухмыльнулся, демонстрируя своё вампирское превосходство. — Прежде чем кто-нибудь снова попытается меня прикончить… и я не говорю конкретно о тебе, Стефан, хотя твой взгляд весьма красноречив. Может, дадите мне шанс объясниться? — Иди сдохни, Деймон, — холодно бросила Вайолет, бросая на него уничтожающий взгляд. — Вообще-то технически я уже того… 'сдох'. Так что твоя угроза как мёртвому припарка, понимаешь? — Ты невыносим, — злобно прошипела девушка, не понимая, как он даже в этой ситуации умудряется шутить. — Лекси чуть не погибла из-за тебя! В меня выстрелили! И во всём этом твоя вина! – И что? – пробурчал Деймон, закатывая глаза. – Разве нельзя немного юмора в столь напряжённой обстановке? Зубы Вайолет стиснулись до боли в глазах метались молнии. Это был первый раз, когда у неё появилось неконтролируемое желание. Она жаждала сорвать с его пальца кольцо, и оставить его умирать под палящими лучами. Медленная, мучительная смерть… наказание, которое, казалось, он заслужил. Деймон, словно прочитав её мысли, ухмыльнулся ещё шире. — Расслабься, Вайолет. Жизнь слишком коротка, чтобы тратить её на ненависть ко мне. — Ты прав, — выплюнула она, стараясь, чтобы её голос звучал как можно спокойнее, хотя внутри всё кипело. — Я просто сделаю так, чтобы ты её больше никогда не мог испортить. Деймон приподнял бровь, застигнутый врасплох. Он ожидал истерики, упрёков, возможно, даже физической агрессии. Но Вайолет внезапно стала твёрдой. — Уходи, — она выдохнула, чувствуя, как ком подступает к горлу. — Уходи и больше никогда не появляйся в моей жизни. Девушка развернулась, не желая, чтобы он увидел слëзы, подступающие к глазам. Это было самым сложным решением в её жизни и одновременно единственно верным. Нужно уже покончить с этим фарсом. Лекси была права. Деймон не изменится. Никогда. Не ради неё, не ради кого-либо. Пришло время снять эти дурацкие розовые очки и взглянуть на Деймона без прикрас. Он вампир, хладнокровный убийца. И это не просто образ. Это его суть, его природа. Она тешила себя иллюзиями, думала, что сможет его изменить, но это было самообманом. Он ценит хаос, ему нравится играть с чужими жизнями, и он никогда не откажется от своих принципов, никогда не полюбит её настолько, чтобы пожертвовать своей сущностью. Он видел в ней лишь развлечение, игрушку, и рано или поздно сломал бы её, как сломал уже не одно любящее сердце. Она была наивной, слабой, раз позволила ему так глубоко проникнуть в её жизнь, в её душу. Но больше нет. Хватит. Пора оставить эту сказку позади и начать жить по-настоящему. Без Деймона. Без боли.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— Дом Форбс —

-

Наконец, после утомительной дороги, Мэтт выдохнул с облегчением. Он осторожно, словно хрустальную вазу, уложил Кэролайн на кровать, стараясь не потревожить её измученный вид. — С тобой всё в порядке? — спросил он, стараясь приободрить её лёгкой ухмылкой, которая, впрочем, не могла скрыть тревогу в его глазах. — Нет, — пробормотала Кэролайн полусонно, голос её звучал глухо и надломленно. Парень почувствовал, как от одного этого слова в его сердце зародилась тупая боль. Мэтт приблизился и сел на край кровати, оглядывая её грустное лицо. — У тебя было когда-нибудь такое ощущение, что тебя никто не любит? — спросила девушка, не поднимая взгляда. — Жизнь бывает жестокой, — кивнул Мэтт, поджав губы. В этих словах звучало не утешение, а скорее констатация факта, горькая правда, которую они оба хорошо знали. — Я всего лишь хочу... — Чего? — Хочу, чтобы жизнь была... другой. — Да. Я тоже. Он тоже мечтал о нормальной жизни, о мире, где не нужно бояться за каждого, кто тебе дорог, о спокойствии и простом человеческом счастье. Кэролайн медленно опустила веки, и это был сигнал, который Мэтт прекрасно знал. Ей нужно было отдохнуть, забыться в сне хотя бы на несколько часов. Он встал, намереваясь тихонько уйти, оставить её одну в этом хрупком спокойствии. Но не успел он сделать и шага, как Кэролайн слабо взяла его за руку. — Пожалуйста. Не оставляй меня одну. Мэтт кивнул, ничего не говоря. Сняв свои ботинки, он осторожно пристроился на кровати рядом с девушкой. Кэролайн, почувствовав тепло его тела, робко придвинулась ближе и положила голову на его грудь. Сквозь тонкую ткань кофты она слышала мерный стук его сердца. Тук. Тук. Тук. Это успокаивало, возвращало в реальность, напоминало о том, что он здесь, рядом. И она сама не заметила, как быстро провалилась в сон, унося с собой надежду, что хотя бы на мгновение она не одна. Мэтт оставался лежать неподвижно, охраняя её покой, пока лунный свет не залил всю комнату серебристым светом. Ему было достаточно просто быть рядом. Это было всё, что он мог дать сейчас. И возможно, это было всё, что ей было нужно.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— 2009 год. 2 ноября —

Следующий день.

Пансионат Сальваторе

-

Лекси, сосредоточенно вырисовывая контур губ тëмно-вишнëвым блеском, придирчиво изучала своё отражение. Закончив, вампирша бросила взгляд на своё отражение в зеркале. Высокие скулы, безупречная кожа, хищный блеск вечно юных глаз – шикарна, как всегда. Схватив маленькую кожаную сумочку, она грациозно спрыгнула с кровати. Тишину комнаты нарушил тихий стук в дверь. На пороге появился Стефан с мягкой, чуть грустной улыбкой. — Уже уезжаешь? — спросил он, будто надеясь, что она передумает. Лекси кивнула, одарив его лёгкой улыбкой в ответ. — Да. Собираюсь умчаться на крыльях ночи со своим обожаемым, но не менее сумасшедшим парнем. Стефан кивнул, молчаливо рассматривая её. Он прислонился плечом к дверному косяку, сложив руки на груди. — Я буду скучать. Лекси, тронутая его искренностью, слегка махнула рукой. — Да ладно тебе, Стефан! Признайся честно, ты будешь скучать по мне ровно пять минут, пока не окажешься с Еленой. Теперь, когда между вами всё снова как по маслу, тебе не до моей компании. Свидания под луной, романтические пикники, зубрёжка скучных уроков. Стефан приблизился к ней и обнял так крепко, как только мог, словно боялся, что она исчезнет. Лекси ответила на объятие с той же силой. — Возвращайся поскорее, — пробормотал Стефан ей на ухо. Лекси отпустила объятия и отступила на шаг. — Какие планы? — Ну, видишь ли, в моём расписании на ближайшие месяцы значится покорение римских улиц на Vespa. Дегустация лучших вин в Тоскане, а после...возможно, прыжок с парашютом где-нибудь над Альпами. Затем переходим к более серьёзным вещам, вроде танцев фламенко в Севилье и поиска загадочных артефактов в затерянных храмах Камбоджи. Так что, знаешь ли, если между всеми этими жизненно важными делами появится лишняя минутка, буквально одна крошечная секундочка, то, возможно, я удосужусь накидать тебе пару строк на открытке. Стефан притворно нахмурился, стараясь казаться обиженным. — То есть совсем не будешь скучать? Лекси кивнула, и в её взгляде мелькнул озорной блеск. — Тут такое дело. Мы с Вайолет обменялись телефонами. Кажется, у нас с ней намечаются более активные переписки. Между нами, девочками, разговоры всегда какие-то… более насыщенные. Стефан несерьёзно возмутился, закатив глаза. — Что теперь я не твой лучший друг? — Хм… Дай подумать. Ты знаешь, Стефан, вот если бы мой лучший друг умел делать маникюр и разбирался в модных тенденциях, то, возможно, у тебя был бы шанс. А так извини, старина, боюсь, ты пролетаешь. Но не расстраивайся, для тебя всегда найдётся место в моём чёрном сердце. Лекси со смехом легонько щëлкнула его по носу и двинулась к выходу. На диване, как всегда, вальяжно развалился Деймон, глазами провожая их. — Ну, не скучай. Лекси остановилась на мгновение, и её голос похолодел. – Скучать по тебе? По человеку, который чуть не превратил мой отъезд в финальную точку моей биографии? Ты серьёзно, Деймон? Если ты ещё раз решишь устроить мне подобный 'сюрприз', уверяю тебя, твои останки будут разбросаны по всему Мистик Фоллс. Деймон с приторной невинностью в глазах поднял руки в примирительном жесте. — Да ладно тебе, Лекси. У меня ещё слишком много дел в этом захолустье, чтобы вдруг решить отправиться в могилу в ближайшем будущем. Так что, полагаю, тебе повезло - по крайней мере, на этот раз я воздержусь от желания тебя прикончить. Лекси презрительно фыркнула. Не удостоив его больше ни единым словом, она вместе со Стефаном уже открыла входную дверь, как вдруг издалека донёсся звук приближающегося велосипеда. Они подняли глаза и увидели, как Вайолет, словно торпеда, мчится к ним. Девушка чуть не кувыркнулась, пытаясь затормозить и спрыгнуть с велосипеда одновременно. Лекси не успела и глазом моргнуть, как подруга уже набросилась на неё с объятиями. Стефан мягко улыбнулся, понимая, что сейчас начнётся самый эмоциональный момент прощания, и деликатно вошёл обратно в дом, прикрыв за собой дверь. — Ты, как всегда, вовремя. Курьерская доставка обнимашек собственной персоной! — но её улыбка тут же дрогнула, когда она услышала всхлип. Вайолет, как ни старалась сдержать эмоции, дала волю слезам. Девушка отстранилась, толкнула Лекси в плечо и дрожащим голосом выпалила: — Какого черта, Лекси?! Почему ты не написала мне, что собираешься уехать? Почему я узнаю об этом от Стефана?! Мы могли бы не успеть попрощаться. Ты вообще думаешь, что я чувствовала? А если бы я не успела? Кто знает, когда мы увидимся в следующий раз. Вайолет снова разрыдалась, и Лекси, не говоря ни слова, обняла её крепче. Она знала, что подруга права. Она поступила эгоистично. Но она просто не могла себя заставить сказать ей 'прощай'. Потому что 'прощай' звучало слишком долго. — Ну, ну, хватит киснуть, а то вся моя дорогая тушь потечёт. Вайолет, несмотря на горечь расставания, не смогла сдержать смешок. Она вытерла слëзы и посмотрела на Лекси, смущённо улыбаясь. — И потом, — продолжила Лекси, подмигивая. — Ты чего думаешь, я так просто от тебя избавлюсь? У нас же столько планов. Помнишь, мы хотели поехать в Новый Орлеан на джазовый фестиваль? А потом в Рим, чтобы наконец-то попробовать настоящее джелато? Да мы ещё столько всего не успели натворить, что никакое 'прощай' не сможет нас надолго разлучить, — Лекси улыбнулась, заражая Вайолет своим оптимизмом. — Так что вытри слëзы, красотка, и жди звонка. Скоро увидимся, обещаю. Вайолет кивнула, но чувство одиночества не отступало. Ей снова казалось, что она остаётся одна в этом городе, полном опасностей и секретов. Лекси направилась к своей шикарной красной Феррари, открыла дверь и бросила туда свою дорогую сумочку. Прежде чем сесть за руль, она повернулась к Вайолет и небрежно бросила: — И кстати! Присмотри тут за Деймоном. А то боюсь, он без меня Мистик Фоллс вообще с землёй сровняет. Кажется, только ты можешь его хоть немного усмирить. Вайолет сдержанно кивнула, чувствуя, как слабая улыбка трогает её губы. Вампирша бросила ей прощальную улыбку, залезла в салон машины с рычанием сорвалась с места, уносясь всё дальше и дальше. – Идиллическая картина, не находишь? – промурлыкал Деймон, его голос, как всегда, сочился самодовольством. – Ты в одиночестве провожаешь Лекси в дальний путь. Прямо сцена из мелодрамы. Вайолет резко обернулась. Деймон стоял, облокотившись о старый дуб, с привычной наглой усмешкой на лице. Его чёрные волосы слегка растрепал ветер, а глаза цвета неба казались обманчиво безмятежными. – Ты хоть понимаешь, что натворил? – процедила Вайолет, стараясь сдержать гнев. Улыбка сползла с лица Деймона, сменившись на нечитаемое выражение. – Я спас тебя. Если ты забыла. – Не строй из себя героя! Если бы не ты, ничего этого бы не случилось! – Вайолет сделала шаг вперёд, её глаза метали молнии. – Ты чуть не убил Лекси! Деймон оттолкнулся от дерева и медленно приблизился к ней. Его взгляд был жёстким и пронзительным. — И ты думаешь, я сделал это просто так, ради забавы? Ты правда считаешь меня настолько беспечным? — он остановился в шаге от неё, наклонившись ближе. — Пойми, в последнее время в городе слишком много внимания к вампирам, особенно к тем, кто гуляет днём. Подозрения растут, и если кто-то начнёт копать, то рано или поздно доберётся до нас со Стефаном. Лекси… она была идеальной приманкой. Я сделал всё, чтобы направить подозрения на неё. Вайолет отшатнулась, словно получив пощечину. Холодная логика Деймона обжигала как лёд. — Ты просто использовал её, — прошептала девушка, чувствуя, как предательская влага застилает глаза. — И тебе ни капли не стыдно? В голосе Вайолет звучало отвращение. Она не могла поверить, что Деймон способен на такую жестокость, несмотря на всё, что она о нём знала. Она прекрасно понимала, что в мире вампиров выживает сильнейший, но... — Стыдно? Нет, не стыдно, — спокойно ответил Деймон, глядя ей прямо в глаза. — Выживание - вот что важно. Я сделал то, что должен был сделать. И не смей меня судить, Вайолет. Ты сама прекрасно знаешь, на что мы способны, чтобы защитить себя, — он сделал ещё шаг ближе, наклоняясь к её лицу. — А теперь прекрати смотреть на меня, как на чудовище. Лекси жива и в безопасности. Даже, я бы сказал, более жива, чем когда-либо. Теперь эта блондинка сможет надоедать мне ещё лет сто, а то и больше. Так что давай не будем устраивать похороны по тому, кто не умер, а? — Да ты хоть представляешь, чего мне стоило её "обеспечить" этой безопасностью?! – девушка ткнула пальцем в область живота. – Знаешь, как больно это было? Я, мать твою, могла сдохнуть! Вайолет схватилась за бок, словно рана открылась вновь, и боль пронзила всё тело. Воспоминание о том моменте, когда её тело пронзила острая боль, когда мир померк перед глазами, вернулось с новой силой. Деймон слегка приподнял бровь, наблюдая за её вспышкой. В его глазах мелькнула тень, которую можно было принять за панику, но она тут же исчезла, уступая место привычной насмешке. — Я тронут твоей жертвенностью. Но позволь мне напомнить, что мы вампиры, дорогая. Пуля - это скорее щекотка, чем смертельная рана. Этот циничный ответ стал последней каплей. Что-то внутри Вайолет окончательно сломалось. Ярость достигла своего апогея, превратившись в слепую, всепоглощающую ненависть. Она шагнула вперёд, сокращая между ними расстояние, и со всей накопившейся злобой толкнула Деймона в грудь. — Щекотка?! – взревела девушка, чувствуя, как голос срывается на крик. – Да ты знаешь, что такое чувствовать, ты эгоистичное чудовище?! Ты хоть раз думал о ком-то, кроме себя? Ты мертвец, Деймон, внутри и снаружи! У тебя нет ни капли сочувствия, ни грамма совести! Ты используешь людей, как пешки в своей грязной игре! И тебе плевать, кто пострадает! Тебе плевать на Стефана, плевать на меня! Ты только и умеешь, что лгать, манипулировать и причинять боль! Я устала от этого! Устала от твоих игр, от твоей лжи, от твоего вечного самодовольства! Ты самый гнусный, самый отвратительный вампир, которого я когда-либо встречала! И знаешь что? Я жалею, что вообще тебя встретила! Слова вырывались из неё потоком, обжигая, словно кислота. Она выплескивала всю боль, всё разочарование, всю ту тошнотворную смесь чувств, что накопились внутри за время, проведённые рядом с Деймоном. Девушка отвернулась, не желая больше видеть его лица, этого самодовольного выражения, которое сейчас наверняка застыло на его губах. В груди саднило, хотелось кричать, ломать всё вокруг. Она больше не понимала, что ей делать. Деймон, человек, к которому она испытывала чувства, оказался чудовищем, способным на самые гнусные поступки. Хотя, признаться честно, она знала это уже давно. Просто ей хотелось верить в сказку. В то, что даже у самого закоренелого злодея где-то в глубине души живёт искра добра. — И знаешь что? — бросила она через плечо, прежде чем уехать из этого места. – Надеюсь, однажды ты действительно почувствуешь то, что чувствует обычный человек, когда его предают. Может быть, тогда ты поймёшь, какое ты дерьмо. Девушка со всей силы нажала на педали, уносясь прочь от поместья Сальваторе, от всего, что здесь произошло. Слёзы обжигали щëки, смешиваясь с прохладным вечерним воздухом. Деймон, облокотившись на капот своего классического шевроле, провожал её взглядом. Насмешливая маска, обычно скрывавшая его истинные чувства, медленно сползла, обнажая пустоту и лёгкую тень сожаления. Он бы отдал что угодно, чтобы сейчас вернуть время назад, не произносить тех слов, не совершать тех поступков, которые привели к этой сцене. Но уже поздно. Её слова, словно осколки стекла, вонзились в самую глубь его души. Он никогда бы не признался в этом вслух, но Вайолет попала в точку. Он действительно заслужил её ненависть. Сейчас, когда она смотрела на него с таким презрением, отворачиваясь, он чувствовал...облегчение? Да, именно. Ей нужно было отгородиться от него. Полностью и бесповоротно. Чтобы он стал для неё лишь тёмной неприятной страницей в прошлом, о которой лучше забыть. Он был ядовит для неё. Деймон знал это всегда. Вайолет искренняя, добрая, заслуживает лучшего. А он не мог дать того чего она хотела. Никогда. И она, наконец, это поняла. Это было к лучшему. Для неё. Незаметно подошедший Стефан, наблюдавший за всей этой сценой, скрестил руки на груди. В его глазах не было ни капли сочувствия, лишь холодная констатация факта. — Доволен собой? Очередная разбитая душа в твоей коллекции. Только в этот раз, кажется, ты и сам немного поранился, не так ли? Деймон медленно повернулся к брату. Взгляд его был словно высечен из камня. Слова Стефана не задели его, а лишь подлили масла в огонь. Гнев заклокотал в его груди, требуя выхода. Он скривил губы в злой, совершенно недоброй ухмылке. В этот момент в его глазах плескалось что-то звериное, голодное. — Знаешь, Стефан, — прорычал он, — я как раз собирался выпить чего-нибудь покрепче и залечь на дно. Но ты со своими нравоучениями разбудил во мне совсем другие аппетиты. Теперь, пожалуй, перекушу чем-нибудь более существенным. Какой-нибудь глупенькой студенткой, возвращающейся поздно с занятий. Стефан, словно почувствовав исходящую от брата волну тьмы, медленно, не говоря ни слова, повернулся и направился к дому. Он знал, что спорить сейчас бесполезно. Деймон слишком далеко зашёл, и ему нужно время, чтобы остыть.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

Это было похоже на сон. Нет, не просто сон, а кошмарно-реалистичное сновидение, настолько осязаемое, что Вайолет чувствовала, как стынет кровь в жилах. Холод пронизывал насквозь, в нос ударял густой запах хвои, и каждый шаг отдавался хрустом опавшей листвы под ногами. Девушка стояла посреди этой гнетущей тишины, беспомощно вертя головой, стараясь вычленить хоть малейшее движение — тень, силуэт, звук. Но её окружал только серый туман, клубящийся между деревьев, как плотная завеса, скрывающая всё живое. Тишина была неестественной. Ни стрекота насекомых, ни шелеста листвы, ни малейшего дуновения ветра — мир будто замер в ожидании. Она пыталась вспомнить, как сюда попала. Последние обрывки памяти — тепло её комнаты, приглушённый свет настольной лампы, мягкость одеяла и... всё. Затем этот лес. Вайолет брела наугад, стараясь не упускать из виду ни единой детали. Девушка подошла к скалистому краю, откуда показался небольшой водопад, а затем углубилась в лесную чащу. Страха как такового не было. Всё это воспринималось как нечто нереальное. До одного момента. Ветка предательски хрустнула под чьей-то ногой, заставив Вайолет резко обернуться. Никого. «Показалось». Но едва она отвела взгляд, собираясь продолжить свой путь, как мощный удар сбил её с ног. Воздух выбило из лёгких. С трудом подняв голову, Вайолет услышала рык. Низкий, утробный звук, заставивший кровь застыть в жилах. И то, что она увидела, заставило зрачки расшириться до невероятных размеров от первобытного ужаса, а губы беззвучно приоткрыться в немом крике. Она… Вернее, нечто, смутно напоминающее её. Принять это было невозможно. Это противоречило всем законам логики. Перед ней находилась её точная копия. Но она… она была неправильной. Искажённой. Нечеловеческой. Глаза её близнеца горели яростным свечением. Вся поза выражала звериную, первобытную готовность к атаке. Осторожно приподнимая ладонь, Вайолет попыталась привстать, опираясь на локоть, но клон зарычал ещё громче, делая угрожающий выпад и обнажая клыки. От страха девушка вздрогнула всем телом, но понимала, что сейчас главное – не провоцировать это чудовище, не демонстрировать свою слабость. «Какого лешего тут творится?! Давай просыпайся, Вайолет! Просыпайся! Это просто кошмар! Бред какой-то! Так не бывает! Вампиры ладно, к ним я уже, можно сказать, привыкла, хотя это тоже ни в какие ворота не лезет. Но близнецы с клыками и когтями? Нет уж, увольте, это перебор! Это точно сон, галлюцинация… или я просто сошла с ума?» Девушка ущипнула себя за руку, но боль только убедила её в жуткой реальности происходящего. Медленно, предельно осторожно Вайолет поднялась на ноги. Каждый мускул её тела напрягся, готовый к бегству или к схватке. Она попыталась успокоить дыхание, заставить себя мыслить рационально, но страх сковывал её сознание. — Эй, ты… кто ты? – прошептала Вайолет, пытаясь уловить в глазах клона хоть искру разума, хоть что-то человеческое. Внезапно краем глаза девушка уловила движение. Чуть дальше сквозь пелену тумана маячила какая-то фигура. Вайолет не успела разглядеть. Она совершила роковую ошибку, отвлëкшись. Клон, издавая яростный рык бросился на неё. Девушка успела увернуться от первого выпада, инстинктивно отпрыгнув в сторону. Ноги заплетались, но адреналин гнал её вперед. Она бросилась бежать, чувствуя, как клон преследует её по пятам, словно дикий зверь, преследующий добычу. Вайолет старалась не оглядываться, понимая, что каждый потерянный момент – это шаг к верной смерти. Но её скорость оказалась недостаточной. Мощный удар обрушился на неё сзади, повалив на землю. Они вместе покатились вниз по склону. Вайолет не успела прийти в себя, как клон прыгнул на неё сверху, пригвоздив к земле своим весом. Её лицо исказилось в зверином оскале, обнажая клыки, с которых капала слюна. В этот момент Вайолет увидела в глазах клона только ненависть и голод. — Слезь… с меня сука! Собрав последние силы, она сильным ударом колена пнула клона в живот. Сработало! Клон отшатнулся, из горла вырвался болезненный скулёж. На мгновение хватка ослабла, давая Вайолет драгоценную секунду на спасение. Словно пружина, она вскочила и побежала. Бежала так, как никогда в жизни не бегала. Лес вокруг сливался в одно размытое пятно из зелёных, коричневых и серых оттенков. Ветки хлестали по лицу, царапали руки, но она не останавливалась, не чувствовала боли. Только жгучий страх гнал её вперед, заставляя двигаться. Впереди сквозь мельтешение деревьев показался край. Обрыв. Огромная пропасть, которую нужно было перепрыгнуть, чтобы выжить. Тело задрожало, а в голове застыл леденящий ужас. Но выбора не было. Вайолет ускорилась, собирая последние силы, чтобы снова почувствовать под ногами твёрдую землю... Но вместо толчка, вместо ощущения полёта, она вдруг почувствовала, как делает глубокий вдох, а затем... оглушительный удар об пол. Резкая боль пронзила всё тело. Превозмогая слабость, девушка приподнялась на локтях и обвела взглядом комнату. Её родная, безопасная комната. Волна облегчения накрыла её с головой, смывая остатки ужаса и паники. Тяжелый вздох вырвался из груди, и Вайолет бессильно рухнула обратно на пол. Сердце начало потихоньку успокаиваться, сбавляя бешеный ритм. Это был всего лишь сон. Очередной кошмар, порождённый стрессом и страхом. Но такого правдоподобного, такого… ощутимого сна у неё никогда не было. Ей до сих пор казалось, что мышцы ноют от напряжения, словно она и правда бежала, задыхаясь от ужаса, через этот проклятый лес. Нужно срочно умыться, смыть остатки кошмара, вернуть себя в реальность. Возможно, даже принять ледяной душ, чтобы окончательно проснуться. Собрав остатки воли в кулак, девушка попыталась подняться на ноги. Голова тут же закружилась, комната поплыла перед глазами. Вайолет крепко зажмурилась, сделала несколько глубоких вдохов и выдохов. Постепенно мир вокруг перестал вращаться, и она, чувствуя себя немного лучше, медленно направилась в ванную. Приятная струя прохладной воды хлынула на её лицо и плечи, принося облегчение и долгожданное расслабление напряжённым мышцам. Вайолет закрыла глаза, наслаждаясь моментом, когда отчётливый хлопок двери, словно выстрел в тишине, донёсся до её слуха. — Пап? – крикнула она, думая, что это отец вернулся домой раньше. В ответ была лишь тишина. Ни голоса, ни шагов. Наверное, показалось. Слишком перенервничала. Она выключила воду, вытерлась махровым полотенцем и переоделась обратно в пижаму. Выйдя из ванной, Вайолет медленно подошла к зеркалу. Она внимательно посмотрела на своё отражение. Бледное лицо, расширенные зрачки, тёмные круги под глазами. Кошмар явно оставил свой след. Она попыталась улыбнуться, успокоить себя, но улыбка тут же сползла с губ, затопленная новым нарастающим чувством тревоги. В зеркале мелькнуло какое-то движение сзади. Она резко обернулась. Никого. — Чëрт, — прошептала девушка, пытаясь унять дрожь. Это игра разума? Или она просто сходит с ума? Вайолет отчаянно надеялась на первый вариант. Поворачиваясь обратно к зеркалу, она не успела даже вскрикнуть. Буквально из ниоткуда, словно материализовавшись из воздуха, появилась она сама… из своего кошмара. Её двойник с искажённым от злобы лицом. Руки с нечеловеческой силой схватили её в смертельные объятия и впились клыками в мягкую плоть плеча, вырывая большой окровавленный кусок. Вайолет вскочила с кровати, её дыхание было настолько затруднительным, что казалось, она сейчас задохнётся. Холодный липкий пот покрывал всё тело, заставляя дрожать от озноба. Она провела дрожащей рукой по лицу, пытаясь прогнать остатки ужаса. Её глаза лихорадочно метались по тёмной комнате, пытаясь уловить хоть малейший признак опасности, доказать себе, что это был всего лишь кошмар. Но ощущение ужаса не покидало. В горле пересохло, а во рту оставался отчётливый привкус крови, словно память о пережитом кошмаре была вполне реальна. Страх сковал её, парализовал. Ей казалось, что она до сих пор чувствует прикосновение холодных жёстких рук своего двойника, ощущает адскую боль в плече. Всепоглощающий ужас заставлял её дрожать всем телом. Она украдкой взглянула на часы. Было ещё чуть ближе одиннадцати вечера. Ещё целая ночь впереди, и кто знает, какие ещё кошмары ждут её в царстве сна. В комнате было темно и тихо, но эта тишина казалась зловещей, наполненной невидимой угрозой. Она плюхнулась обратно на подушку и поморщилась от боли, когда почувствовала неприятный укол в области сердца, будто его кто-то царапает изнутри. Слëзы невольно потекли по щекам. Она не могла понять, что это было – просто последствия кошмара или нечто большее. Девушка задрожала, обхватывая себя руками, пытаясь согреться не только физически, но и эмоционально. Ей казалось, что тьма в комнате сгущается, как будто сам кошмар хочет вернуться, поглотить её и навсегда подчинить своей воле.

ﮩ٨ـﮩﮩ٨ـ♡ﮩ٨ـﮩﮩ٨

▼

— 2009 год. 5 ноября —

-

Тяжёлые серые облака нависали над городом, пропуская лишь тусклый унылый свет. Холодный ветер пронизывал до костей, заставляя кутаться глубже в куртки и пальто. Казалось, даже природа скорбела о случившемся.

WPKW-TV – МЕСТНЫЕ НОВОСТИ

— Добрый день, это Кэти Брайант, и я нахожусь здесь, на месте трагедии по адресу Ок Хейвен Драйв 512. Как вы видите, позади меня развернулась масштабная полицейская операция. Сегодня утром здесь было обнаружено тело молодой девушки, — говорила в микрофон Кэти сохраняя профессиональное спокойствие. Её тёмные волосы, обычно аккуратно уложенные, сейчас растрепались от ветра, а на лице виднелись следы усталости. Дождь барабанил по зонту, который держал над ней техник. (На экране появилось фото Эммы. Яркая улыбка, длинные волосы, взгляд, полный жизни). Кэти немного помолчала, давая зрителям время увидеть лицо жертвы. — Эмма Блэквуд, выпускница местной школы, была найдена мёртвой в собственном доме. Полиция классифицирует это как убийство. Она была известна в школе своими волонтëрскими проектами и любовью к животным. Её друзья описывают её как добрую, отзывчивую и всегда готовую прийти на помощь. Никто не может понять, кто мог желать ей зла. (Камера медленно переместилась от дома к входной двери. Затем с разрешения полиции оператор осторожно шагнул внутрь). — По предварительной информации, эксперты обнаружили признаки взлома. Неизвестный проник в дом и совершил жестокое убийство. На теле Эммы обнаружено множество ножевых ранений. Судмедэксперты сейчас работают на месте преступления, собирая улики. (Камера запечатлела узкий коридор, ведущий вглубь комнаты. Обои в цветочек, мирные фотографии в рамах. Окно было распахнуто настежь, лёгкий ветерок колыхал занавески. На полу возле кровати виднелось тёмное пятно. Полицейские мелом обвели контуры тела). — Судя по всему, борьба не происходила, что говорит о том, что жертва, возможно, знала нападавшего. Полиция ведёт активное расследование, опрашивает соседей и друзей семьи Блэквуд. Пока никаких зацепок нет. Но, как заявил шериф, они сделают всё возможное, чтобы найти убийцу и привлечь его к ответственности. Кэти сжала губы, глядя в объектив камеры. — Эта трагедия потрясла весь город. Мы призываем всех, кто обладает какой-либо информацией, связаться с местным отделением полиции. Любая, даже самая незначительная деталь может оказаться решающей в этом деле. А пока, Мистик Фолс, будьте бдительны. Кэти Брайант, WPKW-TV с места событий. _____________________ ▌│█║▌║▌║ ᴨᴩᴏдᴏᴧжᴇниᴇ ᴄᴧᴇдуᴇᴛ _____________________ Пᴩиʙᴇᴛᴄᴛʙую ʙᴀᴄ, ʍᴏи ᴄᴀʍыᴇ ᴨᴩᴇдᴀнныᴇ чиᴛᴀᴛᴇᴧи и цᴇниᴛᴇᴧи ʙᴀʍᴨиᴩᴄᴋих ᴄᴀᴦ! 👋 Нᴀдᴇюᴄь, у ʙᴀᴄ ᴄᴇᴦᴏдня ᴨᴩᴇᴋᴩᴀᴄнᴏᴇ нᴀᴄᴛᴩᴏᴇниᴇ, ᴨᴏᴛᴏʍу чᴛᴏ у ʍᴇня - ᴨᴩᴏᴄᴛᴏ ᴏᴛᴧичнᴏᴇ! Знᴀᴇᴛᴇ ᴨᴏчᴇʍу? Бᴀᴩᴀбᴀннᴀя дᴩᴏбь… 🥁 Мы нᴀᴋᴏнᴇц-ᴛᴏ дᴏбᴩᴀᴧиᴄь дᴏ дᴇʙяᴛᴏй ᴦᴧᴀʙы! 🥳 Я буᴋʙᴀᴧьнᴏ ᴛᴩᴇᴨᴇщу ᴏᴛ ʙᴏᴄᴛᴏᴩᴦᴀ, ᴨᴩᴇдᴄᴛᴀʙᴧяя, ᴋᴀᴋᴏᴇ ϶ʍᴏциᴏнᴀᴧьнᴏᴇ цунᴀʍи ʙᴀᴄ ждёᴛ! Эᴛᴀ ᴦᴧᴀʙᴀ ᴨᴏᴧучиᴧᴀᴄь нᴇʙᴇᴩᴏяᴛнᴏ нᴀᴄыщᴇннᴏй, ᴨᴏᴧнᴏй ᴨᴇᴩᴇжиʙᴀний и нᴇᴏжидᴀнных ᴨᴏʙᴏᴩᴏᴛᴏʙ. Нᴀдᴇюᴄь, ʙы ᴨᴏчуʙᴄᴛʙуᴇᴛᴇ ϶ᴛᴏᴛ нᴀᴋᴀᴧ ᴄᴛᴩᴀᴄᴛᴇй, ϶ᴛᴏᴛ ʙɜᴩыʙ ϶ʍᴏций, ᴋᴏᴛᴏᴩыᴇ я ᴛᴀᴋ ᴄᴛᴀᴩᴀᴧᴀᴄь ᴨᴇᴩᴇдᴀᴛь! 🔥 Дᴀ, я ɜнᴀю, я нᴇʍнᴏᴦᴏ ᴨᴩᴏᴨᴀᴧᴀ… 🙈 Пᴩᴏᴄᴛиᴛᴇ, ʍᴏи хᴏᴩᴏɯиᴇ! Нᴏ ᴨᴏʙᴇᴩьᴛᴇ, у ʍᴇня быᴧᴀ уʙᴀжиᴛᴇᴧьнᴀя ᴨᴩичинᴀ. Я ᴩᴀбᴏᴛᴀᴧᴀ нᴀд ϶ᴛᴏй ᴦᴧᴀʙᴏй, ᴋᴏᴦдᴀ быᴧᴀ ʙ нᴇбᴏᴧьɯᴏʍ ᴏᴛᴨуᴄᴋᴇ! И ɜнᴀᴇᴛᴇ, чᴛᴏ ᴄᴀʍᴏᴇ нᴇʙᴇᴩᴏяᴛнᴏᴇ? Я нᴀᴨиᴄᴀᴧᴀ ᴇë ᴨᴏчᴛи ɜᴀ нᴇдᴇᴧю! 🤯 Нᴏ ϶ᴛᴏ ᴇщё нᴇ ʙᴄё! Пᴩᴇждᴇ чᴇʍ ʙыᴨуᴄᴛиᴛь ᴋᴀждую ᴦᴧᴀʙу, я ᴨᴇᴩᴇчиᴛыʙᴀю ᴇё, ᴨᴏ ᴋᴩᴀйнᴇй ʍᴇᴩᴇ, ᴨᴀᴩу ᴩᴀɜ. И ᴨᴏʙᴇᴩьᴛᴇ, ᴄ ʍᴏиʍ ᴄᴛᴩᴇʍᴧᴇниᴇʍ ᴋ дᴇᴛᴀᴧяʍ и ᴧюбᴏʙью ᴋ дᴧинныʍ, ᴀᴛʍᴏᴄɸᴇᴩныʍ ᴄцᴇнᴀʍ, ϶ᴛᴏ ɜᴀниʍᴀᴇᴛ нᴇʍᴀᴧᴏ ʙᴩᴇʍᴇни. ⏳ И ʙᴏᴛ, ᴨᴏᴄᴧᴇ ᴨᴇᴩʙᴏᴦᴏ ᴨᴩᴏчᴛᴇния… нᴀчᴀᴧᴏᴄь! Я ʍᴇняᴧᴀ ᴄцᴇны, ᴨᴇᴩᴇᴨиᴄыʙᴀᴧᴀ диᴀᴧᴏᴦи, ʙыᴋидыʙᴀᴧᴀ цᴇᴧыᴇ ᴋуᴄᴋи ᴛᴇᴋᴄᴛᴀ и… ᴨиᴄᴀᴧᴀ их ɜᴀнᴏʙᴏ! Мᴏё ʙидᴇниᴇ ᴛᴏ и дᴇᴧᴏ ʍᴇняᴧᴏᴄь, я ниᴋᴀᴋ нᴇ ʍᴏᴦᴧᴀ ᴏᴨᴩᴇдᴇᴧиᴛьᴄя, ᴋᴀᴋᴏй иʍᴇннᴏ хᴏчу ʙидᴇᴛь ᴛу иᴧи иную ᴄцᴇну. И ʙᴏᴛ, ᴨᴏᴄᴧᴇ дᴏᴧᴦих ʍучᴇний и ᴛʙᴏᴩчᴇᴄᴋих ʍᴇᴛᴀний, я нᴀᴋᴏнᴇц-ᴛᴏ ɜᴀᴋᴏнчиᴧᴀ! Уᴩᴀ! Уᴩᴀ! Уᴩᴀ! 🎉🎉🎉 И ɜнᴀᴇᴛᴇ чᴛᴏ? Пᴏᴋᴀ я ᴋᴏᴩᴨᴇᴧᴀ нᴀд ϶ᴛᴏй ᴦᴧᴀʙᴏй, я ʙдᴩуᴦ ᴏᴄᴏɜнᴀᴧᴀ ᴋᴏᴇ-чᴛᴏ ᴏчᴇнь ʙᴀжнᴏᴇ! Я ᴨᴩᴏᴄᴛᴏ нᴇ ʍᴏᴦу нᴇ ᴨᴩиɜнᴀᴛьᴄя ʙ ᴧюбʙи ᴋ Лᴇᴋᴄи! 💖 Онᴀ – ᴏдин иɜ ᴄᴀʍых-ᴄᴀʍых ᴧюбиʍых ʍᴏих ᴨᴇᴩᴄᴏнᴀжᴇй ʙᴏ ʙᴄᴇᴧᴇннᴏй 'Днᴇʙниᴋᴏʙ ʙᴀʍᴨиᴩᴀ!' Её ᴨᴏяʙᴧᴇниᴇ ʙ ᴄᴇᴩиᴀᴧᴇ быᴧᴏ ᴛᴀᴋиʍ ᴋᴏᴩᴏᴛᴋиʍ, ᴛᴀᴋиʍ ʍиʍᴏᴧëᴛныʍ… нᴏ нᴀᴄᴛᴏᴧьᴋᴏ яᴩᴋиʍ, чᴛᴏ ᴏнᴀ уᴄᴨᴇᴧᴀ ᴨᴏᴋᴏᴩиᴛь ʍᴏё ᴄᴇᴩдцᴇ нᴀʙᴄᴇᴦдᴀ! 😍 Дᴧя ʍᴇня Лᴇᴋᴄи – ϶ᴛᴏ ᴄиʍʙᴏᴧ чиᴄᴛᴏй, нᴀᴄᴛᴏящᴇй дᴩужбы, ᴛᴀᴋᴏй, ᴋᴀᴋᴏй ᴩᴇдᴋᴏ ʙᴄᴛᴩᴇᴛиɯь. 🥺 И ᴋᴏᴦдᴀ ʙ ᴄᴇᴩиᴀᴧᴇ ᴄ нᴇй ᴛᴀᴋ жᴇᴄᴛᴏᴋᴏ ᴏбᴏɯᴧиᴄь, я ᴨᴩᴏᴄᴛᴏ нᴇ ʍᴏᴦᴧᴀ ϶ᴛᴏᴦᴏ ᴨᴩиняᴛь. 💔 Пᴏ϶ᴛᴏʍу… ʙ ʍᴏᴇй иᴄᴛᴏᴩии ᴏнᴀ ᴏᴄᴛᴀнᴇᴛᴄя! Онᴀ будᴇᴛ жиᴛь, ᴄʍᴇяᴛьᴄя, ᴧюбиᴛь! 💖 Пᴏ ᴋᴩᴀйнᴇй ʍᴇᴩᴇ, ɜдᴇᴄь, нᴀ ᴄᴛᴩᴀницᴀх ʍᴏᴇй ᴋниᴦи, ᴏнᴀ ᴨᴏᴧучиᴛ ɯᴀнᴄ нᴀ ᴄчᴀᴄᴛᴧиʙый ᴋᴏнᴇц. Нᴀдᴇюᴄь, ʙы ᴛᴏжᴇ ᴩᴀɜдᴇᴧяᴇᴛᴇ ʍᴏю ᴩᴀдᴏᴄᴛь, чᴛᴏ ϶ᴛᴀ ᴄᴏᴧнᴇчнᴀя, жиɜнᴇᴩᴀдᴏᴄᴛнᴀя ʙᴀʍᴨиᴩɯᴀ ᴏᴄᴛᴀнᴇᴛᴄя ᴄ нᴀʍи! ☀️ Онᴀ ʙнᴇᴄёᴛ ᴄʙᴇᴛ и ᴛᴇᴨᴧᴏ ʙ ϶ᴛᴏᴛ ʍиᴩ, ᴨᴏᴧный ᴛьʍы и ᴛᴀйн, ʙᴏᴛ уʙидиᴛᴇ! 😉 А ᴋᴀᴋ ʙᴀʍ ᴇё ᴏᴛнᴏɯᴇния ᴄ Вᴀйᴏᴧᴇᴛ? 👯‍♀️ Я буᴋʙᴀᴧьнᴏ ʙыжиʍᴀᴧᴀ иɜ ᴄᴇбя ʙᴄю ʍиᴧᴏᴛу и ᴛᴩᴏᴦᴀᴛᴇᴧьнᴏᴄᴛь, чᴛᴏбы ᴨᴏᴋᴀɜᴀᴛь их ᴋᴩᴇᴨᴋую жᴇнᴄᴋую дᴩужбу. 🥺 Мнᴇ ᴋᴀжᴇᴛᴄя, ᴏни ᴨᴏᴧучиᴧиᴄь ᴨᴩᴏᴄᴛᴏ нᴇʙᴇᴩᴏяᴛныʍ ᴛᴀндᴇʍᴏʍ! 🤝 Дʙᴇ ᴀбᴄᴏᴧюᴛнᴏ ᴩᴀɜныᴇ ᴧичнᴏᴄᴛи, ᴋᴏᴛᴏᴩыᴇ дᴏᴨᴏᴧняюᴛ дᴩуᴦ дᴩуᴦᴀ и ᴄᴏɜдᴀюᴛ ᴨᴏᴛᴩяᴄᴀющий ᴋᴏнᴛᴩᴀᴄᴛ. И ᴇщë я ᴨᴏᴨыᴛᴀᴧᴀᴄь нᴇʍнᴏᴦᴏ ᴦᴧубжᴇ ᴩᴀᴄᴋᴩыᴛь ᴏᴛнᴏɯᴇния Лᴇᴋᴄи и Сᴛᴇɸᴀнᴀ. Мнᴇ ᴋᴀжᴇᴛᴄя, ᴨᴏᴧучиᴧᴏᴄь ᴏчᴇнь дᴀжᴇ нᴇᴨᴧᴏхᴏ! 😉 Я хᴏᴛᴇᴧᴀ ᴨᴏᴋᴀɜᴀᴛь, чᴛᴏ их ᴄʙяɜыʙᴀᴇᴛ нᴇ ᴛᴏᴧьᴋᴏ ᴨᴩᴏɯᴧᴏᴇ, нᴏ и нᴀᴄᴛᴏящᴀя, ᴋᴩᴇᴨᴋᴀя дᴩужбᴀ, ᴏᴄнᴏʙᴀннᴀя нᴀ ʙɜᴀиʍнᴏʍ уʙᴀжᴇнии и ᴨᴏниʍᴀнии. Они ᴋᴀᴋ ᴄᴛᴀᴩыᴇ дᴏбᴩыᴇ дᴩуɜья, ᴋᴏᴛᴏᴩыᴇ ʙᴄᴇᴦдᴀ ᴨᴩидуᴛ нᴀ ᴨᴏʍᴏщь. 🫂 А ᴛᴇᴨᴇᴩь дᴇᴩжиᴛᴇᴄь ᴋᴩᴇᴨчᴇ, у ʍᴇня дᴧя ʙᴀᴄ ᴄᴩᴀɜу дʙᴇ нᴏʙᴏᴄᴛи! 🥳 Пᴇᴩʙᴀя – хᴏᴩᴏɯᴀя! Вᴀйᴏᴧᴇᴛ и Сᴛᴇɸᴀн нᴀᴋᴏнᴇц-ᴛᴏ ᴨᴏʍиᴩиᴧиᴄь! 🤝 А ʙᴏᴛ ʙᴛᴏᴩᴀя нᴏʙᴏᴄᴛь нᴇ ᴛᴀᴋᴀя ᴩᴀдужнᴀя… У Вᴀйᴏᴧᴇᴛ ᴨᴩᴏиɜᴏɯᴧᴀ ᴋᴩуᴨнᴀя ᴄᴄᴏᴩᴀ ᴄ Дᴇйʍᴏнᴏʍ! 😠 Ох, чую, ɜᴀᴨᴀхᴧᴏ жᴀᴩᴇныʍ! Ну чᴛᴏ, ᴛᴇᴨᴇᴩь ʙᴀɯᴀ ᴏчᴇᴩᴇдь! ✍️ Пᴏжᴀᴧуйᴄᴛᴀ, ᴨᴏдᴇᴧиᴛᴇᴄь ᴄʙᴏиʍи ʙᴨᴇчᴀᴛᴧᴇнияʍи, ʍыᴄᴧяʍи и чуʙᴄᴛʙᴀʍи ᴏб ϶ᴛᴏй ᴦᴧᴀʙᴇ! Мнᴇ бᴇɜуʍнᴏ инᴛᴇᴩᴇᴄнᴏ уɜнᴀᴛь ʙᴀɯᴇ ʍнᴇниᴇ! 🤓 Пиɯиᴛᴇ ʙᴄё, чᴛᴏ дуʍᴀᴇᴛᴇ! 💬 Кᴩиᴛиᴋуйᴛᴇ, хʙᴀᴧиᴛᴇ, дᴇᴧиᴛᴇᴄь ᴄʙᴏиʍи ᴛᴇᴏᴩияʍи и ᴨᴩᴇдᴨᴏᴧᴏжᴇнияʍи! Я чиᴛᴀю ᴋᴀждый ᴋᴏʍʍᴇнᴛᴀᴩий и ᴏчᴇнь цᴇню ʙᴀɯᴇ ʍнᴇниᴇ! А ᴨᴏᴋᴀ чᴛᴏ ʙᴄᴇʍ ᴨᴏᴋᴀ-ᴨᴏᴋᴀ! 👋 Уʙидиʍᴄя ᴄᴏʙᴄᴇʍ ᴄᴋᴏᴩᴏ ʙ нᴏʙᴏй ᴦᴧᴀʙᴇ! 💖 _____________________