Петля

      Вещи зелёной души? Человека, что был тут до меня с такой же магией? Я задумчиво покрутил сковородку, не находя в ней хоть чего-то примечательного. Возможно, это как с моей гитарой? Эх, ну вот, только что настроение испортилось.       — Так, что за голос ты слышал? — спросил Санс.       — Ну… Только что, когда пытался использовать магию. Кажется, он принадлежал девушке, не уверен… — ответил я.       — И что он сказал?       — «Помоги нам», — ответил я, — Она сказала именно это. Может, просто послышалось, или я сам себе напридумывал…       — Не-не. Погодь. Если так подумать, эта магия точно была не твоей, — Санс выставил чистую ладонь, — Я уверен.       — Тогда это… Эффект предмета? Что это вообще такое? — никак не мог понять я.       Мне казалось, что всё, что происходит, перестало иметь хоть какой-то смысл. Сначала сковородка меня позвала, потом сама вылечила Санса… Что дальше? Она и сражаться за меня будет?       — М-м-м… — Санс определённо задумался, — Тебе не кажется, что это немного… Не самое лучшее место для беседы?       Я тут же вспомнил, что мы, вообще-то, почти посреди улицы перед самым популярным местом на границе Ядра и Хотлэнда. И что тут слишком много как лишних глаз, так и ушей.       — Да, прости… — тут же согласился я.       — Ты не голоден, случайно?       — Есть немного, — охотно кивнул я.       Санс улыбнулся чуть шире, словно только это и ждал.       — Тогда пойдём. Поедим, — бросил он, мотнув головой в сторону довольно привлекательной вывески.       Наверное, происходи это раньше, я бы пошутил, мол, не на свидание ли он меня зовёт? Но сейчас и так понятно, что, спроси я это, и остатки храбрости Санса сменятся неловкостью и напряжением. Да и это сейчас, в общем-то, совсем не самая важная тема для обсуждения.       — Я боялся, что ты не предложишь, — сказал я, убирая фартук и сковородку в чехол и нагоняя немного отошедшего скелета.       Ресторан был довольно тихим местом. Думаю, виной тому стоявшие на входе охранники, строго сверяющиеся со списком. В какой-то момент я даже немного испугался, когда один из каменных големов сурово окинул меня анализирующим взглядом.       — Вы на шоу талантов? — спросил он, явно что-то вспомнив.       — Куда? — не понял я.       — Шоу талантов. Кажется, Меттатон собирается с кем-то сражаться, а до этого будет проходить небольшой кастинг.       — А-а-а-а… — неловко протянул я, — Ну да-а-а?       — Они есть в списке. Добро пожаловать.       Второй охранник очень вовремя спас меня из неловкого положения. Разговаривать с монстром, чьё лицо было буквально камнем без единой эмоции весьма утомительно, хоть мы и перекинулись всего-то парой фраз.       — Вау! — я не смог сдержать своего восхищения, заходя внутрь.       Вежливая официантка с безупречной улыбкой сразу же предложила нам пройти к столику, и пока Санс с ней разговаривал, я только и делал, что осматривал, без сомнений, одно из самых роскошных мест, какие я только видел в Подземелье. Возможно, ресторан уступает лишь замку, но тот ассоциировался у меня с противной духотой и жаром, с чем-то неизбежным, наверное, так что, вспоминая его, меня слегка потрясывало от страха. А тут… Очень классно!       — Держи, — протянул мне Санс что-то невидимое, — Челюсть уронил.       Я по-доброму закатил глаза и, наконец, заметил столик, к которому нас провели. Прямо рядом с ним, создавая иллюзию окна, находился причудливой формы аквариум с ярко-голубой водой, словно из Ватерфолла. Внутри же плавали крошечные то ли креветки с щупальцами осьминогов, то ли осьминоги с хвостами креветок, монстры, строя в воде забавные фигуры. Несколько таких монстров развернулись в мою сторону и махнули щупальцами, тут же уплывая обратно к стае.       Всё равно, даже спустя столько времени, никак не могу привыкнуть к такому разнообразию, казалось бы, одной расы. Сколько же монстров вообще существует на свете?       В зале играла приятная музыка. Да и атмосфера тут была такой же спокойной, умиротворяющей. Всюду сновали прилизанные официанты, как на подбор, почти одинаковые, предлагая множество самых разных блюд. От такого разнообразия меню глаза разбегались, так что я решил остановится на чём-то, что более-менее понял. Я заказал суп.       Пока нам несли еду, мы с Сансом говорили на нейтральные темы, наверное, всё собираясь с мыслями, не уверен. Но, всё же, не хотелось, чтобы кто-то услышал что-то реально важное. Пусть даже он потом об этом почти наверняка забудет.       — Ты же не против выпить? — спросил Санс.       Я немного удивился, когда заметил, что вместе с едой нам принесли два бокала вина.       — Ты же говорил, что не позволишь мне больше пить?       — Это же не бутылка, а бокал, — пожал скелет плечами, — Не думаю, что от такого тебе захочется танцевать на столе.       — Ладно-ладно, победил, — сдался я, чувствуя укол стыда от того случая в Сноудине, — Я не против.       — Значит, ты уверен, что слышал именно «помоги нам»? — спросил Санс.       — Да-а… Уверен.       — Хм-м-м… Даже не знаю, что сказать, — вздохнул Санс, — Тяжело вот так найти подобному объяснение, но… Наверное, это из-за вашей с ней магии.       — С кем с ней?       — С прошлой зелёной душой. Я не знал этого человека, так что не могу утверждать, что она была девушкой. А тебе ничего странного не снилось в последние дни?       — Ну ты и спросил. Так сразу и не вспомнишь… Наверное, скорее да, чем нет, просто… Мне особо кроме кошмаров и не снится ничего, так что не могу утверждать, но, знаешь, точно! Один странный сон был.       Я немного задумался, вспоминая подробности, чтобы получше объяснить. Всё же, это сон, не могу сказать, насколько он важен.       — Такое было только один раз, — наконец, я собрался с мыслями, — Мне приснилось, что я был совсем другим человеком.       — Как это?       — Ну, знаешь, когда ты видишь всё от первого лица, но тело вроде не твоё, рост не твой и чувствуется этот дискомфорт из-за разницы. Я понимал, что нахожусь во сне, причём это точно был Хотлэнд. И, кажется, на мне… точнее, на ней? Был одет тот самый фартук.       — Может, это было видение, а не сон? Такое иногда бывает, но чтобы у человека?       — Не знаю, что это было, но даже тогда я ощутил присутствие Чары. Я не мог двигаться сам, по своей воле, снова был только наблюдателем, не больше.       Я немного стушевался, всё размешивая ложкой остатки супа. Чувство голода резко пропало, теперь, кажется, мне кусок в горло не залезет.       — Но в чём именно «они» просят тебя помочь? И кто эти «они»?       — «Они»?       — Ну, «помоги нам», а не «мне», верно? Значит, этот человек просит тебя о помощи не только себе. Этот предмет… Я рассказывал, помнишь? Когда умирает монстр, его прах может оставить след сущности на предмете, но у людей всё иначе. Можно сказать, они ещё при жизни способны наделять особенные вещи магией. Так и с твоей гитарой было. А после смерти их души всё ещё живут, сам знаешь.       — Но почему магия не пропала? Ведь прошлая зелёная душа уже умерла, так? Но сковородка каким-то образом помогла вылечить тебя?       — Думаю, это из-за того, что она держала её в момент смерти. Не уверен, как это работает, всё же, я не особо шарю в подобном, могу лишь предположить, — Санс откинулся на спинку стула, — что в момент смерти тела той девушки магия её души сохранила остаток её же личности. Люди после смерти не становятся призраками, конечно, но их души всё ещё живут, поэтому, может, мы просто чего-то пока не понимаем.       — Чара никогда не брала эти вещи, — вздохнул я, — Именно поэтому, да? Потому что мы с прошлой зелёной душой можем войти в контакт?       — Скорее всего. Чара занимает, прости за это, место в твоей душе, но она могла опасаться, что предмет со схожим типом магии будет способен сделать тебя сильнее. Ты не использовал гитару раньше, но после каждой твоей смерти могло происходить что-то такое и с ней. Осколки твоей души вполне могли влиять на этот предмет, из-за чего она и обладала такими свойствами… Что?       Санс заметил то, как пристально я на него смотрю и прервал рассуждения.       — Извини. Просто когда ты так увлечённо обо всём этом говоришь, у тебя появляется такая милая улыбка, ха-ха, — хохотнул я.       Почему-то сейчас мне показалось, что Сансу стало немного грустно. Он смутился, конечно, но словно сам себя одёрнул и окончательно в чём-то убедился.       — Так… не знаешь, что нам следует делать дальше? — спросил я в попытке снизить градус неловкости.       Санс тут же переменился в лице, словно по-новому взглянув на меня. Его взгляд стал буквально излучать сарказм, клянусь, я почти что смог его увидеть. Скелет положил голову на руку, дотрагиваясь до ножки бокала с вином и закручивая внутри небольшую воронку. Его огоньки тут же посмотрели в мою сторону.       — Вау, не могу поверить, — произнёс он, — Ты спрашиваешь моего мнения?       Я хотел тут же сказать что-то колкое, но смысл слов Санса дошёл до меня в то же мгновение. Я вздрогнул и, опешив, уставился на него.       — Я… эм…       Разве это может быть правдой?       — Я в точно таком же шоке, как и ты, — улыбка скелета стала ещё шире, — Не думал, что доживу до этого момента…       — П-подожди, это какое-то недоразумение! — выпалил я, почти вскакивая из-за переизбытка эмоций, — Нет-нет-нет…!       Я схватился за голову и крепко закрыл глаза, пытаясь отогнать это мерзкое чувство внутри. Боже, да как это возможно?       — Да ладно тебе. Не то, чтобы я вообще сопротивлялся, просто… немного неожиданно.       — Какой же я эгоист, — вздохнул я, растекаясь по столу, — Но я же просил тебя о помощи, и ты мог отказаться!       Кажется, я готов был ухватиться за любую мелочь.       — Не-а. Ты знал, что я не откажу, — подмигнул мне скелет, отчего стало куда более противно.       Неужели это действительно так? Если подумать, то и правда, выходит, что всё, что происходило, это лишь результат моих действий и… Я никогда не спрашивал у Санса его мнения. Не советовался с ним, скорее, для галочки или поддержания беседы, но действовал только так, как сам того хочу. Странно. Разве подобное мне свойственно? Это нормально? Или, может, я просто не знаю сам себя, и раньше никто об этом мне не говорил?       Нет, тут что-то другое.       — Ты просто не хотел меня напрягать? — точно угадал Санс мои собственные мысли.       — Да… Наверное, это так. Но я не замечал. Я… прости, пожалуйста! За мной уже так много ошибок, что не счесть. И как ты только до сих пор не разочаровался во мне?       Так ведь не должно быть. Это не только моя проблема, это даже куда больше проблема Санса, нежели наоборот. Ведь я косвенная причина всего, а так себя веду… Глупо. Как идиот.       — Прости… Блин… Я даже не знаю, что ещё сказать, — честно признался я, отпивая немного из бокала.       Это вино не обжигало как то, в Сноудине. Оно, скорее, было больше сладким, но приятная горечь присутствовала.       — Оно из цветов Ватерфолла. Честно, не помню, как они называются, но мне нравится. Как тебе?       Теперь мне показалось, что атмосфера вновь изменилась. Создалось впечатление, что Санс вообще затронул эту тему не из-за того, что его что-то не устраивало, а просто так. Но это и было тем, что показалось мне странным. Другой бы на его месте не только уличил меня в эгоизме, а ещё бы и закопал окончательно, наверное, разозлился, не знаю. Но Санс словно вообще не заметил этого. Будто ничего и не почувствовал.       — Тебе всё равно? — спросил я, глядя на расслабленного скелета, допивающего остатки вина.       — М? А, ты всё про это… Просто мне не то чтобы очень уж важно подобное. Говорю же, я сам не был против следовать за тобой, так что не парься, Ник.       — Но разве это правильно? Ты на меня не злишься?       — Почему ты постоянно меня об этом спрашиваешь? — искренне недоумевал Санс, — Не могу я на тебя злиться.       — Почему? Я… Я так виноват, я такой эгоист, а ты даже ничего с этим не сделаешь?       — Ну вот, — буркнул Санс, словно коря себя за то, что вообще поднял эту тему, — Теперь ты будешь зациклен ещё и на этом… Я же монстр, Ник. Я не могу быть злым, хватит уже.       — Монстры тоже злятся! — возразил я.       — Монстры могут быть какими угодно, но только не злыми, — качнул головой Санс, — У нас это в основе души. Мы можем быть грустными, раздражёнными, равнодушными, но не злыми.       — Может, стоило бы…       — Наверное. Быть злым проще в каком-то смысле. Хотел бы я тебя ненавидеть за все те прошлые перезапуски, но это невозможно. Когда такое происходит, можно сказать, монстр сходит с ума. Да и как вообще на тебя можно злиться?       Ой-ей. Мне что-то это совсем не нравится. Такое чувство, что сейчас точно что-то произойдёт. Не знаю, как описать… Дежавю? Мне даже почудилось, что в зале стало чуть тише, а около нашего столика совсем не осталось занятых. Фактически, мы сейчас в этом крыле были совсем одни.       — Я хотел спросить кое-что… — Санс залпом допил вино и посмотрел на меня довольно серьёзно, — Ты ничего не чувствуешь, когда мы с тобой ряд…       Двери ресторана распахнулись с такой силой, что несколько ледяных статуй перед входом пошатнулись и рухнули на пол, раскалываясь. Санс прервался и удивлённо уставился мне за спину. Я же почувствовал, что надо мной возвышается чья-то массивная фигура, пышущая, очевидно, раздражением.       Я повернулся, лицом к лицу сталкиваясь с Меттатоном. Я ярко улыбнулся, внутренне радуясь тому, что он так вовремя ворвался в зал. Ведь, в противном случае, Санс точно договорил бы.       — Ты! Через четыре дня! Сцена в отеле! Я всё сказал!       Меттатон эффектно развернулся и фыркнул, тут же поправляя причёску и быстрым шагом удаляясь из зала. За ним спешно последовали охранники.       — И что это… было? — пробормотал я.       — Кто знает. Но он точно хочет, чтобы ты выступал.       Я был безумно рад тому, что случилось, но меня одновременно медленно начинала пугать перспектива столкнуться с Меттатоном на сцене.       — А он, кстати, оказался в своей второй форме, — заметил я.       — На территории отеля он всегда ходит так. Думаю, на сцене тебе самому придётся вынудить его её использовать. Это же Меттатон…       — Не хочу! У меня нет никакого желания выступать там и сражаться с ним!       — Разве тебе не нравится петь?       — Я… Я не чувствую магии, Санс. Она пропала, понимаешь? Как я его одолею без неё? Я просто человек, вот и всё.       — Если в твоей гитаре находилась твоя же магия или частица души, то понятно, почему ты подавлен, но…       Что-то мне не понравилась появившая искра во взгляде скелета.       — Ладно, раз ты вынуждаешь… Я прошу тебя это сделать.       — Что? Нет, ты не мож…       — Да-да. Мне кажется, тебе нужно перестать хандрить. Серьёзно, на тебя смотреть кисло. И раз уж ты раньше не спрашивал, чего хочу я, то вот это как раз мой ответ. Ну?       — Эт-то! Это нечестно!       — Говори что угодно, — Санс приподнялся из-за стола, — Но ситуацию это не изменит. Я, знаешь ли, тот ещё упрямец.       Я насупился и недовольно уставился на скелета, пытаясь прожечь в нём дырку, но Санс от этого только ещё сильнее заулыбался. Ну да, попытка состроить злобный взгляд обернулась совсем против меня.       — …хорошо, — пробормотал я, наконец, тоже вставая из-за стола.       — Вот и славно.       На мгновение я замер, задумываясь. Не думал, что ошибусь в таком, но… Он и правда хотел это сказать? Хотел же. Но…       — Почему он…? — мысли случайно вырвались.       — Что?       — А, нет, ничего! — быстро отмахнулся я, — Не важно.       Я глубоко вздохнул. Я же уже решил, что с этим делать, но если Санс что-то скажет, всё рухнет, как карточный домик. Мне просто… Мне придётся взять ответственность за это, а я пытаюсь избежать её всеми силами. Тяжело постоянно подбирать слова и так далее, но…       Не стало бы все чуточку проще, если бы я просто перестал и дальше вести себя, как эгоист?       

***

      Проснулся я совершенно разбитым. Слишком рано, чтобы ещё вставать, слишком рано, чтобы рассвело… Но я совершенно точно был уверен, что снова заснуть не выйдет, так что, откинув мокрое от холодного пота одеяло, я вяло направился в ванную.       Номер мне предоставили бесплатно как участнику конкурса. Меттатон поразительно здорово всё устроил, и мне вообще ничего не пришлось делать. Даже еду привозили прямо в номер. Удивительная прозорливость, хах. И условия были простые. Точнее, было лишь одно условие: выйти на сцену в назначенное время, о котором мне сообщили работники отеля лично. Мне и гримёрку выделили с реквизитом, полную свободу в выборе всего предоставили, но…       Меня это совершенно не радовало, наоборот, погружало в апатию. Я два дня тщетно пытался хоть как-то почувствовать малейший отголосок магии — бестолку. Всё бесполезно. Она словно пропала, я вообще ничего не могу уловить. И это не просто пугало, а, скорее, наводило ужас. Я так привык постоянно её чувствовать, полагаться на неё, ощущать хоть какую-то силу, делающую меня полезным, я…       Я подставил лицо под воду.       Я чувствую, что вот-вот не выдержу.       Потеря магии не сулила мне ничего хорошего. Санс говорил, что всё нормально, что она есть и не могла никуда пропасть, но… Я-то её не чувствовал. И пользоваться не мог. Я даже душу свою вызвать не мог и не только потому, что мне было страшно на неё смотреть, нет… Тут что-то другое. Может, я просто перешёл какую-то черту и теперь никакого везения? Внутри вдруг появился невидимый, но на удивление крепкий блок, мешающий нормально всё воспринимать. Возможно, я рискую опять сорваться, и на этот раз будет что-то хуже сломанной гитары…       Переодевшись в сухое, я направился на кухню, доставая подготовленный завтрак. Пища стала совершенно безвкусной. Я ел только из-за того, что чувствовал слабость, если этого не делал.       На столе, рядом с тарелкой, где лежали фрукты, я нашёл брошюру, оставленную, по-видимому, кем-то из работников. План выступления, программа, порядок и… Две загадочные тени в самом верху, очертания которых подозрительно были похожи на Меттатона и меня. Доигрался в актёра, блин. Я его так доконал, перетягивая на себя внимание, что эгоцентричный робот с манией величия, конечно же, не мог не устроить обличающее шоу, где меня ждёт боль и унижения. Это выступление-сражение ещё и на музыкальную тему и на кону не много ни мало — моя жизнь и весь прогресс.       Было печально осознавать, что всё может вот так вот жалко закончится. Столько стараний, усилий, переживаний и… Коту под хвост? Я знаю, что Меттатон, как и любой монстр до этого, может умереть всего от одной атаки. Я прекрасно это знаю.       Это знание убивает меня больше всего.       Только сейчас я начинаю понимать, как же просто было раньше. Да, бесчеловечно, ужасно, просто омерзительно, но так просто. Сколько я уже в Подземелье? Месяц? А сколько требовалось времени Чаре? Дня два. Безумная разница.       Но больше всего, конечно, пугает не это. Я не особо страшусь возможной неудачи, я знаю себя, но… В этом-то и кроется загвоздка. Когда-то я почти сдался. Когда-то я уже почти всех подвёл. Нет гарантии, что я выдержу ещё столько же. Со временем эта грань, чётко отделяющая меня от равнодушия, может пропасть, потому что я просто привыкну и устану. Я уже устаю, я чувствую. Мне всё сложнее даётся даже просто поговорить с монстрами. Хоть я и улыбаюсь, это слишком вымученно.       Магия зависит от эмоций, так? Получается, в этом ответ, как и говорил Санс. Я так устал, что она пропала. И гитара, раньше хоть немного успокаивающая, никак не поможет.       Как, блин, с таким настроем я собираюсь выступать? Без победы мне ничего не светит. Это будет провал, если не получится. Завалиться на Меттатоне в той области, где я должен быть как рыба в воде будет слишком печально. Но я не могу иначе, знаю, что не смогу выступить без вдохновения. Я играю не ради чувства, а из-за него. И когда оно пропадает, музыка тоже пропадает. Как и магия. Ужасно.       До обеда я так и просидел в номере, чисто для приличия включив телевизор. Я просто смотрел в потолок и пытался хоть как-то себя подбодрить, изредка слушая фоновую болтовню монстров. Конечно, главной темой стало это дурацкое шоу и видеть на экране до тошноты сверкающего Меттатона стало для меня настоящей издевкой. Но выбора не было — заняться просто нечем, даже поспать не выйдет. Ещё и этот осточертевший, словно зацикленный голос…       «Помоги нам».       — Да как, блин, я вам помогу, если я даже не знаю кто вы?! — воскликнул я, подскакивая на кровати, — Достали! Сколько можно, неужели так трудно сказать хотя бы где вы? А? Ну? Так сложно? Сил не хватает на вас всех! Кто бы мне помог хотя бы с чем-то!       Я ударил кулаком в подушку и тут же крепко вжался в неё, приглушая крик. Сказать, что меня всё достало — ничего не сказать. Почему такое постоянно происходит? Нет бы кошмары прогнать, чтобы я смог выспаться, этим тупым призракам только и надо, что ещё больше мешать! Как я им вообще помогу? Что я могу сделать с этой сковородкой? Разве что вмазать кому-нибудь как следует!       Какое-то время я так и лежал, тяжело дыша и изредка вздрагивая не то от резкого холода, не то от бессилия и злости, всё никак не проходящей. Хотелось бы мне хоть что-то понять, да вот только понимать нечего.       Где-то под вечер я всё-таки высунулся из номера из-за Санса, потащившего меня на само шоу талантов. Не знаю, зачем ему это так уж понадобилось, но рядом с ним я чувствовал себя хотя бы немного более похожим на человека, а не на зомби. Наверное, ему хотелось провести со мной время или просто приободрить, он же читается как открытая книга — все эмоции на лице написаны. Так что для меня до сих пор остаётся шоком осознание, что тогда он почти что мне признался и… Может, я просто напридумывал, а сказать он хотел совсем не это? Всё-таки, у него было довольно сложное и серьёзное выражение лица, а не как обычно светящаяся лампочка. Но это было мило. Да и меня забавляло его дразнить, чего уж там. Всё-таки, я ужасный человек.       Финальный день шоу талантов. Буквально через час меня ждёт выступление с Меттатоном, а пока на сцене подводят итоги и…       — Блин, я правда думал, что те монстры пройдут… — немного возмущался я, наблюдая за быстрым повтором выступлений синхронного полёта группы монстров-бабочек.       Я болел за крутых элементалей, танцующих что-то похожее на танго, да ещё и в темноте. Это выглядело завораживающе, когда их разноцветное пламя то сливалось, то искрилось… Правда красиво.       Сейчас я просто тупо сидел на стуле, собираясь с силами хотя бы попытаться привести себя в порядок.       — Что же, такова суровая реальность, — пожал плечами Санс, — Главное, не перегореть к своему делу, да?       — Ага, делать всё с горящими глазами, — на автомате продолжил я.       — Верно. Но что-то в тебе ни блеска, ни огня не наблюдается. Скорее, ты ведёшь себя довольно огнетушительно.       — Я продую, Санс, — честно сказал я, поворачиваясь к скелету, — Я не смогу так выступать.       — И в чём проблема?       — Ты не поймешь, это… Это трудно объяснить! Это просто… эх. Чувствую себя раздавленным фроггитом.       — Заквакчательное сравнение. Я скажу тебе больше — ты и похож на раздавленного фроггита. Сколько ты спал за эти дни?       Выступающая группа на экране сменилась. Теперь, на полной скорости из-за кулис выехали снежные монстры-льдинки, в паре с водными. Прямо на ходу они начали создавать изумительные замороженные статуи.       — Такое чувство, что нисколько… — я потёр глаза.       — Кошмары?       — И призраки. Мне кажется, что я эту фразу в могиле слышать буду…       — Хотел спросить. До прошлого перезапуска ты никогда не спал, так? — поинтересовался Санс.       Сначала я хотел сказать, типа, что за глупость, но когда и впрямь об этом подумал…       — Так и есть, — ошеломлённо произнёс я.       — И теперь тебя мучают кошмары, из-за чего ты не высыпаешься, — продолжил скелет, заранее предугадав мой очевидный ответ.       — Да.       — Хм. Ок.       — Чего? Какое «ок»? Это всё, что ты хотел сказать?       — Ты уверен, что хочешь сейчас обсуждать всякие мозговыносящие вещи, вместо подготовки к битве? — Санс иронично приподнял надбровную дугу.       — Да, ты прав… — вяло ответил я, снова рассматривая собственные руки.       Даже красивые выступления монстров не смогли разжечь внутри меня вдохновение. Магия по-прежнему спала, я знал, вроде бы, что нужен толчок, но откуда-то же его нужно взять.       Со спины донёсся тяжёлый вздох Санса. Он поднялся с кресла и подошёл ко мне ближе.       — Я кое-куда сгоняю по-быстрому. Пожалуйста, Ник, хотя бы попытайся, — произнёс он, ободряюще похлопывая меня по плечу.       От его прикосновения я напрягся так, что даже дышать перестал. Санс, снова вздохнув, вышел из комнаты, а я, как идиот, быстро дотронулся до плеча и крепко прижал ладонь к тому месту, где только что была его рука. Бесполезно. Это просто не проходит. Я только ещё сильнее чувствую, как эти дурацкие эмоции закрепляются, постоянно всё внутри переворачивая. Это какое-то сумасшествие. Я растекаюсь лужицей только от одного его прикосновения, это ненормально. Я… чувствую себя лучше, когда он делает что-то такое незначительно-важное.       У меня осталось не так много времени, вообще-то. Нужно бы и правда… Хотя бы попытаться.       Я посмотрел на своё жалкое отражение. Всё ещё страшно это делать, ведь каждый раз опасаюсь увидеть там Чару, но этого не происходит. Есть только одно место, где я и правда могу убедиться в её присутствии.       Я открыл ящик, доставая расчёску. Ладно, за дело.       

***

      Всегда, когда я выступал где-то с группой или ещё с кем, было это небольшое покалывающее ощущение. Оно особое, его ни с чем нельзя спутать. Оно просыпается только в тот момент, когда ты стоишь прямо перед сценой, за кулисами, готовясь вот-вот выйти. Кто-то называет это страхом, кто-то вдохновением, приливом сил или ещё как-то, но я же прозвал это про себя «предвкушение». Когда открываешь глаза и ничего, кроме сцены нет, когда появляется это неописуемое чувство восхищения.       С минуту на минуту объявят финал. Мы с Меттатоном столкнёмся лицом к лицу, и кто знает, что вообще случится. Это ещё одна перемена и никто не может быть уверен, чем же она на самом деле будет. Трагедией? Может, великой удачей? Это и хорошо. Что я, что Меттатон, мы оба не знаем исхода. Но на этот самый исход влияет так много факторов, и меня пугает, что от меня зависит слишком многое. Я и раньше это говорил, но… Я ведь не герой. Далеко не герой. Думаю, мне бы больше подошла роль друга главного персонажа, направляющего его и поддерживающего в битвах. Просто потому, что я боюсь этой ответственности и не знаю, что с ней делать. Я просто делаю что-то случайное и до этого момента мне везло. Повезет ли сейчас?       Диктор что-то говорил, сейчас проходило награждение лучших. Минуты тянулись как резина. Я почти ничего не слышал.       — Ник!       Я обернулся, находя взглядом Санса.       — Прости, я не слышал, — произнёс я, радуясь, что он сейчас пришёл.       — Да-да, мог бы и не говорить… Почему-то даже при наличии ушей ты слышишь куда хуже, чем я.       Шутка получилась достаточно забавной, чтобы я рассмеялся. Вот чего мне не хватало. Капельки позитива.       — Ну? Ты как?       — Не знаю, — честно ответил я, — Никак, наверное. Ну, правда… Сомневаюсь, что что-то смогу без гитары и без магии…       — Что же, я как раз в состоянии убрать хотя бы один пункт, — улыбнулся Санс, протягивая мне что-то.       Я не сразу понял, что это. Честно говоря, мозг настолько туго соображал, что даже после рассмотрения предмета, я только и смог, что растерянно поднять глаза на скелета.       — Ну? Развернёшь или так и будешь смотреть?       — А… д-да…       Даже по упаковочной бумаге, которая чётко повторяла контуры предмета было ясно, что это, но я никак не мог поверить. Не то, что не мог, просто не хотел, наверное. Или хотел, но не находил в себе сил? Я не знаю. Просто не знаю.       Я снял бумагу, полностью её развернув и аккуратно сложив под столик с реквизитом.       — Не знаю, нормальная она или нет, я совсем не разбираюсь, ты уж прости, возможно, она не настроена или еще что-то, но она вроде целая, так что я подумал, почему бы не отдать её тебе и не…       Очаровательно. Вот как выглядел Санс. Просто очаровательно. Глядя на то, как он неловко переминается с места на место, как пытается подобрать, очевидно, заранее отрепетированные слова и путается в своём же тексте, мне на ум не приходило никаких других слов. Это было очаровательно.       — …понимаю, она не заменит тебе предыдущей, но это лучше, чем ничего, ведь так…?       Я крепко сжал гитару за гриф, приподнимая голову, чтобы не позволить слезам испортить результат моего тяжкого труда. Если сейчас ещё и глаза опухнут, будет слишком плохо. Когда первые эмоции немного стихли, я буквально подлетел к скелету и, не выдержав, крепко его обнял.       — Спас… спасибо! Спасибо тебе… — неразборчиво бормотал я, пытаясь хоть как-то заглушить волну эмоций.       Я знаю, что потом буду ненавидеть себя за эту слабость, что буду ругать себя и… К чёрту. Плевать.       Я почувствовал, как душа Санса начинает биться быстрее. Он замолчал и не двигался, наверное, тоже глупо улыбаясь сейчас. Я не смог сдержаться сейчас. Я просто не нашёл в себе сил на это.       — …То, чего каждый в Подземелье ждал! Наконец, момент финала, легендарной битвы настал!       Я отстранился от Санса, аккуратно смахивая всё-таки пробившиеся слёзы. Я вновь посмотрел на него и в тот же момент принял важное решение. Если так и дальше пойдёт, я просто не справлюсь. Слишком это непосильное дело для меня одного, так что…       — Санс.       — Что?       — Давай после шоу… Мы поговорим, — произнёс я, разворачиваясь к сцене.       — …Хорошо. Я буду в первом ряду, если что. Эй, Ник.       Я развернулся перед самым выходом.       — Я верю в тебя. Просто знай это, ладно? — улыбнулся Санс.       Я хмыкнул и уверенно кивнул.       — Да. Знаю.