Для чего тебе огонь — сварить ужин или сжечь целый город?

      Он здесь впервые. Темно и воняло. Чем? Пойди разбери.       Много стеклянных баночек, где в густом мутном сиропе лениво колыхались потроха. Апанаса этим не запугать, он уже пережил препарирование рыбы и лесных зверьков. Как бы ему не хотелось убивать, кушать хотелось сильнее.       Вид крови больше не вызывал в нем того трепета, что раньше. Подумаешь – красная жижица.       Вопрос только один: почему он здесь?       Ах да, бабуле не понравился его суп. Кажется, переборщил с пряностями. В воспоминании воскресла старуха, поперхнувшаяся бульоном и едва не выплюнувшая собственные легкие. На долю секунды Апанас даже запереживал, только времени извиниться ему не дали: размашистый удар увесистой метлы…       И вот, он здесь.       Сидел на широкой ступеньке лестницы, подпирал руками щеки. Думал, чем бы таким заняться.       Достал два камушка из маленького кармашка, собственноручно пришитого к рваным штанам. Шкварк, стук, шкварк. В темноте особенно хорошо видно, как между камнями воскресает и умирает вспышка. Искра.       Одна из таких на долю секунды показала Апанасу плавающий в банке глаз. Голубой, как утреннее небо. Чарующий.       Скучать ему тут до самого рассвета. Как это называлось-то? Сутки? Да, кажется, так.       Апанас надеялся, что бабуля не будет против небольшого костерка на полу своего подвала. Пора бы привыкнуть к тому, что его причуды поджигают избу то тут, то там.       Сейчас он, конечно, разведет огонь самостоятельно, однако кто мешает ему соврать и скинуть свою шалость на проделки “проклятья”?       Правильно, никто.       Заодно спальное место оборудует: чуяла его задница, скидывать сюда будут неоднократно.       И ведь чуйка-то не подвела.