Котёнок

      Три дня гарнизон под командованием Ён Ху держал оборону, не пропуская противника дальше своих границ. Скалы с двух сторон и река позади спасали от окружения и сужали фронт боевых действий. Но люди всё равно гибли, как мухи в мороз, образуя склад трупов и их остатков. Отряды ханьских войск постоянно менялись, не давая гарнизону передохнуть и собраться силами. Усталость, паника, страх — витали в воздухе, но неутомимый командир снова и снова призывал солдат к стенам, которые на последних брёвнах удерживали врага. Всюду горели бараки и стонали люди. Летели стрелы и громыхали смоляные, горящие ядра. Запах крови и жжёной плоти, казалось, въелся в одежду. Даже вода была уже со вкусом крови и сажи.              Люди боялись, но продолжали сражаться. Стрелы уже заканчивались, силы тоже. В бой вступали уже все, покинув лазарет и кухни. Но вскоре от гарнизона почти ничего не осталось, и Ён Ху принял решение отступить и сдать точку. Небольшим, оставшимся в живых отрядом они отходили в сторону столицы, навстречу своим. Путь через реку Чхончхонган и густые леса был трудным да ещё и очень долгим, как показалось солдатам, но вскоре они всё-таки встретили своих.              За трусливое отступление им ничего хорошего не предвещалось, но Ён Ху готов был взять всю вину на себя и до последнего отстаивать заслуги всех своих солдат. Он знал, что во главе армии был сам король, и настроился на встречу с ним. Конечно же, его сразу привели к У-Вану. Но тот ещё не подозревал о том, кто перед ним предстанет. Чхве Ён тоже уже морально приготовился понести наказание, понимая, что обман вот-вот раскроется. Он только и надеялся, что на родственные узы с королём и военную нужду в каждом солдате.              Войдя в штабную палатку, тут же пав на одно колено, Со Джун почтительно склонил голову, да так и замер, ожидая реакции короля. Некоторое время стояла тишина, но его всё же узнали, и лицо У-Вана исказилось от гнева.              — Командир Ён Ху? — закричал он, вскакивая со своего кресла. — Какой Ён Ху? Что за балаган? Вы что, дурака из меня делаете? Это же Со Джун. — У-Ван уже обращался к своей охране и прислужникам, присутствующим здесь же. — Какого беса преступники разгуливают по штабам? Взять его.              Тут же охрана подхватила под руки Со Джуна и подняла.              — Ваше величество, — незамедлительно вмешался генерал, — дайте ему всё объяснить.              — Объяснить, что? – продолжил громко возмущаться король. — Что он прокрался как-то в мою армию под вымышленным именем? Или свои мотивы для этого? — он внезапно замолчал, уже чуть внимательнее глядя на генерала. — Так-так-так, я, кажется, припоминаю. Ведь это вы мне его посоветовали, — король резанул взглядом с генерала на Со Джуна. — Уговорили нанять в этот гарнизон… преступника? Кто бы мог подумать, что это будет ваш, воскресший чудесным образом, сын. — Он вернул внимание Чхве Ену и стал обходить вокруг него, как хищник около добычи. — Вы дали ему эти поддельные бумаги?              — Ваше величество, он верой и правдой служил вам целый месяц, — оправдывался генерал. — Такой солдат, как он, пригодится сейчас в ваших рядах.              — Верой и правдой? — хмыкнул король. — Да они же сбежали, оставив гарнизон. Это ваша служба? Люди годами заслуживают доверие, а не месяцем на государственном пайке. К чему пригодится мне солдат, который обманщик и трус?              — Ваше величество, они три дня удерживали целую армию, дав нам время на подготовку.              Генерал стоял на своём, деликатно вступая уже в спор с самим королём, чем очень рисковал разгневать его ещё больше. Но поддерживать сына он не перестанет.              — Они должны были стоять до последнего, а сейчас они сдали точку, оставили Кэчхон. Мы могли бы противника в скалах зажать или на реке остановить. Да вас всех…               — Ваше величество, будьте благоразумны, — неосмотрительно перебил генерал, спеша предотвратить озвучивание приказа. — Сейчас не стоит принимать необдуманные решения. Сейчас главное — победить.              Король тяжело дышал от гнева, мечась взглядом по палатке. Изредка он пронзал Со Джуна своим презрением, готовый отдать приказ на казнь, но взял всё-таки себя в руки. Он привык уже доверять Чхве Ену, да и тот рассуждал разумно, но простить обман он тоже так просто не мог. Что ж, генерал ему сейчас просто необходим, потому арестовывать нет смысла, но наказать он его сможет и через сына.              — Хорошо, я ещё подумаю над судьбой Со Джуна, — неохотно согласился король. — Сейчас и правда не время для казней и расследования, а далее ещё неизвестно, что будет. Заприте его, — он махнул страже рукой.              — Ваше величество…              — Я всё сказал, — грозно перебил его величество, не собираясь слушать генерала.               Тот сразу закрыл рот и почтительно поклонился, принимая его волю. Переубедить отменить арест было уже невозможным, видно, что король был на грани взрыва, и одно неверное движение могло испортить даже такое решение. У Со Джуна забрали оружие, содрали экипировку и заперли в клетке, предназначенной для содёржания псов. Он нисколько не сопротивлялся, так как ожидал такого исхода. Эта гонка с королевскими солдатами порядком надоела ему, играть в прятки уже не было сил.              Оставшихся выживших из гарнизона присоединили к армии, отправив их под командование другого командира. Сейчас они могли отдохнуть и подлечиться. Чи Син, узнав, что их командира арестовали, в срочном порядке отыскал его клетку.              — Командир, почему вы здесь? — обеспокоенно окликнул, приближаясь к месту заточения, но стража отогнала его. Тогда он перекинулся на них. — Что вы делаете? Освободите его, сейчас же, — пытался пробиться Чи Син, искренне не понимая, за что могли арестовать командира.              — Чи Син, успокойся, — крикнул Со Джун. — Все нормально. Иди к остальным.              Это было сказано приказным тоном, и, несмотря на то, что сейчас Ён Ху разжаловали, Чи Син смиренно подчинился командиру. Он нехотя отошёл от охраны и вернулся к своим соратникам, сообщил им, что командира арестовали, и настроил, что, возможно, ему потребуется их помощь. Конечно, последнее он додумал, однако он не собирался вот так оставлять отвечать за всех одного командира. Мальчишка, можно сказать, спас их. Им удалось продержаться три дня, только благодаря его руководству и безумным хитрым ловушкам, которые он придумывал чуть ли не на ходу. Это в конце концов не спасло жизнь многим солдатам, но спасло страну от дикой волны разрушения и грабежа. Сейчас все выжившие встали бы перед королём стеной за него. Но Чи Син решил выждать более удобного момента, еще надеясь на помощь генерала.              Ещё сутки ушли на то, чтобы расположить войска на выбранной для сражения территории. Наступило тяжёлое ожидание, последнее ожидание, которое, несомненно, закончится большой кровью, скоро всё решится, вся судьба Корё и её народа.              

***

             А в столице в это время было другое напряжение. Жители Озёрного города уходили из Кэгёна. Свою часть договора они выполнили. Нужно было думать о своём народе и подготовиться к наихудшему исходу сражения. Находясь за границей города, Ион уже расслабился от долгой поездки. Вся эта обстановка напрягала, вытягивала силы, опустошала огромным количеством голосов вокруг. Как он понял, он не мог находиться здесь из-за ярких воспоминаний, так часто атаковавших его тоскующую душу. Он находился в городе, где Со Джун жил, он вдохновил армию, где Со Джун служил, но никто к нему так и не пытался за это время прийти и объясниться за свой поступок. Очень тяжело было в который раз убеждаться, что Ион никому не нужен.               Город затих в ожидании чуда. Все молились за своих мужей, сыновей, братьев, короля и страну. Это война совсем не трогала Иона, она его не касалась, и это главное. Хотя где-то там, в глубине души, что-то тёплое, шептало, что на войне его любимый. Сейчас, возможно, он ранен, а может, уже мёртв. Лежит на поле битвы, истерзанный стрелами и исполосованный вражеским мечом. Сердце Иона встрепенулось от такой картины. Разве может такое быть? Разве может Со Джун проиграть? В любом случае, Ион решил не заботиться об этом.              Крики впереди процессии вернули Иона в реальность. Он настороженно выглянул из повозки. Охранный отряд быстро перестраивались, слышны были резкие короткие приказы. Подбежал командир к повозке Ло Фумен. Они о чём-то поговорили, и командир, уже размахивая руками, начал торопить солдат. Повозки стали резко разворачивать, направляя обратно в город. Сердце Иона в панике выпрыгивало, предчувствуя неладное. Как тогда у реки, когда Со Джун устроил охоту на дичь. Ион не понимал, что происходит, а значит, не понимал, что делать. Лошадей погнали, значит, есть опасность. Но для кого? Они убегают или бегут на помощь?              Через некоторое время все остановились. Ион опять выглянул. Солдаты выстроились по обеим сторонам процессии. Ион не выдержал напряжения от безызвестности и выскочил из повозки, чтобы узнать, в чём дело.              — Господин, для вашей же безопасности, вернитесь в повозку, — строго попросил командир.              — Что происходит? — не торопился Се Ван.              — Похоже, что люди Ли Сон Ге сговорились с До Мином. И это ловушка. Одни впереди, другие сзади. Вам лучше спрятаться.              Ион оглянулся вокруг. Слева и справа поджимали скалы, их зажали в каменном коридоре, бежать было некуда. Вскоре на горизонте с восточной стороны показался небольшой отряд всадников.              — Это они? — волнуясь, спросил Ион.              — Да, это До Мин со своими демонами. Быстрее в повозку.              Командир вышел вперёд и обратился ко всем своим солдатам, что впереди, что сзади:              — Приготовьтесь, — крикнул он, и тетива со скрипом натянулась.               В это же время с другой стороны показался ещё один отряд. Приближался Ли Сон Ге. Западная охрана также нацелили стрелы. Враги очень быстро приближались. Ион, испытав жгучую панику, заскочил в повозку.              — Стреляйте, — услышал приказ снаружи.              Просвистели с двух сторон стрелы, а затем и второй ряд лучников пустили свою порцию стрел.              — За правительницу! — прозвучал призыв к атаке, и зазвенели мечи.               Ион опять выглянул: с двух сторон шла ожесточённая борьба. С восточной стороны он приметил наблюдающего До Мина. Дикая ярость проснулась в нём при виде его холодного взгляда. Стена охраны дала брешь, и демоны с диким криком кинулись к повозкам. У правительницы ещё оставалось два охранника, и Ион стал перебирать варианты, как спастись самому.              Камень! Ему нужен камень. Пришлось выбраться наружу. Он подхватил первый попавшийся, сосредоточился на нём, как его учили. Что нужно делать? Ни о какой любви не может быть и речи в такой момент. Только ненависть. Камень воспылал синим огнём, но не сгорел. Ион бросил его в приближающегося демона, и тот моментально раскрошился пеплом. Ион тут же схватил следующий камень, позади послышались предупреждающие крики. Ион обернулся, на него уже бежал солдат, Ион замахнулся, и тут же человек разлетелся пеплом. К Иону поспешил охранник, прикрывая собой, и сцепился с ещё одним солдатом Ли Сон Ге.              Ион обернулся. Из повозки уже вынуждена была выйти Ло Фумен. Двое её охранников отражали атаки демонов. Её-то, видимо, и ждал До Мин. Он, не отводя глаз, приближался прямо к ней. Повсюду слышались крики, стоны, звон мечей, ржание лошадей, треск магии. В ход уже пустили силу. Раненые охранники из последних сил призывали свой дар, пытаясь уничтожить демонов.              Ион схватил следующий камень, голубой огонь тут же заполыхал в его руках. Этот камень предназначался До Мину, но сзади кто-то крикнул, Ион обернулся, и очередной противник обратился в пепел. Охранник Иона в это время добивал предыдущего солдата. Ион схватил ещё один камень и вернул внимание демонам. До Мин стоял уже перед Ло Фумен, угрожающе зыркая красным взглядом. Что-то между ними происходило. Оба, окружённые аурой силы, стояли друг напротив друга. До Мин поднимал меч, но правительница лишь одним прикосновением его выбила, ослепив мощным потоком энергии. Тогда демон прибег к своей силе, и они сцепились, давая друг на друга убийственными волнами.              Светлая аура правительницы начала истощаться, нещадно поглощаемая тёмной До Мина. Вдруг она дёрнулась и отшагнула, на её груди растекалось алое пятно крови. Ло Фумен обессиленно осела на колени, а за её спиной стоял ещё демон и держался за эфес меча, которым только что пронзил правительницу Озёрного города. Тут же его тоже вспороли охранники. Но До Мин уже победил. Светлая аура угасла, рассеялась мелкими искрами в воздухе.              — Мама? Мама? — непроизвольно закричал Ион, испытав настоящий шок от смерти родительницы.              Он бросил пылающий камень в улыбающегося До Мина, но того закрыл его демон и исчез. Ион решительно направился к До Мину, планируя мстить. В сердце гнев запылал, не собираясь больше по-тихому ненавидеть. Будь что будет, но Ион должен уже хоть как-то оправдать наличие такой мощи в своём теле.              До Мин, посмеиваясь, ожидал его приближения, при этом готовясь к атаке. Но Иона это уже не пугало.              «Всю, всю ненависть надо собрать. Пусть это и убьёт меня, но сначала я убью его.»              Глаза Иона вспыхнули в поисках этого трусливого зла. Он уже не видел боя вокруг, он видел только это зло, светящееся в масляном тумане. Ион тянул к нему руки, но что-то мешало. Темнота закрывала собой это зло. Ион отмахнулся от неё, но темнота опять вынырнула из ниоткуда. Внутри двух аур шла ожесточённая борьба. Ион видел зло, но никак не мог к нему подобраться. Чёрные пальцы постоянно хватали его за руки, за лодыжки, он легко отбивался, но его вновь атаковали.              «Что, если моя ненависть помогает ему?»              Ион вдруг резко понял свою ошибку. Всё это время он только подпитывал До Мина, разрушая себя. Он вернулся обратно в реальность и изменил настрой.              «Со Джун… Мне нужен только он. Именно он мне поможет».        Светлая аура заиграла ещё ярче. Ион снова увидел чертыхающееся зло. Он сделал шаг навстречу и ему наконец это удалось, чёрные пальцы уже как-то неуверенно цеплялись к нему, не представляя помехи. Он шагнул ещё раз, протянул руку вперёд. Тёмные тени скользили по нему, но не могли остановить. Зло уже панически задрожало, заскулило. Ион сжал на нём пальцы, чувствуя ледяное жжение и потянул к себе. Но оно упиралось и никак не вылезало из своего убежища, и тогда Ион просто пустил в него синее пламя. Лицо Со Джуна перед глазами в это время помогало ему в этой борьбе. Даже сейчас, когда его не было рядом, именно Со Джун опять спасал Иона. Тело До Мина вспыхнуло, раздался громкий писк, который затихал вместе с огнём. И вот осталась только кучка пепла.              Все демоны До Мина резко замерли. Больше некому было отдавать приказы, и они растерянно озирались по сторонам. Это дало преимущество охранникам, и они быстро с ними расправились. А после поспешили на помощь западным. Ион собрал внутри себя оставшиеся силы и взялся за очередной камень. Но лишь слабенький огонь охватил его руку, извещая об истощении. Ион на качающихся ногах развернулся, стараясь прицелиться. Он замахнулся, к нему уже приближался вражеский солдат, и он бросил, бросил этот проклятый камень, высасывающий все соки из него. Ослабленный организм уже не выдержал нагрузок, и сознание отключилось, вынуждая тело расслабиться и рухнуть на землю.              Подбежавший охранник подхватил Иона, а двое других подбежали к телу правительницы. С отрядом Ли Сон Ге тоже было покончено. Тело правительницы аккуратно поместили в повозку, ей уже не было возможности помочь. А вот Иона тут же подлечили, приводя в чувства. Хорошо, что военный лекарь остался жив. Приведя господина в сознание, он тут же занялся другими ранеными.              — Правитель, — обратился командир. — Атаку отразили, но нам нужно уходить, — он стоял рядом с повозкой Иона и явно нервничал, беспокойно посматривая по сторонам. Господин ослабленным разумом ещё не осознавал полностью происходящего и готов был на всё, сто ему скажут.              — Да, конечно. Нам нужно уходить.              Охрана быстро собралась. Всех своих мёртвых погрузили на их лошадей. Раненых подлечили и отправились в путь, в Озёрный город, который остался без правительницы. Всегда прямая спина И она сейчас сгорбилась, поникла, и он прислонился к стенке. Укачивание повозки утянуло его в целительный сон.              

***

             На горизонте появилась огромная лавина чёрного льда, сокрушающего все на своём пути. Ханьские агрессоры пустились наконец в атаку. Лучники Корё приготовились, мышцы всех солдат натянулись, как тетива, в предвкушении резни. На огромном, без краёв поле вот-вот столкнутся две волны и окрасятся в красный цвет крови. Сердца воинов пылали решимостью, им дали свободу на защиту своих семей любыми способами, оттого мечи сжимались всё сильнее. Только кровь противника могла успокоить их гнев.              Стрелы чёрной тучей устремились вперёд. врезаясь в самое нутро лавины. Тут же вторая туча последовала за ней. В ход пошли арбалеты и пушки. Каменные заряды разбивали ряды врагов, но лавину не остановить этим, и они приближались, как чёрная смоляная жижа, заполняя долину. Корёсцы ждали их, ждали приказа, ждали тела, в которое могли бы вонзить лезвие.               Прогремел гром огромного рога, и встречная лавина понеслась вперёд. Крики, придающие храбрости, перекрывали рог и сотрясали землю. Красные и чёрные формы слились в одну беспощадную массу. Копья передних рядов уже были отброшены, и теперь звенел металл мечей. Все это было на поле боя.              В тылу же было немного тише. Оставалось несколько отрядов для охраны поселения. Остальные были задействованы в сражении, расставлены, как шахматные фигуры, каждый на свои места и ожидающие своего часа. Палатка короля располагалась на уступе, с которого хорошо было видно поле сражения. Офицеры собрались возле этой палатки, отслеживая бой. Каждые полчаса с поля посылали солдата с кратким отчётом. С ним же обратно отправляли приказы. Потихоньку вводили в бой затаившиеся за скалами отряды, стараясь окружить ханскую армию и отрезать пути к отступлению. С уступа долина хорошо просматривалось и все неотрывно смотрели туда, но были ещё три стороны света: юг, запад, восток.               Недалеко от поселения на востоке стоял густой небольшой лес. Этот лес заканчивался глубоким ущельем, поэтому с той стороны никого не ожидали, и охранные отряды были сосредоточены на других двух сторонах. В какой-то момент с западной стороны ветер принёс запах дыма. Там располагались поля и сейчас они горели. Западный ветер гнал этот пожар прямо на поселение, угрожая выжечь всё дотла. Охранные отряды кинулись туда тушить пожар и окапывать границу. В штабном углу уже оставались только два отряда.              Чхве Ён начал нервничать из-за этого пожара. Неспроста он там возник, да ещё расходился с такой скоростью, словно его подгоняли. Кто-то явно пробрался в тыл или это действовали предатели. Со Джун тоже это заметил, но вынужден был сидеть под запором и просто наблюдать. В лагере поднялась суматоха. Дым уже стал щипать лёгкие и глаза. Солдаты бегали из стороны в сторону, не понимая, где опасность и с кем сражаться, но их поиски ничего не давали.              В это время с восточной стороны, из того самого безопасного лесочка, с дикими воплями повыскакивали китайские солдаты. Чхве Ён уже не стал гадать, как они там оказались, и собрав оставшиеся отряды, повёл на этих псов. Два офицера ещё остались с королём для защиты, остальные боролись с пожаром.              Со Джун уже не сиделось на месте.              — Что вы стоите? Бегите на помощь королю, быстрее же, — кричал он растерявшейся охране его персоны. Но те колебались и не решались нарушить приказ начальства. — Ну же, болваны, что вы стоите? К палатке бегите, уводите короля. Враги в тылу, разве вы не видите? Это предатели орудуют. Вон там…              Со Джун заметил, как со стороны пожаров тихонько пробираются неприметные юркие фигуры противника и указал на них, тогда-то стражники ринулись в бой. А Со Джун продолжал бестолково бить по прутьям решётки, не имея возможности выбраться.              — Где все? — внезапно рядом с клеткой оказался Чи Син.              — Скорее, — не отвечая, приказал Со Джун. — Открой клетку, короля надо спасать. Эти придурки даже не знают, откуда ждать угрозы.              Чи Син полоснул по цепям и замок свалился на землю.              — Что ты тут делаешь? — спросил Со Джун, стремительно направляясь к штабной палатке.              — Меня послали передать отчёт, но где же все?              — Это ловушка, — прорычал командир. — Они наступают со всех сторон, а основное сражение лишь для отвода внимания.              Со Джун вбежал в первую попавшуюся палатку в поисках хоть какого-нибудь оружия. Открыв сундук, он нашёл нож и арбалет. Арбалет он отдал Чи Сину, а сам забрал у того меч. После этого они побежали в сторону палатки. Со Джун снова заприметил несколько ярких фигур, снующих между палатками. Они осторожно направлялись к уступу. Видимо, это были инструменты для ключевой атаки, чтобы по-тихому избавиться от короля, а значит, ошибки у них не должно быть. Все было просчитано до мелочей. На отвлекающие маневры брошены все силы, но только небольшая группа отвечала за весь исход сражения. Убийцы перебежками, скрываясь в тенях и дыму, приближались. Со Джун не успевал к месту, где находился король. Он только надеялся, что охрана толковая у того и уже подготовилась к защите.              И вот в палатку вбежал уже один убийца, а за ним второй. Тут же подтягивались остальные. Ткань палатки уже исполосовали мечами, заходя со всех сторон. Офицеры яростно отражали атаки. Эти двое, что охраняли клетку, уже были мертвы. Сам король тоже отчаянно сражался. И показалось, что его уже ранили.              Со Джун с рыком кинулся на первого попавшегося убийцу, но не добив, он оставил его Чи Сину, а сам продолжал пробиваться к королю. Ещё один убийца был брошен на расправу Чи Сина. На уступе спина к спине стояли офицер и король. Второй офицер уже мёртвым распластался на земле, и его напарник еле держался на ногах. Преимуществ у них никаких.               Вот оставшиеся пятеро убийц бросились на них одновременно. Со Джун уже подскочил к ним, размахивая мечом. Тут же подоспел и Чи Син, прежде с арбалета вычеркнув одного противника. Подобрав меч в мертвого тела, он ринулся в бой, помогая командиру. И вскоре все убийцы были мертвы, как и второй офицер. У-Ван, тяжело дыша и отплёвываясь кровью, сжал своё плечо, пытаясь остановить кровотечение. Со Джун сорвал с формы одного убийцы рукав и принялся перематывать руку короля.              — Ваше величество, вам нужно уходить. Могут прийти ещё убийцы. Этот дым наверняка скрывает ещё одну группу.              — Я не брошу свой народ. Если я уйду, они проиграют битву, а если они проиграют, то мне незачем возвращаться, — прохрипел тот, щурясь от боли.              — В столице можно насобирать ещё сил, армия Ли Сон Ге поможет добить остаться ханьцев, но вам для этого нужно выжить, — уговаривал Со Джун.              — Не настаивай, — рыкнул король. — Надо здесь все закончить, а потом и остальных выгнать с наших земель, тогда-то и пригодятся солдаты Ли Сон Ге.              В это время с восточной стороны приближались ещё двое убийц.              — Чи Син, останься с его величеством, — приказал Со, заметив эту пару.               Схватив меч, он побежал им навстречу. Чувствовалось, что эти убийцы были мастерами своего дела, и удерживать двоих ему было сложно. Один размахивал ножом, с предельной точностью нанося неглубокие порезы. Со Джун со своим мечом просто терялся в его коротких и резких замашках. Разделавшись наконец с одним убийцей, он отбросил меч, мешающий сосредоточиться на ловких движениях врага. Он пытался предугадать его маневры, но тот был быстрее и хитрее. Одежда Со Джуна уже взмокла от крови, порезы саднили при движении. Похоже, так у него не получится победить, тут нужна была своя хитрость. Со Джун опять схватил меч и стал отступать в густой дым пожара, изредка атакуя и заманивая убийцу. Дым застилал взор, и Со Джун закрыл глаза, прислушиваясь к дыханию противника. Дым так же действовал и на убийцу. Его шаги стали тяжёлыми и хаотичными. Со Джун замер и максимально насторожился. Ещё один его выпад, и лезвие ножа полоснуло по спине. Со Джун махнул мечом, но промахнулся. Он снова замер, перестав дышать, не обращая внимания на боль и стекающую влагу. Шаги приближались, трава сминалась под сапогами, сдвинулся камень и… очередной выпад. Со Джун махнул мечом, и лезвие тяжело прошлось по плоти. Он открыл глаза и, щурясь, разглядел корчившееся тело на земле. Этого было достаточно, чтобы противник больше не поднялся.              Со Джун побежал к королю.               — Командир, что случилось? Вы ранены? — тревожно спросил Чи Син, осматривая Ён Ху. Слово «ранены» не совсем соответствовало действительности, тот был весь в крови и смерть уже наступал ему на пятки.              — Ничего страшного, — отстраненно отмахнулся Со Джун. — Ваше величество, нужно тогда спрятаться, давайте в какую-нибудь палатку, — он подхватил окровавленными руками короля, помог подняться и повёл вглубь лагеря. Скрывшись в непримечательном маленьком шалаше, короля уложили на циновку. Со Джун сел у входа и просматривал окрестности, стараясь не выдавать себя. Кровь стекала всё больше, обагряя землю под ним. И Со Джун понимал, что с такой потерей крови долго ему не выдержать. Но не один из отрядов ещё не вернулся, и ему приходилось держаться начеку.              — Чи Син, я скоро отключусь, — дрогнувшим голосом заговорил он с помощником. — Слушай внимательно. Два отряда во главе с генералом на востоке, вон в том леске, ещё три отряда на западе, ведут бой с огнём. Если придут ещё убийцы, не ждите и не вступайте с ними в бой, отступайте на восток, навстречу генералу. Там было немного этих собак. Уверен, что генерал одержит победу над ними. Бегите к ним. — Со Джун сморщился от закручивающейся воронки в глазах. — Меня с собой не тащите, ты должен позаботиться о коро… — снова сморщился и тряхнул головой и упёрся рукой в землю, чтобы не рухнуть.              — Ён Ху? Командир, как вы? — спросил Чи Син, протягивая к нему руки для поддержки.              — Со Джун. Его зовут Со Джун, — прохрипел У-Ван, внимательно слушавший их разговор.              — Что? — Чи Син недоуменно вздёрнул брови и обернулся.              — Ён Ху — это обман, его зовут Со Джун. Он дезертир и предатель.              Со Джун презрительно глянул на короля, который был виноват в смерти его родителей, который отдал тот роковой приказ, не разобравшись в ситуации. А сейчас он обвинял его во всех смертных грехах, лишь бы уничтожить. Как де резко люди меняются. А ведь когда-то они были почти друзьями.               Он никак не прокомментировал слова короля, снова выглянул наружу. В это время из дыма появились ещё три тёмные фигуры, опасливо пробираясь по лагерю.               «Проклятье. Да сколько их там?»               Сколько би ни было, похоже, что эти будут последними для Со Джуна. Картинка в глазах расплывалась, еле улавливая тёмные силуэты. Убийцы осматривали все палатки в поисках короля, как будто знали, что он здесь, а не ушёл. Уверенно приближались. Со Джун сжал рукоять меча покрепче, скоро они доберутся до них, но нужно было их отвлечь от этого места, забрать все внимание на себя, оттянуть время. Но даже так королю нельзя было оставаться здесь.              — Ваше величество, поднимайтесь, — скомандовал Со Джун, нацеливаясь на одного убийцу.              — Но…              Со Джун тихонько выскользнул из палатки и отбежал, застонал, как от острой боли, отвлекая на себя внимание. Он стоял опустив меч и прижав руку к животу, заманивая своим бессилием, притворства в этом было не много, но он всё же крепился нанести финальные удары, держал сознание начеку, постоянно встряхивая головой и с силой моргая. Три тёмные фигуры медленно приближались с разных сторон, затягивали смертельную петлю и душили. Они видели его беспомощность, но почему-то не нападали, словно дожидались, что он сам падёт. Время тянулось очень долго, а сознание никак не желало ждать. Проклятая воронка всё больше затягивала зрение. Со Джун потряс головой, сбрасывая этот омут, и к горлу подступил комок, дыхание почти иссякло. Ноги начали дрожать. Губы дрогнули в горькой ухмылке: похоже, что он умрёт даже не в бою, его просто забьют, как скотину на мясо, но это всё же лучше, чем казнь не за что.              Вдалеке послышались громкие крики атаки, Со Джун пытался рассмотреть, кто это — свои или чужие, но больное сознание выдавало лишь лицо Котёнка, так неожиданно ворвавшегося к нему, его лучезарную улыбку и яркие глаза. Со Джун улыбнулся ему в ответ, тут же забывая о войне. Ноги подкосились, и он осел на колени. Крики приближались, а воронка затягивала Со Джуна лицом Иона в себя. Утопая в этой прекрасной трясине, он наконец рухнул на землю.