Петля

      Из дома Андайн я вышел глубокой ночью. Простились мы с ней на довольно приятной ноте, думаю, какое-никакое, а начало дружбы положено. Конечно, за одну встречу нельзя выстроить нормальные отношения, как и нельзя полностью отбросить сомнения Андайн в мою сторону, но что-то да получилось.       Я направился в сторону спуска и медленно побрёл к узкой речке, пронзающей всё Подземелье и соединяющей каждый из его городов. Я не знал, что тут есть настолько удобный способ перемещения. В последнее время мне постоянно приходится сталкиваться с чем-то новым.       Тяжело вздохнув, я задрал голову и на мгновение замер. Улыбка пропала с лица сразу, стоило мне выйти из дома Андайн. Накатила жуткая усталость. Отчего-то мне стало очень сложно поддерживать хорошее настроение и просто разговаривать с кем-то. Честно говоря, хотелось просто проспать весь день и побыть в тишине, но, к сожалению, нельзя. Не до отдыха.       Тихую гладь реки тронули поднявшиеся волны. Рядом с относительно свободной от растений площадке причалила длинная лодка. Практически на самом её носу возвышался монстр, чьё тело и лицо было скрыто под плотным плащом. Не так удивительно видеть его во второй раз.       Я забрался в лодку и сел на самую дальнюю лавку. Сил на разговоры у меня просто не осталось. Такое чувство, что сейчас прямо тут свалюсь от усталости. Благо, этот монстр был тихим и неразговорчивым. Он только что-то тихо про себя напевал и всё.       — Тра-ла-ла-ла… Ангел приближается… Тра-ла-ла-ла…       Я уставился на лодочника, но он на меня не смотрел. Всё так же был повернут спиной. Он будто и не со мной разговаривал. Странное дело. Альфис, когда отправляла меня к дому Андайн, сказала, что этот монстр иногда может говорить нелепицу. А ещё она говорила, что никто не знает, кто это, и зачем он вообще возит всех на лодке.       Я отвернулся, положив голову на руки и уставившись в воду. Не хочу сейчас ни о чём думать. Хочу спать.       Пенящаяся от быстроты лодки вода постепенно сменила свой цвет с ярко-синего на тёмный. Запахло пеплом, воздух словно медленно начал раскаляться. Мы въехали в пещеру, быстро проносясь по ней. Пейзаж резко сменился, контрастируя своей… зажигательностью с тишиной и спокойствием Ватерфолла. Хотлэнд, собственной персоной.       Лодка причалила к берегу. Я вышел из неё, быстро поблагодарив лодочника, и направился вверх по склону. Удобно, что лаборатория находится прямо рядом. Мельком глянув на огромных стражников, непрерывно караулящих соседний проход, я вошёл в здание.       — Альфис, я верну-у-улся… — широко зевнул я, снимая куртку.       — О, Ник! — воскликнула выбежавшая из архива Альфис, — Как прошло?       — Неплохо. Как видишь, я живой.       — Так ты всё-таки пошёл к Андайн? — раздался довольно неожиданный голос Санса.       Я устало вздохнул и посмотрел на него, слегка улыбнувшись.       — Санс пытался узнать, куда ты ушёл, но я не сказала! — с какой-то странной гордостью произнесла Альфис.       Хотелось пойти и сразу же лечь спать. Я на мгновение задумался и, зажмурившись, вопреки всему повернул на кухню. Потом отдохну. Наверное, Санс и Альфис хотят что-то обсудить или узнать, как всё прошло, не знаю. Подойдя к раковине, я быстренько умылся и вымыл руки, ставя чайник и доставая полюбившуюся мне чашку. Не знаю почему, но она показалась такой удобной и уютной, наверное. Большая и округлая, мятного оттенка, такого освежающего…       Санс о чём-то начал говорить с Альфис. Она ему, вроде как, протестующе отвечала, изредка на меня поглядывая в поисках поддержки. Я как-то вяло кивал, сконцентрировав своё внимание на почему-то затихающем звуке закипающей воды. Ладно, попью чай и сразу же спать пойду…       

***

      — Альфис, мы вроде бы договаривались, что если что-то случится, ты напишешь или позвонишь, — недовольно произнёс Санс.       — Это была непредвиденная ситуация! Тем более… У нас с Ником тоже был договор, — Альфис посмотрела в сторону Ника, дожидаясь его уверенного кивка.       — Подытожим: ты в одиночку отпустила ещё не до конца выздоровевшего пациента на встречу с Андайн, верно? — язвительно произнёс Санс.       — Эт-то… тяжело объяснить. И вообще, Н-ник уже полностью оправился! — возразила Альфис.       Препирательство со скелетом было долгим и очень нудным. Он пришёл в лабораторию днём, и до сих пор находился здесь, с невероятным упорством пытаясь добыть информацию. На самом деле, Санса уже сильно раздражала эта тенденция Ника постоянно куда-то пропадать. Причём он делал это неожиданно и в самый неподходящий момент. Вот и сейчас, скелету стало сложно держать себя в руках даже перед Альфис. Хотелось если не разозлиться, то хотя бы отчитать Ника за беспечность. Опять. В очередной раз… Чтобы он потом невинно пожал плечами и сказал своё излюбленное «прости». И скелет, как бы того не хотелось, сразу же прощал.       Санса сдерживало только то, что его злость была совершенно неоправданной. В конце концов, они с Ником не были так уж близки. Или были? Нормально ли упрекать его хоть в чём-то, словно ребёнка? Он сам ведь в состоянии подумать. И сам в состоянии сделать свой выбор. Но почему-то скелета это бесило и ничего поделать он не мог. Ещё и с Альфис сговорился. Весь вечер она только и делала, что отвечала Сансу: «Он вернётся позже, всё нормально». И ничего более. Даже уйти искать Ника Санс не мог, потому что боялся с ним разминуться, как это уже случалось. Вот и оставалось сидеть в лаборатории и нарочно нервировать своей доставучестью Альфис. И если второе было хотя бы немного забавно, то вот первое… Это место, пожалуй, было одним из тех, где Санс не хотел бы проводить своё время.       Скелет закатил глаза на очередной довод Альфис, отбрасывая дурацкие мысли о лаборатории.       — Ник, неужели опять нужно было… — Санс замолчал на полуслове.       Альфис проследила за его взглядом и тоже притихла. Ник мирно посапывал, положив голову на стол и всё ещё сжимая полюбившуюся ему чашку в руках.       — Ой, точно. Он же говорил, что устал, — вспомнила Альфис.       Санс в который раз вздохнул. Раздражение как рукой сняло. Теперь вообще не хотелось злиться на Ника. Он выглядел слишком невинным, какая тут злость?       — Я перенесу его в комнату, — пробормотал Санс, не дожидаясь хоть какого-то ответа Альфис.       Подойдя ближе, скелет дотронулся до плеча Ника. Мгновение — они оказались в его палате, рядом с кроватью, куда Санс и начал левитировать спящего. Расправив одеяло, скелет со всей осторожностью уложил Ника и тут же укрыл его. Тут же Санс усмехнулся вспомнив, как человек неоднократно, вопреки протестам, доставал плед и делал то же самое в Руинах.       Ник всё ещё сжимал кружку, теперь уже приобнимая её и сильнее кутаясь в одеяло. Санс на секунду замер, рассматривая его. Внутри его несильно что-то кольнуло. Словно душа слегка дрогнула. Скелет вздрогнул и, быстро отвернувшись от спящего человека, направился к двери. В последний момент он вновь оглянулся.       — Спокойной ночи, — робко произнёс он, закрывая дверь.       

***

      Проснулся я ближе к полудню, конечно же совершенно не выспавшись. Бывает такое, когда встаёшь вроде бы нормально, но всё равно чувствуешь себя разбитым. Со мной так постоянно. С момента моего попадания в Подземелье я не знаю, что вообще такое нормальный сон. Ну, к счастью, к этому состоянию я более-менее приспособился.       — Доброе утро, — зевнул, я, заходя на кухню.       Странно, конечно, что я проснулся крепко обнимая чашку, но да ладно. Думаю, я уснул так и не дойдя до комнаты, а там меня Санс телепортировал.       — Ага, — ответил скелет, даже не посмотрев в мою сторону.       Он тоже, судя по всему, проснулся недавно, раз уж сидел перед недопитой чашкой кофе. Пока я искал заварку и кипятил чайник, почувствовал какое-то лёгкое напряжение, идущее от Санса. Обернувшись я успел заметить, как тот быстро отвёл взгляд. Странно.       — Что-то не так? — растерянно спросил я.       — М? С чего ты взял? — Санс старательно уткнулся в книжку.       Я чуть нахмурился, но лишь пожал плечами. Ладно, не хочет — пусть не рассказывает. Не хочу затрагивать темы, которые ему будет неприятно обсуждать.       — Альфис мне вчера всё рассказала. Ты на полном серьёзе хочешь это сделать?       Теперь уже была моя очередь чувствовать себя не в своей тарелке. Взгляд Санса резко изменился на какой-то более строгий, словно он наверняка знал о лжи нашкодившего ребёнка, но ждал, когда тот сам сознается.       — А что не так? Я хочу им помочь, раз могу. Тем более это хорошая возможность.       — Для чего? Опять заработать магическое истощение?       — Нет, понять, как на самом деле работает моя магия. Альфис сказала, что магическое истощение я заработал от неразумного её использования, и что больше такое не повторится.       Санс отложил книгу, дотрагиваясь до чашки и легонько её потрясывая.       — Кто такой Гастер?       Скелет вскинул голову, посмотрев на меня.       — Я же уже говорил тебе…       — Нет, я не про это. Как ты с ним связан? И с той лабораторией внизу. Раз Альфис тебе всё рассказала, ты должен понимать, о чём я спрашиваю.       Я взглянул на Санса с толикой надежды. Я вовсе не хотел ставить его в неловкое положение, и если он захочет, может не отвечать, я не заставляю.       — Ты тут работал вместе с ним?       — Ник. Не спрашивай о Гастере у других. Я не знаю почему, но не делай этого, ладно?       — Я… я уже понял. Но, Санс. Если ты знал о лаборатории и о тех… монстрах, почему не рассказал?       Санс вновь покрутил чашку, рассматривая кофе.       — Потому что я и сам не до конца уверен, — наконец произнёс он, — Я же говорил — я многого не помню, в том числе о Гастере.       — Но почему-то ты можешь говорить о нём, а другие нет.       — В этом и загадка. Я могу, другие — нет. Я не знаю, почему так. Думаешь, я лгу?       Санс посмотрел на меня. Я покачал головой.       — А Гастер как-то может быть связан с… с Решительностью?       Санс чуть кашлянул, тут же отставляя чашку. Он почти подавился.       — Возможно. Ты видел машину внизу?       — Да.       — Думаю, он первый догадался.       — Что Решительность есть в каждой душе человека?       — Угу. И не только. Почему-то мне кажется, что Решительность это что-то особенное. Не могу вспомнить.       — Может быть такое, что ты работал вместе с Гастером?       — Вполне. Я хорошо помню лабораторию внизу и даже устройство той машины. Словно я и сам приложил руку к её созданию. А, и бластеры. Ты уже и сам догадался, наверное, но они очень на неё похожи.       — Но тогда почему случилось так, что даже имя Гастера нельзя упоминать?       Санс вздохнул и покачал головой.       — Гастер упал в Ядро, Ник. Он его создал, судя по тому, что я помню. Но, знаешь, странно, что я совершенно не понимаю, когда это было. Будто недавно и в то же время безумно давно. Возможно, Гастер и с перезапусками связан. Думаю, ответ в этом и кроется.       — А ты бы хотел узнать правду?       Я сел напротив Санса, согревая холодные руки о тёплую чашку. На лицо Санса легла тёмная тень. Он усиленно думал, но никак не мог прийти к какому-то выводу. Наконец, он усмехнулся.       — Конечно. В конце концов, это наша с тобой цель, разве нет? Докопаться до правды.       Я тоже слегка улыбнулся.       — Да. Верно.       Я хотел ещё что-то спросить, но на кухню неожиданно зашла Альфис. Она посмотрела на меня очень воодушевлённым взглядом.       — Ник, ты готов?       — Да. Отдохнул и полон сил.       — Тогда мы уже можем начинать.       — Если ты не против, я хотел бы присутствовать.       — Почему я должен быть против?       Санс пожал плечами, словно и сам не до конца понимал.       — Если ты будешь рядом, мне будет спокойнее, — беззаботно произнёс я.       Санс всё-таки подавился.       

***

      — Хорошо, что мне нужно делать?       — Д-для начала объясни: как именно ты используешь магию? И к-как ты тогда сумел восстановить душу? — начала уточнять Альфис.       Я крепко задумался. На самом деле вопрос настолько же простой, насколько и сложный.       — Обычно я начинаю петь, — подумав, ответил я.       — Петь, д-да? Значит, твоя магия активируется, когда т-ты поёшь…       — Ну, ещё я могу начать играть на гитаре.       — Т-точно, твоя гитара наделена такой же магией, как у т-тебя! У л-людей, которые падали до тебя, было так же.       — Да? Эта гитара для меня дорога и…       Я посмотрел на Санса, тот отрицательно покачал головой. Да, наверное, он прав. Не стоит говорить Альфис о моей смерти да и вообще о всяких… странностях. Возможно, она даже не сможет этого запомнить.       — У л-людей, как и монстров, есть что-то вроде рит-туала. У всех он свой, так что тебе проще концентрироваться и использовать магию, когда ты поёшь или играешь. Спусковой крючок для твоей магии — музыка. Эт-то, наверное, итак понятно, но есть проблема…       Альфис слегка задумалась, почёсывая голову карандашом и рассматривая диаграммы в планшете.       — Какая?       — Амальгаметы — э-тто, по сути, один монстр. Хотя н-нет, они разные, но сейчас они слились между собой и п-почти неразличимы.       — Что тогда мне нужно сделать, чтобы вернуть им прежний облик?       Двери лифта потихоньку открылись. Наша троица вышла и направилась по коридору дальше, в комнату с кроватями. Я мельком оглядывался подмечая, что не такое уж это место и страшное, как казалось в прошлый раз. При свете тут очень даже ничего.       — Вот! — Альфис протянула мне конверт.       Я машинально взял его, тут же раскрывая и доставая изнутри несколько карточек. Сзади были подписаны имена, а спереди я увидел изображения монстров.       — Это их фото? — спросил Санс, догадываясь.       — Ага… Н-ник, я не знаю, как тебе помочь. Твоя магия уникальна, но никакого совета я дать не могу…       — Это опасно. Не поздно отказаться, — как бы невзначай протянул Санс.       — Да… Ес-сли ты хочешь, можешь отказаться. Я в л-любом случае расскажу правду…       Я глубоко вздохнул, всматриваясь в фото. Приветливые, улыбчивые монстры. У каждого из них была своя жизнь, а в итоге они стали этими жуткими, бессознательными существами. Такая себе судьба.       Мне было, конечно, немного боязно, но это чувство глохло на фоне другого, чуть тянущего и буквально не дающего покоя. Что-то упорно подсказывало, буквально наталкивало меня на определённые мысли. Если я не помогу этим монстрам, то просто не смогу идти дальше.       Так я не смогу искупить вину.       Я моргнул, краем сознания подмечая, что это уже не первый раз, когда внутренний голос будто двоится. Нервничаю опять, вот и мерещится…       — Глупости, — наконец сказал я, убирая фотографии, — Я должен хотя бы попытаться это сделать. Иначе не смогу спокойно спать.       Я улыбнулся, пытаясь выглядеть куда более спокойно, чем есть на самом деле. Санс тихо хмыкнул, наверняка уже заранее предугадал мой ответ. Альфис чуть выдохнула, но всё равно напряжённо продолжила поправлять очки.       Мы прошли в комнату. Кровати оказались составлены к стенам почти вплотную. В центре скучковались бесформенные монстры, издающие редкое чавканье. При виде меня они словно просияли.       — Н-ник… Удачи, — прошептала Альфис, глубоко вздыхая.       Пока я гладил подбежавшего огромного пса, развернулся и серьёзно кивнул. Санс выглядел довольно странно. Может, нервничал из-за лаборатории, может, из-за вида монстров и самой ситуации, кто знает. Но почему-то посетившая меня мысль, что он волнуется, принесла какую-то внутреннюю теплоту.       Я сложил ноги и сел на пол, доставая гитару из чехла. Там скопилось довольно много вещей, но все они были по-своему ценными.       Амальгаметы собрались вокруг, а пёс и вовсе улёгся сзади, словно большая и мягкая подушка.       Понятия не имею, что я должен сделать, но попытаюсь. Я попытаюсь сделать всё, чтобы они вернулись к своим семьям. На мгновение мне стало немного грустно. У меня нет шанса попасть обратно. Прийти домой, как раньше, сесть за стол и выслушать мамины бесконечные, немного странные, но по-своему тёплые рассказы. Нет шанса снова помочь отцу с починкой какой-нибудь техники, чтобы в процессе окончательно её доломать, а потом просто забить. Я даже своего кота снова не увижу.       Никогда.       Гитарная струна чуть ли не лопнула, но я вовремя успел её ослабить. Стало немного больно внутри, но я проглотил это чувство. Не важно. Сейчас им нужна помощь, не мне. Я переживу, я смирюсь. Я справлюсь.       — В день когда был юным я,       Пропали тени навсегда,       А дикий зверь всё рвался из меня,       Лицом к лицу дал страху бой,       урокам тем цена лишь боль,       Мне ночи те не в силах позабы-ыть…       Чтобы лучше концентрироваться, я прикрыл глаза, как можно чётче пытаясь сформулировать мысли. Хочу им помочь. Хочу вернуть им себя. Хочу, чтобы они вернулись в семьи. Но они сами должны вспомнить. И сами должны захотеть. Мне почему-то казалось, что так нужно. Я должен пробудить внутри них Решительность. Вот, что сейчас я должен сделать.       — «За счастье парень хватайся» —       Так родной отец сказал,       На руки взяв меня он прошепта-а-ал:       «Коль будет страшно       Не бойся и вспомни обо мне       Сохрани свободу в каждом дне!»       Вот оно! То чувство. Магия медленно раскрывается, словно цветок. Душа пульсирует, рвётся наружу, а её свет начинает гореть ярче, пробуждая чужой. Я вижу это. Их души медленно начинают пульсировать в такт моей, будто улавливая моё собственное желание и соединяясь с ним. Всё вокруг перестало иметь значение. Я снова почувствовал, что время будто останавливается. Словно огромные стрелки какого-то механизма замирают, не в силах сопротивляться этой самой силе. Я должен. Я верю!       — «Однажды ты покинешь этот мир!       Так проживи, чтобы запомнить жизнь!»       Отец сказал мне: «Воплоти мечты!       И эту ночь запомни ты!»…       Тяжело. Энергия бешено вращалась внутри, сдерживая время. Их души медленно расцветали, в них пробуждались воспоминания. В прошлый раз я действовал по наитию, необдуманно. Сейчас я чётко знал, чего мне нужно добиться. Но в первую очередь, я должен поверить не в себя, а в монстров, слушающих песню.       

***

      Музыка наполнила комнату. По началу, её едва ли можно было ощутить. Слова песни зазвучали неожиданно и быстро, каждая строчка словно содержала в себе нечто большее, чем просто звуки. Ярко-зелёная магия окутала тело Ника, а сам он прикрыл глаза, наверное, чтобы лучше сконцентрироваться и не отвлекаться.       Санс уже видел подобное. Удивительная человеческая магия. Ник действовал не так, как скелет. Он полностью отдавался эмоциям, в то время как Санс упорно их контролировал.       — Санс, ты видишь это? — прошептала Альфис, придерживающая очки.       Вихрь магии закрутился вокруг небольшой кучки монстров с человеком в центре. Изумрудное сердце пульсировало в груди, его свет пробивался даже сквозь одежду, даруя своё тепло даже на расстоянии целой комнаты. Санс не мог не смотреть на Ника в этот момент, хотя ему и хотелось перестать это делать. То, что это неправильно и момент довольно личный останавливало только разум. А вот тело не слушалось совершенно. Хотелось смотреть. Хотелось слушать прекрасную музыку, ровным ручейком льющуюся из гитары и внимать словам, срывающиеся с губ человека. Каждое слово песни хотелось хватать и слушать, слушать, слушать…       — Аг-га… — еле как сумел ответить Санс.       Он не мог противиться порыву чувств, которые его захлестнули. В жизни скелета можно было по пальцам пересчитать такие моменты. Он не был из тех, кто хоть раз вот так безрассудно мог потерять самообладание. Всегда саркастичный, даже равнодушный, уставший в глубине души… Но сейчас он никак не мог взять себя в руки. Ник что-то с ним сделал. И сделал давно.       Тела монстров окутала лёгкая зеленоватая дымка. Их глаза, ранее мутные и словно стеклянные, заблестели так ярко, что, казалось, сейчас в них отражается не свет души, а настоящее пламя. Монстры словно медленно просыпались после долгого сна, вспоминая кто они на самом деле.       Душа скелета запульсировала быстрее. Он удивлённо посмотрел вниз, тут же делая вид, что совершенно спокоен. Хотя бы внешне нужно было поддерживать образ.       Тонкие ручейки магии растекались по комнате. Санс и Альфис, стоящие поодаль, заозирались по сторонам. Скелет прикрыл глаза, заранее убедившись, что Альфис на него не смотрит. Почему-то ему не хотелось, чтобы она сейчас обращала на него внимание. Свежий запах зелени окутал помещение. Ароматные цветы, свежескошенная трава, запах мятного чая… Сейчас Санс словно оказался посреди огромного, бесконечного поля.       Он открыл глаза, переборов своё нежелание это делать. Дальше видение размывалось, ему на ум приходило только что-то неразборчивое и путающееся, он будто боялся смотреть, чтобы не дай бог понять, что всё это значит. А ещё одно странное, совершенно непонятно откуда взявшееся слово то и дело всплывало на подкорке. Резонанс.       Зелёный свет медленно начал гаснуть. Дурманящий голову запах трав отступил, сменившись типичным лабораторным. Ника тряхнуло, он начал заваливаться в сторону, но вовремя подставил руку и сразу же схватился за голову.       — Ник, ты в порядке?! — воскликнула Альфис.       Санс сам не понял, как он так быстро среагировал и поймал чуть ли не упавшего человека. Ник с благодарностью взглянул на него, слегка улыбнувшись. Он тут же расслабился, полностью доверившись Сансу. По его взгляду было видно, насколько он устал. Словно прямо сейчас заснёт.       — Д-да… Голова кружится, — прошептал Ник.       — Я отведу его в комнату, Альфис. Разберёшься тут сама? — произнес Санс, приподнимая едва держащегося на ногах Ника.       Альфис уже не слышала Санса. Она оказалась рядом с бессознательными монстрами вокруг. Мельком глянув на них, Санс не особо и удивился. Он был уверен, что Ник справится. Так и оказалось, хоть сам человек не был столь же оптимистичным. Тела монстров вернулись в норму. Их стало больше, внешний вид перестал вечно меняться. Все они тихо и мирно спали, а свет их душ меркнул. Буквально пару секунд назад они были охвачены ослепительным изумрудным свечением, но сейчас постепенно вернулись к привычному для каждого монстра цвету.       Санс поудобнее перекинул руку Ника себе через шею, тут же активируя магию и возвращаясь к нему в комнату.       Ник уже тихо посапывал, совершенно ни о чём не думая.       

***

      Я готов был съесть всё, что находится в холодильнике. Когда я очнулся, почувствовал себя безумно голодным, но, кажется, и Альфис и Санс были готовы к подобному. Поэтому, пока я ел, меня особо ни о чём не спрашивали, только рассказывали о результатах.       Я был безумно рад, узнав, что всё прошло хорошо. У монстров было истощение, всё болело, и Альфис сказала, что прежде чем вернуться, им нужно будет как минимум пару недель полежать на обследовании. Но это уже не важно, честно говоря. Главное, что они вернулись.       Монстры не помнили ничего, что с ними случилось. Они все говорили, будто на какое-то время просто оказались в бесконечной тьме. И что куда бы они не шли — ничего не менялось. Что-то вроде комы, полагаю, но Альфис это состояние всё равно напрягало. Она сказала, что это странно и неестественно, ведь, по сути, монстры что-то да делали и помнили даже будучи амальгаметами.       В первый же день, когда все они проснулись, Альфис пригласила их родных в лабораторию. И я даже застал момент встречи монстров. Сказать, что это было трогательно — ничего не сказать. Мне казалось, что ещё немного, и меня просто разорвёт от переизбытка эмоций. Мне никакие заслуги не приписывали, потому что я об этом попросил. Альфис хотела рассказать всё в подробностях, но лишнее внимание мне было ни к чему. И так слишком много взглядов к себе привлёк. Ну, это не важно, в общем-то. Их семьи были рады, монстры были рады, Альфис была рада. Она, наконец, почувствовала свободу от этих недосказанностей и жутких секретов. Она даже не знала, как меня отблагодарить. Я сказал, что достаточно простого «спасибо».       Теперь же, наконец, после трёх недель, проведённых в лаборатории, я могу двигаться дальше. Да уж, засиделся я тут. По большей части это из-за обмана Альфис, но я уже даже не вспоминаю об этом. Неважно.       — …Меттатон…       Я очнулся от раздумий, поднимая голову. Чёрт. Чай в чашке уже остыл и даже новый налить не успею. Мы хотели выйти сразу после завтрака. Ну, Санс ещё не пришёл, хотя обещал появиться чуть раньше. Он вообще немного рассеянный последние дни. Наверное, ему по-прежнему неприятно находиться в лаборатории.       — Что? Прости, я, кажется, прослушал.       — Я сказала, что легко проведу тебя через Хотлэнд, но… Есть одна большая проблема и это…       — Меттатон. Да, знаю, — кивнул я, мрачнея.       — О? Ну да, чт-то это я, ха-ха… Он слишком знаменит. Неудивительно, что т-ты о нем уже слышал. Вот только Меттатон изначально создавался для поимки и для… ун-ничтожения людей. Так что из-за этого он может… Значительно помешать.       — А разве ты, как создатель, не можешь попросить его…       — О, н-нет, это будет проблематично… — Альфис слегка поникла, — Он, вообще-то, почти со мной не общается, не говоря уже о том, чтобы слушаться… Заходит только за новыми д-деталями и… Ну, как-то так.       Я горько вздохнул и тут же ободряюще улыбнулся.       — Не парься, Альфис. Нет такой проблемы, с которой я не смог бы справится, хах.       — У М-меттатона есть одна слабость…       — Переключатель на спине, — закончил я совершенно не задумываясь.       Альфис странно на меня посмотрела.       — О, от-ткуда ты знаешь? Разве я уже об этом говорила? — растерянно спросила она.       — Конечно говорила, Альфис.       Я обернулся благодарно посмотрев на очень вовремя подошедшего Санса. Тот незаметно кивнул мне. Пронесло.       — А, х-хорошо. Т-тогда ты знаешь, как справится с ним, ха-ха… Мне жаль, что больше я ничего не смогу сделать.       — Всё хорошо, правда.       Я поднялся из-за стола и, накинув гитарный чехол, направился к выходу.       — Ну, ладно. Нам пора. До встречи, Альфис! — махнул я.       Альфис встала в дверях, тоже махая мне.       — Да, д-до встречи! Я сделаю всё, чтобы Х-хотлэнд не был для тебя проблемой… Ник, спасибо ещё раз! Т-ты… Не знаю, что бы я без тебя делала…       Я улыбнулся и, подойдя ближе, обнял Альфис.       — Всё хорошо, я же уже говорил! Не за что, рад был помочь.       Мы попрощались. Дверь сзади осторожно прикрылась. Жгучий воздух с нотками гари тут же ударил в лицо. Приятная прохлада лаборатории моментально забылась, сменяясь духотой и жаром. Громкое бульканье вздымающейся лавы, вечно кипящие озера и яркий огонь всюду, куда ни посмотри… Вот и Хотлэнд.       Я посмотрел на Санса, он глянул на меня.       — Готов? — спросил он.       — Да. Вперёд, — незамедлительно ответил я.