Петля

      — И ты… к какой версии больше склоняешься? — спросил я у заметно притихшего Санса.       Странно. Всё то, что сейчас вскрывалось никаким другим словом нельзя было описать. Как ни посмотри — это слишком странно даже для слова «странно». Всё чудастее и чудастее… Если предположить, что падение Гастера в Ядро и впрямь стало той самой стартовой точкой, нужно постараться понять, как это событие вообще в таком масштабе смогло сломать мир и само время в нём?       — Ко второй. Не знаю почему, но я думаю, он сам туда спрыгнул, — хмуро процедил скелет.       — А ты никогда не думал, почему ты всё помнишь?       Санс задумчиво посмотрел на меня.       — Думаешь, что, раз я помню перезапуски, могу быть как-то связан с падением Гастера в Ядро?       — Если так посмотреть… Ты был сотрудником, работал с Гастером, возможно? В таком случае, ты мог находиться рядом с ним в этот момент.       — Так ты думаешь… Это я его столкнул?       — Может быть? Я просто предполагаю.       Санс замолчал, что-то прикидывая в уме.       — Нет, это невозможно. Ник, я… Вряд ли я бы смог. Да и зачем? Я не уверен, что вообще так уж хорошо или близко общался с Гастером. Да, конечно, я тоже довольно странный, если задумываться, но у меня просто не было мотива. Но ты прав, скорее всего, я в тот момент находился рядом.       — Стой-стой… Может, ты был там, чтобы его… Остановить?       Санс, осёкшись, задумался.       — Я думаю… ты можешь быть прав, — удивлённо вскинул он голову.       — Всё это как-то… жутко. Наблюдатель, Ядро, сломанные временные линии… Я и не думал, что это настолько сложно, когда происходили перезапуски.       Или я хотел верить, что всё не так сложно. Не уверен. Но факт остаётся фактом — или мне придётся разобраться, чтобы понять, что вообще тут происходит и прекратить это «что-то», или я могу продолжать ныть о своей ужасной судьбе. И второй вариант мне не нравится слишком сильно. Так было бы проще, куда проще, чем продираться через дебри непойми чего, но буду ли я чувствовать себя не как что-то очень жалкое? Нет, такое мне не подходит. Значит, придётся идти до конца.       — Эй, Санс. Ядро как раз впереди, может, мы сходим и посмотрим? Как раз есть вариант, что к тебе вернутся и другие воспоминания? — предложил я, доставая маркер.       Санс улыбнулся.       — Конечно.       Я взял упаковочную бумагу и, открыв маркер, нарисовал рядом с последним сердечком ещё одно, точно такое же.       — А что дальше? — спросил я в замешательстве.       — Думаю, теперь я разберусь, — ответил Санс, — Скорее всего, когда ты умирал, именно я относил гитару обратно.       — А Чара?       — Полагаю, она умирала вслед за тобой. Помнишь, мы думали над тем, почему мир сбрасывается после твоей смерти?       — Да?       — Так вот. Мне кажется, мы были не совсем правы. Мир сбрасывается не после твоей, а после смерти Чары. Так мы, убивая её вместе, видимо, получали фору в пару минут, за которые я и относил эту гитару домой, обратно запаковывая.       — И ты снова влиял на неё магией…       — Да… Если я… мы умирали, неудивительно, что гитара оставалась после очередного перезапуска. Не представляю, какие эмоции я тогда испытывал, — честно признался Санс, глядя на бумагу, усеянную рядами меток.       И ведь за каждым таким сердечком скрывалось что-то поистине пугающее. Какая-то тайна, не позволяющая нам продвинуться дальше. Что-то, что раз за разом убивало меня и его, Чару и Флауи и перед лицом чего у нас не было шанса. Совсем скоро мне придётся увидеть это своими глазами.       — Пойдём? — спросил я Санса.       — Да, секунду. Выключу свет, — ответил он, отходя к переключателям.       Я кивнул и пошел вперед. Лишь краем глаза я заметил лёгкую вспышку синего света — активированную магию Санса и то, как он едва заметно наклоняется над бумагой с метками.       

***

      Ядро было довольно загадочным для меня местом. Из-за того, что в этот раз мы пошли напрямую к отелю, я фактически миновал большую его часть, в особенности нижние этажи, и по началу я этому даже обрадовался. Не то, чтобы там было страшно, вовсе нет, просто уж слишком непонятной была эта локация. Словно я попал на какой-то космический корабль. Везде только холод металла, да вспыхивающие огоньки многочисленных работающих приборов, вот и всё. И этим Ядро меня слегка настораживало. Там всегда было слишком тихо и безлюдно. Совсем не ощущалось, что это наиболее важное для Подземелья место, поэтому это и было странным. Ядро будто в один момент все покинули, и оно так и осталось нетронутым никем. Загадкой этого мира. После небольшого обсуждения всего произошедшего с Сансом, я смог понять, чем именно Ядро всё это время пугало меня больше всего.       В этом месте время вовсе не ощущалось.       Словно его и правда взяли и… заморозили?       — Теперь, честно говоря, я и сам понимаю, что ты был прав, — произнес Санс, осматривая сети коридоров, — Тут подозрительно тихо.       — Да. Это я и хотел сказать. Тут никого нет из персонала, по крайней мере, я никого не встречал.       — Это вдвойне подозрительно, — нахмурился скелет, — Обслуживать это место нужно постоянно, иначе всё выйдет из строя. Но тут даже пыли нет… И на магию не спишешь…       — Почему?       — Тут нестабильный магический фон. Из-за колоссальной энергии ядра, магия начинает работать неправильно, будто наоборот. Так что даже телепорт использовать опасно — неизвестно, куда попадёшь, — объяснил Санс.       Пустынные коридоры долго петляли вокруг одного основного. Было боязно смотреть, как темнеют проходы, казалось, что они и вовсе не заканчиваются, что они бесконечны и там слишком просто потеряться. Я знал, как работает Ядро только в общих чертах. По крайней мере, Чара тоже говорила лишь абстрактные или общедоступные вещи по типу способа получения энергии. Только вот у меня всегда оставался один вопрос.       — Как можно получить магию из тепла? — спросил я Санса.       — Это… тепло — энергия. А в Хотлэнде лава особенная, она насыщенна природной магией, слишком концентрированной, так что Ядро, по сути, является чем-то вроде фильтра. Но это так, слишком поверхностное объяснение.       — А откуда в Хотлэнде столько лавы? Получается, гора Эббот — вулкан?       — Нет, не вулкан, но… Честно говоря, я не знаю, — Санс почесал затылок, — Это и правда странно, если подумать. Такое количество маны в лаве в глубине простой горы…       Бред какой-то. Санс не договорил, но я всё равно понял, о чём он думает. Очередная загадочная нестыковка.       — Вот видишь, — сказал я, заворачивая в нужном направлении.       — Да. Всё не сходится.       Задаёшь вопрос — получаешь только ещё больше. Откуда магия, что такое Ядро? И как вообще его создали?       — Гастер создавал Ядро один?       — Насколько я помню — да. Когда я был ещё маленьким, оно уже работало. Честно говоря, я не знаю, когда конкретно он его создал, но, вроде как, немногим позже, чем закончилась война. Ох, у меня уже череп от этого трещит, — скелет прикрыл глаза.       Мы подошли к лифту.       — Наверное, он был очень… гениальным? Раз сумел такое построить, да ещё и рабочее…       — Н-да. Печально, что его забыли, но эти обстоятельства куда печальнее. Например, чего ради ему прыгать в Ядро?       — Наверное, он знал что-то, чего не знал никто больше.       — Жаль только, что эти ответы он унёс с собой в… Почти пришли.       Двери лифта открылись. В лицо сразу ударил разряженный воздух с явным запахом пепла и гари. Стало труднее дышать, в носу защекотало от чрезмерного жара. Но, на удивление, здесь было довольно темно. Свет от громадного озера… Нет, моря лавы почти ничего не освещал. Только и было видно, как вдалеке, на самом ядре, она переливается по полупрозрачным трубам, как стекает и капает вниз.       — В о-общем, это оно и есть, — протянул Санс, облокачиваясь о перила.       Я много раз его видел. Висящее в нескольких десятках километрах от лавы, оно действительно внушало странное чувство ничтожности. Это как когда смотришь на какой-нибудь восхитительный, невероятно огромный старый дворец и задаёшься вопросом: «Как его построили?». И правда, как? Ядро было огромным. Оно крепилось непонятно на чём, из-за темноты я ничего и не видел, но даже с такого расстояния эта штука выглядела слишком большой. Лава мерно стекала по нему, нагретый металл был раскалён докрасна, а многочисленные мелкие трубки качали что-то вязкое и голубоватое.       — Получается, он был там, внутри? — спросил я, всё ещё не отрывая взгляда от ядра.       — Думаю да. По сути, вся эта комната и есть ядро, лава тут особенно концентрированная, а из Сноудина сюда поступает тонна льда, кое-как охлаждающая приборы. Но, знаешь, если спросить у тех, кто рубит лёд, они скажут, что он уходит в Хотлэнд, но никогда не ответят «это для Ядра».       — То есть, они не знают об этом? — удивился я.       — Похоже на то.       Я слегка выглянул вниз, чтобы ещё раз убедиться, что упасть случайно тут никак не получится. Перила были двойными, первые доходили почти мне до плеч, а вторые находились в паре метров от первых. Нужно было сделать это именно что намеренно.       Я вновь посмотрел на Ядро.       — Как такую штуку умудрились построить?       Санс на это только пожал плечами. Он всё ещё не сводя глаз смотрел на Ядро, видимо, изо всех сил пытаясь вызвать хотя бы какое-то случайное воспоминание.       — Ник, думаю, нам тут делать нечего, — махнул рукой Санс, отходя от перил.       Я посмотрел на спину монстра, тут же повернувшись обратно к ядру. Знаю же, что в нём что-то не так. Но я совсем ни в чём тут не разбираюсь. Едва ли я смогу понять, почему оно кажется странным.       Трубки, овивающие каркас были разного размера. Совсем мелкие как раз качали что-то голубоватое, едва светящееся, а вот самые большие мерцали красным от лавы. Две особенно огромных располагались сверху и уходили резко вправо, пропадая в темноте пещеры. Ещё одна поменьше разделялась на две такие же, а по бокам было четыре крупных…       — Санс! — окликнул я скелета.       Он повернулся, чуть наклонив голову.       — Иди сюда! — позвал я его.       Санс нехотя подошёл, вопросительно глядя на меня. Я подвинул его ближе, схватив за руку и выставил скелета чуть перед собой, указывая на ядро.       — Ты не думаешь, что оно похоже на сердце? — спросил я.       — Сердце? Ну да, это же центр Подземелья и всё такое… — пробурчал он, — Или это какие-то твои намёки?       Санс хитро улыбнулся.       — Нет же, я серьёзно! — смутился я, — Ты не видишь, что оно похоже на обычное сердце?       — Типа… человеческое?       — Ну, скорее нет, чем да, отличия есть. Я не врач, поэтому точно не знаю, но… Оно же пульсирует.       Санс резко переменился в лице и чуть прищурился.       — Как ты это заметил? — прошептал он, словно по-новому глядя на Ядро.       — Я услышал, — ответил я, — Если прислушаться, то отчётливо можно это заметить. Оно будто бьётся. Как сердце.       Санс замер, я постарался притихнуть. У меня был очень хороший слух, что не удивительно, поэтому услышать биение такой громадины не так уж трудно. Скелет резко дрогнул и посмотрел на меня.       — Я чувствую, как магия периодически дрожит. Ник. Это… Это словно пульсирующая душа. Только она… Она огромна! — воскликнул скелет.       Я испуганно уставился на него, с недоверием посматривая на, теперь уже куда более пугающее, ядро.       — Если присмотреться, лава не убывает. Выходит, она просто прокачивается через него, возвращаясь обратно?       — Эм…       — Если бы оно фильтровало лаву, её количество немного, но становилось бы меньше! Тем более за столько-то лет… А она просто возвращается в озеро? Ник! Это не лава магическая, не тепло! Это магия насыщает её! Всё наоборот!       Стало как-то безумно тихо. Только редкие лопающиеся пузыри и можно было расслышать. Мне стало совсем не по себе. Будто спину прожигает чей-то взгляд, из-за чего по ней пробегает просто могильный холод. Меня начало мелко потрясывать от холода, хотя здесь было градусов сорок.       — Но тогда… Чьё же это сердце? — прошептал я, чувствуя, как замерзают пальцы на руках.       — Я не представляю, — покачал головой Санс, — Подожди… Чёрт…       Санс крепко зажмурился, сжимая виски. Я подошёл к нему ближе боясь, что он сейчас упадёт от головокружения.       — В чём дело?       — Воспоминания. Такое уже было. Только я не могу разобрать, слишком быстро, и их слишком много… Кажется, мы уже приходили в это место. Тут так душно и магия ужасающе…       — Давай уйдём. Нам всё равно тут больше нечего делать, — произнёс я.       — Да, давай, — выдохнул Санс, бросая последний взгляд на ядро.       Я тоже обернулся, на мгновение цепенея от неестественного страха. Мне показалось, что на мосту быстро, словно это просто смазанная картинка, промелькнула чья-то тёмная, извивающая тень.       Но на мосту просто нечему было бы её отбросить.       Отбросив жуткие мысли, я поспешил за Сансом. На самом деле мне тоже безумно хотелось уйти отсюда. В Ядре слишком много загадок. И, честно говоря, думаю, ответы будут куда более пугающими.       — Разве может существовать монстр таких размеров? — прошептал я, решив нарушить долгую тишину.       Мы оба точно были уверены, что сердце настоящее. Сконструировать такое и создать биение было бы… Не просто сложно, а невозможно. Санс тонко чувствует магию, да даже я ощутил всплеск. Это было слишком естественно, слишком натурально, чтобы сказать, что оно искусственное.       — Никто не приходит на ум. Монстры могут быть большими, но если это сердце… То каким же он должен быть? Возможно, как… сама гора Эббот? — ответил Санс.       — Но неужели эту тайну знал только Гастер? Не может же быть такого, чтобы…       Мы с Сансом одновременно посмотрели друг на друга.       — Вероятно, один монстр, всё же, есть. Азгор не может не знать.       — Но как спросить у него об этом? Я его даже никогда не видел…       — Знаешь, что реально странно.       — Что?       — Что Азгор ничего не делает. Тебе это подозрительным не кажется? Азгор слишком сильный монстр, чтобы ничего не почувствовать. До него определённо должны были доходить слухи, даже когда ты был под влиянием Чары, но он почему-то совсем ничего не делает, — произнёс Санс с крайне задумчивым выражением лица.       Мы вновь подошли к лифту, на этот раз отправляясь прямиком к границе с Новым домом.       — Думаешь, он помнит?       — Я в этом уверен. Ник, Азгор — монстр-босс. У него до безумия много магии, его душа очень восприимчива, не говоря уже о личном опыте… Он прожил слишком долго, многое застал, так как он может не знать о Ядре?       — Но чтобы спросить, нам сначала нужно до него добраться, — настороженно напомнил я.       — Да. Вот и оно.       — М?       — Ты ещё ни разу не доходил до Азгора, так? Почему? Что не даёт тебе пройти дальше?       — Чара говорила, что как только она пройдёт через тебя, сможет разрушить мир.       — Вот! Почему? Ник, почему она тебе это говорила? — воскликнул Санс.       — В смысле?       — Зачем ей говорить тебе хоть что-то? Зачем ей рассказывать тебе о своих планах, о магии, обо всём? Почему она просто не делала то, что делала? Зачем она вселяет в тебя… — Санс резко замолчал.       — Решительность? — прошептал я.       — Именно. Зачем ей вселять в тебя Решительность? Может, на самом деле, ты не становился сильнее в том месте, а это…       — Чара была слабее?       Санс лишь молча кивнул.       — Если она всё же не виновата… Получается, она ещё хочет спасти мир. Вот зачем ей было говорить тебе всё это.       — То есть, в зале правосудия она, понимая, что разрушит мир, если не убьёт тебя, теряла Решительность продолжать?       — Да. Вероятно, и она знает ответы на эти вопросы.       — Но она не разговаривает со мной… Знаешь, в Новом доме, в месте, где она жила с Азриэлем, есть зеркало… Там я могу её увидеть. Может, тогда она заговорит?       Санс напряжённо кивнул.       — У нас в любом случае нет выбора, — тяжело выдохнул он.       Пан или пропал. Вот что он хочет сказать.       — Тогда мы должны идти, — улыбнулся я, обгоняя скелета, — Пошли. Как минимум, для Ника и Санса в будущем должно остаться хотя бы на пару вопросов меньше, так?       

***

      Новый дом всегда казался мне слишком тихим, для такого шумного места. В этом месте чувствовалась какая-то трагичность, хмурость. Всё вокруг прямо излучало спокойствие и умиротворение, однако это и было жутким. Место, пропитанное горечью и недосказанностью. Так я всегда думал про Новый дом. Конечно, я не мог спуститься в основной город, где, наверняка, сновали тысячи монстров, даже не догадывающиеся о происходящем кошмаре. Вот оно, точно. Это место словно кошмарный, бесконечно повторяющийся сон. Всё тихо и мирно, но в мгновение ока сменяется ужасом.       Мне был доступен лишь небольшой путь по одной из стен замка-крепости. Видимо, он был или запасным, или ещё что, но охраны тут не наблюдалось. Я вообще не сталкивался с монстрами из замка, хотя должен бы был.       Мы молчали. Да и говорить не особо хотелось. Наверное, мы уже слишком многое обсудили, пришло время немного отдохнуть и хоть как-то приготовиться к действиям. Я не знаю, что будет дальше, поэтому не могу сказать, что меня это всё не пугает. Пугает, ещё как.       Пройдя сквозь небольшой тёмный коридор, мы с Сансом вышли к уже знакомому дому. Он находился в самой глубине замка, думаю, чтобы лишний раз не тревожить его жителей. Вот и ответ, почему тут не было охраны. Зачем? Это ведь просто дом.       Мне на ум пришла мысль, что было бы неплохо развести здесь сад, такой, какой был в Руинах. И то дерево отлично бы вписалось. Возможно, единственному хозяину этого дома просто не хотелось этого делать.       Мы прошли внутрь, останавливаясь на входе.       — И где ты раньше находил кулон? — спросил Санс, потревожив сгустившееся молчание.       — А… Сейчас, пойдём, — произнёс я, поворачивая в нужную сторону.       Честно говоря, я знал, что увижу. Да и Санс знал. Больше всего меня сейчас не кулон тревожил, а злополучное зеркало. Проходя по слишком длинному коридору, я случайно заглянул в одну из открытых дверей. Без задней мысли я зашёл, хотя кулон находился в другом месте.       — Знаешь, я всегда, когда проходил по этому дому, чувствовал безумную тоску. Чара тут не задерживалась, она почти пробегала это место… Может, её и правда гложет что-то вроде вины? Или, может, она чувствует страх?       Я подошёл к тумбочке и взял фоторамку. Санс тоже приблизился, рассматривая фото. Мы с ним почти одновременно грустно усмехнулись. На фото была семья Чары и Азриэля. Они улыбались, дети корчили рожицы. Все выглядят такими счастливыми.       — Когда тебе стало её жаль? — спросил Санс, наблюдая, как я аккуратно ставлю фото на место.       Я немного задумался, выходя в коридор.       — Не знаю. Я её боялся, ненавидел даже, но… У всего есть причины, поэтому, думаю, когда я сумел освободиться… Да, верно. Именно тогда, — улыбнулся я, — Хотя, знаешь. Мне не то чтобы было её жаль, скорее, я ей сочувствовал. Не думаю, что ей понравилась бы жалость в свой адрес.       Я вдруг почувствовал радость облегчения.       Не за что.       — Как думаешь, люди, приходившие в прошлом, были такими же?       — Даже не представляю, Санс. Ну, возможно? О, точно. Место с их гробами ведь совсем недалеко, так? Может, посмотрим? — повернулся я к скелету.       — Да, стоило бы.       — Я долго думал над тем голосом, помнишь? Он ведь раздался в тот момент, когда я взял сковороду в руки и… Может, он принадлежит прошлой зелёной душе?       — Вероятнее всего. Значит, «помоги нам» вполне себе может относиться к тем людям, — кивнул Санс.       — Ага. Получается, они просят меня о помощи, вот только… Как я мог бы им помочь?       — Их души находятся у Азгора и, возможно, они хотели бы освободиться, — предположил скелет.       Да, наверное. Если Санс прав, в чём я не могу сомневаться, я способен как-то их освободить. А вот как это сделать уже совсем другой вопрос. Ну, думаю, я могу понять это только когда придёт нужное время. Пока у меня даже малейшей идеи нет.       Мы прошли к нужной комнате. Санс зашёл внутрь, осматриваясь, а вот я вовсе не спешил. Меня интересовало другое. Я медленно, будто заставляя себя, шёл по коридору, всё ближе и ближе к тому самому зеркалу. Я не знаю, что увижу, увижу ли хоть что-то… Честно говоря, я надеялся увидеть Чару. Это бы принесло мне… Облегчение?       Чара нуждалась в помощи, какой бы она ни была. Я не представляю, что мог пережить этот ребёнок, что в конце концов стал таким.       Я подошёл к зеркалу, вставая перед ним и тут же опустил взгляд. Мне было сложно поднять голову. Не знаю почему.       Мои глаза встретились с глазами отражения. Ничего. Её не было рядом. В тот момент внутри словно что-то перевернулось.       — Вот как… — прошептал я, подходя ближе и прикасаясь к холодной поверхности.       Чары не было. Здесь был только я. На этот раз это был действительно я.       — Ник? — позвал меня Санс, выглядывая из-за двери.       Я повернулся к нему, спешно отходя от зеркала. Мне стало как-то печально. Я понимал, что это возможно, но не совсем был к этому готов. Тут даже не в привычке дело… Может, Чара была слишком слаба, чтобы появиться? Или они с Азриэлем уже…       — Как и думал. Тут нет кулона. И того ножа тоже, — вздохнул Санс, обводя комнату внимательным взглядом.       Обстановка была знакомой, я с грустью рассматривал открытые коробки. Санс хотел что-то спросить, но тут же покачал головой, останавливая себя. Спрашивать про зеркало он не стал.       — Пойдём, — скелет развернулся, хватая меня за рукав и утаскивая за собой, — Не думаю, что нам следует задерживаться здесь.       Я только и смог, что качнуть головой.       Спустившись в подвал, мы прошли через выход и оказались на очередном мосту. Совсем скоро… Нет, даже не скоро, а с минуты на минуту я снова окажусь в том самом зале. На самом деле, мне не очень хотелось возвращаться в это место, однако придётся.       — Тебе страшно? — спросил Санс, замирая перед самым проходом.       Он вполоборота смотрел на меня, терпеливо ожидая ответа.       — Наверное, да, — ответил я, замявшись.       — Так «наверное» или «да»? — он повернулся ко мне полностью.       В глаза ударил яркий свет, проходящий сквозь разноцветные витражи. Ещё один шаг и я снова окажусь в том месте… Мне стало душно, в нос ударил противный и до безумия знакомый запах цветов. До тошноты приторный. Кто бы мог подумать, что они будут пахнуть настолько сильно.       Я сглотнул неприятный горький ком.       — Страшно.       Не было смысла врать. Мне страшно. И за себя и за то, что может случится. Мне было страшно снова столкнуться с ничем. С полным провалом. Каждый раз, когда я подходил к этому месту, сердце кровью обливалось от жгучего страха. Я боялся, боюсь и сейчас. Да, мне было жуть как страшно. Но этот страх… Он не должен быть оправданием слабости или бездействия.       — Мне тоже, — после короткой паузы, произнёс Санс.       Я удивился. Раньше мне казалось, что это чувство ему и вовсе неведомо. Он так умело скрывал эмоции, что я никогда не пытался рассмотреть их в нём. Но это была ошибка. Одна из многих. Санс оказался ровно в том же положении, что и я. Может, в куда более худшем, ведь перезапусков на его долю выдалось намного больше. Особенно если учесть, что однажды его жизнь взяла слишком крутой поворот. Он страдал намного больше меня.       Я нашёл в себе силы на улыбку. Может, немного грустную, но намного более искреннюю чем те, которыми я одаривал монстров в Подземелье. Я хочу, чтобы ему стало легче.       Санс на секунду прикрыл глаза и тоже улыбнулся.       — Я не знаю, что случится дальше, но, наверное, пока не стало поздно, хочу сказать, что… Я рад, что встретил тебя, Ники. Что бы там ни случилось… Просто знай, что я всегда буду рядом и помогу, если что. Ладно?       В тот момент духота показалась мне незначительной, а сладкий запах цветов вдруг сменился куда более приятным. Тревога, бьющая в груди, смягчилась. Я неожиданно понял, что почувствовал себя в безопасности.       — Хорошо, — ответил я, — Эй, Санс?       — Что?       — Я тебя люблю, — я зажмурился, улыбаясь.       Он явно смутился, но уже не как в прошлые разы. Наверное, он привык, что я спокойно могу об этом сказать.       — Можешь наклониться?       Без задней мысли я сделал, что он попросил. Мне показалось, что он хочет мне что-то сказать. У скелетов не было губ, но даже так я понял, что произошло. И… это было куда более чувственно, чем любой другой поцелуй в моей жизни. Внутри расползалось яркое тёплое пятно, моя душа буквально трепетала и забилась куда сильнее, чем колотящееся от переизбытка чувств сердце. Мне показалось, это длилось вечно. Так что я так и остался на месте, когда Санс отстранился. Он тихо рассмеялся.       — Думал, только ты можешь меня вечно смущать? — легко произнес он.       Я дотронулся до губ, тут же чувствуя, как мгновенно загораются уши. Мне стало жарко и жуть как странно на душе, но самое главное — это было так приятно, что совру, если скажу, что не хотелось бы повторить.       — Я… Т-ты… Так неожиданно! — выпалил я, смотря в затылок уходящему в зал скелету.       До меня донёсся только его приглушённый смех.