на расстоянии запятой

Ночью не могла нормально заснуть, а в четыре часа и вовсе оставила все несчастные попытки, убито поднимаясь с кровати. Ровно с десяти часов вечера, когда я только решила отложить телефон, и до утреннего похода в душ, мысли про письмо меня не покидали. Я перебрала все возможные варианты и остановилась на самом логичном: Наталья не нашла эту записку. Может быть, листы склеились друг с другом или, возможно, это вообще были не ее учебники. В общем — вариантов уйма, и с любым из них жить легче, чем с незнанием. Убедить саму себя труда не составило, эффект самоубеждения не пропал и после ободряюще-прохладной воды. Я выхожу из ванной комнаты на носочках, чтобы не разбудить маму, которая вечно засыпает с открытой дверью и моментально, оказавшись в своей комнате, закрываю дверь. До выхода из дома больше четырёх часов, и пока сохнут волосы, я сажусь за ноутбук. Решив дописать реферат к следующей неделе, я открываю страницу браузера. На главной странице гугла высвечивается иконка почты, и я чудом вспоминаю про рассылку от института пару дней назад. Обычно, такие рассылки оповещали о конкурсах, но за четыре года обучения ничего стоящего для себя я так и не нашла. Также, во вторник я взглядом зацепилась за название электронного письма и отметила его непрочитанным из-за нехватки времени, чтобы глянуть позже. Кажется, сейчас самое время. Просмотрев глазами ненужную информацию, я остановилась на самом главном: «… Принять участие в конкурсе могут студенты кафедры бизнес-аналитики и информационных технологий не младше 3 курса. Тема конкурсного исследования: «Внедрение инновационных технологий как один из путей повышения финансовой грамотности населения»…» Как я поняла, они ждут статью на предложенную тему и отберут из института пять человек для межвузовского этапа, второго из четырёх. Не то чтобы я слишком горела этой идеей, но делать было нечего и подвешенное, возбужденное состояние из-за отсутствия сна, сыграли на руку. Я открыла пустой вордовский файл и посвятила будущей статье пару часов. Затем, пришлось оставить занятие и начать собираться на учебу. Мама уже проснулась, начав шуметь посудой на кухне, пока я укладывала волосы. Ничего необычного: быстрая укладка и макияж. Глеб все время говорит, что я слишком стараюсь, но так уж повелось. Ровно в 7:30 захожу на кухню, где мама уже допивает свой кофе. — Чего сегодня так рано встала? Слышала, как ты бегала по всему дому. Мама не оборачивается ко мне, пока я завариваю себе зелёный чай. Она всегда невыносимая по утрам. — Доброе утро, сон беспокойный какой-то. А просыпалась ты, потому что дверь открыта. Как всегда. Отвечаю почти спокойно, скрывая своё легкое раздражение. Из холодильника вытаскиваю молоко и смешиваю с хлопьями, а затем сажусь за стол напротив мамы. — Я выезжаю на работу, может, тебя подвезти? Мама заметно выдохнула, говорит более легко и открыто, я мотаю головой в знак отрицания, улыбаюсь и поясняю: — Мне идти пятнадцать минут, можно было бы уже и запомнить. Мама подхватывает улыбку, понимая, что задаёт этот вопрос каждый раз за «совместным» завтраком и, ничего не отвечая, поднимается, чтобы успеть помыть свою кружку. Я опускаю голову, чтобы ответить уже давно проснувшемуся Глебу на сообщение, когда мама добавляет: — Удачного дня. Если вернёшься раньше, с тебя ужин. Я, слишком занятая перепиской, бросаю что-то вроде: «Взаимно» и продолжаю завтракать. Хлопья в тарелке быстро кончаются, и я поднимаюсь с места, не чувствуя должного насыщения. Времени на вторую порцию нет, поэтому я забегаю в комнату, чтобы забрать сумку, и выхожу из дома. Только что начавшийся ноябрь не радует ежедневными дождями, но жаловаться мне не приходится — всё-таки, у меня все в шаговой доступности. Было время, когда я пыталась совмещать работу с учебой, чтобы переехать от мамы. Я даже полгода снимала квартиру на втором курсе. До первой сессии. Поняв, что в моем вузе сложно совмещать работу и учебу, а квартиры рядом с университетом дорогие, я вернулась в родное жильё. Мама не была против, когда я уезжала, и не возражала, когда вернулась. С ней у нас всегда были приемлимые отношения, даже в период моего подросткового возраста. Она даже утешала меня, когда на третьем курсе я была не в лучшей форме из-за влюбленности, не имеющей шанса на взаимность. То время давалось мне поистине трудно: я проходила все стадии принятия сама и решилась рассказать обо всех нюансах только Глебу, и то только в начале этого учебного года. Он был крайне удивлён моими красноречивыми рассказами, на тот момент разившими какой-то нездоровой привязанностью. Возможно, даже зависимостью. Друг всегда говорил, что Наталья — женщина с самой обычной внешностью и с не лучшим характером. И всегда задавался вопросом, чем же она мне понравилась. Зависимость, что олицетворялась после совместных пар дрожью в коленках на весь следующий день, прошла. И без неё стало даже легче объяснить свои чувства. Наталья так и осталась слабостью. Серые глаза, путающие каждый раз мое внимание, так и остались самыми идеальными, даже когда им было сложно выражать какие-либо эмоции. Обычно, они выглядят замученными и от взгляда веет туманным морозом, но ничего роднее сейчас, наверное, я и не вспомню. Да и уже не хочу вспоминать. Тёмные волосы, каждый раз идеально лежащие на тонких плечах, все ещё вкусно пахнут пряным мускусом. Эти духи разливаются где-то внутри меня чем-то тёплым и самым мягким. Эти духи я скупила бы до последнего экземпляра, если бы она не радовала меня парами четыре раза в неделю. И каждая из них начинается опозданием Крыловой, стаканчиком кофе у неё в руках и нежным голосом. Какой бы обычной тебя не считал Глеб, я все время бодрствования горю желанием ощущать тебя рядом. Я хочу, чтобы сейчас ты была здесь. Уверена, мы бы не пошли на пары. Я бы, скорее всего, разревелась в твоих руках от переполняющего меня счастья, а ты разрешила бы себе прогулять работу в знак снисхождения для меня и повела бы к пруду. И если в тебе вдруг есть что-то обычное, то сама ты — необыкновенная обыкновенность. У вуза стоит Глеб, курит с какими-то знакомыми свою электронку, но как только видит меня, сразу прощается с двумя парнями. — Я… взял тебе кофе. Идя в мою сторону, парень поднимает над головой стаканчик из ближайшей кофейни. Я улыбаюсь, щуря глаза и говорю со всей серьезностью, которая у меня есть на этот момент: — Я видела, как ты только что сделал глоток. Ты точно купил его мне? Он рассмеялся, протягивая мне стаканчик. На секунду в голове появляется мысль, что Глеб не пил кофе и купил его мне, чтобы сделать приятно, пока я не забрала этот стаканчик себе. Почти пустой стаканчик. — Что? Опять сделали невкусный латте? Отвечаю, подавляя смешок, но все равно делаю последние два глотка и в ответе друга уже не нуждаюсь. Глеб идёт выкинуть стаканчик в урну, пока я морщусь от горького кофе и мы вместе заходим в университет. *** — Неплохая работа. Нужно только всю эту информацию сейчас как-нибудь красиво связать. Арина сидит напротив меня, пытаясь говорить не громко, но чтобы я услышала её сквозь шум в буфете. Подруга не отрывается от ноутбука, который мне сегодня пришлось взять с собой, в надежде поработать над статьей на последней паре анализа. Рядом с ней сидит Глеб, он помалкивает, вероятно, совсем не разбирается в этой теме, но тоже внимательно читает. — Да… я хочу завтра закончить со статьей. Если я кину тебе ее по почте, то сможешь просмотреть, чтобы я отправила на конкурс? Арина участвовала в конкурсах с первого курса, почти не деля их на интересные и не очень. Она так закрывала половину сессии, поэтому, если среди моих знакомых есть спец в конкурсах, то это точно Арина. Девушка напротив улыбнулась, чуть щуря карие глаза из-за лучей солнца, сочащихся сквозь широкие окна. — Я могу сегодня помочь тебе дописать. Я удивлённо вскидываю брови. Уже не помню последний вечер, когда Арина была свободна. Подруга обычно проводит все своё время с Егором. Они начали встречаться больше полугода назад и у Арины перестало хватать на меня времени. Сначала я обижалась, но после пары обсуждений с ней этого момента, обида отступила. Она имеет право проводить время, с кем ей хочется. — Конечно. Тогда после пар ко мне. Глеб, наверное, только дочитавший набор непонятных ему терминов, встрепенулся, укладывая руки на стол. — Я с вами! Он очень хотел, в чём я даже не сомневалась. Давно догадывалась о том, что Арина ему нравится, хотя прямо он мне об этом пока не говорил. Арина поворачивается в его сторону, хмуря брови, но улыбка не сходит с ее лица. — Ты не сможешь помочь и будешь только мешать. Она всегда была прямолинейной, но сейчас говорила мягко и дружелюбно. Девушка любила Глеба, как моего друга и они даже неплохо ладили в последнее время. — Не буду я мешать. С меня будет весь чай. Обезоруженно отвечает парень, вскидывая брови и переводя на меня молящий взгляд. Я продолжаю посмеиваться, но отвечаю: — И ужин. Вспоминая просьбу мамы, решаю воспользоваться добротой Глеба, а он только вторит: «И ужин». *** — И, ещё допиши про актуальность работы. Придумай там что-нибудь грандиозное, они всегда падки на что-то запредельное. Говорит Арина, тыкая пальцем в экран ноутбука, пока я пишу работу. На кухне жарко от включённой плиты, пахнет курицей и травяным чаем в кружке подруги. Глеб, иногда переключающий песни на колонке, готовил ужин, как и обещал. — Наобещать им, что я готова воплотить все в жизнь? В случае выигрыша, конечно. Я улыбаюсь, пока подруга заплетает мне тонкую косу. Она всегда путала мои волосы руками, когда я не заплетала их в хвост. — Господи, как мне нравятся твои волосы. Я всегда хотела такие же длинные. Кстати, а что они обещают за первое место? Арина, как всегда, сама путается в своих мыслях, перескакивая с темы на тему и совсем забывая о вопросах окружающих, иногда даже пропуская слова собеседников сквозь уши. Я привыкла: ярко улыбаюсь. Она выглядит милой, когда теряется в обилии тем, которые хочет со мной обсудить. — Денежный приз или три месяца онлайн-обучения в той школе, с которой у вуза контракт, помните? Я отвечаю сразу же, но от монитора не отрываюсь, а в блике ноутбука поглядываю на то, чем занимается Арина. — Надеюсь, ты выберешь денежный приз. Рассмеялся Глеб, отворачиваясь от плиты первый раз за полчаса. Я подняла взгляд, наверное, впервые задумавшись, что выберу, если вдруг выиграю. — Ага, чтобы потом вы потребовали разделить между нами выигрыш? Я засмеялась, поняв, что слишком долго думаю. В этот момент я чувствую себя счастливой, но всегда оставляю место для тебя, которое пока занимает оставшаяся, уже более блеклая надежда.